Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Как мы спасали бабочек, попавших в шторм



Почему я изменил своё мнение о современной христианской музыке

Посвящение

Эта книга посвящается авторам, пасторам, музыкальным служителям и руководителям старого поколения. Они без устали предостерегали нас о том, как опасно христианам связываться с рок-музыкой, однако мы не внимали их предостережениям.

У них хватало смелости противостоять тем, кто ратовал за использование в церкви неоднозначной музыки, пробуждающей излишнюю чувственность – в ответ мы осыпали их градом насмешек. Когда они пытались препятствовать проникновению современной музыки на церковные служения, мы называли их законниками. Следуя велению своей совести, они пожертвовали своим добрым именем и сознательно пошли на yщeмлeнue своих возможностей в служении.

Именно им мы приносим свои извинения, понимая, что в долгу перед ними.

Эта книга – попытка выплатить хотя бы его малую толику.

 

Благодарность

 

Я благодарен своей жене Джуди, которая никогда не теряла веру в меня и не сдавалась, несмотря ни на какие трудности, через которые мне пришлось пройти в написа­нии данной книги. Я благодарен ей за то, что она всегда указывала мне, что в моей жизни мешает мне познавать Бога. Я наконец оценил твои пылкие молитвы и пролитые слезы. Я люблю тебя! Я также благодарен Крису, Аманде и Даните за их терпение и понимание, проявленные по отношению к своему отцу. Вы помогли мне сделать эту книгу более актуальной! Спасибо Скотту и Сюзетте Буртофт за то. что они, делясь своими переживаниями, вдох­новляли меня.

Спасибо Трою Сэлфу, моему музыкальному пастору и другу, за поддержку, которую с самого начала он оказы­вал мне в этом труде, и за то, что он поддерживал мою се­мью. Спасибо Крэйгу Скотту, моему пастору и другу, за твердость в отстаивании своих принципов в музыкальной политике церкви, за его проповеди, которые дали мне превосходный материал для написания этой книги.

Спасибо пастору Роджеру Фэю за то, что он в доме Уиллиса Меткафа в Рипоне, в Северном Йоркшире, попросил меня показать ему рукопись этой книги, а затем порекомен­довал ее издательству «Эванджеликал Пресс» для публи­кации. Выражаю свою благодарность воскресной школе для взрослых «Арт Хокман» и «Хоум Билдерс» в Вудсайде за то, что мне разрешили опробовать там свою рукопись, а так­же за их постоянную молитвенную поддержку.

Спасибо Диане Лондри за то, что она потратила столько времени на приведение в порядок моей рукопи­си, на ее редактирование и внесение правок в окончатель­ный текст. Спасибо Дэвиду Лейтчу за безвозмездный просмотр моей рукописи. Спасибо Дэвиду, Энтони и Питу за терпимость к писателю-новичку.

Особая благодарность моему Господу и Спасителю Иисусу Христу: «Буду славить Тебя, Господи, между на­родами; буду воспевать Тебя среди племен, ибо до небес велика милость Твоя и до облаков истина Твоя. Будь превознесен выше небес, Боже, и над всею землею да будет слава Твоя!» (Пс. 56:10-12).

 

Предисловие

 

Музыка всегда была предметом жарких споров в исто­рии христианской церкви, а в последние пятьдесят лет дебаты ведутся ожесточенно как никогда.

Мы имеем дело с целым спектром мнений по этому вопросу. Люди, занимающие крайнюю позицию с одной стороны, считают, что в церкви при поклонении должны звучать лишь ветхозаветные псалмы без музыкального сопровождения. С другого края спектра находятся такие христиане, которые убеждены, что в поклонении и благовестии можно использовать любую музыку: рок, поп, джаз, панк, кантри, вестерн, рэп – все, что привлекает людей.

Дэн Лукарини не впадал в первую крайность, но ему довелось соприкоснуться с последней. Он написал эту книгу, руководствуясь своим музыкальным опытом, приоб­ретенным как на религиозной, так и на светской сцене.

Прежде чем выразить свой взгляд на одну из основных проблем современной церкви, автор делится с нами исто­рией своих духовных и музыкальных исканий. Личный опыт делает его утверждения еще более весомыми.

Эта книга, без сомнения, вызовет множество критичес­ких замечаний, однако следует признать, что та прямота и бескомпромиссность, с которыми Лукарини отстаивает свои убеждения, вызваны его искренним желанием просла­вить Бога. Особенно отчетливо это его желание проявляется в его ревностном и мудром отношении к поклоне­нию и служению.

Жан Кальвин писал: «Мы из собственного опыта зна­ем, что в музыке заключается некий секрет, что она об­ладает неизъяснимой силой, вдохновляющей сердца». Ре­форматор был прав. Нам следует серьезно подходить к использованию музыки в жизни церкви, не забывая при этом, что наша главная цель – поклониться Богу. Я мо­люсь, чтобы эта книга помогла нам так поступать.

Джон Бланшард

 

Глава 1

Как мы спасали бабочек, попавших в шторм

Бог дал моей жене Джуди два замечательных дара, которые у меня отсутствуют, – удивительную духовную восприимчивость и проницательность. На протяжении двадцати одного года нашего брака я не перестаю удив­ляться тому, что она может предвидеть далеко идущие негативные последствия тех, на первый взгляд, позитивных новшеств и веяний, которые приходят в церковь. И очень благодарен ей за это. А с другой стороны, благодаря да­рованной ей Богом восприимчивости, у нее есть способность замечать эмоционально травмированных людей в церкви.

Летом 1993 года, когда мы с Джуди отправились на от­дых в Маскегон, который находится в штате Мичиган, в США, там, на озере Мичиган, разразился ужасный шторм со шквальным ветром, вздымавшим пенящиеся волны, и проливным дождем. Когда после шторма мы вышли про­гуляться по пляжу, Джуди вдруг заметила у себя под ногами засыпанную песком бабочку-монарха. Приглядевшись, мы увидели на пляже буквально сотни таких бабочек.

Сначала нам показалось, что все они мертвы. Но ког­да Джуди, наклонившись, прикоснулась к одной из них, та, к нашему удивлению, зашевелилась и даже попробовала взлететь. Увы, ее крылья намокли и отяжелели от налип­ших на них песчинок, и взлететь без посторонней помощи она уже не могла. Ураганный ветер, истрепав ее крылышки, забросил на этот пляж.

Нас с Джуди захлестнула жалость к этим бедным ба­бочкам. Ни одна из них не смогла бы выжить без посто­ронней помощи. Джуди аккуратно подняла одну из них, бережно стряхнула песчинки с ее отяжелевших крылы­шек и подержала немного на раскрытой ладони, чтобы крылья могли подсохнуть на солнце. Не прошло и не­скольких секунд, как бабочка начала шевелить крыльями, вначале медленно, потом немного быстрее. Джуди показала мне, что происходит с бабочкой, и у нас появилась надежда на то, что она выживет. Однако для этого ей нужно было самостоятельно взлететь.

С озера дул легкий ветерок, как это обычно бывает после бури. Джуди подбросила бабочку, и та, подхвачен­ная ветром, попыталась лететь. Она то поднималась, то опускалась, и я уж было подумал, что она снова упадет в мокрый песок. Однако внезапно ее крылья обрели былую силу – она смогла долететь до одного из прибрежных кустов и села на ветку. Нам удалось ее спасти! Окрылен­ные этим успехом, мы пошли дальше по пляжу, стараясь сделать все возможное, чтобы спасти как можно больше бабочек. Джуди поднимала их из песка, а я помогал им снова взлететь. Однако многие из них умирали слишком быстро, и нам удалось спасти только несколько десятков бабочек.

 

Движение за современную христианскую музыку

 

Позже один местный житель попытался объяснить мне это странное явление. Он считал, что шторм принес ба­бочек с другого берега озера, то есть с самого штата Висконсин. Сильный штормовой ветер подхватил бабочек и они, не сопротивляясь, понеслись по воле стихии. Они были застигнуты врасплох.

Джуди однажды сравнила движение за современную христианскую музыку с этой бурей. В 90-х годах двад­цатого века оно со страшной силой ворвалось в наши церкви, и каждый, кто становился на его пути, был, подоб­но этим бабочкам, сметаем прочь его приверженцами и, в конце концов, израненный в борьбе, оказывался в безлюд­ной пустыне без всяческой надежды на спасение. Неко­торым из этих людей так и не суждено было подняться вновь – слишком тяжелую рану им нанесли. Другим же до сих пор тягостно при мысли о том, сколько безнрав­ственности, лжи и разделений последовало за этой музы­кальной бурей.

В прошлом я сам был лидером музыкального служения в церкви и ратовал за современную музыку. Я не был ключевой фигурой в этом движении – я был простым солдатом, который провел несколько лет в этом движении, выступал в его поддержку и помогал церквам совершать болезненный и трудный переход от традиционной формы богослужения к современной. На протяжении всех этих лет я с энтузиазмом пропагандировал внедрение современ­ной христианской музыки в еженедельные церковные слу­жения как в евангельских, так и в фундаменталистских церквах. И в то время считал свое служение угодным Богу и полезным церкви.

Два года назад, после того как Бог открыл мне глаза, показав лживость и небезопасность этого движения (далее мы подробнее поговорим об этом), я ушел из него. Эта книга написана для того, чтобы спасти тех бабочек, чьи крылья помяты музыкальной бурей. Я также хотел бы предосте­речь церкви, в которых все еще сохранилось традиционное музыкальное служение и которые намереваются перейти к современному музыкальному служению. Я надеюсь обо­дрить тех, кто собирается противостоять этому переходу, и дать основанные на библейских принципах ответы тем, кого волнует вопрос музыки в церкви. Эта книга поможет им опровергнуть доводы музыкальных новаторов.

Я знаю, что многим христианам, которые участвуют в этом движении, нравится сама музыка, как и мне, она нра­вилась в свое время, однако они обеспокоены тем, что из-за ее использования могут возникнуть некоторые пробле­мы. У них просто не хватает аргументов, чтобы выразить свою точку зрения. К кому же им обратиться за помощью и поддержкой? Конечно, о проблеме использования совре­менной музыки в церкви написано уже больше чем дос­таточно. Но большинство книг и статей написано теми людьми, которые никогда не были в рядах новаторов. Я знаю, что новаторы не будут читать их, потому что с пре­дубеждением относятся ко всем тем, которых, возможно несправедливо, называют фундаменталистами и традици­оналистами, уцепившимися за старые, мертвые традиции.

 

Мое личное участие

 

Я же могу описать реальную картину того, что проис­ходит внутри этого движения, и объяснить, что движет новаторами, так как до недавних пор я сам являлся его искренним и непосредственным участником. И если неко­торым сторонникам современной христианской музыки и удается парировать критику более пожилых христиан, объясняя их недовольство вечной проблемой «отцов и детей», то со мной этот номер не пройдет. Еще в 70-х годах я слушал и играл рок-музыку со всем ее грохотом и низкопробностью. Мне знаком каждый ее стиль и направление. И я с убежденностью могу сказать, что самая худшая музыка, которую исполняют сегодня, – всего лишь отголосок той, которую мы начали играть в 70-х. Когда вы прочтете эту книгу, я надеюсь, вы согласитесь, что меня трудно причислить к традиционалистам, которые изо всех сил держатся за мертвые традиции.

А теперь позвольте мне вкратце представить вам мою книгу, чтобывы знали, чего от нее ожидать. В этой кни­ге я не пытаюсь провести исчерпывающее богословское ис­следование вопроса о музыке в Библии. Однако я посто­янно буду прибегать к Слову Божьему как к наивысше­му авторитету, определяющему, каким должно быть наше поклонение. Конечно, для тех читателей, которые не счи­тают Библию наивысшим авторитетом для христианина, эти аргументы не покажутся убедительными. В этой книге не затрагивается тема неоднозначного воздействия ритма рок-музыки на человеческую психику. По этому поводу сказано и написано уже достаточно. В этой книге не го­ворится о том, какую музыку можно слушать вне церк­ви, хотя я считаю, что каждый христианин может извлечь для себя определенную пользу из тех предостережений и принципов, которые касаются богослужения в церкви.

В этой книге мы поговорим о том, что присутствие со­временной христианской музыки на богослужениях – сомнительное явление, если не сказать больше, поскольку это, как правило, ведет к разделениям, потаканию собствен­ной плоти и безнравственности. Критика, которую вы найдете на страницах этой книги, в основном направлена в адрес тех, кто возглавляет движение в поддержку со­временной христианской музыки, а не в адрес рядовых членов церкви.

Теперь я хочу определить значение нескольких терми­нов, которые будут постоянно использоваться в этой книге.

Современная христианская музыка – это христи­анские композиции, которые написаны в стилях легкого рока, поп-рока, классического рока. В это понятие входят также другие формы музыки с ярко выраженным синко­пированным ритмом: рэп, джаз, блюз, хип-хоп, панк, ска, современные кантри и вестерн.

Музыка поклонения и прославления – разновидность современной христианской музыки, сформировавшаяся под сильным влиянием рока. Самые известные звукозаписы­вающие компании этого направления - «Интегрити Хосанна», «Вайн-ярд», «Маранафа мьюзик».

Новаторы – это христиане, которые предпочитают использовать современную христианскую музыку для прославления и поклонения на служениях. Это название не является ярлыком, я применяю его только для разгра­ничения одной категории людей от другой.

Традиционсигисты – это христиане, предпочитающие использовать на богослужениях традиционную, консерва­тивную музыку. Под консервативной музыкой я имею в виду ту музыку, которая не вызывает споров и противо­речий, общепринятую. Сюда относятся гимны, традиционные песни и те современные композиции, которые не напи­саны в стиле рока или других музыкальных стилях, в которых особенно подчеркивается чувственность. Термин «традиционалист» в кругах новаторов используется в не­гативном смысле, однако в этой книге мы надеемся вер­нуть ему положительное значение.

Я молюсь о том, чтобы все написанное в этой книге по­служило славе Бога Отца и Господа нашего Иисуса Хри­ста, а также стало поводом к диалогу в церкви Христо­вой. Мои замечания предназначены не для того, чтобы обидеть тех христиан, которые пропагандируют современ­ную христианскую музыку или принимают непосредствен­ное участие в современном музыкальном служении. Мои друзья расскажут вам, что я не люблю конфронтаций, пы­таюсь примирить всех и сам жить в мире. Однако я осоз­наю, что моя история и мои выводы буду т весьма неприятны для некоторых христиан. Если вы хотите разделить церковь, просто поднимите вопрос о церковной музыке.

Я также понимаю, что некоторые мои друзья-христиа­не, которые когда-то вместе со мной несли музыкальное служение, будут очень удивлены и даже шокированы тем, насколько изменилось мое отношение к современной хри­стианской музыке. Они видели, как я играл ее в церкви и как изо всех сил боролся за то, чтобы эта музыка по­лучила признание. Мы искренне были увлечены нашим служением, и у меня осталось немало хороших воспоми­наний о времени, проведенном вместе. Поэтому я буду молиться о том, чтобы они приняли во внимание все сказанное мною на страницах этой книги и еще раз задума­лись о том, стоит ли им пропагандировать современную христианскую музыку.

 

Нападение на защищенную крепость

Я понимаю, что моя книга – это своеобразное нападе­ние на хорошо защищенную крепость. Современная хри­стианская музыка сегодня очень популярна в церквах, она любима как в евангельских, так и в фундаменталистских церквах. Она прочно укоренилась в жизни многих веру­ющих. Некоторым читать эту книгу будет очень непрос­то, потому что она бросает вызов привычным для них ус­тоям. Некоторые пастора не согласятся с моим мнением, потому что принимают на ура современную музыку. Но я считаю, что ее использование в прославлении и покло­нении является исключительно делом «рук человеческих», и об этом нужно заявить во всеуслышание. Я утверждаю так, потому что, во-первых, этому движению не хватает прочного библейского основания и, во-вторых, оно игнори­рует Божьи предписания относительно поклонения, угод­ного Господу. Использование современной музыки в про­славлении приводит к вражде и разногласиям между членами церкви, провоцирует их на плотский образ жизни, что в равной мере препятствует единению и успешному слу­жению. Я также считаю, что настоящий мотив использо­вания современной христианской музыки на богослужении заключается не в желании привлечь неверующих, как об этом часто говорится, а в желании слушать и играть ту музыку, которая нам нравится. В итоге мы приходим к тому, что лишаем понятие поклонения библейского значе­ния. Поэтому я больше не буду молчать.

Из того, что я уже сказал, читатель может заключить, что я принадлежу к той категории людей, которые считают, что все связанное с современной музыкой – заведомо плохо. В этой книге я рассказываю о том, как я пришел к выво­ду, что увлечение современной музыкой очень опасно и что ее философия не имеет под собой библейского основания. Я знаю, что многие искренние христиане поддерживают это движение. Они убеждены в том, что исполняют волю Божью, и искренне стремятся принести Ему славу. Я также считаю, что и среди современных песен есть много хоро­ших, с доктринально выверенными словами и красивыми мелодиями. Если не исполнять их в роковом стиле, они вполне могут подойти для церковного богослужения.

Я не осуждаю вас, если вы исполняете современную христианскую музыку в своей церкви! Следуя повелению Иисуса, записанному в Евангелии от Матфея 7:1-5 и Еван­гелии от Луки 6:42. я изо всех сил стремлюсь не осуждать других! Иисус сказал, что нам прежде следует вынуть бревно из своего глаза и только потом мы сможем отчетливо видеть! Я попытался сначала вынуть телеграфный столб из своего глаза, прежде чем призывать к ответу других.

В этой книге я высказываю свои убеждения и даю со­веты, но это не означает, что я хочу сделать их правилом жизни для каждого верующего. Если я буду создавать новые правила, я стану законником, поэтому (следуя при­меру апостола Павла) я не испытываю ни малейшего желания обременять своих читателей предписаниями, которые «имеют только вид мудрости в самовольном служе­нии, смиренномудрии и изнурении тела, в некотором небре­жении о насыщении плоти» (Кол. 2:23).

Это война внутри семьи, война, которую ведут между собой братья и сестры во Христе. Я настоятельно сове­тую всем им не принимать участия в движении, которое вызывает столько разделений и не приносит духовных плодов. Я призываю всех новаторов пересмотреть свои позиции и при помощи этой книги увидеть, что существу­ют лучшие возможности для служения. И прежде чем вы сформируете свое суждение относительно данной книги, я хотел бы, чтобы вы внимательно и без предубеждения прочли ее до конца.

Глава 2

Моя история

Христос спас меня, когда мне было 23 года. До этого поворотного момента я был целиком и полностью погружен в мир рок- и поп-музыки и вел безнравственную жизнь. Но так было не всегда. Мои родители принадлежали к объединенной методистской церкви и были ее активными членами. Меня крестили в младенчестве, и в двенадцати­летнем возрасте я прошел конфирмацию и стал посещать воскресную школу, однако я не был спасен, если рассмат­ривать понятие спасения в его истинном библейском смыс­ле. Я часто бунтовал против церковных учений, и каждый раз, когда мне представлялась возможность сыграть что-нибудь, я выбирал какую-нибудь современную песню типа псевдорелигиозной песни Джорджа Харрисона «Мой доро­гой Господь» или нейтральной «Абрахам Мартин и Джон». С тринадцатилетнего возраста я начал играть в музыкаль­ных группах на синтезаторе, солировать и участвовать в подпевках. Я сочинял песни, ежедневно часами слушал рок-музыку. Моими любимыми исполнителями были Билли Джоэл, Элтон Джон, группы «Deep Purple» и «Chicago». Я поступил в колледж на музыкальный факультет и на протяжении года занимался теорией музыки и композицией, а потом решил заняться изучением журналистики. В кол­ледже я принимал участие в организации концертов таких рок-групп, как «Fleetwood Мае», «America», «Emerson Lake & Palmer», а также Стивена Стилса.

До того как Христос спас меня, о Евангелии мне рас­сказывали несколько человек. В результате я решил по­читать Слово Божье, а когда стал это делать, то осознал, что веду порочный образ жизни. Одной Библии мне было достаточно, чтобы прийти к этой мысли. Мне не нужна была рок-музыка, чтобы заинтересоваться Евангелием! Тогда я еще был неверующим, но уже понимал, что та музыка, которой я увлекался, не имеет ничего общего с Богом. Как-то моя девушка Джуди, которая после стала моей женой, пригласила меня посмотреть фильм «Далекий гром», в котором рассказывалось о великой скорби в конце времен. Посмотрев этот фильм, я понял, что я погибающий грешник и что мне предстоит провести вечность в аду. Теперь я очень сожалел о своем непослушании Богу, рас­каялся в своем прежнем образе жизни и попросил у Бога прощение. Я уверовал в воскресшего Господа и Спасителя Иисуса Христа, который даровал мне силу стать дитем Бо­жьим (Ин. 1:12).Я был рожден свыше, и моя жизнь сразу же стала меняться.

 

Обличение Святого Духа

 

Дух Святой обличил меня, и я решил покончить со сво­ей безнравственной жизнью. Благодаря силе Христа, мо­литвам, изучению Библии и общению с другими христи­анами я смог побороть свое пристрастие к рок-музыке, нар­котикам, сигаретам, алкоголю и неупорядоченной половой жизни. Я присоединился к церкви, которую посещала Джуди. Эта церковь была настроена категорически про­тив рок-музыки. Бог в точности знал, что именно это было мне необходимо, чтобы бороться со своей грешной природой, которую оживляла во мне рок-музыка.

Вскоре после моего обращения я получил возможность в первый раз проявить себя на музыкальном поприще как возрожденный человек. Наша церковь вместе с несколь­кими другими церквами участвовала в одной евангелизационной кампании, подобные которой проводились во время ежегодных ярмарок в нашем округе. Каждую церковь попросили прислать по несколько хористов, чтобы ском­плектовать большой хор, который будет петь каждый ве­чер. Джуди и ее мама (руководитель нашего церковного хора) предложили мне поучаствовать в этом мероприятии, так как полагали, что для меня это будет прекрасной возможностью проявить свой талант и в то же время уз­нать много нового о хорошей христианской музыке. Я с энтузиазмом принял их предложение, и Джуди даже была моим аккомпаниатором на первой репетиции, где я пел ба­совую партию громко и в унисон с другими. В хоре пели сотни людей, и я был в восторге от их пения! Регент ска­зал, что ему понадобится бас и баритон для соло – я был готов к прослушиванию! Я искренне радовался тому, что принимаю участие в музыкальной программе, которая яв­ляется частью Божьего дела.

 

Постригитесь!

После окончания репетиции регент попросил меня и мужчину, который стоя рядом со мной, подойти к нему. Мой сосед, как я слышал, тоже неплохо пел, поэтому я решил, что регент выбрал нас двоих для прослушивания на солирование. Но не тут-то было!

Руководитель сказал нам, что длина наших волос не соответствует той, которая принята в хоре, и пока мы не пострижемся, он не допустит нас к дальнейшим репетици­ям. Я был сражен наповал и даже хотел спросить его, что он имеет в виду, так как не имел ни малейшего понятия, какая именно длина волос принята у них в хоре. Все это было для меня в диковинку. Я спустился вниз с подмо­стков с ощущением того, что Бог отверг меня. Джуди спросила, что случилось, и я рассказал ей, не удержавшись при этом от саркастического замечания о том, что, скорее всего, регент из зависти велел нам подстричься, ведь сам- то он был почти лысый.

Однако вскоре я открыл для себя одно из самых боль­ших благословений рождения свыше – это Святой Дух. Хвала Господу! Его присутствие помогло мне исправиться и не обижаться. Я подчинился (что было весьма ново для меня), – сделал стрижку именно такой длины, какой было нужно. К следующему вечеру я снова был на репетиции. В тот день мы больше не обсуждали с регентом данную тему, но эта история впоследствии получила совершенно неожиданную развязку. Недавно я с музыкальным руко­водителем своей церкви отправился на конференцию, посвященную церковной музыке, которая проходила в Юж­ной Каролине. Там я рассказал ему эту историю. Когда я сказал, как звали того регента, он ответил мне, что этот человек тоже присутствует на этой конференции, и даже показал мне на него. Я подошел к нему и напомнил о том, что когда-то произошло между нами. Он сразу же принес мне свои извинения, если его замечание каким-то образом обидело меня, и, думаю, был весьма рад услышать, как Бог использовал произошедшее тогда мне во благо. Беседуя с ним, я больше узнал о его музыкальном служении и по­нял, на какие большие жертвы ему и его жене пришлось пойти, чтобы участвовать в той евангелизационной кампа­нии, где я впервые встретил его. Они действительно были преданными рабами Господа, однако я в своем невежестве причислил этого мужа Божьего к разряду законников. Это был для меня хороший урок!

Какое-то время после моего обращения мне было сложно полностью отказаться от рок-музыки и образа жизни, с ней связанного, поскольку на протяжении мно­гих лет она формировала мое мировоззрение и самооцен­ку. Моя плоть так сильно привязалась к рок-музыке, что рвать приходилось по живому. Некоторые христиане го­ворят, что рок-музыка не оказывает на них никакого воздействия, но со мной все было иначе. Я думаю, это происходило потому, что рок-музыка была тесно связана в моем сознании со всеми моими позорными грехами, и стоило мне только услышать ее, как сразу же у меня в голове всплывали воспоминания об этих грехах. Но Иисус Христос обещал заботиться обо мне, и поэтому я попросил Его заменить старую музыку новой – той, которая была бы угодна Ему. Мои мучения длились дол­го, но, благодарение Господу, через год я начал замечать, как Бог отвечает на мою молитву.

 

Новая песнь

Что за чудо! Мне стали нравиться величественные гим­ны и простые песни, которые мы от всего сердца пели в церкви. Искренность и чистота этой музыки поражали меня (Моя любимая классическая рок-музыка теперь ка­залась мне в сравнении с ними очень громкой и неприят­ной). Я стал петь в хоре. Господь даже даровал мне вдох­новение, и я написал несколько новых песен, которые по­святил Ему. До того как Он вошел в мою жизнь, я напи­сал более пятидесяти песен. Раньше мне очень нравилось сочинять песни, и теперь я хотел это делать для Христа. Я чувствовал, что Он на самом деле вложил в мое серд­це новую песнь.

Однако вскоре я понял, что мне постоянно нужно бо­роться с влиянием музыкального прошлого. Какую бы песню я ни написал, она всегда получалась в поп- или рок-стиле. Я сделал блюзовую аранжировку классической пес­ни Ральфа Кармайкла «Он все для меня», записал ее в размере 6/8 и дополнил характерными для блюза рифами (короткими, часто повторяющимися музыкальными фраза­ми) на фортепиано. У меня вышла отличная ресторанная песня – так я раньше пел в барах. Мне показалось до­вольно странным, что никто в церкви не высказал мне своего сомнения относительно моего творения. Я, конечно, благодарен этим людям за их терпимость, но подойди ко мне кто-то из них тогда и объясни мне все опасности по­добной аранжировки, кто знает, как бы все обернулось в дальнейшем.

Итак, возрастая в Господе, я проявлял все больше и боль­ше преданности Ему, и мне доверили почетное право вес­ти служение. Я унаследовал это служение от своего те­стя, настоящего мужа Божьего, который проявлял искрен­нее послушание воле Божьей и был примером для меня. Возможность вести в поклонении и прославлении народ Божий представилась мне впервые. Я дал себе обещание быть сдержанным за кафедрой и уважительно относить­ся к традиционной музыке. Я старался выбирать консер­вативные музыкальные произведения и исполнять их в той же консервативной манере, при этом я использовал в про­славлении сборники гимнов, орган, фортепиано и хор. Наше служение проходило в обычном для американских протестантов порядке: музыкальное вступление, гимн, молитва, объявления, хор, причастие, гимн, сольная песня или музы­кальное инструментальное произведение, проповедь, призыв­ный гимн и заключительное слово. Время от времени на воскресных вечерних служениях мы всей церковью пели какую-нибудь современную песню, однако я внимательно следил за тем, чтобы в ней не было даже намека на рок. Мы стремились сделать ударение на вознесении хвалы Богу, а не на манере исполнения или исполнителе. Некоторые солисты (в том числе и я) иногда пели под фонограмму, поступая при этом не совсем последовательно, поскольку некоторые фонограммы были написаны с элементами рока или записаны неспасенными музыкантами.

Вскоре мы с моей семьей переехали в соседний горо­док и стали там ходить в церковь. Богослужения там про­ходили почти так же, как и в нашей прежней церкви, – в консервативной манере. Но нам показалось, что в по­клонении не достает жизни: казалось, что люди поют про­сто по привычке, а не из любви к Господу. Мы с Джу­ди тогда очень хотели, чтобы прославление было искрен­ним и живым, чтобы в пении выражалась близость наших отношений со Христом. Мы обнаружили, что некоторые члены церкви чувствуют то же самое, что и они хотят оживить собрания новой музыкой и новым порядком бо­гослужения. Оказалось, что каждый из нас слышал и слушал современную музыку для поклонения: одни – на вечерах молитвы, другие – на концертах современной христианской музыки.

 

Желание поклоняться

Я считаю, что многие христиане из консервативных церквей переходят в современные потому, что хотят по- настоящему поклоняться Богу. Каждый из нас жаждет более насыщенных и глубоких отношений с нашим Госпо­дом и Спасителем, которые проявлялись бы в «истинном» поклонении (в противовес «фальшивке» – так мы иногда называли традиционные богослужения). И в тот период своей жизни мы считали, что музыка помогает нам при­ближаться к Богу. Сейчас я хорошо понимаю, что мы заб­луждались: если мы желаем иметь близкие отношения с Господом, значит, мы должны ежедневно пребывать в Нем. А если ежедневное хождение с Господом мы хотим заме­нить одним вдохновляющим воскресным богослужением, то, что можно сказать о нашем ученичестве? Не играем ли мы тогда в христианство?

В нашей церкви поменялся пастор. Он был молод, мо­его возраста, родился во время демографического взры­ва (который имел место с 1946 года по 1960 год). В своей прежней церкви пастор дал согласие на то, чтобы во вре­мя воскресного служения играла группа прославления и поклонения. Это нововведение не принесло церкви пользы, а только вызвало разделения. Но, несмотря на это, он одобрил наше предложение изменить богослужение, по­скольку считал, что разделений в церкви можно будет избежать, если осуществлять эти перемены постепенно.

С добрыми намерениями и с огромным энтузиазмом мы провели членское собрание, чтобы обсудить предполагае­мые изменения в музыкальном служении. И здесь я впер­вые столкнулся с сопротивлением традиционалистов, ста­рейших членов церкви и семей, которые посещали церковь дольше всего. Но на каждое возражение у нас, молодых энтузиастов, был готов ответ. Нет, мы не собираемся ста­вить в церкви барабаны. Да, мы по-прежнему будем глав­ным образом петь гимны. Мы оставим пианиста и орга­ниста, которые несут служение сейчас. Все будет прилично и чинно. Мы не убедили традиционалистов, но и они не смогли переубедить нас. Честно говоря, я чувствовал, что они, по большому счету, просто держатся за традиции и не имеют каких-либо библейских оснований для своих воз­ражений (Я не обращал внимания на тот факт, что мы этих оснований тоже не имели). А с другой стороны, у нас было множество веских доводов, и мы не собирались от них отказываться. Мы ощущали, что «судьба» на нашей стороне, что перемены в музыкальном служении неизбеж­ны и даже жизненно необходимы для дальнейшего существования самой церкви.

Кстати, вы когда-нибудь обращали внимание на то, кто обычно начинает кампанию по внедрению современной музыки в церковь? Музыканты, ориентированные на со­временную музыку! Такие музыканты, как никто другой, заинтересованы в этом. Почему? Потому что в традици­оналистских церквах они, по большей части, не могут найти себе применения. Многие из них очень хотели бы послу­жить Богу своими талантами. Однако когда церковь при­нимает современную музыку, ситуация меняется в корне. Те, кто раньше возглавлял традиционное музыкальное служение, не принимают перемен и уходят, и тогда музы­канты-новаторы берут музыкальное служение в свои руки. Настает черед музыкантов-традиционалистов чувствовать себя невостребованными.

В то время как я был полон энтузиазма по поводу использования современной музыки в церковном служении, Джуди начала сомневаться в целесообразности перемен. Изучая Библию, она прочитала, как израильтяне стали по­клоняться Богу при помощи языческих обрядов, вместо того чтобы использовать установленные Богом ритуалы. За это Бог сурово осудил Израиль. В то время Джуди считала, что современную музыку можно слушать для себя, если она нравится, но поскольку она тесно связана с мирскими идолами – сексом и имиджем, – во время поклонения в церкви ее играть нельзя. Тогда мне следо­вало бы к ней прислушаться, но к тому времени я уже попался на крючок.

 

Влияние мира

Джуди также обратила внимание на тот факт, что не­которые люди, которые были ответственны за современное поклонение и сценки в церкви, находили вдохновение в миру. Они были полностью открыты для мира. Разве в будущем это не могло стать источником опасности для народа Божьего? Но эти люди были настолько любящи и терпимы к другим! Как она могла усомниться в их мо­тивах? Джуди не могла разобраться в этом противоречии, сомнения терзали ее. Она пыталась предостеречь меня, но я ее не слушал.

Итак, наша церковь решила осуществить переход от традиционного к комбинированному музыкальному служе­нию. Сделать это попросили меня. Однако через три месяца мне предложили новую работу, и нам пришлось переехать в Денвер, в штате Колорадо, поэтому я так и не смог завершить начатое. Церковь продолжила преобразо­вания после нашего отъезда и в процессе этих преобра­зований лишилась нескольких преданных членов.

В Денвере мы искали церковь, которая бы, с одной сто­роны, была консервативной в вопросах веры, но в то же время не осудила бы меня за приверженность к современ­ной музыке. К тому времени у нас уже было три ребен­ка: первому из них было тринадцать, второму – десять, а третьему – восемь лет. Сначала мы сходили в большую межденоминационную церковь, которую посоветовал нам по­сетить один мой хороший друг из Огайо. В этой церкви основное внимание уделялось привлечению неверующих, поэтому группа прославления в ней была профессиональ­ной и играла на высшем уровне. Все связанное с музыкой там было первоклассным, особенно музыкальная аппаратура, освещение и ход самого служения. Этот факт расположил меня к этой церкви, но Джуди с детьми очень не понрави­лось то, что богослужение было больше похоже на представ­ление. Когда мой отец приехал к нам из Пенсильвании погостить и мы пригласили его в эту церковь, он тоже остался не доволен этой новой волной в поклонении. Но я предпочел проигнорировать и это предостережение. Одна­ко при этом я понимал, что церковь должна устраивать всех членов семьи, и мы продолжили поиски.

Следующая церковь, в которую мы отправились, тоже была межденоминационной. В ней было около ста членов. Пастор был моего возраста. Прежде он был баптистом, но теперь он не называл свою общину баптистской, полагая, что так ему легче будет привлечь ищущих. Он все свои силы прилагал к тому, чтобы привлечь людей, которые, столкнувшись с лицемерием в фундаменталистских цер­квах, перестали посещать церковь вообще, – так называ­емых невоцерковленных людей. Нам очень нравилось, что он учил любить всех людей без всяких условий, что он на самом деле любил Бога, а не проявлял показную религи­озность.

Прославление уже имело современную форму, так как пастор не хотел вызывать у посетителей никаких ассоци­аций с традиционным баптистским служением. Сначала я просто играл на синтезаторе в группе поклонения и про­славления, а впоследствии стал руководителем этой груп­пы. Пастор стремился к тому, чтобы у нас была «рок-цер­ковь», и на самом деле некоторые наши служения прово­дились только под рок-музыку. Однажды в воскресенье утром мы сыграли совершенно хулиганский хит группы «Grand Funk Railroad» под названием «Что-то чудесненькое», но при этом пели слова «спасительной» переработки Марка Фарнера, который изменил текст так, что Иисус становился объектом любви поющего (Менять слова и ос­тавлять мелодию – обычная практика в движении за со­временную христианскую музыку). Мне этот стиль импо­нировал, он перекликался с той музыкой, которую я слу­шал в прошлом и которая мне когда-то нравилась. Одна­ко Джуди была возмущена и вышла из церкви прямо во время нашего неблагочестивого выступления.

Хвала Господу за ее духовную чуткость! Она почувство­вала в церкви дух бунтарства и безнравственности. Пыта­ясь создать в церкви атмосферу радушия, пастор учил, что Бог принимает человека таким, какой он есть, что было главным доводом в пользу современной христианской му­зыки. Этот пастор однажды распространял билеты на кон­церт группы «Doobie Brothers», уверяя, что, если бы Иисус жил в наши дни, Он пошел бы на этот концерт, потому что проводил время с грешниками. Подобное учение привлека­ло в церковь людей, которые хотели присутствия Божье­го в своей жизни, но не хотели меняться. Джуди видела в этом лицемерие и чувствовала опасность как для наших детей, так и для нашего брака. В конце концов, ей удалось убедить меня, и мы оставили эту церковь.

 

Подходящая церковь?

И вот наконец мы решили, что Господь привел нас в нужную церковь. Казалось, что и в служении (в том чис­ле и в музыкальном), и в жизни церкви все было сбалан­сировано. Учение было здравым, и установления проводи­лись должным образом. Пастор снова был моим ровесником, но более консервативным, нежели предыдущие три. Проповеди Слова Божьего были замечательными. В музы­кальном оформлении собрания сочетались и старые вели­кие гимны, и новые песни в стиле «Маранафа мьюзик». Там была группа прославления, но барабан и гитары играли тихо и не заглушали звучания остальных инструментов. Пел не один человек, а группа мужчин и женщин. Мне по­казалось, что пели они с настоящим благоговением. «Ну наконец, – думал я, – мне всегда хотелось, чтобы в музы­кальном служении был баланс нового и старого».

Руководителю группы нужен был клавишник. Я снова начал играть, а когда руководителю пришлось переехать, меня попросили занять его место. Итак, я стал отвечать за подбор репертуара и организацию утреннего воскрес­ного служения для паствы, насчитывающей более 500 членов. Я писал специальные музыкальные аранжировки, проводил еженедельные репетиции, подбирал вокал, пел и играл на синтезаторе. Наша группа состояла из пяти-семи певцов и приблизительно десяти музыкантов.

Обычно прославление на богослужении занимало двад­цать пять минут и состояло из песен поклонения и про­славления, которые перемежались небольшими молитвами. Я всегда старался включать в репертуар хотя бы один гимн. «Блок» поклонения (по-светски выражаясь) был составлен таким образом, чтобы одна песня сменялась другой без всяких пауз. Это было важно для создания соответ­ствующего настроя. Мы также использовали огромный на­стенный экран и проектор для текстов песен. Бог благо­словил нас отличным компьютером и замечательной аппаратурой. Мы добились успеха в поклонении и прославле­нии. Когда руководитель нашей деноминации посетил нашу церковь, он сказал, что наше поклонение – «лучшее в Колорадо».

В то время на мою жизнь сильное влияние оказали «Promise Keepers» – известное мужское движение, штаб- квартира которого находилась в Колорадо. «Promise Keepers» в основном играли рок, в частности, классический рок 70-х годов. Я был на их огромных евангелизационных концертах, где играла группа «Men's Band» звукозаписы­вающей компании «Маранафа».

Здесь я хочу сделать еще одно признание. Был еще один мотив, почему я стремился использовать как можно больше современной музыки в поклонении и прославлении. Внезапно все церкви начали исполнять рок на своих слу­жениях, однако делали это весьма посредственно. «Неуже­ли они не понимают, – думал я, – что неверующие про­сто засмеют их неуклюжие попытки и перестанут посещать церковь?». Я считал, что если уж играть в церкви рок, то играть его на высшем уровне. И я знал, как этого добить­ся. Все мое прошлое было связано с роком, поэтому я точно знал, как исполнять подобную музыку. «Кроме того, что я знаю, как играть рок, я еще знаю, как нужно петь старые гимны», – подумал я и прочно утвердился в мысли, что Бог «призывает» меня стать мостом между традиционной и современной музыкой в церкви.

Под моим началом музыкальное служение в церкви по­степенно превратилось из смешанного, когда исполнялось несколько гимнов и несколько современных песен, в чи­сто современное служение. Свой выбор музыкальных произведений я основывал на том, что предлагали звукозаписывающие компании «Интегрити Хосанна мьюзик» и «Маранафа мьюзик». Мне особенно нравилась музы­ка для поклонения и прославления «Интегрити», потому что в ней красивая мелодия сочеталась с хорошими сло­вами, прославляющими Бога и Иисуса Христа, и подходи­ла для исполнения на богослужении.

В нашей группе всегда были музыканты, которые очень любили экспериментировать с музыкальными стилями и часто балансировали на грани дозволенного. Они тяготели к «пограничной» музыке, которая еще не выходит за рамки общепринятой, но уже немного «режет» слух «среднеста­тистическому слушателю». Некоторые певцы хотели ис­пользовать в прославлении и поклонении новую музыку компании «Вайн-ярд», в которой было много повторов и боя. Тексты песен были явно харизматическими и не должны были звучать в баптистской церкви. Наш обыч­но спокойный барабанщик играл на электрической удар­ной установке, благодаря чему мы могли регулировать громкость, но он и теперь пытался играть свою партию как можно громче. Наш гитарист обожал классический рок и использовал любой шанс, чтобы сыграть сольную партию и вставить гитарный рифф, в чем обычно не было ника­кой необходимости. Наши еженедельные репетиции час­то превращались в рок-н-ролльные «джем-сейшены». Я был руководителем группы и мог бы поумерить пыл своих ребят, но вместо этого я просто удовлетворял свой голод по рок-музыке. Откровенно говоря, мне это просто нра­вилось! Но сейчас, когда я оглядываюсь назад, я вижу, как тяжело было держать в узде этого хищного зверя рок-музыку.

 

Итоги

 

В данный момент своего повествования мне бы хотелось остановиться, сделать глубокий вдох и подытожить, какими соображениями я руководствовался, присоединяясь к движению за современную христианскую музыку в служении поклонения и прославления. Во-первых, я не только хо­рошо разбирался в этой музыке – она мне нравилась. Из-за отсутствия серьезного образования я всегда чув­ствовал себя ущербным рядом со «священными» музыкан­тами. А использование современной христианской музы­ки дало мне возможность стать самым профессиональным музыкантом в церкви и использовать свой талант для Бога. Во-вторых, теперь я должен признать, что сама дол­жность музыкального руководителя чрезвычайно льсти­ла моему самолюбию. Уважение и признание, оказываемые мне, подсознательно напоминали мне то признание, кото­рое я имел до обращения, когда был рок-звездой, но я не отдавал себе в этом отчета, потому что новое признание было «христианским».

В-третьих, пастора церквей, в которых я был, очень хо­тели, чтобы эта музыка звучала в их церкви. Я поддался их влиянию. Я рос в семье военных, и мне с малых лет внушали, что власть имущих нужно уважать. Я считаю, что церковное руководство несет немалую долю ответственности за принятие и широкое использование современной христианской музыки в церкви. Конечно же, за свой вы­бор я сам несу ответственность и не пытаюсь переложить свою вину на других. Однако в церквах очень многие люди, подобно мне, следуют за пастором в том направлении, в котором он ведет (ведь пастор – это пастырь, пастух). Если пастор хочет изменить музыкальное оформление со­брания, кто станет спорить с ним? Я не стану.

 

Церковь, ориентированная на неверующих

Через некоторое время наш пастор переехал на восточ­ное побережье в другую церковь. Деноминационное руко­водство помогло нам выбрать нового пастора, который до этого пробовал создавать общину в Аризоне по модели, изложенной в книге Рика Уоррена «Целеустремленная церковь». Прежний пастор дал мне прочесть эту книгу, так что на то время я был уже знаком с философией слу­жения пастора Уоррена. Он считал, что церковь должна быть ориентирована на привлечение неверующих – вся община и все ее служения должны быть нацелены на то, чтобы «удовлетворить нужды» ищущих Бога.

Что это за нужды и какая музыка лучше всего под­ходит для их удовлетворения? Пастор Уоррен в своей книге отвечает на этот вопрос так.

В церкви мы исполняем музыку, похожую на ту, ко­торая звучит по радио. Людям нравится яркая, счас­тливая, ритмичная, веселящая музыка. Они привыкли к бас-гитаре и барабану.

Впервые в истории возник универсальный музыкаль­ный стиль, который можно услышать в любой стране мира. Этот стиль называется современный поп/рок.

Наш новый кандидат в пастора был пламенным привер­женцем этой философии, как, впрочем, и я. Когда его спро­сили, какую музыку он предпочел бы на воскресном слу­жении в церкви, он ответил, что музыка на служениях не должна отличаться от той, которую люди на протяжении всей недели слушают по радио в машине. Затем он до­бавил, что сейчас никто уже не слушает орган или гим­ны по радио, так зачем же нам исполнять эту музыку в церкви? Вам может показаться странным, но именно в тот момент, когда этот служитель Евангелия Христова изла­гал свои музыкальные идеалы, во мне что-то произошло. Мне показалось, как будто я впервые глянул в зеркало, и мне не понравилось то, что я там увидел! Я начал понимать, что это не Божье учение, а человеческая философия. Тогда я еще не понимал, к каким далеко идущим последствиям приведут слова этого пастора, но Святой Дух в это вре­мя уже подвел меня к поворотному этапу в моей жизни.

Это было началом конца моего увлечения современной христианской музыкой.

Этого пастора приняли на служение в нашу церковь. Он восхитился нашим служением поклонения и сказал, что хотел бы в дальнейшем работать с нашей группой. Но вскоре после его прихода я отказался от должности ру­ководителя. В то время я еще целиком не осознавал, что именно побудило меня так поступить, однако твердо знал, что не могу целиком и полностью поддерживать его му­зыку и философию поклонения. У меня возникло пред­чувствие, что он сделает поклонение настолько мирским, что мне даже страшно себе вообразить. Так оно в дальнейшем и вышло. Вскоре наша семья покинула эту цер­ковь, и Бог начал открывать мне через Свое Слово, поче­му то служение, которое мне так нравилось раньше, оттал­кивало меня теперь.

 

Почему мне пришлось уйти

Теперь мне бы хотелось поговорить о причинах, кото­рые побудили меня оставить это движение. Во-первых, я больше не мог принимать посылки философии современ­ной христианской музыки. Другими словами, основание моей идеологии сгнило и разрушилось. Нашей основной посылкой было то, что музыка нравственно нейтральна, что Бог принимает все музыкальные стили, что никто не должен осуждать предпочтения другого. Пытаясь найти библейское обоснование этим утверждениям, я обнаружил, что эти доводы построены по принципу «человек превыше всего», они нелогичны и искажают основные библейские принципы. В следующих главах мы поговорим об этом подробнее.

Во-вторых, когда я открыл для себя то, что Библия говорит об истинном поклонении, и понял, что значит быть в присутствии Божьем, мне стало не по себе от одной мысли о том, что наше поколение прославляет святого Бога низкопробной, вульгарной музыкой да еще в неподобающей одежде, причем никто из нас этого не замечает. В-третьих, чтобы сохранить свой брак и быть верным Богу вовсем, мне пришлось бежать от тех соблазнов, которые постоянно присутствовали там, где звучала современная музыка: искушение превозносить себя, влечение, возника­ющее к особам женского пола в группе поклонения.

В-четвертых, я заметил, что у нас есть все шансы стать такими же лицемерами, какими, как мы считали, были тра­диционалисты. Например, мы обвиняли традиционалистов в том, что в консервативных церквах в служении нет не­посредственности, они скучны и предсказуемы. Но почему-то мы не замечали, что наши современные служения с каждой неделей все больше и больше омертвевали. В евангельской церкви, прежде называвшей себя баптистс­кой, все богослужения, нацеленные на неверующих, стано­вились похожими одно на другое. Музыкальные группы становились клонами «Интегрити Хосанна» или «Маранафа Прэйз». Мы создали особую христианскую музыку для поклонения и прославления, и теперь тысячи церквей копировали ее. Это по-прежнему был рок, но уже не в обычном тяжелом стиле. Эта музыка расслабляла, чем-то напоминая «Иглз». Постепенно поклонение приобретало привычную (скучную?) форму. И если у консерваторов су­ществовали определенные рамки, чтобы упорядочить поря­док служения, то у современного движения правил не было, поэтому, когда служение становилось, по их мнению, слишком привычным, они привносили остроту ощущений с помощью «пограничных» песен: более громких, джазовых и вызывающих разногласия. Это проклятие для современ­ной христианской музыки: она медленно, но верно скаты­вается по наклонной – чтобы избежать привыкания, ру­ководители прославления вынуждены принимать любой музыкальный стиль, даже самый позорный. Я просто дол­жен был уйти.

Сейчас мы являемся членами церкви, в которой пастора и все остальные служители выступают категорически про­тив использования на богослужениях любой современной музыки, написанной в стиле рок. Я вернулся на круги своя, вернулся в церковь, музыкальная политика которой похожа на ту, которая была в церкви, где произошло мое обраще­ние. Чтобы закончить мою историю на веселой ноте, я должен был бы сказать, что я опять несу музыкальное служение, но это не так.

 

Последствия

Годы увлечения современной христианской музыкой наложили на меня свой отпечаток. Поначалу, когда мы только начали ходить в новую церковь, я очень критич­но относился к поклонению в ней и к руководителям это­го поклонения. Но свое недовольство я держал при себе или иногда делился с Джуди, но, тем не менее, эта неудов­летворенность меня изматывала. На примере этой церк­ви Господь показывал мне, что можно искренне и ревно­стно прославлять Его даже на традиционном богослуже­нии, но я так долго отстаивал противоположные взгляды, что никак не мог смириться с фактами. Эта внутренняя борьба порождала во мне еще более критичное отношение к прославлению.

Я боялся снова браться за музыкальное служение и никому не рассказывал, что я музыкант, я избегал музы­кального руководителя церкви. Мое прошлое и мои на­клонности не позволяли мне участвовать в прославлении в традиционалистской церкви, потому что я считал, что снова все испорчу.

Инстинктивно я превращал всю музыку, которую играл, в свой излюбленный поп-рок. Когда я начинал петь, то пел как рок-певец. Прошлое и здесь давало о себе знать – когда-то я долго трудился над тем, чтобы научиться так петь.

Через двадцать лет после обращения ко Христу я снова попросил Господа дать мне новую песнь, чтобы прославлять Его, но теперь я также прошу Его о том, чтобы эта пес­ня не имела ничего общего с рок-музыкой.

Глава 3

Отъявленная ложь

«В поклонении и прославлении можно использовать лю­бую музыку – Бог примет ее». Этой одной фразой сфор­мулирована вся философия современного движения покло­нения и прославления. Сторонники этого движения назы­вают законничеством любые установления, ограничивающие их музыкальные пристрастия, руководствуясь при этом лишь собственной философией. Раньше я разделял это убеждение, но сейчас с полной уверенностью могу сказать, что эта философия – отъявленная ложь. Следует она из очень популярного в современных церквах учения, которое гласит, что Бог принимает людей такими, какие они есть.

Чтобы правильно понять все сказанное в этой книге, читателю просто необходимо осознать, какой огромный вес это учение имеет в спорах о музыке в церкви. В резуль­тате его влияния Библия перестала быть средством раз­личения истины и лжи, оно подменило собой библейское водительство. И что еще более важно, мы просто обяза­ны исследовать этот фундаментальный принцип с точки зрения Писания, так как практически все аргументы, выд­вигаемые защитниками современной христианской музы­ки, основаны на нем.

Недавно мне вручили листовку, в которой приглашали посетить одну из близлежащих церквей. Там было напи­сано: «Когда мы говорим «приходи к нам таким, какой ты есть», это не значит, что мы приглашаем тебя прийти в своей повседневной одежде. Это значит, что мы примем тебя без осуждения, без нажима. Это значит, что мы по­можем тебе найти Бога и не будем создавать религиозных барьеров на пути к Нему». Девизом этой церкви было: «Для Бога и для нас в первую очередь важен ТЫ!». В та­кой церкви вы найдете приятную атмосферу, получите от­веты на волнующие вас вопросы и, конечно же, услыши­те современную музыку.

А разве вам не приходили такие приглашения? Я получил подобное приглашение от преобразованной бап­тистской церкви, которая проводила программу «Авана» (еженедельный детский библейский клуб в консерватив­ных и фундаменталистских баптистских церквах в Америке), а это в свою очередь означало, что эта церковь была фундаменталистской баптистской церковью. Если это так. то рано или поздно посетители к своему разочарованию должны будут обнаружить, что Библия осуждает их об­раз жизни, что у Христа есть конкретный план для их жизни, который не подразумевает, что она будет легкой и приятной. Быть учеником не значит постепенно изме­нять свою самооценку; взросление всегда вызывает пере­мены, а перемены болезненны. Человеку, следующему за Христом, не удастся сохранить свои старые привычки и пристрастия. И как знать, не расценит ли посетитель крещение, являющееся обязательным условием членства, очередным «религиозным барьером»?

Призыв «приходи таким, какой ты есть, Бог примет тебя в любом виде» тесно связан с движением терпимости, ко­торое сегодня набирает популярность в светском обществе.

На приведенном мной выше примере вы видите, что эта философия приводит к серьезным разочарованиям в вере. Определить же, истинное ли то или иное учение, мы мо­жем не по последствиям, к которым оно рано или поздно приведет, а по тому, имеет ли оно библейское основание. Выдержит ли это учение проверку Словом Божьим?

Основано ли на Библии приглашение «приходи таким, какой ты есть»? Несомненно, оно отражает библейский прин­цип, по которому для Бога «вся праведность наша – как запачканная одежда» (Ис. 64:6). Мы не можем заработать спасение, не можем очистить себя так, чтобы Бог принял нас. Но значит ли это, что мы можем такими и оставаться?

Джон Макуджина, ученый, скрупулезно исследовавший движение за современную христианскую музыку, отметил следующее:

В отличие от большинства консервативных проповед­ников. которые призывают очистить себя перед приня­тием Христа, у движения за Иисуса (с которого и на­чалось движение за современную христианскую музыку) более библейский подход: Приходите такими, какие вы есть!». Проблема, однако, состоит в том, что обычно это означает не только прийти таким, как ты есть, но и остаться таким, как ты есть – не изменять своих му­зыкальных пристрастий, манеры говорить и одеваться, поведения в обществе.

Я слышал только одно библейское подтверждение этому учению. Это история из восьмой главы Евангелия от Иоанна, где говорится о женщине, пойманной в прелюбо­деянии. Однако не стоит забывать, что после того, как фа­рисеи разошлись, Иисус сказал женщине: «Я не осуждаю тебя; иди и больше не греши». Иисус не принял ее такой, какой она была – Он повелел ей измениться. Иисус не принимает и нас такими, какие мы есть. Когда мы стано­вимся Его учениками, Он повелевает нам измениться и больше не грешить, обратиться от идолов к Нему, отречь­ся от похотей мира сего и возлюбить Его.

В Библии нет никакого подтверждения тому, что суще­ствует Бог, который принимает человека «таким, какой он есть». Богу не угодна наша самооценка, наша запачканная одежда. Поразмышляйте, и вы убедитесь в этом сами. Мы знаем, что Бог – свят, что Он ненавидит грех (десять за­поведей в Исходе 20:1-17; Прит. 6:16; Зах. 8:17; Мал. 2:16). Мы знаем, что Бог милостив к раскаявшимся греш­никам (2 Пар. 7:14; Иез. 18:21-22; Иер. 18:8; 2 Пет. 3:9). Он принимает нас только тогда, когда мы приходим к Нему через Иисуса Христа (Ин. 14:6), а Иисус не примет грех грешника. Он утверждал, что покаяние в грехах нужно всем, а не только фарисеям.

В Послании к римлянам 8:29 сказано, что мы не оста­емся такими, какими мы были. Бог начинает уподоблять нас Христу. Мы отдаляемся от всего мирского и прибли­жаемся к святости. Из Первого послания к коринфянам 6:9-10 и из всего Первого послания Иоанна со всей очевидностью следует, что мы не можем продолжать жить во грехе и при этом надеяться, что Бог примет нас. А в Пер­вом послании Петра 2:11 даже содержится призыв «уда­ляться от плотских похотей, восстающих на душу».

Новый Завет учит, что настоящее обращение приводит к измененной – и изменяющейся – жизни. Преобразо­вание начинается изнутри, с «нового сердца» и «нового духа»(Иез. 36:26), и, по мере того как мы питаем себя Словом Божьим, отдаем всю свою жизнь Богу, а не миру, наш разум обновляется, и мы становимся «подобными об­разу Сына», образу Христа (Рим. 8:29; 2 Кор. 3:18). «Не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего», – сказано в Послании к Римлянам 12:2. Первая часть этого повеления дословно значит: «Не упо­добляйтесь миру».

Любой честный человек, изучающий Библию, согласится, что учение о безусловном Божьем принятии, по меньшей мере, является заблуждением. Мы не можем явиться перед Богом такими, какие мы есть, не исповедуя свои грехи или даже не замечая их, и ожидать при этом, что Бог примет нас. Если мы тащим с собой в церковь свою любимую мирскую музыку, манеру общаться и одеваться, разве мо­жем мы ожидать благословения?! Писание не дает нам повода так думать. Нам не хотелось бы, чтобы люди, ищу­щие Бога, но еще не присоединившиеся к церкви, думали, что Бог примет их, даже если они будут продолжать гре­шить. Но именно эта мысль раздается во многих церквах, слетает с уст многих молодежных пасторов. Служители, для которых главное – привлечь в церковь еще не обративших­ся, обращают особое внимание на Божью милость, на Его желание принимать грешников и, чтобы не обидеть неверу­ющих, никогда не говорят о том, что Бог осуждает.

Это учение настолько популярно в некоторых общинах, что одни христиане не могут подвергнуть сомнению пра­вильность поведения или личные предпочтения других христиан. Если вы попытаетесь в любви обличить брата или сестру, вас обвинят в том, что вы осуждаете их. А если вы осмелитесь при этом процитировать Писание, вас назо­вут фарисеем. И если в церкви критикуют то, что кому-то нравится, то такую церковь считают законнической.

Если Бог принимает меня таким, какой я есть, значит, Он принимает и мои предпочтения в поклонении. И если мое сердце праведно перед Богом, кто имеет право требовать от меня, чтобы я каждое воскресенье являлся на служе­ние? Бог знает, что я не совершенен, но Он все же любит меня, поэтому кто, кроме Него, может требовать у меня отчет за мои поступки? Сегодня в мире очень популярно быть терпимым, подобные рассуждения – дань мирской моде. Считается, что терпимый человек – это такой че­ловек, который призывает к равноправию и уважает сво­боду выбора каждого, не осуждает образ жизни другого, так как каждый может жить так, как ему хочется, и руковод­ствоваться своими предпочтениями. Я хочу, чтобы вы поняли меня правильно: я не превозношу закон над благо­датью, а внешнее проявление – над внутренним содержа­нием. Я только хочу сказать, что, избегая законничества – крайности, в которую церковь впала в семидесятых годах двадцатого века, – в начале нового тысячелетия мы по­пали в другую крайность.

В этой новой Церкви Вседозволенности гораздо важнее проявлять терпимость к мирским пристрастиям и образу жизни, нежели говорить о библейских принципах. В ней нельзя подвергать сомнению пристрастия людей, а если вы все же рискнули это сделать, то незамедлительно долж­ны обосновать свою критику на конкретном отрывке Писания. (Позже мы увидим, что сами приверженцы со­временной музыки в поклонении, отстаивая свои убежде­ния, не всегда придерживаются этого принципа.) Понятно, что из-за лицеприятия, царящего в церкви, традициона­листы боятся поднимать вопрос о музыке. С другой сто­роны, атмосфера вседозволенности объясняет, почему мно­гие так легко, не рассуждая о последствиях, принимают современную христианскую музыку.

«Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!", войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мтф. 7:21) – это истина. «Бог примет тебя таким, какой ты есть» – это отъявленная ложь.

Я твердо уверен, что современная христианская музыка столь широко распространилась в церквах только пото­му, что мы не можем заметить действие этого принципа терпимости и опровергнуть его. Вполне возможно, что мы изо всех сил стараемся не дать повода назвать себя за­конниками. Мы променяли непреложность библейских принципов на терпимость ко всему мирскому, почему же нас теперь удивляет, что вместе с музыкой в церковь про­никает столько негативного? Благодаря большой лжи о том, что Бог принимает нас такими, какие мы есть, и порожденным ею маленьким обманом, который мы рассмот­рим ниже, современная музыка прочно утвердилась на наших богослужениях. Эта ложь позволила безнравствен­ности и разделению проникнуть в наши церкви.

 

Безнравственность

 

Сатана, пытаясь лишить христиан их доброй репутации, очень часто старается внушить им. что им нужно отка­заться от ложной скромности и быть раскрепощенными в вопросах сексуальности. С большим успехом он использует этот метод по отношению к неверующим, удерживая их в плену у безнравственности. Желаемого результата он до­стигает при помощи обворожительной музыки, обворожи­тельных исполнителей, сексуальных образов, алкоголя и наркотиков. Может ли сатана на эту удочку поймать и христианина? И может, и ловит.

Когда мы позволили рок-музыке (во всех ее разновид­ностях) присутствовать на богослужении, мы открыли две­ри безнравственности, с которой неизбежно ассоциируется эта музыка. На первый взгляд это не очевидно. Мы не играем на собраниях хард-рок – вместо него мы исполь­зуем более приемлемые, мягкие разновидности этого стиля: легкий рок, поп-рок, кантри-рок, легкий джаз. Эта музы­ка призвана создавать романтическое настроение, чувство влюбленности в Бога – именно этого ощущения мы до­биваемся при поклонении. Все эти жанры рока более- менее мелодичны, но все же они содержат в себе части­цу рока, которая воздействует на нашу плоть и напоми­нает нам о пристрастиях в мирской музыке.

Несмотря на все наши попытки обуздать этого музы­кального монстра, святые Божьи обольщаются современ­ной христианской музыкой. Эта музыка в состоянии по­дорвать моральные устои любого христианина, как бы прочно, с его точки зрения, он ни стоял на ногах. Какие же существуют признаки проникновения безнравственно­сти в церкви? Об этом мы поговорим в 6-й




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.