Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Эмоциональный интеллект. Ралф, напротив, был одним из самых самоуверенных и об­




 


Ралф, напротив, был одним из самых самоуверенных и об­

щительных детей в любом возрасте. Всегда раскованный и раз­

говорчивый, в тринадцать лет он непринужденно откинулся на

спинку стула, не выказал ни малейшей нервозности в поведе­

нии и говорил уверенным дружеским тоном, словно интервьюер

был его ровесником, хотя разница в возрасте составляла у них

двадцать пять лет. За все детство у него было всего два недолго­

вечных страха — боязнь собак, после того как на него неожи­

данно набросилась большая собака, когда ему было три года, и

страх перед полетами, после того как в семилетнем возрасте он

услышал об авиакатастрофах. Общительный Ралф никогда не

считал себя застенчивым.

Робкие дети, по всей вероятности, вступают в жизнь с не-

вральной схемой, которая заставляет их острее реагировать даже

на весьма умеренный стресс; ведь уже с первых минут появле­

ния на свет их сердца бьются быстрее, чем у других младенцев,

в ответ на необычные или непривычные ситуации. В возрасте

одного года и девяти месяцев, когда молчаливые и сдержанные

дети сторонились своих занятых игрой сверстников, их серд­

ца, судя по показаниям кардиомониторов, сильно бились в тре­

воге. Такой легко пробуждаемой тревогой, по-видимому, и

объясняется их пожизненная застенчивость: каждого нового

человека или ситуацию они воспринимают как потенциальную

угрозу. Возможно, в результате этого женщины средних лет,

запомнившие, насколько робкими они были в детстве в срав­

нении со своими общительными сверстниками, больше боят­

ся, тревожатся и мучаются чувством вины, атакже больше стра­

дают от вызывающих стрессы проблем, что проявляется в фор­

ме мигрени, синдрома раздраженной толстой кишки и других

расстройств желудочно-кишечного тракта.

 

 

Нейрохимия застенчивости

 

Разница между осторожным Томом и самоуверенным Рал-

фом, по мнению Кейгана, состоит в возбудимости невральной

цепи, в центре которой помещается миндалевидное тело. Кей-

ган полагает, что люди вроде Тома, склонные испытывать опа-


 


 

Дэниел Гоулман


 

сение и страх, уже рождаются с такой нейрохимией, которая

провоцирует легкую активацию этой цепи, а потому они избе­

гают всего, что им незнакомо и непривычно, страшатся не­

определенности, постоянно мучаются тревогой. Те же, кто по­

добно Ралфу наделен нервной системой с более высоким поро­

гом активации миндалевидного тела, от природы общительны

и дружелюбны и выказывают неудержимое стремление к ис­

следованию новых мест и встречам с новыми людьми.

Раннюю информацию относительно того, какую черту ха­

рактера унаследовал ребенок, можно почерпнуть из того, на­

сколько трудным и раздражительным ребенком он был и как

расстраивался, сталкиваясь с чем-то или кем-то незнакомым.

В то время как примерно один ребенок из пяти попадает в ка­

тегорию застенчивых, примерно двое из пяти отличаются са­

моуверенным нравом.

Часть данных Кейгана получена из наблюдений за кошка­

ми, которые необычайно застенчивы. Примерно у одной из

семи домашних кошек модель боязливости сходна с моделью

боязливости у робких детей: они сторонятся новизны (вместо

того, чтобы проявлять легендарное любопытство), они крайне

неохотно изучают новую территорию и нападают лишь на са­

мых мелких грызунов, оказываясь слишком робкими, чтобы

мериться силами с теми, что покрупнее, которых их более храб­

рые сородичи из семейства кошачьих преследуют с большим

пылом. Данные, полученные с помощью зондов для непосред­

ственных исследований головного мозга, показали, что у этих

пугливых кошек отдельные участки миндалевидного тела не­

обыкновенно легко возбуждаются, особенно когда они, напри­

мер, слышат угрожающее завывание другой кошки.

У кошек пугливость развивается примерно к месячному

возрасту, то есть к тому моменту, когда их миндалевидное тело

достигает уровня развития, достаточного для того, чтобы взять

на себя контроль над цепями головного мозга в решении во­

проса, приблизиться или избежать. Один месяц созревания моз­

га котенка приравнивается к восьми месяцам развития мозга

ребенка; именно у восьми-девятимесячных младенцев Кейган

заметил появление страха перед «чужими людьми»: если мать

младенца выходила из комнаты, а в ней находился незнакомый


 

Эмоциональный интеллект


 


 

человек, ребенок начинал плакать. Кейган постулировал, что

робкие дети, возможно, от рождения имеют неизменно высо­

кие уровни норэпинефрина или других химических веществ

головного мозга, которые активируют миндалевидное тело и

таким образом создают низкий порог возбудимости, заставляя

миндалевидное тело легко «запускаться».

Одним из признаков такой повышенной чувствительности

служит, например, то, что когда у молодых мужчин и женщин,

отличавшихся в детстве застенчивостью, в лабораторных усло­

виях измеряют определенные показатели, подвергая их при

этом стрессам, таким, как резкие неприятные запахи, их пульс

остается учащенным гораздо дольше, чем у их более общитель­

ных ровесников, — признак того, что выбросы норэпинефри­

на удерживают их миндалевидное тело в возбужденном состоя­

нии, а благодаря связанным нервным цепям их симпатическая

нервная система активизирована. Кейган считает, что у застен­

чивых детей повышены уровни реактивности во всем диапазо­

не показателей симпатической нервной системы, начиная с

более высокого кровяного давления в состоянии покоя и боль­

шего расширения зрачков и до более высоких уровней норэпи-

нефриновых маркеров в их моче.

Еще одним индикатором робости является молчание. Вся­

кий раз, когда рабочая группа Кейгана вела наблюдение за за­

стенчивыми и самоуверенными детьми в естественной обста­

новке — на занятиях в детском саду, с другими детьми, кото­

рых они не знали, или во время беседы с интервьюером, — роб­

кие дети говорили меньше. Одна робкая малышка, посещавшая

детский сад, ничего не отвечала, когда другие дети обращались

к ней, и проводила большую часть дня, просто наблюдая за тем,

как играют другие дети. Кейган предполагает, что робкое мол­

чание при столкновении с чем-то новым или с воспринимае­

мой угрозой служит признаком активности невральной цепи,

проходящей между передним мозгом, миндалевидным телом и

соседними лимбическими структурами, которые контролиру­

ют способность издавать звуки (те же самые цепи заставляют

нас «затыкаться» в условиях стресса).

Такие чувствительные дети подвергаются большому риску

заполучить со временем расстройство, связанное с тревожно-


 


 

Дэниел Гоулллан


 

стью, такое как панические атаки, начинающиеся уже в шес­

том или седьмом классе. При одном обследовании 754 мальчи­

ков и девочек из этих классов обнаружилось, что 44 ребенка уже

перенесли по крайней мере один приступ паники или имели

несколько предварительных симптомов. Эти приступы тревож­

ности, как правило, инициировались обычными для подрост­

кового возраста страхами, связанными, например, с первым

свиданием или трудным экзаменом, страхами, с которыми боль­

шинство детей справляется, не получая при этом более серьез­

ных проблем. Но застенчивые по характеру подростки, кото­

рых особенно пугали новые ситуации, приобретали панические

симптомы, такие как учащенное сердцебиение, одышка или

чувство удушья, наряду с предчувствием, что с ними произой­

дет нечто ужасное вроде того, что они сойдут с ума или умрут.

Исследователи полагают, что пока эти эпизоды недостаточно

существенны, чтобы заслужить психиатрический диагноз «па­

ническое расстройство», они сигнализируют о большем риске,

что у этих подростков с годами разовьется такое нарушение;

многие взрослые, страдающие паническими атаками, говорят,

что эти атаки начались у них в подростковом возрасте.

Начало панических атак тесно связано с наступлением пе­

риода полового созревания. Девочки с начальными признака­

ми полового созревания не сообщали о приступах тревоги, а из

тех, у кого этот период уже закончился, примерно 8 процентов

жаловались, что их часто охватывает паническая тревога. Пос­

ле такого приступа у них развивается боязнь повторения по­

добного состояния, которое заставляет людей, подверженных

паническим атакам, бояться самой жизни.

 

 

Ничто меня не тревожит:

жизнерадостный характер

 

В начале 1920-х моя тетя Джун покинула свой родной дом в

Канзас-Сити и отправилась в Шанхай, что в те годы считалось

весьма опасным для одинокой молодой женщины. Там тетя

Джун познакомилась и вскоре вышла замуж за агента колони­

альной сыскной полиции, находящейся в этом интернацио-


 

Эмоциональный интеллект


 


 

нальном центре коммерции и махинаций. Когда в начале Вто­

рой мировой войны японцы захватили Шанхай, тетю и ее мужа

отправили в лагерь для военнопленных, довольно полное пред­

ставление о котором дает книга и фильм «Империя солнца».

Пять страшных лет они провели в лагере и, выйдя оттуда, по­

няли, что потеряли все, что имели. Без гроша в кармане их ре­

патриировали в Британскую Колумбию (провинция Канады).

Помню, как еще ребенком я впервые встретился с тетей

Джун, энергичной и полной энтузиазма пожилой женщиной с

удивительной судьбой. В последние годы жизни с ней случил­

ся удар, следствием которого стал частичный паралич. После

медленного и тяжелого восстановления здоровья она снова

смогла ходить, но уже немного хромая. В те годы мы соверша­

ли с тетей Джун долгие прогулки, а ей тогда было уже за семь­

десят. Однажды я на что-то отвлекся и не заметил, как она ушла

вперед. Вдруг я услышал сдавленный крик — это тетя звала на

помощь. Оказалось, что она, зацепившись ногой за валявшую­

ся в густой траве сухую ветку, упала и не смогла сама встать на

ноги. Страшно испугавшись, я бросился ее поднимать, а она,

вместо того чтобы жаловаться и хныкать, посмеялась над своей

неловкостью и заявила: «Ну что ж, все не так уж плохо, по край­

ней мере я снова могу ходить».

Создается впечатление, что эмоции некоторых людей вро­

де моей тетушки по своей природе испытывают тяготение к

положительному полюсу. Такие люди буквально от рождения

веселы и добродушны, тогда как личности, им противополож­

ные, вечно ходят с мрачным видом и пребывают в меланхолии.

Подобный разброс темпераментов — с кипучим энтузиазмом

на одном конце и меланхолией на другом — видимо, связан с

относительной активностью правой и левой предлобных зон

коры головного мозга, образующих верхние полюсы эмоцио­

нального мозга. Это предположение высказал в своей работе

Ричард Дэвидсон, психолог Университета штата Висконсин. Он

обнаружил, что люди, у которых активность левой лобной доли

головного мозга выше активности правой лобной доли, по тем­

пераменту более жизнерадостны, всегда в хорошем настроении,

находят удовольствие в общении с людьми и в том, что им да­

рует жизнь, и быстро оправляются от всяческих неудач, совсем


 


 

Дэниел Гоулман


 

как моя тетя Джун. Те же, у кого более активной оказывается

правая лобная доля, склонны к отрицанию, вечно всем недо­

вольны и легко расстраиваются при столкновении с любыми

жизненными трудностями. В известной мере создается впечат­

ление, что и страдают они просто потому, что не могут изба­

виться от своих волнений и депрессии.

В одном из экспериментов Дэвидсона добровольцев с наи­

более ярко выраженной активностью левых лобных областей

сравнивали с пятнадцатью участниками эксперимента, у кото­

рых наибольшая активность лобных долей обнаруживалась

справа. Во время личностного теста участники с явной актив­

ностью правых лобных зон демонстрировали отчетливую кар­

тину склонности к отрицанию: они соответствовали карикатур­

ному типу, созданному комедийными ролями Вуди Аллена,

паникеру, который усматривает катастрофу в любом пустяке,

подвержен страхам и переменам настроения и с подозрением

взирает на мир, который, по его мнению, полон непреодоли­

мыми трудностями и скрытыми опасностями. В противополож­

ность своим унылым товарищам по эксперименту доброволь­

цы с большей активностью левой лобной доли видели мир со­

вершенно по-другому. Общительные и неунывающие, они

обычно испытывали чувство удовольствия, -чаще всего пребы­

вали в хорошем расположении духа, ощущали твердую уверен­

ность в себе и рассматривали как награду свою включенность в

жизнь. Очки, набранные ими по результатам психологических

тестов, говорили о более низком на протяжении всей жизни

риске впасть в депрессию и дойти до других эмоциональных

расстройств.

Как установил Дэвидсон, у людей, страдающих клиниче­

ской депрессией, имели место пониженные уровни мозговой

активности в левой лобной доле и более высокие в правой по

сравнению с людьми, никогда не испытывавшими уныния. Он

обнаружил ту же самую особенность у пациентов с недавно ди­

агностированной депрессией. Дэвидсон выдвинул гипотезу о

том, что люди, преодолевшие депрессию, научились повышать

уровень активности левой лобной доли, —предположение, ко­

торое ждет экспериментальная проверка.


 

Эмоциональный интеллект


 


По словам Дэвидсона, несмотря на то что в его исследовани­

ях участвует до 30 процентов людей, представляющих крайние

противоположности, по энцефалографическим картинкам по­

чти всех можно отнести ктому или другому типу. Различие в тем­

пераменте мрачных и неунывающих людей проявляется во мно­

гом — в большом и малом. Например, во время одного экспери-

ментадобровольцы просматривали короткие киноклипы. Одни

были забавными: горилла принимает ванну, играющий щенок.

Другие, вроде учебного фильма для медсестер, показывавшего

ужасные подробности хирургической операции, производили

мучительное впечатление. Мрачные люди с повышенной актив­

ностью правого полушария сочли веселые фильмы лишь умерен­

но забавными, но испытали крайний страх и отвращение в каче­

стве реакции на зрелище жидкой и запекшейся крови при хи­

рургическом вмешательстве. У группы жизнерадостных людей

реакции на хирургию были минимальными, их самыми сильны­

ми реакциями оказались проявления восторга, когда они смот­

рели оптимистичные фильмы.

Таким образом, по всей вероятности, именно темперамент

заставляет нас реагировать на жизнь или в негативном, или в

позитивном эмоциональном диапазоне. Склонность к мелан­

холии или оптимизму — а также к застенчивости или самоуве­

ренности — проявляется в первый год жизни ребенка — факт,

получивший строгое подтверждение данными из области гене­

тики. Как и большая часть головного мозга, лобные доли по­

стоянно развиваются в первые месяцы жизни, и пока еще не

найден надежный способ измерения их активности до того, как

ребенку исполнится десять месяцев. Но, как установил Дэвид­

сон, по уровню активности лобных долей у младенцев можно

спрогнозировать, будут ли они плакать, если их матери выйдут

из комнаты. В ходе экспериментов корреляция составила 100

процентов: из всех младенцев заплакал каждый, у кого более

активной была правая лобная доля, в отличие от детей с более

активной левой лобной долей.

Несмотря на то что основной признак проявляется с мо­

мента рождения, тем из нас, кто скроен по «лекалу мрачной

замкнутости», вовсе не обязательно идти по жизни, погрузив­

шись в раздумья и брюзжа. Эмоциональные уроки детства мо-


 


 

Дэниел Гоулллан


 

гут сильно повлиять на темперамент, или усиливая, или зату­

шевывая врожденную предрасположенность. Высокая пластич­

ность головного мозга в детстве предполагает, что пережива­

ния тех лет долгое время воздействуют на формирование не­

рвных проводящих путей, продолжающееся до конца жизни.

Возможно, иллюстрацией типа переживаний, которые способ­

ны изменить темперамент в лучшую сторону, являются резуль­

таты экспериментов, проведенных Кейганом с участием застен­

чивых детей.

 

 

Укрошение перевозбужденного

миндалевидного тела

 

Определенную надежду вселяет полученная Кейганом ин­

формация о том, что далеко не все полные страха младенцы

растут, держась в стороне от жизни, ибо, как мы помним, тем­

перамент — это не судьба. Излишне возбудимое миндалевид­

ное тело можно усмирить... научившись «правильно» пережи­

вать. Различие состоит в эмоциональных уроках и ответных

реакциях, которые дети усваивают в ходе развития. Для застен­

чивых детей главное значение с самого начала имеет то, как с

ними обращаются их родители, а значит, и как они научаются

справляться со своей природной застенчивостью. Родители,

которые, скажем так, проектируют переживания, постепенно

наделяющие детей смелостью и уверенностью в себе, словно

бы показывают им, каким методом можно воспользоваться,

чтобы в течение всей жизни исправлять присущую им боязли­

вость.

Примерно один из трех младенцев, появившихся на свет

со всеми признаками легковозбудимого миндалевидного тела,

избавился от застенчивости к моменту поступления в детский

сад. Данные наблюдений за поведением в домашней обстанов­

ке этих, прежде пугливых, детей показывают, что родители, и

особенно матери, играют главную роль в том, станет ли от при­

роды застенчивый ребенок со временем более смелым или так

и будет бояться всего нового и терять душевное равновесие,

сталкиваясь с любыми трудностями. В процессе исследования


 




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.