Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Двенадцать лет назад в спальне Кэйси.



Голые ветви за окном отбрасывали почти пугающие тени. Эмме уже хотелось натянуть на лицо одеяло, чтобы больше не видеть их. Она не могла объяснить, почему, но она вдруг начала плакать и не могла остановиться.

Кровать немного прогнулась, когда кто-то присел на край. Ей было стыдно повернуться, она думала, что это Кармен.

– Что случилось, милая? Она сразу повернулась и спрятала лицо у Кейн на груди.

Из-за слез и икоты Кейн не могла разобрать, что она говорит.

– Что ты делаешь дома? Я думала, что ты будешь в Чикаго до завтра.

– Я закончила дела пораньше, потому что тоже скучала. – Кейн гладила Эмму по светлым волосам, и она потихоньку успокоилась. Кейн тоже успокоилась. Ее все еще удивляло то, как быстро Эмме удалось завоевать ее сердце.

– Почему ты плачешь? Ты скучаешь по дому?

– Нет, я скучаю, конечно, по отцу, но сейчас мне просто было одиноко. – Эмма расстегнула несколько пуговиц на рубашке Кейн.

– И это ощущение одиночества заставляет тебя снимать с людей одежду?

– С людей – нет. Мне просто нравится ощущать тебя рядом. Это напоминает мне о том, что в твоей жизни есть для меня место.

Прикосновения, которые возвращала ей Кейн, не были связаны со страстью, она просто наслаждалась словами Эммы. С тех пор как они познакомились, Эмма наполняла ее силой. Она могла прийти к ней тогда, когда уставала от всего мира, и тогда, когда ей было нужно поделиться победами.

– Я люблю тебя. Эмма, и надеюсь, что ты всегда будешь это чувствовать. Твое место со мной, потому что я принадлежу тебе.

Эмма часто думала об этой ночи – о том, как она лежала рядом с Кейн. просто обнимая ее, пока все плохие мысли не исчезли. После этой ночи она больше не боялась теней, или спать в одиночестве, потому что Кейн внушила ей чувство постоянной связи друг с другом.

То, что она так быстро забыла об этом чувстве по причинам, в которых теперь и сама не видела никакого смысла, мучило ее. Когда Кейн прижала ее к себе на складе, она вспомнила то, от чего отказалась, но теперь уже слишком поздно. Ей нужно было убедить себя в том, что у нее больше нет шансов. Она понимала, что Кейн будет не против ее отношений с сыном, но этим ограничится их связь.

Признать эту потерю было сложно, а принять ее, наверное, будет невозможно. Она закрыла глаза, пытаясь выбросить из головы все мысли, чтобы заснуть. Проваливаясь в сон, она услышала плач из соседней комнаты, и в нем явно чувствовался страх.

Когда она вошла в комнату Хэйдена. ей даже не пришло в голову, что ее тут, может быть, не ждут. 0н свернулся в комочек так, будто ему было больно, и плакал. Эмма обняла его крепче, и когда он не оттолкнул ее, надежда, которую вселил в нее Росс, снова вспыхнула в ее сердце.

– Все хорошо, Хэйден. Я здесь, с тобой.

– Мне так страшно.

Это нормально, что ты это чувствуешь. – Проводя руками по его густым волосам, она вспомнила, как несколько раз точно так же держала Кейн.

– Она обещала, что вернется, и не вернулась. Я не хочу быть один.

Она попыталась притянуть его ближе к себе, но он начал сопротивляться, откатившись от нее.

– Ты не один. Хэйден. У тебя есть я и кое-кто еще. – Она хотела сказать ему о Ханне вместе с Кейн, но сейчас решила, что это отвлечет его мысли от Кейн.

– Больше никого нет, а ты уже бросила меня. Только потому, что маме плохо, я не буду с тобой.

– Хэйден, у тебя есть сестра, которая тебя очень любит.

Она не успела договорить. Хэйден спрыгнул с кровати и повернулся к ней со сжатыми кулаками.

– Нет! – закричал он так громко, что явно разбудил весь дом, и она услышала, что кто-то идет к его комнате. – Ты готова сказать все что угодно, так? У меня нет сестры!

Она быстро заговорила: – Я не вру. Ее зовут Ханна, и ей скоро будет четыре года. Когда я ушла, я только узнала, что беременна. Я планировала сохранить ее в безопасности.

– Как, пожертвовав мной?

– Нет, я собиралась вернуться за тобой.

– Жаль, что мама не сказала мне держаться подальше от тебя. Ты не только бросила меня, ты еще и любишь другого ребенка больше? Когда мама узнает…

Дверь открылась, и Меррик и Мук ворвались без приглашения.

– Идите спать, это касается только нас. – Хэйден показал на Эмму, ожидая, что его послушают.

– Из-за чего этот крик? – спросила Меррик.

– Я же сказал, что это личное. Уходите. – Хэйден не спускал с нее глаз. Он стоял, засунув руки в карманы джинсов – когда они приехали, у него не было сил раздеваться, и он просто упал в постель. – Когда мама узнает, ты не сможешь спрятаться, – сказал он, когда дверь закрылась.

– Кейн уже знает о Ханне. Я сказала ей сегодня, но она знала и до этого.

– Ты врешь. Она сказала бы мне, она все мне рассказывает!

Эмма встала и подошла ближе. Ей хотелось успокоить его, но раз нужно позволить ему подвергнуть ее вербальной атаке, пусть так и будет.

– Я не знаю, почему она не сказала тебе, Хэйден Может, она хотела подождать, пока все это кончится.

Когда Хэйден добавил предательство к списку того, что он ощущал, что-то внутри у него щелкнуло.

– Уходи. Иди в свою комнату. Вы с мамой достойны друг друга.

– Давай договорим, сынок.

– Я тебе не сын. Я никому не сын. Ты поменяла меня на кого-то. А теперь уходи.

 

– Миссис Кэйси, – Кармен осторожно трясла ее за плечо.

Эмма заморгала в замешательстве. Потом события прошлой ночи обрушились на нее, как в плохом фильме. Если ее первоначальный план заключался в том, чтобы заставить Хэйдена отвернутся от Кейн, у нее это получилось. Только в качестве бонуса теперь он ненавидел и ее.

– Что-то не так? Что-то с Кейн?

– Нет, мэм, из госпиталя звонили и сказали, что ей лучше. Я просто подумала, что вы с Хэйденом позавтракаете вместе, перед тем как ехать туда.

Меррик постучала в дверь.

– Кармен, где Хэйден? – Она была в панике. Они с Муком ничего не смогли поделать, когда он отпустил их вчера вечером. Они попытались дать ему личное пространство, и дали так много, что теперь не могли найти его. – Я думала, что он в своей комнате.

Эмма отбросила одеяло, подошла к Меррик и схватила ее. – Что это значит, где Хэйден?

– Его нет в доме, но он знает, что нельзя выходить одному. Он ничего тебе не говорил?

Эмма крепче схватила Меррик за руку. Хэйден наверняка пытается выпустить пар, как сделал бы любой мальчик его возраста после ссоры с матерью. Вот только Хэйдена вряд ли можно было назвать обычным одиннадцатилетним мальчиком. Если он позволил своему гневу подавить здравый смысл, то у него могут быть большие проблемы, осложненные еще и тем, что Кейн не может разобраться с ними.

Вбежал Мук и, отдышавшись, сказал: – Мы нашли его велосипед в квартале отсюда, но его нигде нет.

Теперь наступила очередь Меррик держать Эмму, потому что она чуть не упала, услышав эту новость. – Ну же, Эмма, сейчас не время для этого. Мы вместе оказались в этой ситуации, и нам необходимо вернуть его до того, как она очнется. Она доверила нам заботу о нем, а мы явно облажались.

– Может, он просто пошел погулять? – Мук пытался мыслить позитивно, не в силах представить, как они скажут Кейн, что потеряли ее ребенка.

– Мук, видит Бог, я люблю тебя, но раз он оставил там велосипед, он явно не пошел гулять. Нужно узнать, у кого он.

– Мне кажется, меня сейчас стошнит, – Эмма глубоко вздохнула и на секунду прислонилась к Меррик. – Может, стоит спросить у федералов, не видели ли они чего-либо?

– Их здесь уже нет. Крупная рыба, за которой они гонялись, в клинике, так что им не нужно наблюдать за нами. Если только твоя подруга не соврала.

– Поосторожнее, Меррик. Она не моя подруга. Я встретилась с ней вчера, и она помогла мне в трудную минуту. Это не значит, что мы любовницы. А что касается Кейн… – Она уже начала заводиться, но Мук прервал их.

– Леди, я не хочу показаться грубым, но сейчас у нас есть проблемы поважнее, чем выяснять, кто пойдет домой из школы с боссом.

– Он прав. Нам нужно отложить в сторону наши чувства и сконцентрироваться на поисках Хэйдена. Думаю Меррик права по поводу того, что он не гуляет. Кто-то забрал моего сына, и я собираюсь с этим разобраться.

Меррик начала смеяться так громко, что чуть не упала

– Ты собираешься что-то делать? Очень интересно. Благодаря тебе, его сейчас здесь нет. Оставь это дело нам, и можешь возвращаться доить коров.

– Мук, спускайся вниз и собери людей. Сначала мы поедем в клинику, а потом я скажу вам, что делать. Теперь, когда Кейн больна, а Хэйден исчез, в этом доме осталась только одна Кэйси, и это не Меррик, так что шевелись.

Охранник и Кармен вышли из комнаты, чтобы выполнить приказ Эммы.

Она запахнула халат.

– Кроме тебя, Меррик.

Телохранитель собиралась выйти вслед за остальными, но этот новый командный тон остановил ее.

– Я намереваюсь разобраться с этой ситуацией до того, как Кейн начнет волноваться. Ей не нужен дополнительный стресс во время выздоровления, и я собираюсь остаться здесь, чтобы видеть, как она будет выздоравливать. Ты можешь либо смириться с этим и помочь мне, либо уйти. Это все, из чего ты можешь выбирать, поэтому не стоит долго раздумывать.

– Я не собираюсь тебе подчиняться.

– Хорошо, тогда выметайся. Уходи, или мне придется тебя заставить. Когда Кейн очнется, я объясню ей, почему ты не захотела помочь.

Меррик снова засмеялась, на этот раз саркастично.

– Ну, надо же, у леди есть когти. Или это у гадюки есть клыки?

– Я зря теряю с тобой время.

– Ну же, Эмма. Ты же не думаешь, что Кейн будет с бой на одной стороне?

Ей было сложно выглядеть спокойно, потому что единственное, чего ей хотелось – помчаться в клинику и разбудить Кейн, чтобы она все исправила. Тем не менее, она понимала, что у нее нет времени на такие мечты. Она почти была уверена в том, что тот, кто украл ее сына, ничего ему не сделает, не выдвигая каких-либо требований. Также она была уверена в том, что если сейчас она не сломит Меррик, у нее никогда не получится.

– Я провела много лет в том месте, о котором ты, Меррик, можешь только мечтать – в постели Кейн. И знаешь, чему я научилась, кроме того, что такое настоящая страсть?

Глаза Меррик сузились до щелочек, но она промолчала.

– Не знаешь? Я узнала, как Кейн думает, и как она планирует. Прошлой ночью тебя не было на складе. Почему так?

– Ты думаешь, ты самая умная?

– Нет, я не думаю, я знаю, насколько я умная. Так вот, вернемся к моему вопросу. Тебя там не было, потому что твоя работа – присматривать за нашим сыном. Кейн рассчитывала на тебя, а теперь он исчез. Я тебя не обвиняю, но я обязательно подчеркну это, когда буду ей рассказывать о том, как мы вернули его. Потому что – давай, не будем обманывать себя – мы все знаем, у кого он и почему. – Эмма направилась в сторону ванной. Разговор окончен, и она нанесла удар. Меррик была ей нужна, но только в том случае, если она захочет работать с ней.

– Откуда ты знаешь, что я с ней не спала? Тебя не было здесь очень долго.

– Жена всегда знает такие вещи, Меррик, не забывай об этом. Увидимся внизу через минуту.

Теперь Меррик смеялась нормальным смехом. Партнерша Кейн одержала победу над ней и сумела добиться признания. Меррик поняла, почему ее начальница все страдала, что потеряла такую женщину. Любая другая уже уволила бы ее из гордости, но Эмма дала ей второй шанс.

Кармен и ее помощницы раздавали всем кофе, когда Меррик вошла в комнату, где все собрались. Отсутствовали только те, кто был в клинике с Кейн. Мук постарался сдержать улыбку, когда появилась Меррик. Он не хотел копаться в ее и без того уязвленной гордости.

– Какой у нас план, Меррик? – спросил один из мужчин, пока Кармен наливала ему кофе.

– Я уверена, что босс сейчас спустится и скажет нам, что нужно делать.

– Кто это? Кейн? Я думал, она все еще в клинике.

– Не совсем так, ребята. С этого момента мы будем подчиняться Эмме Кэйси, и не стоит ворчать, давайте послушаем ее. Она может вас удивить. Она только что уделала меня.

Мук и Меррик слушали их, позволяя им выпустить пар, пока Эмма не спустилась вниз. Один из них – человек по имени Хэнк, который работал у Кейн чуть больше года – категорически отказывался подчиняться Эмме.

Не знаю, как насчет вас, но я не собираюсь выполнять приказы неизвестно кого. – Хэнк скрестил руки на груди и откинулся на спинку дивана.

– А как тебя зовут? – Эмма вошла в комнату и села в кресло, за которым стояла Меррик. То, что она и не пошевелилась, ясно дало всем понять, каково положение дел.

– Хэнк.

– Хэнк, ты можешь идти. Меррик, пожалуйста, разберись с ним, если вдруг Кейн должна ему деньги. Эмме удалось поставить его на место, и он в изумлении не мог сдвинуться с места.

– У нас много дел, Хэнк, так что давай быстрее.

– Ты же слышал, что она сказала, – произнес Мук, встал и подошел к Меррик. Ему было не совсем понятно, как она смирилась с этим, но его заботой была безопасность мальчика, и ради него он пошел бы на что угодно.

Хэнк вышел, больше не сказав ни слова, хлопнув на прощанье дверью.

– Вот что мы сделаем, – начала Эмма. Когда она закончила говорить, всем стало ясно, что все эти годы она была на стороне Кейн. Она была спокойнее, чем Кейн, но ее план был таким же хитрым и четким, каким был бы план Кейн.

– Вы все слышали, что сказала миссис Кэйси. Разбейтесь на четыре группы и ждите меня в офисе в клубе вечером. Даже не думайте о том, чтобы что-то испортить. – Меррик сделала паузу и посмотрела на Эмму. – Это хороший план.

– Спасибо, – Эмма улыбнулась и переключила свое внимание на всю группу. – Удачи, и помните, что сказала Меррик. Сейчас нельзя ошибаться. Речь идет о жизни моего сына, и если кто-то не воспримет это всерьез, я задушу его собственными руками. – Она встала и помолчала, желая узнать, будут ли еще возражения. – Меррик, Мук, давайте съездим в клинику и узнаем, как там босс.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Еще один замок был закрыт на грузовике, который федеральные агенты использовали, чтобы увезти улики против Кейн. Еще не было и десяти утра, и у Шелби болела голова из-за того, что она почти не спала, и из-за того, чем им приходилось заниматься. Ее мучил вопрос, почему Кейн так быстро сдалась и дала им поймать себя.

Лайонел присел с ней рядом.

– Нам нужно позвонить агенту Хикс, чтобы узнать, куда все это девать. Правда, я уверен, что все придется уничтожить. Отличная выпивка, и мне кажется это ужасным.

Он посмотрел на склад, который внутри оказался гораздо более роскошным, чем можно было предположить. Судя по количеству тренажеров и коллекции машин, Кейн не особо часто использовала это здание но назначению.

Аннабель Хикс была главой офиса в Новом Орлеане и не являлась другом Кайлу, так что все утро она провела в федеральной тюрьме, разбираясь с последствиями того, что у нее в подчинении работал предатель. Когда Шелби шла звонить ей, одна из коробок упала с погрузчика. Судя по звуку, все ее содержимое разбилось._

Внезапно у входа послышался звук подъезжающих машин. Высокая темноволосая женщина направилась к Шелби. Ее сопровождала группа хорошо одетых молодых мужчин и женщин. Один из них вынул блокнот в кожаной обложке и записал номер коробки, которую они только что разбили.

Агент Дэниелс? – Женщина протянула ей руку, даже не подумав представить людей, которые были с ней.

Шелби просто смотрела на нее и не поднимала руку. Она знала, что одежда и аксессуары, стоящей перед ней женщины, стоят приблизительно две ее зарплаты. Или шесть, если включить ювелирные изделия.

– А Вы кто?

– Я Мюриел Кэйси, и вы нарушаете закон о частной собственности. Мюриел устала ждать, когда женщина выйдет из ступора и, изумленно приподняв бровь, убрала руку.

Как адвокат Дерби Кейн Кэйси я хотела бы получить ответ на мой вопрос. Почему вы уничтожаете ее имущество?

Мисс Кэйси. мы расследуем нелегальный импорт спиртных напитков и сигарет, за которые Ваша начальница не уплатила налог. Если Вы пропускали занятия в университете, знайте, это преступление. Я знаю, что она спрятала их в коробках для сардин, но мы немного более сообразительны, чем она думала. – Шелби глубоко вздохнула. Она очень устала и то, что эта женщина была так похожа на Кейн, волновало ее.

– Если бы вы и те гиганты мысли, на которых вы работаете, позаботились бы о том, чтобы открыть хотя бы один ящик, вы бы обнаружили эту самую акцизную марку, о которой вы говорите. – Мюриел щелкнула пальцами, и один из ее людей вытащил из папки бумаги и подал их Лайонелу. – Что бается банок с сардинами, я передам нашим канадским поставщикам, что это название вас смущает. Но они вряд ли изменят его, потому что это их фамилия. Кто знает, может быть их предки были рыбаками. Вы можете поговорить об этом с Морисом Сардиной. – Второй молодой адвокат, стоящий рядом с Мюриел, засмеялся, и она присоединилась к нему. – Ну да, я предлагала ему поменять фамилию и стать Морисом Лососем, но он отказался.

Лайонел, прочитав все отгрузочные накладные и убедившись в том, что в них есть все нужные печати, побежал за ломом.

– Мы разберемся с этим за одну минуту, – сказала Шелби, читая те же бумаги. Если все верно, Кейн обвела их вокруг пальца, как глупых овечек.

– Хорошо, потому что у вас есть всего минута на то чтобы освободить частную собственность моего клиента. Если вы этого не сделаете, то я вызову полицию, а также прессу – чтобы сообщить им, что государство нарушает право частной собственности честного предпринимателя. Как вы думаете это хороший момент для того, чтобы рассказать, что в нее стреляли, когда она принимала легальный товар?

 

– Я не уверена в том, что это легальный товар.

– Вы знаете Кейн, агент Дэниелс?

– Да, я имела удовольствие быть с ней знакомой.

– Тогда Вы должны знать, что каждая бутылка в этих ящиках – абсолютно легальна. Уходите, пока я не записала Ваше имя для иска.

– Но мы наблюдали за ней столько месяцев. – Серьезность ситуации, наконец, дошла до Шелби. Агент ФБР серьезно ранил женщину, которая просто занималась своим делом. То, что он сделал это по указке одного из криминальных боссов, не облегчит его вину перед обществом.

– Мне жаль. Мне сказать вам, что все будет хорошо? Шелби отвела взгляд от бумаг и сморщилась, когда Лайонел вскрыл первый ящик. Звук гвоздей, выдергиваемых из дерева, был слишком противным.

– Мэм, я понимаю, Вы хотите, чтобы мы ушли как можно скорее, но не могли бы Вы дать мне еще пару минут?

– Пожалуйста, агент Дэниелс, только не все утро. Вы не могли бы постараться больше ничего не разбивать? Ничто не огорчает Кейн так, как разлитая выпивка. – Мюриел направилась в офис, чтобы прогнать агентов, расположившихся там.

Мужчина, который до этого записал номер разбитого ящика, теперь записывал то, что рабочий стол Кейн был завален грязью. Агент, который расположился за ним, положил ноги на стол, чтобы поспать.

– Скажи мне, что на этих бутылках нет акцизных марок, – обратилась Шелби к Лайонелу, открывавшему очередную коробку.

– Это уже четвертый ящик. Хотелось бы мне это сказать. Она надула нас, Шелби, а мы, как идиоты верили Кайлу. В этих бумагах все просто идеально. Хикс все это не понравится. Это полное фиаско.

– Следует отдать ей должное. Боже мой, мы должны были все понять, еще, когда были в Висконсине. Кайл столько лет безуспешно следил за ней, и вдруг она начинает выдавать все детали. Здравый смысл должен был нам подсказать, что что-то здесь не так.

Энтони и Джо подошли к ним после того, как открыли еще несколько ящиков из разных грузовиков. Везде были бутылки с акцизными марками. В игре в кошки-мышки с Кейн они явно были мышками. Они понимали, что если бы Кейн сейчас была в сознании, она смеялась бы над ними.

– Все в порядке? – Напугала их Мюриел, подойдя неожиданно сзади.

– Да, мы уезжаем, и я могу Вас уверить, мисс Кэйси, что мы разберемся с тем, что произошло здесь ночью. Вот моя визитная карточка. – Шелби подала ей визитку, надеясь, что ей не сделают выговор.

– Моя двоюродная сестра посоветовала остерегаться вас, агент Дэниелс. Она предупредила, что Вы самая умная в группе. – Мюриел оглянулась на мужчин, окружающих Шелби. – Без обид, джентльмены.

– Спасибо, – сказала Шелби. – Мне как раз было интересно, почему вы так похожи.

– Мой отец думал, что хоть кто-то из клана должен быть абсолютно достойным доверия. – Увидев, что Шелби не понимает, о ком она, она уточнила. – Джарвис. Это была его идея – что я должна стать адвокатом и так далее. Если вы закончили свое исследование, могу ли я проводить вас? И, будьте уверены, если вы оставили здесь какие-либо подслушивающие устройства, я пришлю иски каждому лично.

Шелби заметила, как сильно она напоминает ей Кейн.

– Я уверена, что агент Хикс свяжется с Вами, мисс Кэйси, – сказал Энтони, чтобы нарушить молчание.

Скажите Аннабель, что я буду ждать. Хотя ей тоже не помешало бы сменить имя. Джанет Хикс, например, гораздо больше похоже на имя секретного агента. – Она показала на дверь. – Джентльмены и мисс Дэниелс, надеюсь вы извините меня, но у меня дела.

Они пошли к входу, наблюдая за персоналом, который все заходил и заходил внутрь. Они явно готовили что-то крупное. Один из них остановился, чтобы поговорить с Мюриел. Он что-то шепнул ей, и она кивнула, а потом помахала любопытным наблюдателям.

Шелби повернулась к коллегам и подмигнула. Игра снова начнется, и в этот раз они сделают все правильно.

 

Врач похлопал Эмму по плечу.

– Сегодня ей гораздо лучше, миссис Кэйси. Ночью все было в порядке, и она отлично реагирует на медицинские препараты. Она еще не пришла в себя. Ей нужно еще несколько дней, а потом она пойдет на поправку.

Он ответил на другие вопросы и сел рядом с ней. Эмма пыталась понять то, что говорит человек, который спас Кейн, стараясь не плакать.

– Как вы думаете, она долго будет восстанавливаться?

– Это займет некоторое время, но я думаю, все зависит от нее самой. Если она будет стараться, все будет хорошо. Прошлой ночью я не был так уверен, но эта женщина очень сильная. Вы готовы?

Эмма кивнула и встала, чтобы последовать за ним в отделение интенсивной терапии. Когда она увидела Кейн такой беспомощной, ей стало так плохо, что ей пришлось ухватиться за доктора, чтобы не упасть. Когда они были вместе, Кейн всегда выглядела сильной и полной жизни, даже во время сна.

– Ей нужно, чтобы Вы были сильной. Он вышел, когда она подошла к кровати Кейн и положила руку на здоровую часть ее груди. Доктор Элтон сказал ей, что он верит, что его пациенты слышат своих любимых людей в таких ситуациях. Он уверил ее, что. Когда она выйдет из комы, ее успокаивающий голос поможет Кейн вернуться к тем, кого она любит.

Милая, я понимаю, что я наверно последний человек, которого сейчас ты хотела бы видеть, но теперь у меня есть прекрасная возможность поговорить с тобой. – Пытаясь придать голосу более шутливое выражение, она убрала с лица Кейн волосы и погладила ее по щеке.

Я могу поработать над той частью твоего сознания, которая все еще любит меня и которую подавляет твоя гордость. Я всегда буду рядом с тобой, любовь моя. – Она дотронулась до губ Кейн, сжимая в это время другой рукой ее руку. Ты моя, и это навсегда. Ты подарила мне себя, и именно это мне нужно больше всего. Пожалуйста, дай нашей семье шанс. А сейчас я хочу, чтобы ты отдыхала и выздоравливала. Мне нужно кое-чем заняться, но я скоро вернусь.

От своего поста у двери Меррик видела, как Эмма наклонилась и поцеловала Кейн. Когда их губы соединились, Эмма почувствовала, как задрожали пальцы Кейн.

Медсестра, которая все это время следила за показаниями приборов, повернулась к Эмме и улыбнулась.

– Спасибо, что соблюдаете лимит времени. К концу недели доктор Элтон собирается перевести ее в обычную палату.

– Позаботьтесь о ней.

Эмма вышла наружу вместе со своими тенями, кивнув Лу и остальным. Пора было действовать.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Когда Эмма приехала на склад, Мюриел обняла ее и не сразу выпустила из своих объятий.

– Эмма, дорогая, ты отлично выглядишь. Кейн не сможет устоять, когда очнется. Я поговорила с врачом, и он заверил, что с ней все будет хорошо. – Мюриел отбросила весь свой гнев на Эмму, после того как Меррик рассказала ей о плане, который придумала бывшая Кейн.

– Спасибо тебе, Мюриел. Она сегодня выглядит гораздо лучше, но я не смогла сказать ей о Хэйдене. Нет ничего нового?

– Никто не звонил, но это ничего не значит. Еще рано волноваться.

– Тебе легко так говорить, Мюриел. Это же не твой сын.

– Ну перестань, я же люблю его. Конечно, я беспокоюсь, но я понимаю, что к чему, и ты все делаешь правильно. Ты изменилась, Эмма, и это хорошо. Я много говорила с Кейн, когда ты ушла, и ты же знаешь меня, мне обязательно нужно вставить свои двадцать пять долларов в разговор.

– Разве говорят не «два цента»?

– Не тогда, когда речь идет о Кейн. Ты бы не ушла тогда, если бы она больше тебе доверяла. Когда с этим будет покончено, постарайся, чтобы в этот раз не сбежала она.

– Я стараюсь. Мюриел. Это вес, что я могу сделать Эмма подождала, пока человек, который подметал полы закончил, чтобы поговорить о более важных вещах.

Когда он подмел последний участок в комнате, он показал им большой палец и заговорил с Мюриел:

– Теперь в комнате чисто, мисс Кэйси.

– Спасибо. Фрэнк. Почему бы тебе, не заняться другими комнатами? Эти ребята пробыли здесь достаточно долго. Бог знает, что они после себя оставили.

– Мои сумки принесли? спросила Эмма у Меррик и Мука, не беспокоясь о том, что адвокат Кейн все еще была здесь.

Мюриел Кэйси и ее известная двоюродная сестра имели много общего. Обе научились семейному делу от своих отцов, но Мюриел не соврала Шелби – Джарвис и Далтон хотели, чтобы она сделала карьеру адвоката именно ради семейного бизнеса. Ее сексуальные предпочтения тоже были похожими на вкусы Кейн. Это не особо расстраивало их родителей, но о внуках они почти и не мечтали. Если бы Далтон дожил до этого дня и увидел Хэйдена, он был бы вне себя от радости.

Мюриел была на два года младше Кейн, но, в отличие от своей кузины, ей все еще нравилось развлекаться с разными женщинами, так что и речи не могло быть о том, чтобы начать жить семейной жизнью. Может быть, она об этом и думала, но после того, как увидела, как страдает Кейн, когда ее бросила Эмма, она выкинула это из головы.

Меррик наклонилась к столу, за которым сейчас вместо Кейн сидела Эмма.

– Твои сумки сейчас под очень хорошим присмотром в клубе, уверила она Эмму. – Не беспокойся, этим занимаются наши лучшие люди. Теперь, когда Кейн не может работать, федералы больше не следят за нами. Это странно. Они что, думают что без нее бизнес не идет?

– Твоя начальница только что развела их, как детсадовцев, – прервала их Мюриел, чтобы они поскорее перешли к делу. – Весь товар, который пришел, был легальным.

– Весь? – переспросил Мук.

– Да, вплоть до сигарет в последнем трейлере. Мой дядя Далтон всегда говорил, что не нужно торопиться с суждениями о ком-то или о чем-то. Даже если кто-то всегда делает что-то одинаково, он всегда может в любой момент изменить маршрут. Кайлу тяжело достался этот урок, и, насколько я знаю, он задержан за то, что стрелял в Кейн.

– О чем это ты говоришь? – Эмма подалась вперед и положила руки на стол.

– Дело в том, что Кайл работал на Джованни Бракато и стрелял в Кейн по его приказу. Мистер Бракато использовал этот случай, чтобы завершить раздел территории. Теперь, когда Кейн осталась в живых, а Кайл под арестом, понятно, что именно Бракато схватил Хэйдена утром, когда он оказался один на улице.

– С ним ничего не случится, Эмма. По крайней мере, сейчас – нет. Большому Джино он нужен в качестве страховки. Я предполагаю, что он хочет, чтобы мы использовали свои связи, чтобы помочь ему. – Мюриел постаралась придать себе более спокойный вид, перед тем как задала вопрос. – Но что будет, если он не попадется на крючок, на который ты пытаешься его поймать, Эмма?

– Если что-то случится с Хэйденом. я сдам всю семью Бракато федералам, вместе с его мертвым телом. Я лично убью его, если это нужно мистеру Бракато, чтобы понять, что я говорю серьезно. Я не могу вернуться к Кейн и сказать ей, что я облажалась и позволила кому-то причинить вред нашему сыну.

Все в комнате согласно кивнули. Если Джованни дотронется до Хэйдена, улицы города покроются кровавыми реками. Нападать на ребенка – это против всех правил.

Меррик положила руку на плечо Эммы в знак поддержки и посмотрела на Мюриел.

– Ты хочешь, чтобы мы позвонили тебе вечером?

– Я хочу выпить и потанцевать сегодня вечером, так что вам не придется долго искать меня.

– Тебе стоит этим заниматься, Мюриел? – спросила Эмма. – Ты же все-таки представитель суда.

– Кроме этого я ближайший советник Кейн. Я знаю об этом бизнесе почти все. Если это делает меня преступницей пусть так и будет. Но это моя семья, и для меня это более важно.

– Я рада это слышать.

– Эмма, мы готовы, – сказал Мук, закончив разговор по телефону.

– Тогда поехали.

У машины, которая ждала их снаружи, были абсолютно темные стекла. Когда Меррик и Мук посадили свою новую начальницу в машину и сели сами, все они посмотрели на маленького кареглазого пассажира, который плакал, прижав к себе коленки.

– Все хорошо, малыш, – проворковала Эмма, и он немного успокоился.

Водитель посмотрел на Эмму.

– Боже мой, наконец-то Вы здесь. Он плачет с тех пор, как мы забрали его из парка. Глупая няня не смотрела за коляской. Кейн оторвала бы голову за такое.

Эмма вытерла малышу глаза.

– Какой ты славный. Тебе не надо бояться. Мы едем к твоему дедушке. Никто не сделает тебе больно, малыш, так что не волнуйся.

Мальчик положил палец в рот и закрыл глаза, прижавшись к Эмме.

 

Машина двигалась в сторону склада Джованни Бракато. Мюриел позвонила заранее и использовала всю силу убеждения, чтобы их пропустили к дому одинокого Джино, который переминался с ноги на ногу, наблюдая за приближающейся машиной. Его явно беспокоила безопасность маленького пассажира.

Команда ФБР, приставленная к Бракато, удивилась, когда тот вышел из дома и сел в лимузин. Агенты, шокированные тем, что Бракато вышел без сопровождения тут же вызвали группу поддержки, чтобы проследить за таинственными гостями и узнать, зачем им Бракато.

– Мистер Бракато, спасибо, что так скоро к нам присоединились. Эмма крепче прижала к себе ребенка и улыбнулась. – Мне очень понравилось общаться с Вашим внуком.

– Слушай меня, сучка. Если хоть один волос упадет с его головы, я отравлю тебе всю жизнь.

– Меррик, если он еще раз выругается при ребенке, пожалуйста выбей ему несколько зубов. Хорошие манеры сложно привить детям. Не стоит показывать ему, как не следует себя вести.

После того как Меррик и Мук расстегнули свои жакеты, чтобы показать Бракато, серьезность намерений, он больше не пытался приблизиться ни к ней, ни к мальчику. Вместо этого он улыбнулся и попытался включить свое обаяние, что выглядело комично, т.к. Эмма заметила кусочек капусты, застрявший у него в зубах.

– Может, это Вам нужен урок хороших манер, миссис Кэйси? Украсть моего внука – это переходит все границы. В конце концов, мы люди чести. Кейн должна была научить Вас этому.

– Значит ли это, что мой сын будет дома, до того, как я вернусь туда?

– Почему Вы думаете, что Ваш сын у меня? Может быть он сбежал? Он же сын этой сучки Кейн. Может, он просто не смог жить с этим?

Эмма закрыла глаза и запрокинула голову, чтобы перевести дыхание. После недолгой встречи она поняла, как тяжело было Кейн.

– Меррик, пожалуйста, попроси водителя остановить машину.

– Да, мэм.

Мук постучал в стекло, и приказ Эммы был выполнен

– Выходи.

– А как же мой…? – Джино проглотил свою нахальную улыбку, когда человек, сидевший напротив, демонстративно достал пистолет. Он не стал сомневаться в том, что одно только слово, и этот пистолет будет, направлен на него.

– Я пришла, чтобы по своей доброй воле вернуть тебе внука, но твое поведение говорит о том, что, то, что Кейн рассказывала мне о тебе правда. Выходите из машины, мистер Бракато, и поосторожнее с моим сыном. Возвращайтесь в офис и обзвоните своих сыновей. Спросите у них, что делать дальше. Потом позвоните мне, и мы снова поговорим. Не тяните слишком долго. Мое терпение не вечно, и я скучаю по Хэйдену. – Эмма кивнула, чтобы он шевелился быстрее.

Мук приставил пистолет к голове Бракато.

– Леди попросила Вас выйти.

– Ты за это поплатишься, и в первую очередь – своим сыном. Мой сын Джованни не такой добрый, как его старик, и когда он узнает, что его мальчик у тебя, он разорвет этого сукина сына на мелкие кусочки.

– Я буду ждать Вашего звонка, мистер Бракато. Мук, мне кажется, я кое-что обещала нашему гостю, если он снова выругается.

Эмма глазом не моргнула, когда услышала удар с улицы.

– Ты чертоф ублюфок, ты фыбил мне тфа суфа! – Донесся крик.

– Хороший способ избавиться от капусты, – сказала она бесстрастно. – Поехали домой, ребята, познакомим этого малыша с Кармен.

Добрая женщина взяла на себя всю заботу о ребенке с момента, когда они приехали. Когда Эмма отдала его ей, он сначала испугался, но потом спокойно отправился вместе с Кармен на кухню.

Когда они ушли, Эмма попросила Меррик зайти в офис Кейн.

– Я хочу кое-что тебе сказать, и хочу, чтобы ты выслушала, прежде чем наезжать на меня. – Она села в одно из кресел для гостей, в этом офисе ей было не так удобно, как на складе.

– Почему ты уверена, что то, что ты скажешь, вызовет у меня такую реакцию?

Изогнутая темная бровь Меррик так сильно напомнила ей о Кейн, что ей пришлось глубоко вздохнуть перед ответом.

– Потому что это то, что я сказала Хэйдену вчера вечером, и из-за этого он убежал прямо в лапы Джованни Бракато.

Меррик потерла переносицу и кивнула.

– Ладно, я не хотела спрашивать, но раз ты хочешь рассказать, то в чем дело?

Она поведала телохранительнице о Ханне, не упустив ни одной детали.

Меррик сдержала слово и ничего не сказала, пока Эмма не закончила.

– А Кейн знает?

Из-за этого ее и стошнило, тогда во время пробежки. Я совершила ошибку, но я позвонила своим друзьям, которые присматривают за ней, и они согласились привезти ее сюда. Я намереваюсь остаться в городе, даже если мы будем не нужны Кейн.

Меррик наклонилась к ней и сделала то, чего сама от себя не ожидала. Она положила руку Эмме на колено и с грустью посмотрела на нее.

– Ты совсем ее не знаешь, несмотря на то, что вы столько лет были вместе, не так ли?

– Что ты хочешь сказать?

– Эмма, она всегда хотела быть с тобой, иметь семью. Как это ни удивительно, с тех пор, как ты ушла, ближе всего она была с агентом ФБР Шелби. Но ты родила ребенка и не сказала ей, и я не знаю, когда она простит тебя за это. Но она вряд ли прогонит тебя. Кейн всегда ставила интересы семьи на первое место, но не знаю, будет ли все так, как было раньше. Тем не менее, я чувствую, что маленькая Ханна может тебе в этом помочь.

– Пусть твои слова услышит Бог, – тихо сказала Эмма, глядя в окно.

– Ну ладно. Эмма. Нам нужно разобраться с этими идиотами и выяснить, где они. Почему бы тебе пока не поспать? После сегодняшней встречи с Бракато я думаю, стоит подождать до завтра, прежде чем что-то предпринимать.

Эмма засмеялась. Теперь она поняла некоторые выражения Кейн.

– Заставим их попотеть, так?

– Рада видеть, что ты обращала внимание не только на задницу Кейн в черных кожаных штанах. Точно. Мы заставим Бракато попотеть и подождем, когда он запаникует. – Меррик остановилась у двери и серьезно на нее посмотрела. – Эмма ты ведь не будешь паниковать?

Она покачана головой. Она слишком далеко зашла, чтобы позволить чувствам, помешать вернуть сына.

– А как же Хэйден?

– Мальчик сам в этом виноват. Теперь он знает, что без Кейн так просто не справиться. Он знает, что надо ждать, и знает, что мы не оставим его в беде.

– Что сделала бы Кейн. если бы это случилось при ней?

– Это зависело бы от обстоятельств.

– От каких? – спросила Эмма.

– От того, была бы на теле ее сына хоть одна царапина. Если бы он вернулся домой невредимым, Бракато может и повезло бы. Если бы этот жирный урод причинил ему вред, она бы убила его, даже если бы ей пришлось сделать это в доме мэра на глазах у миллиона свидетелей.

Эмма закусила губу и задумалась о том, что сказала Меррик. понимая, что это правда.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Писк приборов убаюкивал Шелби. Она сидела рядом с Кейн с тех пор, как Эмма ушла. Ей хотелось побыть немного рядом с Кейн. Охранник, которого оставила здесь Меррик, обыскал Шелби на предмет отсутствия прослушивающих устройств, которые она могла бы оставить в палате.

Они просидела здесь уже три часа, пытаясь получить хоть какой-то ответ от женщины, неподвижно лежащей на кровати. Кейн выглядела совсем по-другому в этом непривычно расслабленном состоянии. Она стала больше похожа на своего сына, за которым Шелби столько наблюдала, когда он выходил куда-то вместе с матерью. В тысячный раз она пожалела о том, что Кейн не бухгалтер и между ними ничего не может быть.

– Ну же. Кейн. Я знаю, что ты здесь.

Мюриел заполнила собой дверной проем – почти так же, как это сделала бы ее кузина.

– Она придет в себя, агент Дэниелс. Не беспокойтесь. Врач только что сказал мне, что они уменьшат дозу обезболивающего и переведут ее в другую палату. А это что, новый способ слежки, о котором я не знаю? – Она заметила что Шелби держит Кейн за руку.

– Нет, мэм, я здесь не затем, чтобы доставить ей какие-либо проблемы. Она мой друг.

Мюриел засмеялась, и ее смех был так похож на смех Кейн, что Шелби стало грустно.

– Но вы уже наблюдаете за ней… как долго? – Мюриел подняла руки, как будто пыталась остановить сама себя. – Я шучу, агент Дэниелс. Как у нее сегодня дела?

– Такая неподвижность кажется неестественной. – Шелби дотронулась пальцами до щеки Кейн. Но Вы правы. Я наблюдала за ней много месяцев, но это никак не подготовило меня к знакомству с ней.

– Ну, мэм, мы, Кэйси, можем произвести впечатление, когда захотим. Как насчет того, чтоб Вы подождали меня в кафетерии внизу? Я угощу Вас чашечкой кофе.

– Зовите меня просто Шелби.

Телефон Мюриел зазвонил, и она подняла один палец вверх. Она выслушала то, что ей сказали и улыбнулась Шелби.

– Дайте мне минуту, а потом пусть поднимается. Извини, Шелби, я не хочу торопить тебя, но нам нужно идти. Зови меня Мюриел.

– Ты прогоняешь меня?

– Ты можешь приходить к Кейн, когда пожелаешь, но сейчас сюда идет Эмма, и ей нужно побыть с ней наедине. Надеюсь, ты понимаешь.

Шелби поцеловала руку Кейн, затем они с Мюриел спустились вниз. Когда они прошли мимо пары, с которой шла красивая маленькая девочка. Шелби резко остановилась, пораженная тем, что увидела. Девочка была миниатюрной копией Хэйдена.

– Скажи мне, что она не поступила так с Кейн!

– Шелби, я попросила бы тебя забыть о том, что ты видела эту девочку. Меньше всего мне хочется, чтобы сейчас кто-то из ваших об этом знал. Мы все еще пытаемся оправиться от того, что случилось с Кейн, и я хочу быть уверена, что больше никто не работает на Бракато. Думаю, что ты сама не до конца знаешь, кому можно доверять.

Шелби кивнула. Они не знали, были ли у Кайла помощники.

– Если эта тайна станет явью, то это случится не из-за меня, обещаю.

Они пошли дальше по коридору.

– А Кейн знает об этом?

– Да, она знает о ней.

– И как только Эмма могла так поступить?

– Это сложный вопрос.

 

В это время Эмма стояла у входа в палату Кейн. Она пыталась последовать совету Меррик и поспать, но сон никак не приходил. Она решила искать успокоения в единственном месте, где смогла бы его найти. Осторожно подойдя к кровати, она села на краешек. Губы Кейн высохли и потрескались, и она взяла мокрое полотенце.

– Мне бы хотелось, чтобы ты проснулась. Все так ужасно, Кейн, и я не знаю, смогу ли это исправить. По крайней мере так, чтобы не испортить все остальное. Пожалуйста, вернись. – Она протерла губы Кейн полотенцем.

– Миссис Кэйси. – сказал охранник, который был в клинике с Кейн с самого начала.

– Лу, так?

– Да, мэм. Извините, что я Вас прерываю, но там Вас ждут мужчина и женщина. Я подождал пару минут, чтобы не мешать. Надеюсь, Вы не возражаете.

– Нет проблем. – Она кивнула ему и снова посмотрела на Кейн. – Никуда не уходи, хорошо? Я скоро вернусь.

Лу засмеялся, когда она выходила. Не беспокоитесь, миссис Кейси, я прослежу за ней, чтобы она хорошо себя вела, пока Вас не будет.

– Спасибо. Лу – Пока она шла через отделение интенсивной терапии в комнату ожидания, дорога показалась ей длиннее, чем была. Если это репортеры, или какие-нибудь представители власти, она не выдержит. И те и другие осаждали дом звонками, так, что Кармен снимала трубку только если видела знакомый номер.

Повернув за угол, она почувствовала себя так, будто кто-то кинул ей маленький спасательный круг. Маленькая фигурка, которая сидела на коленях у ее подруги Мэдди, выглядела натянутой в непривычном окружении, но ее лицо просветлело, когда она увидела маму. Впервые большое количество мужчин, сидящих рядом с ее дочерью, не беспокоило Эмму. Она была рада, что Джарвис так хорошо позаботился о Ханне.

– Мама!

– Привет, как дела у моей девочки? – Она встала на колени на холодный плиточный пол, чтобы обнять дочь.

Ханна схватилась за нее так, будто боялась, что Эмма опять исчезнет.

– Мы прилетели на большом самолете. Тетя Мэдди сказала, что я смогу увидеть Хэйдена и маму тоже.

Услышав, как Ханна восторженно говорит о том, чего она так ждала, Эмма расплакалась, понимая, что не может исполнить такую простую мечту девочки.

Мэдди положила руки на плечи Эммы.

– Что случилось? Почему мы здесь? Что-то с Хэйденом? Никто из этих людей ничего не сказал.

– Попозже я объясню, Мэдди. Спасибо, что приехали и привезли Ханну, но сейчас я не могу об этом говорить. – Эмма погладила малышку по черным волосам, приняв решение. – Вы не против подождать, пока я познакомлю Ханну кое с кем?

– Конечно, милая, не торопись. Нам с Джерри никуда не нужно спешить.

Ханна, нахмурившись, переводила взгляд с Мэдди на свою маму.

– Мама, прости меня.

– За что, любимая?

– Я не хотела ничего трогать.

Эмма улыбнулась и поцеловала Ханну в лоб.

– Нет, малышка, все в порядке, я просто хотела поговорить с тобой, прежде чем ты кое с кем познакомишься. Помнишь, я рассказывала тебе про твою маму Кейн?

Девочка кивнула.

– Ну вот, она хочет тебя увидеть, но ее ранили, и она очень сильно болеет.

– Мы ей поможем, мама?

– Мы попробуем, ангелочек. Ты хочешь увидеться своей мамой?

Когда Эмма вернулась в отделение, держа Ханну руку, никто из медсестер не осмелился сказать ей, что детям туда нельзя. Мужчины за дверью Кейн все как один уставились на девочку в розовом платьице. Эмма могла представить, о чем они думают – например, о том, что ей повезло, что их босс без сознания.

Она взяла Ханну на руки, когда они вошли в палату и посадила ее на кровать.

– Милая, я знаю, что ты слышишь меня, поэтому я хочу, чтобы ты открыла глаза и познакомилась со своей дочерью. Кейн, она так долго этого ждала, пожалуйста, не расстраивай ее.

Эмма не успела остановить Ханну, как та стала тормошить ее за щеку.

– Мам, это я, Ханна. Мама сказала, что я могу прийти и встретиться с тобой.

Кейн застряла где-то в густом тумане, но голоса она слышала. Она запаниковала, потому что у нее никак не получаюсь открыть глаза. Что-то случилось. Она не могла пошевелиться. И никак не могла вспомнить. Легкий шлепок по губам заставил ее веки дернуться.

И мать, и дочь вздрогнули, когда неожиданно синие глаза открылись. Кейн резко вдохнула, пытаясь понять, кто держит ее за губу. Боль остановила ее от движений и не позволила глубоко дышать. То, что она ничего контролирует, пугаю ее.

– Не пытайся двигаться, малыш. Ты ранена.

Неужели. Сама бы я и не догадалась. Кейн пару раз моргнула и поняла, что Эмма ее не услышала. Она могла бы поклясться, что она на самом деле сказала это. Она осторожно повернула голову и увидела нечто восхитительное – маленькую девочку с фермы. Это была ее дочь. Ее и Эммы.

Ханна, это твоя мама Кейн, она очень хотела тебя увидеть. Только не надо дергать ее так за губы. – Эмма услышала, как дрожит ее собственный голос, и пожалела о том, что этот момент совсем не такой, каким она его себе представляла – Кейн обнимает девочку и целует ее. Но синие глаза сказали ей, что Кейн сделала бы именно это, если бы могла. – Милая, это твоя дочь, Ханна Мари Кэйси.

– Люблю тебя, – Кейн прошептала эти слова, но они значили столько же, сколько значили бы, если бы она прокричала их.

– Мэм, пустите нас к пациентке, медсестра была не одна, и кто-то уже вызывал врача. Кейн не должна была просыпаться в то время, когда в ее крови было столько медикаментов.

Когда Эмма взяла Ханну и начала отходить. Кейн стала говорить немного громче: – Нет.

– Мы будем рядом, Кейн. Не беспокойся. Я никуда ее не заберу. – Эмма отошла и стала наблюдать за медиками, одни проверяли рану Кейн, другие показания мониторов.

Когда главная медсестра вынула фонарик и посветила Кейн в глаз, чтобы проверить реакцию, Кейн прохрипела:

– Уберите это.

– Что убрать, мисс Кэйси? Кейн с трудом поднесла руку ко рту.

– Это. Уберите это. – Она положила пальцы на трубочку на горле.

– Простите, мэм, но у меня нет права это сделать.

– Уберите, или я сделаю это сама. – Голос был слабым, но жестким, как всегда.

– Мэм. пожалуйста, перестаньте, иначе нам придется вколоть Вам успокоительное.

– Только попробуйте подойти к ней с иглой, и Вам придется иметь дело со мной, – пригрозила Эмма. Кейн только что вернулась к ней, и она не собиралась отпускать ее обратно так быстро. – С ней сейчас все в порядке?

– Да, но… – сказала женщина средних лет.

– Тогда отойдите, и мы подождем врача.

– Мы просто пытаемся выполнять свою работу. Если Вы этого не понимаете, Вам придется выйти из палаты.

Вошел хирург Кейн и начал изучать показания мониторов, отправив всех медицинских работников за дверь

– Неудивительно, что Вы проснулись, здесь стойко шума, – пошутил он, начиная осмотр. Он объяснил, что Кейн для него – медицинская загадка. Он не ожидал, что увидит ее в таком состоянии, как сейчас, раньше чем через пару недель если она вообще выживет. Но у нее все, казалось, было в норме.

– Уберите это. Сейчас. – Кейн говорила тоном человека, который не привык, чтобы ему отказывали.

– Кейн, я хочу, чтобы Вы кое-что поняли, так что послушайте меня, хорошо?

Его пациентка быстро сглотнула, и это явно было трудно из-за трубки, на которую она жаловалась, но кивнула.

– Вас пытались убить, и у Вас огромная рана. Я очень рад, что Вы в сознании, но здесь главный я, а не Вы. Мы постараемся сделать так, чтобы Вам было удобно, но придется подождать.

Кейн подозвала его поближе и сказала: – Ко мне итак приделано достаточно проводов, и это пугает моего ребенка, так что уберите это. Она видит меня в первый раз, и я не хочу, чтобы она запомнила этот день таким.

– Миссис Кэйси. Вы с девочкой не могли бы дать нам примерно двадцать минут? Мы просто приведем Кейн в порядок и сделаем так, чтобы ей было удобно.

– Вы больше не будете давать ей лекарства?

– Нет, если она не попросит. Пока Эмма и Ханна ждали, стрелки часов, казалось, будто завязли в песке. По прошествии сорока минут. Эмма не выдержала и собиралась вернуться, как в дверях ее встретил врач.

– Я не понимаю, как такое возможно, но мы сможем выписать ее уже через неделю.

Она заулыбалась, представив, что Кейн придется лежать на спине целую неделю.

– Если Вы выдержите ее так долго. Эта неделя будет сложной, Кейн не лучший пациент.

– Вы не понимаете. Я думал, что ей придется пробыть здесь месяц или даже два.

– Нет, доктор Элтон. Это Вы не понимаете. Кейн сильный человек, и она привыкла делать удивительные вещи. Сейчас ей некогда болеть, и она приказала себе излечиться.

– Тогда пусть ваши дети унаследуют это от нее, миссис Кэйси. Идите к ней, она звала Вас. – Доктор Элтон похлопал ее по руке и ушел.

Идите к ней, она звала Вас. Слова врача эхом отдавались в голове Эммы, и у нее закружилась голова. До последнего момента ей везло, и ей никогда не приходилось терпеть ярость Кэйси на полную катушку.

За это время многое изменилось. Кейн выглядела почти здоровым человеком, теперь только из ее носа торчала кислородная трубка. Той, что больше всего ее раздражала, не было, и Эмма могла только надеяться, что это персонал клиники убрал ее.

Мне слишком больно кусаться, так что иди сюда. – Голос Кейн был все еще хриплым, но звучал чудесно. Эта реплика была первыми словами, которые Кейн сказала ей без гнева.

– Кейн, мне так жаль. Прости меня за все. Я очень благодарна тебе за то, что ты спасла меня.

Она перестала извиняться, когда Кейн протестующе подняла руку и прошептала:

– Она такая красивая, Эмма.

– Она Кэйси, Кейн. Разве она могла стать некрасивой? Я знаю, что одно только это не исправит всего между нами, но я научила ее любить тебя и Хэйдена. – Эмма села на стул рядом с кроватью и положила руки рядом с телом Кейн. – Она так много спрашивала о тебе. Я рада, что ты о ней узнала.

У Кейн ужасно болел бок, и она не была расположена к ссоре.

– Ты планировала отправить меня в тюрьму и забрать себе Хэйдена, так что извини, мне кажется, что твои слова не слишком искренни. – Самое грустное для Кейн во всей этой ситуации было то, что она пропустила вторую беременность Эммы. Она живо вспомнила первую.

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.