Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Мы исцеляемся, потому что мы, возможно, любим



 

На второй день, мы говорили о неудовлетворенных нуждах и мечтах. Он сказал, что хотел бы выйти в снег и почувствовать его на лице и под ногами. Проблема была в том, что квартира находилась на пятом этаже, а он не мог спуститься по лестнице. Пока я поглядывала на небо, поняла, что есть небольшой балкон с перилами по пери­метру, и меня озарило! Вернер мог стоять несколько ми­нут на балконе, руками вцепившись в перила. Его глаза были столь же чистыми, что и снег, а сердце раскрыва­лось. Остальную часть дня мы исцеляли его гнев на людей, которые сказали ему, что он должен духовно отно­ситься к раку и не позволяли ему выражать так называе­мые негативные чувства.

Как часто воля Господа становится дорогой к отступ­лению для многих так называемых духовных учителей. (Я вспомнила случай собственных родителей). Вместо того, чтобы помогать людям проходить все стадии печа­ли и боли и посредством этого достигнуть место приня­тия, они навязывают свои жесткие верования, в которых не учитывается страдающее человеческое существо. Я напомнила Вернеру о том времени, когда умирал сам Иисус и просил, чтобы мимо него пронесли чашу или котел аго­нии. Он также хотел, чтобы его друзья «наблюдали» вме­сте с ним, пока он все больше углублялся в ощущения печали, страха и слез потери и оставления. Он нуждался в присутствии своих друзей.

По просьбе Гудрун я объяснила их сыну о куколке на­секомых и бабочках, как бабочка прячется внутри коко­на, а затем происходит трансформация кокона. Гудрун переводила предложение за предложением, и он был рад, что папу сравнивают с красивой бабочкой, парящей в высоте, не ощущающей боли в новой жизни.

Позже Гудрун поделилась своими ощущениями по поводу умирания мужа, и как они влияют на отноше­ния с ним, как временами она чувствует злость и кру­шение надежд, но что ей некуда с этим обратиться. Ве­чером я помогла ей поработать над некоторыми из пе­чалей, принявших форму злобы, и она стала выглядеть более просветлевшей. Это обновление для того, чтобы стать частью такого сознания в жизни и смерти. Эти двое замечательных людей были не готовы скрыть свои тени, не важно какие.

Той ночью, когда я покидала комнату, Вернер спро­сил меня, что ему делать, если в течение ночи страхи вернутся.

«Я поставлю это кресло поближе к твоей кровати, Вер­нер, с розовым шарфом вокруг него, — успокаивала я, — Иисус будет сидеть там до тех пор, пока я не увижу тебя утром. Если ты почувствуешь страх, то протяни руку; его рука будет сжимать твою, пока ты не уснешь».

И опять ответ пришел без размышлений. Я ушла, зная, что все хорошо.

На следующий день по просьбе родных я провела ис­целяющую работу с Вернером и его женой по вопросу сознательного разъединения от брачных клятв, что под­разумевало снятие обручальных колец, тем самым осво­бождения друг друга от клятв. Прежде чем это могло про­изойти, необходимо сначала разделить вместе радости первого свидания и чувства, которые они в тот момент ощущали.

Я осознала через свои кельтские корни, насколько ут­верждающими и важными являются истории. Я также поняла, как люди любят говорить о том, как они впер­вые встретились, кто и что сказал, где это произошло и т.д. Это было столь торжественно наблюдать. В течение тех пяти дней, что я была с этой замечательной семьей, время стояло неподвижно. Мы совершали много хоро­шей исцеляющей работы без необходимости что-либо подгонять. Смерть открыла наши сердца, и мы откры­лись ей. Мы были в безопасности.

Позже, после полудня, я играла на гитаре Вернера и пела песни, стоя спиной к нему и его жене, пока они обнимали друг друга и наслаждались близостью. Есте­ственно, я хотела уйти, но они попросили, чтобы я продолжала петь и была свидетелем этих последних близких минут. Когда они отодвинулись друг от друга, то сказали: «Как изумительно; песни, которые вы пели, точно такие же, которые мы любили, когда впервые встретились». К ним относилась песня «Мост над бур­ной рекой».

Котел учит, что, когда двое или более людей разделя­ют пространство безусловной любви, возлюбленные танцуют между ними. Тем вечером Вернер и Гудрун ска­зал, чтобы я попросила у Бриджит кельтское имя для их сына, так как они хотели переименовать его до смерти отца. Я сделала это с великой радостью, был сооружен алтарь, свечи и дубовые листья, камни и прочие дары природы украшали маленький стол около рождественс­кой елки. В ритуале отец должен назвать имя, которое пройдет сквозь меня. Удивительно, что Вернер смог дер­жать своего сына на коленях, благословлять его жизнь и одновременно говорить «прощай». В нашей кельтской традиции очень важно, чтобы сын получил благослове­ние отца. Котел учит нас:

 

An mac a bhfuil beannacht a Athair aige, is e solas a dhorcas fein».

(«Сын, у которого есть благословение отца, есть свет в своей собственной темноте.).

 

Мое сердце открылось, будучи с умирающими и их се­мьями, так сильно, что временами я изумлялась тому, как все сходится именно так, как говорила Бриджит:

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.