Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Делайте то, что естественно



 

Естественно, что если человек, к которому вы испытываете огромную любовь, умирает, то необходимо пройти все стадии вашей печали. Нет двух людей, которые печалятся одинаково, и это всегда дар, когда есть врем погоревать, прежде чем человек умрет. Смертельное заболевание дает каждому шанс погоревать и освободиться до смерти, вот почему так важно использовать это время, чтобы пройти все ощущения потери и боли. Не всегда легко знать, как много печали изливать в присутствии человека, у которого обнаружилась болезнь. Многие родственники и хорошие друзья умирающих говорили мне «Я не могу пойти и увидеть дорогого друга, которому со­общили, что рак неоперабелен; это разобьет мне сердце. Я не смогу ему/ей помочь. Я хочу запомнить его/ее та­кой, какой он/она была. Что мне делать?». У нас у всех есть свои пути, как сделать то, что лучше в данный мо­мент. Неплохо было бы спросить своего друга, хочет ли он/она, чтобы вы ему позвонили. В большинстве случа­ев ответ будет «да, пожалуйста».

Это очень печальная ситуация, и через нее проходят множество людей. Каким-то образом я всегда чувствую, что пока мы пытаемся сделать все возможное для наших друзей (и это замечательно), мы не признаемся ни им, ни себе в глубокой привязанности, трогающей сердце, когда не можем позволить им видеть свою чувствитель­ность и разбитость, нашу любовь и печаль. Можете ли вы представить такую ситуацию? Вашему дорогому дру­гу или родственнику сказали, что им осталось пожить еще немного; вы слышите новости и, естественно, опусто­шены. Все ваше существо хочет быть с ним; слезами об­ливается ваше сердце, слезу текут по вашему лицу; вы глубоко горюете и, вероятно, шокированы.

Что нужно сделать? Кельты следовали естественному курсу вещей, вместо совершения так называемых «пра­вильных» вещей. Правильная вещь обычно приспособ­ленная вещь. Естественно, вы хотите быть с вашим дру­гом, но ваш обусловленный разум говорит: «Нет; подож­ди, пока не столкнетесь, подожди, пока ты сможешь чем-нибудь помочь своему другу, подожди, пока отго­рюешь, подожди, пока прекратишь плакать». Другими словами, подожди, пока не станешь крепче и разумнее сердцем. Страх сломаться и сделать другу только хуже удерживает вас от того, чтобы сделать то, что просит ваше сердце: быть с ней/ним так, как всегда могли, вне зави симости от того, что вам обоим преподнесла жизнь. Бо­лее того, вы ждете, а ваш друг/родственник умирает во сне этой ночью. Ваша печаль будет более болезненной; она будет включать и самоосуждение, обвинение самого себя, ненависть к себе, и потребуется много времени, чтобы это исцелить.

Можете ли вы представить, как идете к другу/род­ственнику и оба плачете вместе, обнимая друг друга, сидя на постели, вместе проливая слезы потери, слезы сожа­ления? Это целительно для вас обоих; это время великой любви и великой боли, все окутаны теплыми объятиями чувствительности. Это естественно, а то, что естествен­но, — лечит. Элизабет Кублер-Росс, доктор медицины, всегда утверждала, что «то, что нормально, не всегда ес­тественно». Вы можете быть с любимыми по-человечес­ки, не притворяясь, не давая ни фальшивых надежд, не отбирая надежд. То есть быть с тем, что есть, и уметь быть в каждый момент, не пытаясь ни подчинить, ни изме­нить его. Это касается жизни так же, как и смерти. Это способ сознательной жизни здесь и сейчас в том, что присутствует в нашей жизни.

Тогда как может показаться необязательным делать следующий комментарий, я, рискуя быть наивной, ска­жу, что неважно, насколько полезным или исцеляющим может быть ваше присутствие с умершими, вы не смо­жете и никогда не сумеете дать им то, что они хотят; их возлюбленные вернутся опять в здравии и здоровом теле. Очень важно хранить в уме все, что вы делаете, неважно, сколь замечательным это может быть, пусть второстепен­ная помощь, так как вы беспомощны в помощи умерше­му. Пожалуйста, помните, что существует много чего, что вы можете сделать, чтобы реально помочь. Ваша любовь и ваше желание быть с тем, что представляется в данный момент, более чем достаточно. Вы не должны изматы­вать себя, заботясь об умирающем или родственнике, так как все завершится тем, что вы заболеете.

Меня часто спрашивали родственники умирающего: «По вашему мнению, как он сегодня выглядит, Филида?». Я отвечала позитивно. Как будто они надеялись, что я могу совершить чудо и заставить умирающего попра­виться. Мой ответ, если я считала его подходящим, обыч­но такой: «Ну, ему, кажется, не больно, и он менее воз­бужден», или «Я верю, что лечение хорошо действует», или «Я полагаю, она поспит некоторое время» и всегда за этим следовал мой вопрос, нужно ли родственникам время, чтобы поговорить со мной.

Можно помочь умершему, если кто-нибудь выполняет обычные дела во время смерти любимого. Когда прохо­дишь через эмоциональную боль, то трудно сконцентри­роваться на таких вещах, как заказ венков, приготовле­ние пищи для людей, прибывших издалека на похороны, регистрация смерти и т.д. Работа наблюдателя касается за­боты о духовном благополучии умирающего, и это скон­центрированная и священная работа; тем не менее, уметь забрать детей из школы, помыть посуду, забрать родствен­ников с автобусной остановки или вокзала или позабо­титься о детях — все это работа милосердия и такая же священная.

В этой работе не существует иерархии святости. Кто-то спросил меня как-то, может ли помочь мне с умираю­щим. Я была обрадована ее предложению. Когда я спро­сила, сможет ли она забрать дочь женщины с вокзала в двадцати милях отсюда, ответ был отрицательным: «Я по­лагала побыть у постели умирающего, помолиться за него». Мы не можем все время находиться у постели, большая часть работы, которую я выполняла с умираю щими, находилась на кухне, или я отвечала на звонки о предоставление информации о времени кремирования/похорон и т.д. У меня есть поговорка: «Служат также те, кто стоит и моет посуду». Каким-то образом кажется бо­лее «священным» находиться у постели умирающих, а не мыть кухню или ходить за покупками, но все, что мы де­лаем в это время, есть «работа» или помощь, и ничто из этого не является тривиальным в линии услуг.

Многие люди спрашивают меня, сколько «должно» потребоваться времени, чтобы преодолеть скорбь после смерти любимых. Мой ответ всегда один и тот же: «Это займет столько, сколько вы займете». Я слышала, как некоторые профессионалы говорят, что «нормальное» время для скорби составляет два года, после чего «нуж­но» продолжить жить. Естественно, это зависит от того, какие были отношения с умершими и как произошла смерть; если эта была внезапная смерть (как при сердеч­ном приступе), шок останется в психике дольше, чем если бы у человека было смертельное заболевание. То же самое, если смерть происходит из-за несчастного случая, то время печали более интенсивное, так как приходится иметь дело с травмой внезапности. Очень трудно, что нам приходится говорить «прощай» нашим любимым после их смерти, поэтому вина того «что я должен/не должен был сказать, что я должен/не должен был сделать» муча­ет сердце очень долго. Пусть у всех нас будет достаточно времени сказать «прощай» и умереть сознательно в люб­ви наших родных, тем самым облегчая процесс скорби как нам, так и им.

В «Учениях Котла» нас учат, что любовь никогда не умирает; это единственная реальность, которая означа­ет, что только она реальна во все времена. Эти учения помогают мне при работе с людьми, у которых не было времени попрощаться с любимыми до того, как они по­кинули землю. Следующее упражнение оказывает очень исцеляющее действие:

Попросите человека присесть напротив мягкой подуш­ки. Она будет представлять любимых, которые умерли.

Дайте им знать, что любовь, которую они испытыва­ют друг к другу, не умерла.

Дайте им выразить все чувства и слова, которыми у них не было времени поделиться.

Слезы и слова любви и благодарности будут разделены.

Дайте время погоревать, пока они взяли подушку, прижали к сердцу и выплакали чувство потери.

Когда все будет сделано, вы почувствуете, что все за­кончено, попросите их сказать «прощай» своим люби­мым. Когда они будут готовы отдать вам подушку, вы «отберете у нее роль».

Если им кажется это слишком пугающим, попросите их написать прощальное письмо мертвому человеку и ос­тавьте его на маленьком алтаре с ночником, горящим напротив него. Или они могут положить его под подуш­ку на три ночи, а затем снова прочитать. И если почув­ствуют, что все хорошо, то можно будет письмо сжечь.

Молодой муж моей родной сестры умер после авто­мобильной катастрофы, а она и ее шестеро маленьких детей долгое время были в шоке. Тот факт, что родствен­ники запретили им открыть гроб и убедиться, что там лежал человек, которого они любили, увеличил их горе «А если это вовсе не Дональд? — плакала моя убитая го­рем сестра. — А если он по-прежнему жив, а там лежит другой человек?»

Толпятся всякого рода иррациональные мысли, ищу­щие что-то вроде надежды или «может быть»... С тех пор многое изменилось в нашем обществе; родственники должны видеть труп, вне зависимости от того, насколь­ко он может быть обезображен, я убеждена, что это пра­вильно. В течение многих месяцев после смерти мужа моя сестра хотела пойти на кладбище, вырыть гроб и убе­диться, что там лежит тело ее мужа.

К счастью, она была из маленького общества в Донегале, где есть ритуал «пробуждения» трупа. Этот ритуал предполагает просиживание трех ночей с мертвым чело­веком, с его семьей и друзьями, рассказывающими ис­торию снова и снова о том, как он/она умер, обстоятель­ства смерти, каждую деталь до последнего мгновения, когда они говорили с ними, что было сказано и т.д. Это дало ей шанс неоднократно рассказать историю смерти своего мужа, пока она наконец не признала тот факт, что он жил и умер, так как сестра начала сомневаться в сво­ем здравом уме. Это идея рассказывания истории — кель­тская. Кельты верили, что история обладает великой ал­химией. В отношении истории Бриджит сказала:

 

Дай голос истории,

Дай сердце истории,

Дай кости истории,




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.