Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Вопрос № 2. Политическая культура и идеологические процессы в Республике Беларусь



Успех идеологических доктрин и эффективность структур, специализирующихся на идеологической работе невозможно оценить без обращения к идеологическим процессам в обществе. Процесс (лат. processus – продвижение) – а) динамичное состояние объекта, его изменение во времени и пространстве; б) совокупность действий, направленных на достижение определенного результата. В связи с этим идеологический процесс можно определить как один из аспектов функционирования общественного сознания, заключающийся в том, как социально-политические идеи циркулируют в обществе. Результатом идеологических процессов в обществе является определенность состояния общественного мнения по тем или иным социально значимым вопросам, и преобладание в обществе установок на соответствующие этому мнению способы политического поведения. Идеологические процессы подвержены событиям текущей политики и их освещению в средствах массовой информации. В то же время, способ усвоения подобной информации определяются идеологическими процессами и более глубокими политико-культурными факторами.

Для идеологических процессов в современной Беларуси принципиально важное значение имеет специфика национально-государственного самосознания граждан, обусловленная долгим историческим путем белорусов к своей государственности. Историческое наследие и его переосмысление в контексте актуальных для общества проблем задают смысловое поле, в рамках которого и происходит развитие и борьба идей в обществе. Для белорусского общества в этом отношении принципиальное значение имеет тот факт, что до 1991 года белорусский народ никогда еще не был объединен собственным национальным суверенным государством.

Известно, что проблема национальной самобытности белорусского народа начала широко обсуждаться во 2-й половине XIX в. Во время нахождения белорусских земель в составе Российской империи политика царизма не предполагала права наций на самоопределение. Действия представителей белорусского национально-освободительного движения в XIX в. осуществлялись в русле польского, а затем российского революционно-демократического движения. При этом специфика культуры большинства этнических белорусов состояла в том, что при явном численном преобладании, они не проявляли стремления к национальной консолидации, а собственную самобытность осмысливали не в национальном, а в иных контекстах. Согласно переписи 1897 г., этнических белорусов в Северо-западном крае России было около 4,8 млн. или 74%. При этом в городах их проживало только 14,5% (в XVI веке этот показатель составлял более 80%). В их самосознании наиболее значимой была классовая принадлежность, а затем такие особенности как язык, религия и обычаи. Целостной национальной идентичности у населения Беларуси в тот период еще не сложилось. Уклоняясь от этнического самоопределения в пользу поляков или русских, белорусские крестьяне избегали вовлечения в польско-российский конфликт и определяли себя как местные («тутэйшыя»).

Началом периода развернутого национального движения в Беларуси стал 1906 г. – время, связанное с революцией 1905-1907 гг. в России. В этот период на территории Беларуси появились первые легальные издания на белорусском языке и белорусские национальные институты культурной жизни, возникли общественные объединения и политические партии. Однако, всплеск культурно-просветительской активности белорусской интеллигенции продолжался всего десятилетие. Утвердившаяся в скором времени советская власть способствовала направлению ее идейной активности исключительно в сферу классовой идеологии. Поскольку судьба белорусского народа была решена в соответствии с проектом партии большевиков, то обретение государственности в начале ХХ в. стало для них не столько актом национального самоопределения, сколько шагом на пути к воплощению интернационалистического коммунистического идеала.

Позитивное значение для развития белорусской национальной культуры имела политика белорусизации, начавшаяся в 1924 г. Белорусизация заключалась в оказании всесторонней государственной поддержки белорусской национальной культуре. Ее результатом стало быстрое формирование национальной системы образования, средств массовой информации, научных учреждений, художественной культуры.[2]

В феврале 1921 г. 2-я сессия ЦИК II съезда Советов БССР поручила Народному комиссариату просвещения принять меры к предоставлению всем этническим группам республики возможности получать образование и воспитание на родном языке. Основное внимание обращалось на расширение функций белорусского языка. Прежде всего – это увеличение числа школ с белорусским языком обучения, подготовка учителей (с этой целью создавались краткосрочные и постоянные курсы), издание учебников на родном языке. Принимались также меры для того, чтобы работники просвещения, культуры – уроженцы белорусских земель возвращались на родину. В результате на 15 декабря 1927 г. в БССР из 5510 школ 4573 были белорусскими. Работали также русские, украинские, еврейские, польские, латышские, литовские, немецкие и другие школы. Существовали школы смешанного типа: белорусско-русские, белорусско-польские, белорусско-еврейские, русско-еврейские. В упрочении национального единства определенную роль сыграла высшая школа, в том числе Белорусский государственный университет (ему придавался краеведческий уклон), Белорусский институт сельского и лесного хозяйства, Витебский ветеринарный институт и др. Большая научная работа по исследованию белорусских языка, литературы, истории, этнографии, фольклора, искусства велась в Институте белорусской культуры, на основе которого в 1929 г. была создана Академия наук Белоруссии.

Процессу консолидации белорусов способствовало развитие профессиональных форм культуры. На революционной волне из народных глубин пришли в литературу молодые писатели и поэты – В. Дубовка, Б. Микулич, К. Крапива, П. Трус, К. Чорны, М. Чарот и др. На этот период пришелся расцвет таланта, творческих сил ведущих национальных писателей – Я. Купалы, Я. Коласа. Возникли белорусские литературные объединения «Узвышша», «Полымя», «Маладняк», сыгравшие заметную роль в подъеме национального самосознания белорусов. Создание белорусских профессиональных театров (в 1920 г. и в 1926 г.) стало стимулом для развития белорусской драматургии. С середины 1920-х годов начинает свой отсчет белорусское кино. Ведущее место в нем принадлежало историко-революционным фильмам. Развивалась профессиональная музыка, основу которой составляли народные мелодии.

К 30-м годам политика белорусизации сменилась диаметрально противоположным политическим курсом. К концу 30-х годов в Беларуси были закрыты белорусские школы, запрещена деятельность большинства национальных организаций. В конце 20-х годов ХХ в., когда началась кампания по разоблачению национал-демократизма, жертвой этой политики стала белорусская интеллигенция.[3] В белорусские «нацдэмы» записывали, в первую, очередь писателей и поэтов крестьянского происхождения. Более ста выдающихся ученых, партийных и общественных деятелей, творческих работников, учителей были расстреляны или погибли в лагерях. Присоединение Западной Беларуси к БССР в 1939 г. также сопровождалось массовыми депортациями и уничтожением национальной интеллигенции.

Таким образом, за годы советской власти в Беларуси сложилась противоречивая ситуация. С одной стороны, в республике были созданы фундаментальные труды по истории, фольклору, белорусскому языку литературе. С другой стороны, происходило закрытие и ограбление церквей, уничтожение архитектурных и исторических памятников. Раскрестьянивание деревни, человеческие потери в войнах и революциях, изменение образа жизни в ходе индустриализации и урбанизации привели к тому, что народные традиции, обычаи забывались, накопленный веками духовно-нравственный строй жизни уходил в прошлое.

Значительный отпечаток на характер белорусского народа наложили активные процессы урбанизации, в которых было задействовано, главным образом, бывшее сельское население. Еще в 1940 г. в белорусских городах проживало 21,3% населения (в России – 34,4%). С 1959 по 1987 гг. городское население в Беларуси выросло в 2,62 раза (в России – в 1,73 раза). В этот же период Минск по численности увеличился втрое, уступив в темпах роста единственному в мире городу – Мехико.[4] В 1965-1975 гг. во всех отраслях белорусской экономики была проведена реконструкция. Именно в этот период были заложены основы всесоюзной специализации, в которой Белоруссия приобрела роль «сборочного цеха» СССР. Это отразилось на социальной структуре белорусов. За 20 лет (с 1960 по 1980 гг.) численность рабочих увеличилась в 2 раза. В 1980-е годы рабочие стали преобладать по численности и в городе и на селе. С 1957 по 1979 гг. на карте республики появилось 28 новых городов (Светлогорск, Новополоцк, Жодино, Новолукомль, Солигорск и др.).

То, что этнические белорусы традиционно не проявляли стремления к национальному самоопределению, делало их удобным материалом для реализации проекта по созданию нового человека. Согласно социологическим исследованиям, проведенным в 1986 г. каждый второй горожанин Беларуси родился на селе. «Пробиваясь в люди» и переселяясь в город, они усваивали деэтнизированную русскоязычную культуру. Именно такая культура обладала большим престижем, нежели традиционная сельская культура. Идеологический аппарат советского государства культивировал в общественном сознании миф о закономерности и желательности слияния наций в единую общность советского народа. Под его влиянием преобладающая часть населения, прошедшего вертикальную социальную мобильность в Белоруссии, приобрела не белорусское, а советское самосознание.

Идеологические основы суверенного национального государства не могли возникнуть в обществе, сформированном и организованном на основе доктрины, утверждавшей принципы пролетарского интернационализма. Для пробуждения национально-государственного самосознания такого общества требовалось переосмысление исторического прошлого белорусского народа. Этот процесс начался в ходе формирования неформальных общественных объединений. Тем не менее, независимость Беларуси была достигнута в силу внешних, а не внутренних причин. Обретя собственное национальное государство, белорусы так и не приобрели в начале 90-х годов ХХ в. опыта осуществления народного суверенитета. В этом состоит сегодня и состоит ключевая особенность белорусского национально-государственного самосознания. Показателем его специфики стали результаты референдуме в 1995 г., где 75,1% участвующих проголосовало за замену национальной символики советской, а 83,3% – за придание русскому языку статуса второго государственного языка.

Кроме отсутствия интереса к возрождению национального языка, значительная масса населения проявляет также прагматизм в мнении о государственном суверенитете. Согласно опросам общественного мнения, в декабре 2003 года на вопрос о том, что важнее, 62,6% респондентов отвечали «улучшение экономического положения» и только 25,4 выбирали «независимость Беларуси». Затруднились с ответом 12% опрошенных.[5] В таких условиях идеология белорусского государства должна учитывать и преодолевать препятствия, существующие сегодня на пути к консолидации белорусского общества вокруг ценностей патриотизма, любви к своей Родине. В ряду таких препятствий можно выделить:

- Диффузия культурных форм, их размытость, «пограничность», обусловленная переплетением культурного влияния Востока и Запада.

- Соотношение локальной и национальной идентичностей. Как показывают опросы жителей планеты, с миром в целом или континентом отождествляют себя лишь 11 % населения, в то время как со страной – 29%, а с городом или провинцией – 57%. В Беларуси же, по данным ЮНЕСКО, в 2000 г. только 24,8% жителей Беларуси отождествляли себя со своей страной, в то время как 67,2% – с городом или районом проживания. Доминирование личных, локальных интересов над общенациональными, государственными говорит о слабости национально-государственного самосознания.

- Различия в установках между представителями восточной и западной частей страны, связанные с историей и контрастами между социальными процессами на западе и на востоке республики. Так, на западе республики развивается социальное расслоение, углубленное взаимодействие с представителями других национальностей, ориентация на индивидуализм, личную инициативу, а в восточной части преобладают коллективистские ценности. Западная часть Беларуси тяготеет к западной модели экономических и социальных отношений. Восточная часть ориентируется на Россию.

- Различия в политической культуре областных центров и глубинки. Интенсивность политической жизни, более высокий уровень образования и культуры населения, темпов экономических преобразований, сосредоточение информационных потоков способствует формированию у населения Минска устойчивого интереса к политике, снижает противоречивость его ценностных систем и подталкивает к соответствующей идеологической и партийной идентификации. Среди жителей регионов, наоборот, преобладают признаки патриархально-подданнической политической культуры.

- Удаленность областных центров от районных центров и их близость к границам своих областей, что стимулирует их взаимодействие с демографическими, экономическими и политическими процессами в сопредельных регионах Беларуси и соседних странах. По этой причине, несмотря на компактное расположение Беларуси на карте и ее выгодное геополитическое положение, географические факторы политической социализации жителей республики скорее препятствуют, нежели способствуют формированию целостного образа белорусского государственно-организованного сообщества.

Все эти факторы способствуют тому, что образ своей нации в самосознании жителей Беларуси замещается образом государства.

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.