Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Часть III. Дорогое удовольствие 8 страница



Оторвавшись на несколько секунд от Джейсона, Крамер схватил его за руку и повёл в сторону спальни. Они упали на обложенную подушками кровать, и Крамер навалился сверху, возобновив свои исступлённые поцелуи и ласки. Его руки блуждали по телу Джейсона, то гладя его, то почти до боли сжимая, то вновь отпуская. Наконец он обхватил его лицо руками, заставив посмотреть прямо на себя, и его правая ладонь скользнула выше, в светлые волосы Джейсона, ероша их и судорожно сжимая пальцами.

— Это на самом деле?.. — это были первые его слова с того момента, как они покинули зал внизу.

Джейсон выскользнул из-под него и встал с кровати. Крамер не мог ничего понять по его лицу. Он по дрожи напряженного тела, по горячности губ чувствовал желание партнёра, но что происходило в его голове оставалось загадкой.

— Что-то не так? — спросил Крамер.

Джейсон повернулся к нему и чуть улыбнулся:

— Одежда. Она сомнётся, а мне в ней ещё возвращаться.

Стоя спиной к Крамеру, он начал раздеваться: сначала повесил смокинг на спинку кресла, потом аккуратно развязал галстук-бабочку, снял чёрный шелковый жилет, расстегнул пуговицы на рубашке и начал вынимать запонки из петель. Крамер с минуту наблюдал с кровати, но потом встал, не в силах совладать с собой: его тянуло к этому красивому и необычному существу, к его гибкому телу, оказавшемуся вовсе не худеньким и мальчишеским, как Крамеру почему-то представлялось, а вполне мужским, оформившимся, мускулистым. Из-за узких талии и бедёр плечи казались широкими, а крутой изгиб между ними и шеей был настолько идеальным и зовущим, что Крамер не удержался и впился в него зубами. Не сильно, лишь дразня… Он почувствовал, как по телу Джейсона пробежала дрожь желания, и от этого у него самого в паху заныло ещё сильнее. Стало невыносимо горячо, жарко, тесно, словно там был сгусток горячего металла, того и гляди готовый расплавиться.

Руками он обхватил Джейсона, потом его пальцы заскользили вниз, поглаживая через ткань брюк напряжённые упругие ягодицы. Господи, от этого парня с ума можно было сойти!.. Он пробуждал желание, которого Крамер никогда ещё не испытывал к мужчине, он был так прямолинеен и доступен, и в то же время так отчаянно далёк.

«Нет, это всего лишь красивый мальчишка, — убеждал он себя. — Красивый и опытный. Он спит с любым, у кого достаточно денег. Он знает, как нравиться мужчине. Он несколько лет ублажал мерзавца Астона и бог знает скольких до него и после. Я буду последним идиотом, если поддамся на его уловки. Просто дорогая шлюха, ничего больше».

Джейсон, справившись с запонками, снял рубашку, перекинул её через ручку кресла, и повернулся к Крамеру, выскользнув из его объятий. Не отводя от его лица огромных пристальных глаз, он начал снимать с него смокинг, Крамеру даже не нужно было помогать: он быстро и умело освобождал его от одежды.

Когда он расстегнул на нём брюки, мужчина содрогнулся всем телом от какого-то уже совсем безумного, неуправляемого вожделения. Джейсон облизал губы — на секунду мелькнул быстрый розовый язык — и опустился перед Крамером на колени. Несмотря на этот почти деловой подход, в его светлых, по-кошачьему расставленных глазах плескалось желание, может быть, даже такое же неодолимое, какое терзало сейчас Крамера.

Ловкие торопливые пальцы освободили из плотного плена белья напряжённый член. Джейсон на секунду замер, словно оценивая его, но затем его рот приоткрылся, и узкий горячий язык пробежал по краю головки. Член у Крамера был очень длинный, с выступающими венами, более тонкий у основания и утолщающийся к концу. У Астона был более красивый.

Проклятый Астон! Даже теперь! Чтоб он сдох и сгорел в аду!..

Член в руках Джейсона был влажным, в вязкой смазке. Судя по её количеству и тому, как реагировал Крамер на прикосновения языка и губ, он был уже недалёк от оргазма. Но Джейсон не хотел, чтобы разрядка наступила слишком быстро. Ему нравились сдавленные стоны партнёра, судорожные движения его бёдер, горячая твёрдость его пениса у себя во рту. И он хотел бы, чтобы этот человек взял его. Он хотел отдаться ему и стонать под ним, под его напором и его силой. Его собственный член тёрся о бельё изнутри, и эти движения были раздражающими и приятными одновременно.

Крамер обхватил его голову руками, и начал насаживать его глубже на свой член. Джейсон не любил слишком глубокого и грубого проникновения в рот и хотел уже вырваться, но после двух толчков мужчина сам вытащил свой член.

— Нет, не так!.. — сказал он, задыхаясь и облизывая губы. — Я не хочу кончить так…

Он рывком поднял Джейсона с колен, толкнул на кровать, а сам сел сверху и стал расстёгивать ему брюки. Сдёрнув их чуть ниже колен, Крамер всем телом опустился на своего любовника. Он крепко обхватил его руками и двигался и раскачивался на нём; их влажные, болезненно возбуждённые члены соприкасались. Джейсон понимал, что даже так, от этого лихорадочного трения они оба кончат очень скоро, через считанные минуты, но он знал способ лучше. Он чуть развёл ноги, а сам подался наверх. При следующем же толчке, пенис Крамера скользнул в щель между его бёдер. Джейсон тут же свёл их.

Когда-то давно они с Дэниелом начинали именно так.

Какого чёрта он думает об этом ублюдке, когда другой, сильный, красивый мужчина покрывает его лицо и шею поцелуями, когда его член, словно раскалённый поршень, ходит между его ягодиц, иногда причиняя боль, иногда вскользь касаясь его входа, так что хочется раскинуть, наконец, ноги и пустить его внутрь… Но нет, он не настолько обезумел. Он позволял такое Астону — без подготовки, без смазки, кроме естественной или слюны, — но он доверял ему. Этому почти незнакомому человеку, у которого, по-видимому, не было большого опыта с мужчинами, он не мог до такой степени доверять. И он не был готов переносить боль ради него.

Крамер бешено двигался на нём, и тело Джейсона отвечало на этот ритм, прижимаясь и изгибаясь. После череды отчаянных яростных ударов Крамер с громким вскриком кончил, уронив голову на грудь Джейсона. Тот чувствовал его сладкие долгие судороги и тягучее тепло семени между ягодиц. Он и сам стонал от возбуждения, от невыносимого желания, которое пронзало и скручивало его тело, заставляя его двигаться и вжиматься в чужие бёдра.

Приподняв голову, Крамер жадно грубо поцеловал Джейсона, в то время как его рука завладела членом партнёра. Джейсон чуть не задохнулся от наслаждения, которое доставляло ему это простое прикосновение, тем более что его рот был занят горячим трепещущим языком Крамера. Он так и кончил, не прекращая поцелуя или, может быть, даже укуса, потому что их рты терзали и рвали друг друга.

Крамер приподнялся на локте и пристально смотрел на Джейсона. Они оба тяжело прерывисто дышали. Наконец судорожные объятия Крамера разжались, и он упал на постель рядом со своим случайным любовником. Господи, Коллинз был хорош в постели, невероятно, безумно хорош… Он как будто вытягивал из тебя всё без остатка и сам отдавался так же, до конца, до дна, до самого предела чувств.

Джейсон сел и потянулся к своим брюкам, так и оставшимся где-то в районе коленей. Крамер невольно залюбовался его ровной спиной с мягко выступающими бугорками мышц и нежной, тонкой цепочкой позвонков, по-мальчишески узкой талией и тесной ложбинкой чуть ниже, влажной от просочившихся туда перламутровых потёков спермы. Джейсон достал из кармана носовой платок. Разумеется, его оказалось недостаточно, чтобы полностью стереть с бедёр и живота всё то, что излилось из двух мужчин. Джейсон бросил мокрый платок на пол, натянул бельё и брюки, взял с кресла свою одежду и вышел из спальной в гостиную, не сказав ни слова, даже не посмотрев на Крамера. Тот услышал, как закрылась дверь ванной.

Через пять минут Джейсон, одетый, причесанный, опять безупречный и картинно красивый в белоснежной рубашке с высоким воротником и чёрном жилете, вернулся, чтобы забрать забытый пиджак. Он надел его, и Крамер, глядя на него сейчас, ни за что бы не поверил, что совсем недавно этот элегантно-холодный, словно со страниц журнала, молодой человек стонал и извивался под ним.

— Мне пора, — просто сказал Джейсон, разглаживая крошечные морщинки на рукавах смокинга.

Он был уже в гостиной, когда Крамер окликнул его:

— И это всё? Всё, что вы можете сказать?

Джейсон обернулся и посмотрел на Крамера вопросительно и насмешливо:

— А чего вы ожидали? Что я попрошу сто долларов за услуги?

— Боюсь, цена существенно выше…

— Да, особенно, если Астон узнает, — многозначительно приподняв бровь, ответил Джейсон.

Крамер хотел ещё что-то сказать, но в голове плыл какой-то блаженный туман. Ему хотелось только одного — лечь, закрыть глаза и погрузиться в сон.

Джейсон спустился вниз и вернулся в банкетный зал, где приглашённые на ужин уже начали расходиться. Он заметил в толпе Ванштейна и подошёл к нему. Они немного поговорили, а потом попрощались, и Джейсон направился к выходу. Его не было среди гостей буквально двадцать пять минут, и его короткого отсутствия никто не заметил. Он пробирался сквозь довольно плотную толпу у выхода из зала, когда откуда-то сбоку, словно из-под земли, возник Стюарт Крамер. Джейсон сразу заметил, что рубашка на нём была надета другая, каштановые волосы кое-как причёсаны, а галстук-бабочка повязан неаккуратно, видимо, второпях.

Крамер что-то произнёс очень тихо, почти шёпотом, так что Джейсон даже не расслышал. Он с нескрываемым раздражением переспросил:

— Что вам ещё нужно? — его глаза яростно сверкнули.

— Когда мы встретимся ещё раз? — требовательно задал вопрос Крамер.

Джейсон оглянулся по сторонам: вблизи них было довольно много людей, но эти слова тонули в общем шуме разговоров. Он снова пошёл в сторону дверей и на ходу, не глядя на Крамера, бросил сквозь зубы:

— Вы привлекаете внимание.

Крамер схватил его за руку и, с силой стиснув похолодевшие пальцы, произнёс:

— Мы должны встретиться.

— Вы с ума сошли! — прошипел Джейсон, выдёргивая ладонь.

— Когда и где? — не отставал Крамер.

— Я остановился в «Four Seasons».

Он считал это достаточным. По его мнению, Крамер был достаточно умён, чтобы понять, что от него требовалось.

 

Глава 64

You trick your lovers

That you're wicked and divine

Muse

 

Бостон, апрель 2010

 

Узнать больше о Стюарте Крамере оказалось несложно. Про него даже была короткая статья в Википедии. Учёный и преподаватель, начавший собственное дело в Бостоне, — весьма типичная история для человека, специализирующегося в биотехнологиях. Быстрый успех и многомиллиардная корпорация в итоге — чуть менее распространённый финал. Крамер с нуля построил огромный бизнес, начавшийся с производства препаратов для лечения онкологических и аутоиммунных заболеваний. Долгое время компания оставалась в его собственности, пока в 2005 году не прошло размещение акций на бирже NASDAQ. Крамер оставался крупнейшим акционером, и его состояние оценивалось примерно в три с половиной миллиарда долларов.

Найти информацию о Крамере не как о бизнесмене, а как о человеке оказалось труднее. Он не был публичной фигурой. Джейсон узнал лишь то, что он родился в Филадельфии, куда позднее перенёс головной офис своей компании, и живёт сейчас там. Женат он был дважды: в первый раз на своей одногрупнице, во второй — на какой-то абсолютно неизвестной Джейсону актрисе, появившейся в парочке третьеразрядных сериалов. Первый брак распался в период становления компании. Тоже классический сюжет: муж посвящает бизнесу восемнадцать часов в сутки, а жена хочет иметь детей и настоящую семью. Второй брак, по мнению Джейсона, был изначально обречён на провал: что общего могло быть у доктора наук, специализирующегося в каких-то совершенно заоблачных областях медицины, с девицей, которая с четырнадцати лет только и делает, что ходит по кастингам и окончила лишь жалкие актёрские курсы? Вместе они пробыли всего полтора года и развелись в 2006 году.

С тех пор фотографии Крамера в сопровождении то одной, то другой дамы изредка появлялись в разделе светской хроники, но нигде не было ни единого намёка на то, что его интересуют также и мужчины.

Джейсон не мог точно объяснить самому себе, почему он согласился на предложение Крамера. После того, как стало известно, что он больше не поддерживает отношений с Астоном, такие предложения он получал не то чтобы часто, но весьма регулярно. Нередко от людей, которых он никогда раньше не подозревал в подобного рода пристрастиях.

В Крамере было нечто особое: не просто чувство превосходства состоявшегося человека, а внутренняя сила, которая давала бы о себе знать, даже будь он не миллиардером, а клерком в банке. Это делало его похожим на Астона. Только если в Астоне эта сила, скорее, угнетала и пугала, то в случае с Крамером она рождала чувство устойчивости, надёжности, безопасности. Джейсон не пытался лгать самому себе: между этими двоими было сильное сходство…

Когда-то давно, когда он хотел порвать с Дэниелом, узнав о его жене и детях, он думал о том, что призрак этого человека, вернее, любви к нему будет преследовать его всю оставшуюся жизнь, что он станет искать своего бывшего любовника в других. Он был прав. Так и произошло. Он бросился на того, кто был копией Астона. Улучшенной копией, если на то пошло: без чрезмерного высокомерия, жестокости и криминальных связей. Всё это проявлялось в мелочах. Например, скромный — по меркам прежней жизни Джейсона — номер, в котором они позавчера занимались сексом. Джейсон подозревал, что в «Мариотте» вряд ли был люкс лучше этого, но Астон бы ни за что в жизни не остановился в нём, как и вообще в этой гостинице. Это был не его уровень. У Крамера же не было с этим абсолютно никаких проблем: он приехал, чтобы присутствовать на ужине, так что может быть удобнее, чем поселиться в том же отеле, где он состоится?

Вечером, когда Джейсон, нагулявшись по городу, отдыхал в своём номере с книгой на коленях, ему очень тихо и коротко стукнули в дверь. Он даже не был уверен, что этот звук ему не послышался. Под дверью лежал конверт с логотипом «Four Seasons» и написанными карандашом несколькими цифрами. Внутри была пластиковая карта.

Он положил её на стол рядом со своей, точно такой же, а конверт сунул в узкую кожаную папку, присоединив к стопке собратьев.

Он до последнего сомневался, стоит ли ему принимать приглашение. Это был большой риск. Но это было и наслаждение от прогулки по краю пропасти, и неутолённое до конца желание, и месть.

Джейсон не знал, стоят ли в его номере камеры. Скорее всего, да. Но в его номере ничего интересного не произойдёт. Сопоставляет ли кто-то время его отсутствия с расписанием? И если сопоставляет, то кто? Вот главный вопрос… Да, риск был велик, но Джейсон вдруг поймал себя на мысли, что ему в глубине души хочется, чтобы Дэниел узнал. Желание отмстить ему пробивалось сквозь страх, заставляя замолчать даже инстинкт самосохранения. И не просто отомстить… Заставить его по-настоящему страдать, чтобы он понял наконец…

Нет, мысли об Астоне его ни к чему хорошему не приведут.

В восемь вечера Джейсон решился: взял со стола обе карты и вышел в коридор, стараясь не клацнуть замком слишком громко. Номер, указанный на конверте, оказался буквально в десяти шагах по другой стороне коридора. Удобно.

Он вошёл внутрь. Крамер сидел на диване с телефоном в руках. Он поднял глаза на Джейсона, словно не до конца веря, что действительно видит его перед собой. На нём были очки в тонкой оправе, и он снял их перед тем, как подняться навстречу гостю.

— Я думал, ты придёшь позже… если вообще придёшь.

— У меня вылет завтра рано утром, — сказал Джейсон, оглядывая номер. Этот больше подходил миллиардеру. На маленьком столике возле дивана стояло серебряное ведерко с погружённой в лёд бутылкой шампанского. Джейсон по форме горлышка узнал «Дом Периньон».

Он подошёл ближе и равнодушно поинтересовался:

— Это дарят при заказе люкса?

— А ты как думаешь? — спросил Крамер, пожалуй, излишне резко. Одно маленькое замечание едва не выбило его из колеи.

Возможно, это было слишком для него. Это выдрессированное Астоном красивое существо, унаследовавшее от отца ум и приобретшее вместе с роскошным европейским лоском ещё и изрядный запас цинизма, было слишком опытным, слишком хорошо вооружённым соперником. Но это-то в нём и привлекало. Сначала нужно завоевать его, усмирить, объездить, а потом… потом увидеть, что там скрывается внутри. Человек вроде Астона не стал бы держать при себе такого высокомерного змеёныша, каким Джейсон Коллинз пока казался.

Джейсон чуть приподнял бутылку за горлышко, чтобы рассмотреть этикетку.

— Винтаж 1985 года, — произнёс он. Для «Дом Периньон» значение имел лишь возраст в целом, а не определённый винтаж, так что год его рождения вряд ли был случайным совпадением. — Всё же это в мою честь.

Говоря это, он чуть заметно улыбнулся, не из вежливости, а словно такое внимание было ему действительно приятно. Господи, за эту искреннюю, нежную улыбку ему можно было всё простить! Крамера за полминуты их общения успело швырнуть уже и вверх, и вниз.

Он подошёл вплотную к Джейсону.

— Надеюсь, я не ошибся с выбором.

Джейсон повернулся к нему, так что их лица оказались очень близко. Серые глаза смотрели спокойно и смело.

— В любом случае, это романтично. Я не ожидал… Честно.

— А чего ты ожидал? Что я сразу уложу тебя в постель?

Джейсон взглянул на него немного удивлённо:

— У тебя ведь не очень большой опыт с мужчинами?

— Да, — признался Крамер. — И последние лет пять его вообще не было.

— Почему я?

Стюарт провёл ладонью по щеке Джейсона, потом его большой палец осторожно коснулся нижней губы.

— Не знаю. Просто не мог устоять.

Веки Джейсона чуть дрогнули, наполовину прикрыв пристальные серые глаза. Губы его слегка разомкнулись, и в этом не было ничего пошлого, вульгарного, только какая-то грустная нежность.

Крамер положил другую руку ему на плечо и притянул к себе.

— Пойдём? — спросил Крамер.

В спальне они тут же оказались на кровати. Требовательные поцелуи рвали и терзали губы, а тела вжимались друг в друга. В какой-то момент Джейсон, оказавшись сверху, замер и, вглядываясь в запрокинутое лицо Крамера, еле заметно покачал головой, словно в неуверенности.

— Я хочу тебя, — прошептал Стюарт. — Хочу как ненормальный, как подросток…

— Кого ты хочешь? — спросил Джейсон, отклоняясь назад и опять, как позавчера, насмешливо улыбаясь. — Сына профессора Линдхельма? Любовника Дэниела Астона?

— Это что, какая-то ролевая игра? — нахмурился Крамер, понимая тайную суть этого вопроса.

— Тебя ведь именно это возбуждает… Скажи, чего ты хочешь.

— А что, если я скажу, что я хочу настоящего Джейсона Коллинза?

— Его не существует, — последовал неожиданно серьёзный ответ.

— И никогда не существовало?

Джейсон усмехнулся:

— Его жизнь была относительно недолгой. С две тысячи третьего по две тысячи шестой.

— В две тысячи третьем умер твой отец, а в шестом что произошло? Астон?

— Да.

Джейсон снова склонился к любовнику, и тот, больше не задавая никаких вопросов, начал вытягивать из-под пояса брюк Джейсона рубашку. Его руки скользнули под неё: он не видел ещё тела, только чувствовал под пальцами горячую кожу и упругую поверхность мышц, и от одного этого по венам растекалось сладкое пьянящее тепло.

Они быстро раздели друг дуга, и Крамер опять поразился тому, насколько чувствителен был его партнёр к любому прикосновению, как быстро и откровенно реагировало его тело на ласки и поцелуи. Он немного боялся показаться в постели неумелым и неуверенным из-за своего ограниченного опыта с мужчинами, но с Джейсоном всё оказалось слишком просто — тот хотел его… Не факт что его, конечно. Просто секса. Возможно, с кем угодно. В этой мысли была капелька яда, но она же делала наслаждение ещё острее и отчаяннее.

Когда пальцы Стюарта проникли внутрь, Джейсон резко, коротко вдохнул и прикусил губу. Крамер понял, что сделал тому больно, но даже если бы Джейсон закричал, он не смог бы остановиться. Его пальцы двигались и сгибались внутри, поглаживая и осторожно растягивая, и ему хотелось делать это всё сильнее, грубее, глубже. Как там было горячо и тесно… Если бы войти сейчас туда по-настоящему, погрузить в это плотное, нежное, скользкое тепло свой член, уже сейчас готовый взорваться от желания, от переполнения. Он не знал, был ли уже готов Джейсон, но ему было всё равно, он не мог больше терпеть; в голове пульсировала и жгла одна мысль: загнать свой распалённый, налитый кровью член в это узкое отверстие. Загнать до упора, по самые яйца, и трахать, трахать, трахать эту маленькую сладкую дырку. Пусть мальчишка кричит и вырывается, кусает его, плачет, делает что угодно, он не остановится, пока не возьмёт своё. Крамер потянулся за приготовленными заранее презервативами.

Его колотило от этого невыносимого желания обладать, которое он больше не мог сдерживать. И когда Джейсон вдруг раскинул ноги ещё шире, раскрылся перед ним и повёл бёдрами, словно пытаясь надеться на его пальцы ещё глубже, Крамер не выдержал. Он убрал руку, схватил Джейсона за ноги, с силой разведя их в стороны, и толкнулся внутрь его. Стюарт помогал себе рукой — было слишком тесно, но когда головка вошла внутрь… Ему самому было почти больно, но через эту боль накатывало волной такое невероятное наслаждение, что он уже не мог думать ни о чём другом. Джейсон застонал и инстинктивно дёрнулся назад, но мужчина не пустил его, наоборот, прижал крепче к себе, и одним сильным движением вошёл до конца.

Он знал, что груб с ним, что делает ему больно, но не мог остановиться, не мог… Джейсон сопротивлялся несильно и недолго. Через полминуты его бёдра начали двигаться в такт, а пальцы обхватили член, возбуждённый, несмотря на боль. Крамер положил свою ладонь поверх. Он вколачивался в Джейсона, не заботясь о нём и не щадя, но тот явно получал удовольствие от процесса: принимал партнёра в себя откровенно и охотно, кусал губы и стонал под ним, но не от боли…

Крамер чувствовал приближение оргазма, но оттягивал его, как мог, делая короткие паузы и с силой вонзая в свою ногу пальцы свободной руки, чтобы отвлечься на боль. Он не хотел достичь финала слишком быстро, хотел, чтобы это длилось, длилось и длилось. Но когда он увидел, что Джейсон под ним того и гляди уже кончит, увидел этот затуманенный взгляд на запрокинутом лице и полуоткрытые в беззвучном стоне губы, рассудок окончательно отключился. Он кончал сильно и бурно, упав на Джейсона и вжав его в простыни, и потом ещё долго лежал на нём, задыхаясь, покрывая поцелуями щёки, глаза и губы любовника.

— Я был груб с тобой, — прошептал он. — Прости… Я не хотел. Это было сильнее меня.

На ярких от поцелуев губах Джейсона мелькнула рассеянная улыбка:

— Всё в порядке… Мне понравилось.

Крамер, всё ещё тяжело дыша, уткнулся лицом в тёплую, чуть влажную ямку над ключицей Джейсона. Он всё равно чувствовал себя виноватым. Он не привык к такому и никогда так раньше не поступал, но, с другой стороны, он никогда раньше — ни с мужчиной, ни с женщиной — не испытывал такого всепоглощающего желания. Пожалуй, нет, ему доводилось испытывать желание такой силы, но такого животного желания войти и почти полного отключения рассудка он раньше не знал. Он всегда был заботливым и нежным партнёром, и произошедшее сегодня казалось почти пугающим. Сейчас, спустя несколько минут, он просто не мог понять, что на него нашло. На месте Джейсона — опытного, ко всему готового, получающего удовольствие даже от жёсткого секса — мог оказаться совсем другой человек.

Упав на подушки рядом с Джейсоном, Крамер закрыл глаза. Во всём теле ощущалось воздушное, невесомое блаженство. Он искоса посмотрел на Джейсона. Тот заметил этот взгляд, провёл языком по пересохшим губам и сказал:

— Вот сейчас «Дом Периньон» был бы кстати.

Они сидели в постели среди смятых простыней и разбросанных подушек, пили шампанское и разговаривали о какой-то ерунде. Приглушённый свет в спальне золотил волосы и кожу Джейсона, окутывая его тёплым облаком и словно растапливая слишком холодную строгую красоту. Не допив бокала, он поставил его на столик возле лампы и вытянулся на животе, словно устав говорить. Взгляд его был задумчивым и отстранённым.

Крамер смотрел на него. Он сделал глоток и еле слышно произнёс:

— Ты как ангел… такой красивый, чистый, невинный.

Хрустально-серые глаза Джейсона тут же сфокусировались на нём, а с лица исчез расслабленный, мечтательный вид.

— Только снаружи, — сказал он, приподнимаясь на локте.

— Я знаю, господи, я знаю! — Крамер опустил лицо вниз. Зачем воображать то, чего нет? Искать давно потерянную невинность в притворном, продажном существе?

Он провёл кончиками пальцев по тёплой гладкой коже Джейсона, по расслабленным мышцам руки, по крутому изгибу плеч, по почти безволосой груди, и почувствовал, как между ног у него опять горячеет и тяжелеет, наливается пьянящим желанием.

Его ладонь спустилась ниже.

— Ты готов на второй раз? — спросил Крамер.

Он взял Джейсона сзади, крепко сжимая пальцами его бёдра и разводя их сильнее, сильнее, чтобы видеть, как глубоко входит внутрь его член. От этого зрелища у него кровь закипала в жилах. Джейсон двигался и прогибался под ним и стонал в подушку, содрогаясь всем телом и чуть ли не крича, когда член Стюарта касался чувствительного бугорка внутри него.

Секс с Крамером был на редкость хорош, гораздо лучше, чем с Расселом. С Расселом он не мог перестать думать. С Крамером его как будто бы несло какой-то мощной горячей волной, это было неподконтрольное ему, неуправляемое движение, власть чувств и тела над разумом; и это движение приводило к желанному результату — разрядке, опустошающей не только тело, но и душу, сердце, мысли. Всё его существо…

Отдышавшись, Джейсон посмотрел на часы: ему нельзя было задерживаться здесь надолго. Он сел на кровати и коснулся босыми ступнями мягкого ковра.

— Что, вылет настолько рано утром, что надо уже бежать? — спросил Крамер.

— Нет, это из-за охраны. Не стоит рисковать зря.

— Это было бы не зря, — улыбнулся Крамер. — Мы бы могли ещё раз…

Джейсон поднял с пола брошенную одежду и покачал головой.

— Что сделает Астон, если вдруг узнает? — поинтересовался Стюарт.

— Попытается разрушить твой бизнес. Возможно, ему это даже удастся, — равнодушно ответил Джейсон.

Крамер недоверчиво и насмешливо фыркнул:

— Не думаю, что это настолько просто даже для него. А что с тобой?

— Не знаю.

— Что он делал раньше? Ты же спал с его шурином и, говорят, кое с кем ещё.

— Не много ли внимания моей скромной персоне? — резко похолодевшим жёстким голосом произнёс Джейсон и ушёл в ванную.

Крамер потёр глаза. Чёрт, он чуть не кинулся извиняться!.. Это было бы глупо. Извиняться перед этим… перед мальчишкой, который раздвигает ноги перед первым встречным. По правде говоря, он рад был оказаться этим первым встречным и не отказался бы ещё раз… Нет, нет и ещё раз нет. Это даже хорошо, что Коллинз уезжает. Пусть катится в свой Лондон, Париж или где он там живёт!.. Они больше не встретятся. Не будет соблазна. А останься парень тут, где-то рядом, он бы не смог жить спокойно, его бы тянуло и сводило с ума желание снова видеть его, говорить с ним, обладать им.

Мысли о Джейсоне вызывали какой-то нездоровый и одновременно сладостный трепет в груди, словно предвестие, предчувствие… Нет, только не это! Только не это. Он не из тех идиотов, которые вдруг проникаются чувствами к шлюхам. Он слишком умён и расчётлив для этого. Ему, в конце концов, не двадцать лет, а сорок три года. А Джейсон… Каким бы он не казался, на самом деле это всего лишь красивая потаскуха, кем только не использованная. Наверняка его интересуют только деньги и…

Мысли Крамера оборвались, когда Джейсон вернулся из ванной.

— Спасибо за вечер, — сказал Стюарт. — Но ты ведь сделал это не просто так… Чего ты ожидаешь взамен?

Джейсон пожал плечами.

— Ничего. Раз ты так интересуешься сплетнями, то должен знать, что Астон вернулся к жене, а в перерывах тащит в свою постель кого не попадя. Но он почему-то считает, что я должен хранить ему верность до гроба. Меня это не устраивает. Я здоровый молодой мужчина и хочу секса. Так что: спасибо за вечер.

У Крамера появилось внутри неприятное чувство, что им воспользовались — для удовлетворения собственных потребностей, для мести бывшему любовнику, для ещё бог знает чего.

— Почему именно я? — спросил он, скривив губы в горькой усмешке.

— Потому что ты можешь себе это позволить. Обыкновенного человека Астон раздавит, как муравья, если узнает. А у тебя есть пара миллиардов и связи.

— То есть ты выбираешь любовников исходя из соображений их безопасности?

— Получается, что так, — просто ответил Джейсон. — Я же не Клеопатра, чтобы за ночь со мной расплачиваться жизнью.

Джейсон быстро дошёл по коридору до своего номера. Когда он приоткрыл дверь, то увидел, что внутри горит свет. Сердце застучало как бешеное. Он знал, что это значило.

Помедлив пару секунд и выдохнув, Джейсон вошёл внутрь. Он сделал неверный шаг, и теперь надо иметь смелость встретиться с последствиями и принять их.

В гостиной на кресле в расслабленной и одновременно угрожающей позе (от кого он этому научился, от Астона?) сидел Марч.

Прищуренные глаза под широкими тёмными бровями так и вонзились в Джейсона:

— Где вы были, Коллинз? Полагаю, в номере Стюарта Крамера?




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.