Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Идиопатическая тромбоцитопеническая пурпура



Воснове идиопатической тромбоцитопенической пурпуры лежит повы­
шенное разрушение тромбоцитов макрофагами селезенки, что связано с
фиксацией на поверхности тромбоцита антител (IgG), продуцируемых, воз­
можно, лимфоидной тканью селезенки больных и направленных против
антигенов собственных тромбоцитов, в результате чего резко укорачива­
ется продолжительность жизни тромбоцитов (до нескольких часов вместо
7_ 10 дней в норме). В ответ на усиленное разрушение тромбоцитов проис­
ходит компенсаторное повышение их продукции в костном мозге в не­
сколько раз. Об этом свидетельствуют увеличение в костном мозге количе­
ства мегакариоцитов и отсутствие вокруг них тромбоцитов, что говорит о
повышенном выходе их в кровяное русло (но не о недостаточной отшну-
ровке). Идиопатической тромбоцитопенической пурпурой страдают чаще
всего женщины молодого и среднего возраста.

Клиническая картина.Проявления болезни определяются геморрагиче­ским синдромом. Как правило, болезнь течет волнообразно: «спокойные» периоды прерываются обострениями, во время которых геморрагический синдром рецидивирует (или усиливается), что сопровождается падением количества тромбоцитов в периферической крови.

На I этапе диагностического поиска можно получить информацию о жалобах больного на появление кожных геморрагии и кровотечений из со­судов слизистых оболочек. Кожные геморрагии возникают после неболь­ших травм или же спонтанно и локализуются чаще всего на передней по­верхности туловища и на конечностях (чаще — на внутренней поверхно­сти). В местах инъекций лекарственных препаратов могут быть более круп­ные кровоизлияния. Больные отмечают также кровоточивость десен, носовые кровотечения. После экстракции зуба кровотечения возникают сразу. Реже у больных возникают кровохарканье, кровотечения из пищева­рительного тракта, гематурия. Женщины отмечают маточные кровотечения или же более обильные и длительные менструации. Некоторые больные сообщают, что у них ранее при исследовании крови отмечалась тромбоци­топения, причем периоды усиления кровоточивости сопровождались более выраженным снижением количества тромбоцитов. Наконец, больные могут сообщить об успешном лечении кортикостероидными препаратами (пред-низолон), что приводило к уменьшению кровоточивости и увеличению количества тромбоцитов. Некоторым больным ранее предлагалась сплен-эктомия.

На II этапе диагностического поиска в период обострения заболевания можно обнаружить пятнисто-петехиальный тип кровоточивости — распо­ложение геморрагии на передней поверхности туловища и конечностях, причем давность геморрагии различная — наряду с темно-синими отмеча­ются багровые, зеленоватые и желтые пятна. Положительными являются пробы на ломкость капилляров (симптомы щипка и жгута). Со стороны внутренних органов изменений обычно не наблюдается, однако у части больных отмечается увеличение селезенки, особенно если тромбоцитопе­ния сочетается с гемолитической анемией. Увеличение печени несвойст­венно тромбоцитопении. У некоторых больных в период обострения болез­ни незначительно увеличиваются лимфатические узлы, особенно в области Шеи, появляется субфебрильная температура тела.

Решающим является III этап диагностического поиска, во время кото­рого выясняют природу кровоточивости. Прежде всего отмечают увеличе­ние времени кровотечения, а также тромбоцитопению, вплоть до полного


 




исчезновения тромбоцитов из периферической крови. Ретракция кровяного сгустка на высоте тромбоцитопении отсутствует. При числе тромбоцитов, превышающем 50109/л, геморрагический синдром наблюдается редко. От­мечаются изменения формы тромбоцитов (большой величины, атипичной формы и со скудной специфической зернистостью).

Показатели коагуляционного гемостаза не изменены (протромбиновый индекс, АЧТВ).

Содержание эритроцитов и гемоглобина может быть нормальным. Лишь при частых кровотечениях наблюдается постгеморрагическая анемия. Уве­личение ретикулоцитов в крови зависит от интенсивности кровопотери. Содержание лейкоцитов у большинства больных нормальное.

В костном мозге чаще увеличено количество мегакариоцитов, преобла­дают молодые формы.

Диагностика.Распознавание болезни основывается на наличии петехи-ально-пятнистого типа кровоточивости в сочетании с тромбоцитопенией (не связанной с определенными причинами — инфекция, прием лекарст­венных средств), нормального или повышенного количества мегакариоци­тов в костном мозге и отсутствии отшнуровки тромбоцитов. Важное значе­ние в диагностике имеет положительный эффект от приема преднизолона.

При дифференциальной диагностике следует исключить лейкозы, В12-де-фицитную, гемолитическую анемию (болезнь Маркиафавы—Микели), апла-стическую анемию. Следует также иметь в виду, что аутоиммунная тромбо-цитопения может быть дебютом СКВ.

Идиопатическую тромбоцитопеническую пурпуру (аутоиммунную) сле­дует отличать от иммунной (гетероиммунной) тромбоцитопении, возни­кающей после перенесенной вирусной инфекции или приема некоторых лекарственных препаратов. Гетероиммунные тромбоцитопении обычно остро возникают у детей и лиц пожилого возраста. После отмены препара­та количество тромбоцитов постепенно восстанавливается. Кровоточивость обычно выражена незначительно. В последующем тромбоцитопения не возникает в отличие от аутоиммунной тромбоцитопенической пурпуры, имеющей хроническое течение.

Лечение.Базисная терапия аутоиммунной тромбоцитопенической пур­пуры, направленная на повышение количества тромбоцитов, основывает­ся на применении ГКС, иммунодепрессантов (цитостатических), а также спленэктомии. Лечение начинают с назначения преднизолона из расчета 1 мг/кг с последующим снижением дозы и постепенной отменой препарата после нормализации количества тромбоцитов и ликвидации клинических и лабораторных признаков заболевания. В ряде случаев один такой курс мо­жет привести к длительной ремиссии (и даже окончательному излечению). Однако чаще после полной отмены преднизолона или даже при попытке снижения дозы наступает рецидив, требующий возврата к исходным дозам. При неполном и нестабильном эффекте лечения преднизолоном (обыч­но через 3—4 мес от начала терапии) возникают показания к спленэктомии или назначению иммунодепрессантов. Спленэктомия дает положительный эффект в 80 % случаев. Результаты спленэктомии лучше в тех случаях, ко­гда нормализация тромбоцитов наступает в результате приема небольшой дозы преднизолона. В дальнейшем в зависимости от эффекта спленэкто­мии проводят курсы лечения преднизолоном существенно меньшими доза­ми, нежели до операции. Однако у ряда больных спленэктомия не дает от­четливого эффекта, и тогда назначают цитостатические препараты — аза-тиоприн (по 2—3 мг/кг в сутки) или циклофосфан (по 200—400 мг/сут) в течение 3—5 мес.


Альтернативой указанному выше лечению является лечение высокими дозами внутривенного иммуноглобулина. Этот препарат вводят из расчета 200—400 мг/(кгсут) посредством внутривенной капельной инфузии в тече­ние 1—5 дней. Терапия проводится в случаях неэффективности или невоз­можности лечения ГКС с целью повышения количества тромбоцитов и обеспечения адекватного гемостаза в период спленэктомии. Длительность эффекта восстановления тромбоцитов при монотерапии высокими дозами иммуноглобулина внутривенно без последующей спленэктомии составляет 14—28 дней.

При хронической форме болезни, для которой характерны низкие циф­ры тромбоцитов в анализе крови (менее 20 109/л), сопровождающейся раз­личными проявлениями кровоточивости, используют препараты, стимули­рующие другие звенья гемостаза: этамзилат натрия (антифибринолитиче-ский эффект) по 0,25 мг 3—4 раза в сутки внутрь или дицинон (активи­рующее действие на синтез тромбопластина — гликопротеина клеточных мембран) по 2—4 мг каждые 4—6 ч. Применяют также и замороженную нативную плазму в количестве до 600 мл/сут.

Кровотечения останавливают с помощью различных гемостатических средств (гемостатическая губка, тампонада с аминокапроновой кислотой). Гемотрансфузии проводят только по жизненным показаниям; следует пе­реливать отмытые и индивидуально подобранные эритроциты.

Гемофилии

Гемофилии являются одними из классических форм геморрагических диатезов; они известны с древнейших времен и представляют генетическое заболевание, наследуемое по рецессивному типу, сцепленному с полом. Ген, ответствнный за синтез факторов VIII и IX, расположен в Х-хромосо-ме, вследствие чего гемофилией заболевают исключительно мужчины. Женщина заболевает лишь в случае брака между больным гемофилией и женщиной-кондуктором.

Причина кровоточивости заключается в дефиците или недостаточной активности факторов VIII, IX или XI. Заболевание, обусловленное дефици­том фактора VIII, обозначают гемофилией А, дефицитом фактора IX — ге­мофилией В, дефицитом фактора XI — гемофилией С. Наиболее часто встречается гемофилия А — в 85—90 % случаев, гемофилия В — существен­но реже (10—15 %), точная частота гемофилии С неизвестна.

Клиническая картина.Проявления болезни определяются гематомным типом кровоточивости: характерны кровоизлияния в крупные суставы, внутримышечные гематомы, обильные и длительные кровотечения при травмах, гематурия. Реже встречаются легочные и желудочно-кишечные кровотечения, внутричерепные кровоизлияния, забрюшинные гематомы.

На I этапе диагностического поиска удается выяснить, что кровоточи­вость появилась с раннего детского возраста. Так, при рождении могут от­мечаться цефалогематомы; когда ребенок начинает ходить, то при падени­ях возникают носовые кровотечения, гематомы в области головы и мягких тканей. В более старшем возрасте появляются кровоизлияния в суставы. Одновременно могут быть поражены от 1—2 до 6—8 суставов. В анамнезе отмечаются также кровотечения после травм и операций, возникающие не сразу после вмешательства (как при тромбоцитопенической пурпуре), а спустя 1—5 ч. Длительные кровотечения возникают обычно после экстрак­ции зуба или тонзиллэктомии.


На II этапе диагностического поиска можно выявить поражение опор­но-двигательного аппарата, обусловленного кровоизлияниями в полость сустава. Выделяют несколько типов суставного поражения: 1) острые ге­мартрозы (первичные и рецидивирующие); 2) хронические геморрагиче­ски-деструктивные остеоартрозы; 3) вторичный иммунный ревматоидный синдром (как осложнение основного процесса). Острый гемартроз — вне­запное появление (часто после небольшой травмы) или резкое усиление боли в суставе. Сустав увеличен в объеме, горячий на ощупь, кожа над ним гиперемирована. При больших кровоизлияниях определяется флюктуация. Боль проходит после эвакуации крови из полости сустава и одновременной трансфузии антигемофильной плазмы. При хроническом геморрагическом остеоартрозе в «холодном» периоде функция сустава может быть не нару­шена, но при рентгенологическом исследовании определяются все харак­терные для остеоартроза признаки (сужение суставной щели, остеофиты, деформации). Со временем подвижность сустава нарушается, что сочетает­ся с атрофией мышц, приводящих сустав в движение.

Вторичный ревматоидный синдром выражается в хроническом воспа­лительном процессе в мелких суставах кисти и стопы, не поражавшихся ранее кровоизлияниями, с последующей типичной деформацией, болью, выраженной утренней скованностью. С возрастом распространенность и тяжесть всех поражений суставов неуклонно прогрессируют, что приво­дит к инвалидизации. Прогрессирование поражений суставов зависит от частоты острых гемартрозов. Очень тяжелы и опасны подкожные, меж­мышечные и забрюшинные гематомы. Профузные желудочно-кишечные кровотечения могут быть спонтанными или спровоцированы приемом ацетилсалициловой кислоты, бутадиона и других ульцерогенных препа­ратов.

Кровоизлияния в брыжейку и сальник имитируют различные острые хирургические заболевания — острый аппендицит, непроходимость кишеч­ника и т.д.

Единственным критерием диагноза в этой ситуации может явиться бы­стрый положительный эффект интенсивной заместительной терапии (пере­ливание антигемофильной плазмы).

Характерная черта гемофилии — длительные кровотечения при травмах и операциях, когда кровотечения возникают не сразу после травмы, а через 1—5 ч. Тонзиллэктомия при гемофилии значительно более опасна, чем по­лостные хирургические операции, точно так же, как и экстракция зубов (все эти вмешательства следует проводить при заместительной терапии концентратами антигемофильных препаратов).

На III этапе диагностического поиска подтверждается природа кровоте­чений. У больных гемофилией удлинено активированное частичное тром-бопластиновое время (АЧТВ) при нормальном протромбиновом индексе. Количество тромбоцитов в норме, что обусловливает неизмененную дли­тельность кровотечения. Показатель тромбинового времени, указывающий на активность комплекса «гепарин — антитромбин III»,также не изменен. Пробы жгута и щипка отрицательные.

Форму гемофилии устанавливают путем добавления к плазме больного так называемой бариевой плазмы (плазмы здорового человека, смешанной с сульфатом бария, который связывает факторы протромбинового ком­плекса — II, VII, IX и X, но не связывает фактор VIII). Если удлиненное АЧТВ нормализуется после добавления бариевой плазмы, то речь идет о гемофилии А, если нет — то о гемофилии В. Более точная дифференциа­ция проводится при смешивании плазмы больного с образцами плазмы


больных с заведомо известной формой гемофилии и отсутствии нормали­зации свертывания плазмы больного при таком добавлении.

Диагностика.Наличие гемофилии следует предположить у всех больных с гематомным типом кровоточивости и поражением опорно-двигательного аппарата, а также в случаях упорных поздних кровотечений при хирургиче­ских вмешательствах. Имеет значение выявление семейных случаев заболе­вания по мужской линии, а также начало заболевания в раннем детском возрасте. Лабораторные исследования являются решающими при поста­новке диагноза гемофилии и определении ее формы.

Дифференциальная диагностика.Гемофилию необходимо дифференци­ровать от ангиогемофилии (болезнь Виллебранда), которая представляет собой наследственное заболевание, обусловленное нарушением синтеза ос­новного компонента фактора VIII, участвующего в тромбоцитарно-сосуди-стом гемостазе и обозначающегося как фактор Виллебранда (VIII-ФВ). Полагают, что VIII-ФВ является регулятором синтеза одного из компонен­тов фактора VIII, в связи с этим при болезни Виллебранда снижен как VIII-ФВ, так и фактор VIII, тогда как при гемофилии снижен лишь фактор VIII, а содержание VIII-ФВ в плазме нормальное. При болезни Виллебран­да редко встречаются гемартрозы; нарушена адгезивность тромбоцитов, время кровотечения удлинено.

Лечение.Гемостатическую терапию назначают в периоды кровотечения. Основным методом лечения является заместительная терапия гемопреци-питатами, содержащими фактор VIII (антигемофильная плазма, криопре-ципитат, концентраты фактора VIII). Наиболее эффективен криопреципи-тат, выделяемый из плазмы с помощью криоосаждения; это белковый кон­центрат, содержащий большое количество фактора VIII. Концентрат фак­тора VIII вводят внутривенно. При гемофилии В вводят концентраты фактора IX. В экстренных случаях производят массивные прямые перели­вания крови не реже 3 раз в сутки. Кровоточащие участки обрабатывают тромбином, аминокапроновой кислотой.

При острых гемартрозах сустав временно иммобилизуют, кровь из по­лости сустава удаляют и вводят гидрокортизон. При ревматоидном синдро­ме назначают преднизолон в дозе 20—40 мг/сут. В «холодном» периоде по­ражения суставов назначают физиотерапевтические процедуры, лечебную физкультуру.

Профилактика.Предупреждение кровотечений при гемофилии включа­ет систематическое внутривенное введение концентратов фактора VIII, трансфузионную терапию перед хирургическим вмешательством, предупре­ждение травм.

Лнгиопатии (вазопатии)

При ангиопатиях ГД развивается вследствие врожденной патологии со­судистой стенки (например, наследственная геморрагическая телеангиэкта-зия — синдром Ослера—Рандю), иммуноаллергического или инфекционно-токсического поражения стенки сосуда (например, геморрагический васку-лит — болезнь Шенлейна—Геноха).

При наследственной геморрагической телеангиэктазии — синдроме Ос­лера—Рандю отмечается очаговое истончение сосудистой стенки вследствие недоразвития субэндотелиального слоя и малого содержания в нем колла­гена. Мелкие артерии и капилляры в этих участках расширены, стенка со­суда состоит лишь из эндотелия, мышечный слой подвергается дегенера-


 




тивным изменениям, эластические волокна полностью или частично отсут­ствуют. Кровоточивость обусловливается чрезвычайно легкой ранимостью сосудистой стенки в месте ангиэктазии.

Синдром Ослера—Рандю является наследственным, поэтому он может встретиться у лиц различного возраста.

Клиническая картина.Проявления болезни зависят от выраженности изменений сосудов и распространенности поражения. Телеангиэктазий обычно выявляются у детей к 6—10 годам, с возрастом их число и распро­страненность увеличиваются.

На I этапе диагностического поиска удается выяснить, что с детских лет отмечаются носовые кровотечения, возникающие спонтанно или после небольших механических травм. Острые респираторные заболевания про­воцируют и усиливают кровотечения. Носовые кровотечения могут быть весьма упорными и требовать специализированной оториноларингологиче-ской помощи (передняя или задняя тампонада полости носа и пр.). Иногда отмечаются кровохарканье, желудочно-кишечные кровотечения.

На II этапе диагностического поиска выявляются телеангиэктазий на коже и слизистых оболочках, кровоточивость из них. Телеангиэктазий чаще всего локализуются на губах, крыльях носа, языке, деснах, внутрен­ней поверхности щек, слизистой оболочке полости носа. Иногда они обна­руживаются на кончиках пальцев, коже волосистой части головы. Врож­денная неполноценность сосудов внутренних органов может проявляться артериовенозными аневризмами, которые могут локализоваться в легких, печени, почках, селезенке. При локализации их в легких отмечаются одышка, цианотично-красный цвет лица. Эти поражения внутренних орга­нов распознаются с большим трудом.

Телеангиэктазий могут сочетаться с другими признаками мезенхималь-ных дисплазий в виде диафрагмальных и паховых грыж, аномалий скелета, гиперэластичности кожи, гипермобильности суставов с их подвывихами.

На III этапе диагностического поиска можно выявить железодефицит-ную гипохромную анемию, если кровотечения достаточно обильные и час­то повторяются. Количество тромбоцитов и их функциональные свойства не изменены. Длительность кровотечения не изменена. Показатели коагу-ляционного гемостаза (прежде всего протромбиновый индекс и активиро­ванное частичное тромбопластиновое время) не изменены.

При риноскопии выявляются телеангиэктазий в полости носа. Если по поводу кровотечения из пищеварительного тракта или из легких проводит­ся эндоскопия, то она также выявляет телеангиэктазий. При локализации телеангиэктазий в почечных лоханках наблюдается выраженная в большей или меньшей степени гематурия.

Диагностика.Распознавание синдрома Ослера—Рандю основывается на выявлении телеангиэктазий на коже, слизистых оболочках, кровоточивости из них, отсутствии тромбоцитопении и нарушений коагуляционного гемо­стаза. Нередки случаи семейного заболевания.

Лечение.Основные лечебные мероприятия направлены на предупреж­дение кровотечений и их остановку. Кровоточащий участок орошают охла­жденным 5 % раствором аминокапроновой кислоты; слизистую оболочку носа в месте кровотечения прижигают трихлоруксусной кислотой, замора­живают жидким азотом, проводят диатермокоагуляцию.

Профилактика.Следует избегать травматизации слизистых оболочек и кожи в местах телеангиэктазий; исключают прием продуктов и лекарствен­ных средств, угнетающих агрегацию тромбоцитов (пища с уксусом, алко­голь, ацетилсалициловая кислота, дезагреганты). При развитии железоде-


цифигной анемии вследствие повторяющихся кровотечений назначают
препараты железа. „

Прогноз.В большинстве случаев прогноз благоприятный. Однако при выраженных телеангиэктазиях возможны смертельные кровотечения не только носовые, но также легочно-бронхиальные, желудочно-кишечные, из мочевыводяших путей.

Геморрагический васкулит (болезнь Шенлейна—Геноха), являющийся приобретенной формой поражения сосудов, при которой геморрагический синдром выражен в различной степени, рассматривается вглаве «Систем­ные васкулиты».

Диссеминированное внутрисосудистое свертывание крови

Синдром диссеминированного внутрисосудистого свертывания (ДВС-син-дром) представляет собой нарушение гемостаза, в основе которого лежит распространенное свертывание крови с образованием большого количества микросгустков и агрегатов клеток крови, что приводит к нарушению мик­роциркуляции (вплоть до полной ее блокады) в органах и тканях, разви­тию выраженных дистрофических изменений.

Этиология.ДВС-синдром развивается при различных ситуациях — хи­рургических вмешательствах, акушерской патологии, сепсисе, злокачест­венных опухолях, а также при некоторых терапевтических заболеваниях и состояниях — гемобластозах, острой и хронической почечной недостаточ­ности, системных васкулитах, остром гемолизе.

Патогенез.Изменение состояния свертывающей и противосвертываю-щей систем при развитии ДВС-синдрома проходит несколько стадий.

В начальной стадии (стадия гиперкоагуляции) под влиянием различных экзогенных (продукты жизнедеятельности бактерий, змеиные яды, транс-фузионные средства и пр.) и эндогенных (продукты протеолиза и цитоли­за, тканевый тромбопластин и др.) факторов активируются процессы свер­тывания крови и агрегации тромбоцитов.

Затем происходит выпадение тромбов, чему способствует также попада­ние в кровоток большого количества продуктов белкового распада под влиянием одновременной активации других систем — фибринолитической, калликреин-кининовой. Множественное тромбообразование приводит к нарушению микроциркуляции и изменениям функций различных органов и систем.

Активация свертывания крови вызывает истощение противосвертываю-щих механизмов — физиологических антикоагулянтов (системы «гепа­рин — антитромбин III») и фибринолитической системы «плазминоген — плазмин». Множественное тромбообразование влечет за собой так назы­ваемую коагулопатию потребления (снижение содержания плазменных факторов свертывания) и тромбоцитопению, что обусловливает развитие геморрагического синдрома.

В последние годы экспериментальные исследования и клинические на­блюдения многих коагулологов внесли серьезные коррективы в учение о ДВС-синдроме, о его патогенезе и лечении.

Как известно, ранее этот процесс, сопровождающий все тяжелые ката­строфические заболевания организма, долгое время объясняли афибрино-генемией, а кровоточивость трактовали как фибринолитическую. В связи с этим внутривенно вводили фибриноген, назначали аминокапроновую ки­слоту и другие ингибиторы фибринолиза, что приводит к негативным ре-


 




зультатам — полиорганной недостаточности (почечной, печеночной, легоч­ной и т.д.). Одновременно назначали препараты, повышающие свертывае­мость крови, так как считалось, что ДВС-синдром связан с реакцией анти-свертывающей системы, которая якобы была первичной. Однако пусковым механизмом ДВС-синдрома является внутрисосудистое свертывание крови, которое на первых этапах блокировалось гепарином. Он хорошо действо­вал до введения антитромбина и тромбина; если же гепарин вводили после этого, то эффект был менее выраженным. Впоследствии выяснилось, что один гепарин при такой тяжелой патологии не действует независимо от этапов этого процесса — фазы гиперкоагуляции, которая может длиться всего 3—5 мин, или гипокоагуляции.

Кроме того, было установлено, что при ДВС-синдроме количество фибриногена может быть нормальным, а количество факторов свертыва­ния крови снижено; наблюдается снижение содержания физиологических антикоагулянтов — протеина С и протеина S, антитромбина III,инактиви-рующих активированные факторы свертывания. Их расход оказывается бо­лее выраженным, чем расход факторов свертывания крови.

Установлено также, что в большинстве случаев острые ДВС-синдромы носят септический характер (даже акушерские), поскольку специальные исследования в течение 18 ч позволяли выявить бактериемию, усугубляю­щую тромбоцитопению и ферментопатию.

К числу органов-мишеней относится кишечник (при ожоговой болез­ни, синдроме раздавливания тканей и др.). Инфекционный процесс сопро­вождается повреждением эндотелия, увеличивается количество тромбомоду-лина, связывающего и инактивирующего тромбин. Тромбомодулин вместе с инактивированным тромбином активирует противосвертывающие веще­ства — протеин С, таким образом меняя свои свойства и становясь стиму­лятором противосвертывающей активности.

При развитии бактериемии отмечается неглубокая тромбоцитопе-ния — до 80 109/л, однако тромбоциты функционально неактивны, «забло­кированы».

Клиническая картина.Проявления ДВС-синдрома включают симптомы основного заболевания, картину гемокоагуляционного шока, а также ге­моррагический синдром различной степени выраженности, признаки нару­шения микроциркуляции в органах и системах с различной степенью вы­раженности их недостаточности.

Принято различать острый ДВС-синдром (развитие идет в пределах су­ток), подострый (развивается в течение нескольких суток — недели), хро­нический (протекает многие недели и месяцы). В течении ДВС-синдрома условно выделяют четыре стадии: 1) гиперкоагуляция и агрегация; 2) пере­ходная с нарастающей коагуляцией, тромбоцитопенией и разнонаправлен­ными сдвигами в различных коагуляционных тестах; 3) гипокоагуляция; 4) восстановительная.

Гемокоагуляционный шок развивается при быстром поступлении в крово­ток большого количества тканевого тромбопластина, являющегося глико-протеидом клеточных мембран (или других веществ с аналогичным меха­низмом действия). Возникает острое нарушение гемодинамики с падением артериального и центрального венозного давления.

Геморрагический синдром проявляется локальными кровотечениями, петехиально-пятнистым типом геморрагии, гематомами на местах инъек­ций, кровотечениями из органов. Иногда вытекающая из раны или по­лости органа кровь не образует полноценных сгустков или вообще не свертывается.


Нарушение микроциркуляции проявляется острой почечной недостаточ­ностью, часто сопровождающейся гемолизом, а также острой печеночной или легочной недостаточностью. Сочетание поражения почек и печени на­зывается гепаторенальным синдромом. Нарушение микроциркуляции в го­ловном мозге проявляется головокружением, обмороком, нарушением соз­нания (вплоть до коматозного состояния).

Диагноз ДВС-синдрома уточняется данными IIIэтапа диагностическо­го поиска. В начальной фазе количество тромбоцитов остается нормаль­ным или незначительно сниженным, возрастают их адгезивные и агрегаци-онные свойства. Повышается содержание фибриногена, укорачивается активированное частичное тромбопластиновое время, снижается фибрино-литическая активность. В период выпадения тромбов и развития коагуло-патии потребления отмечается снижение количества тромбоцитов и содер­жания фибриногена. При появлении геморрагии содержание тромбоцитов резко снижается, а фибринолитическая активность увеличивается.

Диагностика.Распознавание ДВС-синдрома основывается на учете из­менения всей клинической картины течения болезни (геморрагический синдром, нарушение микроциркуляции, недостаточность функций орга­нов и систем) и данных лабораторных исследований. Речь, естественно, идет об остром и подостром ДВС-синдроме (хронический ДВС-синдром распознается по данным лабораторных исследований и рассматривается в настоящее время как один из возможных патогенетических механиз­мов тех или иных заболеваний, например хронического гломерулонефри-та и др.).

Лечение.Лечение ДВС-синдрома представляет собой сложную задачу, учитывая быстроту развития симптомов, их тяжесть и опасность для жиз­ни. Прогрессирующий геморрагический синдром, шок с резким падением АД, ухудшение, а иногда и полное выпадение функций различных органов требуют быстрых лечебных мероприятий.

Лечение ДВС-синдрома должно включать мероприятия, направленные на устранение причины его развития (лечение инфекционных процессов, основного заболевания), борьбу с шоком, коррекцию гемостаза.

• Трансфузии свежезамороженной плазмы — один из основных мето­дов лечения острого ДВС-синдрома (гепарин добавляют для того, чтобы плазма не свернулась). Свежезамороженная плазма содержит антитромбин III,плазминоген, факторы свертывания и естественные антиагреганты. Ее получают методом плазмафереза крови донора и замораживают в течение 30—40 мин. При этом активность антитромбина IIIи плазминогена воз­растает на 200 %. Хранение плазмы в холодильнике или при комнатной температуре снижает ее активность на 20—40 % в сутки. Оттаивание свеже­замороженной плазмы осуществляют при температуре не выше 25 "С; вво­дят внутривенно, струйно.

• Массивные трансфузии свежезамороженной плазмы осуществляют под прикрытием профилактических доз гепарина по 2500—5000 ЕД 2 раза в сутки подкожно. В настоящее время используют также низкомолекуляр­ный гепарин — фраксипарин по 0,3—0,5 мл подкожно или клексан по 40 мг/сут подкожно. При резкой активации фибринолиза необходимо вве­дение 100 000 ЕД/сут контрикала или других антипротеаз в максимальных Дозах. При профузных маточных, носовых, желудочно-кишечных, легоч­ных кровотечениях внутривенно вводят тромбоконцентраты. Локальная остановка кровотечений — тампонады, перекись водорода, ПАМБА, ами-нокапроновая кислота, дицинон (этамзилат) в виде аппликаций, турунд, смоченных раствором дицинона (в нос), внутрь и парентерально.


В настоящее время используют супернатантную плазму, имеющую меньшую тенденцию к свертыванию, чем свежезамороженная плазма, в ней содержится меньше фибриногена, фактора VIII, фибронектина и фак­тора Виллебранда. Таким образом, появилась возможность замещения ес­тественных физиологических антикоагулянтов при массивных тромбозах.

Плазмаферез и плазмозамену, позволяющие удалять активность свер­тывания и продукты паракоагуляции, широко используют при иммуноком-плексном синдроме, тканевом распаде, некрозе, выраженном геморрагиче­ском синдроме, септическом шоке, ожогах, при синдроме раздавливания тканей, улучшают гемодинамику, предупреждают развитие острой почеч­ной недостаточности.

• При выявлении бактериемии (в большинстве случаев острого ДВС-синдрома) необходимо назначать антибиотики (не очень токсичные) для стерилизации кишечника.

• «Показаний к переливанию цельной крови нет, за исключением случаев, когда гемотрансфузия необходима по жизненным показаниям, а в учреждении отсутствует эритроцитная масса» (Инструкция по перелива­нию крови, 1988). Трансфузии эритроцитной массы осуществляют в редких случаях — лишь при острой кровопотере (более 1 л крови), так как в крови донора содержится много активаторов свертывания крови.

• Поскольку острый ДВС-синдром — это «протеолитический взрыв», то на поздних этапах рекомендуется вводить антипротеазы в больших до­зах (например, контрикал по 10 ампул), чтобы «заблокировать» протеолиз.

• Для защиты эндотелия от бактериальных эндотоксинов используют эндотелиопротекторы (интерлейкины, цитокины, факторы некроза опухо­лей, медиаторы воспаления).

Контрольные вопросы и задачи

На вопросы 139—176 выберите один наиболее правильный ответ.

139. В основе патогенеза острого лейкоза лежат следующие факторы: А. Луче­вые. Б. Химические. В. Хромосомные повреждения. Г. Образование патологическо­го клона. Д. Все перечисленное верно.

140. Решающим лабораторным симптомом в диагнозе острого лейкоза является: А. Анемия. Б. Лейкопения. В. Тромбоцитопения. Г. Бластемия. Д. Увеличение

соэ.

141. У больной острым лейкозом в развернутой стадии заболевания, в период рецидива болезни отмечены повышение температуры тела, появление небольшой желтухи, болей в левом подреберье, увеличение размеров селезенки. При лабора­торном исследовании выявлены нарастающая анемия с ретикулоцитозом, повыше­ние уровня непрямого билирубина в сыворотке крови. Эту ситуацию следует расце­нить как: А. Прогрессирование лейкоза. Б. Острый вирусный гепатит. В. Развитие аутоиммунной гемолитической анемии. Г. Развитие инфаркта селезенки. Д. Разви­тие токсико-аллергического гепатита.

142. У больного 40 лет после перенесенного 2 мес назад респираторного заболе­вания отмечаются возрастающая слабость, лихорадка, при осмотре — бледность кожных покровов, на коже туловища и конечностей — необильные петехиально-пятнистые геморрагические высыпания, подмышечные лимфатические узлы увели­чены, мягкие, безболезненные размером 2—1 см; печень и селезенка не увеличены. Анализ крови: НЬ 100 г/л, эритроциты 31012/л; цв. пок. 1,0; лейкоциты 3,5-109/л; лейкоцитарная формула: бластные клетки 32 %; нейтрофильные миелоциты 0,5 %; метамиелоциты 0,5 %; палочкоядерные 3 %; сегментоядерные 35 %; эозинофилы 1 %; лимфоциты 20 %; моноциты 8 %; СОЭ 20 мл/ч; тромбоциты 55 109/л. Больно­му можно поставить диагноз: А. Сепсис. Б. Острый лейкоз. В. Геморрагический


васкулит. Г. Тромбоцитопеническая пурпура. Д. Обострение латентно протекающе­го лимфолейкоза.

143. Указать основной метод лечения рецидива острого лейкоза: А. Курсовая полихимиотерапия. Б. Курсовая монохимиотерапия. В. Антибиотикотерапия. Г. Глю-кокортикоидная терапия. Д. Гемотрансфузии.

144. В основе патогенеза эритремии лежит: А. Пролиферация лейкоцитов и эритроцитов. Б. Пролиферация лейкоцитов, эритроцитов, тромбоцитов. В. Преиму­щественная пролиферация эритроидных элементов. Г. Пролиферация эритроцитов и тромбоцитов. Д. Все варианты верны в равной степени.

145. Наиболее важным в развитии гемодинамических нарушений при эритре­мии является: А. Изменение сосудистой стенки. Б. Изменения реологических свойств крови с тенденцией к агломерации форменных элементов. В. Замедление скорости кровотока. Г. Региональные сосудистые спазмы. Д. Все факторы в равной степени.

146. Клинические проявления эритремии характеризуются всеми перечислен­ными синдромами и симптомами, за исключением: А. Миелопролиферативного синдрома. Б. Лимфопролиферативного синдрома. В. Плеторического синдрома. Г. Тромбозов. Д. Гепатоспленомегалии.

147. У больного с эритремией при наличии выраженного акроцианоза, сплено-мегалии, артериальной гипертонии, остаточных явлений тромбоза сосудов сетчат­ки, панцитоза без очагов экстрамедуллярного кроветворения, вероятнее всего, име­ет место: А. I стадия болезни. Б. ПА стадия. В. ПБ стадия. Г. III стадия. Д. Данных недостаточно.

148. Наиболее важным фактором, определяющим назначение цитостатических препаратов как основного метода лечения эритремии, является: А. Наклонность к тромбоэмболии. Б. Выраженный миелопролиферативный синдром. В. Резко выра­женный плеторический синдром. Г. Увеличение показателя гематокрита и вязкости крови. Д. Все факторы важны в равной степени.

149. Наиболее информативным методом для подтверждения миелопролифера­тивного синдрома при хроническом миелолейкозе является: А. Определение лейко­цитарной формулы крови. Б. Стернальная пункция. В. Трепанобиопсия костного мозга. Г. Пункция лимфатического узла. Д. Пункция печени.

150. Наиболее частый клинический симптом хронического миелолейкоза:
А. Лихорадка. Б. Кровоточивость. В. Увеличение лимфатических узлов. Г. Увеличе­
ние печени. Д. Увеличение селезенки.

151. Больная 52 лет в течение 1,5 года отмечает боли в левом подреберье. При осмотре обнаружены небольшие геморрагии на коже, увеличенная селезенка, вы­ступающая на 7 см из-под края реберной дуги. Анализ крови: НЬ 100 г/л, лейкоци­ты 5 109/л (миелобласты 1 %, промиелоциты 1 %, нейтрофильные миелоциты 3 %, нейтрофильные метамиелоциты 8 %, нейтрофильные палочкоядерные 12 %, сег­ментоядерные 55 %, эозинофилы 5 %, базофилы 2 %, лимфоциты 12 %, моноциты 1 %). Предполагаемый диагноз: А. Тромбофлебитическая спленомегалия. Б. Абс­цесс селезенки. В. Хронический миелолейкоз. Г. Цирроз печени. Д. Острый лейкоз.

152. Наиболее информативным методом для подтверждения лимфопролифера­тивного синдрома при хроническом лимфолейкозе является: А. Определение лей­коцитарной формулы крови. Б. Пункция лимфатического узла. В. Пункция селе­зенки. Г. Биопсия лимфатического узла. Д. Пункция печени.

153. Наиболее характерный клинический симптом хронического лимфолейкоза: А. Лихорадка. Б. Боли в костях. В. Кровоточивость. Г. Увеличение лимфатических узлов. Д. Увеличение печени.

154 Больной 62 лет в течение года жалуется на слабость, увеличение шейных, подмышечных и паховых лимфатических узлов. Лимфатические узлы мягкие, без­болезненные при пальпации. Анализ крови: лейкоциты 40 109/л (эозинофилы 1 %, палочкоядерные 3 %, сегментоядерные 15 %, лимфоциты 75 %, моноциты 6 %). Предполагаемый диагноз: А. Реактивный лимфаденит. Б. Хронический лимфолей-коз. В. Лимфогранулематоз. Г. Лейкемоидная реакция. Д. Метастазы злокачествен­ной опухоли в лимфатические узлы.

155. Наиболее информативным методом для подтверждения диагноза лимфо­гранулематоза является: А. Определение лейкоцитарной формулы крови. Б. Пунк­ция лимфатического узла. В. Радиоизотопное исследование лимфатической систе­мы. Г. Биопсия лимфатического узла. Д. Пункция селезенки.



156. Решающим в постановке диагноза лимфогранулематоза является: А. Выяв­ление нейтрофильного лейкоцитоза. Б. Обнаружение увеличения забрюшинных и медиастинальных лимфатических узлов. В. Обнаружение клеток Березовско­го—Штернберга. Г. Выявление анемии аутоиммунного происхождения. Д. Выявле­ние признаков опухолевой интоксикации.

157. Больной 27 лет заболел остро: повысилась температура тела до 39 °С, появи­лись проливные поты, ознобы; спустя 2 нед под влиянием антибиотиков (?) и жаро­понижающих средств температура тела снизилась до 37,8—38,4 "С, потливость оста­валась. Врач обнаружил увеличенные шейные лимфатические узлы (слева) плотной консистенции, гиперемию и увеличение миндалин, а также легкий систолический шум над верхушкой и основанием сердца. Анализ крови: НЬ 95 г/л; эритроциты 3,21012/л, цв. пок. 0,9; лейкоциты 12,5-109/л (базофилы 2 %, эозинофилы 6%, па-лочкоядерные 10 %, сегментоядерные 64 %; лимфоциты 8 %, моноциты 10 %); СОЭ 60 мм/ч. Предполагаемый диагноз: А. Инфекционный эндокардит. Б. Острый лей­коз. В. Лимфогранулематоз. Г. Инфекционное заболевание неясного происхождения. Д. Реактивный лимфаденит.

158. Для диагноза железодефицитной анемии важны следующие показатели:

A. Снижение гематокрита. Б. Снижение цветового показателя. В. Снижение гемо­
глобина. Г. Снижение количества лейкоцитов. Д. Гипербилирубинемия.

159. Среди клинических симптомов железодефицитной анемии реже всего на­блюдаются: А. Глоссит. Б. Субфебрильная температура тела. В. Желтуха. Г. Анорек-сия. Д. Выпадение волос.

160. Наиболее частой причиной железодефицитной анемии являются: А. Кро-вопотери. Б. Глистная инвазия. В. Врожденный дефицит железа. Г. Авитаминоз. Д. Недостаточное поступление железа с пищей.

161. У больной 40 лет с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки появи­лись резкая слабость, головокружение, одышка, сердцебиения; снизилось АД. Ана­лиз крови: НЬ 70 г/л; лейкоциты 14-109/л. Можно думать об осложнении: А. Ин­фекционное заболевание. Б. Острая кровопотеря. В. Гемолитический криз. Г. Пер­форация язвы. Д. Реактивный панкреатит.

162. Наиболее частой причиной В ^-дефицитных анемий являются: А. Крово-потери. Б. Глистная инвазия. В. Атрофия желез желудка. Г. Беременность. Д. Али­ментарный фактор.

163. Диагноз В]2-дефицитной анемии становится несомненным при изменении следующего лабораторного показателя: А. Повышение цветового показателя. Б. Снижение количества эритроцитов. В. Макроцитоз эритроцитов. Г. Мегалобла-стоз костного мозга. Д. Снижение количества лейкоцитов.

164. У больной 62 лет, страдающей анемией Аддисона—Бирмера, резко ухудши­лось состояние: субфебрильная температура тела, резкая слабость, головокруже­ние, спутанное сознание, головная боль. Анализ крови: НЬ 50 г/л; эритроциты l,09 101VJi; UB- пок- 1,3. Можно предположить: А. Рецидив болезни. Б. Острую кро-вопотерю. В. Острую инфекцию. Г. Гемолитический криз. Д. Нарушение мозгового кровообращения.

165. Признаками внутриклеточного гемолиза являются все перечисленные, кро­ме: А. Увеличения содержания в крови непрямого билирубина. Б. Ретикулоцитоза.

B. Анемии. Г. Наличия в моче свободного гемоглобина. Д. Увеличения содержания
в кале стеркобилина.

166. Диагноз гемолитической анемии становится несомненным при изменении следующего показателя: А. Снижение содержания гемоглобина. Б. Увеличение ко­личества ретикулоцитов. В. Гипербилирубинемия. Г. Изменение осмотической ре­зистентности эритроцитов. Д. Снижение продолжительности жизни эритроцитов.

167. Признаками р-талассемии являются все перечисленные показатели, кроме: А. Снижения количества эритроцитов и содержания гемоглобина. Б. Увеличения цветового показателя. В. «Мишеневидной» формы эритроцитов. Г. Увеличения со­держания сывороточного железа. Д. Положительной десфераловой пробы.

168. Больная 28 лет в прошлом отмечала слабость, периодическое появление
легкой желтушности кожи. После сильного переохлаждения появились озноб, боли
в мышцах, а также в верхней половине живота. Через день — умеренная желтуха,
темные кал и моча. При исследовании определяются умеренное увеличение печени
и селезенки, желтушность кожи и слизистых оболочек. Анализ крови: НЬ 80 г/л,
эритроциты 2,81012/л; цв. пок. 0,8; тромбоциты 23-109/л; лейкоциты 9,5^Оул
(формула не изменена); СОЭ 20 мм/ч, билирубин 77 мкмоль/л; прямой 8,о


мкмоль/л. Наиболее вероятно: А. Обострение хронического холецистита. Б. Острое иНфекционное заболевание. В. Железодефицитная анемия. Г. Хронический гепа­тит. Д. Гемолитическая анемия.

169. Больной 37 лет спустя 12 дней после перенесенного гриппа отметил по­
вторный подъем температуры тела, озноб, боли в пояснице, потемнение мочи, за­
тем появилась легкая желтушность склер. Врач определил умеренное увеличение
печени. Анализ крови: НЬ 78 г/л, эритроциты 2,6 1012/л, тромбоциты 210109/л,
лейкоциты 6,2 109/л, в моче увеличено содержание уробилина. Общий билирубин
49,6 мкмоль/л, прямой 5,1 мкмоль/л. Заподозрена гемолитическая анемия. Наибо­
лее важным для установления диагноза из перечисленных исследований является:
д. Пункция селезенки. Б. Определение продолжительности жизни эритроцитов.
В. Определение осмотической стойкости эритроцитов. Г. Проба Кумбса. Д. Опре­
деление содержания железа в сыворотке крови.

170. Наиболее существенным исследованием для диагноза гипопластической
анемии является: А. Исследование периферической крови. Б. Стернальная пунк­
ция. В. Пробы Кумбса. Г. Определение осмотической стойкости эритроцитов.

Д. Десфераловая проба.

171. У больного 20 лет в течение последних 2 мес отмечаются нарастающие
слабость, кровоточивость (кожные геморрагии, носовые кровотечения), субфеб­
рильная температура тела. Лимфатические узлы, печень, селезенка не увеличены.
Анализ крови: НЬ 50 г/л; эритроциты 1,51012/л, цв. пок. 1,0; лейкоциты 1,8-109/л,
палочкоядерные 1 %; сегментоядерные 38 %; эозинофилы 1 %, лимфоциты 55 %,
моноциты 5 %; тромбоциты 30109/л; СОЭ 60 мм/ч. Предполагаемый диагноз:
А. Острый лейкоз. Б. Апластическая анемия. В. Железодефицитная анемия. Г. Ге­
молитическая анемия. Д. В^-дефицитная анемия.

172. Наиболее типичная особенность течения заболевания при гемофилии:
А. Болезнь с детства. Б. Болезнь возникла после инфекции. В. Острое течение со
спонтанной ремиссией. Г. Заболевание связано с лучевой терапией. Д. Болезнь
проявилась после приема сульфаниламидных препаратов.

173. Больная 35 лет в течение последних 5 лет отмечает частые носовые крово­течения, периодические образования синяков на коже. Чувствовала себя удовлетво­рительно, к врачам не обращалась. 2 нед назад после обильного носового кровоте­чения усилились слабость, головокружение. Бледная, на коже груди, ног обильные петехиальные геморрагические высыпания и единичные экхимозы. Органы без осо­бенностей. Анализ крови: НЬ 90 г/л; эритроциты 4,2 10,2/л, цв. пок. 0,64; лейкоци­ты 6,2109/л, палочкоядерные 3 %, сегментоядерные 67 %, эозинофилы 2 %, лим­фоциты 23 %, моноциты 5 %; тромбоциты 10-109/л; СОЭ 15 мм/ч. Ваше мнение о диагнозе: А. Апластическая анемия. Б. Геморрагический васкулит. В. Гемофилия. Г. Железодефицитная анемия. Д. Тромбоцитопеническая пурпура.

174. Наиболее типичный характер кровоточивости при геморрагическом васку-лите: А. Гематомы. Б. Петехиально-пятнистый. В. Васкулитно-пурпурный. Г. Сме­шанный микроциркуляторно-гематомный. Д. Ангиоматозный.

 

175. Достоверным критерием диагностики множественной миеломы является одно из перечисленных исследований: А. Исследование периферической крови. Б. Рентгенография костей. В. Исследование костного мозга. Г. Электрофорез бел­ков крови. Д. Исследование мочи.

176. Больная 37 лет в течение многих лет отмечает петехиально-пятнистые вы­сыпания на коже, слизистых оболочках. Лейкограмма без патологии. Тромбоциты 132109/л. Симптом щипка отрицательный. Протромбиновый индекс 95 %. АЧТВ 35 с. Время кровотечения 19 мин. Предварительный диагноз: А. Идиопатическая тромбоцитопеническая пурпура. Б. Гемофилия. В. Геморрагический васкулит. Г. Тромбоцитопатия. Д. Синдром Ослера—Рандю.


Глава VI

Системные васкулиты

Содержание

Системные васкулиты................................................. ... 500

Узелковый полиартериит........................................ ... 501

Микроскопический полиартериит (полиангиит) . 509
Неспецифический аортоартериит (болезнь Такаясу) 511

Гранулематоз Вегенера........................................... ... 516

Геморрагический васкулит (болезнь Шенлейна—

Геноха).................................................................. 520

Контрольные вопросы и задачи.......................... .... 523

Системные васкулиты

СИСТЕМНЫЕ ВАСКУЛИТЫ (СВ) — гетерогенная группа заболеваний различной этиологии, в основе которых лежит генерализованное пораже­ние сосудов с иммунным воспалением, некрозом сосудистой стенки и вто­ричным вовлечением в патологический процесс различных органов и сис­тем. Клинические проявления зависят от типа, размера и локализации по­раженных сосудов, а также активности системного воспаления. Воспали­тельное поражение сосудистой стенки (артерий или вен различного калибра) часто приводит к развитию окклюзии сосуда, нарушению микро­циркуляции и последующей ишемии органов и тканей (вплоть до инфарк­тов и некрозов).

В соответствии с классификацией, предложенной отечественными ав­торами в 1997 г., различают первичные и вторичные СВ.

Первичные СВ — генерализованные поражения сосудов, являю­щиеся самостоятельными нозологическими формами.

Вторичные СВ — поражения сосудов (чаще всего локального харак­тера), развивающиеся при других заболеваниях (например, при инфекци­онном эндокардите, группе диффузных заболеваний соединительной тка­ни, ревматоидном артрите и пр.), а также при опухолях, инфекциях, лекар­ственной болезни.

Этиология.Причина возникновения большинства первичных СВ неиз­вестна. Лишь некоторые формы СВ удается четко связать с определенными пусковыми факторами: лекарственная гиперчувствительность, вирус гепа­тита В или С, цитомегаловирус, парвовирус В19, ВИЧ-инфекция. Обостре-


ния некоторых СВ ассоциируются с бактериальной инфекцией верхних дыхательных путей, особенно с носительством золотистого стафилококка. Большое значение имеют генетически обусловленные нарушения иммун­ной системы.

Патогенез.Механизм поражения сосудистой стенки расшифрован дале­ко не полностью. Выделяют несколько основных патогенетических меха­низмов, которые определяют клинические особенности той или иной фор­мы СВ:

• поражение сосудов, связанное с иммунными комплексами;

• поражение сосудов, обусловленное антинейтрофильными цитоплаз-матическими антителами (АНЦА);

• поражение сосудов, связанное с органоспецифическими антителами;

• поражение сосудов, развившееся вследствие нарушения клеточного иммунного ответа и образования гранулем.

Все перечисленные механизмы встречаются как в отдельности, так и в

сочетании.

В зависимости от клинической активности васкулита выделяют следую­щие фазы заболевания:

• полная ремиссия — отсутствие признаков активности патологиче­ского процесса и необходимости в терапии при нормальном уровне С-ре-активного белка;

• частичная ремиссия — существенное уменьшение активности про­цесса;

• неактивная фаза — пациенты считаются «неактивными», если у них наблюдается полная ремиссия, не требующая поддерживающей терапии;

• «большое» обострение — вовлечение в патологический процесс жиз­ненно важных органов и систем (легкие, почки, ЦНС, сердечно-сосуди­стая система), когда требуется адекватная терапия (кортикостероиды, цито-статики, плазмаферез);

• «малое» обострение — возврат нерезко выраженных симптомов.
СВ характеризуются хроническим течением с периодами обострения и

ремиссий; обострения возникают под влиянием неспецифических факторов (инсоляция, переохлаждение, неспецифическая инфекция, вакцинация).

В данной главе будут рассмотрены клиническая картина и диагностиче­ский поиск при узелковом полиартериите, микроскопическом полиарте­риите (полиангиите), неспецифическом аортоартериите (артериит Такая­су), гранулематозе Вегенера, геморрагическом васкулите.

Узелковый полиартериит

Узелковый полиартериит (УП) — системный васкулит с преимущест­венным вовлечением в процесс артерий среднего и мелкого калибра. Сущ­ность заболевания состоит в развитии деструктивно-пролиферативного панартериита, обусловленного снижением иммунной реактивности. Как исход и осложнения васкулита развиваются облитерации и тромбоз сосу­дов, аневризмы, разрывы сосудов. Это приводит к поражению внутренних органов, кровоснабжение которых осуществляется патологически изменен­ными сосудами. В органах развиваются инфаркты, очаги некроза, атрофии и склероза с последующей функциональной недостаточностью.

УП относится к редким заболеваниям, частота его колеблется от 0,7 до 6,3 на 100 000 населения. Мужчины болеют в 2,5—3 раза чаще, средний возраст заболевших составляет 35—45 лет.


Этиология.Точные причины развития УП неизвестны, однако имею­щиеся наблюдения позволяют считать, что УП может развиться после приема некоторых лекарственных веществ (сульфаниламиды, антибиотики, препараты висмута, йода, в том числе рентгеноконтрастные фурагиновые производные, анальгетики, туберкулостатики), введения сывороток. Боль­шое значение придают перенесенной вирусной инфекции: в крови боль­ных УП достаточно часто (от 30 до 80 %) обнаруживаются в большом ко­личестве поверхностный антиген гепатита В (HBsAg), а также циркулирую­щие иммунные комплексы, имеющие в своем составе этот антиген. Из­вестна роль и других вирусов в этиологии УП: цитомегаловирус, herpes simplex. Генетическая предрасположенность также играет определенную роль в развитии УП.

Патогенез.Под воздействием различных внешних факторов на фоне ге­нетически детерминированной измененной иммунной реактивности разви­вается нарушение иммунного ответа, что проявляется в образовании боль­шого количества мелких растворимых иммунных комплексов, циркулирую­щих в сосудистом русле. В состав иммунного комплекса входят антиген (в частности, HBs-антиген), антитело к нему и комплемент. Иммунные ком­плексы активно откладываются под эндотелием сосудов, что сопровождается повышением сосудистой проницаемости, развивающейся под влиянием ва-зоактивных аминов, которые высвобождаются из базофилов и тучных клеток или тромбоцитов при их дегрануляции в результате активации комплемента. Отложение иммунных комплексов в стенке сосуда приводит к воспалитель­ному процессу и развитию выраженных морфологических изменений стенки. Важная роль отводится реологическим и микроциркуляторным нарушениям, а также нарушениям процесса гемостаза (с появлением тенденции к гипер­коагуляции). Воспалительный процесс стенки сосуда в сочетании с наруше­нием микроциркуляции и микротромбозами обусловливает широкий спектр патологических изменений сосудов. В дальнейшем в патологический процесс вовлекаются внутренние органы (особенно часто почки), что делает весьма разнообразной клиническую картину.

Клиническая картина. Всвязи со множественностью поражения различ­ных сосудистых областей клиническая картина УП отличается выраженной полиморфностью (поражаются самые разные органы). Особенностью забо­левания является несоответствие морфологических изменений органов их клиническим проявлениям: при значительных морфологических изменени­ях симптоматика со стороны пораженного органа или системы может пол­ностью отсутствовать. Схематически клинические проявления УП можно представить в виде следующих синдромов.

• Почечный (встречается у 60—80 % больных) — может быть след­ствием поражения почечных артерий и/или клубочков. По современным представлениям при классическом УП преобладает сосудистый тип почеч­ной патологии (субклинические и латентные формы гломерулонефрита встречаются значительно реже). Быстрое нарастание почечной недостаточ­ности, как правило, связано с множественными (обычно безболевыми) ин­фарктами почек. У Уз больных наблюдается АГ, которая на ранних стадиях болезни связана с почечным васкулитом или инфарктом почки, на поздних стадиях — с вторичным поражением клубочков. Наличие почечной патоло­гии является прогностически неблагоприятным признаком.

• Нейропатический (встречается у 50—60 % больных); характер­ны несимметричные множественные мононевриты, реже менингоэнцефа-литы, мозговые инсульты (возможно появление эпилептических припад­ков, психических нарушений), полиневриты.


 

• Абдоминальный (6—44 %) проявляется болями в животе в со­четании с диспепсическими расстройствами, желудочно-кишечными кро­вотечениями (6—7 %), симптомами перитонита, что обусловлено появле­нием некрозов и язв тонкой, а иногда и толстой кишки; возможно увели­чение печени, иногда селезенки, наблюдается поражение поджелудочной железы, имитирующее хронический панкреатит и реже — опухоль.

• Сердечно-сосудистый (36—58 %) в виде АГ, кардиомегалии, коронарита, нарушений ритма сердца, стенокардии (с нетипичными боля­ми), инфарктов миокарда (чаще без зубца Q), протекающих без выражен­ного болевого приступа.

Выделявшийся ранее «астматический» (легочный) вариант в на­стоящее время рассматривается как самостоятельная нозологическая фор­ма—синдром Черджа —Строе.

На I этапе диагностического поиска можно получить сведения, указы­вающие на особенности начала болезни, остроту процесса, преимущест­венное поражение тех или иных органов.

В анамнезе больных УП можно отметить острый гепатит с желтухой, контакт с больным вирусным гепатитом, переливание крови, а также появ­ление первых симптомов болезни после приема лекарственных средств. Болезни предшествуют также острые респираторные заболевания, охлажде­ние, инсоляция, вакцинация, психоэмоциональный стресс.

Болезнь обычно развивается постепенно, реже отмечается острое нача­ло (чаще у больных лекарственным УП). Первыми симптомами классиче­ского УП являются лихорадка, боли в мышцах, кожные высыпания, поху­дение. Выраженность всех этих признаков может быть различной. Лихо­радка среди этих симптомов стоит на первом месте; она отличается непра­вильным типом, не поддается лечению антибиотиками, но быстро снижается при назначении глюкокортикоидов. В дальнейшем при развитии органной симптоматики температура тела нормализуется, так что значи­тельным «упорством» лихорадка отличается лишь в самом начале болезни. Похудение при УП достигает достаточно выраженной степени, что создает предпосылки для диагностических ошибок (у таких больных прежде всего предполагают онкологическое заболевание).

Миалгии, а также артралгии доминируют в начале заболевания. Обыч­но отмечают боли в икроножных мышцах и коленных суставах.

В ряде случаев в самом начале болезни (и позднее) могут наблюдаться абдоминальные кризы — приступы сильных болей в животе без четкой ло­кализации, иногда сопровождающиеся расстройством стула. При дальней­шей эволюции болезни появляются симптомы поражения других органов.

Для поражения почек с гипертоническим синдромом характерны «це­ребральные жалобы», связанные с повышением АД. При поражении серд­ца, хотя морфологической его основой и является коронарит, болевой син­дром наблюдается нечасто. Более типично развитие сердечной недостаточ­ности и нарушений ритма с соответствующими жалобами. Поражение пе­риферических сосудов проявляется болями в конечностях, парестезиями, нарушением чувствительности.

В целом на I этапе выявляются различные симптомы, напоминающие субъективную симптоматику самых разных заболеваний, что значительно затрудняет диагностику.

На II этапе диагностического поиска в начале развития болезни не уда­ется выявить каких-либо существенных изменений со стороны внутренних органов. В развитой стадии болезни может определяться высокая устойчи­вая АГ. Для УП характерно поражение сердца по типу кардиосклероза с


нарушением ритма сердца и сердечной недостаточностью. Абдоминальный синдром в ряде случаев проявляется тромбозами сосудов брыжейки с раз­витием инфарктов органов брюшной полости (поджелудочная железа, се­лезенка), что сопровождается симптомами раздражения брюшины и резкой болезненностью при пальпации живота. Другое проявление абдоминально­го синдрома — развитие перитонита в результате перфорации язв или ган­грены кишечника; на абдоминальный синдром могут указывать желудоч­но-кишечные кровотечения.

Для нейропатического синдрома характерны моно- и полиневриты (обязательно асимметричные). Чаще поражаются нижние конечности с развитием пареза стопы.

У 15—30 % больных наблюдают изменения кожи в виде узелков по ходу сосудистых стволов; иногда — гангрена кончиков пальцев.

На III этапе диагностического поиска можно получить информацию, свидетельствующую об активности процесса и поражении внутренних ор­ганов. На активность процесса указывают острофазовые показатели (ней-трофильный лейкоцитоз, увеличение СОЭ, диспротеинемия в сочетании с гипер-а2-глобулинемией, появление СРБ). Нередко развивается гипохром-ная анемия. Специфических иммунологических тестов для распознавания УП не существует. Важное значение имеют обнаружение маркеров вируса гепатита В или С (HBV ДНК или HCV РНК) с активной репликацией в сыворотке крови, повышение уровня ACT и АЛТ, у-ГТ, ЩФ.

При поражении почек закономерно выявляются протеинурия, микроге­матурия. В случае прогрессирования поражения почек отмечают увеличе­ние содержания мочевины и креатинина, почечная фильтрация снижается.

При поражении сердца на ЭКГ могут выявляться инфарктоподобные изменения, при рентгенологическом исследовании — увеличение размеров сердца (преимущественно за счет левого желудочка).

Биопсию скелетной мышцы и кожи целесообразно проводить только в случаях выраженных миалгий (обычно в острой фазе болезни) или при из­менениях кожи. Кожная биопсия позволяет выявить поражение мелких со­судов, но этот признак недостаточно специфичен и не всегда коррелирует с системным поражением сосудов. Мышечная биопсия дает положитель­ные результаты у 30—50 % больных.

Биопсия почки имеет значение для дифференциации классического УП и микроскопического полиартериита.

Ангиография показана в случае невозможности провести биопсию или при получении неспецифических результатов, а также перед биопсией поч­ки для выявления микроаневризм, которые при биопсии могут привести к кровотечению.

Течение. УП представляет собой прогрессирующее заболевание с раз­личными вариантами течения — от медленно развивающегося до острых форм. В настоящее время выделяют следующие варианты течения УП:

1) благоприятное (доброкачественное) течение отмечается у больных с кожными поражениями без поражения внутренних органов. У таких боль­ных могут быть рецидивы кожного васкулита с длительными ремиссиями до 3—5 лет;

2) медленно прогрессирующее течение без АГ наблюдается у половины больных. В клинической картине доминируют остаточные признаки пери­ферических невритов и нарушения кровообращения в конечностях. Пра­вильная лекарственная терапия позволяет поддерживать удовлетворитель­ное состояние больных до 10 лет и более, некоторые больные сохраняют трудоспособность;

ЪГ\А


 

3) рецидивирующее течение возможно при различных вариантах болез­ни, обострения возникают при отмене терапии (кортикостероиды, цитоста-хические препараты) или снижении дозы, а также после интеркуррентной инфекции, лекарственной аллергии, охлаждения. Появление новых орган­ных поражений существенно ухудшает прогноз;

4) быстро прогрессирующее течение отмечается при тяжелом пораже­нии почек со злокачественной АГ. Прогноз определяется быстротой разви­тия почечной недостаточности, сердечной недостаточностью. Длительность болезни при злокачественной артериальной гипертонии обычно не превы­шает 2—5 лет;

5) острое течение (с продолжительностью жизни 6 мес — 1 год) в на­
стоящее время наблюдается редко, что связано со своевременной диагно­
стикой и ранним началом лечения. При остром течении выявляют множе­
ственное поражение внутренних органов с тяжелой нефропатией, корона-
ритом, быстро прогрессирующей сердечной и почечной недостаточностью,
тяжелым абдоминальным синдромом, кахексией.

Причиной смерти более чем у половины больных УП является пораже­ние почек с развитием ХПН или АГ. В 10—12 % случаев причиной смерти могут быть церебральные нарушения вследствие васкулита головного моз­га. Сердечная недостаточность, обусловленная поражением коронарных со­судов или артериальной гипертонии, является причиной смерти у 15 % больных. Поражение пищеварительного тракта (перфорация язв кишечни­ка с перитонитом и кровотечением) бывает причиной смерти 12—14 % больных. В ряде случаев смерть наступает от осложнений лекарственной терапии, инфекции (в том числе туберкулеза, сепсиса).

Диагностика. Так как при УП нет каких-либо патогномоничных сим­птомов, диагностика может представлять существенные трудности. Основ­ным опорным пунктом для постановки диагноза является клиническая

картина заболевания.

Ниже представлены критерии УП (разработанные Американской кол­легией ревматологов).

1. Похудение более чем на 4 кг.

2. Сетчатое ливедо (расширение мелких кожных сосудов в виде сетки).

3. Болезненность в области яичек (по данным отечественных клини­цистов, этот признак встречается редко).

4. Миалгий.

5. Мононеврит или полинейропатия.

6. АД диастолическое более 90 мм рт. ст.

7. П




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.