Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Технология умственного труда



Семинар 1.

Новый семинар связан с нашими «ХОЧУ». Напоминаю общеизвестную истину: движущей силой человека являются потребности. Все, что человек ни делает, он делает, в конечном итоге, ради удовлетворения той или иной своей потребности. Все остальное есть естественно надстройка. Никто не говорит, что надстройка не может быть важнее базиса, но я говорю, что большинство людей совершенно забывают о том, что они живут, удовлетворяя свои потребности, в том числе и потребность жить, быть живым.

В социальных и личностных играх человек привык говорить - «Я этого не хотел, но сделал», привык к фразам, типа «Я был вынужден», «Меня заставили», «что уж тут поделаешь, так сложилась ситуация». За всеми этими защитными построениями, за всей этой сложной психологической защитой иногда совершенно теряется радость бытия. Причина такой забывчивости проста: чтобы человек не делал - он все равно удовлетворяет свои потребности. Даже если он делает что-то, что ему неприятно, что его не очень вдохновляет, что ему не нравится и прочие всякие «не», он все равно, не может ничего делать, если это не удовлетворяет какую-либо потребность.

Как вы помните, потребности делятся на социальные, биологические и идеальные. Биологические удовлетворяются материальными объектами, социальные - социальными, идеальные -идеальными объектами. Есть предположение, высказанное Павлом Васильевичем Симоновым и Петром Михайловичем Ершовым, что идеальные потребности в принципе не насыщаемы, биологические насыщаемы, и этому есть строго научные доказательства. Есть предположение, что и социальные потребности насыщаемы, строго доказательства этому нет, но большинство фактов подтверждает такое предположение.

Таким образом, человек на уровне удовлетворения биологических потребностей существо, которое можно насытить.

На уровне социальных потребностей, человек - существо, которое теоретически можно насытить, практически в каждом случае приходится выяснять отдельно. Таким образом, на уровне социальных потребностей существует конфликт между теорией и практикой в области насыщаемости.

На уровне идеальных потребностей, согласно научных данных, человек существо ненасытное. Это тоже парадокс нашей жизни. Мы живем такой жизнью, в которой нас больше всего заботят проблемы насыщения как раз биологических потребностей, как нам кажется. Иногда мы что-то осознаем по поводу своих социальных потребностей. Нам кажется, что тут трудно насытиться. По поводу же идеальных потребностей мы давно все насытились, еще в школе, и с тех пор нам кажется « а чего там, все ясно, что философствовать, все ясно, понятно».

Это говорит о том, что мы живем такой жизнью, в которой идеальные потребности почти никогда не бывают доминирующими. То есть жизнь, которой мы располагаем, примитивна, потому, что она все еще никак не может насытить наши насыщаемые потребности и совершенно не интересуется бесконечным источником наслаждений и обладания, связанного с идеальными потребностями.

Когда человек голодает, это еще можно понять, ведь это прямая угроза материальному существованию, но таких среди нас нет, насколько мне известно. У всех нас достаточно еды, территории и прочих условий, гарантирующих физическое существование.

Здесь, в основном, собрались люди очень голодные социально. Это понятно. Социально успешных людей среди нас почти нет. Так единицы, остальные в большинстве своем социально не удовлетворены. Я тоже, скажем, не удовлетворен. Я хотел бы быть президентом земного шара, но боюсь, что такая должность в этом воплощении еще не появится.

Итак, основная наша жизнь, основные наши заботы, основные поиски, наше творчество, активность - все то, что сопутствует актуальным потребностям, т.е. потребностям, наиболее нуждающимся в удовлетворении в данный момент, связано с социальными потребностями. Это социальное признание, социальная территория, круг «мы», положение в обществе, статус, вознаграждение за труд, за его социальную значимость.

Короче говоря, мы, в основном, бултыхаемся в этом всем, это у нас «горит», жаждет, требует удовлетворения, подвигает на всякие поступки, в том числе на такие экстравагантные, как, понимаете ли, «а, не примкнуть ли к какому ни будь духовному учению?» Я не иронизирую, я говорю совершенно спокойно, это естественный момент.

Что касается идеальных потребностей, то все, что связанно с ними, мы постоянно откладываем на потом. Немножко потом: «Вот это сделаю, то сделаю, немножко детей выращу, еще что-нибудь, потом займусь душой, потом займусь идеальными потребностями». В идеальных потребностях, как известно, есть и относительно простые потребности, например, потребность в новой информации. Этой потребностью обладает еще младенец. Поэтому, мы и удовлетворяем идеальные потребности, в основном, на уровне этой базовой потребности чаще путем сплетен, домыслов, вымыслов, передачей друг другу недостоверной информации, полученной из недостоверных источников.

Такие потребности, как потребность в смысле жизни, потребность в идеальной территории, мое место в мире, и вообще «кто я такой?», «зачем я здесь?», «куда я иду?» и т.д. - все то, что принято называть духовными поисками, это тоже, всего на всего, удовлетворение идеальных потребностей. А поскольку идеальные потребности удовлетворяются идеальными объектами, а производство идеальных объектов, это такое легкое дело, что количество их стремится к бесконечности, то этим можно было бы действительно заниматься долго и всегда испытывать чувство голода. Но не до этого пока, в основном, хотя эти потребности и не насыщаемы. Что там говорить? Может человек наесться так, чтобы больше не съесть, до отвалу? Может. Может человек социально так обустроиться, чтобы было ему до отвала? Может. Такие люди бывают. Во всяком случае, мы иногда их видим.

 


Потребность + ценность = хочу (мотив)

не насыщаются ВЛАСТЬ

Идеальные потребности пограничные потребности

почти насыщаемы ЛЮБОВЬ

Социальные потребности пограничные потребности

Биологические потребности

 

Но! Есть такая пограничная зона, в которой существуют так называемые пограничные потребности. В пограничной зоне между социальными и биологическими потребностями существует потребность в ЛЮБВИ. Ставлю большой вопросительный знак, потому что это любимая тема для внешних и внутренних разговоров. Любовь? С точки зрения потребностей, любовь есть штука пограничная. Вы скажете « А как же любовь неземная?» Вот тут еще один парадокс теории потребностей - любовь неземная, тоже не может без «мы».

Вторая пограничная потребность существует между социальными и идеальными потребностями. Это такая потрясающая штука, что вам даже в голову не придет - ВЛАСТЬ. Существование этой потребности на границе социальных и идеальных потребностей делает ее почти не насыщаемой. Почему власть, жажда власти, желание обладать властью является не только социальной, но и идеальной потребностью? Потому, что власть сама по себе содержит в себе два компонента. Один компонент - это чисто социальные аспекты власти, и второй компонент - это идеальные компоненты власти, то есть, это доступ к информации, это возможность влиять на судьбы людей, мира, это общение, миссии и т.д. мессии, Это все власть. Любовь к людям - это власть над людьми и над собой в равных пропорциях.Потому, что человек, который действительно в состоянии любить людей, не подругу или друга, а людей, это обязательно человек властный, с точки зрения бытового определения. Это естественно, потому, что у него есть сила так любить, у него есть власть так любить. Для тех, кто шокирован, можно сказать: духовная сила.

Таким образом, мы понимаем, что наиболее интересные и сложные процессы происходят на границе, там, где человек особенно проявляет себя, как человек.

Способность биологическую потребность превратить в социальную, социальную в идеальную и идеальную в социальную - это чисто человеческая способность. Потребности - не навсегда данный, фиксированный букет, присущий всем людям одинаково. Потребности имеют свойство в течение жизни видоизменяться, совершенствоваться, развиваться, угасать, воскресать. По теории Леонтьева это связано с деятельностью. Чем шире и разнообразней деятельность по удовлетворению той или иной потребности, тем шире и разнообразней сама потребность. Есть такая дурная бесконечность.

Например: Чем больше мы занимаемся своим питанием, тем больше мы превращаемся в гурманов. Гурман - это уже не биологическое существо, которому нужно неопределенное количество витаминов, калорий, белков, углеводов, жиров и прочих компонентов. Гурман - это человек который сделал из пищи триединство - биологическое, социальное и идеальное. Биологически -просто хорошо кушает, чувствует себя сытым, социально - он получает власть над не гурманами, потому, что он знает, как это делается, он знает, что такое вкусно, а большинство этого не знает. Власть может применяться в самой примитивной ситуации. Я приглашаю вас в ресторан, хороший по-настоящему, где-нибудь во Франции, где вообще не пишут цены в меню, вы заказываете. Вы терпите первое социальное поражение. Если у вас гордыня очень сильная, вы просто тыкаете пальцем куда попало и говорите «я очень это люблю». Дальше, когда это ваше «люблю» оказывается совершенно невкусным для вас, вы терпите второе социальное поражение, с трудом скрывая свою ошибку, и это прекрасное мероприятие превращается для вас в пытку, в то время, как рядом сидящий, который разбирается, он испытывает наслаждение и все время вас еще... издевается как бы, говорит « Ты ощущаешь, какой сегодня соус?...» Да? «Но чуть-чуть я бы положил меньше корицы.»

Удовлетворение же идеальных потребностей он получает в процессе еды, потому что получает еще и эстетическое удовольствие, а эстетическая потребность относится, как известно, к области идеальных потребностей. Таким образом, там, где вы просто жуете «сникерс «, этот человек тратит время, но зато он ест то, что он хочет, там где он хочет, в обстоятельствах, которые он сам выбрал. И для него это важно. Я беру самый простой и наглядный пример. То же самое касается любой потребности и здесь я согласен с Леонтьевым.

Что еще можно сказать о потребностях? Они таинственны. Они таинственны для нашего самосознания, по той простой причине, что мы, чаще всего, не мыслим категориями «потребность». «У меня активизировалась такая-то потребность». Нам в голову не придет так думать. Поэтому они таинственны. Это, как бы таинственные движущие силы. Почему мы предпочитаем таинственность рефлексии?

Первое.Если бы мы могли рефлексировать на уровне потребностей, мы не смогли бы себя обманывать. Мы бы всегда точно знали, что же мы на самом деле хотим, в каждый конкретный момент времени.

Второе.Если бы мы рефлексировали на уровне потребностей, мы не смогли бы обманывать других, потому, что точно зная, откуда возникает мое желание, очень трудно потом сделать вид, что оно рождается совсем из другого места.

Третье.Если бы мы рефлексировали на уровне потребностей, мы не смогли бы обманываться, потому, что мы бы точно видели, какая именно потребность движет тем или иным человеком. Психологически это очень неудобно - ходить обнаженным, так же как это неудобно физически.

Не смотря на то, что наука психология и эмпирическая психология древних давно уже сказали, что человек ничего не делает из «не хочу», исследований вопроса, связанного с потребностями, крайне мало. Вы можете, если интересуетесь, пойти в фундаментальную библиотеку и попросить сделать вам выписку публикаций за все время существования психологии, посвященных конкретно потребностям. Вам дадут список, вам придется 80% этого списка отсеять, потому, что это будут как будто бы потребности. Не только мы, простые люди боимся знать себя, но и ученые психологи тоже боятся узнать себя. Был один такой мужественный человек Фрейд, но у него были проблемы на границе биологических и социальных потребностей, от этого он был несколько специализированный человек.

Как же выкрутиться из этой ситуации? Мы выкрутились прекрасно. Мы приняли, что благодаря, опять же, тем же потребностям, мы не можем относиться к миру не субъективно, по факту своего устройства; не по образованию, не по философским убеждениям, а по устройству. Как же я могу относиться не субъективно к тому, что служит источником удовлетворения моих потребностей? Это все равно, что относиться объективно к маме, от которой зависит, даст она тебе титьку или нет, или к родителям, от которых зависят еда, одежда, образование.

Мы относимся к миру ОЦЕНОЧНО, т.е. в нашем отношении к миру всегда присутствует «оценка».И на этом уровне мы не можем совсем не рефлексировать потому, что тогда мы просто погибнем. Где «хорошо»? Где «плохо»? Где «приятно»? Где «неприятно»? Первая реакция младенца - «приятно - неприятно», потом - «плохо - хорошо», потом - «хочется - не хочется». Так возникают дихотомические системы критериев, которыми человек руководствуется, совершая свои выборы. И эти дихотомические системы критериев появляются потому, что какие-то объекты внешнего мира удовлетворяют наши потребности, а какие-то препятствуют их удовлетворению, а какие-то вообще не существуют, потому что к моим потребностям не имеют никакого отношения.

У социума же кроме удовлетворения наших потребностей есть еще свои цели. Мы функциональные работники, поэтому, чтобы воспрепятствовать слишком уж субъективно ценностному отношению к миру, существует ОБРАЗОВАНИЕ. Образование - это такая система, где нас заставляют знать, то что нам знать вообще не надо, потому, что не хочется. Но нам хочется получить социальный статус и, поэтому, чтобы получить социальный статус мы, делая над собой огромное усилие, все-таки как-то что-то знаем про то, что нам никогда не было нужно, и не будет нужно, может быть, никогда.

Такова вся динамика представления человека о самом себе. Представление, которое он хотел бы чтобы имели другие о нем самом, в идеале, происходит во взаимоотношениях между двумя «О». ОЦЕНКОЙ и ОБРАЗОВАНИЕМ.Между ценностями конкретного человека и ценностями других. Это противоречие не снимается ни в какой ситуации, за исключением ситуации полного всемогущества. Сделать так, чтобы все другие никаким образом не препятствовали мне невозможно. Дело в том, что если на уровне потребностейеще как-то можно сторговаться, то на уровне ценностейэто сделать невозможно, по той простой причине, что если то, что ценно для одного, не ценно для другого - оно так и останется. Конечно, есть разные структуры и способы взаимоотношения, обмена ценностями, но это вопрос профессиональный и надо иметь очень серьезную мотивацию, чтобы за это взяться.

Ценность.Чем хороши ценности? Как мы уже разбирали на примере гурмана и человека абсолютно не разбирающегося в том, какую сложную гамму потребностей можно удовлетворить с помощью пищи, такая ценность, как еда может удовлетворять, совершенно различные потребности. Такая ценность, как книга может служить подставкой для видеокамеры, как мы сейчас наблюдаем, может служить источником знаний, может служить инструкцией для социальной карьеры, может и служить подставкой под голову во время сна, а может служить дровами в случае крайней нужды. Наше «хочу» всегда есть единство потребностей и ценностей. Когда у нас активизирована потребность, но она еще не видит, через что она будет реализовываться, не возможно сказать, чего хочется: не то севрюжины с хреном, не то революции. «Чего-то хочется» - это такое промежуточное состояние, когда потребность актуализирована, а ценность еще не найдена.

Потребность плюс ценность и есть мотив, или то, что мы называем по простому «хочу».

Я хочу.На этом уровне нам всегда кажется, что мы внятно себя понимаем. «Что я, не знаю, чего я хочу?» «Ты не знаешь, чего ты хочешь? Чего ты хочешь в конце концов?». Но как мы с вами уже неоднократно обсуждали, благодаря многообразию свойств объектов окружающего мира, они могут представлять ценность для различной нашей активности, т.е. для различных потребностей. Таким образом, мы можем и для себя и для других с искренним убеждением утверждать»; Я хочу мировой революции» и совершенно спокойно при этом удовлетворять свою биологическую потребность в севрюжине с хреном.

Таким образом, в промежутке между уже актуализированной потребностью и еще не осознанной ценностью и создается возможность защитной мотивации. Мотивация по защите образа самого себя - «не могу я такого хотеть». Страх признать свои подлинные «хочу», ради сохранения образа себя, порождает защитные мотивы, и «мы хотим другого». Защита образа своего «социального Я», образа «для других», это, своего рода социальная страховка: вдруг то, что я хочу, запрещено?

Таким образом, когда мы обращаемся к нашему мотиву, или простыми словами к нашему «хочу», вот тут и начинаются туманы и неясности.

Оставим на некоторое время исследования защиты, и просто поговорим о «хочу».

Первое подразделение всех «хочу» - это время существования того или иного мотива в жизни человека. Время для человека является препятствием, поскольку заранее известно, что жизнь ограничена во времени. И поскольку сила потребности измеряется величиной препятствия, которую данное существо готово преодолеть для удовлетворения данной потребности, то получается, что одно из измерений силы «хочу», одно из самых трудных препятствий - это протяженность его во времени. Есть «хочу» короткие, есть «хочу» длинные. У одних вообще не бывает длинных «хочу», похотел, похотел и бросил, а другие всю жизнь чего-то хотят, и даже умирая, говорят, я и в следующем воплощении буду этого же хотеть. С чем это связано? Это связано с очень интересным явлением, которое называется «человек разумный». В чем выражается его разумность?

Разумность человека состоит в том, что у него очень длинное детство, и за время этого детства, когда подавляющее большинство его потребностей удовлетворяется с помощью других людей, от которых он полностью, или почти полностью зависит, его обучают «на человека» через то, что между «хочу» и «имею» есть пауза. Младенец в утробе потому и есть райское воспоминание, что там между «хочу» и «получил» дистанция минимальная, ровно столько, сколько нужно организму матери чтобы отреагировать и выдать то, что нужно зародышу. С течением времени, нас окончательно изгоняют из рая, иногда с помощью Кесарева сечения, иногда органическими силами природы, т.е. изгнание неизбежно в любом случае. Мало того, что нас отлучают от этой самой пуповины, от того самого кабеля, по которому мы мгновенно получали ответы на свои «хочу», пауза между «хочу» и «имею» становится все больше и больше, и чем-то должна заполниться. И она заполняется сознанием.

Собственно говоря, сознание - вещь лишняя. Нам было бы достаточно из всего сознания одного мышления, потому, что мышление обслуживает наши потребности. Так все просто - захотел, подумал, сделал, получил. Но поскольку мышление есть само по себе уровень функционирования, и оно не может заменить целое, то к нему пристроились память, ум и другие атрибуты сознания, формируя его целостность, а значит отграниченность. Содержание нашего сознания во многом, и тут Зигмунд Иванович сделал колоссальное открытие, не многие его заметили, обусловлено тем, какого рода паузы были в нашем детстве между «хочу» и «имею». Содержание нашего сознания во многом определяется тем, как формировались эти паузы, как проистекали. Тем как нас учили, научили ли тому, что за все в жизни надо платить, весь вопрос в какую кассу и какую цену; учили нас или не учили, сознательно или бессознательно, основным принципам решения умственных задач, связанных с удовлетворением «хочу».

Собственно говоря, вся личностная психология, помещается в истории этих пауз. Очень мало людей умеют хотеть так, чтобы иметь шанс дойти до реализации своего «хочу», преодолев все препятствия и сложности, которые выдвигает жизнь. Естественно, что эти размышления относятся только к социальным и идеальным потребностях, потому, что паузы, связанные с удовлетворением биологических потребностей, заданы условиями существования нас как биологического существа. (Человек может не пить семь дней, может не спать три дня, может обходиться без пищи около тридцати дней). Поэтому об искусстве хотеть имеет смысл говорить при удовлетворении социальных и идеальных потребностей.

Один из вариантов - это искусство хотеть того, что возможно. Существует такое искусство - научиться хотеть только то, что возможно.

Другой вариант - это искусство хотеть невозможного, понимая, что это невозможно и понимая смысл своего хотения. Об искусстве ходить на грани возможного и невозможного, собственно говоря, все духовные учения. Вся духовная литература приключенческого характера имеет отношение именно к искусству ходить на грани возможного и невозможного.

Человек обладает потрясающей психикой, он научился даже такой вещи, как идеальное удовлетворение неидеальных потребностей, т.е. проиграв в уме ситуацию, он останавливается до поступка. Естественно, такие «хочу», о которых больше всего говорится здесь: «хочу быть на пути», «хочу быть в традиции», «хочу пройти путь», «хочу достигнуть просветления», предполагают реальность желания только в том случае, если эти «хочу» рассчитаны, как минимум, на двенадцать-двадцать лет. Если человек не в состоянии помнить о своем «хочу» и действовать в соответствии с ним на протяжении двадцати лет, он может сразу себе сказать - «Я играю в то, что я этого хочу». Человек, который хочет стать выдающимся скрипачом, понимает, что только для того, чтобы приблизиться к осуществлению своей цели, ему придется потратить лет двадцать, только, чтобы начать завоевывать это пространство. Лет двадцать ему придется просто учиться. Здесь проходит граница между людьми, заявляющими один и тот же мотив.

Время все ставит на свои места. Это происходит не потому, что человек обманывал, нет, просто люди не знают пределов своего «хочу». Человек не знает, что не умеет работать во времени, дольше, чем, скажем, три года, его этому никто не научил, и случайно это не сложилось. Если вы, действительно, хотите узнать способны ли вы на длительное «хочу», то проанализируйте, какой реальный отрезок времени вы держите впереди себя, задумывая то или иное дело, стайер вы или спринтер и насколько ваши цели совпадают с вашими отношениями со временем.

Мне не известен другой критерий для измерения силы потребности, кроме величины препятствия, которое преодолевается ради удовлетворения этой потребности. Поэтому существует великая мысль древних «Научились ли вы радоваться препятствиям?» Препятствия объективизируют наше «хочу», и в то же время их воспитывают. Преодолевая одно препятствие за другим, ради достижения «хочу», которое не угасает, вы совершенствуетесь в его реализации.

Если вы возжелали истины, то вы должны быть готовы к самым большим препятствиям в своей жизни. Так говорили древние, я лично с ними согласен.

А теперь с высот мы опустимся на землю. В каком плане мы опустимся на землю? Мы начнем наш семинар с более простых вещей, чем те, о которых здесь говорилось. Мы начнем наш семинар с так называемого мышления. Почему я говорю «с так называемого мышления»? Потому, что, конечно, мышление в широком смысле слова не исчерпывается тем, о чем я буду говорить. Я беру ту часть исследования операционного мышления, которая, как это сказано Павлом Васильевичем Симоновым, ничем больше не занимается, кроме удовлетворения наших потребностей, что, собственно говоря, естественно, если мы принимаем, что сознание в целом находится в паузе между «хочу» и «имею», то мышление тем более.

сознание

ХОЧУ---------------------------------- ИМЕЮ

пауза

Рассмотрим одну из моделей, того как происходит подготовка к поступку, т.е. как реализуется «хочу» на субъективном уровне. Это может реально протекать для человека в свернутом виде, в более или менее осознаваемом, варианте. Я с вами делюсь концепцией наиболее, с моей точки зрения, эмпирически и экспериментально подтвержденной, ее я и придерживаюсь.

Технология решения умственных задач

Потребность + ценность = мотив

Первое, что происходит, когда мотив сформирован, это интуитивно или из сознательной работы, специальным думаньем, или обращением к памяти, выясняется имеем ли мы по этому поводу информацию из прошлого. Затем формируется проблема,или точнее говоря, проблемное поле.Его содержание определяется тем набором проблем, которые могут возникнуть при реализации «хочу» и пространством в объективной реальности, где находится ответ на это «хочу». Ошибка в определении проблемного поля приводит к полной неадекватности поведения. Человек хотел в пункт «а», попал в пункт «б» и все, что ему остается сделать, это в качестве защитного мотива сказать «А я сюда и хотел», «Реальность подсказала» и т.д. «Все, что ни делается, все к лучшему».

Мы сейчас защитой не занимаемся, мы просто говорим, что ошибка в проблемном поле приводит к отрицательному результату. Правильное нахождение проблемного поля зависит, на бытовом языке говоря, от знания жизни, ее условий, реальности, от того насколько человек реален, насколько он вообще понимает, где находится и где что там лежит, или от богатства его интуиции, или от умения уже воспитанного, от того какими были родители или какими были учителя, какие книжки он читал.

Следующий шаг. Условия,при которых реализация мотива возможна, или, если говорить на субъективном языке - требования,что мы, собственно говоря, требуем.

«Я хочу стать замечательным человеком» - я помню, нам предлагали такую версию мотивации. Социум предлагал: «стань замечательным человеком». Что для этого надо? Для этого, помните? «Моральный кодекс строителя коммунизма» - стань строителем коммунизма - требование! - в моральном кодексе как раз требования и были изложены. Разработанность и выяснение всего многообразия требований зависит от глубины паузы, ее содержательности, от того какой-то ряд требований формируется в подсознании или в сознании, или там и там. Почему так получилось со строителями коммунизма? Требования были сформулированы, мораль - каким должен быть строитель коммунизма, но не были сформулированы условия, т.е. не было указано, что для этого надо делать. Таким образом, кроме наших условий- требований,существуют объективныеусловия, они же задачи, или «что делать» - любимый вопрос русской интеллигенции. Это звучит так: для того, чтобы было выполнено это требование, нужно сделать то-то, то-то, то-то, то-то. Многие «хочу» гаснут на этой стадии. Почему? При подробной и развернутой формулировке соотношения между требованиями и задачами, которые эти требования ставят, мотив может угаснуть, потому, что задача это и есть препятствие. Человек не любит думать на языке препятствий. Он любит говорить о несовершенстве окружающего мира.

«Я хочу колбасы» - колбасы поблизости нет. Я еще делаю над собой усилие, потому, что «хочу колбасы!» «А где есть колбаса?» Мне говорят: «Колбаса есть, но в соседнем городе» - «Да, ну ее, это все правительство виновато». На этом желание колбасы закруглилось. Если же вы мыслите на языке препятствий, если вас учили в детстве, что для всякого «хочу» в большинстве случаев возникает цена, то вы заранее готовы к существованию препятствий, и вы уже не думаете - совершенен или не совершенен мир, потому, что колбасы нет, вы думаете - как ее достать. «Я ее так хочу!» - «Надо ехать в соседний город» - «Замечательно, я еду туда». «А деньги у меня на билет есть? Нет денег у меня на билет».

Так возникает следующее требование - надо заработать денег на билет, денег на саму колбасу и денег на обратный билет. «Ой, может уже отказаться?», но так хочется. Пошел - погрузил, разгрузил два вагона, получил деньги, сел в другой вагон, доехал до того города, зашел в магазин, купил колбасу, еще не выходя из магазина начал ее грызть, съел, а деньги еще остались. Тут начинается борьба мотивов- вернуться ли домой или съесть еще кусок колбасы, а потом уже решать следующую проблему - как добраться домой.

В идеальном случае, человек не останавливается на этом, а составляет план или технологию, т.е. последовательность действий во времени - Технология, методология, всякие логики, что за чем следует, что главное, что второстепенное. Это дает возможность проанализировать препятствие, уточнить последовательность действий, найти оптимальный вариант. И тогда может выясниться, что при удачном стечении обстоятельств какие-то действия отпадут, как следствие. Эти действия ведут к поиску причинного препятствия.« Может я слишком много вкладываю в свое «хочу», может мое «хочу» гораздо проще.» Это зависит от паузы и от наличия денег, если нужны деньги. Не всегда нужны деньги, кстати говоря, для реализации даже явных «хочу».

После плана и технологии дается самому себе заключение, оно же решение, т.е. проблема решаема - колбаса будет!, или проблема не решаема - колбасы не будет! - ну, не очень-то и хотелось. Защита, да? - а виноград то зелен. Или фрустрация. Если «хочу» не угасло и человек не переходит в защиту, тогда вся цепочка проходится заново. Может быть, действительно, была допущена ошибка, и задача на самом деле не решаема, или решаема - и успокоился. Хуже, когда потом выясняется, что она не решаема.

Вместе с решением, в большинстве случаев, возникает некоторая установка на результат,Как правило подсознательная. Например, «хочу» реализуется тогда, когда я «съел кусок колбасы», а у другого человека «хочу» реализуется тогда, когда он купит билет до другого города, где есть колбаса, а у третьего, когда он эту колбасу привезет домой, и все увидят, что ее ест. По установке иногда очень легко установить, какая же истинная потребность скрывается за желанием, например, простым желанием колбасы. Установка может привести к такой ситуации, что «хочу» уже реализовано, а установка нет. Колбаса то уже вот, есть, у меня в руках, я ее съел, но чего-то не хватает. Оказывается у меня установка, я должен был перед этим намазать ее горчицей, в суете важных дел эта мелочь выпала и возникает неудовлетворение. Т.е. в условиях - требованиях была горчица, но поскольку горчица не проблема, она есть тут рядом и в кармане у меня лежит, я как бы и забыл, но когда я добрался она стала проблемой, потому что я съел без нее.

Конечно я заостряю, это пример, образ, не буквально, но я вам скажу, что обычно человек тут же на ходу как-то ориентируется и находит - «О! теперь я поел колбасы». Т.е. колбаса для каждого тоже не совсем одно и то же, правильно? Одни любят копченую, другие сырокопченую, третьи вареную, одни без всего, другие с горчицей, другим надо бутерброд сделать - это все определяется начальными условиями. Остается последний шаг - начать совершать поступки.

Вопрос- Игорь Николаевич, а можно подробнее остановиться на дифференциации мотива и «хочу»

И.Н. Тут дважды прозвучал вопрос - какая разница между «хочу» как мотивом и «хочу» как желанием. Согласно этой концепции, желание - это то, что возникает, когда возникают требования. Другой вопрос, что по дороге и реализации сходного «хочу» требование может превратиться в самостоятельное «хочу». «Я желаю счастья вам...» - что это такое'? Я не хочу вам счастья, я желаю. Почему? Потому, что ваше счастье входит в мое желание, мое «хочу» как мотив, в мою мотивацию. Скажем, я хочу жить среди счастливых людей, естественно, я желаю счастья тем людям, которые рядом, среди которых я живу, иначе мой мотив никогда не будет реализован. В таком случае условие-требованиеи есть желание в рамках данной концепции. Но желание может превратиться в мотив при определенных условиях, и тогда исходное «хочу» будет либо забыто, вытеснено, либо надолго отодвинется, потому, что одно из этих требований превратится в самостоятельный мотив. Это сложная штука, мы берем упрощенную схему, естественно. Мы берем ее сознательно для чего? Для того, чтобы остаться в рамках той темы, которую мы заложили - «Технология умственного труда». Это только начало этой темы. Если мы сейчас прямо начнем углубляться, то нам нужно будет выяснить - конкуренцию мотивов, конкуренцию потребностей, превращение желаний в мотивы и мотивов в желания, взаимоотношения между защитными системами психики и мотивации, условиями жизни. Все это большие и интересные темы, и все это впереди, начнем с простого. Начнем с того, что хотя бы попробуем разобраться как же это все делается. На самом простом уровне

Вопрос: Т.е. определив, какое на самом деле «хочу» можно определить потребность. Да?

И.Н. Для того, чтобы определить, что человек на самом деле хочет, когда говорит «хочу», для этого нужно обратиться к квалифицированному специалисту. Для того, чтобы человек сам мог определить свои подлинные «хочу», он должен обладать непостижимым для обычного человека уровнем рефлексии. Невозможно отрефлексировать весь процесс собственной мотивации от ее истоков, не имея квалификации недоступной среднему человеку.

Вопрос: А «зеркало»?

И.Н. Да. Либо через «зеркало», либо через высокую квалификацию. Будда предложил хорошую вещь - обнаружить, где рождаются наши мысли. Кто спорит, что это хорошая вещь. Но какое нужно иметь «хочу», чтобы до этого места добраться и какую квалификацию! Мы с вами сейчас говорим не об эзотерике, мы говорим о квалификации по отношению к жизни. Мое глубочайшее убеждение состоит в том, что в области взаимоотношений с жизнью, с жизнью не как природным явлением, а с жизнью как продуктом социума, у нас очень низкая квалификация, нас этому не учили. Мы, так от родителей чему-то поднабрались, а они жили уже в совсем другом мире, как выясняется. Все это случайные знания.

Вопрос: Бесконечные варианты «хочу» образовываются от сочетаний потребности и ценности?

И.Н. Да, совершенно верно. Не бесконечное, но достаточно многочисленное. Нельзя говорить бесконечное, потому что это не так. Для каждого конкретного человека, и даже для большой выборки людей, все равно это ограниченное число вариантов. И об этом мы еще потом отдельно как-нибудь поговорим, почему это так происходит.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.