Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

У меня на двери очередная пентаграмма



 

Он и не сомневался. Она может закрасить ее хоть двадцать раз, но они все равно нарисуют еще одну. Он написал всего одно слово, пришедшее на ум.

 

Извини.

 

Она долго смотрела на это слово. О чем она думала?

Затем снова поднесла ручку к бумаге.

 

В зоомагазин приходила Лила.

 

Крис замер. Он с уверенностью полагал, что Тайлер и остальные оставят все это Проводникам. Обычно так и происходило.

 

Ты в порядке?

 

Она очень нарочито закатила глаза.

 

А тебе не все равно? Ты же мне лгал.

А потом она что-то вспомнила и подчеркнула слово лгал.

Он изучал написанные на бумаге слова, чувствуя, как у него сжимается грудь. Он чуть не заговорил вслух, но быстро взглянул на Бимиса, который что-то неразборчиво писал на доске.

Крис нарисовал знак вопроса и обвел слово лгал.

Бекка повернула голову, чтобы посмотреть на него. Ее глаза всегда напоминали ему океан после бури, такие темно-серые, что ты просто знал — там скрываются секреты. И прямо сейчас они таили какую-то боль, которую он не понимал.

Она опустила взгляд, позволив волосам упасть на лицо, пока писала. Аромат миндаля и ванили сводил его с ума.

Но потом он увидел написанные в блокноте слова.

 

Вы убили родителей Сета?

 

Крис перестал дышать и уставился на слова, будто бы от этого взгляда буквы перестроятся в другое предложение.

У нее ускорилось дыхание, и он понял, что она убедилась в худшем, раз он не отрицал этого.

Крис поднял ручку и заставил себя написать:

Это не то, что ты думаешь.

 

Она практически оттолкнула его руку в сторону, чтобы написать еще кое-что.

На прошлой неделе вы пытались убить Тайлера? После того, как я спасла тебя?

 

Что? Он затряс головой. Она яростно продолжала писать:

Тебя арестовали?

 

А затем она трижды это подчеркнула.

Черт.

Крис глубоко вздохнул. Как он мог ей объяснить, что ему нужно было почувствовать себя сильным хотя бы на ночь, на час, на минуту? Как она могла понять, каково это иметь такую силу внутри себя, но при этом все время позволять остальным побеждать тебя?

Он постучал ручкой по написанным им ранее словам. Это не то, что ты думаешь.

Она взяла блокнот и перевернула на чистую страницу.

 

Я собираюсь попросить другого партнера.

Крис долго смотрел на эти слова. У него было ощущение, будто она его уколола ручкой. Он наклонился и написал единственное возможное слово:

 

Хорошо.

Бекка дождалась окончания урока, чтобы поговорить с Бимисом.

— Не думаю, что могу с ним работать.

Выражение лица Бимиса несколько смягчилось и тут же ожесточилось.

— Он тебе угрожал?

Бекка подумала о том, как в прошлую пятницу Крис накричал на Томми. Бимис выгнал его из класса. Он подумал, что Крис ее обидел бы?

— Нет! Он... он просто... не думаю, что мы можем с ним видеться вне школы.

— Этот проект будет выполнен практически полностью в течение уроков. Какая-то дополнительная работа может быть сделана здесь, в библиотеке. Тебе не обязательно видеться с ним вне школы.

Все пошло не так, как она надеялась. Сидеть рядом с Крисом для нее было испытанием. Она пришла в школу, готовая наброситься на него. Но он испугал ее еще от дверного проема тем, как мрачно и угрюмо он выглядел с этими упавшими на глаза волосами.

Затем она села рядом с ним, чувствуя каждое его движение, каждый вздох. Несмотря на все то, что сказала Лила, Бекка помнила, как в пятницу ночью Крис держал ее за руку в воде. Как в лунном свете он сидел с ней на пляже, практически смущаясь, когда рассказывал о том, на что способен.

В его тяге к воде был смысл. Он напоминал ей о море, заманчивом и таинственном, спокойном на поверхности и неизвестно чем под ней. В прошлом году на уроке английского они читали о сиренах в греческой мифологии, о русалках, которые лестью заманивали моряков в воду, чтобы утопить их. Может, она чувствовала это только потому, что знала о его способностях, но когда она находилась рядом с ним, ей страстно хотелось найти воду, стоять в ней вместе с ним и позволять ей гладить ее кожу.

Тебе стоит держаться от меня подальше.

— Мисс Чендлер?

Бекка вздрогнула.

— Извините.

— Так вы попытаетесь разрешить свои разногласия с мистером Мерриком?

— Да. — Она кивнула головой. — Я попытаюсь.

В коридоре она обнаружила Хантера, который поджидал ее. Этого Бекка не ожидала.

Она заправила за ухо волосы.

— Тебе не обязательно было ждать меня.

— Мне не сложно.

Она помедлила, а потом направилась в кафетерий.

— Я хотела попросить о замене партнеров.

— Я так и понял.

Хантер шел на шаг позади нее. Мгновение он молчал, повисла взвешенная пауза как и прошлым вечером.

— Неприятный урок?

Она пожала плечами. Урок вовсе не был неприятным. Крис оставил ее в покое, как только она его попросила об этом. Согнувшись над своим блокнотом, он держался своей части парты и ни разу не посмотрел в ее сторону.

По правде говоря, за долгое время это был один из самых мирных уроков истории.

Ей потребовалось пройти весь путь до кафетерия, чтобы сообразить, что изменилось.

Впервые с начала учебного года Томми Данливи не посмел бросить ей на парту записку.

 

Глава 23

После школы Бекка как раз заводила машину, когда Квинн сказала, что снова хотела бы остаться на ночь.

Конечно же, Квинн оставалась и после шопинга. И прошлым вечером Бекка обнаружила свою подругу на кухне, корпящую над тестом по тригонометрии и поедающую сахарное печенье. Тогда ее это устроило — Бекка посмеялась над Хантером и приготовила попкорн, довольная тем, что может отвлечься от «граффити» на входной двери.

Но сейчас ей хотелось одеться в спортивный костюм и закрыться в своей комнате ради нескольких минут покоя, где никто не смог бы ее найти, где единственными проблемами будут, какой плей-лист в Айтьюнс больше соответствует ее настроению и каким лаком накрасить ногти: фиолетовым или цвета фуксии.

Бекка не ответила на заявление Квинн, а просто включила передачу.

Подруга копалась в своей сумочке.

— Знаешь, если ты не хочешь, чтобы я оставалась...

— Я всегда хочу, чтобы ты оставалась, — резко оборвала ее Бекка. — Не глупи.

В ту же секунду, когда слова вылетели изо рта, она пожалела о них.

Квинн стала с коленей собирать свои сумки.

— Надо же, Бекс, с таким впечатляющим приглашением будет сложно отказаться от своей мечты поспать на скамейке в парке...

— Уф. Постой. — Бекка заехала обратно на стоянку и сжала веки. — Извини. Последние несколько дней были дерьмовыми.

— Да? — Квинн нащупала ручку и распахнула дверь, — Забавно, что ты не упомянула о том, что случилось что-то дерьмовое. Я имею в виду, что, возможно, поцелуи с новеньким и были в некотором роде...

— Квинн! Заткнись на секунду. — Бекка уставилась на руль, на котором единственной блестящей вещью в машине осталась большая серебряная «Н». — Просто у меня сейчас много проблем, понимаешь?

— Понимаю. — Квинн свесила ноги из машины. — Не буду добавлять еще и свои.

Черт.

— Квинн, подожди...

Ее подруга хлопнула дверцей.

Бекка смотрела ей вслед, размышляя, выбраться ли ей из машины и побежать за ней через всю школьную парковку. Хантер точно подметил: кажется, Квинн нравится внимание.

И с какой стати Квинн обижается? Последнее время она практически жила с Беккой. Каждый вечер ее мама готовила дополнительную тарелку ужина и стирала вещи Квинн, будто это в порядке вещей. Бекка подумала, что ей повезло, что у них с Квинн разный размер одежды, иначе бы ее гардероб, возможно, оказался пуст.

Но в полумиле по дороге она почувствовала себя абсолютной сукой. Она свернула на обочину у поворота на Олд Мил Роуд. Должна ли она вернуться за Квинн? Успеет ли ее подруга поймать автобус?

Бекка выудила из сумочки мобильник и, держа ногу на тормозе, начала набирать сообщение.

Порывом ветра машину ударило так сильно, что та покачнулась.

Бекка ухватилась за руль. Перекресток выглядел чистым и спокойным, но деревья, посаженные вдоль дороги, раскачивались на внезапно возникшем ветру. Казалось, будто тучи надвигались с юга.

Она подумала о таинственных Проводниках. Она не удосужилась спросить у Криса о том, как они придут за ней. Будет ли это какое-нибудь нападение стихиями?

А потом она сказала себе отбросить эти мысли. Сейчас сентябрь. До Мэриленда доходили отголоски всех ураганов в Мексиканском заливе. Каждый день на протяжении всего месяца идут дожди, а в первую неделю учебы постоянно случаются торнадо.

Но, может, ей стоит забыть о сообщении Квинн и просто поехать домой. Она сунула телефон в карман.

Когда она выехала на перекресток, ее машину снова ударил ветер. Несколько дождевых капель упало на лобовое стекло, а потом намного больше.

Ветер был сумасшедшим. Машину постоянно сносило с дороги, и Бекке с трудом удавалось удерживать ее в правой стороне от желтых полос.

Начался дождь. Какой-то внедорожник вильнул в сторону и засигналил, когда сильным порывом ветра ее едва не вынесло прямо на встречную полосу.

Бекка закричала и рванула руль. Машина завиляла, но выскочила на правильную полосу.

Помедленнее. Может, она ехала чересчур быстро. По сравнению с этой внезапной бурей ее машина была маленькой.

Она вжала ногу в педаль тормоза, но дорога была покрыта водой, и машину стало заносить. Со всех сторон бил ветер.

У других водителей также возникли проблемы, и Олд Мил Роуд превратилась в полосу препятствий. Бекка снова рванула руль, надеясь выровнять машину. Нужно ли ей остановиться? Или продолжать ехать? Дождь лил, как из ведра, барабаня по лобовому стеклу.

Разве Крис не говорил, что вода разговаривала с ним? Он тоже разговаривал с ней?

Пожалуйста, прекрати, подумала она. Дождь, остановись.

На мгновение ей показалось, что это и вправду сработало. Дождь, хлеставший по машине, ослабел, в шуме наступил перерыв, будто в бурю проезжаешь под эстакадой.

А потом порыв ветра с новой силой обрушился на ее машину, и дождь еще сильнее застучал по стеклу.

Люди стремительно неслись с тротуаров в дома, магазины, в укрытие. Возможно, убегая от сворачивающего транспорта. Бекка коротко зашептала молитву, прося не оказаться на тротуаре. Впереди она уже видела речушку, уровень воды которой в спокойном состоянии обычно находился в восьми футах ниже проезжей части моста. Но сейчас вода поднялась высоко, бушуя всего в нескольких футах под основаниями опор моста. То, что вода была видна ей с расстояния в квартал, ужасало.

Внезапное наводнение? Могла ли вода подняться выше моста? Она слышала истории о людях, которых уносило паводковыми водами.

А затем что-то привлекло ее внимание.

Кто-то.

На вершине холма, прямо перед лесом за дорогой, возвышалась одинокая фигура. Буря и дождь мешали рассмотреть черты лица, она различила только темную одежду и некоторое чувство сосредоточенности в позе.

Он наблюдал за ней?

Тайлер? Крис?

Один из Проводников? Был ли здесь только один?

Сильный порыв ветра дернул машину, и ей пришлось постараться, чтобы удержать руль. Поблизости замаячил мост, поручни в углу казались маленькими и шаткими. Человек оставался спокойным.

Он следил за ней. Она чувствовала это.

Просто смешно. Он стоял в ста футах выше нее. Она едва видела его, он никоим образом не мог видеть ее через лобовое стекло.

Но эта сосредоточенность никуда не делась. Что-то в нем казалось знакомым.

Чего он от нее ожидал, что она прекратит бурю? Докажет, что она — одна из них?

— Я ничего не могу сделать, — прошептала она. — Пожалуйста. Прекрати.

Удар. Звук раздался позади нее. Бекка вздрогнула и чуть не потеряла управление. Столкнулись внедорожник Додж и Тойота-седан. На западной стороне улицы внедорожник столкнул маленькую машину в кювет. На дорогу полетели куски грязи и травы.

Лобовое стекло ее машины осветили тормозные фары, и она поняла, что смотрела в зеркало заднего вида слишком долго.

В боковые опоры моста врезался черный универсал и заблокировал дорогу.

Бекка дала по тормозам.

Но было слишком поздно. Она врезалась прямо в него.

 

— Он хочет нас убить.

На пассажирском сиденье сидел Ник, вцепившись в дверную ручку настолько сильно, что побелели костяшки его пальцев.

— Ни за что, — сказал Габриэль. — Соберитесь.

Сзади сидел Крис, так же держась за дверную ручку. Он чувствовал, как дождь колотит по машине. Этот дождь каждой своей каплей подразумевал вред — это был именно тот вид бури, который стремится превратиться в торнадо, стремится разрушать.

Сама по себе буря его не пугала. Ему хотелось быть ее частью.

А вот это уже пугало.

Крис прижался лбом к стеклу и закрыл глаза. Ветер раскачивал автомобиль. Он слышал, как Ник втянул воздух сквозь зубы.

— Я провезу нас сквозь это, — сказал Габриэль. — Ладно? Я вытащу нас.

Его голос не звучал испуганно... он звучал решительно. И эта буря не сопровождалась молнией. Ни огня, ни естественного прилива энергии, способных вытащить способности Габриэля.

Возможно, он и мог их провезти. Крис поднял голову.

Плохая идея. По проезжей части стелился дождь, каждая капля была как приглашение. Впереди виднелась река, разлившаяся от дождевой воды, бушующая от силы бури. Крис мог бы стоять в воде, позволить ей окружать его тело до тех пор, пока он не опьянеет от мощи.

— Эй. — Габриэль шлепнул его по лбу.

Крис дернулся назад... и чуть не упал.

Он не помнил, как отстегнул ремень безопасности, но, должно быть, так и сделал. Он наклонился вперед между двумя передними сиденьями, стоя на коленях на полу.

Ладони Ника лежали на вентиляторах.

— Прекрати.

Габриэль повернул диски, чтобы закрыть вентиляторы, препятствуя проникновению влажности бури. Воздух в машине практически сразу же стал спертым. Впереди них моргнули тормозные фары, и Габриэль ударил по рулю.

— Господи Иисусе, эти люди вообще умеют водить?

Машину снова встряхнул порыв ветра. Ник закрыл глаза.

— Намечается торнадо.

— Ага, но только ты не будешь его частью. Подумай о чем-нибудь другом.

— Ага, точно, — пробормотал Крис.

Ник взглянул на своего близнеца.

— Например?

— О результатах отбора первого этапа. О заднице Холли Сатер. Не знаю я. — Габриэль провел рукой по волосам, а потом вцепился в руль, когда встречный автомобиль занесло в их сторону. — О чем угодно.

Бекка, подумал Крис.

— Эй, — произнес Габриэль, указывая куда-то. — Это, случайно, машина не твоей подружки?

На расстоянии в несколько машин впереди, въезжая на мост, двигалась маленькая коричневая Хонда Бекки. Крис узнал маленькую вмятину на корпусе.

Ее машина сотрясалась на ветру. Должно быть, ей приходилось прикладывать много усилий, чтобы удерживать ее в ровном положении.

— Убери руку от двери! — рявкнул Габриэль.

Крис отпустил дверную ручку. Он был готов выйти из машины под дождь, чтобы вытащить ее из этого ливня и позволить своей силе защитить ее.

Ты ненормальный. Теперь он чувствовал себя маньяком.

— Гляди, — сказал Ник. — На холме.

— Вот ублюдок, — сказал Габриэль.

Крис видел темную фигуру, но не мог разглядеть черты лица. Но нарастающая сила, исходящая оттуда, была безошибочной.

Габриэль надавил на тормоза, и Крис дернулся вперед, хватаясь за что-нибудь, чтобы удержаться. Но он наполовину стоял на коленях между сидениями, поэтому врезался в центральную панель, сломав радио и едва не заглушив автомобиль.

Ник поймал его за плечо и удержал его лицо от встречи с центральными вентиляторами.

А потом спереди Крис услышал удар и рывком выпрямился.

Один из новеньких джипов врезался в крошечный хэтчбек, отчего меньшую машину протащило по дороге, и она врезалась в боковые опоры моста.

Обе машины пронесли всего в нескольких дюймах от них.

— Твою мать, — выдохнул Габриэль. Костяшки его пальцев на руле побелели от напряжения.

— Хорошо ведешь, брат, — сказал Ник.

Габриэль поерзал на сидении и начала выворачивать руль, чтобы объехать место аварии.

— Я довезу нас домой. Нужно просто собраться.

А потом Крис увидел, как вдоль края капота джипа заплясало пламя.

Габриэль ударил по тормозам.

— Езжай, — сказал Крис, понимая, что его голос прозвучал испуганно, но его это не волновало. — Езжай, Габриэль.

Ник толкнул своего близнеца в плечо.

— Давай!

Несмотря на дождь, пламя росло. Ноздри Габриэля раздувались, будто он чувствовал запах дыма даже с закрытыми окнами и вентиляторами.

— Он хочет взорвать машины.

Ник снова толкнул его.

— Тогда увези нас с моста, черт возьми.

Начали раздаваться пронзительные гудки. Они находились всего в половине мили от школы, и вокруг них в машинах сидели ученики. Погибнут люди.

Погибнут и они, если не будут двигаться.

Затем Крис услышал второй удар.

Все они следили за происходящим. Машину впереди занесло на дорожное ограждение, и она заблокировала мост.

Сквозь бурю раздался визг шин. Машина Бекки влетела прямо в нее.

И вспыхнула.

 

Глава 24

 

Из-за боли в груди от удара, Бекка не могла дышать. Ей хотелось закашлять, но ей, похоже, не хватало воздуха.

Или, может, это был дым.

Через лобовое стекло пылало что-то красное. Снаружи был пожар?

Она никак не могла найти ремень безопасности. Для начала ей нужно было найти свои руки.

У нее болела голова.

Болело все.

Камни на запястье казались теплыми, перекрутившись и падая на подушечку большого пальца. Она гадала, не они ли помогали ей сохранять спокойствие?

Хорошо, что Квинн осталась в школе. Бекке, вероятно, тоже нужно было сесть на автобус.

Телефон. Где ее телефон?

Об автомобиль что-то стучало. Ей хотелось, чтобы это прекратилось. Разве они не знали, как она устала?

О, отлично. Руль прямо здесь. Она лишь опустит на него голову.

На секундочку.

 

Крис не помнил, как вылез из машины. Он просто вдруг осознал, что дождь льет за воротник рубашки, впитываясь в волосы, приглашая его к буре. Он бежал через стоячую воду, с каждым шагом сильно разбрызгивая ее.

Почему она не выбирается?

Сквозь щели капота Хонды Бекки вырывались языки пламени. Несмотря на дождь, к небу поднимался клубами дым.

С расстояния в пять футов он ничего не видел сквозь окна. Машина была вся в дыму.

Крис протянул руку, чтобы ухватиться за ручку дверцы, собираясь резко рвануть ее.

Но дверь не открывалась.

Ругаясь, он боролся со стальной ручкой, но дверца не поддавалась.

— Разблокируй ее! — закричал он, стуча по стеклу. — Бекка! Ты должна...

— Крис. — Его за руку поймал Ник. — Мы должны бежать. Он сильнее. Он убьет нас.

Позади него стоял Габриэль, его глаза были привычны к огню.

— Сейчас же, Крис. Машина в огне.

— Она в ловушке.

Теперь Крис чувствовал тепло, исходящее из-под капота. Сила бури впитывалась в его кожу с каждой каплей.

Он мог бы подчинить себе эту силу. Использовать ее.

Крис посмотрел поверх крыши ее автомобиля. Там, на краю леса, оставался Проводник.

Крису хотелось заморозить дождь, превратить каждую каплю в крошечный кинжал, атаковать этого человека и дать ему почувствовать, что настоящая сила может сделать. Никогда раньше он не чувствовал этой ясности, этой уверенности в своей собственной способности.

— Вытащи ее.

Габриэль с силой ударил рукой по узкой щели капота, втянув огонь в кулак, а потом, встряхнув, с шипением выпустил его, чтобы тот погас в дожде.

Тут же на его месте появилось еще больше огня.

Габриэль снова сильно ударил, убирая его.

— Но поторопись.

Крис еще раз постучал в окно.

— Бекка! Открой дверь!

Ветер послал косую пелену дождя, жаля его щеки и обещая месть, если он только ответит.

Вода, даже не спрашивая, давала ему силы. Крис обрушил на окно свой кулак. Появилась трещина. Ник ударил совсем рядом с ним. Трещина стала шире.

Где-то вдалеке зазвучали сирены.

Ему под ноги бросилась вода. Он снова ударил по стеклу. Еще одна трещина. Проклятое небьющееся стекло!

Из капота вспыхнуло еще больше огня, но Крис даже не задумался, сможет ли Габриэль его контролировать. Люди начали выбираться из машин, накинув на головы свои куртки.

— Ребятки, отойдите! — где-то далеко позади закричала какая-то дама. — Эта машина горит!

Кулак. Стекло. Трещина.

— Бекка!

Боже Иисусе, почему она не открывает дверь?

Задрожала земля. Сильно. Крис ухватился за боковое зеркало, чтобы удержаться на ногах.

Его за руку поймал Ник, чтобы не упасть.

— Он топит мост.

— Нет! — закричал Габриэль. — Он убирает мост.

Снова задрожала земля. По бетонной поверхности заскользили машины. Вода сейчас доходила Крису до икр. Люди кричали, бежали к твердой земле.

Если мост рухнет, то они упадут вниз, как минимум, с шестью машинами.

Впервые за долгое время Крис хотел, чтобы с ними был Майкл.

Он снова ударил в окно. Разбитые костяшки пальцев оставили на стекле разводы крови, которые тут же смывались с ливнем.

Но как только вода попала внутрь него, Крис больше не мог сопротивляться стихии. На этот раз его кулак прошел прямо через стекло.

Из отверстия повалил дым, взорвавшись вокруг его руки и практически вынудив его отойти. Он почувствовал, как вокруг него закружил ветер. Ник заставлял чистый воздух проникать в машину.

— Крис, — сказал Ник, его низкий голос все еще прорывался сквозь бурю. — Она не дышит.

Крис проигнорировал его и продолжил возиться с дверным замком. По его руке стекала кровь, но его это не волновало.

На несколько дюймов упал мост. Ник схватил Криса за руку и удержал на ногах. Машина Бекки начала скользить. Через секунду они упадут в воду.

На капот запрыгнул Габриэль.

— Крис, вытаскивай ее!

Стекло впивалось в кожу Криса, будто могло отрезать ему руку.

Вот. Он нашел замок и дернул его. Дверь поддалась.

Ее тело было легкое как пушинка. Крис вытащил ее из машины и взял на руки. Кровь была повсюду: на волосах, на одежде, стекающая по лицу. Его собственная кровь смешивалась с ее, впитываясь в свитер.

По ее щекам лился дождь, забирая с собой кровь.

— Дыши, — прошептал он.

Но она не дышала.

— Ник! — У него дрожал голос? — Ник! Заставь ее дышать. Пожалуйста...

— Я не могу. — Ник прижал ладонь к ее щеке. — Крис, я не могу.

— Крис! — Габриэль все еще находился на капоте машины. Огромные языки пламени освещали его глаза. — Нам надо убираться с моста!

Бетон провалился еще на несколько дюймов. Крис чуть не выронил девушку.

Она спасла ему жизнь, а теперь теряет свою.

Из-за него.

Дождь был в его крови. В ее.

Спаси ее, думал он.

Мост заскрипел и снова провалился. Взвизгнул металл, когда заскользили и столкнулись автомобили.

Спаси ее.

Дождь струился по ее щекам, в рот, на глаза. Крис смотрел, как он стекает по ее коже.

Он никогда не делал этого раньше — не передавал силу кому-то другому. Он даже не знал, сработает ли это. Вода кружилась вокруг его ног, умоляя об управлении — о его управлении, а не человека на холме.

— Спаси ее, — сказал он.

— Твою мать, — голос Ника был хриплым. — Ты чувствуешь это?

— Парни, что вы делаете? — выкрикнул Габриэль.

А потом и Крис сквозь дождь ощутил это. Удивление Габриэля, что огонь вдруг стал принадлежать ему. Страх Ника, витающий в воздухе, что он использовал ветер, что тот покорился его желанию.

Крис прижал к ее лицу свою окровавленную руку. Кровь к крови.

Спаси ее, думал он.

Бекка открыла глаза.

И вздохнула.

Крис издал сдавленный всхлип.

— Бекка.

— Крис... — ее голос звучал хрипло. — Подожди... там авария...

Мост снова упал. Она закричала и вцепилась в него.

Ник схватил его за руку, таща обратно. Они спрятались между двумя машинами и направились к выходу с моста. Вода лилась через край.

— Это Проводники? — спросила Бекка.

— Да. — Ее голос звучал ровно, и дождь смывал с ее лица кровь. Он не видел повреждений — ее исцелила сила? — Только один.

— Только один?

— Я же говорил тебе, что они не валяют дурака. — Крис оглянулся назад. Габриэль, окруженный языками пламени, по-прежнему оставался на капоте.

— Давай! — крикнул Ник своему близнецу.

— Бегите! — отозвался Габриэль. — Я задержу огонь...

В ее автомобиль ударила молния. Взорвалась передняя часть.

Взрывная волна откинула их назад. На мгновение Крис не видел ничего, кроме неба и огня. Он не мог дышать.

А потом смог.

Габриэль. Крис не видел его. Не чувствовал. Позади него лежал Ник, его присутствие — как всегда, легкий свежий ветерок в голове. Вода заливала его ноги. Он направил свою силу через мост в поисках брата и какой-то информации.

Ничего.

Крис не мог думать. Рядом с ним дрожала Бекка.

— Куда он делся? — прошептала она. — Он...

— Нет, — ответил Крис. Но он видел тот взрыв.

Лицо у Ника было бледным, глаза широко распахнуты.

— Крис, — сказал он. — Я не могу... я не... он не...

— Я тоже не могу.

Он направил в воду очередной поток силы, прося, умоляя.

Ничего. Он шлепнул кулаком по воде.

— Черт, где он?

На мосту хлестал ветер, разгоняя воду и жаля глаза Криса.

Опираясь на смятые ограждения моста, Ник поднялся на колени. Его глаза были темными, челюсти сжаты. Ветер подул сильнее, жестче. Большие деревья вдалеке начали гнуться.

Деревья поменьше — ломаться.

— Что происходит? — спросила Бекка. — Крис, это Проводник делает...

— Я, — сказал Ник. — Я собираюсь убить его.

Крис ощутил ярость брата. Его собственная откликнулась, направив дождь на путь разрушения, чего он раньше никогда не делал. Его не волновало, что он потеряет контроль; его не волновало, если его сила приведет каждого Проводника прямо к их двери.

Кружил ветер, закручивая в спираль дождь и облака. С крыш отрывалась и улетала черепица.

— Боже мой, — произнесла Бекка. — Ты устраиваешь торнадо.

Да, он устраивал. Они устраивали. Никогда раньше он не чувствовал такой силы, но вся она была направлена в одно направление.

В мост, в десяти футах впереди них, ударила молния. Они дернулись назад.

Крис направил еще больше силы в дождь. Он призывал каждую каплю найти Проводника, уничтожить его. Рука Бекки сжимала его собственную.

Их противник с трудом удерживался на ногах. Крис это видел.

— Больше, — крикнул он Нику. — Сильнее.

— Ты можешь ее контролировать? — спросила Бекка. — Ты говорил мне...

— Мне наплевать, — сказал он.

Она также ухватилась и за руку Ника.

— Пожалуйста... это же убьет людей...

— Он убил моего брата, — голос Ника был сильным и бесстрастным. Но его рука не отпускала ее ладонь.

Может, потому что она схватила их обоих за руки или потому что сидела по пояс в воде. Но Крис ощутил внезапную связь с силой Ника, чего он никогда прежде не испытывал. Как в тот момент, когда он передавал силу Бекке, он чувствовал каждую каплю воды, каждую частичку своей стихии. Он чувствовал воду и ветер и направлял силу в пространство вокруг них.

Завывал ветер, ударяя по одежде. Проводник перебрался в другую сторону моста, ухватившись за конец ограждения. Крис по-прежнему в этой буре не мог различить его черт лица — только внимание и контроль.

В пяти футах от них ударила молния.

Бекка закричала.

Тогда молния ударила в другом конце моста, практически касаясь Проводника.

Крис замер.

В пяти футах — еще один удар. Человек бросился назад, подальше от моста, стараясь на ветру удержаться на ногах.

Еще удар. И еще. Молния лилась с неба дождем, целясь в их врага.

Проводник побежал.

— Да-а, — позади них прохрипел голос. — Посмотрите, как этот ублюдок теперь убегает.

Крис развернулся. Держась за бампер Шевроле Тахо, на руках и коленях стоял Габриэль. Его одежда была выжжена, лицо почернело от дыма, а кожу покрывала кровь, но он был жив.

Ник схватил его раньше, чем Крис понял, что движется.

— Полегче, Никки, — закашлял Габриэль. — То есть... я тоже... но взрыв... больно...

Но Крис уже не слышал, что еще он там говорил.

Потому что тоже стиснул брата в объятьях.

 

Глава 25

Бекка очутилась в отделении экстренной медицинской помощи.

Братья Меррики — нет.

Она как-то потеряла их из виду, когда работники скорой помощи обрушились на мост и разделили их. Четыре разных мужчины стояли под дождем, выкрикивая ей вопросы, светя фонариками в глаза, прощупывая пульс. Знала ли она свое имя? Сегодняшнюю дату? Знала ли она, что попала в аварию?

Она замерзла. Пожарный завернул ее в одеяло Майлара [25]и отнес в машину скорой помощи. Она была настолько потрясена, что позволила ему это сделать. Дождь не хотел заканчиваться, капая ей на глаза и проникая под одежду, оставаясь для нее тем же незнакомцем, что и был до аварии.

Или эта связь ей показалась?

Крис чувствовал именно это — связь со стихиями?

Он держал ее так близко — чувствовала ли она его силу?

Сейчас в больнице она лежала, сжавшись на носилках и крепко обернув больничное одеяло вокруг плеч.

Из-за занавески высунулась мамина голова.

— Ты в порядке, Бекс?

Одним из преимуществ того, что ее мама работала в отделении экстренной помощи, было то, что Бекке не нужно было долго ждать.

А одним из недостатков этого было то, что сегодня вечером мама действительно работала в отделении. Когда выяснилось, что у Бекки лишь потрясение, но травм нет, мама оставила ее одну в небольшой палате восемь на восемь

Поблизости кто-то стонал. Где-то дальше по коридору кричал ребенок. Помещение было заполнено пострадавшими в бурю. Бекка продолжала слушать, как медсестры вполголоса обсуждают сломанные бедра и сложные переломы. У Бекки же даже не было сотрясения. Ей просто хотелось, чтобы кто-нибудь подержал ее за руку.

Боже, как она могла быть такой эгоистичной? Бекка утерла слезы ожидания и кивнула.

— Все хорошо. Мы можем пойти домой?

— Твой папа уже в пути, милая. — Мамин голос тянулся вслед за ней, так как она бежала по коридору.

Что?

— Я не могу уйти, — отозвалась мама, — и мамы Квинн не было дома.

Фу. Ее отец. Теперь Бекка жалела, что у нее не было сотрясения.

Особенно, когда он появился в рабочей одежде и сапогах, облепленных грязью. Рубашку цвета хаки, которую он носил, покрывали грязные полосы, и это выглядело так, будто он участвовал в схватке с диким зверем — штаны порваны, засохшая кровь тянется из-под рукава рубашки по обратной стороне руки.

Он ворвался в палату, отодвинув занавеску в сторону. Он быстро выпрямился, когда стало очевидно, что его дочь не умирает. Лишь промокла.

— Привет, — без энтузиазма произнесла она. — Что с тобой случилось?

— Бекка. — Он рассматривал ее так, будто мог упустить какие-то опасные для жизни травмы. — Ты в порядке?

Просто замечательно. Меня вытащили из машины до того, как она взорвалась.

Ей хотелось это сказать, закатить глаза и протиснуться мимо него. Но его глаза потемнели от беспокойства, руки повисли между его и ее телом, будто он хотел обнять ее, но не был уверен, что она это примет.

Бекка сглотнула. Ей хотелось, чтобы он звенел ключами и вел себя так, будто они в ссоре. Трудно сохранять стены против того, кому действительно не наплевать.

Но, может, это просто шок. Мама все ужасно описала, поэтому он и примчался?

— Я в порядке, — сказала она. Ее голос звучал так, будто она наглоталась гравия. — Просто... Я хочу домой.

— Мы можем вернуться ко мне...

— Нет!

Он вздрогнул, и она закрыла глаза.

— Нет... просто... у меня там нет одежды. Я хочу домой.

— У тебя есть ключи?

Ее ключи были в машине, и, вероятно, сейчас уже превратились в груду расплавленной стали. Она покачала головой.

— Мама даст мне свои.

Но ее маме не понравилась эта затея.

— Бекка, езжай домой со своим отцом. У тебя был сложный день, и тебе не следует оставаться одной...

— Я просто хочу переодеться в сухую одежду и лечь спать.

Она слезла с носилок. Тут начал кричать какой-то пациент дальше по коридору, и Бекка зажала уши руками.

— Пожалуйста, увезите меня домой. Пожалуйста...

Ее обхватили руки, убирая волосы с лица. На краткий миг она подумала, что это мама, но потом ощутила силу этих рук, твердость груди ее отца.

— Успокойся, — сказала он, его голос тихо проскрежетал. — Я отвезу тебя домой.

Его голос вызвал у нее другое воспоминание: восьмилетняя Бекка нашла в саду полудохлую птицу. У нее чуть не случилась истерика, так как она была уверена, что папа убьет птицу. Поэтому она спряталась вместе с ней в своей спальне, пытаясь накормить ее нарезанной Велвитой [26]и кусочками хот-дога.

Мама была в ярости, когда узнала. Птица! В ее доме!

Но отец уговорил Бекку выйти из гардеробной, потом научил ее, как вправить птичье крыло и вылечить его.

— Бекка?

Его дыхание коснулось ее волос. Бекка поняла, что все это время она прижималась к нему.

— Ладно, — прошептала она. — Пошли.

 

Бекка не могла себя заставить смотреть в лобовое стекло, на которое накрапывал дождь, лишая всякой видимости. Машины, казалось, ехали слишком быстро, каждая надвигающаяся пара фар, словно столкновение замедленного действия.

Она уставилась на руку своего отца, покоящуюся на центральной панели.

— Что случилось с твоим запястьем? — спросила она, просто чтобы сосредоточиться на чем-нибудь помимо звука шин на мокрой дороге.

Он откашлялся.

— Во время бури упало дерево. У одного из электрических заборов в ловушке оказался олень. Я был ближе всех, поэтому принял вызов. Бедняга боролся изо всех сил.

Теперь она пожалела о вопросе.

— Поэтому ты убил его.

Он помедлил.

— Нет.

Теперь она опустила глаза.

— Ты врешь?

— Нет. Не вру. Мы вкололи ему транквилизатор, подлечили и отпустили. — Он отвел взгляд от дороги. — А ты думаешь, что бы я сделал, Бекка?

Она понятия не имела — у нее лишь были старые воспоминания и дырка на его рукаве. Она сгорбилась и уставилась на бардачок.

— Дикие животные могут быть опасны, — сказал он. — Иногда они слишком опасны для лечения и реабилитации. — Он помолчал. — А иногда они совсем не представляют угрозы.

— Бьюсь об заклад, вы убиваете больше, чем спасаете.

Он уставился в лобовое стекло.

— Что ты хочешь мне сказать, Бекка?

— Ничего.

Машину заполнило молчание, пока больше ни для чего не осталось места. Он учился в ветеринарной школе, она это знала.

— Мне не всегда нравится то, что я должен делать, — в конце концов, сказал он. — Но это не значит, что в этом нет необходимости.

— Для всеобщего блага? — передразнила она.

— Именно.

Бекка прислонилась к дверце спиной и скрестила руки на груди. Это было похоже на кару. Не совсем, но почти. Как бы то ни было, ей это не нравилось.

— Ты переживаешь из-за ситуации с машиной? — спросил он.

Она переживала. Бекке не хотелось даже думать, сколько часов ей нужно будет работать, чтобы накопить достаточно денег для покупки новой машины. Она понятия не имела, как работала страховка. Разве не удерживаемая сумма где-то должна вступать в игру? Та старая Хонда едва ли стоила больше тысячи долларов.

— Я поговорю с твоей мамой, — сказал он после того, как она не ответила. — Мы что-нибудь придумаем.

— Мне не нужны твои деньги.

— Я не совсем уверен, что это правда.

Она повернула голову, чтобы взглянуть на него.

— Послушай, ты не можешь вот так внезапно появиться с карточкой Мастер Кард и делать вид, что знаешь обо всем, что мне нужно.

Он громко вздохнул. Раздражение было очевидным.

Разумеется, Бекка.

Она прижалась лбом к стеклу.

Разумеется, папа.

Раздражение сгустило атмосферу в кабине грузовика, сделав ее еще тяжелее, чем молчание. Он резко переключил грузовик на «парковку», когда въехал на подъездную дорожку и увидел на двери пентаграмму.

— Что за шутки, черт возьми? — спросил он.

На мгновение ей захотелось развлечь его рассказом.

Итак, пап, что касается аварии. На самом деле, есть парень, который хочет меня убить.

— Кто знает, — ее голос прозвучало устало.

— Мне придется вернуться завтра, чтобы ее закрасить, — сказал он. — Сейчас слишком сыро.

Он пошел следом за ней на крыльцо, и она вставила мамин ключ в замок.

— Оставь как есть. Все равно они снова это сделают.

Его внимание переключилось, акцентируясь на ней. Она ощутила перемену в его поведении.

— Бекка. — Он поймал ее за запястье, не давая открыть дверь. — Ты знаешь, кто это делает?

Она повернула руку, высвобождаясь.

— Нет... Боже, пап, я устала.

Он отпустил ее, а потом встал в фойе и наблюдал, как она щелкает выключателями. Дом был пуст — Квинн нет. Бекка ощутила приступ вины за их ссору за школой, но потом увидела себя в зеркале в холле. Она выглядела так... ну, так, будто побывала в аварии и наводнении. Волосы рассыпаны по плечам, одежда испорчена. Макияж образовал темные круги под глазами, сделав ее взгляд почти жутким.

Сегодня Квинн была сама по себе.

— Пойду приму душ, — сказала она.

Он осмотрелся вокруг, как подражатель офицера полиции, оглядывающего место преступления.

— Я могу сварить кофе и остаться на некоторое время.

— Или ты можешь вспомнить, что мне почти семнадцать лет, и я остаюсь одна почти каждую ночь.

Он посмотрел на нее. Она посмотрела в ответ.

— Я в порядке, — сказала она.

Его глаза немного прищурились — но не в гневе. Больше похоже на оценивание.

— Что с тобой происходит, Бекка?

— Моя машина была почти всем. Извини, что я не в настроении.

Он продолжал ее изучать. Она продолжала смотреть на него.

Как только она подумала, что все это закончится как пристальное наблюдение ничего непонимающего за матчем, он произнес:

— Тебя нужно отвезти в школу утром?

Она покачала головой.

— Я поеду с Квинн.

Слава Богу, он не знал о том, что у Квинн нет машины.

Он кивнул.

— Хорошо. — Он сделал шаг в сторону гостиной. — Может, я мог бы остаться на...

— Просто иди, — сказала она. — У меня есть твой номер. Со мной все будет в порядке.

— Хорошо, Бекка. Хорошо.

Он повернулся к двери.

А потом остановился.

— Вот, я хочу дать тебе это.

Он протягивал ей кредитную карту.

Ее собственная мать никогда не давала ей кредитку. Она уставилась на него.

— Я просто сказала тебе...

— Я не появляюсь внезапно и не собираюсь ничего решать. У нее даже нет верхнего лимита, так что не пытайся внести депозит на Порше. Но это может помочь тебе начать, пока не разрешится вопрос со страховкой.

Пластиковая карта находилась между его пальцев, но она не решалась взять ее.

Это было тяжело. Он ее подкупал?

Она слишком устала для этого.

— Это даже не Мастер Кард, — прошептал он. — Всего лишь Виза.

Эти слова заставили ее улыбнуться.

Он улыбнулся в ответ и положил карту на стол в коридоре.

— Закрой за мной.

А потом он ушел.

И она почти сразу же пожалела об его отсутствии.

Каждый скрип заставлял ее представлять, будто это Проводники пришли за ней. Братья спугнули его, но как долго это будет продолжаться? Проводники по-прежнему считали, что она была частью этого? Она приняла самый быстрый душ в истории и еще раз позвонила Квинн.

Ответа нет.

Поэтому Бекка везде в доме включила свет и проверила каждый шкаф.

Как бы ей хотелось, чтобы мама пришла домой.

В ее спальне зазвонил телефон. Он единственный пережил аварию и наводнение.

Она использовала его для того, чтобы позвонить маме из скорой.

1 новое сообщение.

Должно быть, Квинн. Бекка пролистала меню. Номер она не узнала, но сообщение было громким и понятным.

 




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.