Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Часть III. Дорогое удовольствие 21 страница



После допроса, который учинила ему Лиза, он задумался о том, что же он всё-таки испытывает к Алексу, и не мог найти ответа. Нечто большее, чем симпатия, и меньшее, чем любовь. Сейчас это было самым правильным чувством. Он никогда больше не хотел бы любить. В любви слишком сильно зависишь от другого человека. А он больше не желал, чтобы его счастье зависело от другого человека, только от него самого. О чём он думает? О счастье… Ему бы остаться в живых.

У Алекса тоже был короткий разговор с Лизой. Интересно, она его так же пытала? Спрашивала, любит ли он Тайлера Рида? Джейсону иногда казалось, что да. История об их судьбоносной встрече в ресторане «Ритц-Карлтона», на вкус Джейсона, была нелепой. Он не верил, что можно до такой степени заинтересоваться человеком, один лишь раз его мельком увидев. Он сам ничего о том вечере не помнил и иногда сомневался, а не придумал ли Алекс весь этот романтический бред. С другой стороны, Астону тоже хватило одного раза, но с ним они хотя бы разговаривали, и неоднократно.

Джейсон редко размышлял о своих и чужих чувствах, об их тонкостях и истоках. Он не любил думать о них почти так же, как не любил говорить. Он предпочитал принимать их как данность. Но пока он летел из Сингапура обратно в Гонконг, то, видимо, под впечатлением от всё того же разговора с Лизой, попытался осмыслить отношение к нему Алекса тоже. До этого дня для него всё было просто: Алекс заинтересован им. Ему не было важно, почему и насколько. Главное — достаточно сильно, чтобы помочь сбежать.

Он не сомневался: сначала Алекс обратил внимание на его внешность. Она была своего рода наживкой. Крючком, который подцепил Алекса, стала скандальная связь с Астоном, человеком, которого слегка побаивался даже всесильный Чэн-старший. О его любовнике опасно было даже думать, не то что высказывать свои мысли вслух. Но в этом пока не было настоящего чувства, скорее, любопытство и азарт, болезненное возбуждение и желание запретного. Алекс представлял его совсем иным и был увлечён собственной фантазией. Когда они наконец познакомились, возможно, он был несколько разочарован: действительность мало соответствовала его представлениям… А дальше всё становилось непонятным.

Джейсон подошёл к окну, занимавшему почти всю стену: вид был восхитительным и немного пугающим. И то, и другое неудивительно: внизу простиралась бухта Виктории, за ней поднимались небоскрёбы острова Гонконг (эффектнее всего они смотрелись в темноте, но и сейчас выглядели впечатляюще), а над ними нависала покрытая лесом гора — Пик. Где-то там, в непроницаемой тенистой зелени, скрывался дом Алекса. А пугала высота. Джейсон не припоминал, чтобы до этого оказывался так высоко. Он поднимался на верхнюю смотровую площадку Эмпайр-Стейт-билдинг, но она была ниже. И уж точно он никогда не жил на сто двенадцатом этаже. Он не страдал боязнью высоты, но стоило задуматься, где находишься, и становилось жутковато.

Ему предстоял ещё один день в одиночестве.

Джейсон усмехнулся: он жил тут, как принцесса в неприступной башне, а Дэниел рыскал где-то по свету, словно рыцарь в поисках своей вечной любви. Только вот принцесса вовсе не желала, чтобы её спасали. Она искренне надеялась, что рыцарь не рискнёт вступить в схватку с огромным китайским драконом.

В дверь постучали. Джейсон удивился: в это время его обычно не беспокоили. Поднос после завтрака только что унесли, а для обеда было ещё рано. Вошёл один из телохранителей.

— Господин Чэн будет здесь через двадцать минут. Он уже выехал из своего офиса.

Джейсон кивнул в ответ. Он не ожидал увидеть Алекса так скоро, тот был у него два дня назад. Для незапланированного посещения должна была быть причина, и он сомневался, что она окажется приятной.

— Почему ты приехал? — спросил он сразу же, как Алекс вошёл в номер. — Что-то произошло?

— Ничего особенного. Ты уезжаешь отсюда. Я хочу лично проконтролировать, как всё пройдёт.

— Уезжаю? — удивился Джейсон. — Почему так внезапно?

— Это было запланировано ещё позавчера.

Джейсон бросил на него возмущённо-вопросительный взгляд. Он не стал спрашивать, почему его не предупредили заранее. Всё и так было понятно.

— Решил поставить меня перед фактом, чтобы избежать споров?

— Да, — не стал отнекиваться Алекс.

— Значит, мне это по какой-то причине не понравится. И по какой же?

— Ты возвращаешься в мой дом, — по тону Алекса было понятно, что он готов принять бой и настаивать на своём до конца.

Джейсон отошёл к окну и посмотрел вниз, на ярко-синюю воду бухты, где двигались крошечные суда, оставляя за собой белые полосы пены. Нет, он не будет спорить. Они могут приводить друг другу аргументы и контраргументы бесконечно, и у них обоих нет ничего, кроме собственных умозаключений относительно того, что задумал Астон, ни единого твёрдого проверенного факта.

Алекс приблизился к нему и сказал:

— Сегодня в два часа я вылетаю в Сингапур, оттуда в Германию. Я вернусь только через восемь дней. Не могу оставить тебя здесь.

— Это место ничуть не хуже твоего дома. Возможно, даже лучше, — возразил Джейсон.

— Я и моя служба безопасности уже всё решили.

Джейсон пару секунд смотрел на него холодно и насмешливо, а затем с жестокой улыбкой произнёс:

— Ты, наверное, хотел сказать, что ты и твой член всё решили?

— Что?! — воскликнул Алекс в недоумении, по мнению Джейсона, вряд ли искреннем. Чэн должен был понять, что он имеет в виду.

— Мне повторить? — спросил Джейсон, начиная снимать с Алекса пиджак. Сняв его, он потянулся к галстуку.

Алекс перехватил его руку.

— Что ты делаешь?

— То, для чего ты сюда приехал. То, для чего ты собираешься вернуть меня на Пик, — Джейсон отбросил руку Алекса и начал развязывать ему галстук. На лице его было жёсткое, сосредоточенное выражение, вступавшее в неприятный диссонанс с его действиями. — Что, настолько хочется секса, что ты примчался сюда через два дня после того, как уже проверял новый офис? Хочется потрахаться перед долгой разлукой? Целых восемь дней! Как такое пережить?

Не прекращая свой издевательский монолог, Джейсон снял с Алекса галстук и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Алекс стоял, словно окаменев: в поведении Джейсона было что-то враждебное, оскорбительное, но в то же время чудовищно возбуждающее.

— Если бы ты думал головой, ты бы приказал отвезти меня в никому не известное место и оставил там на несколько месяцев, пока Астон не уймётся, — Джейсон расстегнул уже все пуговицы и выдернул белоснежную рубашку Алекса из-под пояса брюк. — Но нет, ты возвращаешь меня в свой дом. Ты готов рискнуть всем, лишь бы не вытаскивать члена из моей задницы, потому что ты сейчас не головой думаешь, а этим самым членом.

Он покончил с рубашкой, бросив её на проходившую вдоль окна скамеечку, обитую мягкой тканью, и начал расстёгивать пряжку ремня. Она была необычной, и справиться с ней на ощупь Джейсон не смог. Ему пришлось отвести свои светлые гипнотизирующие глаза от лица Алекса и посмотреть вниз. Только тогда тот смог наконец ответить:

— Считаешь, что люди могут думать только головой или членом?

— Чем-то ещё? — спросил Джейсон, возясь с ремнём.

— Про сердце слышал?

— Извини, забыл про него, — Джейсон расстегнул молнию на брюках Алекса и снова поднял на него глаза, блестящие, насмешливые и дерзкие.

— Неудивительно, — уголок рта Алекса саркастично дёрнулся. — У тебя его нет.

Пальцы Джейсона нащупали сквозь бельё твёрдую, рвущуюся наружу эрекцию Алекса, погладили, обхватили, сжали.

— Тем меньше конкурентов у головы.

Алекс ничего не отвечал, он прислушивался к движениям руки Джейсона и смотрел на него неотрывно, пристально, наверное, чуть осуждающе. Под этим взглядом Джейсону стало неуютно, но он ничем не выдал этого.

Он отошёл от Алекса, пересёк гостиную и распахнул широкую дверь в спальню.

— Так что? Идёшь? — оглянулся он, остановившись возле не заправленной с ночи кровати и стягивая через голову футболку.

Алекс пошёл за ним, на несколько секунд замерев в дверях комнаты, словно сомневаясь. Джейсон залюбовался его великолепной фигурой и смуглой кожей, на солнце отливавшей тёмным золотом, вспомнил, каковы на ощупь эти жёсткие, рельефные мышцы, вспомнил вкус его кожи… Пожалуй, не так уж плохо время от времени думать членом.

Чэн недолго сомневался. Какой бы бессердечным и расчетливым существом не казался Джейсон, он его хотел до безумия. Его презрительные ремарки лишь подстёгивали, вызывали желание схватить его и сделать с ним что-нибудь… Алекс даже не знал, что именно…

Он подошёл к Джейсону и толкнул его на кровать. Тот, ни говоря больше ни слова, смотрел на него всё с тем же высокомерным вызовом, осуждая его решение, и смиряясь с ним, и снова осуждая, и смеясь над его слабостью. Слабостью, которой был он сам…

Алекс перевернул его на живот и склонился над ухом.

— Ты знаешь, что у тебя ужасный характер? — спросил он.

— Прости. Ты разочарован… — с притворным сочувствием проговорил Джейсон. — Я не тот сладкий мальчик, которого ты рассчитывал получить.

Джейсон попытался перевернуться обратно, но Алекс удержал его, навалившись сзади, и прикусив ему плечо.

— Точно, — ответил Алекс. — Но такой ты мне больше нравишься.

Он отпустил Джейсона только затем, чтобы снять оставшуюся одежду с него и с себя. Никаких прелюдий, никаких поцелуев: просто рванул его вверх, поставив перед собой на четвереньки. Он даже готовил партнёра не особо аккуратно. Всё, как сказал Джейсон: он пришёл сюда потрахаться перед долгой разлукой. Он злился на него, потому что не мог не признать его правоту. Пока тот не бросил ему эти обвинения, он был убеждён, что возвращение Джейсона на Пик — самый разумный выбор, но теперь понимал, что где-то на границе сознания всегда маячила мысль о том, что он не хочет отпускать от себя любовника.

— Да, я нравлюсь тебе, — произнёс Джейсон, чувствуя, как прохладные от смазки пальцы Алекса настойчиво и уверенно проникают в него, — нравлюсь настолько, что это влияет на твои решения. Ты же сам рассказывал мне про часы… про то, что нужно расставаться, чтобы не потерять…

Он громко и порывисто вдохнул на последнем слове, когда Алекс начал массировать и гладить его изнутри.

— Это совсем другое, — ответил Алекс.

— Нет, не другое. Как раз…

— Джейсон, заткнись! — сказал Алекс. — Мы занимаемся сексом.

— Ах да, ты ведь за этим сюда приехал!

Член Алекса толкнулся в его отверстие, заставив сначала отпрянуть от неожиданной боли, а затем, наоборот, выгнуться навстречу, чтобы надеться сильнее и глубже.

— Не только за этим, — произнёс Алекс, сопровождая каждое слово резким и грубым движением бедёр. — Я хочу тебя видеть. Ты мне нужен. С тобой трудно, но ты всё равно мне нужен.

Джейсон ничего не ответил. Он немного поменял положение тела, облокотившись на одну руку, а другой сжал свой член и начал движения в такт напористым и мощным толчкам Алекса.

Через пару минут они упали на мягкие ласкающие кожу простыни (четыреста нитей на дюйм, египетский хлопок, вышитые монограммы на уголках — бельё было из дома Алекса, в отель его ещё не завезли).

Они лежали рядом и смотрели друг другу в глаза. Это был момент наибольшей близости между ними за всё то время, что они были вместе. У них было всего несколько минут, но какими спокойными, светлыми и радостными они были. За весь последний год Джейсон не испытал и секунды такой безмятежности. Отупляющее забвение после секса и во время него — это лучшее, что у него было. С Алексом приходил настоящий покой.

Джейсон вытянул руку и провёл по волосам Алекса, поправив упавшие на лоб чёрные пряди. Потом пальцы нежно скользнули по скуле, коснулись расслабленно улыбающегося рта. Алекс поймал его руку своей и прижал к губам. Кончиками пальцев он нащупал тонкий шрам на запястье.

— Давно хотел спросить, откуда это?

— После операции. Туннельный синдром. Много работаю за компьютером, — ответил Джейсон стандартным объяснением, заготовленным на случай такого рода вопросов.

— Это ведь неправда? — заглянул ему в глаза Алекс.

— В клинике «Générale-Beaulieu» в Женеве это подтвердят, — заявил Джейсон. — Но это неправда.

— Тогда откуда?

— Правда тебе не понравится. Удовлетворит такое объяснение?

Алекс не стал настаивать: он заметил, что за доли мгновения до того, как вернулась привычная заносчивая холодность, в глазах Джейсона мелькнуло что-то похожее на мольбу, просьбу о помощи… или просто страх.

Джейсон встал с кровати:

— Вы, наверное, уже осмотрели все восемь этажей нового офиса в мельчайших подробностях, мистер Чэн… Вам пора.

— Нам обоим пора, — поправил его Алекс, намекнув, что он от своего решения не отступится и Джейсону придётся вернуться в его дом.

Джейсон быстро принял душ и надел свой единственный деловой костюм — чтобы сильно не выделяться на фоне Алекса и толпы строго одетых телохранителей (теперь он, единственный европеец, к тому же — блондин со светлыми глазами, будет всего лишь просто выделятьсяна фоне толпы азиатов). Вещей у него было немного — он собрал их за три минуты.

Уже у самых дверей номера, перед тем, как выйти в коридор, полный охраны, они остановились. Джейсон коснулся руки Алекса и тихо произнёс:

— У меня есть сердце.

Алекс хотел что-то ответить, но Джейсон не дал ему — закрыл его рот поцелуем. Это был трусливый поступок: он боялся услышать, что скажет Алекс. Он знал, что Чэн, если дать ему шанс, своего не упустит, постарается вытянуть из него ещё что-нибудь… А он и без того сказал слишком много.

Это не было признанием. Только обещанием чего-то большего… Если бы он сам знал, чего именно. Ему было хорошо и спокойно с Алексом, как-то по-особенному весело и даже радостно. Может быть, это была любовь, на этот раз правильная, нормальная, такая, как у всех? Может быть, любовь была подобна лекарствам, которые в переизбытке убивают? Или, наоборот, яду, который в малых дозах может исцелять? И вот теперь, с Алексом, он наконец-то получил это чувство в нужном количестве. С Астоном же любви было слишком много. Так много, что она отравила его, разрушила и сломала…

В холле перед номером Джейсон быстро пересчитал телохранителей — шесть человек. Наверняка, кто-то ещё есть внизу. У Алекса с охраной произошёл краткий диалог на кантонском: Джейсон, разумеется, не понимал абсолютно ничего. Если к немецкому языку, на котором предпочитали общаться телохранители Астона, ещё можно было привыкнуть и потихоньку выучить, то с диалектом китайского всё обстояло сложнее. Джейсон сомневался, что сможет быстро освоить его. После обмена репликами один из охранников протянул Алексу поясную кобуру. Джейсон бросил взгляд на высовывающуюся из неё чёрную металлическую рукоять пистолета, и внутри у него всё похолодело.

Четыре последних года его постоянно окружали вооружённые люди, он к этому привык. Но раньше оружие было только у телохранителей. Астон никогда не брал его, по крайней мере, при нём.

— Есть необходимость? — спросил он, снова покосившись на кобуру, сквозь крепление которой Алекс продевал ремень.

— Не думаю. Но охрана настаивает.

— Хорошо, если так, — сказал Джейсон, но полученный ответ его не успокоил, возможно, потому, что Джейсон видел: Алекс не так уверен в безопасности, как хочет казаться. Он приехал не столько проконтролировать переезд, сколько защитить, потому что считал, что люди Астона не решатся совершить нападение в его присутствии.

Двое охранников уехали на первом лифте чуть раньше их. Алекс, Джейсон и ещё четверо телохранителей вошли во второй. Кабина спускалась вниз меньше, чем за минуту, но летела на такой скорости, что уши закладывало.

Двери открылись в большое полутёмное помещение. В отличие от этажа, на котором жил он, тут по-настоящему чувствовалось, что они находятся в строящемся здании: стены были затянуты плёнкой, на полу, образуя дорожки, были настелены листы какого-то синтетического материала, стояли баки вроде мусорных, возвышались непонятные металлические конструкции, видимо, недоразобранные леса. Если бы Джейсон не видел, что телохранитель в лифте нажал на кнопку с буквой «P», он бы не сразу догадался, что это была парковка.

Из-за строительства подъехать к самим лифтам было невозможно, и три автомобиля ждали их на небольшом отдалении. Возле машин были ещё люди.

На полпути к ним Джейсон услышал резкий звук заводящегося мотора — и это была не одна из их машин. Охрана тут же сгрудилась возле него и Алекса. Джейсон не понимал, что они говорят, его просто быстро потащили куда-то в сторону.

— Обратно к лифтам, — хрипловатым от напряжения голосом проговорил Алекс.

Джейсон не знал, чем другая машина так не понравилась охране. Возможно, здесь сейчас не должно было быть других людей, кроме них. Они не успели дойти до лифтов, как сзади послышался грохот и скрежет. Джейсон на мгновенье обернулся, чтобы увидеть, как большой внедорожник врезается в переднюю часть чёрного «мерседеса» Чэна.

Тяжёлая бронированная машина от удара сдвинулась буквально на пару шагов, её лишь развернуло в сторону. Теперь она и стоявшие поблизости металлические конструкции перекрывали выезд для машины сопровождения, стоявшей сзади. Но другая оставалась…

Он не успел додумать. Он не успел даже испугаться.

В следующую секунду послышались выстрелы. Джейсон не понимал, откуда стреляют, и кто, и что вообще происходит. И он опасался, что охрана этого тоже не понимает.

Его бросили на пол, чьи-то сильные и грубые руки вжали его голову в серую строительную пыль. Он понял, что зажмурил глаза… Чёрт, это было страшно. Он не привык, чтобы в него стреляли. Или не в него… Просто рядом. По звукам выстрелов, теперь раздававшихся ближе и не с таким гулким эхом, он понял, что охрана Алекса тоже стреляет.

— Сюда!

Теперь его рванули за плечо. Джейсон посмотрел в ту сторону, куда указывал телохранитель: там была одна из железобетонных опор и метрах в четырёх от неё нечто закрытое тканевым чехлом, приземистое, широкое, высотой в половину человеческого роста. Наверное, что-то из мелкой строительной техники.

Стрельба прекратилась.

— На счёт три, — прошептал телохранитель. — Раз, два, три!

Они оба поднялись с пола и, пригнувшись, бросились к опоре. Она была недостаточна широка, чтобы заслонить их обоих. Телохранитель толкнул за неё Джейсона, а сам укрылся за зачехлённой техникой. Пока они перебегали те несколько метров, по ним не стреляли. Рано было делать выводы, но, возможно, на них действительно напали люди Астона — значит, его они не тронут, а вот остальных… Господи, Алекс… Что с ним?

Джейсон попробовал выглянуть из-за своего укрытия, но того места, где охрана уложила их на пол, не было видно, а высовываться сильнее он не решался. Возможно, оставшийся с ним телохранитель видел лучше со своей позиции. Джейсон чуть махнул рукой, чтобы привлечь его внимание:

— Где Чэн?

Телохранитель лишь пожал плечами и неопределённо махнул рукой куда-то в противоположную сторону. Видимо, он, как и Джейсон ничего не успел сообразить и рассмотреть. Алекса, скорее всего, охрана уволокла в другую сторону. Если подопечный начинает сопротивляться, его просто хватают в охапку и тащат. Джейсон хорошо это знал: охрана Астона довольно много времени потратила на то, чтобы объяснить ему правила и научить, как действовать в разных ситуациях. Основной идеей было не дёргаться и слушаться старших. Наверняка Алекса учили тому же. Они не в голливудском боевике, где китайский босс (или его сын) бегает с пистолетом наперевес и отдаёт приказы охране. Когда наступает опасный момент, приказы отдаёт охрана — обученные и опытные люди, — а босс слушается.

Джейсон понял, что обученный и опытный телохранитель на этот раз совершил ошибку: он стал искать укрытия для себя и своего подопечного за ближайшими объектами, но тем самым он расколол их группу. Они вдвоём оказались оторваны от остальных охранников. Джейсон видел эту ошибку и гадал теперь, насколько роковой она окажется.

Опять началась стрельба. Джейсон сидел за своей колонной. Сердце колотилось так, что его тяжёлое биение в ушах чуть ли не заглушало звук выстрелов. Ему трудно было сохранять хладнокровие, трудно было не бояться. Он был всего лишь человеком, и ему было страшно.

Телохранитель держал свой пистолет наизготове. Он бросил быстрый взгляд на Джейсона, сунул свободную руку куда-то за пазуху и вытащил оттуда ещё один пистолет, поменьше. Он положил его на пол и, кивнув Джейсону, толкнул оружие в его сторону.

Тот даже успел узнать пистолет: «Беретта Томкэт», компактный и незаметный под одеждой. Он как-то стрелял из него, очень давно, ещё с Дэвисом. «Вам вряд ли дадут что-то крупнее этой игрушки», — сказал тогда телохранитель. Сейчас он не отказался бы от чего-либо более существенного, чем маленький пистолет, годный только на то, чтобы пристрелить кого-нибудь в упор.

Пистолет проскользил по полу, покрытому маленькими шершавыми плитками, и остановился, не докатившись до Джейсона. Чтобы взять его, ему было достаточно лишь вытянуть руку. Он пару секунд помедлил и сделал это. Он не успел коснуться оружия даже кончиками пальцев, как в нескольких сантиметрах от его руки с пола с громким клацающим звуком во все стороны брызнули осколки плитки.

Джейсон отдёрнул руку. На полу появилась небольшая выбоина от пули.

Он прижался к колонне, пытаясь отдышаться и заставить себя успокоиться, заставить себя соображать… В голову приходило только одно: нападавшие заметили, что они с телохранителем спрятались здесь, за ними наблюдают и не спускают с прицела. Что делать с этим знанием дальше, он не представлял… Он даже не мог оценить, сколько прошло времени с того момента, как они вышли из лифта. Наверняка не больше двух минут, а ему они казались получасом…

Время от времени опять слышались выстрелы и крики на китайском, но всё происходило где-то в стороне, там, откуда они недавно перебрались сюда. Телохранитель время от времени смотрел туда, потом начал стрелять. Он что-то сообщал в переговорное устройство и с кем-то перекрикивался, и Джейсону казалось, что иногда он различает вдалеке голос Алекса, но не был в этом уверен.

Ему хотелось зажмуриться, закрыть уши руками и спрятаться куда-нибудь. Трусость… Или, может быть, здравый смысл… Он ничем не мог помочь. От него требовалось не путаться под ногами, пока большие мальчики с большими пушками решают свои большие проблемы. К тому же он не понимал, что происходит. Если бы не чёртов китайский, он бы мог хотя бы предполагать…

Он сидел, вжавшись в стену и втянув голову в плечи, и не видел, как телохранителя ранили. Он повернулся к нему, услышав вскрик: кисть неловко повисшей правой руки была залита кровью, пистолет отлетел в сторону. Костюм телохранителя был чёрным, и в полутьме Джейсон лишь по влажному блеску ткани мог определить, что рана была где-то в районе локтя. Мужчина тем не менее попытался дотянуться до лежавшего на полу пистолета. Он уже почти схватил его, как в него попала ещё одна пуля, войдя между шеей и плечом. Телохранитель дёрнулся и завалился на бок. Он был жив, насколько Джейсон мог понять, но маленькая лужица крови под ним с ужасающей скоростью превращалась в настоящее озеро.

Джейсон не успевал всё это по-настоящему осознать, его мозг просто фиксировал происходящее… И слава богу, что не осознавал…

Через пару секунд Джейсону пришла в голову сумасшедшая мысль попытаться добраться до пистолета охранника. Хотя на кой он ему нужен? Что он с ним будет делать? Выйдет из-за своей колонны и перестреляет всех плохих парней? Для самообороны?

Для того чтобы взять оружие, нужно было преодолеть узкий проход. Джейсон опасливо покосился на выбоину в полу. Скорее всего, по нему стрелять не будут. Он нужен живым. Если, конечно, это люди Астона… У семьи Чэн наверняка было много врагов, и если это какие-то свои гонконгские разборки, его тут же пристрелят. Но сидеть тут было страшнее, чем действовать…

Адреналин заставляет бежать. Даже когда умнее было бы затаиться и подумать…

Джейсон решился. Он приготовился, пригнулся и как только мог быстро перебежал туда, где лежал охранник. Тот перестал шевелиться: то ли потерял сознание, то ли уже был мёртв. Джейсон не стал проверять: он всё равно ничем не мог ему помочь. Не давая себе времени задуматься, Джейсон бросился к пистолету, схватил его и отпрянул назад к телу охранника.

В него не стреляли. Хотя это не гарантировало того, что пришли как раз за ним. Стрелок просто мог покинуть прежнюю позицию.

Теперь он был чуть не весь перепачкан кровью: места здесь было совсем не много, и у Джейсона не было выбора, кроме как лезть в эту красную лужу. Он никогда раньше не замечал, что у крови есть запах, но сейчас, когда её было так много, он почувствовал его.

Джейсон сел рядом с телом охранника, прислонившись спиной к зачехлённому устройству.

Теперь у него было оружие. Хотелось бы знать, сколько осталось выстрелов. Пистолет был незнакомым, но в конструкции не было ничего необычного. Кое-что он узнал, пока работал на разведку, и охрана Астона тоже учила его обращаться с оружием. На всякий случай. Вряд ли они думали, что Джейсону придётся стрелять в их «коллег».

Джейсон вытащил обойму: оставался один патрон, ещё один должен быть в патроннике. Он вернул магазин назад, подумав, что у телохранителя должны быть запасные. Но искать их казалось слишком опасным: на охраннике была кобура с плечевыми ремнями, значит, обоймы где-то под левой рукой, а завалился он как раз на левый бок. Пока он его перевернёт, пока нащупает то, что нужно, пока вытащит — его успеют пять раз убить. Он и с этими-то двумя патронами пока не представлял, что делать…

Стрельба опять на какое-то время прекратилась. Джейсон ждал, когда же приедет полиция. Она должна была приехать. Рабочие со стройки не могли не услышать выстрелов. Где же полиция? Сколько уже времени прошло?

Боковым зрением Джейсон заметил движение. Он резко развернулся: к нему приближался высокий мужчина, и он точно был не из людей Алекса. Он был из нападавших, но, судя по всему, не заметил, что Джейсон вооружён. Тот поднял пистолет, ещё сильнее вжавшись спиной в прикрывавшую его сзади штуковину, как будто оружие было сейчас не у него, а у другого парня.

Мужчина остановился. На секунду их взгляды встретились, и нападавший, видимо, прочитав в глазах Джейсона неуверенность, двинулся вперёд. Между ними оставалось не больше десяти шагов.

Джейсон нажал на курок.

Мужчина упал на спину и схватился руками за грудь, согнувшись пополам. И в эту же секунду Джейсон почувствовал, как кто-то крепко схватил его сзади за плечо, и в основание шеи упёрлось что-то твёрдое и очень-очень горячее.

Тот парень должен был отвлечь его, пока второй подбирался сзади…

— Не думал, что ты выстрелишь, — произнёс сипловатый голос у него над ухом.

Джейсон замер, боясь пошевелиться. Сквозь воротник проникало опасное тепло пистолетного ствола. Ствола, из которого недавно стреляли, и не раз.

— Бросай пушку, — прошелестел голос, в котором Джейсон теперь расслышал слабый китайский акцент.

Он уже хотел выполнить приказ, как сообразил:

— Ты не станешь стрелять в меня.

— Да, — ответил голос. — В тебя не стану. Но в Чэна могу. Слушайся меня, и он не пострадает. Мы прекратим огонь. Идёт?

— Я тебе не верю.

— У нас нет причин убивать Чэна. Но при необходимости мы сделаем это, нас больше.

Джейсон не знал, что ему делать. Вполне возможно, Алексу вообще не грозила сейчас никакая опасность. Возможно, из нападавших и остались-то только эти двое. А возможно, человек за его спиной не лгал…

— Но плечо-то я тебе могу прострелить, — добавил голос. — Тебя потребовали всего лишь живым.

Он понимал, что не успеет сделать выстрел (ему и стрелять-то было не в кого). Он даже рукой не успеет шевельнуть, как сам получит пулю и станет практически беспомощным. В обратном случае он сможет выторговать передышку для Алекса, останется дееспособным и, возможно, как-нибудь выкрутится.

— Бросай, — повторили сзади и для убедительности надавили на шею сильнее.

— Хорошо, — ответил он, чуть приподнял руку. Пистолет на секунду повис на указательном пальце, а потом, качнувшись, с тяжёлым гулким стуком упал на пол.

Мужчина что-то тихо произнёс на китайском, видимо, в переговорное устройство. Буквально через две секунды сбоку послышались крики: видимо, стороны договаривались. Джейсон в десятый раз ругнулся про себя: он опять ничего не понимал, но по тону и очерёдности складывалось впечатление, что действительно происходит какой-то диалог. Договариваются не стрелять друг в друга?

Дуло пистолета перекочевало к середине спины Джейсона, крупная рука обхватила его за грудь и дёрнула вверх.

— На ноги! Теперь делай всё, как я скажу.

К ним подбежали ещё двое мужчин. Один встал сбоку от Джейсона, другой держался где-то сзади. Оба были одеты как строители: в комбинезоны с яркими нашивками. Наверное, часть людей пробралась сюда под видом рабочих…

Джейсона толкнули в бок и потащили в проход между двумя рядами лесов. Было тихо: ни выстрелов, ни криков, ни беготни. Вот теперь его могут услышать…

Джейсон рванулся из рук державшего его мужчины — и плевать, что в спину ему упирался ствол, — в него не будут стрелять, пока он не представляет опасности. Он попытался отпихнуть от себя этого, потом второго, кинувшегося на помощь, и выкрикнул:

— Алекс! Алекс, я здесь! Я…

Удар по скуле, а через мгновение — сзади, по почкам, заставил его захлебнуться криком и замолчать. Боль в спине была такой резкой и ослепительно-сильной, что у него на несколько секунд остановилось дыхание. Он с трудом удержался на ногах. Его подхватили с двух сторон под руки и поволокли дальше. Джейсон упирался и сопротивлялся, сколько хватало сил, но они всё равно продвигались вперёд, а он прямо на ходу получил ещё пару чувствительных тычков под рёбра — когда снова пытался звать на помощь. Он заметил, что людей рядом с ним прибыло.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.