Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ 2 страница



Кейтлин обернулась. Все девочки стояли, не двигаясь, всё ещё смотря им вслед; некоторые украдкой перешептывались.

Кейтлин снова посмотрела на Калеба, гадая, заметил ли он подобную реакцию окружающих. Если это было и так, то он никак не показывал своих чувств, и казалось, что вся эта суматоха по поводу его персоны Калеба мало интересует.

«Кейтлин?» – услышала она удивлённый голос.

Кетлин обернулась и увидела Луизу, одну из ее старых подруг до переезда в Нью-Йорк.

«Боже мой!» – радостно воскликнула Луиза, раскрывая руки для объятий. До того, как Кейтлин могла что-либо предпринять, Луиза уже крепко её обнимала. Кейтлин тоже обняла подругу, было приятно увидеть знакомое лицо.

«Что с тобой случилось? – спросила Луиза возбуждённо, что было для неё типичной манерой разговора, выдававшей легкий испанский акцент, который всё ещё присутствовал в её речи, хотя семья Луизы вот уже нескольких лет жила в Штатах после переезда из Пуэрто-Рико. – Так странно. Я думала, вы перехали. Я писала тебе смски и сообщения в чате, но так и не получила ответа…»

«Прости – сказала Кейтлин. – Я потеряла свой телефон, и рядом не было компьютера, и…»

Луиза уже не слушала. Она только что заметила Калеба и смотрела на него, как зачарованная, в буквальном смысле, открыв рот.

«Кто твой друг?» – спросила она, наконец, почти шёпотом. Кейтлин улыбнулась, она никогда раньше не видела свою подругу такой взволнованной.

«Луиза, познакомься, это Калеб», – сказала она.

«Очень приятно», – сказал Калеб, улыбаясь и протягивая руку.

Луиза продолжала стоять, не отрывая от него взгляда. Она медленно и как будто во сне подняла руку. В её состоянии сказать что-то просто не удавалось. Она перевела взгляд на Кейтлин, не понимая, где та могла найти такого парня. Луиза смотрела на Кейтлин по-другому, будто и не зная, кто стоял перед ней.

«Ммм… – начала Луиза, удивленно. – Ну и … ммм… как бы… где… как бы… как вы познакомились?»

Секунду Кейтлин мялась, не зная, что ответить. Она представила, как расскажет Луизе всю правда. Эта мысль заставила её улыбнуться. Нет, так нельзя.

«Мы познакомились… после концерта», – проговорила Кейтлин.

Отчасти это было правдой.

«Боже мой, и что за концерт? В Нью-Йорке? Black Eyed Peas!? – затараторила Луиза. – Эх, как же я вам завидую! Я так хотела на него попасть!»

Калеб на рок-концерте – что может быть забавнее? Кейтлин даже сложно было себе подобное представить.

«Знаешь, не совсем… Луиза, слушай, прости, что перебиваю, но у меня мало времени. Ты не знаешь, где Сэм? Ты его видела в последнее время?» – сказала она.

«Конечно. Его все тут видели. Он вернулся на прошлой неделе и выглядел как-то странно. Я спросила его о тебе, и почему он вернулся, но он мне ничего так толком и не рассказал. Наверное, он опять прячется в его любимом заброшенном сарае».

«Нет, его там нет, – ответила Кейтлин. – Мы только что там были».

«Да ты что? Очень жаль, но я не знаю, чем тебе помочь. Он же в десятом классе, а ты знаешь, мы с десятиклассниками не особо общаемся. Ты пыталась писать ему? Его ведь всегда можно найти на Facebook».

«У меня нет телефона…», – начала было Кейтлин.

«На, возьми мой, – прервала её Луиза, протягивая телефон. – Страница Facebook уже открыта, просто войди в систему и отправь ему сообщение».

Ну конечно! Как я сама до этого не додумалась? Подумала Кейтлин.

Она вошла под своим именем и ввела имя Сэма в строку поиска. Высветилась его страница, и она нажала на значок сообщения. Минуту Кейтлин колебалась, не зная, что написать, а потом напечатала: «Сэм, это я. Я в сарае. Приходи. Срочно».

Нажав отправить, Кейтлин вернула телефон хозяйке.

Услышав шум, она обернулась.

Группа самых популярных девочек в школе шла по коридору в их направлении. Они о чем-то шептались. Все смотрели на Калеба, не отрываясь.

Кейтлин почувствовала, как внутри у неё растёт новое чувство. Ревность. По глазам этих школьниц, которые никогда не удосуживали её своим вниманием, можно было догадаться, что они бы с удовольствием увели у неё Калеба. В их власти находились все парни в школе, и они могли заполучить себе любого, и не важно, был он свободен или нет. В таких случаях остаётся лишь надеяться, что им не приглянётся твой парень.

Сейчас они все смотрели на Калеба.

Кейтлин всеми силами надеялась, молилась, что Калеб останется равнодушен к их очарованию, что он останется преданным ей. Но чем больше Кейтлин об этом думала, тем меньше находила причин, почему он должен всё равно выбрать её. Она была такой обычной. Почему он должен остаться с ней, когда такие девочки мечтали о том, чтобы он принадлежал им?

Кейтлин тихо молилась о том, чтобы эти девицы просто прошли мимо, о том, чтобы хоть раз ей повезло.

Но, как можно было бы догадаться, её мечте не суждено было сбыться. Сердце Кейтлин готово было выпрыгнуть из груди, когда эта группка самодовольных красоток повернула и направилась в их сторону.

«Привет, Кейтлин», – одна из девочек обратилась к ней, говоря приторно мило.

Это была Тиффани – высокая и тощая, как палка блондинка с прямыми волосами и голубыми глазами, с ног до головы одетая в дизайнерские вещи:

«Как зовут твоего друга?»

Кейтлин не знала, что ответить. Тиффани и её подружки всегда настолько презрительно относились к ней, что даже никогда не отвечали, если она спрашивала у них который час. В общем-то, они даже никогда и не смотрели в её сторону. Кейтлин была поражена, что они знали об её существовании и могли назвать её по имени. А сейчас они пытались с ней разговаривать. Конечно, Кейтлин понимала, что она не была основной прчиной подобного внимания. Им нужен был Калеб. И нужен он был им настолько сильно, что они снизошли до разговора с ней.

Вся ситуация не сулила ей ничего хорошего.

Калеб почувствовал овладевшее Кейтлин напряжение. Он сделал шаг вперед и обнял её за плечи.

Еще никогда в жизни Кейтлин не была никому так благодарна.

Почувствовав себя значительно уверенней, она, наконец, решила ответить: «Калеб».

«Ну и что вы двое тут делаете? – спросила другая девочка по имени Банни. Она была точной копией Тифанни, только брюнеткой. – Я думала ты переехала отсюда, или что-то в этом роде».

«Я вернулась», – ответила ей Кейтлин.

«И ты, я полагаю, тоже здесь новенький? – Тиффани спросила Калеба. – Ты из выпускного класса?»

Калеб улыбнулся. «Да, я здесь новенький», – ответил он загадочно.

Глаза Тиффани загорелись, ведь она поняла его слова так, будто он перешёл в их школу. «Отлично, – сказала она, – сегодня намечается небольшая вечеринка, я тебя тоже приглашаю. Она будет у меня дома. Вечеринка для самых близких друзей, но я была бы очень рада видеть тебя там. Ну …ммм… и тебя тоже», – добавила Тиффани, глядя на Кейтлин.

Злоба одолевала Кейтлин.

«Спасибо за приглашение, дамы, – ответил Калеб, – но, к сожалению, у нас с Кейтлин есть сегодня очень важные дела».

От волнения сердце Кейтлин забилось быстрее.

Победа.

Выражение их лиц резко помрачнело, их надежды рассыпались, как карточный домик, а Кейтлин, в свою очередь, почувствовала себя отмщённой.

Гордо задрав головы, школьницы удалились.

Кейтлин, Калеб и Луиза остались стоять в одиночестве. Кейтлин глубоко выдохнула.

«Боже мой! Они же никогда никого не замечают, а уж тем более не рассыпаются в приглашениях!» – сказала Луиза.

«Да, я знаю», – ответила Кейтлин, всё ещё с дрожью в голосе.

«Кейтлин, – Луиза схватила её за руку, – я только что вспомнила. Сьюзен. Она что-то говорила о Сэме на прошлой неделе. Она сказала, что теперь он дружит с Коулманами. Прости, у меня это просто вылетело их головы. Может, это поможет найти его».

Коулманы. Ну конечно. Вот где он прячется.

«А ещё, – продолжала болтать Луиза, – мы все сегодня собираемся у Френков. Ты должна обязательно прийти! Мы так по тебе скучали. Непременно приводи Калеба с собой. Будет отличная вечеринка. Половина класса собирается прийти. Ты просто обязана там быть».

«Ну… я не знаю…»

Зазвенел звонок.

«Мне нужно идти! Я так рада, что ты вернулась! Люблю тебя. Позвони мне. Пока!» – прокричала Луиза, помахав Калебу рукой и быстро направившись по коридору.

На секунду Кейтлин позволила себе подумать, что вернулась к нормальной жизни: к друзьям, вечеринкам, нормальной школе, выпускным экзаменам. Мысль ей нравилась. На мгновение она попыталась выкинуть события прошлой недели из головы и представить, что ничего плохого с ней не происходило.

Но потом она посмотрела в сторону и увидела Калеба. Её накрыло волной реальности. Её жизнь изменилась. Навсегда. И она никогда не станет прежней. Кейтлин просто нужно было с этим смириться. Уже не говоря о том, что она убила человека, и её разыскивала полиция, о том, что когда-нибудь полиция её всё-таки поймает, о том, что за ней охотятся все вампиры мира, или о том, что меч, который она пытается найти, может спасти множество человеческих жизней.

Её жизнь однозначно изменилась и уже никогда не станет прежней. Нужно было принять реальность и смириться.

Кейтлин подхватила Калеба под руку и повела его к главному выходу из школы. Коулманы. Она знала, где был их дом, и то, что Сэм мог там находиться, в общем-то, было логично. Если его не было в школе, то, скорее всего, он был именно у Коулманов. Туда-то они и направлялись.

Выходя из школы на свежий воздух, Кейтлин поразилась чувству легкости, которое ей давало осознание того, что она больше никогда сюда не вернётся.

*

 

 

Кейтлин и Калеб подошли к дому Коулманов. Снег поскрипывал у них под ногами. Дом был небольшим – скромное ранчо по соседству с просёлочной дорогой. На заднем дворе, почти у самой ограды, стоял сарай. Кейтлин взглянула на беспорядочно припаркованные на лужайке около дома старенькие грузовики-пикапы и на следы, отпечатавшиеся в снегу. Было очевидно, что все следы вели в сарай.

Это было основное развлечение детей Оквилля – они всё время пропадали в сараях. Оквилль был не просто пригодом, он был сельским пригородом, а сараи давали детям возможность проводить время вне поля зрения и контроля родителей. Сарай был намного лучше подвала, ведь здесь родители не могли их слышать, и у них был свой вход и свой выход.

Кейтлин сделала глубокий вдох, подошла к сараю и потянула на себя тяжелую деревянную дверь.

Первое, на что она обратила внимания, был запах. Пахло марихуаной. В воздухе витали облака дыма.

Ещё Кейтлин уловила запах выдохшегося пива. Очень сильный запах.

Потом она почувствовала запах животного. Раньше её обоняние не было настолько сильным. Шок от осознания присутствия в сарае животного резко привел её в чувства, как будто ей дали понюхать нашатырного спирта.

Кейтлин посмотрела направо, напрягая зрение. В углу лежал большой ротвейлер. Он медленно сел на задние лапы, посмотрел на неё, оскалился и тихо зарычал. Это был Бутч. Теперь Кейтлин его вспомнила. Это был противный ротвейлер Коулманов. Только злобного животного не хватает для создания идеального картины хаоса Коулмановской жизни.

От Коулманов всегда жди неприятностей. В семье было трое детей, три брата 17, 15 и 13 лет. Сэм подружился со средним братом по имени Гейб. Все три брата были проблемными подростками. Отец давным-давно ушёл из семьи; где он бы, никто не знал, а матери никогда не было дома. Фактически, они выросли, предоставленные сами себе. Несмотря на свой юный возраст, братья всегда были либо пьяны, либо под действием наркотиков. Да и в школе они провели намного меньше времени, чем вне её.

Кейтлин расстраивало, что Сэм с ними связался. Это не могло привести ни к чему хорошему.

Из глубины сарая доносилась музыка. Pink Floyd. Wish You Were Here.

Там кто-то есть, подумала Кейтлин.

В сарае было темно, а на улице ярко светило солнце, поэтому Кейтлин понадобилось несколько секунд, чтобы глаза привыкли к полумраку.

Она увидела Сэма. Он сидел посередине разодранного дивана, окружённый десятком мальчишек. С одной стороны от него сидел Гейб, с другой – Брок.

Сэм сидел, склонившись над бульбулятором. Сделав затяжку, он отодвинул его в сторону и откинулся на спинку дивана. Он глубоко вдохнул воздух и слишком долго не выдыхал. Выдох.

Гейб похлопал его по плечу, и Сэм поднял глаза вверх. Одурманенным взглядом он уставился на Кейтлин. Глаза его были налиты кровью.

Внутри у Кейтлин что-то кольнуло. Она была чрезвычайно расстроена и винила во всём только себя. Она вспомнила последний раз, когда они виделись в Нью-Йорке, вспомнила их ссору и её жестокие слова. «Убирайся!» крикнула она ему тогда. Почему она была так сурова к Сэму? Почему она не могла всё исправить?

Было уже слишком поздно. Если бы тогда Кейтлин выбрала другие слова, тогда бы всё могло быть иначе.

Еще она чувствовала злость. Она злилась на Коулманов и на всех мальчишек, находящихся сейчас в сарае, сидящих на потрепанных диванах, стульях и связках сена, курящих, пьющих и растрачивающих свою жизнь впустую. Они могли поступать с их жизнями, как им было угодно, но они не имели права вовлекать во всё это Сэма. Он был лучше их, просто у него в жизни никогда не было поддержки. Он не знал отца и не видел доброты от матери. Он был отличным парнем, и Кейтлин была уверена, он мог бы быть лучшим в своём классе, если бы не проблемы дома. Вместе с этим она понимала, что уже ничего нельзя было сделать. Ему просто стало всё равно.

Кейтлин сделала несколько шагов по направлению к брату.

«Сэм?» – позвала она его.

Сэм посмотрел на неё, но не сказал ни слова.

Сложно было расшифровать его взгляд. Виной всему были наркотики? Или, может, он притворялся, что ему всё равно? Или, может, ему на самом деле было всё равно?

Безразличный взгляд ранил Кейтлин больше, чем всё остальное. Она ожидала, что Сэм будет рад её видеть, думала, что он встанет с дивана, подойдет и обнимет её. Она не думала, что всё будет так. Казалось, её присутствие было ему совершенно безразлично, как будто она была чужой. Может, он специально так себя вёл, чтобы покрасоваться перед друзьями? Или Кейтлин действительно навсегда испортила их отношения?

Спустя несколько секунд Сэм отвёл взгляд и передал бульбулятор кому-то из парней. Он смотрел только на окружающих его парней, игнорируя присутствие Кейтлин.

«Сэм! – прокричала Кейтлин намного громче, чувствуя, как её щеки горят от злости. – Я с тобой разговариваю!»

Она слышала смех его друзей-неудачников, и злость волнами накатывала на неё. При этом Кейтлин чувствовала ещё что-то помимо злости. Это был животный инстинкт. Злость дошла до такой степени, что Кейтлин было сложно с ней справляться, она боялась, что может потерять контроль над ситуацией. Злоба была нечеловеческой, она понемногу превращалась в животную ярость.

Парни были крепкого телосложения, но сила, которую Кейтлин чувствовала внутри, подсказывала ей, что она легко справится с любым из них. Ей было сложно сдержать гнев, но она продолжала надеяться, что у неё хватит сил, чтобы совладать с собой.

В это время ротвейлер зарычал громче и начал медленно приближаться к Кейтлин. Казалось, что он тоже что-то чуял.

Кейтлин почувствовала нежное прикосновение руки. Калеб. Он был рядом. Он тоже почувствовал нарастающий внутри неё гнев и одолевающий животный инстинкт. Калеб пытался её успокоить, говорил ей, что она должна взять себя в руки, не давать себе перейти черту. От его присутствия Кейтлин стало лучше, но злоба не прошла.

Наконец-то Сэм повернул голову и посмотрел на сестру. В его взгляде она прочитала вызов. Он до сих пор на неё злился, это было очевидно.

«Что тебе надо?» – отрезал Сэм.

«Почему ты не в школе?» – Кейтлин услышала себя будто со стороны. Она не совсем понимала, зачем спросила об этом, особенно учитывая все те вопросы, которые она хотела ему задать. В ней говорил материнский инстинкт. И вот, что из этого вышло.

Парни снова загоготали. Злость её усилилась.

«А тебе-то что? – ответил Сэм. – Ты сама сказала мне убираться».

«Прости меня, я не хотела», – проговорила Кейтлин.

Она была рада представившемуся шансу наконец-то сказать эти слова.

На Сэма они не произвели никакого впечатления. Он продолжал всё также смотреть на неё.

«Сэм, мне нужно поговорить с тобой… наедине», – продолжила Кейтлин.

Она хотела увести его оттуда на свежий воздух, где они были бы одни и смогли бы поговорить. Она не только хотела узнать об отце, она просто хотела поговорить с Сэмом как раньше, и еще рассказать ему о маме, представив новость так, чтобы ранить как можно меньше.

Видимо, её плану не суждено было осуществиться. Кейтлин это понимала. Дальше будет только хуже. В сарае, как ей казалось, была слишком мрачная энергетика, слишком жестокая. Она сама чувствовала, как теряет контроль над собственными эмоциями. Несмотря на Калеба и его попытки её успокоить, Кейтлин чувствовала, что не совладает с одолевавшим её чувством, каким бы оно ни было.

«Мне и тут хорошо», – ответил ей Сэм.

Кейтлин услышала очередные смешки.

«Эй, почему бы тебе не расслабиться? – сказал один из парней. – Ты так напряжена. Пойдём к нам. Мы дадим тебе курнуть».

Он протянул ей трубку.

Кейтлин повернулась в его сторону и внимательно посмотрела на парня.

«А почему бы тебе не засунуть эту трубку себе в задницу?» – проговорила она, стиснув зубы от злости.

Парни наперебой стали что-то выкрикивать. «Ну все, ТЫ ПОПАЛА!» – прокричал один.

Высокий и накаченный парень, который предложил ей затянуться и которого, как знала Кейтлин, выгнали из футбольной команды, побагровел от злости.

«Что ты сказала, сука?» – проговорил он, вставая.

Кейтлин посмотрела на него оценивающе. Он был намного выше, чем она думала, минимум два метра ростом. Она почувствовал, как рука Калеба сильнее сжала её плечо. Кейтлин не могла понять, то ли он так просил, чтобы она успокоилась, то ли сам начинал выходить из себя.

Напряжение нарастало.

Ротвейлер подполз ближе. Он был в паре метров от Кейтлин и рычал, как сумасшедший.

«Джимбо, успокойся», – сказал Сэм, обращаясь к большому парню.

Сэм пытался её защитить. Что бы ни произошло между ними, Сэм старался защитить её, как раньше: «Она заноза в заднице, но она сказала это не со зла. Она моя сестра. Расслабься».

«Я сказала то, что сказала, – прокричала Кейтлин с никогда ранее не испытываемой злобой. – Вы тут все думаете, что вы такие крутые, накачиваете моего брата наркотиками? Вы – шайка неудачников без будущего. Хотите испортить себе жизнь, валяйте, но не впутывайте в это Сэма!»

Джимбо выглялед ещё более взбешённым, если это вообще было возможно. Он сделал несколько угрожающих шагов в сторону Кейтлин.

«Ой, посмотрите, кто у нас тут. Мамочка пришла учить нас уму разуму!»

Гром хохота.

«Почему бы тебе и твоему дружку-гею не подойти поближе!»

Джимбо сделал ещё один шаг вперед и резко толкнул Кейтлин в плечо своей огромной рукой.

Большая ошибка.

Накопившаяся злоба вырвалась наружу, и Кейтлин больше не могла её контролировать. В ту же секунду, когда пальцы Джимбо коснулись её, Кейтлин мгновенно схватила его запястье и вывернула назад. Скорость её движений была невероятной. Раздался громкий хруст ломающейся кости.

Кейтлин заломила руку со сломанным запястьем за спину Джимбо и повалила его на пол, лицом вниз. Секунды не прошло, как он уже лежал на животе, уткнувшись лицом в землю, совершенно беспомощный. Кейтлин поднялась и упёрлась подошвой кроссовка ему в шею, крепко прижимая его голову к земле.

Джимбо закричал от боли.

«Господи Боже, моя рука, моя рука! Долбанная сука! Она сломала мне руку!»

Сэм встал, его примеру последовали все остальные. Он молча стоял, уставившись на Кейтлин и Джимбо, шокированный происходящим. Он был поражён. Он не мог понять, как его сестре удалось уложить такого огромного парня за пару секунд.

«Извинись», – прошипела Кейтлин, обращаясь к Джимбо. Её поразил звук собственного голоса. Он был низкий, как у рычащего животного.

«Прошу прощения, прошу прощения, прошу прощения!» – застонал Джим.

Кейтлин уже было собралась отпустить его и покончить со всем этим, но какая-то часть её сопротивлялась. Гнев подчинил себе разум, и Кейтлин просто не могла оставить всё, как есть. Злоба никуда не исчезла. Она продолжала расти и накапливаться внутри неё. Она хотела убить Джимбо. Убийство было бессмысленно, но она всё равно хотела это сделать.

«Кейтлин! – закричал Сэм. В его голосе слышался страх. – Прошу тебя!»

Кейтлин не владела собой. Она действительно собиралась убить этого парня.

В этот самый момент она услышала рычание и краем глаза заметила собаку. Ротвейлер бросился на неё, оскалив клыки и собираясь вцепиться ей в горло.

Реакция Кейтлин была молниеносной. Она отпустила Джимбо и уже в следующее мгновение поймала на лету пса. Опустившись под собаку, Кейтлин схватила его за брюхо и отшвырнула в сторону.

Ротвейлер пролетел по воздуху пять, а потом и десять метров. Сила броска была настолько мощной, что он пролетел через всё помещение и вылетел сквозь деревянную стену сарая. Стена треснула, пёс взвизгнул и вылетел с другой стороны.

Все, не отрывая взгляда, смотрели на Кейтлин. Они просто не могли понять, свидетелями чего только что стали. Это была сверхчеловеческая сила и скорость, объяснить которую они не могли. Так они и продолжали молча стоять, уставившись на неё и раскрыв рты от удивления.

Кейтлин боролась с целой бурей эмоций. Злость. Печаль. Она не знала, что именно она чувствовала, да и доверять себе и своим ощущениям у неё не было никаких оснований. Она не могла произнести ни слова. Ей нужно было уйти оттуда. Она знала, что Сэм за ней не последует. Он стал совсем другим человеком.

Как и она.

 


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

 

 

 

Кейтлин и Калеб медленно шли вдоль берега реки. Этот берег Гудзона был некрасив, здесь располагались брошенные заводы и топливные склады. Здесь было безлюдно и поэтому спокойно. Оглядевшись, Кейтлин увидела большие глыбы льда, плывущие вниз по реке и расходящиеся на несколько отдельных более мелких кусков. В воздухе слышался тихий звук трескающегося льда. В этот мартовский день льдины выглядели загадочно, отражая свет под самыми неожиданными углами. Ей хотелось сесть на одну из этих льдин и уплыть на ней, куда глаза глядят.

Они шли молча, каждый был погружён в собственные мысли. Кейтлин было стыдно за этот всплеск ярости, который ей пришлось продемонстрировать перед Калебом. Ей было стыдно за её жестокость, за то, что она не могла справиться с чувствами.

Ей также было стыдно за брата, его поведение и за то, что связался с такими неудачниками. Кейтлин никогда не видела Сэма таким. А ещё ей было стыдно, что она втянула во всё это Калеба. Не самый лучший способ познакомиться с её семьёй. Наверное, Калеб совсем в ней разочаровался. От этого Кейтлин было больнее всего.

Но хуже всего было то, что она не знала, что же им теперь делать. В поисках отца Кейтлин возлагала все надежды на Сэма. А теперь у неё не было ни единой зацепки, которая могла бы ей как-то помочь. Если бы у неё были зацепки, то она уже давно бы нашла отца сама, без помощи Сэма. Она не представляла, что теперь скажет Калебу. Теперь он её бросит? Конечно, бросит. Она была ему больше не нужна, ему ведь необходимо было найти меч, так зачем ему с ней оставаться?

Они шли молча, и Кейтлин чувствовала, как её одолевает тревога. Она думала, что Калеб просто ждал подходящего момента, чтобы как можно мягче сказать ей, что он уходит. Уходит, как все, кто когда-либо был в её жизни.

«Извини меня, – мягко проговорила она, наконец, – за мое недавнее поведение. Я прошу прощения за то, что потеряла контроль».

«Не извиняйся. Ты сделала всё правильно. Ты ведь только учишься. А ещё ты очень сильная».

«Я также прошу прощения за брата».

Калеб улыбнулся. «Одна из вещей, которые я уяснил себе за много веков жизни, так это то, что ты не можешь отвечать за свою семью».

Они продолжали путь в тишине. Калеб смотрел на реку.

«Ну, – сказала Кейтлин, – и что теперь?»

Калеб остановился и посмотрел на неё.

«Теперь ты уйдешь?» – спросила она в нерешительности.

Калеб задумался.

«Ты не знаешь, где ещё может быть твой отец? Может, ещё кто-то знал его? Может, что-то может нам помочь?»

Кейтлин уже мысленно рассмотрела все возможные варианты. Ничего. Она отрицательно покачала головой.

«Должно быть хоть что-то, – заявил Калеб категорично. – Вспомни. Напряги память. Ты что-нибудь помнишь?»

Кейтлин попыталась сконцентрироваться. Она закрыла глаза и напрягла память. Очень часто она задавала себя этот же вопрос. Она так много раз видела отца во сне, что уже не могла сказать наверняка, что было сном, а что реальностью. Она детально помнила все сны, в которых видела отца. Все они были одинаковы. Во сне Кейтлин бежала по полю, отец был от неё далеко, но она его видела. Чем ближе она приближалась, тем дальше он удалялся. Это был всего лишь сон, а не настоящее воспоминание об отце.

В её памяти сохранились воспоминания о совместных прогулках с отцом. Она тогда была ещё ребёнком, и отец водил её куда-то. Кажется, это было лето. Кейтлин помнила океан. Было очень тепло. Но опять-таки Кейтлин не была уверена, что воспоминание не было ещё одним сном. Воспоминание было обрывчатым, и она не могла точно сказать, где находился тот пляж.

«Мне правда очень жаль, – сказала Кейтлин, – но я ничего не помню. Я стараюсь не ради тебя, а ради себя, но, правда, ничего не помню. У меня нет ни малейшего понятия, где может быть мой отец. И я совершенно не знаю, как его найти».

Калеб отвернулся от неё и посмотрел на реку. Он глубоко вздохнул. Он посмотрел на лёд, и его глаза вновь поменяли цвет. На этот раз они стали сине-серыми.

Кейтлин чувствовала, что вот он момент, когда Калеб повернётся и объявит о том, что уходит. Он уходит. Она была ему больше не нужна.

Кейтлин была близка к тому, что сочинить какую-нибудь историю, соврать о несуществующих воспоминаниях об отце, об имеющейся у неё зацепке, только чтобы удержать Калеба ещё чуть дольше возле себя. Но при этом она понимала, что не сможет на такое пойти.

Кейтлин была готова расплакаться.

«Я не понимаю, – сказал Калеб, всё ещё глядя на реку, – я был уверен, что не ошибся в тебе».

Он молча смотрел. Казалось, прошли часы, но Кейтлин продолжала ждать окончания фразы.

«И ещё я никак не могу кое-что понять, – серьезно добавил Калеб, повернувшись и посмотрев на Кейтлин. Взгляд его просто гипнотизировал. – Я чувствую что-то, когда ты рядом, но что именно – не могу разобраться. Если с остальными людьми я всегда точно знаю и вижу, что нас связывало в прошлом, вижу, когда и как пересекались наши пути во всех инкарнациях, то с тобой всё по-другому. Всё… туманно. Я ничего не вижу. Такого со мной прежде не случалось. Это похоже на… то, как будто мне кто-то не даёт увидеть нас в прошлом».

«Может быть, мы просто раньше не встречались», – ответила Кейтлин.

«Я бы это знал. С тобой я не вижу ни нашего прошлого, ни нашего будущего. Со мной такое впервые за 3 000 лет. Мне кажется… я тебя откуда-то знаю. И мне кажется, что скоро правда откроется мне. Я уже близок к разгадке, и это сводит меня с ума».

«Ну, – проговорила Кейтлин, – может, нет никакого секрета. Может быть здесь и сейчас – это единственная наша встреча. Их не было в прошлом и не будет в будущем».

Кейтлин сразу же пожалела о своих словах. Опять она говорила глупости. Не подумав, говорила слова, в которые сама не верила. Почему она вообще это сказала? Ведь эти слова были полной противоположностью тому, о чём она думала и что чувствовала. На самом деле она хотела сказать: Да, у меня тоже есть такое ощущение. Мне кажется, как будто мы всегда были вместе и никогда не расстанемся. Но всё пошло наперекосяк, потому что она была слишком взволнована. Теперь она уже не могла взять свои слова обратно.

Как ни странно, но Калеба её слова не отпугнули. Наоборот, он сделал шаг ближе, поднял руку и дотронулся ею до щеки Кейтлин. Он внимательно посмотрел ей в глаза, и Кейтлин заметила, что они вновь поменяли цвет, на этот раз с серого на голубой. Калеб внимательно смотрел на Кейтлин. Напряжение было невыносимым.

Сердце её колотилось, а тело охватил жар. Ещё чуть-чуть и она упадет в обморок.

Калеб пытался что-то вспомнить? Или сказать «прощай»?

Или он собирался её поцеловать?

 


ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

 

 

 

Кайл ненавидел людей, но ещё больше он ненавидел политиков. Он не выносил их поведения, лицемерия и притворной праведности. Его бесила их самонадеянность, не имеющая под собой никакого основания. Большинство из них прожили меньше сотни лет, а он прожил более пяти тысячелетий. Ему становилось физически тошно, когда они говорили об их «прошлом опыте».

Волею судьбы Кайлу приходилось с ними сталкиваться каждый день, проходить мимо них каждый вечер, когда он просыпался ото сна и выходил на улицу через городскую ратушу. Много веков назад Клан Чёрной волны выбрал своим местом обитания подземелья Нью-Йоркской ратуши и всегда тесно сотрудничал с местными политиками. Более того, большинство так называемых политиков, роившихся в этом здании, были тайными членами его клана, продвигающими его политические взгляды как в городе, так и в штате. Как ни крути, но от людей тоже была какая-то польза.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.