Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

МИР СПИРИТИЧЕСКИЙ, ИЛИ МИР ДУХОВ 6 страница



Неразумно, однако, рассматривать детство как нормальное состояние невинности. Разве не видим мы детей, наделенных самыми дурными инстинктами в том возрасте, когда воспитание еще никак не могло оказать на них какого-либо влияния? Разве не видим мы среди них тех, которые, родившись, словно принесли с собою лукавство, ложь, коварство и даже склонность к воровству и убийству, и это все не взирая на хорошие, достойные примеры, коими они постоянно окружены? Гражданский закон прощает им, так как они поступали якобы без разумения; и закон прав, поскольку они и в самом деле поступали более инстинктивно,. чем по размышлению; но откуда, спрашивается, могут происходить эти столь разные инстинкты у детей от одних родителей, у детей одного возраста, воспитанных в одинаковых условиях и подверженных тем же самым влияниям? От чего же еще идет она, эта преждевременная испорченность, если не от порочности самого воплощенного духа, коль воспитание здесь ни при чем? Это значит, что дух их меньше прогрессировал, и они испытывают на себе последствия не своих детских поступков, но поступков предшествующих своих жизней. Получается, что закон един для всех и что божественная справедливость постигает каждого.

§ 40. ПОЛ СРЕДИ ДУХОВ

200. Обладают ли духи полом, т. е. делятся ли они, как люди, на мужчин и женщин?

“Совсем не в том смысле, как вы это понимаете, ибо у вас пол определяется строением вашего организма. Между духами также есть любовь и симпатия, но основываются они на сходстве чувств и мыслей.”

201. Дух, оживлявший тело мужчины, может ли он в новом своем воплощении оживить тело женщины, и наоборот?

“Да, те же самые духи одухотворяют то мужчин, то женщин.”

202 В состоянии духа человек предпочитает воплощение в каком теле: в мужском или женском?

“Для духа это маловажно; сие определяется испытаниями, которым он должен подвергнуться.”

+ Духи воплощаются как мужчинами, так и женщинами, потому что сами по себе они бесполы. Так как они должны развиваться всесторонне и во всех направлениях, то каждый пол,, равно как и каждое общественное положение, предлагает ям свои особые испытания и обязанности, а также дает возможность набраться необходимого опыта. Тот, кто всегда был мужчиною, смог бы знать лишь то, что знают мужчины, и не более того. Но это еще далеко новее, что следует знать.

§ 41. РОДСТВО. РОДСТВЕННЫЕ СВЯЗИ

203. Передают ли родители детям своим часть своей души или же они лишь сообщают им животную жизнь, к каковой новая душа позднее добавит жизнь нравственную?

“Одну только животную жизнь, ибо душа неделима. У глупого отца могут быть умные дети, и наоборот.”

204. Поскольку у нас было много существований, то не выходят ли тем самым наши родственные связи за пределы нынешнего нашего существования?

“Это иначе и не может быть. Следование телесных существований устанавливает между духами связи, коие восходят к вашим предшествующим существованиям; отсюда зачастую — корни симпатии между вами и некоторыми духами, каковые вам представляются посторонними.”

205. По мнению некоторых, учение о перевоплощении разрушает семейные узы тем, что выводит 'их за пределы нынешнего существования.

“Оно расширяет их, а не разрушает. Так как родство основано на предшествующих привязанностях, то узы, соединяющие членов одной и той же семьи, становятся от того лишь более прочными. Это учение усиливает чувство братства между людьми, поскольку в вашем соседе или в вашем слуге может находиться дух, ранее состоявший с вами в кровном родстве.”

— И все-таки оно уменьшает ту значимость, каковую некоторые склонны придавать своему родству, поскольку отцом может оказаться дух, ранее принадлежавший совсем к иному роду или иному сословию.

“Это так, но подобная значимость зиждется лишь на гордыне: большинство людей почитает в своих предках их титулы, знатность, богатство. Иной устыдятся, имея предком честного сапожника, и горд тем, что происходит от распутного дворянина. Но не в их власти помешать тому, что есть, ибо Бог устроил законы природы не по их тщеславию.”

206. Из того факта; что между духами-выходцами из одной и той же семьи нет родства, следует ли, что сам по себе культ предков нелеп?

“Конечно же, нет, ибо подобает быть счастливым от сознания того, что принадлежишь к роду, в каком прежде воплощались высокие духи. Хотя духи и не происходят друг от друга, они тем не менее питают привязанность к тем, кто связаны с ними родственными узами, ибо духи эти нередко притягиваются к той или иной семье чувством симпатии или предшествующими связями. Но будьте уверены, что духи ваших предков совсем не бывают тронуты тем почитанием, каковые вы воздаете им из гордости или тщеславия; достоинства их снизойдут на вас в том случае, если вы будете силиться следовать тем добрым примерам, какие они вам преподали, и тогда лишь ваша память о них может быть им не только приятна, но и полезна.”

§ 42. СХОДСТВО ВО ВНЕШНОСТИ И ХАРАКТЕРЕ

207. Родители нередко передают своим, детям особенности своей внешности. Передают ли. они им так же и некоторые особенности своего характера?

“Ни в коем разе, поскольку у них разные души и они являются совершенно иными индивидуальностями. Тело происходит от тела, но дух не происходит от духа. Между членами семьи есть лишь кровное родство.”

— Чем объясняется сходство характеров, существующее порою между родителями и детьми?

“Это симпатизирующие духи, привлеченные сходством наклонностей.”

208. Имеет ли дух родителей влияние на дух ребенка уже после его рождения?

“Он имеет на него очень большое влияние; как мы сказали, духи призваны содействовать прогрессу друг друга. Так вот! Дух родителей предназначен развить дух своих детей через воспитание: это святая обязанность родителей, и если они с ней не справятся, они виновны.”

209. Почему у хороших и порядочных родителей нередко рождаются дети, природа коих порочна? Иначе говоря, почему положительные качества родителей не всегда через симпатию привлекают хорошего духа, чтобы оживить их ребенка?

“Дурной дух может испросить себе хороших родителей в надежде на то, что советы их направят его по лучшему пути, и нередко Бог его им вверяет.”

210. Могут ли родители мыслями своими и молитвами призвать в тело их ребенка доброго духа и отвратить духа низшего?

“Нет; но они могут улучшить того духа, что живет в теле рожденного ими ребенка и коий для того им собственно и вверен: это долг их. Плохие дети всегда суть испытание для родителей.”

211. Чем вызвано сходство характеров, столь часто существующее между двумя братьями, особенно у близнецов?

“Симпатизирующие духи, сблизившиеся через сходство чувств, которые счастливы быть вместе.”

212. У детей, тела которых соединены, а некоторые органы общие, два ли у них духа? Иначе говоря, две ли у них души?

“Да, но их сходство нередко превращает их в ваших глазах в одну.”

213. Поскольку духи воплощаются в близнецов по симпатии, то чем тогда вызвана та неприязнь, каковая порою среди них наблюдается?

“Это совсем не обязательно, чтобы у близнецов были бы только симпатизирующие друг другу духи; дурные духи также могут желать совместно бороться в драме жизни.”

214 Как относиться к историям о детях, дерущихся в чреве матери?

“Метафора! Дабы обрисовать, что ненависть их закоренелая, ее заставляют предшествовать самому их рождению. Обыкновенно вы не вполне сознаете поэтические фигуры.”

215. Каково происхождение национального характера, присущего каждому народу?

“У духов также есть семьи, основанные на сходстве их наклонностей и интересов, более или менее очищенных согласно степени их восхождения. Так вот! Каждый народ — это большая семья, в которую собираются симпатизирующий духи. Та склонность, на основе каковой члены этих семей стремятся к соединению, и является источником сходства, существующего в отличительном характере каждого народа. Или ты, быть может, думаешь, будто благие и человечные духи воплощаются в народе грубом и жестоком? Нет, духи симпатизируют толпам, как симпатизируют они отдельным личностям: и только среди них они ощущают себя в своей стихии.”

216. В новых своих существованиях сохранит ли человек следы той нравственной природы, которая была присуща ему в предыдущих его существованиях?

“Да, это может случиться: но, улучшаясь, он меняется. Его общественное положение также может стать иным: если из хозяина он делается рабом, то и его вкусы также будут совсем другими, и вам тогда трудно будет его узнать. Поскольку это все тот же самый дух проходит чрез различные свои воплощения, то его проявления и в той и в другой жизни могут иметь некоторые аналоги, пока какое-то значительное улучшение не изменит полностью его характера, и тогда, например, из злого и надменного, если раскаяние постигло его, он может стать смиренным и добрым.”

217. Сохраняет ли человек в последующих воплощениях следы своей внешности из предыдущих существований?

“Старое тело разрушено, а новое не имеет никакого отношения к старому. Однако дух отражается в теле; конечно же, тело не более чем материя. Но, несмотря на это, оно скроено по качествам оживляющего его духа, который сообщает телу определенный облик: главным образом проявляется это в лице, и истинно глаза были названы „зеркалом души", т. е. душа более всего отражается в лице, Так, иное лицо чертами своими до крайности некрасиво и, однако, имеет в себе нечто такое, что заставляет нравиться, ибо оно — отражение духа благого, мудрого, человечного: и в то же время бывают лица физически очень красивые, но не производящие никакого впечатления, более того, несмотря на всю красоту их, вызывают даже отвращение. Так что не подумай, будто лишь хорошо сложенные тела являются оболочкою самых совершенных духов: ты ведь всякий день встречаешь хороших людей с самой непривлекательной внешностью. Подобие вкусов и наклонностей, не имея резко выраженного сходства, может, стало быть, дать то, что называют “семейным сходством.”

+ Так как тело, которым душа облачается в новом своем воплощении, Не имеет никакого необходимого отношения к тому телу, которое она покинула в предыдущей жизни, поскольку нынешнее тело она, скорее всего, получила из совершенно иного источника, то было бы несуразно говорить о внешнем сходстве в разных существованиях, которое может быть лишь случайным. Однако свойства самого духа зачастую видоизменяют органы, служащие для проявления этих свойств, и накладывают на лицо человека, на все его поведение свою отличительную печать. Так, в обличий самого угнетенного и бесправного среди людей можно увидеть черты величия и достоинства, и в то же время под личиной большого вельможи может просматриваться выражение низости и подлости. Иногда те, кто вышел из самых низов, без труда усваивают великосветские манеры и привычки; кажется, словно они вновь обрели там свою естественную стихию: тогда как другие, невзирая на свое рождение и образование, оказываются, там всегда не на месте. Как еще иначе объяснить это явление, если не отражением того, чем дух был прежде?

§ 43. ВРОЖДЕННЫЕ ИДЕИ

218. Сохраняет ли воплощенный дух какой-либо след восприятий, которые он получил ранее, и знаний, какими он обладал в предшествующих своих существованиях?

“Ему остается некое смутное, воспоминание обо всем этом, дающее ему то, что принято называть „врожденными идеями".”

— Стало быть, теория врожденных идей не химера?

“Нет, знания приобретенные в каждом существовании, не утрачиваются, и, освободившись от материи, дух все вспоминает. В пору воплощения он может на время их частично забыть, но смутное ощущение их, ему остающееся, помогает его продвижению; без этого каждый раз приходилось бы начинать все сначала. В каждом новом своем воплощении дух берет отправную точку в том отрезке собственного пути, на котором он остановился в предыдущем существовании.”

— Таким образом, между двумя соседними существованиями должна быть сильная взаимосвязь?

“Не всегда настолько сильная, как ты бы мог подумать, ибо положения зачастую весьма различны, ив промежутке между воплощениями дух также мог прогрессировать.” (См. №216).

219. Каково происхождение незаурядных способностей у тех, кто без предварительного обучения обладают как бы наитием некоторых знаний, таких, как языки, счет и т. п.?

“Воспоминания о прошлом: предшествующий прогресс души, но коего она сама не сознает. Откуда бы ты хотел, чтоб они приходили? Тело меняется, но дух остается тот же, хотя и меняет свое одеянье.”

220. Возможно ли, с изменением тела, утратить и некоторые интеллектуальные способности, например потерять вкус к искусствам?

“Да, если человек осквернил этот интеллект или дал ему недостойное употребление. Помимо того, всякая способность может дремать во время своего существования, поскольку дух желает упражнять другую свою способность, никак не связанную с предыдущей; тогда она остается в непроявленном состоянии, чтобы вновь проступить позднее.”

221. Не лежит ли в основе инстинктивного ощущения существования Божьего и предчувствия грядущей жизни, коими человек обладает даже в нецивилизованном своем состоянии, не лежит ли в основе их опять-таки воспоминание?

“Да, это воспоминание, которое он сохранил из того, что знал как дух перед воплощением: но гордыня часто душит это чувство.”

— Не этому ли воспоминанию обязаны и некоторые верования, касающиеся спиритического учения, и те, что можно встретить у всех народов?

“Это ученье старо, как мир; и именно потому оно встречается повсюду, и в этом лишь доказательство того, что оно истинно. Воплощенный дух, сохраняя наитие о своем состоянии в духе, обладает инстинктивным сознанием незримого мира, но часто оно искажено суевериями, а невежество добавляет туда свои предрассудки.”

Глава Пятая

РАССУЖДЕНИЯ О МНОЖЕСТВЕННОСТИ СУЩЕСТВОВАНИЙ

§ 44. МНОЖЕСТВЕННОСТЬ СУЩЕСТВОВАНИЙ

222. Догмат о перевоплощении, скажут некоторые, весьма не нов: это воскрешение взглядов Пифагора. Но мы никогда и не говорили, будто спиритическое учение является новейшим изобретением. Спиритизм, будучи законом природы, должен был существовать от начала времен, и мы всегда старались доказать, что следы его отыскиваются еще в самой глубокой древности. Пифагор, как известно, не создатель учения о метампсихозе: он почерпнул его у индийских философов и у египтян, где оно существовало с незапамятных времен. Идея о переселении душ была, таким образом, общенародным верованием, принятым также и выдающимися людьми. Каким путем пришла она к ним? Через откровение или наитие? Мы этого не ведаем: но как бы то ни было, никакая идея не проходит сквозь века и не бывает одобрена избранными умами, если она не имеет на то серьезного основания. Древность этого учения, стало быть, скорее доказательство истинности его, чем возражение против него. Во всяком случае, что также известно, между метампсихозом древних и современным учением о перевоплощении есть та существенная разница, что духи самым решительным образом отвергают возможность переселения человека в животных и, до известной степени, наоборот *.

Духи, преподавая учение о множественности телесных существований, возрождают, стало быть, ту теорию, которая народилась на свет еще в первые годы мира и сохранилась до наших дней в сокровенной мысли многих людей; только духи представляют ее нам с точки зрения более рациональной, соответствующей эволюционистским законам природы и в большей гармонии с мудростью Создателя, очищая учение это ото всех атрибутов суеверия. При этом обстоятельство, достойное быть упомянутым: в последнее время не в одной только данной книге они нас к нему приобщают; еще до опубликования ее в разных странах были получены многие и многие сообщения того же рода, и с той поры они значительно приумножились. Здесь, быть может, уместно будет рассмотреть, почему не все духи представляются согласными по этому поводу: мы вернемся к этому позднее.

Рассмотрим вопрос с другой точки зрения, абстрагировавшись от всякого вмешательства духов; на время оставим их в стороне. Предположим, что теория эта не создана ими; предположим даже, что никогда не было и речи о самих духах. Встанем временно на нейтральную почву, в равной степени допуская вероятность той и другой гипотезы, а именно, с одной стороны, множественность телесных существований и, с другой, единственность нашего существования в теле, и посмотрим, в какую сторону направят нас разум и наш собственный интерес.

Некоторые отвергают идею перевоплощения из того единственного побуждения, что она их не устраивает, и говорят, что с них вполне достаточно и одной такой жизни и что они не хотели бы снова начинать другую подобную. Мы знаем некоторых, кого одна только мысль о том, чтобы вновь появиться на земле, заставляет вскакивать от ярости. Мы можем лишь спросить их, уж не думают ли они, будто Бог испрашивал их мнения и советовался с их вкусом, чтобы установить законы, управляющие Вселенной. Так что из Двух одно: либо перевоплощение существует, либо же оно не существует; и если оно существует, то напрасный труд отрицать его: им придется претерпеть его и Бог не станет на то спрашивать их соизволения. Не то это все равно, как если бы больной сказал: “Я достаточно настрадался и не желаю страдать еще и завтра”. Сколь бы ни было плохо его настроение, ему тем не менее придется страдать и завтра, и в последующие дни, покуда он не выздоровеет. Если таким людям потребуется вновь ожить в теле, то они оживут вновь, вновь воплотятся. И напрасно станут они бунтовать, словно дети, не желающие идти в школу, или осужденный, отказывающийся идти в тюрьму: им все равно придется пройти через это. Подобные возражения слишком ребячливы, чтобы быть достойными более серьезного рассмотрения. Но все же мы скажем сторонникам их, дабы их ободрить, что спиритическое учение о перевоплощении не так страшно, как то может им показаться, и что если бы они потрудились основательно изучить его, то не были бы столь им напуганы. Они бы знали, что условия этого нового существования зависят от них самих: оно может быть счастливым или несчастным в зависимости от того, что они сделали здесь сейчас, и они могут и с. этой жизни подняться так высоко, что им не надо будет больше опасаться упасть вновь в подобную трясину.

Мы предполагаем, что говорим с людьми, верящими в какое-то будущее, ожидающее их после смерти, а не с теми, кто единственной перспективой себе Делает небытие или кто хочет потопить душу свою во вселенском целом, без индивидуальности, подобно тому

как капли дождя тонут в океане, что по сути дела почти то же, как если бы душа переставала существовать. Если, стало быть, вы верите в некоторое будущее, вас ожидающее, вы, несомненно, не допускаете той мысли, что оно будет одинаково для всех, иначе в чем была бы целесообразность добра? К чему бы тогда ограничивать, сдерживать себя? Почему не удовлетворить все свои страсти, все свои желания, будь то даже в ущерб ближнему, поскольку тогда ущерб этот не имел бы никакого значения? Вы верите, что это будущее будет в большей или меньшей степени счастливым или несчастливым в зависимости от того, что мы сделали при жизни; и у вас тогда возникает желание быть в этом будущем настолько счастливым, насколько только возможно, поскольку это должно длиться целую вечность, не так ли? Но имели бы вы при этом дерзость полагать, будто вы самый совершенный из людей, когда-либо существовавших на Земле, и что таким образом вы имеете незамедлительное право на высшее блаженство избранных? Ведь, наверное, нет. Вы, значит, допускаете, что есть люди лучшие вас и имеющие право на лучшее место, что, однако, вовсе не значит, будто вы сами находитесь среди отверженных Так вот! Мысленно поставьте себя на минуту в это среднее положение, которое будет вашим истинным положением, как вы сами только что согласились, и предположите, что некто говорит вам: “Вы страдаете, вы не настолько счастливы, насколько могли бы быть. Но вот перед вами существа безраздельно счастливые, не хотели бы вы переменить свое положение на их?” — Разумеется, скажете вы: но что нужно для этого сделать? — “Да совсем ничего; только заново начать то, что вы сделали плохо, и постараться сделать это лучше.” Стали бы вы колебаться, принять вам такое предложение или нет, пусть бы даже ценой нескольких жизней, наполненных испытаниями? Возьмем сравнение более прозаическое. Если бы какому-нибудь человеку, не пребывающему в крайней нужде, но все же испытывающему лишения из-за скудости средств, сказали: “Вот вам огромное богатство, вы можете им пользоваться, но только для этого надо как следует потрудиться одну минуту”, то, будь он даже самым последним лентяем на свете, он скажет, не колеблясь: “Потрудимся минуту, две, час, целый день, если надо; невелика цена за то, чтобы провести остаток жизни в изобилии!” Между тем, что такое длина всей телесной жизни в сравнении с вечностью? Меньше чем минута, меньше чем секунда.

Слышали мы и такое рассуждение: “Бог, коий верховно благ, не может навязывать человеку заново пройти эту череду страданий и терзаний”. Не считают ли случайно сторонники такого взгляда, будто более доброты в той, чтобы осудить человека на страдания вечные за несколько мгновений заблуждения, нежели дать ему средства исправить свои ошибки? У двух промышленников было по рабочему, каждый из которых мог рассчитывать на то, чтобы стать помощником начальника. Но вот вышло так, что оба этих рабочих очень плохо отработали свой день и оказались достойны того, чтобы их уволили. Один из промышленников прогнал своего рабочего, не взирая на его мольбы, и тот, не найдя работы, умер с голоду. Другой сказал своему: “Вы потеряли день, вы должны мне его возместить. Вы плохо сделали свою работу, и вам придется ее переделать. Я позволю вам начать заново. Старайтесь хорошо сделать свое дело—и я оставлю вас у себя, и вы всегда сможете стремиться к старшей должности, которую я вам обещал”. Есть ли нужда спрашивать, который из двух промышленников был наиболее гуманен? И Бог, само милосердие, неужто он непреклоннее человека? Мысль о том, что наша судьба навсегда решается несколькими годами испытаний, тогда как не всегда от нас самих зависело достичь на земле совершенства, способна повергнуть в самое беспросветное уныние, но противоположная ей идея действует в высшей степени ободряюще, ибо она оставляет нам надежду. Таким образом, не высказываясь за или против множественности существований и не отдавая предпочтения той гипотезе или иной, мы говорим, что будь у нас выбор, никто бы не отдал предпочтение приговору, не подлежащему обжалованию. Один философ сказал, что если бы Бога не было, то его следовало бы выдумать ради блага рода человеческого; то же самое можно было бы сказать и о множественности существований. Но, как мы уже говорили, Бог не спрашивает нашего на то позволения, не советуется с нашим вкусом: все это либо есть, либо его нет; так что следует выяснить, что же происходит на самом деле, а для этого давайте рассмотрим вопрос этот с иной точки зрения, как проблему философскую, полностью оставив в стороне учение духов, словно бы его вообще не было.

Если перевоплощения нет, то остается одно лишь телесное существование, это вполне ясно. Если наше нынешнее телесное существование — это единственное, что мы имеем, то душа каждого человека создается при его ' рождении, если только не допустить первичность души. Но тогда надо спрашивать себя, чем была душа до этого рождения и не будет ли тогда это ее состояние также некоторым существованием в какой-либо иной форме. Середины нет: либо душа существовала до того, как вселиться в тело, либо она сформировалась после появления тела. Если она существовала прежде тела, то каково тогда было это существование? Было у нее самосознание или нет? Если не было, то это почти то же, как если бы она не существовала; но если у нее была своя индивидуальность, то она должна была либо развиваться, либо быть неподвижна; в том и другом случае какого уровня сознания достигла она в теле? Если же допустить, по распространенному верованию, будто душа рождается вместе с телом или, что то же самое, перед своим воплощением обладает лишь отрицательными способностями, то тогда необходимо задаться следующими вопросами:

1. В чем причина того, что душа проявляет склонности, способности столь различные и не зависящие от понятий, привитых воспитанием или образованием?

2. Откуда у некоторых детей в самом раннем возрасте появляется экстранормальная способность к какому-либо искусству или к той или иной науке, тогда как остальные остаются всю жизнь посредственностями и середняками?**

3. Откуда у одних есть врожденные и интуитивные идеи, которых нет у других?

4. Откуда у некоторых детей берутся это врожденное чувство достоинства или низости, эти ранние инстинкты порока или добродетели, резко несогласные со средой, в которой дети эти родились и выросли?

5. Почему некоторые люди, независимо от образования, более продвинуты, чем другие?

6. Почему есть дикари и есть люди цивилизованные? Если вы в младенческом возрасте возьмете ребенка готтентота и воспитаете его в самых прославленных наших лицеях, то сделаете ли вы когда-нибудь из него Лапласа или Ньютона?

Мы спрашиваем, какая философия или теософия может решить эти проблемы? Либо души при рождении своем равны, либо они не равны, в этом нет сомнения. Если они равны, то почему тогда столь огромны различия в способностях? Может, кто-нибудь скажет, что это зависит от организма? Но тогда перед нами теория самая чудовищная и безнравственная: человек тогда — всего лишь машина, игрушка, находящаяся во власти материи; он более не ответствен за свои поступки; он может всегда сослаться на свои физические несовершенства. Если же они не равны, то это потому, что их такими создал Бог; но тогда в чем причина того, что Он Даровал одним превосходство, которого лишил других. Подобная пристрастность, согласуется ли она с Его справедливостью и с равною любовью, коию Он питает ко всем созданиям своим?

Но предположим, напротив, некоторую последовательность предшествующих, все возрастающих 'существований, и вот все объяснено. Люди, рождаясь, приносят с собой наитивное знание того, что они приобрели. Они оказываются более или менее продвинутыми в зависимости от числа прожитых ими жизней, -в зависимости от того, насколько далеко они ушли от отправной точки: в совершенном подобии с тем, как на собрании людей всех возрастов каждый будет развит в прямой зависимости от числа прожитых им лет. Сменяющие Друг Друга существования будут для жизни души тем же, чем годы являются для жизни тела. Соберите однажды сто человек с возрастом от одного года до ста: предположите, будто покров забвения наброшен на все их предыдущие дни, будто нет ничего, кроме настоящего, и что вы, в неведении своем, полагаете людей этих родившимися в один и тот же день: вы, естественно, спросите себя, как происходит то, что одни велики, а другие малы, одни стары, а другие молоды, одни учены, а другие еще невежественны: но если туман, скрывающий от вас их прошлое, развеется, если вы узнаете, что все они жили более или менее долго, то все для вас окажется объясненным. Бог, в справедливости своей, не мог бы создать одни души более, другие менее совершенными: но со множеством существований неравенство, видимое нами, больше уже ничем не противоречит самой строгой справедливости, мы тогда начинаем понимать, что все это не более чем обман зрения, что неравенство это происходит лишь оттого, что мы видим одно только настоящее этих душ, а не их прошедшее. Это рассужденье, скажете вы, основывается ли оно только лишь на какой-то системе, на каком-то безосновательном предположении? Нет, мы исходим из очевидного, неопровержимого факта — неравенства способностей и умственного, нравственного развития, и мы находим этот факт необъясненным всеми теориями, имеющими хождение; тогда как объяснение ему самое простое, естественное, закономерное дается другой теорией. Разумно ли предпочитать ту, что ничего не объясняет, той, которая объясняет все?

По поводу шестого вопроса, без сомнения, скажут, что готтентот принадлежит к низшей расе; тогда мы спросим, человек готтентот или нет. Если это человек, то почему тогда Бог лишил его и его расу тех привилегий, которые Он даровал расе, к примеру кавказской? Если же он не человек, то к чему тогда стремиться сделать его христианином? Спиритическое учение выше этого: для него нет разных человеческих рас, есть лишь люди, дух которых более или менее отстал, но способен идти вперед. Не более ли согласуется это с Божественной справедливостью?

Мы только что видели душу в ее прошедшем и настоящем, но если мы рассмотрим ее в ее будущем, мы встретим тезке трудности.

1. Если единственное нынешнее существование должно решать нашу грядущую участь, то каково в будущей жизни различие в положении у нынешнего дикаря и у человека цивилизованного? Находятся ли они на одном уровне или же как-то отдалены друг от друга в сумме вечного блаженства?

2. Участь человека, всю жизнь трудившегося над самосовершенствованием, тождественна ли она судьбе того, который остался на низшем уровне, хотя остался он на нем не по своей вине, но потому лишь,, что у него не было ни времени, ни возможности заняться совершенствованием себя?

3. Человек, творящий зло потому только, что он не мог приобщиться к истинному знанию, будет ли он ответственен за такое состояние вещей, хотя от него и не зависело состояние это изменить?

4. Многое делается для просвещения людей, воспитания их нравственности, приобщения их к культуре; но на одного просвещенного приходятся тысячи тех, которые умирают прежде, чем свет знания достигнет их. Какова будет участь этих последних? Становятся ли они отверженными? В противном случае что сделали они для того, чтобы оказаться достойными быть в числе других?




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.