Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Бонус. Tour Book Remake. 6 страница



Мне очень повезло, что находясь в One Direction, я могу встречать разных людей. Тех, чьим фанатом я был, когда был ребенком. Было так много известных людей, с которыми нам удавалось встретиться, и я не собираюсь упомянуть их всех здесь, но некоторые из них действительно выделяются. Возьмем, например, Мартина Скорсезе. Он приехал, чтобы встретить нас за кулисами на Мэдисон Сквер Гарден, и это было просто самым нереальным моментом в моей жизни. Когда вы встречаете того, чье имя настолько известно, того, кого все без исключения признают гением, это является странным чувством. Вы знаете, что вы на самом деле в присутствии человека, который изменил все, и который действительно причастен ко многим появившимся вещам.

Если я встречаю подобных людей, я, как правило, полностью в восторге от них. Я слегка помешан на звездах. И, конечно же, я понимаю, что некоторые люди тоже могут испытывать это при встрече с группой. Это странно для нас, и мы видим, что некоторые фанаты всерьез так считают. Тогда я начинаю задаваться вопросом: «Вот это то, как люди на самом деле видят меня? Как популярного?» Мы просто люди, и лишь то, чем мы занимаемся, обозначает, что мы должны находиться в этом слегка непривычном положении. Кроме того, как мы вообще отличаемся от других? То же самое касается и Мартина Скорсезе и всех тех известных людей, которых я встречал. Они просто люди. Забавно то, что я ненавижу слово «слава», потому что я не думаю, что это должно описывать кого-то. Вы часто слышите, как люди говорят: «Это вот тогда, когда он был популярным, а это уже потом, когда он уже не популярен». Это будто обозначает, что человек имеет некую неспособность сейчас, потому что он не так знаменит, как был раньше. Это как часовые пояса. Люди используют период, когда кто-то был известен как что-то особенное. В этом смысле я и не люблю это слово.

Я заметил, что мне доставляет удовольствие встречать людей, чьими фанатами являются и мои родители! Каким-то образом это делает все еще более особенным, и мне нравится рассказывать об этом потом моей маме и папе, или вообще сделать все возможное, чтобы они и сами встретились с ними. Я сам начинаю радоваться, когда вижу их счастливыми при виде этих звезд. Я однажды говорил со своим папой о Робе Стюарте, и он рассказал мне о прошлогоднем концерте, когда он забрался на трибуну, чтобы лишь взглянуть на Роба одним глазком. Мне нравится, когда похожие вещи случаются.

Я всегда стараюсь учиться чему-то новому от людей с большим опытом, чем у меня. Мне кажется, что я могу научиться многому от звезд, которых я где-то случайно встречаю, потому что в итоге все эти суперзвезды оказываются такими приземленными и легкими в общении. Я считаю, что такое вполне возможно: ты можешь быть участником успешной группы и быть под прицелом множества людей, но при этом не становиться дивой. Также это дает мне понять, что все эти люди являются просто людьми. Возвращаясь к тому, что я говорил в начале этой главы, то, как с раннего возраста мои родители говорили, что мы все равны. Я на самом деле считаю, что мой высокий профиль не делает меня особеннее. Если ты приложишь к этому усилия, ты всегда найдешь что-то, что удержит тебя «на земле» вместе с остальными.

Мероприятия, связанные с нашим третьим альбомом «Midnight Memories», были просто сумасшедшими. Съемки фильма «This Is Us» также были прекрасным опытом. Мы привыкли быть под прицелом камер, так что это было весело. Видеть то, как люди наслаждались его просмотром, было просто невероятным. Лестер-Сквер, что ж, что ты можешь сказать об этом? Что за прекрасный день! Я думаю, что это было одним из тех мероприятий, на которых мы могли осознать что, может быть, наша группа является такой масштабной, и что может быть мы и правда неплохо поработали. Это был редкий момент, когда ты оглядываешься на все это с самого начала. Мы так наслаждались этим днем! То же самое и с 1D Day. Как ты можешь не насладиться всей этой поддержкой от столького количества людей в один день? Так же было приятно опробовать новые технологии. Фанаты заслуживают отдачи. Нам так повезло с нашими фанатами, что иногда мы нуждаемся, чтобы нас ущипнули, чтобы прийти в себя.

Подготовка к туру была замечательной. Когда мы впервые увидели сцену на наших репетициях, у нас просто пропал дар речи. Этот предоставленный шанс - выступать перед стольким количеством фанатов в разных странах – является честью для нас. Также лично я не могу дождаться этого взрыва эмоций во время живых выступлений. Я не совру, если скажу, что адреналин, который ты получаешь как наркотик, может вызывать привыкание. Если мне придется покинуть эту среду, где я даю живые выступления перед толпой, я бы, без сомнения, очень скучал по этому адреналину. Я думаю это лучшее, что ты вообще можешь иметь. Это такие чистые и непередаваемое эмоции. Это чистое наслаждение, кайф и эта волна возбуждения являются просто потрясающим чувством. Иметь шанс заниматься этим по всему миру; повторюсь, это то, за что мы никогда не перестанем быть благодарными.

Мне кажется, что создание One Direction было нашим шансом один на миллион. Такие вещи не появляются из ниоткуда и происходят не так уж и часто, так что, в некотором смысле, это уникально для нас быть способными понять, как это все принять и как вообще к этому относиться. Да, это что-то совершенно сумасшедшее время от времени, но нас тут пятеро. Пятеро тех, кто точно знает, что чувствуют остальные участники в группе. Это всегда было большим плюсом нахождения в группе. Что бы то ни случилось, как бы все не повернулось, мы всегда будем иметь что-то общее, и это то, через что мы прошли все вместе. Все то, что произошло с One Direction, если вы задумайтесь об этом, было просто умопомрачительным. Много людей скажут вам, что жизнь очень коротка. Легко было бы думать об этом как о чем-то избитом, но то, что я узнал за весь этот путь, и является тем, что жизнь так коротка, и что вы просто обязаны наслаждаться ею настолько, насколько это вообще возможно.

В большинстве случаев, многие люди хотят быть знаменитыми и жаждут внимания, которое сопровождает всю эту популярность, но как только они получают ее, они такие: «О! А это не всегда приятно!» Но вы действительно должны думать про себя, что тут нет ничего, о чем бы вы могли постоянно жаловаться и думать, что это того не стоит. Плюсы всегда перевесят минусы.

Я очень благодарен за возможность, которую мне дала эта группа. Есть много работ, на которых все очень требовательны к вам и часто вы остаетесь недооцененным. Для сравнения, у меня действительно не так много вещей, на которые я мог бы пожаловаться. Мне невероятно повезло, что у меня появилась эта возможность и вообще все то, что происходит со мной. Со всеми нами.

 

 

Зейн Малик.

 

Мне повезло, что я вырос в большой и дружной семье, потому что у меня множество потрясающих воспоминаний из детства. Жизнь в Брэдфорде, городке в северной Англии, была интересной, но порой бросала вызовы. Это замечательное место, где ценятся семейные отношения и единство общества. Хотя, когда я был ребенком, семьи часто приезжали и уезжали оттуда, так что это общество менялось довольно быстро.

Оно повлияло на меня, хотя бы потому, что во мне течет не одна кровь. Когда я был совсем маленьким, я и подумать не мог, что тот факт, что ты одновременно и ирландец, и англичанин, в жилах которого течет восточная кровь, может быть для кого-то проблемой; я просто веселился, играя со своими тремя сестрами и друзьями. Но, когда я взрослел, некоторые дети стали задавать вопросы, и тогда я начал осознавать, что они думали, что я… как это сказать? — другой.

Дети любят всегда и все раскладывать по каким-то категориям, это просто такая неотъемлемая часть детства, потому что это помогает им понимать окружающий их мир. Это неплохо, просто это такая детская черта — они любопытны. Вполне нормально, когда в школе тебя спрашивают, за какую команду по футболу ты болеешь или какие группы слушаешь, но, когда я немного подрос и присоединился к различным социальным группам в школе, некоторые дети стали задавать вопросы, которые я попросту не понимал. «Откуда твои родители?» или «Откуда ты?», а также «Почему твоя мама белая, а отец – темный?» Честно говоря, последний вопрос у меня никогда не возникал, как и ответ на него, поэтому я даже не знал, что им говорить.

Я был озадачен, но не тем, кем же я был и что же было для меня важно, а тем, почему эти дети вообще меня об этом спрашивают. Я не мог понять, почему это вообще имело для них значение. Это сбивало с толку. Я просто думал: «Почему вам это так интересно? Что это значит для вас? Моя мама — это моя мама, а мой отец — мой отец».

В детстве я предпочитал оставаться с собой наедине. Мне нравится мое личное пространство и мне нравится возможность оставаться самим собой и заниматься любимым делом. То, что я был единственным мальчиком в семье с тремя девочками, означало то, что у меня было не так много возможностей, чтобы остаться дома совсем одному, побыть в своей комнате, играть в компьютерные игры, читать комиксы, заниматься всякой мальчиковой ерундой. Мне нравилось ходить в школу, но у меня не было кучи приятелей, лишь пара настоящих друзей. Думаю, во мне всегда было это стремление к независимости.

Очень интересно то, как развивалась моя независимость в период моего взросления. Когда я был подростком, я знал - другие дети считали, что я отличаюсь от них, и это иногда вызывало проблемы. Вы, очевидно, хотите, чтобы вас принимали в обществе - никто не хочет «быть за бортом». Тем не менее, мне нравилось быть другим. Я понял, что, на самом деле, это круто быть не похожим на других! Когда мне было 15, я наслаждался этим.

Когда One Direction стали популярными, я стал более уверенным в себе. Я был счастлив. Музыка и шоу-бизнес - это такое разнообразное и интересное место работы, и те люди, которых вы встречаете – индивидуальны. Шоу бизнес приветствует и поощряет «других» людей. Так что, я должен признаться, что с начала существования группы это не было проблемой. Люди, которые окружают меня (товарищи по группе, руководство, работники тур-команды) считают, что я не испытывал то чувство снова. Сейчас, в мои 20, я вижу, что те невзгоды, которые я пережил в детстве сделали меня тем, кем я сейчас являюсь.

Я был непростым ребенком, хотя, как я уже объяснял ранее, когда я был младше, я был очень гиперактивным. Я был полон энергии всегда и везде, своего рода ребёнок, который постоянно смеётся и шутит, пытаясь доставать других! Моя мама была удивительно терпеливой, но иногда говорила: «Зейн! Успокойся! Сиди спокойно, пожалуйста!» Но мне было просто невозможно усидеть на месте более 5 секунд. Это дошло до того, что моя мама не знала, как меня отвлечь, поэтому она отвела меня к врачу, чтобы выяснить, что она должна делать. Они сделали все эти тесты, и, в конце концов, решили, что это непереносимость витамина C, который и был причиной гиперактивности. Если бы я съел что-нибудь, где есть этот витамин, то я бы просто сошёл с ума. В итоге мне сказали, чтобы я не ел апельсины и те фрукты, которые содержат витамин С, и это очень помогло. Я стал более сдержанным, когда повзрослел. В возрасте 17 или 18 лет я, естественно, стал спокойнее - по иронии судьбы, в основном, во времена «Икс-Фактора».

До этого я участвовал в шоу и выступал уже несколько лет. Я пел в хоре, когда учился в начальной школе, и мне это нравилось. Мне было около 12, когда я начал выступать. Я не уверен, что моя первоначальная мотивация была в оценке по пению, или в том, чтобы выступать на сцене. Я ходил в школу искусств и довольно быстро заметил, что многие ребята заинтересованы в актёрской игре и в исполнении; это были не просто девчачьи штучки, как большинство моих одногодок думали. Тогда я понял, что если я буду участвовать во всех занятиях и представлениях, то смогу привлечь внимание девушек. Я подумал про себя: «Все взрослые и красивые девушки заметят меня». Отношение девушек к парням также были очень важными для меня, так что в этом плане я был хорош.

После того как я начал занятия, я очень скоро забыл о той глупой мотивации, потому что мне очень понравилось выступать. Я полюбил это очень быстро и нашёл более приятным, чем школьные занятия. Вообще, я был довольно умён в обычных предметах, у меня было 11 выпускных экзаменов. Так что с этим у меня всё в порядке. Время от времени мои родители спрашивали меня, кем я хочу стать, и я говорил, что больше всего мне нравится выступать на сцене. И они всегда отвечали, что в любом случае они поддержат меня.

На самом деле, актёрская игра в детстве нравилась мне также как и пение. Я появлялся в разных постановках, таких как «Багси Мэлоун» и «Бриолин», и во многих других. Мне нравилось находиться на сцене, изображая разных персонажей, и говорить различными акцентами. Это давало мне шанс направить свою гиперакивную энергию в нужное русло, занимаясь творчеством. Тихая и сдержанная сторона меня любила возможность стать более общительным под маской вымышленного персонажа. Я начал интересоваться музыкой в самый пик её развития. Мне нравилось слушать R&B музыку, поэтому, когда я начал смотреть «Икс-Фактор» и думал о возможности прослушивания, то знал, что этот стиль подойдёт для моего выступления. Я немного изучил это шоу, и до этого на «Икс-Факторе» не было людей, которые исполняют R&B. Я подумал, если я исполню что-то в этом стиле, то это будет немного... другим. Опять это слово.

Я думаю вот почему я прошёл первые прослушивания - потому что я пел те песни, которые люди в моём возрасте не выбирали. Я пел R&B 90-х, и там не было ребят, которые бы пели в этом стиле. Я хотел быть первым человеком на шоу, который попробует этот стиль, и я понял, что это было бы круто для 17-летнего парня спеть в таком необычном стиле музыки. Это было довольно смело для моего возраста, я думаю. Очевидно, что у меня появилась другая возможность, когда они сказали, что хотят присоединить меня к группе. Это было довольно простым решением. Я размышлял: «Уходить прямо сейчас или остаться?» Я знал, что это была огромная возможность, поэтому остался. И до сих пор всё идёт хорошо!

Я стал звучать лучше, чем раньше. Я никогда не задумывался над этим. Практически всё моё детство я был мечтателем. Я действительно надеялся и мечтал, что это когда-то случится, так что моя позиция была такой: Попытайся! Я бы не сказал, что я был целеустремлённым или амбициозным. Я не был целеустремлённым, потому что даже во время прослушивания на «Икс-Факторе» я не хотел вставать с кровати и идти на шоу. Думаю, это хорошо, что я был мечтателем – это показывало, каким я был невинным, и я рад тому, что меня научили следовать за своей мечтой. Мама и папа всегда присутствовали на моих выступлениях в школе или где-нибудь ещё, они смотрели и поддерживали меня. Они всегда говорили: «Зейн, следуй за своей мечтой». Это было удивительно, и очень сильно повлияло на мою жизнь. Я благодарен им за это.

Вы все знаете, что происходило на «Икс-Факторе», это было самое лучшее время. Была только одна причина для расстройства - потеря моего дедушки во время шоу. Тогда это было очень тяжелое и жуткое время. Во время шоу я жил будто в пузыре – это сложно объяснить. Никто не узнает, что ты чувствуешь, если не окажется в такой же ситуации. Было тяжело поддерживать связь с внешним миром на протяжении недель, и я не делал ничего другого, кроме работы, репетиций, встреч – просто не было времени на что-то ещё. Я виделся со своей семьёй по субботам после шоу, всего один час, и на следующий день опять были репетиции. На некоторое время мир переставал вращаться.

Потом мне позвонили и сказали, что мой дедушка, которого я так обожал – умер. Он болел некоторое время, но не собирался умирать, но, всё же, это было огромным ударом. Это было очень трудно пережить. Как я уже сказал, у меня хорошие отношения с моей семьёй – мы очень близки, и они всегда поддерживают меня. Это очень помогло, но только потому, что шоу отвлекало от этого всего. Вся безумная жизнь, которая происходила на шоу, помогла мне пережить потерю моего дедушки на несколько месяцев. Я был дома и разговаривал с моей мамой обо всём, потом я поднялся в свою комнату, и эмоции нахлынули с новой силой. Это было вроде: «О, нет, я не увижу моего дедушку снова!» Это был худший момент.

Он был отличным человеком. Он даже просил, чтобы песня «You Are So Beautiful», которую One Direction исполняли на «Икс-Факторе», играла на его похоронах. Это было в его стиле - сочетать хорошее с плохим. Я хотел сделать что-то в память о нём, и я набил моё первое тату с его именем на правой груди. И пока мы разговариваем о татуировках, вы, наверное, заметили, что у меня их «довольно мало». Я люблю набивать тату, и мне нравится всё, что связано с ними. Мне нравится ходить в тату салоны и встречать этих интересных людей, быть вовлечённым во всё это. Когда я сделал первую татуировку в честь своего дедушки, то я понял, что это не так уж и больно, и сразу же захотел больше. Сейчас я работаю над тем, чтобы набить рукав, и я нашёл одного парня в ЛА, который занимается этим. Мне нравится, что тату позволяют мне выразиться, не говоря ни слова – вы поняли, что имею в виду? Я не из тех, кто любит заявить о себе, привлекая внимание всем этим. Татуировки это не попытка заявить о себе – мои татуировки это больше как визуальное напоминание о некоторых важных моментах в моей жизни. Что-то вроде памятки.

В любом случае, вернемся к One Direction. Мы подписали контракт со студией очень быстро, сразу же после шоу. Это казалось безумным. Моим главным беспокойством было то, что мы стали только третьими. Я чувствовал, что мы справились очень хорошо, но я сказал ребятам: «Мы все хорошо осознавали, что здесь нет никаких гарантий на успех или даже на получение контракта со студией, мальчики». Так что… подписание контракта было отличным стартом. Я знал, что нам нужно проделать очень много работы до того, пока мы хотя бы сможем выпустить сингл, но, в конце концов, это наш шанс.

Все мы пятеро создавали между собой «особую химию» с самого начала. Вернемся немного назад, я думал, что мы идеально сочетаемся, с самого первого раза, как мы встретились в доме отчима Гарри. Я пришел тогда позже всех, потому что мне нужно было решить кое-какие семейные дела. Когда мы были распределены, мой папа сказал мне, может уже не обязательно ходить на репетиции. Он продолжил: «Ты можешь проводить больше времени дома до того, как ты уйдешь». Я удивился, если он знал тогда, что группа станет успешной, то я бы все равно часто отсутствовал дома, но это же хорошо? Может он просто пытался удержать меня...

В любом случае, мне нужно было уходить, нам нужно было спеться, чтобы всё получилось. Луи приехал ко мне домой и забрал меня. Он приехал прямо туда, где я жил, и припарковался прямо перед домом на своем маленьком Renault Colio. Он крикнул: «Давай, Зейн», так что я буквально выбежал и запрыгнул в машину. Он водил безумно, делая все эти сумасшедшие вещи, и я сразу подумал: «Он смешной чувак!» По пути к Гарри мы чуть не попали в аварию, и если быть честным, то благодаря его хорошему вождению мы справились и выжили! Шутки в сторону, я сразу понял, что я сработаюсь с ним, потому что Луи один из банды.

Фактически все время, проведенное в бунгало (одноэтажный дом), я смеялся. После этого я понял для себя, что не будет так тяжело с этими ребятами. Мы казались готовыми на всё.

Первые пару недель промо и клубных выступлений после «Икс-Фактора» было действительно напряженным временем. Мы были новичками после шоу, всё казалось новым для нас. Мы давали маленькие концерты по всей стране, играли во всех тех странных местах с аудиторией около 250 человек – безумное время. Что полностью меня удивило так это то, как девушки сходили с ума при виде нас. Я говорил ребятам: «Я не понимаю, почему они делают это?» или «Почему они такие милые, как они вообще знают кто мы такие?». Мне приходилось напоминать себе, что мы только что провели время на одном из самых больших шоу на британском телевидении. Люди смотрели на наши выступления каждую неделю. Я тоже смотрел «Икс-Фактор» много лет подряд и понимаю, как проходят эти недели для зрителей, они действительно думают, что знают выступающих. Однажды, один из наших менеджеров сказал мне: «Зейн, девушки, которые смотрели шоу, чувствуют связь с группой. Ты только начинаешь встречать своих фанатов, но они думают, что знают тебя месяцы». Я понимаю это сейчас, но тогда это было шоком. Я был сбит с толку и думал, что то, что случилось, - безумно.

Я действительно счастлив находиться в One Direction. Это позволило путешествовать мне по всему миру. Я был в разных странах, видел разные культуры и то, как люди живут. Это чудесно принадлежать к чему-то такому, учиться и впитывать знания. Когда группа только зарождалась, то у меня даже не было паспорта, не говоря даже о том чтобы летать на самолете! Если быть честным до конца, то я даже не видел до этого поезда. Звучит будто Брэдфорд маленькая деревня в сотнях милях от цивилизации! Это не так. Это большой город, но вот факт в том, что в Брэдфорд Интерчейндж, где обычно я садился на автобус каждый день, если повернуть в другую сторону от автостанции, будет железнодорожная станция! Я никогда не уставал ходить пешком и осматриваться вокруг. Я ездил на автобусе в школу и ходил пешком по месту, если нужно было куда-то сходить. Я никогда не покидал Брэдфорд.

Так что, когда мы все сели на самолет, чтобы полететь в ЛА, для нашей первой пробной записи в студии, как One Direction, я очень волновался. То, что я очень нервничал, не мешало парням говорить: «Самолет сделает мертвую петлю в воздухе». Я был до смерти напуган. Спасибо, ребята!

Записи в студиях в ЛА и Швеции действительно открыли мне глаза. Некоторые из ребят проводили раньше свои каникулы в Штатах, но для меня это всё было новым, и я был переполнен ожиданиями. Даже встречать американцев первое время было интересным опытом - пытаться понять их акцент, их сленг, это было занимательно.

Также я никогда не был в студии до этого (не считая того, что мы записывали песню на случай победы на «Икс-Факторе», но и это было очень быстро). Я даже не знал, как петь и использовать студийный микрофон, потому что это совсем другое петь на сцене в ручной микрофон. Ты должен быть сконцентрирован на каждом слоге, который произносишь, потому что эти микрофоны очень чувствительны, и они реагируют на всё, на каждую маленькую деталь. Фактически, вы заново учитесь петь, ты должен звучать намного техничнее, чем в живом выступлении.

Однако это оказалось сложной задачей для меня. Тот тип певцов, к которым я отношусь, слышит разные мелодии в голове. Я услышу мелодию, и в моей голове тут же появятся различные тоны и мотивы. На сцене - это здорово, потому что у меня есть возможность импровизировать и менять что-нибудь, но в студии нужно быть очень точным.

Поэтому иногда я признавал, что это действительно трудно. У меня иногда была своя собственная версия мелодии, застрявшая в моей голове, и мы должны были бы записать мои строчки раз пятьдесят, чтобы сохранить точность первоначальной идеи. Это было действительно сложно — начать. Продюсеры были так сосредоточены — они просто хотели, чтобы все было идеально, и давайте посмотрим правде в глаза, «What Makes You Beautiful» стала результатом!

Для нашего первого сингла эта песня была идеальной. Я чувствовал, что это была действительно великолепная песня. На самом деле мы все чувствовали одно и то же. Но песня не была так значительна, чтобы я подумал, что она станет номером один во всём мире; я просто думал, что это наш истинный образ — образ пяти парней на тот момент. Нас не волновали девушки с тонной макияжа — и до сих пор не волнуют. Некоторые поп-песни могли иметь довольно сомнительные основные темы, но мы не хотели быть замешаны в этом. Если быть полностью честными с вами, спустя все эти годы эта песня немного не та для исполнения, потому что я вырос и продвинулся, но даже если и так, это такая важная песня для нас, как для группы. Когда мы выступаем с ней вживую, толпа становится просто сумасшедшей, и мы тоже вливаемся в нее. Мы были очень счастливы, что «What Makes You Beautiful» была нашим дебютным синглом, даже становились еще счастливее, когда видели, что она становится номером 1 в Великобритании. Какое потрясающее начало!

Очень быстро жизнь в One Direction стала полностью безумной. Быть окруженным в аэропорту Хитроу – сумасшествие! У нас были джемперы, которые с нас сдирали, буквально стягивали — это испытание было самым сумасшедшим из всех. Тогда я сказал парням: «Я никогда не подумал бы, что увижу, как это с кем-то происходит, не говоря уже о себе». Иногда, когда мы выступали и потом уезжали, девчонки бежали за нашими машинами, это было просто безумно, не передать словами. Там всегда было очень много фанатов, которые ждали, чтобы встретиться с нами, они были просто невероятны! В тот момент, когда сингл еще даже не вышел, я начал думать, что произойдет что-то очень важное.

Как ни странно, люди склонны думать, что у One Direction ничего не было, что им все досталось очень легко, и в некоторой степени это правда. Но я помню то уязвимое чувство, когда наш второй сингл — «Gotta Be You» приняли чуть хуже, чем «What Makes You Beautiful». Мы многого добились с помощью первого сингла, но я не чувствовал, что мы готовы продолжать нашу деятельность. Я помню, как сказал парням: «Видео какое-то не такое для меня. Я не уверен, что этот сингл будет таким же, как предыдущий». Люди были довольны песней, но не все восприняли ее одинаково. Несмотря на то, что сингл стал номером 3, что было просто великолепно, было беспокойство. Я был такой типа: «Парни, вы думаете, что мы уже достигли своего пика? Может быть, мы терпим неудачу так же быстро, как достигли удачи? Может быть, вышло наше время? Может быть, все не будет таким значительным, как предполагали некоторые люди?» Было бы разрушительно — провалиться на этом этапе, уже зная вкус некоторых достижений.

К счастью, у нас было секретное оружие — наши потрясающие фанаты. Фанаты One Direction необыкновенные — они действительно армия, выступающая с нами по всему миру. Вернемся в ранние дни, власть наших фанатов в социальных сетях была ошеломляющей. Мы все постоянно признавали это: «Можете ли вы поверить в то, что фанаты делают для нас?» Существует фраза— «в нужном месте, в нужное время», и я определенно думаю, что нам очень повезло с нашими фанатами, тем более у них есть возможность говорить о нас онлайн. Это был огромный фактор в нашем раннем успехе.

У меня есть теория о социальных сетях и нашем поколении. Я не хочу погружаться в это, но в то же время я думаю, что это важная причина того, что One Direction наслаждаются таким успехом. Плюс я хочу признать роль наших фанатов, которую они сыграли в нашей истории. Это целое поколение детей, которые чувствуют, что это наша эра. У людей в каждом десятилетии есть свой собственный стиль, и когда мы начали работать, как группа, у этих детей были социальные сети. Смысл был таков: «Мы собираемся контролировать все. Сейчас наше время». Это то, как это поколение детей работает с неким «материалом» нашей жизни — все, что мы делаем, выкладывается в социальную сеть. Каждое наше мнение появляется в социальных сетях, и это то, как мы рассказываем людям о каждом бэнде, который нам нравится. Мы все связаны с миром в Твиттере, Фейсбуке и в последнее время в Инстаграме. Это все те сайты, в которых эти ребята общаются друг с другом. Вместо того, чтобы общаться с людьми в каком-то определенном месте, мы можем разговаривать с ними по всему миру. Поэтому то, что сделали эти ребята — это целый мир для нас.

Все это пришло к нам до того, как мы были группой, и в течение того времени, когда мы формировались, как группа. Что это значило для One Direction, когда наши фанаты начали говорить о нас онлайн с самого начала? Весь мир слышал, о чем они говорят. Это было сумасшествие — быть на большущем экране телевизионного шоу Великобритании, и потому, что Великобритания довольно влиятельна в Твиттере, люди видели, что там пишут британцы, и вдруг о нас стали говорить все. Однажды наши фанаты начали обсуждать нас в социальных сетях, и они «взорвали» эти социальные сети. Это основная причина того, что мы так быстро поднялись на вершину славы, возможно, это то, что ни один бойз-бэнд не делал раньше (не обязательно в плане масштаба, скорее, в плане того, как это происходило). Может быть, мы были первым бэндом, который достиг такого успеха. Я не знаю, я мог бы говорить об этом очень много. Я знаю только то, что наши фанаты овладели социальными сетями, и что ничего больше не станет прежним.

Для меня дебютный альбом «Up All Night» действительно был рекордом того времени. Может быть, мы не так поем сейчас и может быть, тексты песен, которые мы писали, сейчас немного изменились, потому что мы стали старше, но этот альбом действительно является подлинным отражением того, где мы были как бэнд и где как просто пятеро парней. У нас до сих пор есть несколько действительно хороших поп-песен из этого альбома. Тот факт, что он был первым альбомом, который принес нам столько успеха во всем мире, — большое достижение. Мы были всего лишь детьми. И это был большой успех — записать альбом и сделать это так хорошо! Я действительно горжусь этим альбомом.

Это время, когда мы должны были представлять свой альбом, было просто фантастическим. Мы выступали на «Икс-Факторе», делали промо, но ничего не может сравниться с туром. Тогда я очень мало спал — мы все спали очень мало. Это было довольно сложно! Мы заканчивали работать очень поздно ночью, иногда даже на следующее утро, и мы могли «поймать» пару часов для сна до утреннего радио- или телешоу, потом целый день промо до следующего концерта. Я постоянно набирался сил. Это было великолепно!

Это было безумие — проходить через все эти испытания, и иногда единственная вещь, которая заставляет тебя мыслить здраво, — это тот факт, что у тебя есть 4 друга, которые делают то же, что и ты, испытывают те же чувства, что и ты, и всегда находятся рядом с тобой. Мне действительно повезло с ними. Хотя я и тихий и независимый от рождения, я очень рад тому, что не один получаю весь этот опыт. Мне не надо сидеть одному в тур-автобусе после шоу, думать обо всех этих вещах. Я испытываю это чувство товарищества сильнее, когда мы находимся в дороге — даже уже в первом туре мы были одним целым. В это время я действительно понимал, что One Direction — моя банда.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.