Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Волшебные зонтики и Анхельский грот 7 страница



Бабушка Олега родилась в Юдо и прожила здесь до двадцати пяти лет, пока не встретила однажды любовь своей жизни и не переехала к своему возлюбленному в Смоленск. Ее муж был обычным человеком, и она решила не вовлекать его в волшебный мир, скрыв правду о себе. Однако в свободное время от работы и повседневных хлопот Надежда Петровна продолжала выходить на борьбу с нечистью и удостаивалась похвалы и признания Совета наставников.

Вскоре у нее появились дети, которым она также ничего не рассказала о существовании магии. Но когда родился Олег и выяснилось, что это — несносный ребенок, ведущий себя похлеще всякого лешего, Надежда Петровна всучила ему волшебный зонтик, и они вместе отправились в Юдо (по пути Олег орал, как резаный), где она и оставила внука, сказав родителям, что отправила его учиться в Англию.

До сих пор Олег жил в Юдо, несмотря на все угрозы Совета наставников, лишь потому, что каждый раз после того, как он напакостил, прилетала Надежда Петровна и по старой дружбе уговаривала Ивана Ивановича не выгонять ее внука.

— Так ты хочешь проверить наши способности? — Таня недобро зыркнула на Олега и стала угрожающе закатывать рукава спортивной куртки. — Я тебе сейчас устрою!

— Ладно, мне пора идти. Был рад знакомству, — сказал Олег и быстро ретировался.

Таня проводила его презрительным взглядом и присела рядом с Алёной.

— Ты проследила за Иванычем? — спросила Таня, которая явно ждала услышать ответ, гласивший, что старичок — самое больше зло на этом острове.

— Его нет на месте. Но я выяснила, что он не подговаривал наших родителей.

Алёна пересказала свою беседу с мебелью в кабинете Ивана Ивановича.

— И ты поверила какому-то столу?! — воскликнула Таня. — Это же просто деревяшка на ножках!

— Давай поднимемся к себе и закажем еду. Уже время обеда, — сказала Алёна, давно прознавшая, что только вкусная и сытная еда может успокоить вспыльчивую сестру.

Так и получилось — обед усмирил Таню, но вечером, когда стемнело, и все три сестры сидели в своей комнате, Таня вновь подняла разговор об Иване Ивановиче, и никакие доводы Алены и Вероники не могли заставить ее передумать: она по-прежнему подозревала его в заговоре против родителей.

 

***

Женщина, томящаяся в каком-то странном, темном месте, покрытым слизью, рыдала, склонив голову, еле державшуюся на тонкой шее. Худые, острые плечи вздрагивали.

Откуда-то из глубины вырвался синий огонь, как из газовой печи, опаливший ее ноги. Тело женщины, давно не знавшее еды и света, едва цеплялось за жизнь.

Вероника проснулась посреди ночи, вспотев и тяжело дыша. Она своей кожей ощущала жар того огня… Что за ужасы ей так и снятся в последнее время? Наверное, слишком много магической практики… Или это нечто большее, нежели просто сон? Почему эта женщина из сна кажется ей смутно знакомой?..

Она еще долго не могла уснуть, прокручивала в голове страшную картину, в которой так отчетливо чувствовала страдания женщины, как будто стояла с ней рядом.

 

Глава 8

Неожиданная встреча

 

Наступил новый солнечный день.

— Помнишь, я говорила, что научу тебя шить? — спросила Владлена только что вошедшую Алёну. — Так вот — сегодня мы этим и займемся.

Алена присела на стул с красной подушечкой и обреченно вздохнула. Рукоделие никогда не было ее коньком, на уроках труда в Волгограде она шила и вязала медленнее и неохотнее остальных девочек.

Владлена взяла с белого трюмо катушку ниток с иголкой, карандаш и лист бумаги на деревянной подставке.

— Это волшебная иголка, это волшебные нитки, а это обычный лист и обычный карандаш, — начала наставница. — Для начала ты должна нарисовать эскиз одежды. После вдеваешь нитку в иголку и делаешь первый стежок на ткани — иголка сама начнет шить.

Владлена набросала на бумаге эскиз платья, вдела белую нить в ушко иголки и, взяв одну из тканей, разложенных на широкой постели, сделала первый стежок. Иголка тут же резво застрочила по белой ткани, зависшей в воздухе, и ткань на глазах стала преобразовываться в платье с зауженной талией, коротенькое и простое, но очень красивое.

— Главное — держи отчетливо образ костюма или платья в голове, рисунок тебе поможет в этом. Как только костюм исчезнет из воображения, иголка перестанет шить, — предупредила Владлена. — И не забывай вдевать новые нитки и подкладывать новые ткани. Какого бы размера не получилась одежда, она сядет на любого человека идеально по фигуре, никогда не потускнеет, не порвется и не износится. А еще волшебными нитками можно вышивать живые картины.

Владлена попросила свою изумленную подопечную нарисовать какой-нибудь костюм. Наблюдая, как Алёна тщательно и аккуратно вырисовывает все линии на рисунке, Владлена произнесла как бы между прочим:

— Волшебная игла на то и волшебная, что она может творить чудеса и шить такие наряды, свойства которых будут просто невероятны, но волшебство иглы напрямую зависит от тех рук, которые ее держат. Поэтому у двух человек, шивших одинаковые платья одной и той же иглой, эти самые платья никогда не получатся полностью идентичными. А еще иглы бывают вредными. Могут колоться и не подчиняться воображению.

Именно так игла и повела себя в руках у Алёны, когда та приступила к шитью, выбрав для воображаемого пиджака черную ткань. Игла ни в какую не хотела слушаться хозяйку, норовила уколоть ее, делала кривые стежки, а то и вовсе останавливалась, отказавшись шить дальше, как Алена не напрягала воображение и не упрашивала иголку шить добросовестнее. Итогом этой борьбы стал один, кое-как сшитый рукав.

— Нужно полюбить то дело, которым занимаешься, и тогда оно получится, — мягко сказала Владлена, собрав для Алёны тряпичную сумочку с тканями, нитками и набором иголок. — Потренируйся у себя в комнате, хорошо?

Взяв сумку с бесновавшимися в ней иголками, которые стали такими только в ее руках, Алена попрощалась с наставницей и, когда вышла в коридор, столкнулась там с Андреем.

— Какие орудия пыток на этот раз? — поинтересовался он с улыбкой.

— На этот раз иголки, — ответила Алёна и почувствовала, как к ее лицу подступила краска.

— Надеюсь, мороженое поднимет тебе настроение, — сказал Андрей и учтиво протянул Алёне вафельный рожок, взяв его прямо из воздуха.

— Спасибо, — пролепетала Алена, представив, как будет ей стыдно, если она случайно запачкается мороженым, что часто с ней и бывало. — А ты… Ты — урожденный волшебник, да?

— Ну, можно сказать и так, — кивнул Андрей, и его забавные, светлые кучеряшки весело кивнули вместе с ним. — Порой люди рождаются с магическими способностями. Я оказался очень даже одаренным мальчуганом.

Алёна улыбнулась и сосредоточилась на мороженом, откусив от него крохотный кусочек.

— Я не должен этого делать, — пробормотал Андрей, поглядев куда-то в сторону.

— Что не должен делать? — переспросила Алёна.

— Не должен приглашать тебя… прогуляться. Но, может, прогуляемся? — предложил Андрей несколько смущенно.

Алёна застыла с округлившимися от удивления глазами, не заметив, как крупная капля мороженого медленно стекала по рожку и грозила запачкать ей рукав.

— Давай, — наконец, согласилась Алёна как раз тогда, когда капля достигла ее запястья, а следом уже катилась следующая струйка. Продолжив оставаться в полном неведении о поведении мороженого, Алёна поднесла его ко рту, и теперь струйка катилась по ее сиреневой блузке.

— Мороженое, — сказал Андрей, кивнув на рожок.

— Что? — не поняла Алёна, которая была всё еще очень смущена от предложения погулять. — О, нет! Я обляпалась! Какая неуклюжая…

— Ничего, ничего, я всё исправлю, — отозвался Андрей и взмахом руки устранил не только последствия от мороженого, но и сам рожок. — Ой, извини, я не хотел, чтобы мороженое исчезло, так получилось.

— Всё в порядке, без него даже лучше, — сказала Алёна, застенчиво засмеявшись и посмотрев на свою блузку, на которой не осталось и следа от мороженого.

— Ну, если ты готова к прогулке, тогда закрой глаза и ничего не бойся, — сказал Андрей, и голос его задрожал, как у школьника, который сдавал экзамен.

Алёна покорно прикрыла глаза и вдруг почувствовала ладони Андрея, обхватившие ее плечи и вызвавшие волнительное трепыхание сердца. Вначале ей подумалось, что Андрей собирается обнять ее, но вместо объятий последовало легкое головокружение и какое-то непонятное, едва осязаемое движение вокруг. Алёна всё так же чувствовала прикосновение рук Андрея, но себя ощущала, словно капля в невесомости.

Наконец, странное ощущение прекратилось, и Алёна, чуть пошатнувшись, позволила себе открыть глаза. Она увидела Андрея, стоявшего с улыбкой напротив, а позади него — бескрайнее темно-синее море. Казалось, что они находились в каком-то безлюдном месте: ни домиков, ни Терема за стеной леса видно не было.

— Не волнуйся, мы недалеко от Терема, — успокоил Андрей. — Это всего лишь левая сторона кита. Левый берег.

— Это невероятно! Я же только что стояла в коридоре! — от удивления и восхищения Алёна чуть не задохнулась и, чтобы перестать шататься на ватных ногах, села на большой плоский камень. — До сих пор не привыкла к волшебству. А что еще ты можешь?

Андрей сел рядом с ней на песок, вытянув ноги. Его кучеряшки игриво шевелились на ветру. Волны плавно накатывали на берег: то накрывали, то обнажали ракушки и мелкие камушки.

— Что еще я могу… — задумчиво повторил он. — Я могу обходиться под водой без воздуха хоть целую вечность. Однажды один нехороший человек решил меня утопить, да не смог, — Андрей расхохотался, но увидев, что любопытство на Алёнином лице сменилось выражением испуганной лани, тут же умолк и кашлянул. — Еще я могу превратиться в барса.

Андрей встал, чтобы продемонстрировать превращение. Три секунды он стоял неподвижно, словно о чем-то глубоко задумавшись, и затем мгновенно превратился в красивого снежного барса с кошачьими глазами и густой, пятнистой шерстью, которую он тут же принялся вылизывать. Шерстью и размерами барс напоминал леопарда.

Алёна, округлив глаза, смотрела на животное и не могла поверить, что еще секунду назад оно было Андреем. Барс встряхнулся, как будто только что искупался, и превратился обратно в свое человеческое обличье.

— Прости, что принялся себя облизывать, — извинился Андрей. — Это был не совсем я. Когда находишься в теле животного, то живешь его инстинктами.

Они неспешно зашагали по песку. Из кармана Алёниных джинсов полилась музыка, похожая на мелодию музыкальной шкатулки, как будто в кармане спрятались маленькие человечки и тихо ударяли палочками по ксилофону. В первые секунды Алёна не сообразила, что это за музыка и откуда она взялась, но потом поняла, что это звенит литера.

Алёна открыла книжечку и увидела в ней Вероникину голову.

— Иван Иванович собирает нас во дворе через пятнадцать минут, — сообщила Вероника и исчезла со странички.

— Мне уже пора, — не без тени сожаления произнесла Алёна.

Ей не хотелось прекращать эту дивную прогулку (первую в жизни прогулку, на которую ее пригласил парень!), но в то же время она была рада Василиному сообщению, ведь если бы она задержалась на берегу еще немного, о чем бы они говорили с Андреем? Как ей стоило вести себя с ним? Опыт общения с мальчиками у нее был небогат и неудачен, и в присутствии Андрея она терялась, не знала, как поддержать беседу, краснела, одним словом, чувствовала себя ужасно неловко.

— Ну что ж, придется вернуть тебя обратно, пешком идти далековато, — сказал Андрей.

— А что я увижу, если в момент перемещения не закрою глаза?

— Ты так быстро пролетишь сквозь пространство, что ничего не успеешь понять.

Андрей, как и в первый раз, взял Алёну, решившую не закрывать глаз, за плечи. Их взгляды встретились, и Алёна, в очередной раз испытав неловкость, уставилась на песок и не поднимала головы, пока пляж не сменился двором Терема. Они очутились за дубом, скрывшим их от посторонних.

— Ну, я пойду, — сказала Алёна с заминкой и, кротко улыбнувшись на прощание, двинулась к Веронике с Таней.

«Неужели я ему нравлюсь?» — подумала Алёна, не поверив собственному предположению, несмотря на то, что девичья интуиция и сердце приказывали верить. Сестрам она решила пока не рассказывать об Андрее, подумав, что Таня начнет подкалывать ее, а Вероника делать критические замечания.

— Зачем Иван Иванович собрал нас здесь? — спросила Алёна.

— Наверное, хочет убить, — ответила Таня без тени сомнений.

— Не говори глупостей, — сказала Вероника.

Через некоторое время к их компании присоединился Иван Иванович, который явно был чем-то встревожен.

— Пойдемте, — коротко бросил он. — Расскажу всё по дороге.

Таня многозначительно посмотрела сначала на Алёну, потом на Веронику и без особого воодушевления двинулась вслед за старичком.

— До меня дошли слухи, что Совет наставников может довольно скоро устроить вам вступительные испытания, поэтому нельзя откладывать в долгий ящик подготовку, — сказал Иван Иванович, направившись в лес. — К тому же, лето на носу, а это самый тяжелый период, когда нечисть входит в пик своей активности и нам приходится бросать все силы на борьбу с ней. Так что, лишние стражи добра не помешают.

Старичок так торопливо шел по лесной тропинке, что сестры едва поспевали за ним. Таня была напряжена и непрерывно смотрела в спину Ивану Ивановичу; Алёна пугливо озиралась по сторонам, опасалась, что вот-вот из-за дерева выскочит, по меньшей мере, вурдалак, а Вероника просто глядела перед собой.

Тропа, по которой они шли, уходила глубоко в лес, виляла между пышными соснами и кедрами, могучими, раскидистыми дубами и ароматными липами. Сквозь густые ветви проглядывало солнце, но здесь всё равно было прохладно. Птицы щебетали и пели на разный лад, душистый ветер разносил аромат земли, растений и смолы.

В этом лесу обитало немало удивительных животных. Сестрам повстречался ендарь, спавший под дубом. Он был лохматый, размером с кабана и похрюкивал тоже как кабан. Иван Иванович сказал, что к людям он вполне миролюбив, чего не сказать о лесавках — детях лешего и кикиморы, которых он предпочитал есть на завтрак, обед и ужин.

Чем глубже Иван Иванович и сестры уходили в лес, тем чаще им встречались лесята — зеленые чертята, сплошь покрытые листьями. Среди травы и листвы деревьев их было не разглядеть, но если они начинали бегать, путаться под ногами и, усевшись на ветках, сыпать на головы червяков, то тут же раскрывали себя.

— Для начала я познакомлю вас с подводным миром. Вода таит в себе много опасности, особенно летом, — снова заговорил Иван Иванович, пока продирался сквозь кусты. — Хозяин болот, рек и озер — водяной, но это вы и так должны знать. Он редко выходит из воды, потому как его сила на земле слабеет. Водяной властвует над рыбами, русалками и всеми водными стихиями. У болотного водяного есть помощники — анцыбалы ростом с человека, у озерного и речного водяного в помощниках анчутки, водяные чертята, которые доставляют ему утопленников. Когда в воде сводит ноги судорогой, это означает, что анчутка играется и хочет утащить на дно.

Они прошли еще немного и остановились возле небольшого пруда, проглядывавшего сквозь листья кустарников. Иван Иванович раздвинул кусты, и девочки увидели мутную, зловещую воду и отражавшиеся в ней неподвижные ивы. От пруда веяло прохладой.

— Вот как раз с анчуткой вы сегодня и попробуете справиться, — сказал Иван Иванович, приблизившись к пруду.

Девочкам стало как-то не по себе. Иван Иванович взял из холщовой сумки, перекинутой через плечо, две прочные металлические булавки размером с ладонь.

— Нечистая сила боится железа, — он протянул по булавке Алёне с Таней. — Когда анчутка начинает хватать за ноги и тащить на дно, нужно его уколоть. Но сделать это бывает сложно — очень уж он верткий и ловкий.

Вероника побледнела, хотя куда уж больше — ее кожа и так была белой.

— Я… боюсь воды и плаваю очень плохо…

— Значит, именно ты и будешь приманкой, — сказал Иван Иванович, положив ладонь на плечо Вероники.

Нет, только не это! Вероника многое бы отдала, лишь бы не залезать в воду.

— Но у нас же нет купальников, — сказала Алёна.

Она была одета в белую блузку и синие, зауженные брюки; на Тане были старая спортивная кофта и потертые джинсы; на Веронике — легкая кофточка, серый сарафан и колготки.

— В реальной опасной ситуации вам придется бросаться в воду прямо в одежде. Так что вперед! Только снимите обувь, — произнес Иван Иванович.

С тяжелыми вздохами девочки стали снимать обувь.

— Ты первая, — скомандовал Иван Иванович Веронике.

— Я не… — Вероника попыталась сказать, что не будет этого делать, но старичок резко оборвал ее.

— В воду! Живо!

Вероника посмотрела на слишком спокойную и темную гладь пруда и решила, что живой ей оттуда не выбраться. Страшные мысли так и лезли к ней в голову, мешали сделать первый шаг, поэтому Веронике пришлось очистить свое сознание, как учила ее Светозара Ильинична.

Под надзирательным взглядом Ивана Ивановича она робко шагнула в воду прямо в колготках, которые мгновенно намокли и облепили ей ноги. Чем глубже заходила Вероника, чем больше ощущала под ногами скользкую и неприятную тину, тем больше одежды намокало и тем холоднее становилось. Вероника сделала глубокий вздох, крепче сжала раскрытую булавку и, прежде чем окунуться по шею, решила оглянуться, но на берегу никого не оказалось… Куда все подевались?! Что случилось?!

И без того беспокойное сердце еще быстрее застучало в груди. Вероника позвала Ивана Ивановича. Никто не откликнулся.

— ТАНЯ! АЛЁНА! Где вы все? — закричала Вероника, завертев головой по сторонам. Но нигде не было ни звука, только эхом отдавался ее встревоженный голос.

«Таня была права насчет Ивановича», — с ужасом подумала Вероника и развернулась, чтобы выйти на берег, но почувствовала, как кто-то тронул ее за ногу.

Вероника поспешила к берегу, но кто-то цепкими пальцами схватил ее уже за обе ноги и сильным рывком потащил к середине пруда. Она принялась беспомощно барахтаться, как рыбка, угодившая в рыбацкие сети. Вода стала попадать в рот и нос, и Вероника, захлебнувшись, начала уходить под воду, не увидев, что сестры изо всех сих гребли к ней. Таня плыла быстро и уверенно, Алёна немного отстала и плыла кое-как, по-собачьи.

Набрав в легкие побольше воздуха, девочки нырнули к Веронике и принялись колоть анчутку булавками. Чертенок был маленьким, страшненьким, мохнатым и, как и говорил Иван Иванович, очень вертким. Он ловко уворачивался от булавок и не отпускал при этом из крючковатых пальцев Вероникиных ног. Таня, наконец, ухитрилась схватить анчутку и отцепить его ручки от Вероники; Алёна тут же уколола его куда-то в живот, и чертенок моментально обмяк.

Бросив анчутку, Таня подхватила потерявшую сознание Веронику и вытащила ее на поверхность воды. Вместе с Алёной они поддерживали сестру, так и плыли к берегу, хоть это и было нелегко.

На берегу их ждал Иван Иванович, который вертел в руках небольшой бутылек из темного стекла. Как только сестры вытащили Веронику на берег, старик, не теряя ни секунды, влил ей в рот волшебную жидкость зеленого цвета. Вероника задышала и заморгала глазами.

— Фух! — облегченно вздохнула Таня и уселась на землю.

Вода стекала по ней ручьями; Таня наклонила голову вбок и потрясла ею, чтобы избавиться от попавшей в ухо воды.

— Где вы были, когда я вас звала? — укоризненно спросила Вероника, когда пришла в себя.

— Спрятались за деревьями… — начал Иван Иванович.

— А точнее, вы прижали нас к дубу! — перебила его Таня.

— …чтобы сымитировать ситуацию внезапности, — продолжил Иван Иванович. — В жизни ведь всё происходит неожиданно — как опасность, так и спасение. Но был еще и второй урок…

— Мы не произнесли заговор… — догадалась Вероника. — Знаете, когда тонешь, некогда думать об этом.

— Да и под водой невозможно говорить, — дополнила Алена, съежившись в мокрой одежде, которая холодила ее.

— Теперь вы видите, что вашей тройственной силе могут мешать некоторые обстоятельства, даже когда вы рядом, — сказал старичок.

— Теперь видим, — вздохнула Таня. — Если честно, я так испугалась за тебя, Вероник… думала, что ты утонула навсегда и мы не сможем тебя спасти.

— Я бы не допустил этого, — сказал старичок с доброй улыбкой.

Он махнул рукой, и одежда на сестрах моментально высохла.

— А теперь перейдем к более приятным вещам, — сказал Иван Иванович. — Тем более, вы их заслужили.

Старик повел девочек по другой тропе, не той, которой они шли ранее.

— Расскажу вам немного о русалках и русалах, духах рек, озер и морей, хотя вы и сами должны были узнать о них из Чудо-Юдо Книги, — начал Иван Иванович, искоса взглянув на Таню, точно подозревал, что она эту главу не осилила. — Русалки — существа женского пола, русалы — мужского. Они могут защекотать человека до смерти или заманить его в воду и там утопить. Русалки и русалы обладают вечной молодостью и красотой. В них превращаются младенцы, родившиеся мертвыми, и взрослые утопленники и самоубийцы. Запомните: русалки боятся полыни. Но есть и хорошие русалки, они дарят человеку счастье и богатство. Живет тут у нас одна такая.

Они вышли на небольшую поляну с кристально-чистым озерцом, поблескивавшим на солнце. В нем плавали огненно-красные рыбки с золотистой насыпью на тельце и плавниках.

Из воды с громким всплеском вынырнула русалка невероятной красоты: ее длинные волосы были пурпурными, а чешуя, покрывавшая грудь, переливалась от красного до светло-розового. Подплыв к берегу, русалка поставила локти на землю и стала с легкой улыбкой разглядывать своих гостей. Глаза русалки оказались под цвет волос — фиолетовыми.

— Здравствуй, Услана, — приветственно махнул Иван Иванович и представил девочек.

Услана доброжелательно помахала сестрам и чудесным, чистым голосом запела романтичную песенку.

— Хотите посмотреть мой дворец? — весело предложила Услана, закончив петь.

— На сегодня с меня хватит, — сказала Вероника, недоверчиво посмотрев на озеро.

Ей не сильно хотелось утонуть второй раз на дню.

— Не бойся, в моем маленьком царстве вам ничего не грозит, — рассмеялась Услана. — Это озеро — заколдованное. Здесь вы не утонете и даже можете дышать и говорить под водой. Но, если не хотите сейчас, приходите ко мне в гости в любой день! Я покажу вам мой хрустальный дворец! Не представляете, как мне скучно здесь одной.

Услане взгрустнулось, и она задумчиво провела ладонью по воде.

— А что это за рыбки? — поинтересовалась Алёна, разглядев рыбок, неспешно плававших в воде.

— Это золотые рыбки, которых собственноручно выращивает Услана, — ответил Иван Иванович.

— Эти рыбки — очень редкие и ценные, они исполняют желания, — подхватила русалка. Каждую из них я берегу как зеницу ока, каждую ращу с такой любовью, которая только есть во мне.

— А куда вы деваете их потом? — спросила Таня.

— Дарю тем, кто заслужил исполнение желания, — загадочно улыбнулась Услана. — Ну и, конечно, Иван Иванович берет их в качестве подарков на праздники. Кстати, а вы знаете, что он любит писать сказки? До того, как Иван Иванович стал правителем, он был сказочником, писал чудесные книги для детей и взрослых. Среди них есть и моя история…

— Ваша история? — переспросила Вероника.

Кивнув, русалка попросила девочек присесть на корточки и начала издалека:

— Раньше я жила в реке, которой управляла речная царица Рогдана. Знаете ли вы, почему русалки заманивают людей в воду? Почему они такие коварные существа? Потому что человеческое мясо — единственная их пища. Они едят не рыбу или водоросли, а человечину… Я тоже была такой. Я топила людей голыми руками, а если человек был изворотлив и силен, душила хвостом и утаскивала на дно…

Услана произнесла это так зловеще, что девочки во все глаза смотрели на русалку, не в силах поверить, что она могла так чудовищно поступать.

— Но однажды я увидела на берегу мужчину, который был так благороден и прекрасен, что мне не хотелось причинять ему боль. Он заметил меня и подумал, что я девушка, которая просто купается в воде. Мы познакомились и виделись почти каждый вечер на протяжении всего лета. Конечно, я не могла выходить из воды, и мне приходилось изворачиваться и придумывать всякие истории о том, что я профессиональная пловчиха, поэтому так много времени провожу в море. Несмотря на это непреодолимое препятствие, те моменты были самыми прекрасными в моей жизни, заставившие меня вспомнить о тех днях, когда я была человеком, умевшим любить и творить добро. До того, как я утопла в реке и превратилась в русалку, меня звали Елена… Новообращенным русалкам дают новые имена, чтобы они забыли о прежней жизни, — прекрасные фиолетовые глаза Усланы наполнились слезами. — Когда Рогдана прознала о моих встречах с человеком на двух ногах, она едва не задушила меня… Я больше не хотела оставаться в ее владениях, мне был ненавистен русалочий хвост…

Из озера показался кончик русалочьего хвоста с плавниками по бокам. Услана пошевелила хвостом, с горестью посмотрев на него.

— Однажды две русалки нашего царства едва не утащили под воду ребенка. Это была прелестная девочка примерно шести лет. Я не могла смотреть, как она захлебывалась, мое сердце металось в груди… Я подплыла к русалкам и стала биться с ними хвостом, вцепившись руками в их волосы и глотки… В этот самый момент мне на помощь пришел страж добра. Его звали Анатолий. Мы спасли девочку. Он-то и сообщил Грише и Мирославе обо мне, и ваши родители поселили меня в этом искусственно созданном озере. С тех пор прошло немало лет, а Толя до сих пор мой лучший друг.

Светлая печаль отразилась на красивом, добром лице русалки.

— Вы больше никогда не виделись со своим возлюбленным? — спросила Алёна после некоторой паузы.

— Нет, — Услана покачала головой. — Наши отношения изначально были обречены. Нет такой магии, которая способна вернуть русалке ноги... Гриша и Мирослава какие заклинания и зелья только не перепробовали… Они были прекрасными людьми. Мне так жаль, что с ними случилась беда… Жаль, что вы не знали своих маму и папу…

Все пятеро молчали долгое время, пока Услана не встрепенулась, как будто что-то вспомнив.

— Подождите меня, я кое-что хочу дать вам, — сказала она и скрылась под водой.

Услана вынырнула через пару минут со шкатулкой в руках, доверху набитой украшениями из пресноводных ракушек.

— Вот, возьмите, это я делаю сама, — русалка протянула девочкам по горстке улиткообразных и овальных сережек и колечек цвета корицы.

— Ух ты! — восхитилась Алёна, любуясь надетым на безымянный палец колечком.

— Вау! У меня никогда не было таких украшений, — сказала Таня, восторженно уставившись на сережки.

Русалка закружилась в воде от радости.

— Я знаю, как несладко вам пришлось жить в приютах, и мне захотелось сделать вам приятное.

Поскольку девать украшения было некуда, сестры надели их на себя. Услана внимательно проследила, чтобы ни одно колечко не выскользнуло случайно из рук.

Хоть у Тани и с детства были проколоты уши, но она так редко носила свои единственные «гвоздики» из ненастоящего золота, что сейчас с большим мучением вдела серьги в почти заросшие места проколов.

— Нам пора идти, — сказал Иван Иванович, стоявший всё это время в сторонке.

Девочки склонились к краю озера, чтобы обнять и поблагодарить Услану. Когда они уходили, русалка еще долго держалась на поверхности озера и с грустью смотрела на покинувших ее гостей.

Так началось знакомство сестер с удивительным подводным миром и его обитателями. Конечно, Юдо населяли только хорошие существа, но в тренировочные дни они намеренно проказничали.

Всего за какую-нибудь неделю сестры научились спугивать водяных, если те вдруг собирались вредить кому, ладить с водяницами — женами водяных — и справляться с коварными русалками и русалами.

Удивительно, что благодаря частым ныряниям Вероника перестала бояться воды.

 

Глава 9




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.