Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Глава 5. «Гном, милый гном »



Я едва могла сформулировать слова.
— А Вы — Вы... эм....

— Гном, да. Ясненько. Это очевидно, — он вздохнул с явным раздражением. — Пойдём.

— Пойдём, а собственно... куда? — спросил Этан.

Гном закатил глаза и резко обмяк в плечах.

 


— Ты здесь, чтобы позаботиться о ведьме. Мы здесь, чтобы позаботиться о ведьме. А сама ведьма явно что-то замышляет, так что мы должны занять свои места и быть готовы надрать ей задницу.

Хорошо, что у гнома маленький рот. Но всё это странным образом сочеталось.

— Погоди-ка, — сказал Этан, подняв руку. — Пейдж сделала так, чтобы вы помогали ей охранять книгу?

Рот его исказился от гнева, гном сделал движение вперёд и пнул Этана в голень.

Этан сыпал проклятиями, хотя и должен был это предвидеть.

— Никто не заставлял меня, кровосос. Я то, что я есть. Мы помогаем Пейдж только потому, что хотим мира и не желаем слетать с катушек только потому, что некоторым заносчивым чикагским ведьмам нечем заняться. Мне не особо нравятся колдуньи, они меня не понимают. Так же, как и вампиры, — он пробормотал себе под нос что-то про вампиров, наше высокомерие и нашу суть, примерно как: «очень большие комары».

— Ладно, — сказала я. — Давайте-ка все успокоимся.
Я посмотрела на гнома.

 


— Прошу прощения за путаницу. Мы не в курсе, что Вы работаете с Пейдж. И мы не расслышали Вашего имени?

Он прищурил один глаз, и оглядел меня, оценивая мою благонадёжность.
— Меня зовут Тодд.

Не это имя ожидала я услышать от гнома, но, тем не менее.
—Тодд, я Мерит, а это Этан.

— Приятно познакомиться. И, вот теперь, когда мы все такие приятели, нам, наверное, надо разобраться с этим.

— С чем? — спросил Этан.

Тодд указал на пастбище. Редкие облака, рассеянные над полем, превратились в синие и закручивались спиралью со скоростью, которая не могла быть естественной.

Когда-то я пошутила с Джонахом, что мы найдём источник всех магических бед города тогда, когда найдём тот самый — гигантский, высасывающий магию, непохожий на другие — торнадо. Точно, я была права в тот раз.

— Она прямо сейчас управляет погодой? — подумала я вслух.

— Этот торнадо не настоящий, — сказал Тодд. — Это магия.

Видимое волшебство, такое же, как творил Тейт, которое не позволяло мне чувствовать себя хоть сколько-нибудь лучше.

Этан вздрогнул, сжав руки в кулаки, и я поняла, что он мысленно борется с Мэллори.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Я справлюсь, — ответил он, но поскольку резкие порывы волшебного ветра, который пах дымом и серой, начали струиться по земле, я не была уверена, что он это осилит.

Я взглянула на нашего нового союзника.
— Каков план, Тодд?

Тодд нахлобучил на голову свой маленький колпачок.
— Мы это остановим. Нас больше.

Уверенность его поражала ...но не была стопроцентно возможной. Не представляю, как мы втроём можем выстоять в схватке против женщины, у которой хватало сил перемешать небо и землю.

— Трое против неё одной — не велики шансы, — заметила я.

Тодд невесело рассмеялся.
— Нет, но её шансы так же не велики. Ребята?

Лесной покров взорвался ковром из гномов. Они появились из открытых расщепов в ближайших деревьях и того, что было похоже на норы в земле, рассыпавшись вокруг нас. И их, наверное, была сотня, не меньше, все в тех же самых одёжках, ярких и одинаковых, и белых колпачках, а длинные бороды некоторых доходили им почти до пояса.

Земля напоминала склад магазина торгующего садовыми аксессуарами.

Тодд сунул пальцы в рот и оглушающе свистнул. Подобно солдатам перед флагом, они обратились во внимание.

— Ведьма почти что здесь, — сказал он. — И мы знаем, зачем она пришла.

Гномы кивнули в знак согласия, и по бескрайнему морю их рядов пролетел шёпоток: «книга».

— Там, за лесом и ручьём — дверь в бункер, — сказал Тодд. — Она не должна приблизиться ни к ней, ни, тем более, к книге. Она не должна пересечь ручей. Мы не позволим ей, или злу носиться над землёй.

Тодд указал на гнома, одетого в самую яркую клетчатую пару штанов.

 


— Кит, берёшь левый фланг. Морт — со своей командой заходишь справа. Франк идёт через ручей, прикрывая тыл, а я пойду вперёд со своим отрядом.

Дав поручения, Тодд начал обсуждать стратегии со своими войсками. Это была удивительная вещь — созерцать совет, и я стыдилась, что сомневалась относительно него и предположила, что он был не меньше солдатом из-за его роста. Он командовал своими войсками с самоуверенностью закалённого генерала и искусностью опытного тактика.

К сожалению, даже Тодд в точности не знал, что именно сделает Мэллори — как и я не знала. Я знала, что она искусна в заклинаниях, и ещё я знала, что она умеет создавать магические шары, при контакте с которыми любой испытывал адскую боль.( Я как-то раз тренировалась с Катчером блокировать такие штуки). Все мы знали, что именно она хотела заполучить, и знали, что она полна решимости довести задуманное до конца. Она хотела книгу, и ей было всё равно, сколько народу при этом пострадает.

Когда гномы начали занимать свои позиции, я обратилась к Тодду.
— Что Вы хотите, чтобы мы сделали?

— Что ты можешь сделать? — казалось, что он заранее уверен, что мой ответ его не впечатлит.

Я постучала по рукояти своего меча.
— Мы оба отлично владеем сталью. К тому же, я её знаю. Могу отвлечь, если понадобится.

— Как так?

Я осмотрелась.

 


— Если её цель на этой стороне деревьев, возможно, я могу отвлечь её, таким образом, Ваши войска могут окружить её? Это могло бы помочь Вашим флангам получить лучшее положение.

— Это не плохая идея, —сказал Тодд, но Этан был в бешенстве.

— Ты не будешь использовать себя как приманку, — он в гневе стиснул зубы.

Я не думала об этом так же, как он. И я знала, что он имел в виду, но моя безопасность сейчас не имела значения. Наша первая и главная задача — остановить Мэллори и не допустить её к книге.

Я столкнулась с Этаном.
— Я всё ещё Страж Дома Кадогана, — напомнила ему. — Я здесь, чтобы охранять тебя.

— Мерит...

— Этан, —тихо, но строго прервала его я. — Ты знаешь, что я должна это сделать. Я не могу стоять в сторонке и позволить другим сражаться вместо меня. У меня гораздо больше чести. Иначе ты не сделал бы меня Стражем.

 


Но было ли в этом благородство? Я помогала в создании засады для моей лучшей подруги. Конечно, я хотела наорать на неё, а потом придушить, но не настолько, чтобы причинить ей боль.

— Как точно вы собираетесь остановить её? — я спросила у Тодда.

— Мы гномы, — сказал он. — Квалифицированные воины.

— Вы могли бы не убивать её? Пожалуйста?

Тодд захлопал глазами, и это простое действие продемонстрировало мне, насколько глупой он считает эту ситуацию.

 


— Мы же гномы, а не люди, — он выразительно глянул на меч на моём бедре. — Наша задача — держать её подальше от бункера, а не закапывать в землю. Если мы будем сильнее, чем она, у неё не будет выбора, кроме как подчиниться. Это правило цивилизованного боя.

Это могло бы быть правилом цивилизованного боя, но я очень сомневалась, что Мэллори брала уроки.

Наши роли распределили, Тодд отправился к своей команде, и они все разбежались по местам. Их уход оставил меня и Этана наедине. Прежде чем оглянуться на него, я попыталась собрать в кулак всю свою храбрость. Я точно не дам ему шанс закончить речь.

Все было примерно так плохо, как я и предполагала. Глаза его были прозрачно-зелёными, а от тела расходились волны сердитой магии.

Я знала, что он не зол на меня, не настолько. Он боялся. Боялся, что я буду ранена или пожертвую собой, лишь бы спасти Мэллори. Я не могла устранить его страх и не могла предотвратить насилие, которое, скорее всего, произойдёт, но, возможно, я могу напомнить ему, что он подготовил меня ко всему этому.

— Ты же знаешь, что ты один из тех, кто обучал меня искусству быть Стражем. Быть воином. Когда-то тебе придётся проверить, насколько я была внимательной ученицей.

 


Мой тон был беззаботным, и это была неправильная линия поведения.


Он схватил мою руку — больно. И в его глазах был внезапный шторм страха и гнева.

 


— Ты не будешь жертвовать собой из-за неё.

Я почти что видела, как его норов берёт вверх. Это из-за Мэллори? Из-за переполнения её магией?

Моя рука болела ниже его пальцев.

 


— У меня нет намерения жертвовать собой, — сказала я, шевеля моей рукой, пытаясь освободиться. Но он не отпускал руку. Его пальцы напряглись.

— Отвлекай её, если считаешь, что должна это сделать, но позволь им одержать над ней вверх. Это не твоя драка, а её. И у неё достанет сил, чтобы ответить, и без твоего имени в списке.

— Я буду осторожна, — я пообещала. — Теперь расслабь и отпусти мою руку. Ты делаешь мне больно.

Его глаза расширились, и он замер, затем убрал руку и уставился на меня с ужасом в глазах.
— Боже, мне жаль. Мне так жаль.

Я потёрла руку.

Он смотрел на меня с открытым ртом — хотел что-то сказать — но ему не дали.

— Орёл приземлился, — сказал один из гномов.

Это было похоже на Волшебника страны Оз. Из крутящихся облаков появился пылающий шар, такой же большой, как малолитражный автомобиль, всё вращалось, и стреляли молнии, а супер-ведьма Мэллори стояла по центру.

Но не было никаких причёсанных завитков, или волшебной палочки, или блестящего платья на ней. Я едва узнала её. Она выглядела ужасно, как наркоман в ломке. Это было даже хуже, чем в последний раз, когда я её видела. Раздавленная и печальная. Её волосы, когда-то синие, потеряли свой цвет и блеск. Светлые волосы свисали патлами, а плечи были ссутулившимися. Под её глазами были тёмные круги, и её щеки выглядели измождёнными.

Но её внешность не беспокоила гномов. Им потребовалась только секунда, чтобы пойти в наступление. Поскольку коровы рассеялись на другой стороне пастбища, они достали длинные деревянные луки и начали забрасывать Мэллори множеством крылатых стрел.

Я вздрогнула от её имени, но не потеряла концентрацию. Она, возможно, не была лучшей, но у девочки были бесспорные навыки. Она выбросила залп волшебных искр, которые сожгли стрелы. Воздух пылал, как День независимости США … это ознаменовало сражение против корыстной ведьмы.

Я огляделась. Где же Пейдж? Учитывая все обстоятельства, магию, это была её борьба. Она должна была быть там сейчас, сражаться с волшебством, что мы не могли.

Другое подразделение гномов вышло вперёд, перепрыгивая сеть виноградных лоз, замаскированных землёй, под ногами у Мэллори. Она поскользнулась, запутавшись, но быстро выровнялась и взорвала сеть тысячей крошечных фитилей. Сеть развалилась и опять утянула её на землю.

Она раздражённо посмотрела.

Я была удивлена внешностью Мэллори, но та эмоция бледнела по сравнению с шоком, который я чувствовала сейчас, и что она сделала затем. Без любого предупреждения для гномов и без любого очевидного намёка на раскаяние, она выбросила магический шар, который отбросил гномов назад, словно тряпичных кукол. Они падали на землю, очевидно, без сознания, если не хуже.

И она не останавливалась ни на секунду. Она бросала шар за шаром, пока не выжгла вокруг себя окружность двадцати футов.

Наше время сделать ход. Я взглянула на Этана, он кивнул. С мечами в руках мы вышли из-за деревьев и вступили в сражение.

— Мэллори Кармайкл! — позвала я. — Прекрати немедленно!

Она закатила глаза с эгоистичным высокомерием подростка-садиста.

 


— Прочь с дороги, Мерит. Или принеси мне Малефициум, и мы все сможем уйти как одна большая счастливая семья. Я же знаю, что ты не хочешь, чтобы кто-то пострадал.

Она была права, но и я не собиралась отдавать ей книгу в обмен на сохранение жизней. Она и так уже отбросила в сторону дюжину гномов, как будто они были не более чем опавшие листья.

С другой стороны, если она хотела, чтобы я принесла Малефициум ей, возможно, она не знала точно, где находится книга. Мы должны воспользоваться этим. Я остановилась, давая время гномам перегруппироваться немного.

— Мы уже говорили об этом, — сказала я. — Твоя магия — зло. Ты подвергла сверхсущества и людей опасности, нанесла ущерб городу Чикаго, но ничего не добилась. Брось это, мы можем все вернуться к нашим жизням.

— Ты знаешь, что я не могу сделать этого, — ответила она, и тогда я увидела это —сожаление в её глазах. Она знала — то, что она делала, было неправильным, но продолжала, не могла остановиться. Даже несмотря на повреждения, она колдовала и будет продолжать .

— Эта книга ничем не поможет, — умоляла я. — Будет только хуже.

— В самом деле? Но тебе ведь помогло. Ты получила Этана обратно.

Она была одновременно права и неправа.

 


— Я рада, что он вернулся, но ты не делала ни для меня, ни ради него. Ты использовала его, чтобы получить то, что хочешь — и ты использовала меня, чтобы украсть его прах из хранилища. Если бы он знал, что разрушенный город стал стоимостью его воскрешения, он бы не заплатил такую цену.

— Не надо так драматизировать.

— Мне не стоит драматизировать? Это не я приземлилась в Небраске, чтобы украсть что-то, что не принадлежит мне.

— Ты хотя бы имеешь представление, что я чувствую? Что я чувствую прямо сейчас? Это причиняет боль! Физически. Мысленно. Эмоционально. Единственная вещь, которая мне поможет — уравновесить волшебство в мире.

Я видела боль, запечатлённую на её лице. И из-за этой боли Этан кричал, упав на колени и сжимая голову руками.

Они были связаны.Связаны, так или иначе, в результате её волшебства, и не было ничего, что я могла сделать, чтобы остановить это. Моё сердце пропустило удар, наблюдая за ним в муках, понимая, что я была беспомощна, даже стоило мне вмешаться. Но я была в силах собрать свою храбрость, чтоб осадит её — я шагнула вперёд.

— Это пора закончить, Мэллори, — я начала двигаться с катаной наготове. — Ты получишь Малефициум только через мой труп.

Она оглянулась назад наЭтана, и, пождав секунду, я приблизилась к ней, чтоб она фактически увидела последствия и значения собственных действий.

Но я была вдвойне неправа. Она не смотрела наЭтана …она смотрела на Кита, гнома в ужасающих штанах.

Она послала новую магическую сферу в него. Он закричал от шока волшебного действия, но потом замер на мгновение.

Мы наблюдали в ужасе, и поняли, что Мэллори не хотела убивать или даже шокировать его.

Она хотела превратить его.

Кит начал растягиваться и расширяться. Его плечи расширились, и его руки превратились в ветви дерева. Его туловище утроилось, и его ноги удлинились, пока его голова не поднялась над нами до ужасающих пропорций: от улыбающегося гнома два фута высотой он стал громыхающим животным двадцать футов высотой. Он посмотрел вниз на меня и усмехнулся угрожающе через зубы размера с домино, и это была далеко не приятная улыбка.

Мэлл не просто сделала его более крупным; она сделала его более сильным.

— О, это просто невозможно, — прошептала я.

Я подавила страх, заняла защитную позицию и подняла свой меч, готовясь к сражению.

Кит кинулся ко мне, руки простирались, как будто он хотел сильно ударить меня об землю. Гномы, возможно, были маленькими в своём первоначальном размере, но он был просто огромный.

Я чувствовала себя несчастной из-за того,что мне приходилось драться с ним; он не хотел нападать на меня, Мэллори превратила его в монстра. Тогда я попробовала другую тактику. Не требовалось большого усилия бегать вокруг и не попасться ему. Хотя я уверена, что вид был смешным — вампир с мечом, преследуемый вокруг поля садовым гномом двадцати футов высотой — я надеялась вымотать его, чтобы он не мог нанести реальный вред.

Тодд был более оптимистичным.

— Кит, прекрати это! —Тодд бежал перед ним, помахивая оружием. — Остановите её. Эта девочка находится на вашей стороне. Вы не хотите причинять ей боль.

Я немедленно простила Тодду за удар по голени. Но Кит не помнил Тодда или вообще жизни перед столкновением с Мэллори. Его глаза — огромные и прикрытые его гигантской белой кепкой — были пусты. Не столько ошеломлённые, но и абсолютно лишённые эмоций или воспоминаний, какого-либо интеллекта вообще.

Бедный Кит.

И проклятая Мэллори.

Даже если мы вернём её, я не уверена, что могла бы когда-либо забыть или простить её поступки, чтобы получить то, что она хотела. Но та проблема предположила, что мы выживем, чтобы возвратить её, поэтому, во-первых, первый...

Кит сильно ударил по Тодду, сбивая его с его ног. Я задержала дыхание, но он сидел мгновение спустя и направлял гномов. Они пошли в другое наступление, на сей раз на одного из них.

Я помогла Тодду встать,а гномы осыпали Кита их немногими оставшимися стрелами, но Кит был достаточно крупным, чтобы проигнорировать несколько уколов, которые попали в цель. Он взвыл, когда стрела попала ему в голень; выдернув её и бросив на землю, он пытался поймать гнома, который его ранил.

Поле битвы затихло на мгновение, и глаза Тодда заледенели. Он посмотрел на меня.

— Его больше нет, — сказал Тодд. — Возможно, если бы мы смогли выбить его, то магия сработала бы.

Я не тратила время на споры. Я бежала к центру, туда, где Кит разбрасывал комья грязи — и, скорее всего, куски, которые, фактически грязью не являлись — гномов, находившихся поблизости от него.

— Кит! — позвала я, стоя перед ним с мечом наготове.

Он оглянулся назад, затем пошёл ко мне.

— Я сожалею,— сказала я и, когда он замахнулся рукой, пытаясь сбить меня с ног, пустила в ход катану.

Я распорола ему руку. Кровь заливала землю, и Кит визжал от боли, ужасный звук, который, вероятно, разбудил оставшихся соседей-фермеров, которые ещё не были разбужены гигантским садовым гномом, затаптывающим вокруг земли соседей.

Я застыла на мгновение при виде крови, испугавшись, что меня накроет жажда. Но не было ничего отдалённо приемлемого в этом запахе. Она пахла землёй — не грязно, но влажно и с ноткой особого запаха минералов. В целом неплохой аромат, но пить это мне не хотелось.

Не могу сказать, что Кит дал бы мне возможность это сделать. Обнажив чудовищные зубы, он вывернулся в другом направлении. Я кинулась на землю, чтобы избежать взмаха его ладони, но недостаточно далеко, чтобы улизнуть от его пальцев. Они ударили меня как деревянные брёвна, отбросив на десять футов в поле. Приземляясь лицом вниз, я сильно ударилась, что отозвалось эхом во всём моём теле и распространилось болью во всех моих конечностях.

Не было возможности перевести дух. Земля дрожала по мере приближения Кита. Я вздрогнула от острой боли в рёбрах — очередное сломанное ребро, предположила я — и медленно встала на ноги.

На мою защиту встала группа гномов, но вскоре все стали безоружны. Кит отмахивался от них легко, как от раздражающих комаров, а затем опять вперил в меня пристальный взгляд.

Он прыгнул на меня. Игнорируя боль в боку, я вцепилась в катану обеими руками и вогнала её ему в ногу. Он взвыл от боли. И, когда он наклонился к ране, я выдернула меч и проскочила у него между ног.

Не дав ему прийти в себя и не оставляя себе времени на раздумья, я запрыгнула ему на спину и вскарабкалась наверх. Мой вес отвлёк его от болевых ощущений, он старался дотянуться до меня и крутился в разные стороны, стараясь сбросить.

Это походило на самый странный аттракцион в мире…, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

Моё сломанное ребро ожесточило моё сердце против насилия, я поднялась на его плечи и, приставив меч, тюкнула рукоятью меча в точку позади его уха. Сильно.

Кит замер, а затем начал падать. Я отскочила как можно дальше, на безопасное расстояние, прокатившись по земле, в то время как он рухнул, как срубленное дерево.

Ночь затихла на секунду.

Я откинула волосы с лица и встала, оглядываясь вокруг, пока не увидела Мэллори.


Она стояла рядом, с окаменевшим от ужаса лицом уставившись на гигантского гнома, лежавшего на земле. Он был без сознания.

Я обтёрлакатану о свои штаны и подошла к ней, остановившись в десяти футах.

— Хочешь создать ещё кого-то или готова выйти со мной один на один?

Когда она не ответила, я подошла ближе.

— Лишь я и ты, — проговорила я, стоя в нескольких дюймах от неё. — Ты к этому готова? Готова ли ты убить меня, лишь бы получить то, что ты хочешь? — Я крутанула меч в руке, надеясь если не запугать её, то хотя бы ослабить бдительность.

— Я не боюсь.

— Это смешно, потому, что я тебя боюсь. Боюсь того, кем ты стала и кем будешь, если доведёшь задуманное до конца. И я боюсь, что ты никогда не станешь прежней.

— Я не боюсь, — повторила она, но в её глазах мерцал страх. Как бы она ни хотела Малефициум— настолько, насколько, она считает, он был ей нужен — она, всё же, была напугана.

Отлично. Может Ордену удалось впихнуть в её голову немного здравого смысла за те несколько часов до её побега.

Я решила, что у меня получается, и продолжила настаивать.

 


— Посмотри, что ты наделала. Из-за тебя пострадали люди. Мэллори, ты думаешь, что колдовством сделаешь жизнь лучше. Но, если бы это было так, разве маги уже этого бы не сделали?

— Они не понимают.

— Значит, заставь их понять. Но словами, а не так, переворачивая нашу жизнь с ног на голову.

Ответа не последовало.

— Пожалуйста, — тихо сказала я. — Просто приди ко мне. Ты сможешь увидеть Катчера и поговоришь с Орденом. Мы попытаемся вернуть тебя обратно. Я знаю, это будет трудно, но ты сможешь это сделать. Я тебя знаю. Я знаю, кто ты и что в твоём сердце.

Тишина. На мгновение, я подумала, что это всё не зря. Я думала, что убедила её отказаться от ошибочных поисков спокойствия и вернуться со мной в Чикаго.

Но этому не суждено было случиться. Она вдруг вскинула голову, словно олень, учуявший хищника в лесу, а потом взглянула на меня.

— Это ещё не конец, — сказала она, а затем исчезла в синем свете, который сама же и создала.

Глава 6.«Фехтование»

Мир снова затих.

— Куда она подевалась? — спросил Тодд. Его шляпа была грязной и помятой, а одежда порвалась и перепачкалась. Для него это был тяжёлый вечер.

— Я не совсем уверена, — я огляделась, на мгновение запаниковав, не будучи уверенной, что Этан не исчез. Он поднимался с земли на краю лесополосы, и пара гномов оказывала ему помощь. Но он всё равно вздрагивал с явной болью, и шаг его был тяжёлым, когда он присоединился к нам.

— С тобой всё в порядке?

— Голова болит, — сказал он. — И кружится.

— Она всё ещё поблизости?

Он закрыл глаза и кивнул.

— Получается, ты явно с ней связан?

Он снова открыл глаза.

 


— Эмоционально, я думаю. Я чувствую в себе её гнев, её напряжение. Её зависимость, — он посмотрел на меня извиняющимися глазами. — Её разочарование.


Я думаю, он имел в виду, что извиняется за то, что хватал меня за руки, но мы могли поговорить об этом позже.

 


— Если она всё ещё здесь, то где она?

— Она не сможет пробиться через деревья, — сказал Тодд. — Таким образом, она не смогла бы попасть в бункер.

— И Пейдж? — поинтересовался Этан. —Она-то где?

— И как это она пропустила всю драку? — тихо удивилась я.

Этот вопрос решился сам собой, стоило мне только его озвучить. Я закрыла глаза ...запах, слабый аромат лимона и сахара.

— Что это, Страж?

— Тейт здесь, — сердце моё забилось в предвкушении.

— Откуда ты знаешь?

— Его сопровождает лимонно-сахарный аромат, — я чувствовала себя глупо, предполагая, что сверхъестественное существо пахло сахарными печеньками. Но невозможно было проигнорировать запах, или того, о ком он сигнализирует.

Этан, казалось, не считал это странным.
— Если он здесь, тогда ты понимаешь, почему не было Пейдж?

— Я думаю, что нам надо вернуться в дом, — сказала я и рванула обратно, а Этан за мной.

Пока мы исследовали прилегающие территории, то успели уйти достаточно далеко, в противоположную сторону от дома и бункера, и я чуть не упала, споткнувшись о какую-то неровную площадь, которая не была изучена. Я перепрыгнула через два забора, сердце моё бешено колотилось задолго до того, как на горизонте снова показался дальний конец. Я обежала вокруг, к парадной двери, которая была распахнута настежь, пол в холле был усыпан книгами, и их страницы мягко трепетали в налетавшем ветерке.

Этан шагнул ко мне сзади и тихо выругался.

— Пейдж? — крикнула я, осторожно ступая по коридору. В гостиной было пусто и темно, так же как и на кухне. Я продолжала идти, потом заглянула в комнату, которая, как я предполагала, была спальней. Она была пуста, кровать аккуратно застелена, свет выключен.

— Пейдж! — позвала я снова, но в доме было тихо, и не было даже намёка на магию в воздухе. Ничего, кроме медленно исчезающего приторного аромата лимона и сахара.

— Её здесь нет, — сказала я.

— Я думаю, нет нужды спрашивать, где она, — заметил он.

Совершенно согласна.

 


— Бункер, — сказала я. — Они хотят Малефициум, и это то место, где он находится.

 


И я опасалась, что это было ещё не самое плохое. Мэллори исчезла до того, как я поймала ароматический автограф Тейта в воздухе, но она была далеко от бункера и Малефициума. И мы были так заняты дракой с ней, что у нас не было времени думать оПейдж или Тейте ... или входе в бункер.

Могли бы Мэллори и Тейт работать в паре?

Я посмотрела на Этана.
— Я думаю, что Мэллори была отвлекающим фактором.

— Отвлекающим?

Тейт и Мэллори оба хотят книгу. Мэллори знает, что она в бункере, и немного копания в интернете показало бы, где конкретно эта дверь находится. Если всё это было так просто найти, то почему она появилась так далеко от входа?

— Она нас отвлекала, — сказал Этан. — Она была там, чтобы убрать нас с дороги, а Тейт нашёл Пейдж и заставил её показать, где именно в бункере книга. Но с чего бы Тейту и Мэллори работать вместе? Как они вообще нашли друг друга?

— Я не знаю, — сказал я. — Но почему бы им не работать вместе? Мэллори хочет книгу, они оба хотят освобождения зла, а у нас численный перевес. Они оба обладают магией, так же, как и Пейдж, и они не могли знать, какие меры безопасности их ожидают.

Я вернулась к входной двери и посмотрела на улицу, но там не было ничего сигнализирующего о том, что дела плохи. Ферма была похожа на любую другую в начале зимы в ожидании снегопада, очищающего снега, заставляющего семена всходить вновь.

— Бункер? — спросил он.

Я кивнула.
— Пойдём.

Мы спокойно вышли на поле, которое окружало ракетную шахту, стараясь не пропустить ни одного знака оттуда. Когда мы приблизились к ней, запах усилился, как будто по дороге открылся магазин фабричного печенья.

Бетонная коробка выглядела так же, как и тогда, когда мы из неё выходили. Дверь была закрыта, и не было никаких сверхъестественных огней или звуков, которые помогли бы определить, что Тейт и Мэллори уже расшвыривали зло по округе.

Оставалась надежда, что мы не опоздали.

— Они здесь.

Мы обернулись и обнаружили сзади Тодда с новым малиновым пятном на плече.

— С тобой всё в порядке? — спросила я.

— Выживу, — сказал он. — Они вошли, а я получил шар в плечо.

— Пейдж? — спросила я.

— Пейдж, другая ведьма и кто-то тёмный.

Тейт — темноволосый, должно быть, тёмный — это он.

— Пока мы боролись с Мэллори, Тейт захватил Пейдж и ждёт Мэллори, чтобы прикончить нас.

Может быть, Пейдж была права. С каждым совершённым поступком Мэллори приближалась к тому, чтобы оставить нашу дружбу в прошлом.

— Спасибо вам за ваше усердие, — сказала я Тодду. — И благодарю за вашу помощь ранее.

Он кивнул.

 


— Мы покончим с этой войной. Мы затаимся. Перегруппируемся. Это путь наших людей.

Когда он снова поднял глаза, он смотрел опьяневши.
— Сегодня вечером всё будет кончено.


— Это наше твёрдое намерение, — пообещал Этан, протягивая руку. — Мои извинения за своё поведение ранее. Мой комментарий был близоруким и наивным. Нам повезло, что мы встретили вас, и мы гордимся тем, что мы делили поле боя.

Тодд колебался, потом взял руку Этана.
— Удачи, — сказал он, а затем исчез в поле. Ночь снова стихла, только падали звёзды.

— Я чувствовала бы себя намного лучше, если бы они отправились с нами, — сказала я.

Этан, не отвечая, довольно долго молчал, так, что я посмотрела на него. Глаза зажмурены и на лбу хмурая складка.

Я положила руку ему на плечо.
— Где она?

— Рядом, — сказал он, потирая виски. — Я могу чувствовать то, что раздирает её. Хоть это и отличается от того, что было ранее.

— Наверное, она опять собирается использовать заклинания тёмной магии. С тобой всё будет хорошо?

— Я буду в порядке. Давай покончим с этим.

Интонации в его голосе убедили меня не настаивать на вопросе. Он был большим мальчиком. Если бы он хотел моей помощи, он мог попросить об этом.

Осторожно, мечами, мы открыли дверь в бункер. Было темно даже в сравнении с чернотой ночи, и мои глаза ещё не привыкли. Я осторожно пошла вперёд.

Но не достаточно осторожно.

— Стоп! — крикнул Этан, обхватив меня рукой до того, как я не нырнула вниз, в темноту.

Лифта не было.

Этан оттащил меня назад как раз в тот момент, когда я почти соскользнула через край. Это падение не могло закончиться для меня ничем хорошим.

—Иисусе, — сказал Этан, оседая со мной подальше от края, и руки его тряслись от нервов.

— Думаю, что лифт у них, — сказала я, взглянув вниз. — И что мы сделаем, чтобы очутиться там?

— Здесь тридцать футов, — сказал Этан. — Я могу спрыгнуть, но у тебя нет опыта.


— Это не совсем так. — Этан медленно перевёл взгляд на меня.— Пока тебя не было, я научилась прыгать. Ну, падать, так или иначе. Джонах меня научил.

— А, — это было всё, что сказал Этан. Но он смотрел на меня с минуту с выражением лёгкого любопытства на лице.

— Он помог мне, когда тебя...не было, — объяснила я. Не то чтобы он просил объяснений.

— Я не ревную, Страж.

— Хорошо.

— У меня нет причин для ревности.

Я в равной степени была удивлена ​​и заинтересована этой напускной храбростью. Этан летел по скоростной трассе и пытался огибать повороты вместо того, чтобы ехать на приемлемых тормозах.

— Кстати, — посоветовала я, — Тот, кто пойдёт первым, может отправить лифт обратно.

— Слишком шумно. Мы должны двигаться тихо, когда окажемся там. Между тем, они, вероятно, уже знают, что мы идём, но, всё равно, не надо объявлять об этом, — он посмотрел на меня. — Ты уверена, что можешь сделать это?

Я бы не стала отрицать, что этот прыжок, как и все другие, пугает меня. Но не думаю, что он хотел услышать это именно сейчас. И мой страх, конечно же, не самая веская причина не делать этого. Если бы я избегала всего, чего боялась, то никогда бы не выходила из дома.

— Я пойду первым, — сказал он, и, прежде чем я могла согласиться, он исчез, оставив лишь свист воздуха после себя. Две секунды спустя я услышала, как его ноги коснулись земли.

Мои глаза, наконец, привыкли к темноте, и я заглянула через край. Этан поднял вверх большой палец. Когда он расчистил путь для меня, я зачехлила меч, вздохнула и сделала шаг.

Худшее, что есть в вампирских прыжках — и это действительно единственная плохая вещь — был именно первый шаг. Это было так же неприятно для вампиров, как и для людей, тошнотворное чувство в желудке, внезапное ощущение падения и страх, что этот прыжок будет последним.

Но потом всё менялось.

В мире все замедлялось, как будто перестраивалось, чтобы двигаться в одном ритме с вами. Дюжина шагов стала единственным изящным шагом, и, пока вы держали колени расслабленными, приземление не представляло вообще никаких проблем.

Я приземлилась на корточки, как супергероиня: одна нога согнута, другая отставлена, рука на земле, а другая на рукояти меча. Я взглянула на Этана сквозь чёлку.

Его глаза полыхали яростной гордостью.

— Ты можешь это делать, — прошептал он.

Я встала и поправила ремень моей катаны.
— Ты во мне сомневаешься?

— Я не сомневаюсь, — сказал он. — Я ... отложил вынесение приговора.

Я расстроилась, но решила спустить всё на тормозах. Бог даст, позже у меня будет время как следует его потрепать.

Мы заглянули в коридор, что вёл от лифта в холл. Свет горел, и не наблюдалось никаких признаков Тейта, Мэллори или Пейдж.

Я взглянула наЭтана, мой сигнал тревоги говорил о близости вампира. Он морщился от того, что как я предполагала, было ещё одной головной болью, которую породила Мэллори, но он всё же был на ногах.

— Ты думаешь, Пейдж привела их прямо к книге? — задумалась я.

— Зависит от состояния, в котором она пребывает. И мы не будем знать до тех пор, пока не увидим её.

— Стратегия?

Этан посмотрел вокруг.

 


— Если они хотят добыть книгу, они должны будут войти в нижнюю часть бункера. Но я хочу взглянуть, прежде чем мы пойдём в лобовую атаку. Давай проверим комнату запуска. Мы можем проверить отверстие и выяснить, где они находятся. Радиомолчание о нашем уговоре. Ты помнишь сигналы?

Я кивнула. Люк научил охранников Дома Кадогана серии жестов, которые мы могли бы использовать, чтобы сигнализировать друг другу во время миссий. Они могли бы пригодиться раньше и, несомненно, теперь, когда мы пытались скрыть своё присутствие от бывшего мэра и упрямой ведьмы. Если, конечно, они уже не знали, что мы придём, но это вряд ли.

Выхватив мечи, мы двинулись по коридору. Этан обогнул правую сторону, а я обогнула левую немного позади него. Мы прислушивались у каждой двери, мимо которой проходили, пытаясь обнаружить звук, но не было никакого признака даже с обострёнными и работающими в полную силу чувствами вампира.

Вероятно, не помогало, что место было загружено бетоном для защиты от ракетных атак. Я не была действительно уверена, как это затронет выпуск древнего зла, но у меня было чувство, что мы это скоро узнаем.

Мы почти достигли гигантских раздвижных дверей в бункер, когда я увидела блестящую алую каплю на полу. Капля была небольшой, но запах свежей крови был, несомненно, острый.

Я присела вниз и коснулась её кончиком пальца, затем изящно вдохнула. Определённо кровь и пряная — с волшебством. Или Пейдж, или Мэллори, кто из них я не могла сказать, но это действительно было не важно. Одна из наших волшебниц пролила кровь.

Я снова встала и вытерла руки о штаны, потом махнула рукой в сторону раздвижных дверей. Этан указал мне на ручку, а потом взял меч, указывая на дверь. Когда он кивнул, я потянула ручку.

Дверь открылась, и Этан скользнул внутрь. Я последовала за ним. В комнате было пусто и темно. Но бункер светился ниже, там, где был расположен Малефициум.

Этан жестом поманил меня вперёд. Подавляя взрыв страха, который сжал мою грудь, я зашла в бункер и посмотрела вниз.

Во второй раз за несколько недель Малефициум исчез.

Но драма только началась. Здание внезапно задрожало от пульса волшебства, которое кричало через здание. Если мы уже не слишком опаздывали, мы собирались быть через минуту.

Я не тратила времени впустую.

— Мерит! — крикнул Этан, но я уже была в воздухе на пути в ракетную шахту. Я приземлилась на корточки на постаменте, где однажды покоился Малефициум.

Передо мной, в большой круглой комнате, были враги, которых я искала. Мэллори склонилась над Малефициумом, который был открыт на земле. Тейт стоял между мной и Мэллори, а раненая Пейдж лежала на земле рядом с ним, вся в крови и без сознания. На ней не было её жакета и кепки; Тейт, должно быть, обманул её или вынудил выйти из дома.

— Привет, Балерина, — сказал Тейт.

Сегодня вечером он был в тёмном костюме, в тёмной рубашке и в галстуке. Смерть в красивом пакете, за исключением того, что он выглядел опустошённым — стёртый и измождённый — не немного лучше, чем Мэллори. Возможно, он также не был неуязвим к эффектам чёрной магии.

— Полагаю, я могу сказать, что рад, что вы пережили поездку, хотя это, вероятно, покажется лицемерным. — Я услышала шаги позади меня и поняла, что Этан приземлился в шахту.— И этот тоже, — сказал Тейт категорически. — Но это просто нечестно.

— Отойдите от книги, — сказала я им, приседая немного и готовясь действовать.

— Ты знаешь, что я не собираюсь этого делать.

Другой пульс волшебства, освещённого через комнату, книга её очевидный пункт происхождения. Пол и стены дрожали от него.

И будь я проклята, если я собираюсь закончить свои дни, погребённой под бетоном и сталью сорокалетней ракетной шахты в штате Небраска.

— Этан, — сказала я, — я иду ниже.

— Тогда я выше, — сказал он, выходя вперёд с мечом.

Я шагнула назад, а потом на полной скорости бросилась к Тейту. Его глаза расширились, когда он увидел моё передвижение, но Этан отвлёк его взмахом своего меча.

Я упала на колени и позволила импульсу двигать меня вдоль гладкого покрашенного бетонного пола к Мэллори, находившейся на другой стороне комнаты.

Я снова вскочила, оставив Этана иметь дело с Тейтом, и направила меч на неё.

— Говорю в последний раз, ведьма. Назад!

Она подняла глаза от Малефициума, её окровавленные пальцы зависли над текстом, а в глаза её не было ничего, кроме боли.

Мне бы удалось отговорить её от гнева, или страха, или усталости, но боль была своего рода демонической, и я не была уверена, что разговор будет иметь какой-либо эффект.

Я услышала треск плоти и костей и оглянулась на Этана. Он шёл старомодным маршрутом и попытался дать Тейту другой правый хук в челюсть, вероятно, в знак благодарности за ущерб, нанесённый его Мерседесу.

Но, на сей раз, Тейт знал, что удар приближался, и он был достаточно быстр, чтобы избежать его. Он протянул руку, чтобы поймать кулак Этана и задержал его там на мгновение, глаза Этана были дикими.

— Я думал, что моё предупреждение имело хоть какой-то эффект.

— Я плохой ученик.

— Я полагаю, что мудрость не приходит с возрастом, а? — Незаметным движением руки Тейта Этан полетел через комнату и приземлился возле стальной колонны, поддерживающей свод.

Его колени подогнулись, и он упал на землю.

— Этан! — Моё сердце ёкнуло в доли секунды, прежде чем он взглянул на Тейта. Кровь побежала по его лицу из раны на голове, и ему потребовалось гораздо больше времени, чем обычно, чтобы снова встать, но он это сделал.

Я двинулась к нему, но его глаза расширились.

— Сзади тебя! — крикнул он.

Я оглянулась. Мэллори собрала шар магии, который теперь светился меж её рук. Синеватый свет, отражающий свет на её лицо не самым удачным способом, словно фонарик, который держал под подбородком школьник. И потом, как если бы я была врагом — угрозой, вместо давнего друга — она направила магию против меня.

Моим первым побуждением было увернуться. В конце концов, я взяла шар или два, и искры от десятков других, когда не была достаточно быстра на тренировках. Я предположила, что те содержали только низкосортное волшебство, но они все же причиняют боль, оставляя уродливые ожоги, на лечение которых требуется несколько дней даже на быстро заживающем вампире.

Честно говоря, это инстинкт умер довольно быстро, и я увернулась и обогнула два или три шара, которые разбились о стену у меня за спиной.

Но, как только я увернулась, я также задалась вопросом ...

Катчер не позволял мне использовать свой меч во время магических вышибал. Я предположила, что он не хотел рисковать и повреждать мою старинную катану. Но что, если проблемой не было повреждение меча — но повреждение шара?

Такая возможность была, и я подумала, что стоит провести небольшой эксперимент. И поэтому, вместо того, чтобы избегать магии Мэллори, я решила нейтрализовать её.

Я сжала рукоятку меча обеими руками и подняла его перед собой ... как бейсбольную биту.

«Вперёд», -- подумала я про себя.

Мэллори бросила шар в воздух, как подающий высшей лиги, его полет, прямой и верный, стремился к моему сердцу. Я пошевелила пальцами вокруг ручки, …и когда момент был правильным, я резко развернулась.

Давай.

Вибрация чистого волшебства и волшебной стали — стали, которой я умерила своей собственной вампирской кровью несколько лун назад — почти сорвала мою руку. Но я держала пальцы плотно вокруг ручки… и наблюдала, как шар разрушился на миллион синих искр.

—Ушёл, — пробормотала я, глядя на фейерверк до тех пор, пока искры не рассеялись, и обратила взгляд на Мэллори, выгнув бровь точь-в-точь, как Этан. — Есть что-нибудь ещё?

Она, видимо, приняла мой сарказм за вызов. Один за другим шары полетели в мою сторону. Каждый новый был острее, мощнее и волшебнее, чем предыдущий. Она работала, с усилием стиснув зубы. И даже, несмотря на ноябрьский холод, её лоб покрылся испариной.

И она заставила меня работать. Я использовала каждое движение и манёвр, который я когда-либо практиковала или видела, что Катчер или Этан выполняют или наблюдаемый в Ригли-филд. Я металась вперёд, назад и в разные стороны. Я повернула назад, чтобы избежать бледно-синего шара, а затем полетела на пол, чтобы избежать выстрела, нацеленного на мою голову.

Она пускала в меня больше, чем следовало. Мэллори уставала.

Обычно, она была достаточно умна, чтобы продумать действия, запланировать на несколько шагов вперёд. Но сегодня вечером, если она уже устала, возможно, я смогла бы приманить её ещё раз.

Я снова встала и поманила её пальцем, как очень часто для меня это делал Этан.
— Ты хочешь меня? Приходи и получи.

Она оскалила зубы, потом начала вращать пальцами и собрала ещё один волшебный шар из эфира.

Я развела руки.

— Ты думаешь, что можешь ударить меня, ведьма? Прямо в грудь?

Она завершила и бросила свою подачу.

Я выпустила каждое чувство вампира — вид, звук, вкус, запах. Мир взорвался в ощущениях, но события вокруг меня, казалось, замедлились из-за этого. Я наблюдала движение шара, дюйма синего света ко мне; в замедленном движении его поверхность была изъеденным водоворотом энергии, которая искала приземляющееся пятно, дом.

Я твёрдо намеревалась дать ему один.

Прежде, чем она могла перезагрузить или двинуться с места, я подняла свой меч — не чтобы разбивать шар на тысячу частей — ...но отразить его. Я держала катану непосредственно передо мной, лезвием в стороны и подобной зеркалу сталью к Мэллори.

Шар пронзил лезвие достаточным количеством силы, чтобы испугать сталь. Но умеренный и заточенный меч сделал свою работу. Шар сразу же подпрыгнул и полетел обратно к Мэллори. Медленнее на обратном пути, но в верном направлении. Он ударил её в грудь и запустил через комнату. Она ударилась о стену, а затем с сильным ударом, который, вероятно, сломал несколько её рёбер, свалилась на пол.

По крайней мере, она не могла причинить боль ни себе, ни другим хоть на некоторое время. Минус один плохиш...Теперь назад к другому.

А другой был занят в своём ожесточённом бою. Тейт, который может управлять машиной прямо на дороге магией, видимо, хочет другого рода вызов. Он извлёк свой меч — гигантский двуручный клинок со сложными гравюрами — поймал свет, и всё изменилось. Катана была предназначена для нарезки; эта штука выглядела так, словно была предназначена для того, чтобы бить.

У Этана был свой меч, и не было никакого сомнения, что он был способен владеть им. Но Тейт был человеком с программой, и он не будет сдержан. Улыбка на его лице напомнила мне о кошке, играющей с мышью как раз перед заключительной хваткой её челюстей. Тейт имел твёрдое намерение закончить борьбу — и покончить с Этаном — но сначала хотел немного поиграть с едой. Куртка Этана уже была разорвана от нескольких порезов.

— Ой.

Я посмотрела на другую сторону комнаты. Пейдж сидела, прижав руку к кровоточащей голове.

Я бросилась к ней, надеясь, что она сможет найти способ, чтобы остановить всё это, и опустилась на колени рядом.
— Ты в порядке?

— Он заставил меня выйти вслед за ним, затем заставил сказать ему, где книга. — Её губы дрожали, и слёзы колебались на краю ресниц.

— Всё хорошо. Все мы знали, что это случится. Они с Этаном сражаются. Есть ли что-нибудь, что ты можешь сделать? Ты можешь вырубить Тейта или ещё что-то?

Она покачала головой, слёзы катились по её щекам, начали проступать уродливые синяки. — Он сделал что-то со мной. Я не могла помешать ему приехать сюда или заставить меня сказать ему, где это место.

Это походило на нарушение волшебства, своего рода экстрасенсорное вымогательство, используемое Тейтом, чтобы добраться до книги. Как будто ему было мало причин, из-за которых я его ненавижу.

Куски бетона пролетели мимо нас, поскольку меч Тейта отломил немного стены. Мэллори не было, Тейт был занят, и Пейдж была ранена. Если она не могла использовать своё волшебство, то я могла бы, по крайней мере, вытащить её из комнаты, чтобы не подвергать ещё большей опасности — или воспрепятствовать Тейту использовать её.

— Ты сможешь идти?

Она пожала плечами.
— Я не знаю. Возможно.

Я поддержала её рукой и помогла встать. Но этот план не длился долго.

— Мерит! — закричала Пейдж. — Мэллори! Книга!

Я оглянулась назад. Мэллори очнулась и растянулась на полу хранилища, одна рука была вытянута над книгой, губы шевелились, в то время как она продолжала заклинание.

Звуки драки остановились, когда Тейт повернулся на звук древних слов. Этан воспользовался отвлечением и вонзил катану вниз.

Катана должна была разрубить Тейта от горла до желудка, но он поднял руку, и Этан отлетел спиной к стене.

Моё сердце чуть не остановилось снова, но Этан застонал и перевернулся. К сожалению, моё облегчение затмилось шоком во власти Тейта и насилии, которое он бросил вокруг столь же небрежно. Кем он был?

Не напуганная жестокостью вокруг, Мэллори продолжала своё пение, слова, которые были короткими и ритмичными, как латынь, но с более толстыми согласными и акцентом, который казался почти русским.

С поверженным Этаном Тейт перепрыгнул через стол и протянулся, чтобы схватить книгу.

— Мэллори, остановись! — я кричала, но было слишком поздно.

Тейт дотянулся до книги, и в тот момент, когда его пальцы коснулись красной кожаной обложки, Мэллори закричала заклинание.
Adnummalentium!

Грозовой хлопок расколол воздух, энергия оттолкнула назад Мэллори, ...но не Тейта.

Малефициум взорвался в яркой вспышке синего света, которая обернула вокруг руки Тейта, всё ещё лежащей на книге, как ползущая виноградная лоза. В течение нескольких секунд он был окутан светом. Мэллори сделала что-то, закончила что-то, и Малефициум отреагировал.

Свет пылал вокруг него, как видимая аура, и на мгновение он улыбнулся, как будто он достиг некоторой части своего плана.

Но его восторг не длился долго. Свет вокруг него начал дрожать, и аура его тела наряду с ним. Он колебался и дрожал в облаке света, и выражение лица стало огорчённым. Он открыл рот, чтобы кричать, но никакой звук не избежал света, просто унылое пульсирование волшебства.

В течение секунд его вибрирующая форма начала качаться вверх и вниз, а затем его тело начало расширяться. Это не становилось больше — это простиралось горизонтально, когда он выл о своём неудовольствии.

Щит волшебства вырос, как и он, и я стремглав бросилась назад, чтобы избежать его края.

Внезапно, как последовательность деления ДНК, один Тейт начал раскалываться надвое. Раскол начался в его голове, бормоча на остановках и запусках. Вспышки осветили комнату как приведённый в действие солнцем строб, и затем всё кончилось.

Громкий треск магии пересёк комнату, и свет в бункере мелькнул один раз, затем два раза.

Когда комната снова стала спокойной, Сет Тейт стоял в середине комнаты, потный и помятый.

А рядом с ним стоял другой Сет Тейт.

Потребовались секунды для моего ума, чтобы фактически начать работать снова — и даже тогда мне не удалось поверить в то, что я видела.

Сет Тейт, бывший мэр Чикаго, стал двумя Сетами Тейтами.

 


Тейты посмотрели на свои руки, а затем друг на друга, а потом толкнули друг друга в грудь. Они закричали — абсолютно нечеловечески и просто оглушительно.

Я рухнула на колени на бетонный пол, зажимая уши. Вся конструкция вибрировала, и я могла бы поклясться, бетон и сталь деформировались от энергии, которую они поглощали.

В какой-то момент воцарилась тишина.

И затем они оба выстрелили вверх, прямо в ракетную шахту бункера. Я подбежала прямо под отверстие и наблюдала, как они поднимались — двадцать футов, сорок футов, шестьдесят футов, восемьдесят футов — а затем металлические двери распахнулись прорванной плотиной, окатив бункер душем из грязи, корней и кукурузных стеблей. Тейты исчезли в образовавшемся проёме, растаяв в ночи, подобно сверхъестественным ракетам неизвестных пропорций.

Грязь очистилась, и небесный свет струился вниз через пробитое отверстие. И всё снова стало тихо на Средне-Западном фронте.

Глава 7. Мир снова затих.

— Куда она подевалась? — спросил Тодд. Его шляпа была грязной и помятой, а одежда порвалась и перепачкалась. Для него это был тяжёлый вечер.

— Я не совсем уверена, — я огляделась, на мгновение запаниковав, не будучи уверенной, что Этан не исчез. Он поднимался с земли на краю лесополосы, и пара гномов оказывала ему помощь. Но он всё равно вздрагивал с явной болью, и шаг его был тяжёлым, когда он присоединился к нам.

— С тобой всё в порядке?

— Голова болит, — сказал он. — И кружится.

— Она всё ещё поблизости?

Он закрыл глаза и кивнул.

— Получается, ты явно с ней связан?

Он снова открыл глаза.

 


— Эмоционально, я думаю. Я чувствую в себе её гнев, её напряжение. Её зависимость, — он посмотрел на меня извиняющимися глазами. — Её разочарование.


Я думаю, он имел в виду, что извиняется за то, что хватал меня за руки, но мы могли поговорить об этом позже.

 


— Если она всё ещё здесь, то где она?

— Она не сможет пробиться через деревья, — сказал Тодд. — Таким образом, она не смогла бы попасть в бункер.

— И Пейдж? — поинтересовался Этан. —Она-то где?

— И как это она пропустила всю драку? — тихо удивилась я.

Этот вопрос решился сам собой, стоило мне только его озвучить. Я закрыла глаза ...запах, слабый аромат лимона и сахара.

— Что это, Страж?

— Тейт здесь, — сердце моё забилось в предвкушении.

— Откуда ты знаешь?

— Его сопровождает лимонно-сахарный аромат, — я чувствовала себя глупо, предполагая, что сверхъестественное существо пахло сахарными печеньками. Но невозможно было проигнорировать запах, или того, о ком он сигнализирует.

Этан, казалось, не считал это странным.
— Если он здесь, тогда ты понимаешь, почему не было Пейдж?

— Я думаю, что нам надо вернуться в дом, — сказала я и рванула обратно, а Этан за мной.

Пока мы исследовали прилегающие территории, то успели уйти достаточно далеко, в противоположную сторону от дома и бункера, и я чуть не упала, споткнувшись о какую-то неровную площадь, которая не была изучена. Я перепрыгнула через два забора, сердце моё бешено колотилось задолго до того, как на горизонте снова показался дальний конец. Я обежала вокруг, к парадной двери, которая была распахнута настежь, пол в холле был усыпан книгами, и их страницы мягко трепетали в налетавшем ветерке.

Этан шагнул ко мне сзади и тихо выругался.

— Пейдж? — крикнула я, осторожно ступая по коридору. В гостиной было пусто и темно, так же как и на кухне. Я продолжала идти, потом заглянула в комнату, которая, как я предполагала, была спальней. Она была пуста, кровать аккуратно застелена, свет выключен.

— Пейдж! — позвала я снова, но в доме было тихо, и не было даже намёка на магию в воздухе. Ничего, кроме медленно исчезающего приторного аромата лимона и сахара.

— Её здесь нет, — сказала я.

— Я думаю, нет нужды спрашивать, где она, — заметил он.

Совершенно согласна.

 


— Бункер, — сказала я. — Они хотят Малефициум, и это то место, где он находится.

 


И я опасалась, что это было ещё не самое плохое. Мэллори исчезла до того, как я поймала ароматический автограф Тейта в воздухе, но она была далеко от бункера и Малефициума. И мы были так заняты дракой с ней, что у нас не было времени думать оПейдж или Тейте ... или входе в бункер.

Могли бы Мэллори и Тейт работать в паре?

Я посмотрела на Этана.
— Я думаю, что Мэллори была отвлекающим фактором.

— Отвлекающим?

Тейт и Мэллори оба хотят книгу. Мэллори знает, что она в бункере, и немного копания в интернете показало бы, где конкретно эта дверь находится. Если всё это было так просто найти, то почему она появилась так далеко от входа?

— Она нас отвлекала, — сказал Этан. — Она была там, чтобы убрать нас с дороги, а Тейт нашёл Пейдж и заставил её показать, где именно в бункере книга. Но с чего бы Тейту и Мэллори работать вместе? Как они вообще нашли друг друга?

— Я не знаю, — сказал я. — Но почему бы им не работать вместе? Мэллори хочет книгу, они оба хотят освобождения зла, а у нас численный перевес. Они оба обладают магией, так же, как и Пейдж, и они не могли знать, какие меры безопасности их ожидают.

Я вернулась к входной двери и посмотрела на улицу, но там не было ничего сигнализирующего о том, что дела плохи. Ферма была похожа на любую другую в начале зимы в ожидании снегопада, очищающего снега, заставляющего семена всходить вновь.

— Бункер? — спросил он.

Я кивнула.
— Пойдём.

Мы спокойно вышли на поле, которое окружало ракетную шахту, стараясь не пропустить ни одного знака оттуда. Когда мы приблизились к ней, запах усилился, как будто по дороге открылся магазин фабричного печенья.

Бетонная коробка выглядела так же, как и тогда, когда мы из неё выходили. Дверь была закрыта, и не было никаких сверхъестественных огней или звуков, которые помогли бы определить, что Тейт и Мэллори уже расшвыривали зло по округе.

Оставалась надежда, что мы не опоздали.

— Они здесь.

Мы обернулись и обнаружили сзади Тодда с новым малиновым пятном на плече.

— С тобой всё в порядке? — спросила я.

— Выживу, — сказал он. — Они вошли, а я получил шар в плечо.

— Пейдж? — спросила я.

— Пейдж, другая ведьма и кто-то тёмный.

Тейт — темноволосый, должно быть, тёмный — это он.

— Пока мы боролись с Мэллори, Тейт захватил Пейдж и ждёт Мэллори, чтобы прикончить нас.

Может быть, Пейдж была права. С каждым совершённым поступком Мэллори приближалась к тому, чтобы оставить нашу дружбу в прошлом.

— Спасибо вам за ваше усердие, — сказала я Тодду. — И благодарю за вашу помощь ранее.

Он кивнул.

 


— Мы покончим с этой войной. Мы затаимся. Перегруппируемся. Это путь наших людей.

Когда он снова поднял глаза, он смотрел опьяневши.
— Сегодня вечером всё будет кончено.


— Это наше твёрдое намерение, — пообещал Этан, протягивая руку. — Мои извинения за своё поведение ранее. Мой комментарий был близоруким и наивным. Нам повезло, что мы встретили вас, и мы гордимся тем, что мы делили поле боя.

Тодд колебался, потом взял руку Этана.
— Удачи, — сказал он, а затем исчез в поле. Ночь снова стихла, только падали звёзды.

— Я чувствовала бы себя намного лучше, если бы они отправились с нами, — сказала я.

Этан, не отвечая, довольно долго молчал, так, что я посмотрела на него. Глаза зажмурены и на лбу хмурая складка.

Я положила руку ему на плечо.
— Где она?

— Рядом, — сказал он, потирая виски. — Я могу чувствовать то, что раздирает её. Хоть это и отличается от того, что было ранее.

— Наверное, она опять собирается использовать заклинания тёмной магии. С тобой всё будет хорошо?

— Я буду в порядке. Давай покончим с этим.

Интонации в его голосе убедили меня не настаивать на вопросе. Он был большим мальчиком. Если бы он хотел моей помощи, он мог попросить об этом.

Осторожно, мечами, мы открыли дверь в бункер. Было темно даже в сравнении с чернотой ночи, и мои глаза ещё не привыкли. Я осторожно пошла вперёд.

Но не достаточно осторожно.

— Стоп! — крикнул Этан, обхватив меня рукой до того, как я не нырнула вниз, в темноту.

Лифта не было.

Этан оттащил меня назад как раз в тот момент, когда я почти соскользнула через край. Это падение не могло закончиться для меня ничем хорошим.

—Иисусе, — сказал Этан, оседая со мной подальше от края, и руки его тряслись от нервов.

— Думаю, что лифт у них, — сказала я, взглянув вниз. — И что мы сделаем, чтобы очутиться там?

— Здесь тридцать футов, — сказал Этан. — Я могу спрыгнуть, но у тебя нет опыта.


— Это не совсем так. — Этан медленно перевёл взгляд на меня.— Пока тебя не было, я научилась прыгать. Ну, падать, так или иначе. Джонах меня научил.

— А, — это было всё, что сказал Этан. Но он смотрел на меня с минуту с выражением лёгкого любопытства на лице.

— Он помог мне, когда тебя...не было, — объяснила я. Не то чтобы он просил объяснений.

— Я не ревную, Страж.

— Хорошо.

— У меня нет причин для ревности.

Я в равной степени была удивлена ​​и заинтересована этой напускной храбростью. Этан летел по скоростной трассе и пытался огибать повороты вместо того, чтобы ехать на приемлемых тормозах.

— Кстати, — посоветовала я, — Тот, кто пойдёт первым, может отправить лифт обратно.

— Слишком шумно. Мы должны двигаться тихо, когда окажемся там. Между тем, они, вероятно, уже знают, что мы идём, но, всё равно, не надо объявлять об этом, — он посмотрел на меня. — Ты уверена, что можешь сделать это?

Я бы не стала отрицать, что этот прыжок, как и все другие, пугает меня. Но не думаю, что он хотел услышать это именно сейчас. И мой страх, конечно же, не самая веская причина не делать этого. Если бы я избегала всего, чего боялась, то никогда бы не выходила из дома.

— Я пойду первым, — сказал он, и, прежде чем я могла согласиться, он исчез, оставив лишь свист воздуха после себя. Две секунды спустя я услышала, как его ноги коснулись земли.

Мои глаза, наконец, привыкли к темноте, и я заглянула через край. Этан поднял вверх большой палец. Когда он расчистил путь для меня, я зачехлила меч, вздохнула и сделала шаг.

Худшее, что есть в вампирских прыжках — и это действительно единственная плохая вещь — был именно первый шаг. Это было так же неприятно для вампиров, как и для людей, тошнотворное чувство в желудке, внезапное ощущение падения и страх, что этот прыжок будет последним.

Но потом всё менялось.

В мире все замедлялось, как будто перестраивалось, чтобы двигаться в одном ритме с вами. Дюжина шагов стала единственным изящным шагом, и, пока вы держали колени расслабленными, приземление не представляло вообще никаких проблем.

Я приземлилась на корточки, как супергероиня: одна нога согнута, другая отставлена, рука на земле, а другая на рукояти меча. Я взглянула на Этана сквозь чёлку.

Его глаза полыхали яростной гордостью.

— Ты можешь это делать, — прошептал он.

Я встала и поправила ремень моей катаны.
— Ты во мне сомневаешься?

— Я не сомневаюсь, — сказал он. — Я ... отложил вынесение приговора.

Я расстроилась, но решила спустить всё на тормозах. Бог даст, позже у меня будет время как следует его потрепать.

Мы заглянули в коридор, что вёл от лифта в холл. Свет горел, и не наблюдалось никаких признаков Тейта, Мэллори или Пейдж.

Я взглянула наЭтана, мой сигнал тревоги говорил о близости вампира. Он морщился от того, что как я предполагала, было ещё одной головной болью, которую породила Мэллори, но он всё же был на ногах.

— Ты думаешь, Пейдж привела их прямо к книге? — задумалась я.

— Зависит от состояния, в котором она пребывает. И мы не будем знать до тех пор, пока не увидим её.

— Стратегия?

Этан посмотрел вокруг.

 


— Если они хотят добыть книгу, они должны будут войти в нижнюю часть бункера. Но я хочу взглянуть, прежде чем мы пойдём в лобовую атаку. Давай проверим комнату запуска. Мы можем проверить отверстие и выяснить, где они находятся. Радиомолчание о нашем уговоре. Ты помнишь сигналы?

Я кивнула. Люк научил охранников Дома Кадогана серии жестов, которые мы могли бы использовать, чтобы сигнализировать друг другу во время миссий. Они могли бы пригодиться раньше и, несомненно, теперь, когда мы пытались скрыть своё присутствие от бывшего мэра и упрямой ведьмы. Если, конечно, они уже не знали, что мы придём, но это вряд ли.

Выхватив мечи, мы двинулись по коридору. Этан обогнул правую сторону, а я обогнула левую немного позади него. Мы прислушивались у каждой двери, мимо которой проходили, пытаясь обнаружить звук, но не было никакого признака даже с обострёнными и работающими в полную силу чувствами вампира.

Вероятно, не помогало, что место было загружено бетоном для защиты от ракетных атак. Я не была действительно уверена, как это затронет выпуск древнего зла, но у меня было чувство, что мы это скоро узнаем.

Мы почти достигли гигантских раздвижных дверей в бункер, когда я увидела блестящую алую каплю на полу. Капля была небольшой, но запах свежей крови был, несомненно, острый.

Я присела вниз и коснулась её кончиком пальца, затем изящно вдохнула. Определённо кровь и пряная — с волшебством. Или Пейдж, или Мэллори, кто из них я не могла сказать, но это действительно было не важно. Одна из наших волшебниц пролила кровь.

Я снова встала и вытерла руки о штаны, потом махнула рукой в сторону раздвижных дверей. Этан указал мне на ручку, а потом взял меч, указывая на дверь. Когда он кивнул, я потянула ручку.

Дверь открылась, и Этан скользнул внутрь. Я последовала за ним. В комнате было пусто и темно. Но бункер светился ниже, там, где был расположен Малефициум.

Этан жестом поманил меня вперёд. Подавляя взрыв страха, который сжал мою грудь, я зашла в бункер и посмотрела вниз.

Во второй раз за несколько недель Малефициум исчез.

Но драма только началась. Здание внезапно задрожало от пульса волшебства, которое кричало через здание. Если мы уже не слишком опаздывали, мы собирались быть через минуту.

Я не тратила времени впустую.

— Мерит! — крикнул Этан, но я уже была в воздухе на пути в ракетную шахту. Я приземлилась на корточки на постаменте, где однажды покоился Малефициум.

Передо мной, в большой круглой комнате, были враги, которых я искала. Мэллори склонилась над Малефициумом, который был открыт на земле. Тейт стоял между мной и Мэллори, а раненая Пейдж лежала на земле рядом с ним, вся в крови и без сознания. На ней не было её жакета и кепки; Тейт, должно быть, обманул её или вынудил выйти из дома.

— Привет, Балерина, — сказал Тейт.

Сегодня вечером он был в тёмном костюме, в тёмной рубашке и в галстуке. Смерть в красивом пакете, за исключением того, что он выглядел опустошённым — стёртый и измождённый — не немного лучше, чем Мэллори. Возможно, он также не был неуязвим к эффектам чёрной магии.

— Полагаю, я могу сказать, что рад, что вы пережили поездку, хотя эт




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.