Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

У МЕНЯ ПОЯВЛЯЮТСЯ СОМНЕНИЯ



Накануне Пасхи мы услышали новости от Софии и Микки. Они основались в Бельгии, где планировали открыть новый филиал шоколада Биттеров. На снимке, добытом Нетти, я заметила, что свита их включала однорукого гиганта. Казалось обоснованным предположением, что это мужчина, которого я искалечила в Гранья-Манана и который чуть не истек кровью до смерти в мексиканском дождевом лесу. Пока что на моей душе не было черной метки убийства.

Пасхальным воскресеньем мы с Нетти пошли в церковь. Даже для полубывшей католички с кризисом веры Пасха была слишком значимым праздником, чтобы его пропускать. Дейзи Гоголь отлучилась домой, да и вряд ли охрана понадобится, ведь София и Микки в Бельгии, а Джекс до сих пор в тюрьме. Нетти и я будем в безопасности, только если окажемся последними женщинами в мире. Разве не папочка однажды сказал: тот, кто выживет – победит? Хотя кого заботит, что он там сказал.

Мне всегда нравилась пасхальная литургия. Я обожала горящие свечи и обновление тематики дня. Но в этом году я чувствовала себя оторванной от всего этого. Я больше не могла, ну просто не могла заставить себя верить и дальше. Во время воспроизведения обетов крещения это чувствовалось сильнее. Священник спрашивал прихожан: «А вы обращаетесь ко Христу»? Достаточно просто. Да, конечно, я думала, что обращалась. Затем священник произнес: «Вам нужно покаяться в грехах»? Тут возникло затруднение. Мой список прегрешений был длинен, и большинство из них я совершила с умыслом. Например, могла ли я честно сказать, что раскаялась за отрубленную человеческую руку? Если бы не я, он убил бы нас с Тео.

Несмотря ни на что, я рада оказаться живой. И уж точно рада, что Тео жив. И ближе к концу литургии, когда мы все должны были вновь и вновь сказать «Я верю и доверяю Ему», я произнесла, потому что все вокруг меня это повторяли. Я молилась и была набожной, но куда это меня завело? Мои родители умерли. Лео умер. Бабушка умерла.

Имоджен умерла. Я не окончу школу. У меня есть судимость. Иногда мне казалось, что вся моя жизнь была предрешена в миг моего рождения, и если это так, то какой прок в религии и молитвах? Можно делать, что хочется. Спать с кем хочешь в субботу. Спать в воскресенье.

В этот момент на меня посмотрела Нетти.

– Я люблю тебя, Анни, – сказала она. – Я так тебе признательна. Пожалуйста, не будь букой.

Я мотнула головой.

– Я тоже тебя люблю, – сказала я. Это единственная вещь, в правдивости которой я уверена.

 

***

После церкви мы отправились домой пешком. День в конце марта был влажным и серым, хотя тусклое пятнышко солнца пробивалось через маленькую прореху в небе. В теплом пальто мне стало жарковато, поэтому я его расстегнула.

– Этим летом я хочу обратно в лагерь для одаренных, – объявила Нетти на середине пути.

– Хорошо. Ты съездишь.

– Но ты выглядишь... – она подыскивала слово, – плывущей по течению, Аня, и злой, меня беспокоит оставлять тебе в одиночестве.

– Нетти! – Я уже стала для нее как Лео? Кем-то, кто нуждается в присмотре? – Нетти, у меня есть друзья. И интересы. Иди к своей судьбе. В лагерь гениев.

– Под интересами ты подразумеваешь исполнение вендетт? – спросила Нетти.

– Нет!

– Послушай, Анни, – мягко сказала Нетти. – Лео мертв. А запланировавшие это люди сбежали. Вин пойдет в колледж, и он самый славный парень в мире, но ты должна быть готова повстречать кого-то нового. Скарлет родит и, возможно, выйдет за Гейбла Арсли. Ты уволила мистера Киплинга и мистера Грина. Все поменялось, а ты должна быть готовой двигаться дальше.

Конечно, моя мудрая сестренка права. Но что мне делать? Я не хотела растрачивать всю жизнь на противостояние закону – в или вне «Свободы», пока не стану слишком взрослой для отбывания срока там, а потом в Рикерсе или куда там отправляли совершеннолетних женщин-рецедивисток. Я не хотела кончить как Джекс или папа, в случае если соглашусь на предложение Толстого. Но, по правде говоря, я изначально не была приспоблена ни к чему другому. Я разбиралась немного в шоколаде и немного в организации преступников, и ношу печально известную фамилию. Что еще к этому прибавить?

– Так, – продолжила Нетти, – если хочешь, я останусь и помогу тебе летом...

– Нетти, я хочу, чтобы поехала! Конечно, этого я и хочу.

Нетти заглянула мне в глаза и кивнула.

– Может, тебе стоит увидеться с доктором Лоу?

Я покачала головой.

– Она спрашивает о тебе при каждой встрече.

Я снова покачала головой.

– Она просто пытается быть милой.

Мы с Нетти поднимались в лифте. Добравшись до нашего этажа, мы обнаружили дверь квартиры приоткрытой.

Я вытянула руку.

– Стой, – сказала я Нетти и вытащила из-под пальто мачете.

Глаза Нетти расширились.

– Может, нам стоит сбежать? – шепнула она.

Я не из тех, кто сбегает. Я приказала ей оставаться в коридоре, возле пожарной лестницы.

– Если услышишь мой крик, беги по лестнице быстро, как только можешь. Беги домой к Вину. Ни с кем не заговаривай, пока не очутишься на месте.

Нетти кивнула.

Входная дверь распахнулась настежь.

Там стоял призрак.

Я почувствовала как теряю сознание.

– Анни, – заговорил призрак и обнял меня.

Призрак оказался из плоти и крови.

– Лео, – произнесла я. – Лео, Лео. – Голова запульсировала и стало трудно дышать. Я схватила его щеки в ладони, тыкая и щипая его, дабы убедиться, что он настоящий. – Но как? – промямлила я. – Как? – Я взглянула в светло-голубые глаза Лео. Я запустила руку в его волнистые черные волосы. Уткнулась лицом в грудь, почувствовать его запах.

– Я инсценировал свою смерть, чтобы вернуться в Нью-Йорк, – сказал Лео.

– Ты что? – необычно ему так говорить.

– Я так скучал по дому, Анни. Очень сильно скучал по тебе и Нетти. И мне было слишком скучно. Я не мог там больше оставаться. Пожалуйста, не будь злюкой.

Дышать становилось все труднее. Я была на грани обморока.

– О, Лео, не говори так. – Это вызовет больше проблем, чем я могла вообразить, но сердце мое переполнилось. – Нетти! – прокричала я. – Иди сюда!

Нетти вышла с пожарной лестницы.

– Лео? – спросила она и упала в обморок.

Мы с Лео подняли ее на руки и занесли внутрь.

В гостиной были Саймон Грни и девушка-японка, которую я не узнавала.

Я сердито уставилась на Саймона.

– Что вы здесь делаете?

– Он помог мне все спланировать, – сказал Лео. – Я связался с Саймоном Грином после того как Юджи сообщил о твоем отъезде. Не хотелось оставлять Нетти в одиночестве.

Это значило, что нападение на Лео было фальшивым? Но я же знала, что нападения на Нетти и меня были настоящими. Зачем определять фальшивое нападение в один день с двумя настоящими? Что это означало?

Я села на наш диван.

– Саймон, почему вы мне не рассказали, что Лео жив?

Саймон снял очки и протер их о рубашку.

– Я полагал, что ты не поверишь мне. Из-за ужасного совпадения с покушениями на тебя и Нетти. Я догадался, что Софии каким-то образом стал известен план, и она использовала его в свою пользу.

Японка приветливо мне улыбнулась. Она явно была взрослой женщиной, но ростом с ребенка, без грудного говора и с руками-веточками.

– Мне жаль, – сказала я. – Кто ты?

– Это Норико, – сообщил Лео. – Она не очень хорошо говорит по-английски, но учится. Она племянница Юджи Оно. И моя жена.

– Вы поженились? – это было слишком. – Лео?

Норико протянула руку. На ней было серебряное кольцо.

Нетти очнулась.

– Лео? - спросила она. – Лео? – Нетти заплакала.

– О, Нетти, пожалуйста, не на надо. – Лео вытер рукавом ее слезы. Он сел с ней на диван и они обнимались долго-долго.

Я встала, чтобы оставить им немного пространства. Хотя я была рада обнаружить, что Лео жив, позволить себе эмоции я не могла. Слишком много вещей нужно было выяснить. Я вышла на балкон и ко мне направился Саймон Грин.

– Вот видишь, Аня, я никогда не планировал чего-то, что причинило бы боль тебе, Нетти или Лео.

– София Биттер сказала, что ты помог ей с планом по отравлению, – сказала я ему.

– Это не я!

– Зачем ей это говорить, если это неправда?

– Она лгунья, Аня, наверное, просто пыталась прикрыть свои тылы. Ткнуть пальчиком на самого уязвимого, по ее мнению.

Я посмотрела Саймону Грину в глаза, похожие на Лео и папины.

– Кто вы? – прошептала я.

– Я сам не уверен, Аня. Но могу сказать, во что я верил. – Он взял меня за руку. – Я верил, что твой брат. Верил, что именно поэтому твой отец позаботился обо мне.

– Он знает? – я указала на Лео.

Саймон Грин покачал головой.

– Нет. Глава семьи ты, и тебе решать, когда рассказать Лео и Нетти.

Я сказала ему, что ценю это.

– Так почему Лео обратился за помощью в инсценировке смерти к вам?

– Он не обращался ко мне. – Саймон Грин рассказал, что начал строить планы по вызволению Лео из Японии, как только узнал о моем отказе Юджи Оно.

– Я и не думал, что там он будет в безопасности.

Не удивлюсь, если я не так поняла слова Лео: он заявил мне, что решил инсценировать собственную смерть, правильно?

Я спросила, знал ли мистер Киплинг.

Саймон Грин мотнул головой.

– Почему папа даже не рассказал нам о вас?

– Подумай сама, Аня. Я на восемь лет старше Лео. Думаю, отец даже и не знал обо мне, пока мама не умерла.

Папа должен был рассказать нам.

– Твой отец хороший человек, – продолжили Саймон Грин. – Но он просто человек.

Я отвернулась от города и посмотрела через стеклянные двери в жилую комнату, где Лео представлял Нетти своей жене. Жене!

Саймон Грин взял меня за руку.

– Я хочу, чтобы ты поверила мне, Аня. Я хочу быть твоим партнером. Братом, каким не способен быть Лео. Хочу, чтобы ты почувствовала себя свободнее, переложив бремя на мои плечи.

Я покачала головой.

– Почему нет? Ты не видишь, что я рисковал всем, спасая Лео? Ты должна понимать, что я для тебя сделал.

– Для меня это слишком. Просто дайте мне немного времени, – умоляла я. – Нам нужно что-то сделать с законностью ситуации Лео. Он не захочет прятаться в квартире. И уж конечно мы не можем навсегда оставить его в изгнанниках.

Саймон Грин согласился.

– После Пасхи я схожу к Берте Синклер.

– Может, мистер Киплинг поможет? – предложила я.

– Да, думаю, это можно организовать.

 

***

Когда Саймон Грин ушел, а все прочие уснули, я пошла на кухню. Спать не хотелось. Вину звонить было слишком поздно (он с матерью посещал колледж в Коннектикуте), да даже если бы и не поздно было, начать объяснения обо всем случившемся за этот день я не могла.

Я налила стакан воды из-под крана и уселась за стол. Кухня казалась необычайно блестящей. Комната стала другой, чем днем. Как-то появилось больше цветов, мой разум даже переполнился. После возвращения Лео мне нужно было решить много вопросов.

Я сжала руки и склонила голову. Благодарю, Господи, за возвращение моего брата. Спасибо тебе.

– Я верю в Него и доверяю Ему, – прошептала я.

В этот миг в комнату вошел Лео в пижамных штанах и белой футболке.

– Анни, – сказал Лео. – Я думал, ты спишь. Он сел напротив меня.

Я сказала, что надеялась его не разбудить.

– Ты всегда будишь меня. Как той ночью с Гейблом Арсли. Я всегда к тебе прислушиваюсь.

Я улыбнулась ему.

– Лео, как вы с Норико добрались до Америки?

– Самолетом, – ответил Лео. – Нас встретил Саймон Грин.

Вопросов еще у меня было много, но я не хотела заваливать ими Лео.

– Лео, можешь мне кое-что разъяснить? Юджи Оно сказал мне, что твоя жена из рыболовецкой деревушки и что она убита с тобой. Они ни разу не упоминал, что она его племянница.

Лео пожал плечами.

– Норико из рыбацкой деревни. Я стал жить с ее семьей примерно в октябре, когда Юджи Оно сказал, что жить с монахами стало небезопасно. Норико дочь сводного брата Юджи Оно.

Юджи Оно перевез Лео? Он никогда об этом не упоминал. Если это правда, то это не соответствует представлению Саймона Грина об Юджи Оно, другими словами, Лео стало небезопасно с тех пор как я отказалась от предложения Юджи. А чей прах мы получили?

И зачем Юджи Оно врать насчет трупа Норико? Я тряхнула головой. Нужно поговорить с ним, но он был до сих пор недоступен и не пытался связаться со мною.

Я схватила голову брала и расцеловала в обе щеки.

– Лео, скажи мне вот еще кое-что. Ты считаешь Юджи Оно хорошим человеком?

– Да. Но я не виделся с ним долгое время. Где-то в январе он ушел в затворничество. Норико думает, что он подхватил во время путешествий болезнь. Об этом не знает никто из его семьи, а сам Юджи очень скрытен.

Я схватила Лео за руку. Мне все еще казалось удивительным видеть серебряное кольцо на его безымянном пальце.

– Лео, ты очень сильно влюблен в Норико?

– Да! Я люблю ее больше всех, кого встречал, кроме тебя и Нетти.

– За что?

–– Ну, я думаю, она самая красивая девушка в мире исключая тебя и...

Я его перебила.

– Меня и Нетти, я знаю. И я соглашусь. Она очень красивая. За что еще, Лео?

Выражение лица Лео стало серьезным.

– Дело в том, Анни, что она не относится ко мне как к тупому. Ты, может и не поверишь, но она считает меня умным. – В уголках его глаз стояли слезы.

– Мне жаль, Анни. Прости за неприятности, причиненные прошлой весной. Я знаю, что ты для меня сделала. Юджи Оно сказал, что ты даже отправилась из-за меня в тюрьму.

Я сказала ему, что сделала бы это снова. Он мой брат и я все для него сделаю.

– Лео. Юрий умер, а Микки сбежал. Но нам надо как-то договориться с властями, чтобы вы с Норико жили мирно.

Лео кивнул.

– Может, придется недолго отсидеть в тюрьме.

– Хорошо, – сказал Лео с такой невозмутимостью, с какой бы я сама не смогла, но меня взволновало, а понял ли он, что сказал. – А пока может Норико остаться с тобой и Нетти. Вам придется позаботиться о ней.

– Конечно, Лео. Она мне как сестра.

Мир действительно удивительное место. Мой день начался с одной сестрой, а закончился с сестрой, невесткой, братом и сводным братом.

Мой день начался без веры, а сейчас сердце буквально переполнилось ею.


 

ГЛАВА 18




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.