Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Солидарность на стороне кредиторов



1. Солидарность на стороне кредиторов состоит в том, что каждый .из нескольких кредиторов имеет право требовать от должника исполнения полностью или в части и должник, произведя платеж всего исполнения одному из кредиторов, полностью освобождается от обязательства в отношении всех кредиторов.

Солидарность на стороне кредиторов возникает из договора, заключаемого несколькими кредиторами с одним должником и имеющего содержанием неделимый предмет; например, плотник взялся построить беседку на участке, находящемся в пользовании двух общих собственников строения. Таких случаев, когда, несмотря на делимость обязательства, должник принимает на себя обязательство перед двумя или несколькими кредиторами именно на условии солидарности их требования, почти не встречается.

При солидарности кредиторов ( так же, как и при солидарности должников) имеют место два или несколько' прав требования, имеющих одно основание, но самостоятельных в отношении друг друга.

Должник имеет право предложить исполнение одному из кредиторов по своему выбору и, произведя исполнение, освобождается в отношении всех кредиторов. Но это его право выбора, какому кредитору платить, прекращается, как только один из кредиторов предъявил к нему иск. Должник вправе после этого платить другому кредитору только при условии, если иск первого кредитор:] с,удом не удовлетворен.

Если предмет обязательства поступает к одному и солидарных кредиторов, то между ним и остальными кредиторами может воз-


никнуть отношение, сходное с отношением между несколькими должниками, из которых один произвел платеж, т. е. другие кредиторы могут потребовать от удовлетворенного кредитора соответствующих долей из полученной им суммы. В этом 'случае осуществляется право каждого из солидарных кредиторов на распределение между всеми кредиторами полученного одним из них исполнения (право регресса). Такое право регресса может проистекать из характера внутренних отношений, существующих между несколькими кредиторами, например, если солидарность кредиторов возникла на почве договора товарищества или если один из кредиторов присоединился к договору в качестве солидарного кредитора по поручению другого кредитора.

2. Как уже указано выше, практическое значение солидарности кредиторов значительно меньше, чем солидарность должников. Солидарность кредиторов облегчает взыскание: если один из кредиторов встречает какие-либо препятствия для получения с должника исполнения, может выступить другой кредитор. Но для этой цели можно прибегнуть и к специальному поручению.

Солидарности кредиторов предполагает, что каждый из кредиторов имеет право распорядиться всем обязательством, но исключительно в общем интересе; никто его не уполномочивал на такие действия, которые идут во вред другим кредиторам. Поэтому, если один из кредиторов прощает должнику долг, этот акт имеет действие лишь в отношении данного кредитора, но не прекращает права других солидарных кредиторов.

Смерть одного из кредиторов не прекращает солидарности. Солидарность есть видоизменение, связанное с самим обязательством. Как неотделимая от обязательства, связь солидарности переходит и на наследников, хотя и с известными видоизмене-, ниями. Если после умершего кредитора остается только один наследник, ничего не меняется. У наследника те же права и такое же положение, как и у предшественника, т. е. имеет место солидарность между этим наследником и остальными кредиторами. Но если умершему кредитору наследует несколько лиц, право' требования распределяется между ними, и каждый из них становится кредитором в соответствующей доле. Солидарность сохраняется, но она сочетается с разделением по долям между наследниками умершего кредитора. Это' сочетание приводит 'к .следующим последствиям. Оставшиеся в живых солидарные Кредиторы могут требовать от должника исполнения всего обязательства в целом, а наследники умершего кредитора могут требовать лишь каждый в пределах своей доли, и должник обязан им платить также в пределах их долей (разумеется, при неделимости предмета обязательства наследники умершего кредитора становятся солидарными кредиторами).


Глава IV

ПЕРЕМЕНА ЛИЦ В ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ § 29. Уступка права требования i

1. Обязательственное отношение имеет личный характер: оно устанавливается между двумя сторонами, представляемыми каждая одним или несколькими определенными лицами. Несмотря на личный характер обязательственных отношений (в этом смысле), Гражданский кодекс не стоит на той точке зрения, что права требования я обязанности являются неотделимыми от личности данных контрагентов; напротив, в Гражданском кодексе признается, что принципиально права требования и обязанности могут переходить от одного лица к другому- как в порядке Общего преемства (т. е. преемства в целом ряде правоотношений), так •и в порядке преемства в отдельном правоотношении. В порядке общего преемства перемена лиц в обязательстве происходит при наследовании, а также при ликвидации какой-либо социалистической организации с передачей ее актива и пассива другой организации.

В порядке преемства в отдельном правоотношении возможна замена одного кредитора другим (уступка требования), как правило, по их соглашению.

Но в самой важной и значительной области обязательств, а именно, в обязательствах между социалистическими предприятиями, эта точка зрения на перемену лиц в обязательстве корректируется тем принципиальным положением, что всякого рода договоры между социалистическими организациями должны способствовать, а никак не препятствовать осуществлению государственного народнохозяйственного плана. Поэтому между социалистическими организациями уступка требования допустима лишь постольку, поскольку она не противоречит плану.

С точки зрения надлежащего выполнения народнохозяйственного плана во многих случаях не является безразличным, кто кредитор и должник по данному обязательству. Например, снабжение социалистических организаций так называемыми фонди-

' Для обозначения «уступки требования» нередко употребляют термин (латинский) ^цессия». Этот термин не известен советскому праву и является бдним из примеров влияния иностранного права — влияния, нередко сохраняющегося еще в качестве таких терминологических пережитков, 90 пол,-тг-жащего искоренению. 7'—'—'——"~'


руемыми материалами планируется не только с той стороны, чтобы эти материалы не поступали к кому-либо помимо плана, но также чтобы установить, какие именно организации и в каких количествах должны получить в данном году эти материалы. Для того, чтобы обеспечение материалами было реальным, планирование направлено и в ту сторону, какие именно организации должны поставить эти материалы для той или другой организации (отсюда—фонды и наряды). Естественно, что если бы организация, для которой выделен фонд на получение таких материалов, могла свободно передавать свое право требования другим организациям (равно как организация-поставщик: могла бы' по своему усмотрению вступать в соглашение с новой организацией о переводе долга, на что организация-кредитор могла бы выразить свое согласие), реальность исполнения соответствующих частей народнохозяйственного плана была бы поставлена под угрозу срыва: быть может, в результате дефицитные материалы получила бы организация, для которой с государственной точки зрения они менее нужны и потому и не предназначались ей по плану, а организация, которая признана общегосударственным планом наиболее нуждающейся, не получила бы предназначенных ей по' плану материалов.

Понятно, что такой результат не может быть допущен, как нарушающий плановые задания. Поэтому-то социалистические организации могут совершать уступку требования лишь по-постольку, поскольку она не противоречит плану.

Принципиально не допускается, далее, передача права на предъявление претензий и исков к железной дороге другим организациям или лицам (Устав железных дорог, ст. 94). При введении этой нормы имелось в виду 'предупредить всякую возможность скупки претензий (в настоящее время такой опасности уже нет). В виде исключения допускается передача названного выше права отправителем получателю или получателем отправителю, а также случаи передачи права на предъявление претензий и исков учреждениям, предприятиям и организациям, входящим в систему того же ведомства, к которому принадлежит получатель или отправитель груза. Например, промысловые артели, по общему правилу не имеющие в своем аппарате ни претензиониста (т. е. сотрудника, оформляющего' претензии к транспортным организациям, возникающие на почве утраты, недостачи, порчи грузов и пр.), ни юрисконсульта, передают право на предъявление претензий и исков против транспортных организаций промысловому 'союзу, в систему которого они входят.' .

Что касается уступки прав требования граждан, то ст. 124 ГК в принципе допускает такую уступку и только в виде исключения в отдельных случаях устанавливает, что права требования не могут передаваться от одного кредитора к другому. Приведенное


постановление ст. 124 ГК. намечает три группы таких исключительных случаев, когда уступка права 'или признается недопустимой или, по крайней мере, ограничивается соответственно трем различным основаниям запрещения или ограничения этого акта. Во-первых, непередаваемость права требования может вытекать из специальной нормы закона, так что уступка права требования противоречила бы закону. Во-вторых, уступка требования ограничивается и тогда, если это вытекает из воли сторон. Стороны своим договором могут предусмотреть, что право требования неразрывно связывается с данным кредитором и уступке

•не подлежит. Наконец, в-третьих, уступка права требования не допускается и тогда, когда этому препятствует самый характер

•требования, т. е. когда требование по своему содержанию связано с данным кредитором («с личностью кредитора», по выражению ст. 124 ГК). С этой точки зрения нельзя допустить, например, уступку требования по алиментам и по возмещению за вред, 'причиненный жизни или здоровью, и т. п. В обоих этих случаях обязательство признается возникающим исключительно в целях 'обеспечения кредитору возможности существования в определенных условиях. Такие права, как требование алиментов, право на Пособие из страхкассы, право на пенсию и т. п., не подлежат даже обращению на них взыскания по долгам; тем более невозможна уступка их кредитором другому лицу по договору. Передача таких прав может нарушить и интересы должника, так как содержание обязательства определяется потребностями, работоспособностью и т. п. кредитора, а между тем их размер у разных Лиц не одинаков. С передачей права изменилось бы его содержание.

Наряду с этими видами прав следует поставить такие обязательства, по которым должник обязан произвести исполнение лично кредитору. В этих случаях должник считается в достаточной мере заинтересованным в личности кредитора, а потому • уступка такого рода требований допускается только с согласия должника.

Право требования, поставленное в зависимость от срока, условия и вообще неокончательно выяснившееся, передать можно; положение нового субъекта права в этих случаях будет такое же неопределенное, как было и у первоначального кредитора; право нового кредитора получит полную определенность только тогда, когда вопрос об условии и прочем разрешится.

Правила об уступке требования (ст. ст. 124—128 ГК) применимы и к передаче прав по исполнительному листу как документу, удостоверяющему удовлетворенное судом требование одного лица .к другому, а также удостоверяющему право требовать от судебного исполнителя приведения судебного решения в исполнение. Передача права поисполнительномулистудолжна


производиться в письменной форме (надписью на самом исполнительном листе или отдельным актом); подпись передающего должна быть засвидетельствована народным судом, нотариусом Или другим имеющим на то право лицом (постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 7 мая 1928 г., протокол № 8).

2. В прав.е эксплоататорских государств институт уступки имущественных прав (так называемой цессии) был признан не сразу. В рабовладельческом государстве подстановка на место одного из этих двух лиц другого в обществе с неразвитыми меновыми отношениями первоначально считалась принципиально недопустимой. При натуральном или полунатуральном хозяйстве, не предполагающем мало-мальски значительного обмена, и пра-' вовая надстройка не предусматривает правовых форм для мобилизации права кредитора. Право требования рассматривается-тогда как право, связанное с определенным лицом, от которого оно не может оторваться и перейти к другому. Только в составе наследства довольно рано стали допускать переход обязатель-Ьтвенного права от наследодателя к наследнику, который рассматривался как продолжатель личности умершего. Передачу права требования от одного кредитора .к другому по договору допустили (в прямой форме) лишь в средневековом праве. В капиталистическом обществе под влиянием новых производственных отношений особенно сказалась потребность в таких правовых средствах, которые позволили бы использовать право требования и ранее наступления срока исполнения по данному обязательству. Право требования стали рассматривать как один из составных элементов имущества, в отношении которого нет необходимости в том, чтобы он оставался неподвижным и не мог выйти из имущества данного кредитора и перейти к другому кредитору. В современных буржуазных кодексах институт уступки прав является одним из основных. Право требования ставится наряду с вещами как часть имущества, легко мобилизуемая; такая подвижность прав требования соответствует интересам монополистического капитала: достаточно вспомнить, какое место занимают в имуществе капиталиста «права участия» в различных предприятиях и т. д.

3. Уступка требования кредитором другому лицу производится по соглашению между .ними. Таким образом, уступка требования есть договор. Одностороннего заявления кредитора о том, что он уступает свое право такому-то лицу, следовательно, недостаточно; требуется принятие этого предложения новым кредитором. Поскольку для договора об уступке права не установлено по закону специального требования относительно формы, этот акт должен совершаться в форме, установленной для договоров вообще (ст. 128 ГК); следовательно, достаточно и молчаливого согласия на уступку права со стороны нового кредитора,


но принятие предложения первоначального кредитора новым кредитором необходимо. Уступка требования, вытекающего из договора, совершенного в письменной форме, во всяком случае должна быть облечена в письменную форму (ст. 128 ГК). Существенно важным и жизненным является различие основания для передачи права требования и самой передачи.

В буржуазном праве и в буржуазной теории цессия признается обыкновенно абстрактной сделкой, т. е. такой, действие которой наступает независимо от основания, по которому передается право требования. В праве эксплоататорского общества такой отрыв сделки от основания облегчает кредитору (обычно принадлежащему к господствующему классу) эксплоатацию контрагента. Освобождая кредитора от обязанности устанавливать и доказывать основание сделки, право эксплоататорского общества укрепляет положение кредитора. Помимо этого, когда .сделка оторвана от своего основания, она становится очень удобным средством, чтобы прикрыть самую гнусную сущность сделки и придать сделке, содержащей самые возмутительные условия, нормальный по внешности вид.

Советское право вообще относится отрицательно к абстрактным сделкам. Для этого имеются разные основания. Советскому праву нет надобности в таком чрезмерном укреплении права кредитора, чтобы не давать должнику возможности даже ссылаться на неосуществление того основания, из которого возникает право кредитора. Советскому праву чужд формальный подход; оно обращает главное внимание на материальную сущность отношения. Кроме того, абстрактный характер сделки не соответствует советскому праву еще и потому, что если иметь в виду сделки социалистических организаций, то оторванность сделки от основания сильно затруднила бы контроль за соответствием сделки плану; в отношении же всех сделок вообще основание сделки существенно важно при проверке, не имеет ли места осуществление гражданского права в противоречии с его социально-хозяйственным назначением (ст. 1 ГК,). Поэтому абстрактные сделки допускаются у 'нас только в совершенно исключительных случаях (например, расчеты по сальдо). Относительно абстрактности уступки права требования никаких указаний в законе нет, а потому нет оснований признавать ее абстрактной.

4. Уступка требования вступает в силу с момента соглашения между первоначальным и новым кредитором (в подлежащих случаях оформленного должным образом). Согласие должника' на уступку права не требуется. Даже уведомление должника о происшедшей уступке требования не входит в содержание договора об уступке права. Акт уступки права действителен и помимо уведомления. Но, с другой стороны, должник, не поставлен-"ный в известность о происшедшем изменении кредитора, не


должен терпеть ущерб. Эти два положения согласуются признанием, что акты, совершенные должником добросовестно, — Действительны. Но так как должник, не получивший уведомления, мог бы исполнить обязательство в пользу первоначального кредитора и этим лишить уступку права всякого практического Значения, то ст. 124 ГК постановляет, что должник должен быть уведомлен об уступке требования. Это уведомление обеспечивает. интересы нового кредитора, но может быть сделано или им или Кредитором, уступившим требование другому лицу. Если должник до 'получения такого уведомления уже исполнил обязательство прежнему кредитору, обязательство считается погашенным, и, следовательно, новый кредитор не может предъявить должнику 'каких-либо требований (ст. 124 ГК).

5. С момента заключения договора об уступке требования это право переходит на-нового кредитора, который становится на место прежнего кредитора. При этом право требования переходит к новому кредитору в том состоянии, в каком оно было у передающего право. Все те преимущества, которые связаны b передаваемым правом, а равно и недостатки права (например, возможность оспаривания) сохраняют значение и после перехода права к новому кредитору. В частности, вместе с передаваемым правом переходят относящиеся к нему придаточные права. Это относится к поручительству, залоговому праву, неустойке. По ст. 125 ГК к приобретателю требования переходят права, обеспечивающие исполнение. Таким образом, если за должника поручилось перед кредитором какое-то лицо, это поручительство сохранит силу и в отношении нового кредитора; если долг первому кредитору обеспечен залогом, с этим обеспечением перейдет право требования и к новому кредитору. Переходят и такие права, как право на взимание процентов; однако уже наросшие проценты, хотя бы и не полученные еще, остаются за первоначальным кредитором. Такой же принцип надо применить и в отношении права на плоды и всякого рода выгоды, права на возмещение издержек и т. п.

Права, предназначенные исключительно к тому, чтобы укрепить или облегчить реализацию требования, также переходят на нового кредитора вместе с требованием, если только нет иных указаний в самом договоре об уступке прав.

Равным образом возражения, которые имел должник против первоначального кредитора, сохраняют значение и в отношении нового кредитора. Круг этих возражений следует определять не на момент уступки права, а на момент уведомления должника об уступке права. Это положение не должно пониматься так, что юридическое действие уступки права определяется не по моменту этого акта, а по моменту уведомления о нем. В данном случае следует лишь учитывать то положение, что до уведомления


должник не может сообразовать своего поведения с происшедшей уступкой права и что' в случае незнания о происшедшей уступке он мог не осуществить некоторого встречного права, рассчитывая на то, что сможет это сделать в форме возражения против требования кредитора. Основное значение уведомления должника заключается в том, чтобы создать гарантии для добросовестного (должника, уплатившего первоначальному кредитору, и вместе с тем, если такого платежа еще не было, сделать платеж первоначальному кредитору недопустимым. Если произошла уступка права, но уведомления должника не было, новый кредитор —• все-таки кредитор. Но на него ложится тогда бремя доказывания происшедшей уступки и создается неуверенность в том, что обстоятельства сложатся достаточно' благоприятно, что фактически не получится так, что обязательство будет исполнено первоначальному кредитору, а новому кредитору придется истребовать от него свой ущерб. Круг возражений, которые должник может выставить против нового кредитора, должен определяться на момент уведомления об уступке права.

Уведомление делает положение нового кредитора более уверенным.

6. Ответственность уступающего право перед принимающим право, вообще отношения между ними складываются в зависимости от того правоотношения, на котором .покоится уступка права. Гражданский кодекс эту мысль подчеркивает самим расположением материала. В статьях Гражданского кодекса об уступке права требования об этом обобщении теории правильно не упоминается. Но зато в раздел о купле-продаже включена ст. 202 об ответственности продавца долгового требования. И в самом деле, ответственность лица, уступившего право, конечно, не одинакова, в зависимости от того, возмездная или безвозмездная была в данном случае уступка. Основной вопрос в этом случае сводится к тому, лежит ли на уступающем право ответственность за то, что передаваемое требование юридически существует, что оно действительно, и отвечает ли уступающий право за то, что это требование можно фактически осуществить, что должник не окажется неплатежеспособным.

Относительно ответственности кредитора, уступившего право требования безвозмездно, никаких постановлений советское гражданское законодательство не содержит, из чего следует заключить, что уступивший право требования безвозмездно не несет ответственности ни за действительность требования, ни за фактическую его осуществимость.

Продавец же долгового требования (если иное не предусмотрено договором) отвечает за действительность требования (ст. 202), За фактическую возможность получить удовлетворение по передаваемому требованию продавец требования не отвечает.


Это и понятно: уступающий право не может гарантировать платежеспособность должника, которая может все время изменяться то в лучшую для нового кредитора, то в худшую сторону. Исключение составляет лишь тот случай, когда передающий право нг основании особого соглашения выступает в качестве поручител? за должника. Этот принцип ст. 202 ГК нужно применить ко всякому вообще возмездному договору об уступке требования. Помимо ответственности за действительность передаваемого требования, на передающего право следует возложите обязанность передать новому кредитору документы, удостоверяющие существование требования. Уступающий право должен, таким образом оказать содействие новому кредитору в осуществлении переда-'ваемого требования. Разумеется, если документ, удостоверяющий существование переданного требования, одновременно удостоверяет какое-то право, остающееся за передающим право, последний может сохранить документ у себя, но обязан тогда передать новому кредитору надлежащим образом удостоверенную (за счет нового кредитора) копию этого документа.

Если кредитор, уступив свое право требования, договаривается затем о том же еще с другим лицом, так что получается несколько лиц, претендующих на то, чтобы их признали правопреемниками кредитора, то, разумеется, преимуществом должен пользоваться тот, которому право было уступлено раньше: дого-Ьариваясь со вторым (по очереди) лицом, кредитор распоряжался уже не принадлежавшим ему правом. Однако если побледова-тельность передачи одним и тем же кредитором своего права двум или нескольким лицам установить нельзя, придется (по аналогии со ст. 191 ГК) отдать предпочтение тому кредитору, fa отношении которого уведомление должника сделано раньше. Здесь еще раз сказывается та' уверенность и прочность, которая придается всему отношению уведомлением должника. В особенности этот момент уведомления должника о передаче права требования тому или другому лицу имеет решающее значение для определения правомерности действий должника по исполнению обязательства.

7. Уступку права следует отличать от индоссамента. Этим последним именем называется передача права, выраженного в векселе, ордерном чеке и т. п., другому лицу по передаточной надписи. Термин «индоссамент» происходит от итальянского in dosso, что означает «на спине», «на обороте». Однако в настоящее время передаточная надпись может быть совершена как на оборотной, так и на лицевой стороне ценной бумаги. Индоссамент векселя допускается путем соответствующей надписи Не только на самом векселе, но и на присоединенном к нему '(добавочном) листе.


Различие между уступкой права по ст. 124 ГК. и индоссаментом сводится к следующему. Передающий право по ст. 124 ГК отвечает, как указано выше, только за действительность передаваемого' права требования, но не за фактическую его осуществимость. Надписатель же отвечает и за действительность и за осуществимость передаваемого права '. При переходе права ,по ст. 124 ГК положение должника не должно ухудшаться; поэтому, возражения, которые должник мог противопоставить первоначальному кредитору, могут быть выставлены и против нового кредитора. При индоссаменте должник не может противопоставить предъявителю документа возражений, относящихся к кому-либо из надписателей^.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.