Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Год. Двадцать шестые весенние сутки



 

День стоял на редкость жаркий, на бирюзовом небе ни облачка, над головой только лишь не по-весеннему палящее, безжалостное солнце.

Чертова жара, представляю, какого тут летом – подумал Даэн Корвин, вытирая шелковым платком проступившие на высоком украшенном золотой диадемой лбу градины пота – да и еще и долбаные насекомые, так и норовят попасть в глаза. Про них вообще отдельная история: мерзкие на вид букашки, белого цвета, состоявшие из зубов и крыльев, питались они буквально всем, начиная от крови любого живого существа и заканчивая конским дерьмом. Удивительная тяга к жизни и ум, для столь мелких существ - никогда не сядут на лицо или руки, обязательно заползут под одежду и будут жалить изнутри.

Он поглядел на едущих впереди закованных в броню паладинов и храмовников – все с ног до головы в железе, как они выдерживают-то? Тут в свободном балахоне не сладко, а как в доспехах? Да живьем свариться можно! Ни почесаться, ни оттопырить, ни за шиворот подуть!

Липкий пот, щекоча кожу, так и бежит по спине и подмышками. Мокрая одежда постоянно прилипает к телу, мерзкое и само по себе малоприятное ощущение. Быстрее бы добраться до этой сраной заставы, зайти в баню и помыться.

Похоже, только мысль что вскоре он избавится от грязной одежды и смоет с себя всю пыль, помогали ему держаться в седле. Тень, глоток холодной воды и прохладный душ – большего он сейчас и желать не мог.

К его облегчению на горизонте бесконечной равнины показались возвышающиеся башни третьей заставы и великая стена, тянувшаяся поперек всего перешейка и, соединяющая все пять крепостей. Наконец-то они добрались, осталось проехать каких-то пять верст, а после, их будут ждать лебезящий начальник заставы Хордвен, стремящийся любыми способами угодить проверке, реки вина, накрытый стол с всевозможными яствами, а к вечеру - продажные девки в бане, если конечно в этой проклятой пустыне вообще есть женщины.

Даэн потянулся к фляге, отвинтил крышку и за несколько больших глотков опустошил её полностью. Вода была теплой и гадкой на вкус и, от количества, выпитого еще больше бросило в пот. Через какое-то время пить захотелось снова, но живот был уже полон. Похоже, эти пять верст будут самыми длинными – подумал он – бесконечная выжженная и трижды пропеченная солнцем равнина.

От первого дня в Вибэйе и до сей поры, он удивлялся, как вообще сюда попал. А все спасибо драгоценному папочке. Хоуф Корвин - старый, выживший из ума, идиот. Но ничего, надо потерпеть всего лишь год, и вскоре Эймар Нейл подпишет приказ и, его поставят на заслуженную должность в верховном Круге Магов Идэниона.

Рука снова потянулась к фляге, видимо забыл, что та была пуста. С досады Даэн неслышно выругался.

- Первый раз всегда тяжело – миролюбиво улыбнулся Леон, паладин Святой церкви, подчиняющийся лишь напрямую Первосвященнику Иллаю. Парень протянул командиру гарнизона флягу с водой – осталось совсем чуть-чуть.

Даэн поглядел на восседающего, на белоснежном коне, плечистого воина церкви. Голубоглазый воин, с вьющимися золотыми кудрями, белоснежной кожей, классическим прямым носом и острым подбородком. Парень был настолько смазлив, что больше походил на девушку. На вид ему было двадцать три - двадцать четыре года, видимо только окончил академию магического и ратного дела. Да откуда ему вообще знать, насколько тут, тяжело в первый раз – подумал Даэн, но флягу все-таки принял.

- В жару много пить не стоит, надолго не поможет, только живот полный будет, да пот градом катит – посоветовал Леон – просто промочите горло.

Даэн смерил его высокомерным взглядом, мол, как смеет ему, новому командиру Вибэйского гарнизона, советовать вчерашний молокосос.

- Я дам знать, если мне понадобится совет солдафона – заявил высокопоставленный маг и поднес горлышко фляжки к губам. Сделав несколько глотков, закрыл крышку, и швырнул её обратно хозяину.

Леон поймал фляжку, пристегнул её к поясу, затем подавшись вперед, потрепал своего коня за шею.

- Видишь Атир, такой важный человек, а совершенно не знает простых слов благодарности – произнес паладин.

- На что ты намекаешь, ратник? – Сурово спросил Даэн, нетерпящий насмешек в свой адрес. – Лучше следи за своей речью, а то, не ровен цикл, спалю тебя и твою клячу.

Тут он, конечно, погорячился, позволь он себе такое и не видать ему пригретого отцом места в верховном Круге Магов, куда его «горячо любимый» папочка пропихивал уже долгое время. Со стороны Даэна, это была простая, ничем не подкрепленная угроза, обычно срабатывающая в большинстве случаев.

- А разве он намекает? – Усмехаясь магу в лицо, заявил Разиил. – Он тебе это прямо сказал.

Даэн переключил свое внимание на черноволосого храмовника, догнавшего их на вороном скакуне. В отличие от златокудрого паренька с приветливым и светлым лицом, у этого, рожа была наглая и откровенно бандитская. И прежде чем Даэн открыл рот, тот продолжил:

- Вскинешь руку и откроешь свой рот для заклинания, – предупредил Разиил, дотронувшись до рукояти огромного двурушника – поверь на слово, глазом моргнуть не успеешь, как отниму по локоть.

Даэн едва не задохнулся от злости, и даже хотел сказать что-то в ответ, но встретившись с прямым вызывающим взглядом ратником, маг осекся. Он понимал, что этот воин, так же привык действовать его методом. Поднять меч он не посмеет, до тех пор, пока его не спровоцируют, и в случае чего, сплести подходящее по силе заклинание Даэн не успеет, даже несмотря на блестевшее на пальце, мощное кольцо, обвитое перриловыми прожилками. Храмовник был слишком близко и находился со спины. А также эти ребята славились очень хорошей реакцией и не дюжей силой, позволявшей им с легкостью управляться огромным двурушником.

- Что за шум, а драки нету? – поспевая за Разиилом, весело спросила Лика.

Даэн сразу воспрянул духом. Эта девица, несмотря на свои молодые года была не просто магом, посвященным в таинства третьего круга магии, но и весьма привлекательной особой, с роскошными длинными каштановыми волосами, точеной фигуркой и зелеными, как весенняя трава глазами. Многие мужчины, включая его самого, бросали полные вожделения взгляды, но насколько Даэн знал Лику, еще ни один не решался добиться ее расположения и приблизиться к ней. Не потому, что красотка отшивала кавалеров, скорее всего, боялись праведного гнева её отца - верховного Архимага Идэниона Эймара Нейла. С ним шутки были плохи, как строгий отец, он частенько приглядывал за дочерью, оберегая от «недостойных» ухажеров. Но вот когда Корвина примут в ряды верховного Круга Магов, он обязательно возьмет девушку в оборот и будет добиваться её руки любыми способами, так как она обладала не только не дурной внешностью, но была ценной партией в политических играх. Ведь её папаша был главой Круга, и только дурак не поймет, что для единственной дочери он не пожалеет ничего.

Лика была не только не плохим боевым магом, но и имела свое веское слово в их кругу. А также не по возрасту большое уважение, как среди магов, так и ратников.

- Да вот, вконец обнаглевшие солдафоны, грозят отхватить мне руку по локоть – криво усмехнулся тот.

Лика покосилась на Разиила. Выдержала не долгую паузу, затем спросила.

- Этот что ли тебе угрожал?

- Он самый – кивнул головой Даэн, наградив дерзкого храмовника презрительной ухмылкой.

Молодая магичка, незаметно для Даэна, улыбнулась одними уголками губ и подмигнула Разиилу.

- Этот. Этот раз пообещал, что отрубит, значит так и сделает. – Неожиданно заявила та, переключив свое внимание на Даэна, и прежде чем тот успел опомниться, продолжила. – Мой отец тебя зовет, ты для чего-то ему срочно понадобился. Думаю, тебе стоит поспешить.

Второй раз его просить не пришлось, напрочь забыв об унизившем его храмовнике, он развернул лошадь и помчался к середине отряда.

Проводив его взглядом Разиил поглядел на хохочущую Лику.

- Тебе папа не говорил, что обманывать не хорошо?!

- Да будет тебе, тоже мне святоша. Просто терпеть его на дух не могу. Этот Даэн страшный подлиза. И кстати, весьма гадкий человек. Не стоит с ним связываться, его поставили на должность командира гарнизона, а уже через год вступит в силу приказ о принятии его в высший Круг Магов.

- В его-то годы? – Удивился Разиил. – Ему и тридцати нет.

- Уж поверь. Деньги и связи творят чудеса по хлеще магии. Думаешь, я вылезла, только благодаря своему таланту? – Усмехаясь, спросила его Лика. – А зная его характер, став членом Круга он непременно отомстит всем своим обидчикам.

- Ну, у меня же есть ты, – одарил девушку лучезарной улыбкой храмовник, – моя непобедимая героиня и заступница.

- Ты мне льстишь Разиил.

- Ну что ты. Не было даже в мыслях. Мои слова чистой воды правда. Ведь за каждым сильным мужчиной – он ткнул себя пальцем в грудь, затем продолжил – стоит сильная, а главное красивая и обворожительная женщина. Я до сих пор помню тот поцелуй, которым ты меня наградила в центральном парке, во время празднования летнего солнцестояния.

- Я тогда была чертовски пьяна – звонко засмеялась Лика – и поспорила с подругами, что поцелую любого, на кого те укажут. А когда ты выиграл турнир и эти заразы указали пальцем на тебя, пришлось лезть через всю толпу, прыгнуть тебе на шею и поцеловать. Творец милосердный, как от тебя пόтом воняло…

- Еще бы, в тот день мы вернулись с похода. Я от усталости просто с ног валился и не успел слезть с лошади, как меня потащили в городской парк, где проводили праздник, я не то, что помыться, исподнее сменить не успел. – Немного обиженно сказал Разиил. – Но я до сих пор его помню. Этот поцелуй. Он был такой жаркий, дурманящий разум. Запах твоих духов, перемешанный с запахом пота и хмеля, как он тогда вскружил мне голову. А твои мягкие губы, я и сейчас ощущаю их вкус. Все бы отдал, чтобы почувствовать его вновь.

- Мой папа верховный Архимаг Идэниона, не боишься, что он тебе а-та-та сделает?

- Оно того стоит – невозмутимо заявил Разиил, кивая головой.

- А то, что ты храмовник, как же обет безбрачия? – ловко подметила Лика.

- Ну, я и не намекаю на брак. – Рассмеялся он, и, прикусив нижнюю губу, тут же добавил. – Но даю руку на отсечение, что было бы высшим святотатством не думать о тебе как о женщине, перед которой не устоял бы даже сам Иллай. Ну, если бы у этого пресветлого старикашки, был бы хоть один шанс.

Леон, слышавший весь этот разговор, только лишь качал головой. Он знал обо всех похождениях друга и, похоже, уже привык к тому, что этот храмовник был неисправимый бабник и любитель дернуть бутылочку-другую. Поначалу он, конечно, пытался вразумить друга, встать на путь истинный, но со временем понял, что занятие это бесполезное.

Лика, после очередного комплимента, выразительно закатила глаза и замотала головой.

- Тебе никто не говорил, что у тебя вместо языка бес подвешен? – спросила она, уже глядя в его карие глаза.

- Каждая женщина и всякий раз, когда увидит мой язык в деле, – не полез в карман за ответом тот, подмигивая ей глазом.

Щеки Лики налились краской.

- О, Всевышний, какой же ты неисправимый придурок! – Притворно разозлилась она и, привстав с лошади, попыталась несколько раз отвесить ему подзатыльник. Но Разиил, хохоча, то подставлял под удар руки, то каждый раз изворачивался. Затем и вовсе пришпорил коня и умчался вперед.

Лика хотела пришпорить свою лошадь, чтобы догнать его, как вдруг до нее докатились приглушенные расстоянием звуки колокола, доносившиеся с заставы.

Разиил тут же осадил коня и тревожно начал всматриваться в стены заставы. Его сердце забилось чаще – звуки колокола на заставе никогда не предвещали ничего хорошего. Губы ратника едва слышно прошептали заклинания, ускоряющие все его рефлексы, и он почувствовал, как кольцо под кожаной перчаткой потеплело. Мир вокруг привычно замедлился. Казалось, что воздух вокруг остальных членов колонны стал немного плотнее, и мешал им свободно двигаться. Даже голоса, доносившиеся до него со всех сторон, звучали теперь более растянуто и низко.

В следующий миг, периферическим зрением храмовник заметил, как песок с обеих сторон дороги буквально закипел, вздыбился фонтанами и провалился вниз в зияющие чернотой провалы, а из образовавшихся дыр теперь выпрыгивали косматые человеческие фигуры. Ревя от ярости и играючи размахивая огромными двурушниками, они всем скопом ринулись на колонну.

- БЕРСЫ!!! – пролетел над головами чей-то предупреждающий крик.

Разиил обомлел, поначалу он не поверил своим глазам. Каким образом они тут оказались, за стеной?! Как прошли через стену и дозор?! Подкоп?! Но как можно было пробиться сквозь толщи камня?!

 

* * *

 

Послышались крики и команды – молодой новоиспеченный командир гарнизона Даэн Корвин громко отдавал приказы, чтобы полная неразбериха, воцарившаяся в колонне, прекратилась, и бойцы заняли грамотную круговую оборону. Паладины из роты охраны Архимага, как самые тяжелые воины, обученные сдерживать любые атаки противника, образовали живое кольцо, позволяя магам свиты, а также стрелкам, спрятавшимся в нем, накладывать защитные заклинания и атаковать противника боевой магией. Большие модернизированные щиты быстро сплелись в стену - специальные механизмы крепления позволяли сцеплять заслоны друг с другом, что практически сводило на нет, шансы врага разорвать плотный строй и вклиниться внутрь.

Но нападение берсеркеров и их натиск был настолько быстр, что укрыться за толстыми и надежными щитами паладинов успели не все. Тем, кому это не удалось, были попросту сметены, разрублены пополам и втоптаны в песок. Наделенные не человеческой силой, отродья Хазратиэля, очень быстро умертвили всех, кто замешкался и был вне спасительного кольца. Их страшные удары мечами были настолько ужасны, что разрубали всадников вместе с их лошадьми.

По началу, маги, опасались бить массовыми заклинаниями, боясь зацепить своих, но, когда за пределами оборонительного кольца, не осталось никого, в ход пошла вся боевая магия, на которую они были способны. На врага обрушились все виды стихий: от останавливающего сердца холода, до испепеляющего огня, но не ведающих, ни страха и боли берсеркеров, это не остановило. Когда они приблизились, укрытые за заслонами паладины из личной охраны Эймара ощетинились модернизированными мечами и успели дать несколько залпов, разряжая барабаны, прежде чем Дикие налетели на выставленную стену.

Тяжелые тупоконечные пули пробивали измазанные землей тела на вылет, вырывая куски плоти размером с кулак. Каждый залп оставлял десятки лежащих на песке Диких, но безглазые воины, все же добрались, и ударили в оборонительное кольцо на всей скорости.

Крики, лязг кромсаемой стали, звон ломаемых мечей и расколотых щитов, разносился по пустыне на несколько верст вокруг. Несмотря на бешенный натиск врага, паладинам удалось удержать выставленную защиту, и когда атака берсеркеров почти захлебнулась, на сцене появилась странная фигура, одетая в серый, невзрачный балахон.

Странный незнакомец протянул руку вперед и с его пальцев сорвался яркий боевой пульсар, светящийся ослепляющим белым светом. Архимаг Эймар Нейл мгновенно сплел невидимый щит, который должен был поглотить смертоносную энергию неизвестного мага. Щит получился на редкость хорош, в любое другое время он бы запечатлел отпечаток заклинания, чтобы применять его для обучения в академиях и приводить его в пример другим. Такой магический заслон мог выдержать одновременный залп, небольшой армии лучников или сконцентрированной атаки до полусотни обученных магов.

Пульсар ударил в укрывшихся за щитами паладинов, раздался оглушительный треск - выставленная Архимагом идеальная защита лопнула как мыльный пузырь и в стороны полетели, куски земли, песок, части кованого металла с обгоревшими ошметками плоти. Клуб черного едкого дыма окутал землю и поломанных, словно кукол людей и Диких.

От увиденного, Эймар Нейл, застыл в оцепенении. ЭТО БЫЛО НЕВОЗМОЖНО!!! Даже верховный Круг Магов не смог бы разрушить такой барьер одним ударом. А этот маг, выплюнул заклинание такой силы играючи, словно делал это по несколько раз на дню.

Его надо было уничтожить немедленно, ведь второй такой удар окажется для колонны фатальным. Действовать нужно было прямо сейчас. Собрав волю в кулак и введя новым заклинанием свой мозг в резонанс с магическими потоками, тянувшимися из Астрала, Архимаг выговорил очередное заклинание. Его руку оплела светло-голубая молния, разряд огромной мощности, способный убить даже мастодонта, сверкая и треща описал над головой Эймара полукруг и устремился в человека в сером балахоне, чтобы разорвать его тело на куски. Но тот лишь небрежно отмахнулся от электрокнута голой рукой, словно от назойливой мухи, и разряд огромной силы ударил в песок, мгновенно превращая его в кипящее расплавленное стекло.

В разорванную взрывом пульсара брешь, прорвались берсеркеры, они врезались в ряды стрелков и магов, выкашивая их налево и направо – арбалетчики и специалисты магического дела, практически не способные оказать достойного сопротивления в ближнем бою, падали один за другим. Дикие, размахивающие огромными мечами оставляли след из разрубленных пополам тел.

Двое обезумевших безглазых воинов бежали на самого Эймара Нейла, Архимаг встретил их двумя точными магическими стрелами, отбросив их прожженные безжизненные тела назад. Но тут прямо перед носом возникло еще трое, одного он успел сразить на смерть, но двое других уже были совсем близко, и он не успевал, что-либо сделать. Когда два огромных черных меча вознеслись над его головой, Эймар уже мысленно приготовился к неизбежной гибели, но берсеркеры, к его удивлению, проскочили мимо, и, зарубив кого-то из выпускников академии, ринулись сеять смерть дальше.

 

* * *

 

Разиил, отброшенный взрывом, пришел в себя быстро. Перевернувшись, встал на четвереньки и зашелся в приступе удушающего кашля. Храмовник скинул с себя кожаную перчатку и полез пальцами в рот, выковыривая набившиеся в горло комья земли, мешающие ему нормально вдохнуть.

- Ты как?! - Кто-то сильно затормошил его за плечо, и все внутренности, отбитые ударной волной, сразу отозвались болью.

Храмовник скривился и стиснул зубы, чтобы не вскрикнуть.

- Разиил, ты в порядке? – От взрыва заложило уши и, слова долетали до него словно из-за кирпичной стены.

Храмовник, постоянно отплевываясь, поднял голову и увидел перед собой Леона. Стальной доспех вчерашнего мальчишки, был измазан в чужой крови, глаза горели огнем.

- Ты в порядке, брат?! – Обеспокоенно спросил молодой паладин, не переставая его трясти.

- Нормально все. - Вытирая пальцы о кольчугу, ответил Разиил, как только понял, что от него хотят. – Только дыхание сбилось, иди я догоню.

- Не забудь шлем одеть! – Крикнул Леон, опуская забрало своего, он хлопнул его по плечу и, подняв с земли круглый стальной шит, ринулся в бой.

Разиил посмотрел вокруг себя, шлема рядом не было, зато свой меч он увидел почти сразу. Дотянувшись до двурушника, ратник подтянул его к себе, воткнув острием в землю, оперся и стал вставать на ноги. Поднявшись, Разиил натянул перчатку на правую руку и огляделся, как вдруг заткнувшие его уши пробки, словно выпали и его буквально захлестнул шум сражения. Здесь творился настоящий кошмар: земля была устлана трупами и ранеными, повсюду валялись разорванные мощным взрывом на куски люди. Среди воплей раненых и метавшихся в панике криков, выделялся громкий и четкий голос Даэна – похоже, парень был не из числа малодушных, и даже сейчас, в этом бедламе, не прекращал командовать. Мозгов бы ему побольше, цены бы совсем не было, - подумал Разиил, глядя на то, как новоиспеченный командир гарнизона, срывая связки, призывал оборонявшихся ратникам, сомкнуть прорванное кольцо щитов, чтобы закрыть образовавшуюся брешь.

Пока маги и мечники добивали прорвавшихся внутрь берсеркеров, силы паладинов стали стягиваться, отстреливая очередную партию Диких, которая пыталась проникнуть внутрь кольца. Уцелевшие арбалетчики больше не метались, а, сгруппировавшись напротив бреши, целенаправленно били по приближающимся целям.

Глядя на все это, в голове храмовника зарисовывалась картина: основные силы, следуя приказам Даэна, стягивались к точке прорыва, и образовывали там настоящее столпотворение. Командир Вибэйского гарнизона действовал по учебнику, где детально описывалась вся тактика боя с берсеркерами. С точки зрения профессоров, писавших эту умную книгу – он поступал правильно: под прикрытием стрелков, бросил тяжелых пехотинцев вперед, дабы удержать противника и выиграть время, чтобы паладины успели восстановить оборонительное кольцо, из заслонов. Смысл сей обороны прост – подставить под удар специалистов защиты, и в импровизированной, огрызающейся выстрелами крепости, быть по врагу магией и арбалетными болтами. Но, было одно маленькое «но». В учебнике ничего не говорилось про мага такой силы, в сравнении с которым, все наши, вместе взятые, казались простым необразованным скопом. Если он еще раз ударит и попадет в это скопление бойцов, то шансов на победу будет не больше чем у таракана, попавшего под тапок.

Этот холеный членосос, нас всех погубит, – мысленно выругался храмовник и, пошатываясь, словно пьяный, направился к гуще сражения.

- Рассредоточиться! Слышите идиоты?! – Орал Разиил, ковыляя в сторону командира гарнизона. Но шум битвы заглушил его крики.

Добравшись до Даэна, он рванул его за рукав балахона так, что тот едва ли не свалился с лошади.

- Прикажи всем рассредоточиться, болван...!

- Что ты несешь, идиот?! – отдернув руку, крикнул Даэн. – Знай свое место, шавка! Иди и бейся в авангарде!

Разиилу в этот момент захотелось двинуть плоской частью двурушника поперек спины, да так, чтобы потом этот папенькин сынок разогнуться не смог. Но сейчас храмовник не стал давать волю чувствам, и, проглотив обиду, попытался донести до него свои мысли:

- Берсеркеры, это отвлекающий маневр! Нужно атаковать мага! Прикажи людям рассредоточиться, пока не поздно! – Срываясь на хрип, кричал храмовник. – Шли паладинов вперед! В ближнем бою маг будет почти бессилен! Вперед пока, он всех не…

Рвануло оглушительно. Боевой пульсар угодил в самую гущу людей, как и предсказывал храмовник. Кольцо ударной волны разметало в стороны, живых, мертвых и повалила с ног большую часть оборонявшихся.

Разиила сшибло лошадью, на которой восседал Даэн. Храмовник упал на землю, но тут, же рыча и отплевываясь, снова встал на ноги. Щурясь и прикрывая рот и нос сгибом локтя, он огляделся по сторонам, выискивая выживших, но из-за поднятой взрывом пыли, не смог ничего разглядеть.

В непроглядном облаке, где даже солнце казалось блеклым белым шариком, он едва ли не лбом столкнулся с одним из ратников. Немногим позже, Разиил узнал воина по выбивающимся из-под шлема, длинным, золотистым волосам. Им был Леон, так, как ни у кого в отряде больше не было таких волос.

Паладин поднял забрало.

- Опять ты! Не ранен?! Почему голова без защиты?

- Хрен с ней, меня так, зацепило малек. – Отмахнулся Разиил. – А вот тем, кто был у переднего края – похоже, совсем не повезло.

Леон снял с себя кованый шлем, и принялся чесать вспотевшие и грязные от налипшей пыли подбородок и затылок.

- Еще не много и этот маг перебьет нас всех!

- Я знаю! Дуй в центр и собери всех, кого сможешь! Встретимся у первой линии! Нам, надо убить его! – Покраснев от натуги, орал храмовник другу прямо в лицо.

Тот закивал головой, и, нахлобучив шлем, тут же исчез в клубах пыли, сквозь которую доносились крики раненых и бешеный рев Диких.

Храмовник двинулся к переднему краю, и по мере его приближения, возрастало количество разбросанных по песку тел. Попутно приводя в чувство живых, и поднимая их на ноги, Разиил со страхом ждал очередного массового заклинания неизвестного мага, которое могло стать последним для остатков колонны. Но, по не известной причине, тот не атаковал. Видимо чего-то выжидал. Не похоже, чтобы он боялся зацепить слушающих его берсеркеров – со своими потерями человек в сером балахоне не считался. Но, чтобы им не двигало, храмовник не мог не воспользоваться этой заминкой, и не собрать людей, чтобы организовать контратаку.

К его отряду, не считая стрелков и ратников, примкнуло еще с десяток магов, одна из них была Лика. Столичную красотку было прямо не узнать: все лицо в пыли, губы бледные с грязью на уголках, волосы топорщатся как у ведьмы, глаза зеленые, перепуганные, с блюдца размером. Но девушка изо всех сил старалась не подавать виду и не дать страху овладеть собой. Немногим позже, примчался Леон, ведя за собой около трех десятков паладинов. Элитная охрана Эймара выглядела довольно таки потрепанной.

- Это все, кого я нашел. – Запыхаясь, проговорил Леон.

Разиил бегло оглядел бойцов, мысленно пересчитывая их.

- Пойдет. Думаю, этого хватит.

Храмовник переключил свое внимание на магов.

- Накладывайте все защитные заклинания на бойцов, и только потом на себя. Все, что можете. Потом пыль, он почему-то не бьет сквозь пыль. Заклинаниями ветра, урагана, не знаю, что вы там можете, но мне нужно много пыли. Задача ясна?

В этот момент он заметил, потерянного черноволосого молодого мага в коричневом балахоне с черными нашивками на рукавах с изображением золотой змеи, судя по взгляду которого – тот хотел что-то сказать. Но толи боялся спросить, толи не знал, как обратиться.

- Какие-то проблемы, сынок?!

- Да, простите. Дело в том, что я маг темной поддержки, и мне не доступны стихийные заклинания, чтобы поднять пыль. Что мне делать?

- Подолом пыль поднимай! – Грубо, но не сильно, ударил парня в грудь храмовник. - Мне по хрен чем! Но так чтобы тут солнца не видать было! Выполнять, чего встали!?

Маги принялись исполнять приказ свежеиспеченного командира и, ни один из них даже ни на миг не поставил под сомнение право храмовника на командование.

Разиил развернулся к ратникам.

- Гарнизон, слушай мою команду! Стрелки остаются с магами и обеспечивают их боевое охранение. Со мной идут только паладины! Рассредоточиться по площади! В бой с берсеркерами по возможности не вступать! Наша цель маг! Убьем мага - останемся живы!

Воин церкви выдержал короткую паузу, глядя на бойцов.

- Чего встали остолопы, пламенной речи не хватает? Вперед!!! ПОШЛИ!!! – закричал он и первым бросился вперед…

 

* * *

 

Отец Основатель терпеливо ждал, пока осядет пыль. Хоть время и не играло ему на руку, его было вполне достаточно, чтобы немного поразвлечься. Хотел бы уничтожить колонну – он сделал бы это уже давно. Их примитивные знания о магии вызывали в нем одновременно и жалость и отвращение. Конечно, можно было бы получить удовольствие, убивая этих никчемных, позабытых Творцом существ, упиваясь их беспомощностью, но радости в этом было ровно столько же, сколько возникает, когда давишь пальцем мерзкое насекомое. Для них он подготовил другую судьбу - а именно ту, которую они заслужили, и когда это произойдет, то живые будут завидовать мертвым.

Можно было накрыть остатки колонны мощным запретным заклинанием, таким как гравия, в результате которой людей раздавит собственным весом, но затем, на этом месте возникнет аномалия, поднимающая к небесам все, что попадет в радиус ее действия. Со временем, она сойдет на нет, но, прежде чем это случится, пройдет много лет.

Для этих невежд, боевой пульсар был сродни невиданному чуду, которое, по сути, являлось обычным ментальным ударом третьего круга магии. А что будет, если ударить по ним Последним Маревом? Наверняка подумают, что наступил конец времен.

О таком, эти глупцы, и в помине не знают. Даже маги Алтана, считающиеся самыми выдающимися на свете, слышали об этом заклинании только из хроник о Великой Войне. Оно применялось только лишь раз, когда Мелатиэль одним ударом уничтожил большую часть армии Хазратиэля на равнинах Пандала, славящимися своими родниками и бесчисленными ручьями. Когда было прочитано заклинание – вода всех источников превратилась в пар. Над войском младшего брата Первозданных задрожал воздух, словно оно было в пустыне, а в следующий момент бескрайнюю равнину залил слепящий глаза свет. Весь мир казался одним огромным белым пятном, кроме которого словно ничто не существовало. Когда мир обрел прежний вид – на равнине Пандала открылась ужасная картина. Войска не было! На выжженной земле остались только тени. Но самая страшная часть заклинания была не в нем самом, а в аномалии, которая возникла позже. Любое живое существо, случайно забредшее на равнины, погибало спустя несколько дней в страшных мучениях. Сначала его мучала тошнота и рвота, кровотечения из носа и заднего прохода, лоскутами слазила кожа и выпадали волосы. Потом случались обмороки, после которых, побывавшие на равнинах, уже не приходили в себя.

Небольшой городок, под названием Илл, или же город-призрак, как его сейчас называют, так же коснулись последствия этой страшной трагедии: матери стали приносить мертвых детей, выкидыши для города стали едва ли не обычным явлением. Те же единицы детей, которые рождались живыми, нормальными было назвать нельзя – многие появлялись на свет с лишними пальцами или конечностями, а то и вовсе сросшимися. Через какое-то время в городе стали просто погибать люди. Те, кто смог бежать – бежали, но смерть настигала их в пути. И меньше чем за несколько лет, город остался пуст и даже по сей день.

С тех пор минуло уже девятьсот лет. На месте мертвой равнины вырос странный лес с буйной густой растительностью. С годами это место обросло страшными легендами, ведь храбрецы и искатели приключений, жаждавшие славы, отправившиеся в эти гиблые места, в большинстве случаев не возвращались вовсе, а те, кому посчастливилось выйти оттуда – рассказывали странные, и порой даже ужасные вещи.

В принципе Истинный с удовольствием бы уничтожил пару городов Идэниона таким мощным заклинанием, но ему не нужен был мертвый мир. Ударить по колонне можно было и чем-нибудь послабее, чем-то вроде Пламени Новы или же Ионом. Но он не мог рисковать жизнью Эймара Нейла - этот человек нужен был ему живой. В принципе именно из-за него он и устроил все это представление, и сейчас, по его сценарию, в этом импровизированном театре сражались и гибли живые люди.

Человек в сером балахоне продолжал ждать, пока облако из мелких песчинок осядет. Но пыль оседать не желала, наоборот начала разрастаться во все стороны, скрывая от его взора все происходящее и не давая ему возможности ударить новым заклинанием. Песчаный ковер, покрывавший землю, стал постепенно подбираться и к нему. Это вызвало лишь презрительную ухмылку на лице Истинного.

И кто это у нас такой умный? Долго ли вы сможете прятаться в пыли? – Ухмылка на лице мага стала растягиваться в довольную улыбку, на какой-то миг ему даже стало приятно, что хоть кто-то из этих безмозглых потомков Мелатиэля и Аланиэля проявил хоть какое-то здравомыслие и возможно даже понял, что он опасается бить, не видя цели.

Маг повернул голову в сторону третьей заставы или точнее на то, что от нее осталось. Крепость имела весьма плачевный вид: часть стены разрушена полностью, рухнула одна из смотровых башен, еще две были охвачены огнем. А ведь он всего-то приказал Ранднагару отвлечь внимание заставы, чтобы ее защитники не смогли прислать подкрепление. Но, похоже, парень слишком буквально воспринял его приказ, и немного переусердствовал, захватив и практически разрушив её.

Истинный снова перевел свой взгляд на приближающуюся к нему пыль, затем небрежно взмахнул рукой, в ту же меру времени одним порывом ветра облако пыли смело в сторону и около тридцати ратников оказались перед ним как на ладони.

Из-под капюшона, скрывавшего лицо человека в сером балахоне, была видна лишь презрительная ухмылка. Правая рука мага потянулась вперед, а губы неслышно прошептали новое смертоносное заклинание…

 

* * *

 

- …В РАССЫПНУЮ! – Заорал Разиил, как только песчаная пыль, скрывавшая их от взора мага, была сметена в сторону и просто прилипла к земле. Труды нескольких, не последних магов Идэниона, пошли прахом, от одного единственного заклинания.

Ратники кинулись в стороны, продолжая двигаться к главному противнику, который незамедлительно выпустил в них очередной смертоносный пульсар. Но на сей раз, после оглушительного взрыва, количество погибших не превысило и двух человек. Те, кого зацепило ударной волной – полетели кубарем, но тут же поднялись на ноги, и продолжили движение. Воины стремительно заходили с флангов, быстро сокращая расстояние до цели.

Видя, что первое заклинание дало небольшую осечку, не оправдав надежд, человек в сером балахоне решил применить другую тактику. Сосредоточившись, маг стал выводить плавные круговые пасы руками. Под его ногами возникла небольшая воронка, которая стремительно стала расти вверх, закручиваясь подобно смерчу. Смерч набирал обороты и разрастался вширь, и когда маг оказался в его эпицентре – по нему прошел ярко оранжевый всполох и вихрь вспыхнул огнем.

Трудно было сказать, к какой из стихий относилось это заклинание. Уцелевшие маги колонны, наблюдавшие за ним, издали, стояли с открытыми ртами. По сути, это было смешение как минимум двух стихий: огня и ветра. Но правильней было бы сказать, что здесь присутствовала еще ментальная сила мага, не дающая смерчу сорваться с места и свободно гулять по полю, удерживающая на месте, заставляющая расширяться, и расти вверх.

Ни в одной из двух академий Идэниона, ни о чем подобном даже не упоминалось. Попытки сделать что-то подобное, конечно же, имели место, но все опыты были закрыты, потому что в девяноста процентах случаев – стихии попросту поглощали друг друга, сводя на нет весь полезный потенциал. В оставшихся десяти процентов, опыты приводили к созданию того же самого смерча, только не столь масштабных размеров, при чем совершенного неуправляемого, и пытающегося развалиться на две составные, независимые друг от друга стихии. Такие же провалы были и в других случаях, когда маги пытались создать электрический дождь или вызывать огненные глыбы, падающие с неба. А о количестве поглощаемой при этом из Астрала энергии и нагрузки колец и говорить было нечего. Все дело было в извечной проблеме магов, из-за которой зачастую, многие заклинания были бесполезными и бессмысленными, так как они нуждались в регулярной подпитке, требующей колоссальных энергозатрат. Выходило так, что само заклинание по идее было возможно, но его полезность была несоизмерима с затратами энергии и кооперативных действий команды магов.

Но то, что маги видели сейчас, просто ломало все их догмы и мировоззрения о магии. Подобное зрелище было одновременно страшным и в то же время имело свою непередаваемую мощь и красоту.

Закрученная огненная колонна, ревя, словно дикий зверь, взметнулась до небес, пожирая камень и сжигая воздух, а затем стала волнами раздаваться в диаметре, увеличиваясь на двадцать локтей, с каждым ударом сердца творящего его мага.

Пышущая нестерпимым жаром огненная стена надвигалась на ратников с огромной скоростью. Но, несмотря на грозившую опасность, Разиил бежал навстречу бушующему пламени, железно понимая, что теперь единственный путь – это только вперед. Спастись бегством не удастся никому, уж слишком быстро распространялся огонь. Сначала была только одна спасительная мысль, на скорости проскочить стену, но чем ближе он приближался к ней, тем ясней осознавал, что, несмотря ни на какие защитные заклинания магов, вспыхнет как факел еще раньше, чем горячие языки огня его коснутся. Но в этот миг, земля ушла из-под его ног, и он полетел куда-то вниз…

…Те, кто попытался прорваться сквозь огонь – погибли сразу…

…Те, кто бросился бежать – разделили их участь несколькими ударами сердца позже…

Температура была настолько огромна, что на расстоянии двух саженей вспыхивала одежда и начинали раскаливаться доспехи, не говоря уже о человеческой плоти, которая сначала прикипала к железу изнутри, а уже после, пожираемая пламенем, превращалась в головешки.

Маги, что находились у переднего края защитного кольца, или того, что от него осталось, вдалеке от происходящего, могли лишь беспомощно наблюдать, как решительная яростная атака храмовника и трех десятков паладинов превратилось в паническое бегство с обуянными ужасом и болью, горящими заживо людьми.

 

* * *

 

Маг скучал, уже давно привыкший, что никто ни в Алтане, ни тем более в Идэнионе не мог оказать ему не то, что достойного сопротивления, но просто хоть как-то противостоять его непомерной мощи. Упиваться их ничтожностью он уже давно устал, и сейчас просто равнодушно, можно сказать со скучающим видом смотрел, как атакующие его людишки дергались в предсмертной агонии и замирали навсегда, превращаясь в жалкие оплавленные огарки, под воздействием огромных температур.

За долгие годы жизни, маг уже привык к тому, что разучился удивляться. В его жизни, казалось, было уже все, и поэтому он не ждал, что сквозь стену яростного огня, как из-за занавеса в театре, выскочит, а затем вступит с ним в схватку, хотя бы один воин. Но нельзя сказать, чтобы он ни разу не мечтал об этом. Сразиться с равным по силе…

А ведь были такие времена.

Невольно залюбовавшись своим творением, маг задумался, словно о чем-то вспоминая. Но решил, что пора бы уже заканчивать представление, и подходить к его финальной части. Берсеркеры, управляемые его волей, нашли Эймара, и уже тащили его по подземному проходу, прорытым ручным камнегрызом. Можно было, конечно, убить всех оставшихся, но тогда это бы разрушило все его планы.

Маг снова посмотрел на бушующую вокруг него огненную воронку, как вдруг, сквозь ревущее пламя выскочил человек! Воин в старых доспехах, с потрепанным щитом и обнаженным, опаленным сверху мечом в руках, бежал прямо на него. От увиденного, Истинный даже замер, стена адского огня не то, что не обожгла ратника, она даже не опалила ни единого, выбивающегося из-под его шлема, золотистого локона.

КАК?! – Маг, совсем забыв про контроль, вздрогнул и едва не выпрыгнул из своего балахона от удивления. Ревущая стена пламени, потеряв подпитку, захлопала и тут же, развеялась в стороны, рваными клочьями черного дыма.

Неужели судьба, за столь короткий промежуток, преподнесла ему целых два подарка. Такого бесценного воина как Ранднагар и достойного противника в убогих доспехах – видимо Идэнионские глупцы сами не ведали, какое сокровище было у них в руках, а возможно, даже и сам это парень не знает, кем является.

Где-то внутри Истинного стало зарождаться то самое, давно позабытое чувство предвкушения настоящего боя, который обещал вот-вот начаться. Маг не стал бить запрещенными заклинаниями, решил прощупать стойкость своего соперника к стихийной магии.

Пока позволяло расстояние, Отец Основатель метнул в ратника пиро. Огненный росчерк, с шипением пронзая воздух, устремился в цель, оставляя после себя шлейф копоти, но паладин, не останавливаясь, на ходу, укрылся от него щитом. Магический заряд огромной мощности, яркими брызгами разлетелся в стороны, едва соприкоснувшись со сталью.

Удивлению мага не было предела. Если массовое заклинание, бьющее по площади, частично рассеивалось, теряя мощность, то сконцентрированный удар по единичной цели возрастал по силе многократно. И что же он видит? Его филигранно сплетенное пиро, способное прожечь насквозь крепостную стену, отражает видавший виды, стальной щит с заклепками, которым прикрылась эта деревенщина в старых казенных церковных доспехах.

Истинный маг отступил на шаг назад, и встал в боевую стойку, используемую чародеями древности для ближнего боя. Вставая левым плечом к противнику, человек в сером балахоне, держал руки вытянутыми на уровне груди, расставив ноги на ширину плеч и немного согнув их в коленях. Он замер в ожидании схватки.

Можете смело плюнуть в глаза тому человеку, который утверждает, что маги практически бессильны в ближнем бою, и у ратников в этом случае есть преимущество. Невежественная чушь! Настоящий маг легко даст фору любому воину. Даже в схватке с несколькими одержит верх, конечно же, если будет иметь при этом пару лишних козырей в рукаве.

Паладин был уже в паре шагов от мага. И когда до него оставалось совсем ничего, ратник прыгнул, занеся для удара обожженный огнем клинок. Острие меча устремилось магу в горло и, тот, отпрыгнув назад, едва избежал смерти. Тут же последовал удар щитом в голову, на сей раз Истинный отразил атаку невесть откуда взявшимся в воздухе черным фламбергом. Странный меч, отразивший выпад, оставил на щите паладина огромную зазубрину и исчез так же внезапно, как и появился, рассеявшись в дым.

Со стороны казалось, что человек в сером балахоне лишь водил руками, а демонический меч, в точности повторяя движения его рук, возникал то тут, то там, отбивая любую атаку ратника, при этом, не забывая наносить разящие, как молния, рубящие удары. Паладину приходилось вести круговую оборону, крутясь как волчок и защищаясь изо всех сил, ведь фламберг зачастую появлялся оттуда, откуда тот его не ждал. Единственное, что спасало воина от смерти – это легкий хлопок, который сопровождал каждое очередное появление меча.

Через две меры ожесточенного боя, щит паладина напоминал измочаленный кусок железа, а из пробитого в двух местах доспеха по металлу струилась кровь. Но, несмотря на полученные раны, воин не снижал натиска, и, самоотверженно сражаясь, отбивался от демонического меча, не упуская ни одной возможности нанести удар.

Человеку в сером балахоне тоже досталось. Левый рукав был насквозь пропитан кровью, еще одно пятно разливалось по грубой ткани балахона в области груди, но, маг словно и не замечал этих ран, будто для него это были обычные царапины. На его лице висела радостная, почти счастливая улыбка – Истинный получал неописуемое удовольствие от этой дуэли. А если бы можно было заглянуть под капюшон вошедшего в раж мага, то паладин заметил бы его горящие мальчишечьим азартом глаза.

Парень очень хорош, – отметил про себя Отец Основатель. – И если бы не его аура, сияющая фанатичной преданностью Творцу, то отказаться от такого ученика было бы глупостью. По своей силе он очень похож на Ранднагара, но, в отличие от воина четвертой Кетты, этот скорее умрет, чем станет одним из нас. Такого не переделать. Хоть этот Истинный бесценен – оставлять его в руках врагов нельзя.

Маг позволил паладину нанести несколько выпадов, от которых с легкостью увернулся. Обгоревшее острее меча дважды пронеслось в волоске от его шеи и сердца. Но всякий раз Истинный успевал уйти, и атаки ратника снова и снова проходили впустую.

Вдоволь наигравшись с паладином, человек в балахоне, наслал на оппонента демонический меч с удвоенной яростью, не давая не единой возможности тому атаковать, чтобы произнести заклинание мгновенного перемещения, требующее для этого некоторое время.

Маги практически не использовали его, по одной простой причине - оно было слишком энергоемким. Кольца средней мощности и ниже, что использовались потомками Мелатиэля и Аланиэля не выдерживали такой нагрузки и зачастую взрывались, отрывая владельцу пальцы или даже кисть. Такую травму еще можно было излечить в Алтане, так как уровень целительной, да и вообще всей магии был на порядок выше и сильнее, чем в Идэнионе. Поэтому потеря конечности здесь оставалось травмой на всю жизнь и местные маги прибегали к нему только в исключительных ситуациях. Но маг в сером балахоне к их числу не относился, да и два кольца, на указательных пальцах обеих рук он носил лишь для отвода глаз.

Когда последнее слово сорвалось с его губ, он вдруг исчез и, изуродованный огнем и зазубринами меч паладина рассек лишь пустой горячий воздух пустыни.

Маг оказался прямо за его спиной, он сделал резкий взмах руками и материализовавшийся в воздухе фламберг, в точности повторивший движение его кистей, с легкостью разрубил доспех и плоть под ним. Паладин коротко вскрикнул и, раскинув руки, стал медленно падать. Меч вылетел из его разжатой ладони, и парень рухнул сначала на колени, а затем, задержавшись на удар сердца, вовсе завалился на бок. Закрытый шлем, испещренный следами ударов, слетел с головы, и светлые кудри юноши разметались на выжженной солнцем земле.

Черный фламберг, резко, со свистом крутанулся в воздухе, и, опустившись вниз, остановился у самой шеи парня. Затем, прикоснувшись дымчатым лезвием к коже, стал покачиваться то вверх, то вниз, словно примеряясь для последнего удара, в ожидании приказа повелителя, который по непонятной мечу причине медлил.

Истинный смотрел на медленно истекающего кровью паладина, прежней улыбки на лице уже не было, губы были поджаты – он сомневался. Но сомнение продлилось не долго, человек в сером балахоне поднял руку и щелкнул пальцами. Одновременно с этим, черный демонический меч… исчез.

- До скорых встреч. – Бросил напоследок маг, даже не надеясь на то, что тот его услышит, или отблагодарит за подаренную жизнь. С этими словами, Истинный развернулся и направился к ближайшему подземному провалу.

 

* * *

 

Разиил разлепил глаза. Первое что он почувствовал это боль в голове. Застонав, он дотронулся до лба и обнаружил там огромный шишак. Отдернув руку, ратник зашипел от боли. От удара о камень кожа лопнула, и он пальцем, как на зло, попал в саму рану.

- Как же больно-то, сука. Говорила мама, одевай шлем. – Простонал он, оглядываясь по сторонам.

Место куда он попал было пещерой, причем не естественного происхождения. Стены гладкие, а два соединяющихся прохода, вырубленные в камне, были одинакового диаметра. Что могло проделать такое в толще земли, Разиил не знал, но точно не Дикие. Правда он слышал о гигантских червях, обитающих глубоко в недрах и питающихся камнем, но всегда считал, что это была всего лишь одна из пограничных баек, которые любили травить на заставах.

Завернув шею, храмовник посмотрел наверх, тоннель ближе к пролому, как бы специально поднимался, и поверхность находилась совсем не далеко. Осыпавшаяся земля и песок образовывали покатый спуск, так что выбраться от сюда труда не составляло.

Подобрав свой меч, Разиил стал карабкаться наружу, и когда поднялся наверх, то увидел бегущих к нему воинов и магов, среди которых заметил Лику. В этот момент он неожиданно для себя испытал облегчение. Видимо именно эта девушка зацепила его сильнее, чем все его прежние.

Пыль давно улеглась и перед его глазами предстала усеянная сожженными костями земля. Из всей колонны выжили не более двух сотен человек.

- Это все? Где остальные? – Спросил храмовник, когда они подошли ближе.

- Больше никого нет, Раз. – Едва не плача, сказала Лика – Они почти всех убили, они забрали моего отца под землю.

Храмовник оглядел бойцов и не нашел среди них своего друга.

- Где Леон? – Спросил ратник, словно не слыша о пропаже главного Архимага Идэниона.

Ответом было молчание.

- Леон! – Крикнул Разиил, оглядываясь по сторонам – Леон!

- Он там, Раз! – Всхлипывая, едва сдерживаясь, чтобы не зареветь в голос, сказала она, затем добавила. – Он сильно ранил мага! И вдруг пал сам.

Молодого паладина он заметил не сразу, парень лежал на земле лицом вниз. Растолкав воинов, храмовник бросился к лежащему другу. Упав на колени, Разиил приподнял его на руках. Голова Леона безвольно повисла. Он затряс его, пытаясь привести в чувство.

Веки паладина вздрогнули и приоткрылись.

- Брат. - Еле слышно прошептал тот. – Брат, прости я не смог… не смог, остановить его.

- Молчи. Береги силы братишка. И не смей! Слышишь?! Не смей умирать…!

- Мне очень больно, брат… – проговорил тот.

- Лекарь, живее лекаря сюда! – Закричал храмовник, срезая кожаные ремни, скреплявшие части доспеха. – Потерпи братишка! Сейчас лекарь тебе поможет, а если не поможет, то я его маму…

- Отойдите от раненого! – перебил Разиила подскочивший к Леону светлый маг.

Храмовник бросил на него гневный взгляд, давая этим понять магу, что не отойдет от друга ни на шаг.

- Ты будешь мне только мешать, воин – заявил лекарь – поэтому будь добр, пропади с моих глаз.

Разиил бессильно сжал кулаки, неслышно выругался, но все же, отошел в сторону и уже отсюда продолжал наблюдать за действиями светлого мага. Первым делом лекарь несложным заклинанием остановил кровотечение, затем дотронулся до ран рукой, и, закрыв глаза, застыл. Разиил понимал, что в данную меру светлый оценивал, насколько было тяжело состояние его друга, и отмечал для себя первоочередные действия для спасения его жизни.

- Что с ним? Он будет жить? – Нетерпеливо спросил храмовник.

- Думаю, с ним все будет в порядке. – Раздраженно, не оборачиваясь, ответил врач. – Раны средней степени тяжести. Но вашему другу повезло, он очень крепок.

- Будем надеяться, - бросил храмовник и повернулся к остаткам колонны.

Оглядев всех оставшихся в живых, он заметил среди них нового командира гарнизона. Даэн выглядел весьма потрепано, порванная дорогая мантия, без диадемы на голове, весь в пыли и с посеченным мелкими камнями лицом, что летели в стороны от взрывов.

- Где маг!? – Прорычал Разиил, - я спрашиваю вас, где маг!? В какую из ям ушла эта тварь?!

Ответом ему была тишина. Каждый смотрел друг на друга, ожидая, что тот ответит.

Взбешенный ратник, понимая, что ничего существенного от них добиться не сможет, обратился к Даэну.

- Каковы наши дальнейшие действия, господин командующий?

Тот сначала растерянно посмотрел на задавшего ему вопрос храмовника и лишь после ответил:

- Нападение на колонну не могли бы не заметить с застав. Надо дождаться помощи и с охраной вернуться в Вибэй, за основными силами.

- Похоже, третья застава разбита – осведомил столичного «мальчика» Разиил – так, что помощь оттуда не придет. В Вибэй возвращаться – смысла нет, наверняка сообщение об атаке отправили с белым вороном* и к вечеру войска уже выдвинутся в нашем направлении. А ждать помощи от ближайших застав, до которых пять-шесть верст - не меньше цикла и это лишь в том случае если они выдвинулись. За это время Архимага утащат туда, откуда его будет не достать и всей армии Идэниона. Сейчас счет идет на меры.

- Ты в своем уме храмовник? – нервно хохотнул Даэн – Да мы тут все чудом избежали гибели, а ты хочешь, чтобы мы шли под землю? Это же верная смерть! Ведь тот маг, который учинил все это, тоже там.

- В узких проходах маг не рискнет бить в полную силу, может навредить и себе, и я уверен, там есть шанс одолеть его и отбить Эймара…

- Лично я не собираюсь отправлять на смерть моих людей, и на твое мнение солдафон мне откровенно насрать. – С проснувшимся в нем высокомерием, заявил Даэн. Он повернулся к уцелевшим людям. – Внимание гарнизон! Собираемся и выдвигаемся в Вибэй.

- Никто! – Взревел от ярости храмовник. – Никто отсюда не уйдет!

- Ты ничего не попутал воин?! Совсем в атаке охерел?! Тебе взрывом башку повредило?! – взвился Даэн. – Я сказал, выдвигаемся в Вибэй!

- Зарублю всех и каждого, кто хоть шаг сделает в сторону гарнизона – угрожающе предупредил храмовник и в подтверждение своих слов взялся за рукоять меча – Именем Творца и Святой церкви, призываю всех к оружию…

- У тебя нет этого права, его надо заслужить – усмехнулся Даэн – так, что лучше тебе заткнуться и молить Творца, чтобы я по возвращению в гарнизон не привлек тебя за самоуправство и не подчинение…

- Я подчиняюсь только церкви – сквозь зубы процедил Разиил. Выражение его лица и нервно дергающаяся верхняя губа говорили, он был уже готов зарубить этого самодовольного, тупоголового болвана, развалить до пояса одним ударом. И учитывая его вспыльчивый характер и горячность, еще было не понятно, как он вообще держит себя в руках. Возможно, если бы изо рта этого барана в мантии, вылетело еще одно слово, он бы так и сделал, но на плечо храмовника опустилась легкая рука Лики.

- Я пойду с тобой.

Разиил мельком взглянул на девушку, затем на остатки гарнизона.

- Те, кто хочет жить долго и счастливо, могут идти с этим малодушным трусом…

- Ты забываешься храмовник…! – побагровел от злости Даэн – Если мой отец...

- Да заткись уже! Иди к козе в трещину ты и твой драгоценный папочка! – Оборвал его храмовник. – Вскинешь руку для заклинания, и я отрублю тебе её по локоть, как и обещал, и мой тебе совет, не проверяй мои рефлексы на практике. А теперь, что касается остальных…

Разиил посмотрел на выживших.

- Архимага нужно отбить, кто со мной? Не обещаю, что у нас получится. Но если это случится, то поверьте, что благодарность Эймара, всего верховного Круга Магов и даже самого короля будет выше всех ваших ожиданий. Но те, кто не пойдет, следует знать то, что в случае нашей удачи, вы до конца жизни будете кусать локти, будучи на побегушках, этого зачатого по ошибке недоноска.

Разиил, сейчас взывая к людям, обращался не к их совести и чести, а к их алчности, ибо только эта сила могла подвигнуть людей переступить свой страх и инстинкт самосохранения и отправиться в пасть зверю.

Даэн от злости скрежетал зубами, сейчас он больше всего хотел выкрикнуть любое смертоносное заклинание, чтобы отправить этого зарвавшегося и возомнившего себя командиром ратника, но понимал, что может не успеть сплести и половины, как его рука будет валяться в пыли. Да даже если ему это удастся, то церковь может не одобрить его поступка и это отразится на его карьере в будущем. А так, если поразмыслить, он был уверен, что задумка этого ошалелого храмовника была провальной. Из-под земли живым никто не выберется. Стало быть, зачем останавливать его и всех тех, кто последует за ним.

Несколько ратников сделали первые шаги вперед. За ними последовало еще пара тройка добровольцев, но не более того. В общей сложности, не считая Разиила и Лики, спускаться под землю согласилось более десятка человек, с ними маг темной поддержки.

- Ты остаешься здесь, - сразу заявил храмовник, тыча пальцем в Лику.

Та хотела бы возразить, но Разиил прервал ее громким:

- ЗАТКНИСЬ! И слушай сюда!

Как ни странно, но Лика, не привыкшая к такому обращению, вдруг умолкла, и, вылупив на храмовника свои зеленые глазищи, не посмела ему возразить.

- Для тебя особая задача. Ты обложишь эту нору тюками с огненным песком, отойдешь на безопасное расстояние и будешь ждать. Когда мы спустимся вниз, и отобьем твоего отца…

Со стороны Даэна послышался короткий смешок.

- Когда мы спустимся туда, и отобьем твоего отца, - нарочито громко и с твердой, можно сказать железной уверенностью повторил храмовник, - скорее всего, за нами пустится погоня. Как только мы выберемся наружу, ты швырнешь в тюки с песком пиро, или чем вы там кидаетесь? Даже если они будут очень близко к нам, ты должна будешь это сделать. Замешкаешься, и нам всем конец.

- Я все поняла, - закивала головой Лика.

Разиил повернулся к добровольцам.

- Никаких двурушников, только одноручные мечи и арбалеты. – Начал говорить храмовник, стягивая с себя кольчугу. – Щиты можете не брать, они вам не помогут. Доспехи тоже снимите. От них будет мало толку, в нашем случае они будут лишь нас задерживать.

Разиил оглядел бойцов.

- Кто из вас может орудовать копьем?

Трое из добровольцев вытянули руки.

- Отлично. Найдите себе копья. Пойдете в авангарде, если что, будете сдерживать натиск берсеркеров на расстоянии. Арбалетчики идут в тылу, совместные тактические действия по смене линии обороны вам объяснять, я полагаю, не нужно. Оружие держать наготове. Обувь обмотать тряпками, только завяжите их покрепче, я не хочу спотыкаться. Если маг противника действительно так сильно ранен, следовательно, Эймар Нейл будет рядом с ним, и мы без труда сможем догнать их. Но запомните одно, в бой не вступать, стрелять только по моей команде. Будем шуметь раньше времени – умрем все. Единственный наш шанс и надежда в том, что они не ожидают нашего преследования. И мы этим воспользуемся. Вопросы есть?

Вопросов не было.

Разиил расставаться со своим двурушником не стал, закрепив свой эспадон за спину и заткнув за пояс короткий меч, он взял один из арбалетов в руки и первым скрылся под землей. Остальные, поглядывая друг на друга, словно набираясь смелости, последовали за ним.

Не успели они пройти и полмаха, как первой проблемой преследования стала темнота. Делать факела – времени не было, да и свет мог привлечь внимание. С другой стороны, идти на ощупь тоже было опасно, была вероятность столкнуться нос к носу с берсеркером. Эти безглазые ребята, в зрении вовсе не нуждались, руководствовались другими, неизвестными чувствами, которые с лихвой заменяли им зрение. Этих тварей не слепили ни яркие лучи солнца, не останавливала тьма ночи, что делало их грозными противниками.

Не успело прийти решение этой проблемы, как темный маг поддержки, неожиданно для всех произнес заклинание, и над головой каждого воина появилось по ярко-синему светлячку, который освещал все вокруг на добрый десяток шагов.

- Потуши немедленно, пока нас не увидели! – Зашипел Разиил и едва ли не набросился на него с кулаками.

- Зачем? – Искренне удивился тот. – Берсы не видят света, а стало быть, он будет для них незаметен. Единственное что может нас выдать это наш запах и шаги. Но я почувствую их раньше, и смогу предупредить вас.

- Откуда ты это знаешь?

- Нас учили этому в академии.

- Допустим, ты прав, - закивал головой храмовник, - стало быть, тот маг, так же способен почувствовать нас?

- Конечно, - согласился маг темной поддержки, - но судя по каплям крови, что тут повсюду, он тяжело ранен. И вряд ли будет концентрировать на этом свое внимание, скорее всего он будет тратить все свои силы на регенерацию.

- Хорошо, будь по-твоему. – Сдался Разиил. – Вам феям виднее. Ну, если что-то пойдет не так…

Храмовник шлепнул пудовым кулаком по своей ладони, получился выразительный шлепок.

- Я выдерну тебе твои радужные крылья, и с хрустом ставлю в зад. Договорились?

- Договорились, - нервно хохотнул в ответ паренек, - если берсы не сделают то же самое с тобой, еще раньше.

В этот момент Разиилу захотелось ударить парня, но ему почему-то понравился дерзкий ответ мага. Если случится чудо, и они выживут, то храмовник пообещал самому себе, что обязательно угостит этого наглеца кружечкой другой пивка, в одной столичной забегаловке. А в столицу их вызовут, как пить дать, главное, пережить допрос, с которыми безопасность Идэниона почему-то зачастила. А хотя, было бы неплохо бахнуть для смелости пива прямо сейчас. А именно в «хрустящем борове», в подвале которого скрывалась целая пивоварня, и на столы постоянных клиентов подавалось свежее не разбавленное пиво с пропеченным до хрустящей корочки кабаном.

Тряхнув головой, Разиил вернул себя в реальность.

- Выдвигаемся.

Отряд шел по туннелю, в котором не было ни развилок, ни поворотов, лишь следы крови, уходящие в темноту. Продвигаясь вдоль коридора, Разиил не мог не заметить, что его стены были идеально ровными и не имели следов от лопат или любых других инструментов, казалось этот проход просто выплавили в земле. А еще, храмовник не мог не заметить странную, едко пахнущую слизь, прикосновение к которой обжигало кожу. Неужто, пограничные байки о гигантских подземных монстрах – правдивы. И если это так, и Дикие могут ими управлять, то это создает большую проблему, ведь тогда не спасут никакие стены.

От этой догадки, храмовнику стало немного не по себе. Не хватало еще столкнуться с ними, ведь судя по размеру проходов, пасть у этих землероек, или как там они называются, наверняка просто будь здоров. Да и чем вообще отмахиваться от тварины, которая жрет гранит, и размером с торговый корабль. Одна надежда на то, что она бегает не быстро. Но, хотя, это еще не известно, и лучше бы оставалось тайной.

- Сколько нам еще идти, маг? – с плохо скрываемой тревогой и раздражительностью в голосе, спросил молодой арбалетчик. Парень был на пределе, и чем больше они удалялись от выхода, тем все хуже он держал себя в руках.

- Без понятия. Я знаю ровно столько, сколько и ты.

Арбалетчик что-то пробурчал себе под нос, и из его ворчания, темный маг поддержки разобрал только лишь пару нелестных слов в свой адрес. Маг не стал ничего отвечать в след, он понимал, что виной всему страх и очень сильное нервное потрясение после того как перебили почти всю колонну. Плюс ко всему, кромешная тьма под землей и давящие на психику стены, к тому же, здесь было тяжело дышать. Та едкая слизь, что была тут повсюду, несомненно, являлась кислотой, и недостаток кислорода был следствием ее взаимодействия с окружением.

- Чует мое сердце, нам отсюда не выбраться, - вновь негромко заговорил арбалетчик, - попомните мои слова, нам нужно возвращаться, пока берсы нас не зарубили, или тот маг, бешеный. Он-то запросто превратит нас в головешки, или свод обрушит.

По отряду пробежал чуть слышный ропот, видимо страх одного, словно заразная болезнь, стал охватывать и других. Идущий впереди Разиил остановился. Развернувшись, он быстрым шагом подошел к паникеру, взял его за грудки, и хорошенько встряхнул, да так, что у того клацнула челюсть.

- Заткнись, салага. Твое малодушие ставит под угрозу всю нашу операцию. Тебя за руку никто не тащил. Если отсутствие яиц тебе мешает идти вперед, то можешь валить отсюда.

Послышался короткий смешок закаленных бойцов, которые в отличие от юного арбалетчика, спустившегося сюда в силу молодости и горячности, а также желание показать другим, что он тоже на что-то способен, шли на это дело осознано. Взвесив все за и против, бойцы понимали, что шанс остаться здесь навсегда был высок, ведь за ними никто не спустится. Но как говорится, чем черт не шутит, и если все пойдет по плану, то им до конца дней не придется испытывать нужды, а такая ставка была очень заманчива, и ради нее можно было рискнуть головой.

- Ты с нами или нет, решай сейчас?! – прохрипел храмовник, он возвышался над парнем на целую голову и был шире в два раза.

Юный арбалетчик вжал голову в плечи, на лбу выступила испарина, а глаза лихорадочно забегали. Теперь он уже не был уверен, кого боится больше, берсеркеров или этого лютого храмовника, который возвышался над ним и, плотоядно оскалившись, сверлил глазами.

- Давай парень, соглашайся, - усмехнулся один из паладинов, - считай это финальным этапом твоего боевого крещения. Когда выберешься, превратишься в настоящую легенду, набитую золотом. Все девчонки в столице будут кипятком ссать.

- Не всем выдается шанс проявить себя, тем более спасая третью по значимости шкуру в Идэнионе, - добавил морщинистый арбалетчик с густыми усами.

- Так и? – Басом напомнил о себе храмовник. – Ты с нами?

Парень отчаянно закивал головой. Он был согласен идти. Но на это, скорее всего, повлияло выражение лица его командира, нежели подбадривающие шутки и уговоры сослуживцев. Рожа у этого храмовника была настолько злобной, что арбалетчику на какой-то момент показалось, ответь он «нет» и тот не раздумывая обглодает ему лицо.

Ратник отпустил арбалетчика и почти дружески хлопнул его по плечу, так что парень покачнулся и едва устоял на ногах.

- Страх это нормально. Просто никогда его не показывай.

Разиил посмотрев на остальных, дал знак двигаться дальше, и небольшой отряд продолжил движение сквозь тьму туннеля, разрываемую лишь магическими огоньками темного мага.

Какое-то время шли молча, тишину нарушали лишь шаркающие звуки шагов. Светло голубые огоньки освещали стены тоннеля, которые визуально сужались, уходя во мрак, от этого создавалось впечатление, будто проход становился уже, а стены давили все сильнее.

- Мне одному кажется? - Посмеиваясь, спросил усатый арбалетчик. - Что мы в заднице огромного каменного великана.

Послышались приглушенные смешки бойцов, среди которых выделялся нервный смех молодого арбалетчика. Он смеялся не потому что шутка была смешной, а потому что смеялись все.

- А что вы ржете, придурки? Разве не так? Здесь темно, слизко и дышится с трудом. – Бывалый посмотрел на юнца, и махнул рукой, - хотя у кого я спрашиваю, наверное, это первая задница, в которой ты бываешь.

- Ну почему же первая, - возмутился парень, - у меня были девушки, и, между прочим не одна.

- Да ладно, заливать. Судя по твоему пушку под носом, ты бабские прелести даже и не нюхал.

- А судя по твоим усам, - обернувшись, бросил Рази




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.