Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

МОНАСТЫРСКИЙ ДВОР — ТЕТ



 

Звездолет-истребитель Энакина «Дельта» влетел во двор, и R2-D2 выскочил из ниши для астромеханических дроидов, вмонтированной в крыло. Робот повращал головой, чтобы сфокусироваться на Ротте, издавая при этом горестный свист.

 

— Да, с ним вовсе не порядок, R2, - Энакин заглянул в рюкзак. — Но мы по крайней мере его нашли. Генерал Кеноби уже в пути?

 

R2-D2 высветил голограмму Кеноби прямо в воздухе перед собой.

 

— Да, я в пути, — сказал Кеноби. — К тому же с подкреплением. Вы нашли сына Джаббы?

 

— Если бы голограмма передавала запахи, то ты бы уже это наверняка понял. Да, мы его нашли. Но…

 

— Но — что?

 

— Он сильно болен. Нам нужно как можно быстрее доставить его к медику. Хатты вообще не болеют, так что это серьезно.

 

Кеноби провел рукой по бороде — не задумчиво, как если бы решая важные вопросы, а быстро, словно хотел заглушить стон отчаяния.

 

— Этого нам еще не хватало сейчас, Энакин…

 

— Думаю, я решил эту задачу, учитель. И я совершенно уверен в том, что это штучки Дуку. От всей этой заварухи смердит почище, чем от хаттенка.

 

— В таком случае он пытается рассорить нас с Джаббой. Чтобы не дать нам получить доступ на пути хаттов.

 

— Я понял, что здесь дело нечисто, когда потерял половину своих людей, прорываясь к монастырю, а затем нам без сопротивления позволили играючи войти внутрь и найти малыша. — Уровень адреналина снизился теперь достаточно для того, чтобы Энакин задумался, как он мог не увидеть, что происходит, и не избежать ловушки. — Я ждал засады, но, может, в этом-то она и состояла — он буквально отпустил нас вместе с малышом. И, как теперь может статься, с мертвым малышом.

 

Кеноби отклонился в сторону, на секунду исчезнув из поля видимости телекамеры, как будто проверяя что-то.

 

— Ты думаешь, что Дуку отравил детеныша?

 

— Понятия не имею. Но совпадения времени и обстоятельств наводят меня на эту мысль.

 

— Тогда позаботься о том, чтобы Ротта выжил.

 

— Прости, учитель. Возможно, я должен был понять, что происходит. Но это была плохая идея — связаться с хаттами. С ними невозможно победить. Можно только выбрать наихудший путь к поражению.

 

— Энакин, если бы мы отклонили Джаббину просьбу о помощи, нам бы в любом случае никогда не предоставили доступ к этим путям, у нас не было выбора.

 

— Ты думаешь, что он сговорился с Дуку за нашей спиной? Что он нас обманывает? Очень не похоже на Джаббу — искать помощи у Республики.

 

— Не знаю, но чего мы не имеем права делать, так это играть на руку сепаратистам, позволив, чтобы что-то случилось с малышом. Это важнее всего. Мы вернем его в целости и сохранности.

 

Асока до сих пор стояла молча, баюкая хаттенка, слегка покачивая его на колене, но тут Энакин услышал, как у нее в гортани что-то заурчало. Это был зловещий, дикий звук, от которого волосы встали дыбом у него на голове.

 

— Хорошо, Учитель, — сказал Энакин, не глядя на нее. — Понял. Мы… О, прекрасно…

 

Он не закончил.

 

— Вниз! Все вниз! Вражеские истребители приближаются!

 

Потом он увидел Рекса, кричавшего, чтобы все прятались, и Асоку, бежавшую к дверям монастыря. Вспышки света ослепили его, когда он машинально взглянул на небо. Что-то загрохотало и загремело. Это была не буря — это приземлялся тяжелый воздушный крейсер сепаратистов в сопровождении, по меньшей мере, одной эскадрильи дроидских истребителей-«стервятников». R2-D2 все еще стоял на месте, передавая сообщение Кеноби.

 

— Учитель, нас атакуют! Я должен идти. И поторопитесь..

 

— Энакин? — Связь с Кеноби начала давать сбои. — Энакин?

 

И все исчезло, а нарастающий вой истребителя, заходящего для атаки, заставил Энакина вместе с R2-D2 подползти к монастырской стене. Дроиды-«стервятники» пикировали. Другого выхода не было — только отступать в монастырь.

 

Истребитель атаковал крепостные стены с бреющего полета, взрезая древние каменные плиты совершенно прямой линией и сея осколки камня, как шрапнель. R2-D2 подкатился к нему.

 

— Асока! С тобой все в порядке? — Энакин не видел ее. — Ответь мне, Цап-царап!

 

— Со мной все хорошо, Учитель. — Услышал он откуда-то сзади ее приглушенный голос.

 

Должно быть, она зарылась лицом в рюкзак, который прижимала к груди, прикрывая таким образом Ротту. В этом хаосе атаки Энакин смог подумать только о том, что она вдыхает сейчас концентрированную вонь хатта. Ведь от этого кишки вывернуть может.

 

— Ротта со мной, — снова проговорила она. — Думаю, он, бедняга, слишком болен, чтобы понимать, что сейчас происходит.

 

— Хорошо. Не высовывайся. И его береги. — Энакин махнул дроиду. — R2-D2, ступай вон туда, к ней.

 

— Прости, Скайгай, — окликнула его Асока, — я побежала, вместо того чтобы держаться рядом с тобой.

 

— Ротта должен выжить. Ты правильно поступила, Цап-царап. — Это могло показаться бессердечным, но Энакин даже был рад, что обезумевший от ужаса хаттенок в панике не орет как резаный, когда лазерные очереди взрывают землю вокруг него. — Дать себя застрелить, когда в том нет нужды, не героизм, а глупость.

 

Рекс, припав к земле рядом с Энакином, хлопнул его рукой по макушке, пригнув ему голову:

 

— Да-да, сэр, это точно. Берегите свою криффову голову.

 

В тот же момент лазерный луч выбил фонтан каменных осколков и пыли из стены над ними.

 

— Я чувствую выстрел, Рекс.

 

— Ладно, тогда сделайте это, сэр, чтоб доставить мне удовольствие.

 

Вот такие жесты — настоящая забота, хоть выглядит грубовато, — заставляли Энакина чувствовать, что он способен справиться с чем угодно. Он ценил то крепкое товарищество, которое рождается в отчаянных ситуациях. Даже под обстрелом, загнанный в угол, как теперь, он знал, что кто-то прикрывает его со спины — не потому, что он Избранный или командир, но потому, что солдат рядом с ним — его товарищ. И Энакин сделал бы для него то же самое.

 

Это было не совсем похоже на бесстрастную отрешенность, которую пытался внушить ему Кеноби, но Квай-Гон Джинн его бы понял.

 

— Ну, что будем делать, сэр? — спросил Рекс. Его голос почти потонул в грохоте лазерной канонады. — Будем тянуть время, пока не подоспеет генерал Кеноби, или вдарим как следует?

 

— Сделаем так, как подсказывает благоразумие. Мы можем посадить здесь «латти»? — Порой Энакин жалел, что у него нет шлема, как у бойцов-клонов, что предоставляло бы ему точную информацию. Как раз сейчас ему нужны были данные счетчика реального времени. — Мы можем спустить Асоку с этой скалы вместе с хаттенком?

 

— Никак нет, сэр. Даже если «латти» не разнесут на куски при посадке, сам Ястреб не сможет гарантировать, что он в целости минует корабли сепаратистов и оторвется от них. Мы здесь застряли.

 

— Хорошо, тогда нам необходимо удержаться здесь. Отступайте и обороняйте монастырь. Наша главная цель, чтобы хатт остался жив.

 

— Понял, сэр. — Рекс замолчал на минуту и опустил голову к переговорнику, давая команду.

 

Минуту спустя Энакин увидел, что едва бойцы проскочили через ворота, как мощный удар потряс, а затем расколол их толстые деревянные опоры, которые столетиями стояли нерушимо.

 

— Они бы могли с воздуха превратить все это плато в расплавленные ошметки, если бы захотели, — проговорил Рекс, глядя на взметнувшиеся в воздух языки огня и черные клубы дыма.

 

— Только если они не хотят получить хатта живым.

 

— Да, теперь картина вырисовывается…

 

— Если это устроил Дуку, тогда он сам должен вернуть Ротту домой.

 

— Чего бы я только не отдал за прикрытие с воздуха… — с сожалением произнес капитан, потом скомандовал в переговорник: — По двое — в ряд. — И снова глянул на Энакина: — В следующий раз возьмем с собой эскадрилью перехватчиков «Дельта».

 

Рекс на мгновение замер, как бы прислушиваясь, затем навел свой бластер на тяжелую плиту ворот.

 

— Вот и они, — сказал он. — Корик, Нэкс, прикройте нас огнем. АТ-АТ, подберись к воротам и перекрой путь этим жестянкам. Все остальные — внутрь, быстро!

 

— Асока, это тебя касается! — крикнул Энакин. Но когда он глянул через плечо, она уже бежала к дверям, прижимая к груди рюкзак, a R2-D2 следовал за ней по пятам, как пастушья собака-акк.

 

— Осторожно, ребята… — прошептал Рекс. — Рассчитывайте каждую очередь.

 

Первый из боевых дроидов пролез через ворота в тот момент, когда последний шагоход АТ-АТ подтопал к ним, обеспечивая клонам поддержку огнем. Первый ряд был искромсан на такие мелкие кусочки металла, что на мгновение они зависли в воздухе, как измельченная солома. Энакин пригнулся, держа лазерный меч в левой руке горизонтально над головой и пятясь к главным монастырским дверям. Мимо него бежали бойцы, исчезая в темноте коридора.

 

— Сколько еще людей снаружи, капитан?

 

Рекс остановился, чтобы перезарядить бластер. Шагоход АТ-АТ выпалил в цель над воротами, которая была не видна Энакину.

 

— Снаружи — никого. Во внутреннем дворе — АТ-АТ, отряд Корика и отряд Нэкса.

 

— Хорошо, теперь уводи их.

 

— Страйдер не пройдет через двери, сэр. Команду придется высадить из машины.

 

Только вот едва они откроют люки, их разнесут в клочья. Энакин боролся с тем самым чувством товарищества, которое так помогло ему несколько минут назад.

 

«Нет, я не захлопну эти двери перед своими людьми».

 

Предполагается, что командиры должны смиряться с такими потерями. Но Энакин не желал этого делать, по крайней мере пока мог держать в руках лазерный меч.

 

— Тогда я их прикрою.

 

Он не стал ждать ответа Рекса. Он вскочил на ноги и ринулся вперед, отбивая дроидский огонь с воздуха и надеясь на то, что обостренное Силой чутье проведет его через пикирующие атаки истребителей-стервятников». Он был уже почти у металлического подбрюшья страйдера, не зная, скомандовал ли Рекс экипажу высадиться или придется стучать в нижний люк, когда целая группа дроидов-«пауков» вбежала во двор и открыла огонь по бронированному шагоходу.

 

По обшивке градом застучали залпы бластеров, и Энакин бросился вперед, чтобы добраться до нижнего люка. Следующая очередь пришлась на одну из передних башен, и взрыв сбил Энакина с ног. Вскочив, он увидел дым и пламя, вырывающееся из двух люков. Шагоход задрожал, а потом рухнул на передние опоры, прежде чем завалиться набок.

 

Нижний люк распахнулся. Энакин доверился инстинкту и немедленно оказался между подбитым шагоходом и приближающимися дроидами, используя рухнувшую машину как прикрытие, пока отражал небольшие орудийные очереди. Боковым зрением он увидел четыре белые фигуры, которые, шатаясь, выбрались из шагохода, двое из них тащили еще одного. Пятеро. Башенный канонир исчез. Не хватало одного из команды. Из люка теперь вырывались полотна пламени.

 

— Сэр…

 

— Бегите. Я их задержу. Внутри еще есть кто живой?

 

«Глупый вопрос, но я должен знать».

 

— Никак нет, сэр.

 

— Тогда бегите. На счет три.

 

Едва Энакин высунулся из-за шагохода, как тут же был встречен шквалом огня.

 

— Три! — закричал он, выпуская снаряды.

 

Солдаты бросились к двери, нырнув в едкий черный дым, которым теперь наполнился двор. На несколько секунд он сыграл роль прикрытия. Энакин видел, как дроиды спотыкались об обломки, и взгляд его обратился к пылающему корпусу АТ-АТ.

 

«Просто сделай это».

 

Адреналин кипел в нем. Мощным толчком Силы он послал обломки машины через двор, и они заскользили по земле. Когда они врезались в ряды дроидов, высвободившаяся кинетическая сила удара и пылающая поверхность произвели эффект разорвавшейся бомбы. Затем последовал оглушительный грохот, — это взорвался боезапас шагохода, который образовал в воздухе огненный шар.

 

Когда пламя улеглось, Энакин почувствовал огромное желание ринуться в бой и искрошить все, что еще стояло на ногах, но здравый смысл подсказывал ему, что надо выбираться. Он во всю прыть понесся к двери монастыря, перепрыгивая через обломки, камни и поверженных дроидов. Дверь, тяжелая опускная плита, еще была открыта. Снаружи стоял Рекс с бластером, целясь во что-то за спиной Энакина. Они не успеют опустить дверь до того, как до них доберутся дроиды, если не займутся этим уже сейчас.

 

Энакин заорал изо всех сил:

 

— Рекс, живо внутрь! Запереть дверь!

 

— При всем уважении, сэр, нет.

 

Рекс выпустил пару противотанковых очередей, которые прошли слева от Энакина. Их отчетливое «хаш-ш-умп» затерялось в грохоте взрыва, которым Энакина швырнуло вперед.

 

Топот бегущих металлических ног послышался сзади. Он даже не смел обернуться и посмотреть.

 

— Я сказал: закрыть эту криффову дверь!

 

Рекс не шевелился еще пару мгновений; потом — как будто что-то высчитывая — он резко обернулся и всадил очередь в рычаги прямо за дверью. Тяжелая плита начала падать вниз.

 

Это было неуправляемое закрытие.

 

Энакин сфокусировался на входе. Все остальное для него перестало существовать.

 

Последнее, что он увидел перед тем, как упал на правый бок, чтобы проскользить последние несколько метров, был Рекс, подныривающий под падающую многотонную плиту почти одновременно с ним. На какую-то долю секунды Энакин взглянул вверх и внутренне сжался: сейчас дверь упадет точно на его череп. Она рухнула позади него так близко и тяжело, что поднятый ею ветер взлохматил его волосы. Коридор погрузился в темноту.

 

Никто не шелохнулся. Через мгновение Энакин почувствовал, что до боли сжимает в кулаке рукоятку лазерного меча, и только теперь вздохнул с облегчением. Тишину нарушало лишь металлическое клацанье бластеров в темноте, а затем донеслись слабые звуки, издаваемые дроидами, которые толпились по другую сторону двери. В кромешной тьме, словно ранний рассвет, начали осторожно зажигаться прожекторы на шлемах.

 

«Ну что, я втянул вас в это дело. Значит, я и вытащу вас отсюда». Энакин поднялся на ноги, торопясь построить людей для обороны в их последнем убежище.

 

— Сэр, — сказал один из солдат, — я оставил снаружи свой паек. Не хотите сходить поискать его для меня?

 

Остатки группы натиска разразились хохотом, и Энакин с ними. В такой момент на грани жизни и смерти этот юмор стал спасительным средством от отчаяния и напомнил о том, что можно вздохнуть с облегчением — просто потому, что твои легкие еще работают.

 

— Рекс, какие у нас потери? — уже серьезно спросил Энакин. Он видел, как впереди во мраке мигают лампочки и панели R2-D2. — Сколько у нас медиков осталось?

 

— Осталось сорок два человека, сэр, из них трое обучены медицине. Шестеро раненых ходячие, один — серьезно пострадал и передвигаться не может.

 

Последнее было очевидно. Трое бойцов окружили раненого солдата из экипажа шагохода. Его броня и шлем лежали в стороне, пока они пытались стабилизировать его состояние с помощью кровоостанавливающих зажимов и плазменного прибора.

 

«Три четвери моих людей погибло. Из-за хатта…»

 

— Хорошо. Вы знаете, что делать, капитан. Мы укроемся в самом труднодоступном подвале, какой только сможем найти, и если они пройдут мимо вас, тогда им все равно придется еще пройти мимо нас с Асокой и R2-D2.

 

— Понятно, сэр.

 

Всегда видя безупречную выучку солдат-клонов, Энакин думал о том, что их жесткие тренировки с младенчества часто напоминали ему годы детства. Хотя конечно же они были совершенно иного рода. По одному-единственному жесту Рекса, без озвученной команды, солдаты разбились на группы. Одна партия начала срывать со стен и тащить из ниш все, что можно было сдвинуть с места, и заваливать этим дверь. Другая группа разложила на полу взрывчатку и готовила мины-ловушки; трое солдат сбежали вниз по коридору и начали устанавливать станцию неотложной помощи. Один из солдат протянул тонкую проволоку от одной стены коридора до другой, воткнув ее в зазоры между плитами. Другие (Энакину понадобилось несколько секунд, чтобы это понять) обвязывались проволокой сами, упаковав взрывчатку в рюкзаки.

 

Ни один дроид не проникнет сюда, только разве что через их трупы, а возможно, не пройдет и тогда. Это было ясно.

 

Энакин ничего не говорил, но прошел среди бойцов, похлопав по руке каждого, до кого смог дотянуться. Некоторые отвечали на его жест. Последним был Рекс. Когда он проходил мимо, Энакин похлопал по его броне, защищавшей спину, а Рекс в ответ с напускной небрежностью хлопнул его по плечу. Энакин сбежал вниз по коридору, по пути захватив Асоку и R2-D2, и повел их в недра монастыря.

 

По головиду такого не показывают. Энакин не был уверен, что он сможет описать это Падме, даже если захочет. «Я даже не думал о ней с той минуты, как начался бой». Он чувствовал себя немного виноватым. И, непрошеный, в его голове забубнил было голосок: «Ты же знаешь, Йода все равно тебя даже не похвалит, если ты вытянешь этот день…» — и тут же умолк, словно застеснявшись самого себя.

 

Теперь обида на всех, кто не давал ему жить своим умом, — тот маятник, который колебался между отношением к Кеноби как к старшему брату, в котором он нуждается, и как ко взрослому наставнику, который просто его одергивает, теперь замер. Что-то в нем включилось — его возмужавшая, закаленная в боях натура.

 

Сокровеннейшей святыней был тронный зал хаттов, судя по непомерно пышному орнаменту. Что там было раньше — Энакин не догадывался.

 

Но теперь это было убежище. Энакин закрыл двери и приготовился к осаде.

 

ГЛАВА 11

Я ничего не знаю о Дуку. Что он там делает с сыном Джаббы? От моих шпионов с Татуина поступили довольно странные сведения. Поговаривают, что… Впрочем, слухи они и есть слухи.

«Хатт Зиро — своему доверенному лицу»

 

ВНУТРЕННИЙ ДВОР МОНАСТЫРЯ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

Дроиды расступились, пропуская вперед Асажж Вентресс. Она медленно подошла к воротам монастыря и остановилась.

 

Из-под гор мусора тут и там торчали обрывки белой брони. Скоро джедаев будет некому прикрывать.

 

— Скайуокер! — закричала Вентресс, понимая, что он ее не услышит. — Тебе некуда бежать! Рано или поздно я все равно тебя убью!

 

К ней подошел командир дроидов.

 

— Они забаррикадировали вход. Механизм, управляющий воротами, уничтожен, и мы слышали, как республиканцы создают за воротами завал.

 

— Значит, пора заходить.

 

— Разрешите использовать взрывчатку? Уперев руки в бока, Асажж стояла и задумчиво смотрела на ворота. Оба световых меча висели у нее на поясе. Нет, нельзя терять ни минуты. Времени в обрез и у нее, и у джедаев. Конечно, любого хатта — и большого, и маленького — не так-то просто уничтожить, однако это не тот случай, когда хочется рисковать.

 

— Нет. Используйте лазер. Я не допущу, чтобы хаттеныш пострадал. Вы меня слышите? Чтобы ни царапинки. Никакой взрывчатки, пока мы не будем на сто процентов уверены, что маленький слизняк в безопасности. Понятно?

 

— Да, мэм.

 

Она вскочила на часть стены в метр высотой, которая каким-то образом уцелела во время битвы, и стала наблюдать за работой дроидов.

 

Дроиды подогнали к воротам установку и начали разрезать древние ворота. Из чего бы они ни были сделаны — из металла? Полимеров? Или особо прочных пород дерева? — поддавались они нелегко. Из-под лазерного резца поднимался дымок. Дроиды беспокоились. Судя по всему, пройдет немало времени, прежде чем им удастся прорваться внутрь.

 

— Можно начать переговоры, — заметил командир дроидов. — Предложим им сдаться.

 

— Пустая трата времени, — ответила Вентресс. — Они не сдадутся. Это Великая Армия, легион 501-й — солдаты Скайуокера. Насколько мне известно, они не просто хорошо натренированные клоны, они безгранично преданы своему генералу. Если нужно будет умереть за него, ни один не задумается. Идиоты. Надеюсь, они успеют понять, что собой представляют джедаи на самом деле, прежде чем сдохнут как собаки.

 

— Это значит, «нет», мэм?

 

Сарказм недоступен для дроидов. Вентресс снова посмотрела, как медленно идет работа.

 

— Скайуокер связался с республиканцами. Рано или поздно сюда явится хорошо вооруженное подкрепление. Так что будьте начеку. И еще: я хочу, чтобы «стервятники» и «пауки» держали под наблюдением весь монастырь.

 

— Так точно.

 

Вентресс не одобряла героизм. Нет, она не презирала героев, просто знала, что они редко бывают вознаграждены, но зато патриотизм часто используют в своих целях трусы. Нарек был героем. Он делал все, что мог для жителей Раттатака. И что? Мейсу Винду было на это наплевать. Мейс бросил его умирать — ее наставника, ее единственного друга.

 

«Зря ты мне об этом рассказал, Дуку. Зато… у меня появилась цель».

 

Нарек не был для них незаменим, так же как клоны в монастыре. И все же думать об их мужестве не стоит, это подрывает моральный дух. Бесполезно жалеть злобную собаку-акк. Как бы ты ее ни жалел, она все равно перегрызет тебе горло, потому что это единственное, чему ее научили.

 

То соединяя, то разъединяя свои мечи, Асажж ждала, когда можно будет проникнуть внутрь.

 

* * *

 

ЗАБРОШЕННЫЙ ТРОННЫЙ ЗАЛ МОНАСТЫРЯ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

У R2-D2 всегда был гордый вид дроида, который лучше всех знает, как выполнить задание, даже тогда, когда Энакин его ремонтировал. Как только дроид попал в подвал, он огляделся, нашел выход во внутреннюю сеть, подключился. Монитор вспыхнул, и R2-D2 принялся, бодро насвистывая, пробираться через сложную систему паролей.

 

— Сдается мне, что из монастыря не один выход, — заметил Энакин, заглядывая на экран. — Даже если монахи не позаботились о путях отступления, это уж наверняка сделали хатты. Я прав?

 

R2-D2 согласно запищал. Асока сняла рюкзак и склонилась над Роттой.

 

— Спит, — сказала она. — Или без сознания. Энакин тоже посмотрел на хаттенка.

 

— Нет, он дышит. Пока что…

 

— Но он весь горит, — Асока коснулась лба малыша, судя по всему, совсем не опасаясь испачкаться в липкой слизи. — Бывает, что у ребенка ни с того ни с сего поднимается температура, а через час все проходит. По крайней мере, кажется, так бывает у человеческих детей.

 

— Откуда ты знаешь?

 

— Джедаи много чего знают. Ты же вот где-то выучил хаттский.

 

«Оправдывается или издевается?» — подумал Энакин и решил, что скорее оправдывается.

 

— Не переживай, Цап-царап. Ты делаешь все, что можно.

 

— Я себе не прощу, если с ним что-то случится.

 

— Почему? Ты тут ни при чем. И вообще, что ты пытаешься доказать?

 

— Что я достаточно взрослая, чтобы стать твоим падаваном.

 

— Да-а? А я что, уже отослал тебя назад в Храм? Или не пустил тебя драться? Нет. Значит, я давно решил, что ты не ребенок.

 

Асока улыбнулась, но ничего не ответила. Она укачивала Ротту, который и в самом деле выглядел скверно, даже для хатта. Глаза у него были полузакрыты, он ни на что не реагировал, но Энакин разглядел под веками поблескивание зрачков. Удивительно, что вони он уже не замечал. Последние несколько часов выдались слишком напряженными, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

 

— Ну как? — спросил он, обращаясь к R2-D2. Дроид что-то пробормотал, явно сам себе, потом присвистнул.

 

— Пока ничего, но я делаю все, что могу, — ответил он.

 

— Ладно, подождем. — Энакин порылся в сумке, достал фляжку с водой и протянул ее Асоке. — Мне кажется, у тебя давно не было во рту ни капли, как и у нашей маленькой вонючки. А от жажды может и температура подняться, и соображается не очень.

 

Удивительно, как он раньше не догадался.

 

Асока с невеселой улыбкой стала поить Ротту.

 

Энакин подумал о том, что он теперь ни за что не станет пить из этой фляжки. Ротта высунул огромный липкий язык и громко причмокнул.

 

— Молодец, хороший мальчик! Давай, вонючка, еще глоточек за маму…

 

— У хаттов нет мам… — заметил Энакин, прислушиваясь к шуму у ворот. Он чувствовал какую-то темную энергию, которая не имела отношения к Дуку. Тогда кто же там? Рано или поздно Энакину удастся это вычислить. — Осторожнее, а то он в самом деле решит, что ты его родитель.

 

— Правда? — Асока отпила из фляжки, даже не обтерев горлышко. Энакин почувствовал приступ тошноты. Может быть, если питаешься грызунами, слюни хаттов не вызывают отвращения. Асока поморщилась. — Нет, я бы не хотела сбить малыша с толку.

 

— Зато когда он превратится во взрослого хатта в две тонны весом и станет главой огромной империи, его любовь и преданность могут быть очень полезными.

 

— Кстати о преданности… Рекс и его люди…

 

— Знаю, знаю… — Задание надо выполнить любой, но это не значит, что самому Энакину нравится платить так дорого. — Тебе многому предстоит научиться, Цап-царап. И это один из самых тяжких уроков: командир должен быть готов пожертвовать своими людьми.

 

— Они тебе как братья, для тебя они пойдут на что угодно.

 

— И я бы не стал жертвовать ими напрасно.

 

— Не лучше ли вообще не допускать…

 

— Нет, не лучше. Только тогда, когда твои солдаты тебе как братья, ты понимаешь, как дорога их жизнь. Только тогда ты осознаешь, во что обходится каждое задание.

 

— Надеюсь, что генерал Кеноби успеет подойти с подкреплением…

 

Кеноби часто появлялся в последнюю минуту, но что-то подсказывало Энакину, что на этот раз он не успеет.

 

R2-D2 радостно запищал.

 

— Что-то нашел? — спросил Энакин. Он был рад отвлечься от грустных мыслей.

 

Дроид резко развернулся. Он нашел план канализации — уже кое-что. К тому же это значит, что он, может быть, найдет и потайные ходы.

 

— Ладно, тогда поторопись, — вздохнул Энакин.

 

* * *

 

У ВОРОТ В МОНАСТЫРЬ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

— Побыстрее нельзя?

 

Вентресс спрыгнула со стены и подошла к воротам. Работа шла слишком медленно. Дроиды уже почти вырезали небольшой квадрат, но через такой узкий проход придется идти по одному. С другой стороны, если пытаться его расширить, они провозятся до вечера.

 

А хаттеныша надо вернуть Джаббе как можно скорее. Чем больше он психует, тем хуже становится.

 

— Все не так просто, мэм, — говорил дроид, бежавший перед ней задом наперед. — Дверь очень прочная, а вы запретили использовать взрывчатку.

 

— Да, но я не говорила выпиливать лаз лобзиком.

 

Два дроида возились с механизмом, открывающим ворота, что-то урча и недоуменно перебирая провода. «Неудивительно, что республиканцы предпочитают клонов», - подумала Вентресс, глядя, как дроиды спорят, какие проводки соединить: красные или синие.

 

— Вы же не бомбу пытаетесь обезвредить! — рявкнула Вентресс. — Попробуйте и те и другие, там же не так много вариантов.

 

— Мэм, республиканцы повредили механизм так…

 

— Вы не можете его починить?

 

— Можем, но надо восстановить цепь выше обрыва…

 

Вентресс посмотрела на ворота. За то время, пока дроиды их пилят, клоны уж конечно успели подготовить всевозможные ловушки и наверняка приняли всевозможные меры для того, чтобы затруднить продвижение противника. По крайней мере, если бы она ими командовала, то давно отдала бы соответствующие приказы. Велела бы выкопать огромную яму прямо на входе, подпилить колонны, поддерживающие свод, чтобы они обрушились, как только армия дроидов войдет внутрь. И в первую очередь нашла путь отступления.

 

По ее расчетам, у Скайуокера осталось около сорока-пятидесяти солдат, однако трудно предположить, есть ли у них какое-нибудь особое оружие и специальное оборудование.

 

— Разойдитесь, — приказала она.

 

Одна радость — дроиды не спорят. Она осмотрела провода, торчащие из металлической трубы, вделанной в раму. Да, механизм установлен так глубоко, что не подобраться. Невозможно, даже разглядеть его толком. Значит, остается одно…

 

Она приказала дроидам отойти подальше, достала оба своих меча, повернулась к своей армии и проговорила:

 

— По команде начинаете вторжение. Ворота я открою. Изначально у противника будет преимущество, потому что вам придется пройти через узкий вход, но у нас численное превосходство. Так что идите вперед, пока не прорветесь. Вот и все. Нейтрализуете республиканцев и остановитесь. Без моего приказа никто в глубь монастыря не проходит, потому что хаттеныш мне нужен живым. Ясно?

 

Дроиды слушали внимательно. Она понимала, что они созданы для того, чтобы получать приказы и исполнять их, но предпочитала лишний раз все объяснить, чтобы не было никаких недоразумений — большой смекалкой дроиды никогда не отличались.

 

— Так точно! — хором ответили дроиды. Вентресс подняла правую руку, меч загорелся ярким красным светом. Она крутанула его, будто приноравливаясь.

 

— Разойдитесь.

 

Она взмахнула мечом и с силой опустила его на ту часть рамы, где был вделан механизм. Во все стороны посыпались голубые искры. Столетиями двери делались так, чтоб, если механизм сломается, ворота не окажутся закрытыми. И эти не были исключением. Как только система определила окончательную поломку, ворота мгновенно открылись. Изнутри градом посыпались пули, и первые два ряда дроидов повалились. Вентресс спокойно отступила в сторону, а задние ряды уверенно промаршировали по обломкам своих «товарищей», заставив противника отступать.

 

Они будут давить их числом до тех пор, пока — и довольно скоро — у Скайуокера не останется солдат. И когда это случится, у нее будет еще достаточно дроидов.

 

Пока Асажж ждала, она раздумывала о том, что бы стала делать, если бы ворота заклинило.

 

Какая разница? Она была отличным стратегом, так же как граф Дуку.

 

Она знала, где потайные выходы, и давно о них позаботилась.

 

ГЛАВА 12

Если мы не можем их остановить, ми можем их задержать. И будем сдерживать до тех пор, пока им не придется идти по нашим трупам. Господа, это честь так воевать.

«Клон-капитан Рекс, СС-75-67, легион 501-й, Великая Армия Республики — своим солдатам»

 

У ВХОДА В МОНАСТЫРЬ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

Численность, все упирается в численность… И у врага явное превосходство.

 

Рекс не давал команды «огонь». Его солдаты сами знали, что нужно делать. Когда ворота неожиданно открылись, внутрь ворвалась лавина дроидов — засверкали песочного цвета металлические корпусы, и завязался ближний бой, как всегда, страшный и омерзительный.

 

Оставалось только бить дроидов изо всех сил до тех пор, пока не кончатся боеприпасы.

 

Оглушающий грохот приглушала звукоизоляция, а вспышки бластеров и взрывающихся гранат автоматически затемнялись оптической системой шлема.

 

Но Рекс чувствовал этот грохот, и видел вспышки, и среди всего этого видел своих солдат, которые действовали, как машины. Они тренировались всю жизнь для того, чтобы именно в такой миг, как этот, действовать интуитивно, не думая ни секунды. Они тренировались всю жизнь для того, чтобы в этот день их жизни оборвались.

 

Да, шлем приглушал внешние звуки и ослепительные вспышки, но по внутренней связи Рекс постоянно слышал тяжелое дыхание своих людей, крики и хрипы.

 

Дроиды зацепили леску, которую натянул Джет, сработали детонаторы, обе стены рухнули и погребли под собой дроидов. «Надо было давно это сделать, — подумал Рекс. — Можно было создать завал — тогда дроидам пришлось бы прокопать себе путь к неприятелю».

 

Но теперь уже поздно. На них шли боевые супер-дроиды за шеренгами обычных дроидов с бластерами. Со всех сторон бежали дроиды-«пауки». Была еще лазерная пушка. Залпы были так близко, что датчики Рекса фиксировали повышение температуры и шипение, когда мимо проносился очередной снаряд, впечатываясь во что-то рядом с ним. Во что-то… в его ребят.

 

Снаряды выбивали куски камня из стен, от осколков некуда было спрятаться. Дым стал таким густым, что Рекс уже ничего бы не видел, если бы не термальные датчики шлема. Он бросил быстрый взгляд на балки под потолком и понял: перебить их так, чтобы потолок рухнул на наступающих дроидов, не получится. Оставалось только бесконечно стрелять.

 

Он увидел, как упал Джет, затем Хез и еще трое из его отряда. Он увидел, как один солдат в упор расстрелял дроида и отлетевший кусок металла снес ему голову. На Корика напал дроид как раз в тот момент, когда солдат перезаряжал оружие. Он попытался отбиться прикладом. Рекс выпустил серию залпов в дроида, но не успел разглядеть, спасло ли это Корику жизнь, — что-то огромное и тяжелое сбило его самого с ног и придавило к земле. Рекс автоматически вытащил бластер и выпустил всю обойму в нависшую над ним тень.

 

Все происходило слишком быстро, оставалось полагаться только на рефлексы, и, как всегда, все виделось, словно в замедленной съемке, а некоторые эпизоды четче других — они навсегда останутся в его памяти.

 

Он увидел вспышку — похоже, он попал во что-то с близкого расстояния. И тотчас же у него пресеклось дыхание из-за придавившего его металлического колосса, который рухнул прямо на него. Где-то под ребрами отозвалась острая боль, будто его пронзили клинком. Нет, не так. Он уже был однажды ранен, и эта боль была другой, не такой острой. Какого черта в голову лезет такая чушь? Он ведь умирает. Да, ему казалось, это будет не так.

 

— Корик! — крикнул он. — Корик?

 

Услышал его Корик или нет, но ответа не последовало. Внутри шлема была тишина. Рекс не мог пошевелиться, не мог сдвинуться с места под тяжестью огромного дроида.

 

Да. Он не думал, что его смерть будет такой.

 

* * *

 

ЗАБРОШЕННЫЙ ТРОННЫЙ ЗАЛ В МОНАСТЫРЕ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

Даже в этом отдаленном зале, в самом сердце монастыря, Энакин вздрогнул, когда услышал грохот боя. У него не было шлема, и он не мог знать, что происходит у ворот, но благодаря своей Силе Скайуокер чувствовал боль и страх, какие бывают только тогда, когда гибнут люди, не дроиды.

 

«Прости меня, Рекс. Прости…»

 

— Дроиды внутри, — сказал он. — R2-D2, поторопись. Задание еще не выполнено. Асока, приготовься.

 

Она подняла рюкзак и надела его на спину. Ротта проснулся, заморгал и забулькал.

 

— О-о, ты снова с нами, вонючка? — спросила Асока, повернувшись, чтобы посмотреть на малыша. — Ну что, выспался? Теперь тебе получше?

 

— Только не умирай, — попросил Энакин ничего не понимающего Ротту.

 

Сам он думал о том, что ради этого слизняка потерял почти всех своих бойцов. «Неужели мы совсем не можем обойтись без этих торговых путей? — размышлял он. — И неужели нельзя было решить проблему дипломатическим путем?» Но он понимал, что в любом случае теперь уже слишком поздно.

 

— Надо поскорее вернуть его папочке, — сказал он.

 

Асока нахмурилась.

 

— Может быть, у тебя (как и у многих других) достаточно причин, чтобы ненавидеть хаттов. Но Ротта-то в чем виноват? Он еще малыш. Нельзя же его винить за то, что он родился слизняком.

 

— Не волнуйся, вот подрастет, и у нас появятся более веские причины… — Энакин был не в том настроении, чтобы проявлять политкорректность. Хаттенок жив, а вот его люди мертвы. Может быть, все до последнего. Самое плохое, что в голову постоянно лезли мрачные мысли и неприятные воспоминания. — Знаешь, я честно выполняю приказы, честно делаю свою работу, но у меня есть право самому решать, стоит ли это дело крови моих ребят или нет.

 

— Но ведь если мы получим доступ к их торговым путям, мы получим стратегическое преимущество, которое, быть может, спасет сотни жизней.

 

— Но стоит ли вообще воевать, если мы готовы заключать сделки с бандитами, если берем себе в союзники убийц и вымогателей, работорговцев и наркобаронов? За что тогда мы вообще воюем?

 

Асока удивленно на него уставилась.

 

— Это проверка?

 

— Нет. Просто у меня плохое настроение.

 

R2-D2 громко запищал. Дроид радовался. Он нашел то, что искал. Энакин с удовольствием оторвался от своих мрачных раздумий и поглядел на голографический план монастыря, который дроид-астромеханик высветил с помощью своего проектора.

 

Оказывается, из монастыря вело множество потайных ходов, но больше всего Энакину понравился тот, который выходил на платформу — отличное место для посадки. Она прилепилась к склону горы немного ниже вершины.

 

— Отличная посадочная площадка, — заметил Энакин. — Веди нас туда, R2-D2, а я свяжусь с Кеноби, попрошу, чтобы нас забрали.

 

— Ну вот, скоро будешь дома, — зашептала Асока маленькому хатту. — Потерпи немного. Скоро увидишь папочку.

 

— Везучий хаттеныш, — с горечью бросил Энакин.

 

Он знал, что подает плохой пример своей ученице, но, что поделаешь, ему было всего двадцать, и за свою короткую жизнь он испытал немало горестей и видел очень мало радостей.

 

Но у Рекса и его ребят вообще ничего хорошего в жизни не было. «У меня по крайней мере есть Падме. Чего ж я ною?» — подумал Энакин.

 

Это было неправильно. Он Избранный, он джедай. Это его судьба, а судьбу изменить нельзя. Но иногда ему все же не удавалось принимать ее так, как должно: без злости, без страха, без вопросов.

 

— Вперед, R2-D2. Следующая остановка — Татуин.

 

* * *

 

У ВХОДА В МОНАСТЫРЬ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

Рекс сам не заметил, куда делся дроид, который его придавил. Он понял только, что снова может дышать, и радовался этому.

 

Он моргнул и перевел свой шлем в обычный режим оптики. Если он все же умер, то надо признать, загробный мир мало чем отличается от нормального. А значит, он скорее всего жив.

 

Рекс наконец понял, что сидит, прислонившись к стене посреди обломков дроидов и каменных осколков.

 

Перед глазами замелькали иконки — пятеро из его ребят живы.

 

«Да, и я жив. Я жив. Вам же было бы лучше, если бы вы меня прикончили, жалкие жестянки», - с яростью подумал Рекс, но не стал тут же бросаться в бой. Надо было оценить обстановку.

 

— Не двигаться, — приказал он по внутренней связи. Благодаря своим шлемам клоны могли переговариваться незаметно для дроидов. — Отзовитесь, кто слышит.

 

— Вас слышу, сэр.

 

— Да, сэр.

 

— Прием.

 

— Слушаю, сэр, — ответил Корик. Он все-таки выжил. — Я жив, отделался синяками.

 

— И я, сэр.

 

— СТ-99-32, сэр.

 

Рекс почувствовал, что теперь он справится, сколько бы ни осталось дроидов. Он был снова готов действовать.

 

— Неспособные передвигаться и применять оружие, отзовись! — В наушниках слышалось только тяжелое дыхание клонов. — Отлично. Внимание. Операция будет рисковая. Слушай мою команду: как только отдам приказ, отступаем во двор, хватая по пути любое пригодное оружие, и отходим в джунгли.

 

— Да, сэр, — ответили оставшиеся бойцы. По его словам все выходило так просто.

 

И тут Рекс увидел перед собой берцы и край мантии — кто-то не спеша шел к нему, а рядом заметил ноги дроида. Решив пока притвориться мертвым, он изменил широту обзора: благодаря шлему, можно было не крутя головой увидеть даже то, что находится сзади, — и увидел боевого дроида в форме командующего и женщину, бритую налысо, в черной мантии и с лазерным мечом в руке.

 

«Славная прическа, крошка, — подумал Рекс. — Но что-то мне говорит, что ты не джедай».

 

Он знал, кто она такая. В его базе данных были перечислены все сепаратисты, так что Рексу не составило труда выяснить, что перед ним Асажж Вентресс — наемник Дуку.

 

— Всем приготовиться, — прошептал Рекс.

 

Рекс надеялся, что остальные дроиды уже ушли в глубь монастыря. Он осторожно взял бластер… Кто первый — дроид или Вентресс? Он выбрал дроида, прицелился, снес ему голову и собрался выстрелить в Вентресс…

 

Да, надо было сначала убрать ее.

 

Она достала свой меч и молниеносно отбила направленный в нее лазерный луч. В следующую же секунду невидимая сила выбила бластер из рук Рекса, схватила капитана за горло и подняла в воздух. Его снова спас шлем. Если бы не прочный воротник, его голова уже лежала бы рядом с головой дроида.

 

Вентресс крепко держала Рекса, не касаясь его и пальцем.

 

«Больше я такую ошибку не совершу», - подумал Рекс и приказал своим:

 

— Не двигаться…

 

— Капитан, — проговорила Вентресс. — Какая неожиданность! Восстал из могилы? И где же твой генерал?

 

— Который?

 

— Не валяй дурака. Ты отлично знаешь, что мне нужен Скайуокер. Я знаю, что он здесь.

 

— Я не видел его с начала боя.

 

— Ты не врешь… Это хорошо.

 

— Но больше я ничего не скажу. Она удивленно хмыкнула.

 

— Зачем вы жертвуете собой ради этих подлых джедаев? — Она сильнее сжала его горло, недостаточно сильно, чтобы задушить, но достаточно, чтобы показать: это бы ей ничего не стоило. — Им на вас наплевать. Они думают только о себе, лишь бы никто не нарушил их сладкую жизнь на Корусканте. — Тут она немного ослабила хватку. — Ты для них даже не животное, ты — оружие, такое же неинтересное, как дроид. Скажи мне, где Скайуокер и хаттов детеныш, и я не трону ни тебя, ни твоих людей.

 

Рекс знал, что должен ответить пленный, и ответил:

 

— Меня зовут Рекс, ранг — капитан, легион 501-й, личный номер СС-75-67.

 

Вентресс снова сильнее сжала его горло.

 

— Они не заслуживают такой преданности, солдат. Неужели это так непонятно?

 

— Меня зовут Рекс… — Он прошел специальное обучение. Он помнил, что, если попал в плен, надо отрешиться от того, что говорят и повторять: — Ранг — капитан, легион 501-й, личный номер СС-75-67.

 

— Когда ты им будешь не нужен, они бросят тебя так же, как бросили умирать моего мастера, а он был джедаем — одним из них. И ты думаешь, что Скайуокер будет беспокоиться о каком-то жалком солдате, таком, как ты? Как только ты станешь непригоден для службы, он найдет тебе замену.

 

— Меня зовут Рекс, ранг — капитан, легион 501-й, личный номер СС-75-67.

 

Он старался не смотреть на Вентресс, уставился в стену и попытался думать о чем-то другом. Он сосредоточился на том, что надо выбраться живым, что надо спасти своих людей — тех, кто уцелел. Он старался думать о чем угодно, только не о том, что говорила Вентресс, потому что ее слова ранили сильнее, чем лазерный меч, страшнее, чем Сила. Он случайно встретился с ней взглядом и заметил в ее бледно-голубых глазах безумие.

 

Было ясно, что она искренне ненавидит Республику вообще и джедаев в частности. Она действительно верила в то, что говорила, поэтому так трудно было ей не поддаться. Да, она оказалась опасным врагом. Не обычным преступником, ищущим наживы, она…

 

«Нет, хватит о ней думать, — остановил себя Рекс. — Именно этого она и добивается».

 

— Да, клон, они бросят тебя, когда ты будешь не нужен. — Ее голос смягчился и теперь звучал почти заговорщически. — Мы для них одинаковы. Даже те, в ком есть Сила. Для них незаменимых нет. Помоги мне уничтожить их, пока они не отправили на смерть всех нас.

 

Рекс отвел взгляд. Отчасти он просто хотел ей подыграть, чтобы выгадать время, но отчасти… ему было неприятно, что ее слова в самом деле что-то задевают в его душе.

 

«У джедаев есть дар внушения. Я слышал об этом. И сам видел. Но, говорят, действует только на слабовольных. Я не слабовольный, так что, погоди, сестренка…»

 

— Меня зовут Рекс, ранг — капитан, легион 501-й, личный номер СС-75-67.

 

У него болела шея, а в горле стоял ком. Вентресс приблизилась к нему вплотную.

 

— А теперь ты свяжешься со Скайуокером. Скажешь, что разобрался с дроидами и выяснишь, где он находится.

 

Рекс притворился, что ее внушение подействовало, что он наивный и доверчивый, жалкая пешка на поле битвы. Она поверила.

 

И самое главное, Вентресс не знала, как Рекс общается со своим генералом.

 

Она ослабила хватку. И он с тем же безвольным видом включил комлинк на руке.

 

— Генерал Энакин, прием, — проговорил он «не своим» голосом. — Дроиды уничтожены, сэр. Сообщите ваше местонахождение.

 

ГЛАВА 13

Мэм, Республика решила прислать подкрепление. Ее войска скоро будут на орбите Тет. Пора нанести ответный удар.

«Командир дроидов Асажж Вентресс, обнаружив на радаре корабль Республики»

 

ЗАБРОШЕННЫЙ ТРОННЫЙ ЗАЛ — ПЛАНЕТА ТЕТ

 

Энакин потуже затянул ремни на рюкзаке Асоки. Ротта недовольно пискнул, устремив на него свои маленькие желтые глазки, которые так не любил Скайуокер.

 

— Да, туговато, я и сам знаю. Но, когда мы помчимся по этим тоннелям, ты можешь просто вывалиться, — заметил Энакин. — Ты и так слишком скользкий. А когда вырастешь, станешь еще более скользким.

 

— Он тебя не понимает, — вмешалась Асока. — Ему кажется, что ты его недолюбливаешь.

 

Ага, конечно, для джедаев сострадание всегда было одной из самых главных добродетели, однако Асока иногда явно перебарщивала с этим.

 

— Пора в путь. Еще пара минут, и сюда нагрянут полчища дроидов.

 

R2-D2 направился к выходу. Асока последовала за ним, Энакин шел замыкающим, прикрывая остальных.

 

— Неужели ты совсем не помнишь, каково это — быть ребенком?

 

Если бы ты только знала, Асока…

 

— Каково это — вечно всем надоедать и путаться под ногами?

 

— Нет, каково это, когда взрослые, такие умные и рассудительные, все время считают тебя беспомощным, глухим и глупым.

 

Вот черт. Асока ударила по самому больному месту, и Энакин не нашелся, что ответить. Да, именно так к нему и относился Совет Джедаев, когда Энакин был совсем маленьким. На секунду он закрыл глаза, и на него вдруг обрушился весь ужас происшедшего, тот ужас, который он так долго не хотел принять. Почему ты не спас Рекса? Почему ты не можешь отвести беду ни от кого, кто тебе дорог? Зачем вообще быть Избранным, если этот Избранный не может сберечь жизнь близких ему людей?

 

Когда Энакин остановился в дверях, чтобы проверить, нет ли за ними погони, у него вдруг включился комлинк.

 

— Энакин, прием.

 

Асока замерла от страха:

 

— Кто это?

 

— Энакин, прием.

 

Энакин узнал этот голос, но тон был каким-то странным. Слишком мягким, слишком ровным. Он едва сдержался, чтобы не закричать: «Рекс!» Значит, Рекс жив! Энакину очень хотелось спросить, что произошло с остальными, а еще — сказать ему, как он рад, что тот выжил. Но Энакин почему-то молчал. Здесь что-то не так.

 

Рекс никогда бы не назвал его Энакином.

 

— Мы расправились с дроидами, сэр.

 

«Нет, не расправились. Я знаю. Я чувствую. Я понял это по тому, как ты говоришь».

 

— Где вы находитесь?

 

Асока подошла к Энакину. Он не нажал на кнопку ответа, но все равно приложил палец к губам. Ни звука. Энакин вслушивался в шум на заднем фоне. Рекс там не один, и его явно взяли в плен. Он пытается предупредить своих друзей. Если бы только можно было сказать Рексу, что он все понял, что обязательно поможет ему спастись! Но Энакин боялся, что тогда дроиды догадаются, где он. Что ж, Рекс знает его уже много лет и наверняка понимает, что он не бросит друга в беде.

 

Энакин выключил комлинк.

 

— В чем дело, Скайгай? Это же был Рекс. Он сказал..

 

— Я и сам слышал, что он сказал. — Энакин взял Асоку за плечи, развернул ее и мягко подтолкнул вперед. — Он пытался предупредить меня о том, что нас разыскивают дроиды.

 

— У вас, что, особый язык? Слушай, он жив, и значит…

 

— Рекс никогда бы не назвал меня Энакином, и он не стал бы разговаривать, как тупой дроид. По шуму на заднем плане ясно, что из наших мало кто остался в живых, а те, кто остался, попали в плен. Я понял это, и Рекс это знает, — у них просто не было времени на такие разговоры. — Его взяли в плен, и я знаю, кто пытается сделать из него приманку.

 

— Кто же?

 

Это кто-то из подопечных Дуку. Не всех, кто использует Силу, можно вычислить по тому, какой след они в ней оставили. Но некоторых — некоторых очень легко распознать. Они заявляют о себе так громко и настойчиво, что сразу можно сказать, кто это. Как будто они сейчас стоят здесь, совсем рядом.

 

Асажж Вентресс.

 

Энакин чувствовал эту пульсирующую боль, эту всепоглощающую ненависть, эту злобу, такую резкую и такую ослепляющую, как будто заглянул в огромный сверкающий алмаз.

 

— Убийца — посланница Дуку, — ответил Энакин. — Вентресс. Уверен, она думала, что сможет с помощью Силы заставить Рекса заманить нас в ловушку. Глупая идея. Такое проходит только с очень слабыми существами. Чтобы заставить повиноваться сильных, нужно приложить много усилий. Может быть, она в таком отчаянии, что совсем забыла об этом.

 

— Как ты думаешь, чего ей надо?

 

Энакин отлично знал, чего добивается Вентресс.

 

— Она хочет убить хаттенка и обвинить в этом нас.

 

— Чтобы убить и нас тоже…

 

Да, так оно и есть.

 

— Сейчас самое главное — доставить малыша домой. А все остальное прибережем для главного отчета, который придется писать, когда все это закончится.

 

Пока они шли вслед за R2-D2 по нижним извилистым коридорам у самого фундамента монастыря, Энакин, учитывая новые обстоятельства, обдумывал дальнейший план действий. Он привык заранее знать, как поступит. От чего оттолкнуться, чему следовать, по крайней мере до тех пор, пока не появится враг и не внесет свои коррективы.

 

Сначала нужно вызвать шаттл.

 

Посадить на него хатта.

 

Договориться, чтобы его срочно осмотрели врачи, и отослать шаттл обратно к кораблю.

 

Вернуться за Рексом. Вызвать помощь.

 

Вывести из монастыря Рекса и других выживших.

 

Когда Ротта окажется в безопасности на крейсере «латти», приоритетная миссия будет завершена, — Энакин больше ничего не сможет сделать для этого хаттского малыша. Зато он наконец-то получит возможность заняться своими солдатами и Рексом.

 

Что же делать с Асокой? Отослать ее на корабль вместе с Роттой? Там ей ничего не будет угрожать. А может все же стоит остаться с хаттом? И бросить Рекса в монастыре?

 

Ну нет, так он не поступит! Даже если бы Энакин вернулся на корабль с Роттой, это никак бы не помогло малышу. Дроиды все равно могут подбить этот шаттл на взлете, будет там Энакин или нет. Здесь все зависит от мастерства пилота и удачи.

 

Господи, здесь воняет сильнее, чем от хатта! Наверняка где-то прорвало канализационную трубу.

 

R2-D2 тихонько присвистнул, как будто говоря: «Я предупреждал!» В конце коридора показалась дверь, в точности такая же, как и на голографических картах. Когда она открылась, хотя им пришлось изрядно потрудиться, чтобы ее открыть, Энакина обдало горячим, влажным ветром. Они вышли наружу и оказались на ровной площадке, выступающей прямо из скалы. Далеко внизу виднелись деревья, по-прежнему утопающие в белесом тумане. Асока глубоко вздохнула, и даже несчастный Ротта радостно заскулил, ему явно стало лучше на свежем воздухе. Энакин попытался прикинуть, трудно ли добраться от этой площадки до корабля. И тут заметил, что над деревьями кружат огромные насекомые. Судя по всему, размах их крыльев составлял не меньше трех метров. Эти огромные крылья блестели, как драгоценные камни. Надо будет предупредить ребят в корабле. Эти твари могут напрочь забить все подводы двигателей. Такое обычно называют ПНЧО — повреждения, нанесенные чужеродным объектом.

 

Энакин поднес передатчик ко рту.

 

— Скайуокер вызывает легион 501-й. Ответьте! Повторяю. Скайуокер на связи. Нам нужна помощь и меди…

 

— Скайуокер, с вами говорит шаттл 3–9. Пожалуйста, уточните ваше местоположение.

 

— Передаю наши координаты.

 

— Принял, сэр. Вылетаем. Прибудем на место примерно через шесть минут. Есть раненые?

 

— Нет. Но малыш-хатт очень болен. Ему нужна медицинская помощь. Пусть кто-нибудь откроет электронный медицинский справочник. И еще — есть риск ПНЧО — неизвестные трехметровые насекомые.

 

— Понял, сэр. Мы уже поджарили парочку таких тварей в соплах. Их привлекает шум турбин, кажется, они считают, что нашли себе подходящую пару. Мы опустили фильтры в заборниках, чтобы они не забили нам все двигатели.

 

— Уверен, что любовь тут же прошла. Ждем вас, 3–9.

 

Энакин понятия не имел, где сейчас находится этот шаттл, и вообще сколько таких шаттлов осталось на планете. Как же трудно, наверное, пришлось пилотам — до них ведь наверняка доносился шум битвы, а полететь на подмогу нельзя: приказано сидеть и ждать.

 

Все из-за этого маленького хатта.

 

И все же пилоты ни в чем не упрекали Скайуокера.

 

— Дай-ка мне рюкзак, — велел Энакин. — Тебе нужно отдохнуть. Прижмись спиной к скале. Когда шаттл начнет приземляться, он поднимет клубы пыли. К тому же неизвестно, вдруг эти жуткие твари увяжутся вслед за кораблем.

 

Казалось, Ротта стал еще тяжелее. Все-таки он был таким уродливым, даже для хатта. Энакин поскорее надел рюкзак на плечи, чтобы не смотреть на это скользкое существо.

 

А потом еще встал так, чтобы ветер дул в лицо. Теперь зловоние почти не чувствовалось. Скайуокер ненавидел эту вонь. Она снова напомнила ему о том времени, которое он старался вычеркнуть из своей памяти. Когда-то они с матерью принадлежали некому хатту по имени Гардулла. Они послужили уплатой карточного долга, как будто были не людьми, а вещью вроде стола или стула, которых никто и не подумает спрашивать, хотят они служить своему хозяину или нет.

 

«Ты не стоишь жизни Рекса, слизняк. Никто из вас не стоит его жизни».

 

У Асоки был просто потрясающий слух. Она уставилась в небо раньше, чем Энакин что-либо заметил. Прислушавшись, он услышал далекий гул турбин «латти». И тут же понял, почему этот шум сразу поднял боевой дух клонов, когда те ждали дроидов. Услышав гул турбин, поняв, что помощь уже близка, Энакин готов был запрыгать от радости. Шаттл появился внезапно. Он как будто вылетел из-под площадки и тут же развернулся, чтобы можно было нормально сесть. Открылся боковой люк. Порыв ветра бросил в лицо Энакину пыль с песком, хотя он и стоял довольно далеко. Но Энакину было все равно. Он уже давно так не радовался при виде обычного шаттла, пусть даже он был весь в крови гигантских насекомых, с прилипшими к его бокам фрагментами крыльев и огромных лап. Асока прикрыла глаза ладонью.

 

— Сэр! — закричал помощник пилота, протянув ему руку, а другой уцепившись за фал. — Забирайтесь скорее! Тут повсюду сепаратисты! Они могут начать стрелять по нам!

 

— Забери маленького хатта. — Энакин стал снимать рюкзак, удивляясь, почему он заранее не снял его. Можно было бы, не теряя ни секунды, передать хатта пилотам, как только люк открылся. — А мы отправимся на подмогу капитану Рексу и остальным ребятам.

 

Помощник пилота ничего не ответил, из-за шлема невозможно было даже разобрать, какое у него выражение лица.

 

Теперь надо пробежать всего каких-нибудь пару метров по площадке, вручить хатта помощнику пилота и быстро вернуться обратно, чтобы «латти» мог тут же подняться в воздух.

 

Внезапно Энакин увидел, как помощник пилота резко развернулся. Должно быть, он услышал вой аварийной сирены.

 

Когда Энакин был уже в десяти шагах от скалы, на площадку вдруг легла огромная черная тень. Тут же послышался странный резкий звук, похожий на вой пикирующего самолета.

 

«Латти» взорвался, в миг превратившись в большой клубок огня.

 

Во все стороны полетели куски искореженного метала и дюрапласта. Энакина сбило с ног ударной волной. Падая, он успел увидеть, как охваченный пламенем остов шаттла пошатнулся на самом краю площадки и ухнул в джунгли. Секунды. Считанные секунды отделяют радость от горя. В небо поднялся столб черного дыма.

 

— Учитель! — закричала Асока, подбегая к Энакину. Тот пытался подняться на ноги, — сильно мешал рюкзак за спиной, который он так и не успел снять. — Учитель!

 

— С хаттом все в порядке, — глухо проговорил Энакин. — Отойди к скале. Она послужит нам укрытием.

 

Когда наконец ему удалось встать, на площадку легла все та же странная тень. Это была не тень от столба дыма. Это был дроид-«стервятник». Он опустился прямо перед ними, отрезав путь к двери в монастырь. Энакин и Асока тут же достали лазерные мечи. Энакин надеялся, что дроид собирается похитить хатта и потому не станет стрелять, рискуя случайно попасть в свою добычу. Однако вскоре оказалось, что Скайуокер ошибся.

 

Крылья робота, повернувшись, трансформировались в ноги, и дроид открыл огонь. Энакин заметался из стороны в сторону, стараясь увернуться от лазера и в то же время не повернуться к дроиду спиной, чтобы хоть как-то защитить маленького хатта. Асока пыталась отвлечь огонь на себя. R2-D2 громко загудел и покатил вперед, как будто собирался тоже вступить в бой.

 

— R2-D2! — крикнул Энакин.

 

Хатт сильно мешал ему, но он просто не мог сейчас остановиться. Вряд ли боевой дроид-«стервятник» прекратит огонь и станет дожидаться, пока Энакин не спрячет куда-нибудь Ротту. Может быть, R2-D2 успеет подобраться поближе? Тогда Энакин мог бы передать ему малыша, и робот укрылся бы с ним за валунами. Нет, так не получится. Он ведь сам затянул потуже ремни на рюкзаке.

 

— Нет, R2-D2, нет! Назад! Я не хочу, чтобы от тебя осталась горстка паленого пластика!

 

Асока снова прыгнула вперед, и дроиду пришлось развернуться на девяносто градусов, но, похоже, он тут же догадался, что она замышляет, и, выпустив по ней всего одну ракету, продолжил поливать огнем Энакина с хаттом за спиной. Похоже, у этих тупых консервных банок заряда и правда хватает надолго, как его и предупреждали.

 

Впрочем, он больше никогда не станет называть их тупыми.

 

Дроид умудрился оттеснить Энакина, и при этом джедай не смог даже задеть робота своим лазерным мечом. «Стервятник» продолжал наступать, размахивая своими острыми ногами, в которые превратились крылья. Скайуокеру пришлось отступать. А спиной поворачиваться было нельзя. Даже на секунду. Из-за этого он не мог резко развернуться, не мог перепрыгнуть через дроида или откатиться в сторону, как обычно делают джедай в таких случаях и чего совсем не умеет эта груда металла.

 

«Так вот, значит, как приходится драться простым смертным. Что ж, отлично».

 

Ротта пискнул, а потом захныкал. Его наверняка уже вырвало во всей этой тряске, и Энакин испугался, как бы он вообще не умер. Это было бы уже чересчур. Впрочем, Ротта был маленьким хаттом, а хатты, как известно, гораздо крепче людей.

 

— Ну, давай, груда металлолома! — крикнул Энакин, сделав еще один шаг назад.

 

Даже не оглядываясь, он и так понял, что оказался уже почти у края площадки. Энакин попытался немного наклониться вперед, иначе тяжелый рюкзак с Роттой мог утянуть его вниз.

 

— Покажи, на что ты способен!

 

И дроид показал. Он побежал к Энакину. Тот увернулся. Тогда дроид остановился и снова открыл огонь. Энакин не ожидал от него такой ловкости, робот застал его врасплох. Будь он живым существом, можно было бы направить на него Силу, но на ро




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.