Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Тезис: понимание в психотерапии.



"Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя?" — вот вопросы, способные озадачить всякого, кто хоть сколько-нибудь задумывается над тем, как мы общаемся. А задумывается над этим рано или поздно каждый здравомыслящий человек, ибо суть всякой разумной жизни — общение. Да и только ли разумной? Если хорошо задуматься, то мы заподо­зрим, что общение начинается еще на доклеточном уровне и даже в неорганическом мире.Ведь взаимодей­ствие рибонуклеиновых кислот, молекул, атомов — ничто иное, как постоянный обмен информацией, который осуществляется посредством определенных сигналов. И если хоть на миг прерывается этот обмен, наступает разрушение, дезорганизация, угасание, ги­бель. Жизнь — общение, смерть — разобщение.

И мир существует потому, что он существует в | общении. Ведь само слово общение родственно однокоренным понятиям, таким как сообщение и общность. А общность — это Целое, цельность, це­лостность.

С другой стороны, всякое общение возможно при условии понимания. Даже кодоны ДНК, прежде чем соединиться друг с другом, вынуждены "понять" друг друга. Отторжение трансплантата — следствие нарушения тканевого общения, результат клеточного и молекулярного "непонимания".

Человеческий интеллект вербализовал общение, создал модель мира посредством слов и тем самым — с одной стороны, разрешил ряд сложнейших про­блем,, а с другой... создал ряд не менее сложных и фундаментальных, одна из которых — проблема не­понимания.

Слово — приблизительно, оно — лишь копия предмета, и никогда не заменит сам предмет. Именно поэтому человек никогда не сможет сказать того, что чувствует или знает, или думает. В любом случае получается, что "мысль изреченная есть ложь". При таком положении дел уже не столь бессмысленным кажется разговор, подслушанный на улице:

— Я люблю тебя.

— Откуда ты это знаешь?

— Как это — знаю? Я просто люблю...

— А что значит — люблю?

И тем не менее, мы в большинстве своем обща­емся, живем, поддерживаем друг друга, но... до тех пор, пока сохраняется понимание, даже несмотря на всю приблизительность наших слов. Ибо существует более совершенный язык — язык безмолвный, не укрывающийся за фразами — это язык жестов, взгля­да, поведения и даже молчания. Он — основа нашего понимания. Благодаря ему мы видим друга и разли­чаем врага. Благодаря ему мы способны оценить искренность и распознать фальшь. Он срывает с нас маски и покровы. Он делает нас незащищенными и в то же время защищает нас. Он интуитивен и зыбок. Он бессознателен, и, значит, он — сама природа, ее безупречно точный знак.

Поэтому с помощью слов человек никогда не поймет другого человека. Наше знание всегда в этом случае будет приблизительным. Мы можем узнать человека больше или меньше, чем он сам о себе знает, но мы никогда не узнаем его так, как он сам о себе знает. В этом одна из причин психотерапевтических неудач.

Разобраться в проблемах пациента — вовсе не значит разобраться в его жалобах, то есть в его описании своих проблем. Помочь пациенту — не дать ему, а освободить его. Чтобы утешить или научить чему-нибудь, не обязательно быть психотерапевтом. Цель психотерапии — понимание. Чтобы уловить суть дела, нет смысла полностью доверять каждому слову пациента. Гораздо больше информации могут сообщить его жесты, поза, манеры, стиль поведения. Столь же бессмысленны длинные психотерапевти­ческие проповеди, потому что из этой мощной карте­чи лишь несколько дробинок попадают в цель. Но и попасть — еще не значит поразить.

Действие терапевта важнее его слов. Перенесе­ние всегда возникает в недрах, где слова не имеют никакого значения. Гораздо сильнее воспринимают­ся опять-таки элементы "нерационального" языка — жесты, поза, манера, поведение, игра глаз или инто­наций. Чтобы обращаться к бессознательному, следует изъясняться языком бессознательного.Только тогда окажется возможным понимание и общение. Обще­ние же приведет к общности, общность — к целому, а целое — к исцелению. Это ли не совершенная цель, к которой следует стремиться всякому Целителю! Антитезис: за пределами понимания.Что касается совершенной цели, то она вряд ли может быть совершенной, потому что любое совер­шенство несовершенно и всякое несовершенство со­вершенно.

Ибо не существует ни совершенства, ни несовер­шенства.

Так как то, что существует — одновременно и не существует.

Ведь всякое существование — утверждая, одно­временно и отрицает себя.

Всякий смысл неизбежно теряет себя, как только обретается кем-нибудь.

Если я нахожу какую-то вещь, я автоматически лишаю ее самостоятельной значимости.

Она перестает быть собой, когда становится моей.

Если я в чем-то нахожу смысл, я теряю суть.

Тот, кто находит смысл жизни, теряет саму Жизнь.

Найти смысл — значит обрести бессмыслицу.

Ведь то, что есть — это то, что есть плюс своя противоположность.

Поэтому то, что мы имеем — это и то, чего мы не имеем.То, что мы умеем — это и то, чего мы не умеем.

"Быть или не быть" — вопрос, может, и имеющий смысл, но не имеющий значения. "Быть и не быть" — единственно доступная нам форма бытия.

Ибо бытие, не являющееся одновременно и не­бытием, не может быть бытием, то есть оно не способно реализоваться как бытие.

Реализоваться — значит проявить себя в реаль­ности.

Но что такое реальность!

Это — фикция сознания, предстающая как некая среднестатистическая величина, обладающая функ­цией достоверности.

Мы договорились, что зеленое — это зеленое, черное — это черное, хорошее — хорошее, плохое — плохое, подразумевая под этим договором действи­тельность.

Стало быть, реальность — это общепринятое описание и определенная договоренность.

Однако время конъюнктурно, и вчерашний до­говор сегодня теряет силу. Кодекс человеческих зна-чимостей постоянно модифицируется и, в конечном итоге, то, что мы называем реальностью, оказывается не более чем абстракцией.

Ум порождает химер, и реальность — одна из них.

Поэтому, когда мы говорим о той или иной реально существующей собственной проблеме, мы не говорим о себе, хотя нам кажется, что речь идет

именно о нас самих. Как раз в этот момент мы уходим от своей личности, абстрагируемся от нее и констру­ируем некую реальность для наших проекций.

Как только проблема начинает реально сущест­вовать, она перестает быть проблемой.

Справедливо и следующее: всякая проблема, под­дающаяся описанию, — уже не проблема.

Проблема лишь тогда проблема — когда она вне области знания,

А само знание, которое осознается как знание, есть вид незнания — то есть сознание (со-знание).

Co-знание можно разложить еще как сопричаст­ное знание или совместное знание, что определенным образом указывает на свойство коллективности этой категории психического функционирования. Стаю быть, и сознание представляет собой некий договор.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.