Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

ЧЕЛОВЕК – ПЕРЕХОДНОЕ СУЩЕСТВО



 

Первое время в Пондишери Шри Ауробиндо жил очень бедно. Имя его было занесено в черный список, а те, кто могли ему помочь, были далеко, почта его просматривалась цензурой, за каждым шагом следили английские шпионы, которые всеми возможными способами добивались его выдачи Англии, – вплоть до того, что подбрасывали в дом Шри Ауробиндо компрометирующие бумаги, а затем доносили на него французской полиции {{1}}. Они даже пытались похитить его. Шри Ауробиндо не имел никакого покоя до тех пор, пока однажды к нему в дом не пришел с обыском комиссар французской полиции. В ящике стола он нашел произведения Гомера и после того, как убедился, что это "настоящий греческий", так преисполнился уважения, проникся таким восхощением к этому джентльмену-йогину, который читал ученые книги и говорил по-французски, что просто ушел и никогда не возвращался. С тех пор изгнаннику разрешалось принимать всех, кого он пожелает, и перемещаться по собственному усмотрению. За ним в Пондишери последовало несколько товарищей по оружию в надежде, что их "лидер" возобновит политическую борьбу; но поскольку "Голос" безмолствовал, Шри Ауробиндо ничего не предпринимал. Кроме того, он видел, что политический процесс уже находится в развитии; в его соотечественниках разбужен дух независимости, и теперь события будут с неизбежностью развиваться по пути полного освобождения Индии, как он это и предвидел. Ему предстояло нечто другое.

ТРУДЫ – ТВОРЕНИЯ

Основным занятием в первые годы изгнания было чтение Вед в оригинале. До сих пор Шри Ауробиндо читал их только в английском или индийском переводах и видел в них, подобно ученым-санскритологам, лишь ритуальные тексты, притом довольно неясные, имеющие невысокую ценность или значение для истории мысли, или для живого духовного опыта [1]. Но читая их в оригинале, он неожиданно открыл постоянную жилу золота мысли и духовного опыта самой высокой пробы [2]. ...Я обнаружил, что мантры Вед очень точно озаряют ясным светом мои собственные психологические переживания, которым я не находил удовлетворительного объяснения ни в европейской психологии, ни в учениях Йоги или Веданты [3]. Можно себе представить, что переживания Шри Ауробиндо несколько ошеломили его, и ему потребовалось несколько лет для того, чтобы ясно понять, что с ним произошло. Мы описали духовные переживания в Шандернагоре так, как будто ступень следовали четко друг за другом, и к каждой из них тотчас же давались исчерпывающие объяснения, но объяснения пришли гораздо позже. В то время он не имел никаких указателей, которые могли бы направить его путь. И тут самая древняя из четырех Вед {{2}}, Риг Веда, неожиданно указала ему на то, что он не совсем одинок на этой планете и не сбился с пути. То, что западные и даже индийские ученые не поняли необыкновенной глубины видения, пронизывающего эти тексты, не столь уж удивительно, если учесть, что санскритские корни имеют двойное или даже тройное значение, которое, в свою очередь, наделено двойной символикой – эзотерической и экзотерической. Гимны Вед можно читать интерпретируя их на двух или на трех различных уровнях значения, и даже после того, как находишь верное значение, все равно трудно полностью постичь такие строки, как "Огонь в воде", "гора, беременная высшим рождением", или поиски "утраченного Солнца", после чего следует открытие "Солнца во тьме", если не испытал переживание духовного Огня в Материи, взрыва скалы Бессознательного или озарения в клетках тела. Сами риши говорили о "тайных словах, о мудрых пророчествах, которые сообщают свой внутренний смысл лишь провидцу" (IV.3.16). Поскольку Шри Ауробиндо уже обладал опытом, ему сразу открылось внутреннее значение Вед, и он начал перевод обширного фрагмента из Риг Веды, в частности, – прекрасные "Гимны мистическому Огню". Поразительно то, что риши пять или шесть тысяч лет тому назад сумели передать с помощью мантр не только свои собственные переживания и опыт, но и опыт "предков", "отцов людей", как они их называли, – (а те жили на сколько тысячелетий раньше!) – причем этот опыт воспроизводился из поколения в поколение без малейшего искажения, без единого пробела, поскольку эффективность мантры зависит как раз от точности ее произношения. Здесь перед нами – самая древняя традиция мира в ее первозданном, нетронутом виде. То, что Шри Ауробиндо вновь открыл тайну начала нашего человеческого цикла (может быть, прежде были и другие циклы?) в век, который индийцы называют "черным", в Кали-юге, не лишено значения. Потому что, если правда, что Дно касается нового слоя, то и мы, должно быть, к чему-то приближаемся. {{3}}

Однако неверно отождествлять {опыт} Шри Ауробиндо с откровением Вед. Каким бы поразительным оно ни было для нас, для него это было только путевой вехой, подтверждением свершенного. Воскрешать Веды в двадцатом столетии, как будто они раз и навсегда воплотили в себе всю полноту Истины, было бы бесполезным занятием, потому что Истина никогда не повторяет себя дважды. Шри Ауробиндо сам писал об этом в несколько юмористическом тоне: Поистине, это поразительное преклонение перед прошлым есть нечто прекрасное и страшное! В конце концов, Божественное – бесконечно, и развертывание Истины – это, возможно, бесконечный процесс... а не содержимое ореха, которое полностью уже извлечено пророком или мудрецом, первым расколовшим скорлупу, в то время как остальным ничего уж и не остается, как религиозно раскалывать ту же скорлупу снова и снова [4]. Шри Ауробиндо собирался работать не только над индивидуальной реализацией, подобно риши, но и над реализацией коллективной, причем в условиях, которые сильно отличались от тех, в которых жили доисторические пастухи. Прежде всего большую часть времени он должен был посвятить литературной работе, что, вероятно, в настоящий момент является одним из видимых признаков его деятельности на коллективном уровне. В 1910 г. в Пондишери приехал французский писатель Поль Ришар и встретился с Шри Ауробиндо; он был настолько поражен широтой его взглядов, что в 1914 г. предпринял вторую поездку туда только для того, чтобы встретиться с ним, и на этот раз уговорил Шри Ауробиндо изложить свои мысли на бумаге. Так было основано обозрение на двух языках, французскими выпусками которого заведовал Ришар. Родилась "Арья", или "Обозрение Великого Синтеза". Но грянула война, Ришар был отозван во Францию, и Шри Ауробиндо остался один и должен был публиковать каждый месяц шестьдесят четыре страницы на разнообразные философские темы, хотя он и не был философом: Ох уж эта философия! Позвольте сообщить вам по секрету, что я никогда, никогда, никогда не был философом, хотя и писал философские произведения, – но это совсем другая история. Я знал весьма мало о философии до того, как стал практиковать Йогу и приехал в Пондишери, – я был поэтом и политиком, а не философом. Как мне это удалось и почему? Во-первых, потому, что Поль Ришар предложил мне сотрудничать в философском обозрении, – а поскольку моя теория такова, что в соответствии с ней Йогин должен уметь приложить руки к любому делу, то я не слишком сопротивлялся; затем ему пришлось идти на войну, и он оставил меня в очень тяжелом положении: каждый месяц я должен был писать шестьдесят четыре страницы на темы философии, причем совершенно один. Во-вторых, потому, что я должен был только записывать на языке интеллекта все, что я наблюдал и узнавал во время ежедневной практики Йоги, и философия присутствовала там автоматически. Но ведь это не значит быть философом! [5]. Так Шри Ауробиндо стал писателем. Ему было сорок два года. Характерно, что сам он ничего не решал: "внешние" обстоятельства подвигнули его на этот путь.

В течение шести лет без перерыва, до 1920 г., Шри Ауробиндо публикует почти все свои сочинения – около пяти тысяч страниц. Однако писал он совсем необычно – не одну книгу за другой, а четыре или даже шесть книг одновременно и на самые разные темы – такие книги, как "Жизнь Божественная", его фундаментальный "философский" труд, в котором представлено его духовное видение эволюции, "Синтез Йоги", где он описывает различные стадии и переживания интегральной йоги и исследует все йогические учения прошлого и настоящего, "Очерки о Гите", где изложена его философия действия, "Тайна Вед" с исследованием происхождения языка, "Идеал человеческого единства" и "Человеческий цикл", в которых оволюция рассматривается с социологической и психологической точек зрения и исследуются грядущие возможности человеческих коллективов и объединений. Он нашел

Единый символ, ключ к символу любому. [6]

День за днем Шри Ауробиндо спокойно заполнял страницы своих сочинений. Любой другой был бы утомлен до изнеможения, но он не "думал" о том, что писал: Я не принуждал себя писать, – объясняет он ученику, – я просто предоставлял высшей Силе работать, и когда она не работала, я не предпринимал абсолютно никаких усилий. Это в прежние "интеллектуальные" дни я пытался иногда форсировать события, но не после того, как я начал развивать свои способности в поэзии и прозе с помощью Йоги. Позвольте также напомнить вам, что и когда я писал для "Арьи", и когда пишу эти письма или ответы, я никогда не размышляю. ...Я пишу в безмолвии разума и пишу лишь то, что приходит свыше, причем уже в законченной форме [7]. Часто те ученики, которые были писателями или поэтами, просили его объяснить йогический процесс литературного творчества. Он объяснял это очень подробно, зная, что творческая деятельность – это мощное средство приближения границы сверхсознательного и низведения в Материю светоносных потенций будущего. Его письма конкретны и поучительны: Лучший отдых для мозга, – пишет он в одном из них, – это когда мышление происходит вне тела и головы (или в пространстве, или же на других уровнях, но именно вне тела). Во всяком случае, так было у меня; ибо как только это происходило, тут же наступало чрезвычайное успокоение; с тех пор я чувствую напряжение тела, но мозговую усталость – никогда [8]. Подчеркнем, что "мышление вне тела" вовсе не является супраментальным феноменом, – это очень простой опыт, достижимый в начале установления ментального безмолвия. Подлинным методом, согласно Шри Ауробиндо, является достижение стадии, лишенной всякого личного усилия, – нужно полностью стушеваться, уйти в тень и просто позволить потоку войти и пронизать себя: Есть два способа встать на Великий Столбовой Путь. Первый – это карабкаться, бороться и совершать усилия (как пилигрим, который пересекает Индию, простираясь по земле и измеряя путь своим телом: это путь усилия). И вот однажды вы вдруг обнаружите, что находитесь на ВСП, притом – когда вы меньше всего ожидаете этого. Второй способ – это успокаивать ум до тех пор, пока более великий Разум не заговорит через него (здесь я не говорю о Супраментальном) [9]. Но тогда, спрашивает ученик, если это не наш разум думает, если мысли приходят извне, то почему между мыслями одного человека и другого такая большая разница? Прежде всего, – отвечает Шри Ауробиндо, – эти мыслеволны, мысли-семена, мыслеобразы, или чем бы они ни были, имеют различное значение и приходят из различных планов сознания. И одна и та же субстанция мысли может принимать более высокие или более низкие вибрации в зависимости или от плана сознания, через который входят мысли (т.е. мыслящий разум, витальный разум, физический разум, подсознательный разум), или от силы сознания, которая завладевает ими и помещает их в того или иного человека. Кроме того, в каждом человеке есть некое вещество ума, и приходящая мысль использует его для того, чтобы придать себе форму или выразить себя (то, что мы обычно называем транскрипцией), но вещество это бывает более тонким или более грубым, более сильным или более слабым и т.д. и т.д. в уме одного, чем в уме другого. Также в человеке присутствует действующая или потенциальная энергия разума, у каждого своя, и эта энергия разума по своей восприимчивости мысли может быть светящейся или темной, саттвичной (ясной, спокойной), раджасичной (страстной) или тамасичной (инертной), отсюда и проистекают различия [10]. Шри Ауробиндо добавляет: Интеллект – это до нелепости сверхдеятельная часть природы; он всегда думает, что ничего нельзя хорошо сделать, если он не вмешается, и поэтому он инстинктивно смешивается с вдохновением, половину его или большую часть блокирует и работает заменяя собственными низшими, утомительными произведениями истинные речь и ритм, которые должны были прийти. Поэт трудится в муках для того, чтобы найти одно истинное слово, верный ритм, нистоящую божественную субстанцию того, о чем он должен сказать, и во все это время оно ожидает на заднем плане, завершенное и готовое [11]. Но ведь усилие помогает, вновь протестует ученик, и вдохновение приходит в результате подхлестывания, пришпоривания мозга: Именно! Когда вы что-то получаете, то это происходит не в результате подхлестывания, умственных толчков и ударов, но потому, что вдохновение проскальзывает в момент между поднятием и опусканием молота и входит под прикрытием ужасного шума [12]. После того, как Шри Ауробиндо написал столько книг для своих учеников, он говорил, что на самом деле единственным назначением книг и философий является не просвещение ума, а его успокоение с тем, чтобы он мог, перейдя к опыту, получать непосредственное вдохновение. Он сделал следующее заключение по поводу положения разума на эфолюционной шкале: Разум – это неуклюжая интерлюдия между широким и точным подсознательным действием Природы и еще более широким непогрешимым действием Божественного. Нет ничего, доступного уму, чего нельзя было бы сделать лучше при полной неподвижности ума и в безмолвии, свободном от мысли [13].

По прошествии шести лет, в 1920 г., Шри Ауробиндо почувствовал, что на сегодня он сказал достаточно. Работа в "Арье" завершилась. Остальную часть его сочинений почти полностью составляют письма – тысячи и тысячи писем, содержащие все практические указания, касающиеся йогических опытов, трудностей и прогресса, и, наконец, самое главное его сочинение, гениальный эпос (28813 строк) "Савитри", который Шри Ауробиндо будет писать и переписывать в течение тридцати лет; эпос этот подобен пятой Веде, это живое послание, в котором он говорит о переживаниях в высших и низших мирах, о своих сражениях в Подсознательном и Бессознательном, о всей оккультной истории эволюции на Земле и во вселенной и о своем видении будущего.

И знаками души своей все во вселенной постигая,

Он письмена явлений внешних читал из внутренней их сути. [14]

МАТЬ

Шри Ауробиндо пришел на землю не только для того, чтобы писать, – он должен был делать дела. Издание "Арьи" он прекратил в 1920 г., когда в Пондишери приехала Мать. {{4}} Когда я прибыл в Пондишери, – говорил как-то Шри Ауробиндо своим первым ученикам, – программа для моей садханы {дисциплины} диктовалась мне изнутри. Я следовал ей и продвигался сам, но не мог оказать какой-нибудь значительной помощи другим. Затем приехала Мать, и с ее помощью я нашел необходимый метод [15].

Трудно говорить о Матери – наверное, потому, что любое описание такой личности, как она, слишком статично – она была Силой в движении. Все, что произошло вчера, все, что было сказано, сделано или пережито даже вчера вечером, представлялось ей уже старым и неинтересным. Она всегда была впереди, на острие. Она была рождена для того, чтобы разрушать препятствия, как Савитри. Поэтому вряд ли имеет смысл заключать ее жизнь и деятельность в рамки краткой описательной биографии. Приведем лишь самые необходимые для нашего повествования факты. Родилась она в Париже 21 февраля 1878 г.; она, как и Шри Ауробиндо, имела супраментальное видение. Поэтому не удивительно, что, обладая таким сознанием, она знала о существовании Шри Ауробиндо задолго до того, как встретила его на физическом плане, и прибыла в Пондишери с тем, чтобы присоединиться к нему. В возрасте между одиннадцатью и тринадцатью годами, – говорила Мать, – у меня было несколько психических и духовных переживаний, которые открыли мне не только существование Бога, но и то, что человеку дано полностью обрести Его в сознании и действии и проявить Его на земле в божественной жизни. Это откровение, как и практические рекомендации для достижения такой цели, были даны мне во время сна моего тела несколькими учителями, некоторых из них я встретила позже на физическом плане. С течением времени, в ходе моего внутреннего и внешнего развития, психическая и духовная связь с одним из этих существ становилась все более ясной и соджержательной. ...В тот момент, когда я увидела Шри Ауробиндо, я осознала, что он пришел на землю для исполнения именно этой работы, и что именно с ним мне предстояло работать. "Трансформация" началась. В 1926 г., когда Шри Ауробиндо ушел в полное уединение, Мать взяла на себя все заботы, связанные с деятельностью Ашрама, и она же продолжила Работу после его ухода в 1950 г. Сознание Матери и мое сознание – это одно и то же [16]. Чрезвычайно символично, что живой синтез между Востоком и Западом в лице Шри Ауробиндо достиг кульминации в результате этой встречи Востока и Запада, и представляется, таким образом, что мир может быть завершен лишь соединением этих двух полюсов существования – Сознания и Силы, Духа и Земли, Его и Ее.

КОНТУРЫ ЭВОЛЮЦИИ

Все мы раньше или позже должны будем присоединиться к работе по трансформации, которую начали Шри Ауробиндо и Мать, – потому что это наше эволюционное будущее. Если мы хотим понять, что собою представляет этот процесс, его сложности и шансы на провал или успех, то для начала мы должны понять смысл нашей эволюции с тем, чтобы по возможности принимать в ней активное участие, а не дожидаться, пока века, тысячелетия после бесконечных зигзагов не закончат свое дело. Шри Ауробиндо отнюдь не имеет в виду конструирование теорий и схем, его видение эволюции основывается на опыте и только на опыте. И если он попытался выразить свое видение так, что это может показаться нам набором неких теоретических формул, – а все потому, что мы не имеем (пока) опыта, – то сделал он это вовсе не для того, чтобы добавить еще одну идею к миллионам идей-сил, действующих в мире, но для того, чтобы помочь овладеть нам так сказать "рычагом" нашего собственного динамизма и ускорить эволюционный процесс. И нет сомнений, что нынешнее состояние человечества таково, что медлить здесь просто нельзя.

Рычагом этим является Агни – сознание-сила, и вся эволюция может быть описана как некое путешествие Агни в четырех движениях – инволюции, деволюции, инволюции. эволюции – путешествие, исходящее из вечного Центра и в то же время в Нем и пребывающее. Это четвертичное движение – на самом деле Он сам. Все есть Он. Он сам – игра, Он сам – игрок, Он сам – игровая площадка [17]. Он – вне времени и пространства, чистое Бытие, чистое Сознание, Великое белое Безмолвие, все здесь пребывает целиком и полностью, но еще бесформенное, пребывает в состоянии инволюции. И вот Он осуществляет самостановление: Сила отделяется от Сознания, Она – от Него, и начинается путешествие Агни:

...рассеянная в неизведанных глубинах, ее лучащаяся улыбка

Огнем зажгла безмолвие миров. [18]

В порыве радости Она бросается прочь от Него для того, чтобы играя вновь обрести Его во времени – Он и Она, двое в едином. Итак, что же собою представляло начало всей материи? Существование, которое множилось ради одного только восторга бытия и погружалось в формы, которым несть числа, дабы обретать и обретать себя до бесконечности [19]. Но это начало – начало вечное, оно полагает себя отнюдь не во Времени. Когда мы говорим "сначала" Вечное, "затем" – Становление, мы снова становимся пленниками иллюзии нашего пространственно-временного языка – точно так же, когда мы употребляем термины "высокое" и "низкое". Наш язык ложен, как и наше видение мира. В действительности Бытие и Становление, Он и Она – это две одновременных ипостаси одного и того же вечного ФАКТА – вселенная есть вечный феномен, такой же вечный, как и вневременное Безмолвие: В начале, говорят, было Вечное, Бесконечное, Единое. В середине, говорят, находится конечное, преходящее. Множественность. В конце, говорят, будет Единое, Бесконечное, Вечное. Но когда же было начало? Нет такого момента во Времени, поскольку начало существует каждое мгновение; начало всегда было, всегда есть и всегда будет. Божественное начало – прежде времени, во Времени и за пределами Времени навеки. Вечное, Бесконечное и Единое – это не имеющее конца начало. А где же находится середина? Середины нет; есть только соединение непрерывного конца и вечного начала; это символ творения, которое в каждое мгновение является новым. Творение было вечно, всегда существует и во веки веков пребудет. Вечное, Бесконечное и Единое – это магический средний термин {некое неуловимое связующее звено} {{5}} его собственного существования; это оно является безначальным и не имеющим конца творением. А когда же будет конец? Конца нет. Ни в какой момент не может быть разрыва. Ибо всякий конец вещей – это начало других вещей, которые суть все то же Единое в вечно развивающемся и вечно повторяющемся образе. Ничто не может быть разрушено, потому что все – это Он, который пребывает вечно. Вечное, Бесконечное и Единое – это невообразимый конец, который никогда не замыкается на новых нескончаемых перспективах своей славы [20]. И Шри Ауробиндо добавляет: Эксперимент человеческой жизни на земле разыгрывается не впервые. Уже миллион раз он был проведен, и миллион раз эта длительная драма еще повторится. Во всем, что мы сейчас делаем, в наших мечтах, открытиях, легких или дающихся трудом достижениях, мы подсознательно пользуемся опытом бесчисленных предшественников, и труд наш принесет плоды на не известных нам планетах и в еще не созданных мирах. И план, и перипетии, и развязка всегда различны, но всегда управляются соглашениями вечного Искусства. Бог, Человек, Природа – вот три символа вечных. Идея вечного повторения вызывает тревожную дрожь в уме, поглощенном чем-то конечным (будь то минута, час, год или даже годы и столетия) и в нем находящем защиту. Но сильная душа, сознающая свой бессмертный материал и неисчерпаемый океан своих вечно текущих энергий, захватывается всем этим с трепетом непостижимого восторга. По ту сторону мысли она слышит детский смех и экстаз Бесконечного [21].

Непрестанное движение от Бытия к Становлению есть то, что Шри Ауробиндо называет дореволюцией. Переход этот осуществляется постепенно; высшее Сознание становится Материей не скачком. Материя – это конечный осадок, конечный продукт в определенном смысле последовательно, от плана к плану возрастающего дробления или "материализации" сознания. На "вершине" этой дореволюционной кривой – это на самом деле не вершина, а некий вездесущий наивысший Максимум – пребывает супраментальная Сознание-Сила, которая охватывает единым Взглядом все бесконечные возможности Становления подобно тому, как солнечный Огонь содержит все лучи внутри своего центра: "Они сняли ярмо с коней, – говорит Риг Веда, – десять тысяч – стояли вместе, это было Единое, тад экам " (V.26.1). Ниже открывается план Глобального Разума: начинается "великое расщепление" сознания, расходятся лучи Солнца, единая Сознание-Сила с этих пор раздробляется на триллионы сил, каждая из которых стремится к своей абсолютной реализации. Раз начавшись, эта Игра не остановится до тех пор, пока не исчерпаются все возможности, включая и те, которые, как кажется, находятся в полном противоречии с вечным Игроком. Сила ввергает себя во все более яростное движение, как если бы она стремилась прорваться к своим крайним пределам, ощутить себя где-то все дальше и дальше и заменить Единое громадной, но все же не равной Ему суммой. И сознание рассеивается. Оно разбивается на все более и более мелкие части, становясь все более плотным, тяжелым и темным, образуя планы или миры, – каждый со своими существами или силами, со своей особой жизнью. Свидетельства тому можно отыскать в любой традиции; мы также можем видеть их во сне или с открытыми глазами, если наше внутреннее видение освободилось от пелены. От богов – к "гномам": сознание дробится, крошится и превращаеся в пыль – Глобальный Разум, Интуитивный Разум, Озаренный Разум, Высший Разум, затем витальный и тонкий физический – оно все более и более уловляется своей силой, вязнет в ней, рассеивается на крошечные мелкие инстинкты, на маленькие, стремящиеся лишь к выживанию тропизмы, и так далее – вплоть до своего конечного растворения в Материи, где все суть лишь осколки, фрагменты. "В начале, – говорит Веда, – тьма в себе хранила тайно тьму – целый океан бессознания. Раздробленность скрывала мировую душу" (X.129.1,5). Деволюция завершена, это погружение Света в собственную тень [22], т.е. в Материю.

Итак, перед нами – два полюса. На вершине – некое Отрицательное (или Положительное, в зависимости от личного предрасположения), где Сила словно поглощена лучащимся Ничто, залив покоя без ряби, где содержится все (все уже там) и где нет никакой необходимости даже в малейшем движении для того, чтобы быть – это есть. На другом полюсе – некое высшее Положительное (или Отрицательное, если угодно), где Сознание словно погружено в темное Ничто, бездну слепой Силы, вечной пленницы своего темного кружения – таким образом осуществляется становление, неумолимое и непрестанное. Эта исходная, первичная двойственность с необходимостью порождает и все остальное: Единое и Бесчисленное, Бесконечное и Конечное, Сознание и Силу, Дух и Материю, Бесформенное и неистовство форм – Его и Ее. Все наше существование заключено между этими двумя полюсами; некоторые из нас желают видеть лишь Трансцендентное, которое они называют высшим Положительным, и отвергают Материю как некую временную ложь, которую нужно пережить, ожидая Великого Возврата (но где может иметь место этот Возврат, если не везде, во всех точках, снизу и сверху, справа и слева!), иные верят безгранично лишь в Материю, которую они тоже называют высшим Положительным, и отрицают Дух, как вполне определенную и к тому же "отрицательную" ложь, поскольку в соответствии с человеческой логикой положительное не может быть отрицательным, или наоборот. Но это не так. Сознание не исключает Силу, Материя – Дух, Бесконечное – конечное, точно так же, как "верх" не уничтожает "низ" – есть "низ", который является таковым только относительно, для нас, и, более того, каждая из крайностей уже содержит в себе прикровенно своего вечного Спутника: В мире, как мы его видим, т. е. как он предстает нашему ментальному сознанию, даже в самых высоких его проявлениях, мы находим, что для каждого положительного существует отрицательное. Но отрицательное – это не нуль, на самом деле то, что кажется нам нулем, наполнено силой, изобилует энергией существования.... Точно так же существование отрицательного не исключает существования своего соответствующего положительного, не превращает его в нечто нереальное; оно лишь показывает, что положительное есть неполное утверждение истины вещей, и даже, можно сказать, истины, самого положительного. Ибо положительное и отрицательное существуют не только рядом друг с другом, но и посредством друг друга, будучи теснейшим образом взаимосвязаны; они дополняют друг друга, а для тотального видения, которого лишен ограниченный ментальный рассудок, они также и объясняют друг друга. В своей разделенности, изолированно, их невозможно познать по-настоящему; мы только тогда начинаем познавать нечто в его глубинной истине, когда мы можем прочесть в нем признаки его кажущейся {apparent} противоположности [23]. Наверху Она как бы погружена в сон в Нем, внизу Он как бы погружен в сон в Ней, Сила растворяется в Сознании, а Сознание – в Силе, Бесконечное содержится в конечном, как дерево со всеми своими ветвями содержится в семени. Это то, что Шри Ауробиндо называет "инволюцией": Несознание Материи – это некое прикровенное, вовлеченное или сомнамбулическое сознание, которое содержит в себе все скрытые силы Духа. В каждой частице, атоме, молекуле, клетке Материи скрыто присутствует и незаметно работает все всезнание Вечного и все всемогущество Бесконечного [24]. За инволюцией наверху следует новая эволюция внизу, таким образом здесь все неявно содержится в Ночи – так же, как все неявно содержалось в Свете наверху. Агни пребывает там, "как некая горячая золотая пыль", " Агни вошел в землю и в небеса, как если бы они были едины", – говорит Риг Веда (III.7.4). В известном смысле можно утверждать, что все творение – это движение между двумя инволюциями: Духа, в котором все пребывает в вовлеченном состоянии и из которого все эволюционирует в направлении вниз (или деволюционирует) к другому полюсу Материи, и Материи, в которой также в вовлеченном состоянии содержится все и из которой оно эволюционирует вверх к другому полюсу Духа [25].

Без такой инволюции эволюция была бы невозможна, ибо каким образом хотя бы что-то может возникнуть из ничего? Для того, чтобы имела место эволюция, нечто должно расти изнутри! Ничто не может эволюционировать из Материи, если оно уже не содержится в ней [26]. Это Агни является побудителем, двигателем, скрытым в глубинах этого пробуждающегося оцепенения, это он стоит за эволюционным взрывом форм. Это сама Сила в поисках Сознания. Она, ищущая Его, ищущая все более и более подходящие формы для того, чтобы проявить Его. Это Она выходит из своей бессознательной Ночи и карабкается ощупью в миллионах своих дел и миллионах видов, стремясь вновь открыть во всем красоту Единственной утерянной Формы, открывать и открывать Радость, бывшую когда-то единой, блаженство в миллионах тел [27], а не пустой экстаз. Если у нас есть "ухо ушей", о котором говорят Веды, то, наверное, мы можем повсюду услышать Ночь, взывающую к Свету, замурованное Сознание, взывающее к Радости, глубинный духовный вопль во всем существующем {the deep spiritual cry in all that is} [28] – это то, что прорывается из глубины, Огонь внутри, пламя в Материи, пламя Жизни, пламя в нашем Разуме, пламя в нашей душе. Именно этим Огнем должны мы овладеть, это та самая нить, рычаг, скрытый эволюционный ускоритель, душа и пламя мира. Если бы этот мир был создан из какого-то безжизненного и инертного материала, то он никогда бы и не стал чем-то иным; если бы душа уже не находилась в Материи, то она никогда бы и не появилась в человеке: Но что же стоит за внешними феноменами? Что представляет собою эта видимая мистерия? И мы видим, что это когда-то потерявшее себя и вновь себя обретающее Сознание выбирается из своего глубочайшего забытья, выбирается медленно, болезненно, в форме жизни, которая учится просто ощущать, причем сначала смутно, несовершенно, затем полностью, и, наконец, в итоге этой борьбы, преодолевая порог только лишь ощущений для того, чтобы стать божественно самосознательной, свободной, бесконечной, бессмертной [29].

И так до тех пор, пока Она не придет к человеку, к своему сознательному орудию, в котором, с помощью которого и посредством которого Она сможет вновь обрести Его: Все наше человеческое – это место сознательной встречи конечного и бесконечного, а расти все больше и больше к Бесконечному даже в этом физическом рождении – это наша привилегия [30]. Когда Агни достигает человеческой стадии своего путешествия, совершается нечто совершенно особое. На предыдущих стадиях эволюционное пламя, по-видимому, убывает само по себе, как только среда следующего этапа обретает полную устойчивость. Кажется, что изобилие растительной жизни идет на убыль, когда в жизни прочно утверждаются животные виды; подобным же образом многообразие животной жизни как бы убывает, когда в эволюции окончательно упрочивается человечество, – похоже, что Природа не создала ни одного нового животного или растительного вида с тех пор, как человек занял место на вершине эволюции. Иными словами, виды становятся постоянными; достигнув определенного уровня совершенства, каждый по-своему, они остаются неизменными. Однако в человеке эволюционное напряжение не спадает, хотя этот вид является прочно установившимся в эволюции. Он не завершен, не удовлетворен, как другие виды, не обладает покоем и радостью от достигнутого равновесия: Человек является ненормальным, не нашедшим своей так сказать "нормальности" – он может думать, что нашел ее, может казаться, что он нормален в своем роде, но нормальность эта – лишь некий временный порядок; следовательно, хотя человек и более велик, чем растение или животное, он не является по своей природе совершенным, подобно растению и животному [31].

Не стоит сожалеть об этом несовершенстве, – говорит Шри Ауробиндо, – наоборот, это привилегия и обещание [31]. Если бы мы были совершенны и гармоничны при существующем порядке вещей, безгрешны, безупречны, то мы бы уже были постоянным видом, подобно земноводным и моллюскам. Но в нас, подчиненных великой космической Игре, сила еще не полностью нашла свое сознание, природа наша не обрела своего духа; Она не нашла Его – был ли когда-нибудь удовлетворен Платон, обрел ли покой Микеланджело? "Однажды вечером я посадил Красоту к себе на колени. – И нашел ее горькой", – сетовал Рембо. Это тоже признак того, что вершина ментальной интеллектуальности или же утонченного эстетизма не является ни концом путешествия, ни абсолютной полнотой, ни великим Равновесием между Ним и Нею, соединившимися вновь. Дух, который медленно пробуждается внутри, – Он в Ней, – маленькое пламя в центре, – сначала касается маленьких частичек, молекул, генов, протоплазмы, психологически же он водворяется в обособленном, ущербном эго; он не обладает хорошим видением, он движется ощупью в темноте; при этом он "вовлечен" вдвойне и видит только сквозь узкую ментальную щель между бездонным подсознательным и гигантским сверхсознательным. Эта так сказать "инфантильная" раздробленность, поскольку она есть прямое наследие детства человечества, и является причиной всех наших ошибок и страданий. Нет иного "греха", все наше зло проистекает из этой узости видения, ложного видения и себя, и мира. Ибо на самом деле весь мир вплоть до каждой клетки нашего тела – это Сат-Чит-Ананда, Существование-Сознание-Блаженство, мы – это свет и радость. Наши чувства по своей способности смогли изобрести лишь тьму. В действительности же нет ничего, кроме Света, только сила Его пребывает или выше, или ниже ограниченного диапазона нашего жалкого человеческого видения [32]. Все – это радость: "Ибо кто поистине мог бы жить, кто мог бы дышать, если бы не было этого блаженства в пространстве?" – говорят Упанишады (Тайттирия Упанишада II.7). Это наше несовершенное видение скрывает от нас абсолютное счастье в сердце вещей [33], а наши бледные чувства, еще слишком незрелые, не могут охватить всю эту безбрежность, ибо Дух в нас еще не полностью раскрыл себя. Путешествие Агни еще не закончено. Согласно Шри Ауробиндо, человек не есть предельная точка эволюции, человек – это переходное существо [35]. Мы говорим об эволюции Жизни в Материи, об эволюции Разума в Материи; но эволюция – это слово, которое просто констатирует феномен, не объясняя его. Ведь, по-видимому, нет никакой причины, вследствие которой Жизнь должна эволюционировать лишь из материальных элементов, а Разум – только из живых форм, если не допустить, что Жизнь уже заключена в Материи, а Разум – в Жизни, потому что Материя в сущности представляет собой форму скрытой {veiled} Жизни, а Жизнь – это форма завуалированного {veiled} Сознания. Но тогда не предвидится особых возражений против того, чтобы сделать следующий шаг в этом ряду и допустить, что и само ментальное сознание может быть только формой, некой внешней частью более высоких состояний, лежащих за пределами Разума. В таком случае непобедимое стремление человека к Богу, Свету, Блаженству, Свободе, Бессмертию вполне оправданно занимает свое четко определенное место во всей цепочке, а именно это есть властное стремление, некий императив, с помощью которого Природа старается эволюционировать за пределы Разума, причем оно представляется таким же естественным, истинным и обоснованным, как и стремление к Жизни, которым Природа наделила формы Материи, или же стремление к Разуму, которым она наделила, в свою очередь, некоторые формы жизни.... Животное – это живая лаборатория, в которой Природа, можно сказать, выработала человека. Человек же сам вполне может стать живой мыслящей лабораторией, в которой с помощью его, уже теперь сознательного сотрудничества Природа хочет создать сверхчеловека, бога. Или, может быть, лучше сказать, проявить Бога? [36]. Если удастся совершить этот сложный переход, то будет достигнуто великое Равновесие, мы вступим в некую "бескрайнюю обитель" (Риг Веда V.68.5); Сила вновь обретет свое Сознание и перестанет бродить вслепую, а Сознание вновь обретет всю свою Силу в понимании, в любви, во всем.

Но и риши знали, что путешествие не закончено; они говорили, что Агни "скрывает две свои крайности", что он "не имеет ни головы, ни ног" (Риг Веда IV.1.7,11); а мы – это какое-то ущербное племя между сверхсознательным Агни небес и подсознательным Агни земли, и мы страдаем, мы не знаем покоя в нашей жалкой юдоли – кто в поисках своих небес, кто – в поисках своей земли, – не умея объединить то и другое. Среди нас должна родиться некая новая раса, совершенный Человек, если только мы дадим на это свое согласие: "Тки, тки свою основу нерушимую, становись человеческим существом, создавай божественную расу. ...Вы – пророки Истины, точите блестящие копья, которыми вы пробьете путь к тому, что Бессмертно; знающие тайные планы, стройте лестницу, восходя по которой боги достигли бессмертья" (X.53). Тогда мы вновь обретем нашу солнечную полноту, две наши скрытые крайности, двух наших Матерей в одном: "О Огонь, о Агни, ты востекаешь к океану небес, к богам; ты делаешь так, чтобы божества всех чинов встретились вместе, чтобы слились воедино воды светоносного царства, что выше солнца, и воды, пребывающие внизу" (III.22.3). Тогда мы будем обладать радостью этих двух миров, – а, впрочем, и всех миров, – Анандой земли и небес, как если бы они были едины: "О Огонь, ты основываешь смертное в высшем бессмертии... для пророка, жаждущего двойного рождения, ты создаешь божественное блаженство и человеческую радость" (I.31.7). Ибо такова конечная цель нашей эволюции – радость. Люди говорят о любви, но разве есть еще хотя бы одно слово, более искаженное нашей сентиментальностью, нашими политическими партиями, нашими церквями? Эту же радость подделать не может никто, потому что она – ребенок, смеющийся на солнце; она любит, ей хочется вовлечь все-все в свой грандиозный танец. Да, это настоящая радость, нужно только решиться захотеть ее. Лавры, а не крест должны быть Целью, устремленной к победе человеческой души [37], – но люди до сих пор влюблены в печаль.... Поэтому Христос до сих пор распят на кресте в Иерусалиме [38]. Радость бытия, тотального бытия, во всем, что существует, что было и будет здесь, там, повсюду, как если бы мед мог попробовать себя и всякую свою частицу сразу, а всякая частица могла отведать любую другую, и каждая из них – все медовые соты целиком [39]. Тогда эволюция выйдет из Ночи и вступит в Солнечный цикл. Наша жизнь будет протекать под Знаком Единого. Распятый бог в нас сойдет со своего креста, и человек станет наконец Самим Собой – станет нормальным. Ведь быть нормальным значит быть божественным. Есть только два естественных гармоничных движения – несознательное или в значительной мере подсознательное движение жизни, гармонию которого мы находим у животных тварей и в низшей Природе, и движение духа. Человеческое состояние – это стадия перехода, усилия и несовершенства между одним движением и другим, между жизнью естественной и идеальной, или духовной жизнью [40].

Примечания:

{1} Пондишери в то время находился на территории, принадлежавшей Франции.

{2} Веды: Риг Веда, Сама Веда, Яджур Веда, Атхарва Веда.

{3} Согласно индийской традиции, каждый цикл имеет четыре периода: Сатья-юга, век истины (или золотой век), за ним следует век, обладающий "тремя четвертями истины", Трета-юга, затем век "половины истины", Двапара-юга, и, наконец, век, когда исчезает вся истина, Кали-юга, когда забыт Пароль. После Кали-юги наступает новая Сатья-юга, но между ними происходит полное разрушение, пралайя, когда вселенная "вновь поглощается". Шри Ауробиндо считает, что открытие Суперразума несет новые возможности изменения такого цикла.

{4} Встреча Шри Ауробиндо и Матери произошла раньше – 29 марта 1914 г. 24 апреля 1920 г. – это день, когда Мать приехала в Пондишери для того, чтобы посвятить всю жизнь Шри Ауробиндо и той титанической работе, которая им предстояла. С этого дня и до самого своего ухода 17 ноября 1973 г. Мать не покинет Пондишери (прим. пер.).

{5} Средний термин {middle-term} – логическое понятие. Термины – элементы суждений, входящих в состав силлогизма: субъекты и предикаты его заключения и посылок. Субъект заключения называется меньшим термином, его предикат – большим термином, а термин, общий посылкам – средним термином. В квадратных скобках приведена наша интерпретация этого выражения в данном контексте (прим. пер.).

{6} Согласно высказываниям Матери, змей земного рая – это символ эволюционной силы, которая вытягивает человека из животного блаженства для того, чтобы он вновь обрел состояние божественного счастья. После того, как человек съедает плод Познания, она (эта сила) развивает его ментальные способности до тех пор, пока они не достигнут точки поворота. У греков колесницу Деметры также несут крылатые змеи. Змей – это не только символ космический, но и символ индивидуальной эволюционной силы: когда восходящая сила (кундалини) пробуждается у основания спинного хребта и выходит из нашего физического сознания, где она спала, свернувшись, как змея в своей норе (кундалини означает "свернувшаяся"), когда она поднимается от центра к центру, развившийся человек выходит из обычного состояния несознания и входит в сознание космическое; затем, когда открывается центр в макушке головы, он входит в божественное солнечное сознание. Для Шри Ауробиндо и для риши, и, вероятно, еще для некоторых уже несуществующих древних традиций открытие этого солнечного сознания наверху – это лишь первая эволюционная стадия, за которой должно следовать открытие того же солнечного сознания внизу, в Материи. Это змея, кусающая свой хвост, или то, что Шри Ауробиндо называет трансформацией.

 

 

Глава 17

 

ТРАНСФОРМАЦИЯ

 

Проявление Духа в супраментальном сознании и в новом теле, новой расе так же неизбежно, как и появление Homo sapiens после приматов. Единственный существенный вопрос заключается в том, будет ли эта новая эволюция совершаться с нашей помощью или без нее. Вот как выразил эту дилемму Шри Ауробиндо: Если духовное раскрытие на земле – это скрытый смысл нашего рождения в Материи, если и в самом деле в Природе осуществляется некая эволюция сознания, то человек таков, как он есть, не может быть предельной точкой этой эволюции: он является слишком несовершенным орудием духа, сам разум является слишком ограниченной формой и орудием; разум – это некий средний этап сознания, и ментальное существо может быть лишь переходным существом. Но тогда, если человек не способен выйти за границы ментальности, то он должен быть превзойден, должны проявиться суперразум и сверхчеловек, проявиться и стать во главе творения. Но если его разум способен открыться тому, что его превосходит, то тогда нет никаких причин, мешающих человеку самому достичь суперразума и сверхчеловечества или, по крайней мере, отдать свою ментальность, жизнь и тело в распоряжение эволюции на этом великом этапе деятельности Духа, проявляющегося в Природе [1]. Мы вплотную приблизились к новому кризису трансформации, [2] – говорит Шри Ауробиндо, – кризису такому же радикальному, как и те, которыми были отмечены появление Жизни в Материи и появление Разума в Жизни. И позиция наша очень важна, потому что на этот раз вместо того, чтобы позволить Природе самостоятельно совершать свою работу и не заботиться о существующих обстоятельствах, мы можем стать "сознательными сотрудниками нашей эволюции". Как говорит Шри Ауробиндо, мы можем принять вызов или оставить его незамеченным.

ПЕРСПЕКТИВЫ БУДУЩЕГО

Какой будет эта новая раса? Понимание конечного результата – это уже большой шаг на пути, потому что понимание и стремление к этому Будущему открывают невидимую дверь в нас, через которую могут войти силы более великие, чем наши собственные, и мы действительно станем сотрудниками. Ведь это не наши человеческие силы осуществят переход к суперразуму, но это произойдет благодаря все более и более сознательному подчинению Силе свыше.

Мы уже описали сознание супраментального существа, но, может быть, имеет смысл повторить вместе с Шри Ауробиндо, что сверхчеловечество – это не человек, восходящий к своему естественному зениту, не высшая степень человеческого величия, знания, силы, интеллекта, воли, характера, гения, динамической силы, святости, любви, чистоты или совершенства. Суперразум – это нечто, находящееся за пределами ментального человека и его ограничений [3]. Предоставленный самому себе и достигший своих пределов, Разум может лишь заковать, закрепостить человека и совсем не в силах обожить его или даже просто дать ему радость, потому что он представляет собой орудие разделения, и все его иерархии неизбежно основываются на грубом господстве, какой бы характер оно ни носило – религиозный, моральный, политический, экономический или эмоциональный, поскольку в силу самого своего строения Разум не способен охватить всю полноту человеческих истин. И даже когда он оказывается способным сделать это, он не может воплотить это в жизнь. Если бы в конечном счете коллективная эволюция действительно не могла бы предложить нам ничего лучшего, чем приятную смесь человеческого и социального "величия", – какой-то винегрет из Св.Винцента де Поля {{1}} и Ганди – с легкой приправой из марксизма-ленинизма и оплачиваемых отпусков, то такой конец представляется, не правда ли, еще более бесцветным, ничтожным и пошлым, чем все эти миллионы "золотых птиц" или струнные квартеты, т.е. все наивысшее, что было создано в ходе индивидуальной ментальной эволюции. Если бы многие тысячелетия страданий и борьбы завершались бы таким вот маскарадом на земле, то по сравнению с ним Пралайя или любое другое космическое разрушение, которые пророчили древние традиции, было бы, наверное, не таким уж плохим концом.

Если наши ментальные способности оказываются недостаточными даже в высшей точке своего развития, то наши витальные и физические способности – тем более. Вряд ли Дух, проявляя себя в супраментальном сознании, удовлетворится телом, подчиненным физическим законам разложения и тяготения, вряд ли он примет в качестве единственных средств выражения наш ментальный язык, перо, резец, или кисть с их крайне ограниченными возможностями, т.е. Материя должна будет измениться – именно это подразумевается под словом "Трансформация". И прежде всего – наша собственная материя, тело: В духовной традиции тело считалось препятствием, не способным к одухотворению или переделке, тяжелым бременем, удерживающим душу в земной природе и мешающим ее восхождению или к духовному завершению в Высшем, или к растворению ее индивидуального существования в Высшем. Но если эта концепция роли тела в нашей судьбе является вполне приемлемой для садханы {дисциплины}, которая рассматривает землю лишь как поле невежества, а земную жизнь – как подготовку к спасительному уходу... то она недостаточна для садханы, которая понимает божественную жизнь на земле и освобождение самой земной природы как часть тотальной цели воплощения духа здесь. Если нашей целью является полная трансформация существа, то необходимой частью этого должна быть трансформация тела; иначе божественная жизнь на земле во всей своей полноте не возможна [4].

Основной чертой супраментализованной Материи Шри Ауробиндо считает восприимчивость: она станет способной отвечать сознательной воле и изменяться в соответствии с ее велениями, как глина меняет свою форму под пальцами горшечника. Освобождая скрытую духовную силу, которую она содержит в себе, и становясь открыто сознательной, Материя сможет отвечать соответствующим вибрациям супраментального сознания точно так же, как мы отвечаем на вибрацию гнева гневом или на вибрацию любви – теплотой в нашем сердце. Сознательная податливость, пластичность станет существенным атрибутом супраментализованной Материи. Все остальные качества проистекают из этого основного свойства: бессмертие (или, по крайней мере, способность видоизменять свою форму или даже полностью менять ее), легкость, красота, озаренность. Таковы будут естественные атрибуты супраментальной Материи. Тело может стать открытым сосудом высшей красоты и блаженства, разливая красоту духовного света, который будет истекать, излучаться из него подобно тому, как лампа отражает и рассеивает лучи содержащегося в ней пламени, имея в самом себе красоту духа, радость прозревшего разума, радость жизни и духовное счастье, радость Материи, обращенной в духовное сознание и трепещущей в непрерывном экстазе [5]. Уже в Ведах говорилось об этом: "И тогда человеческое в тебе претворится божьим делом и станет подобным небесам света, основанным в тебе" (Риг Веда V.66.2).

До свершения этих захватывающих и вполне зримых изменений, которые, вероятно, будут иметь место в конце процесса, Шри Ауробиндо предсказывает существенные изменения в нашей физиологии. Мы вернемся к этому вопросу, когда будем обсуждать практическую работу по трансформации. А сейчас лишь отметим некоторые функциональные изменения, которые Шри Ауробиндо наблюдал в своем теле: Должны настать изменения в оперативных процессах самих материальных органов и, очень может быть, в самом их строении и в их назначении; им уже не будет позволено всевластно накладывать свои ограничения на новую физическую жизнь.... Мозг становится каналом сообщения мыслеобразов и батареей их воздействия на тело и на внешний мир, где они осуществляются прямо и сразу, передаваясь без использования физических средств от ума к уму, воздействуя также прямо на мысли, действия и жизни других или даже на материальные объекты. Равным образом сердце становится прямым каналом сообщения и средой для взаимного обмена ощущениями и эмоциями, извергнутыми во внешний мир силами психического центра. Сердце может отвечать прямо сердцу, жизненная сила приходит на помощь жизням других и отвечает их зову, несмотря на незнакомство и расстояния, многие существа без всякого внешнего сообщения трепещут от {принятых} посланий и встречаются в тайном свете единого божественного центра. Воля может контролировать органы, которые имеют отношение к пищеварению, автоматически гарантируя здоровье, уничтожая жадность и желание, вводя в действие более тонкие процессы или извлекая силу и вещество {substance} из универсальной жизненной силы так, что тело может в течение длительного времени поддерживать свою силу и вещество, не теряя и не расходуя их, не требуя, таким образом, поддержки материальной пищи и продолжая тем не менее напряженную деятельность без усталости или перерыва для сна или отдыха. ...Вероятно, на вершине эволюции жизни можно вновь открыть или вновь установить феномен, который мы находим у ее основания – способность извлекать из всего окружающего средства поддержки и самовосстановления [6]. За пределами Разума совершенный человек сознательно открывает то, что уже представляет собой Материя несознательно – Энергию и Покой, – потому что в действительности Материя – это не что иное, как сон Духа.

На следующей стадии трансформации Шри Ауробиндо предвидит замещение работы наших органов динамическим функционированием наших центров сознания – чакр. В этом заключается настоящий переход от животного-человека, зачатого низшей эволюцией, к человеческому человеку новой эволюции. Этот переход – одна из задач, которые взяли на себя Шри Ауробиндо и Мать. Уже на самых ранних стадиях йоги мы обнаружили, что все виды нашей деятельности, от высочайших и до самых материальных, вызываются и приводятся в движение потоком сознания-силы, который устремляется на тот или иной уровень, в тот или иной центр, неся в себе вибрации, соответствующие роду деятельности. Всякий раз, когда мы пытались сфокусировать этот поток и использовать его, мы убеждались, что он содержит необыкновенную энергию, ограниченную лишь нашими неразвитыми способностями. Поэтому нет ничего удивительного в том, что наши органы, которые представляют собой физическое выражение, материальную концентрацию этого потока, который стоит за их существованием, могут быть в процессе эволюции заменены непосредственным действием центров сознания, которые будут просто излучать свои энергии по всему телу – точно так же, как сегодня сердце обеспечивает циркуляцию крови по всему телу и как нервы пронизывают все тело. Вот как однажды говорила Мать о теле будущего детям Ашрама: Трансформация означает то, что вся эта чисто физическая организация будет заменена точками концентрации силы, каждая из которых будет обладать своим особым типом вибрации; на смену органам придут центры сознательной энергии, активизируемые сознательной волей. Не будет ни желудка, ни сердца, ни кровообращения, ни легких; все это исчезнет, а на смену им придет игра вибраций, отражающая то, что собою символически представляют эти органы. Ибо органы – это только материальные символы центров энергии; не они являются существенной реальностью: они просто дают ей форму или материальную основу в определенных данных условиях. Трансформированное тело, таким образом, будет действовать с помощью своих подлинных центров энергии, а не их символических представителей (как прежде), которые развились в животном теле. Поэтому для начала вы должны знать, что представляет ваше сердце с точки зрения космической энергии, что представляют ваше кровообращение, мозг и легкие с точки зрения космической энергии, затем вы должны научиться собирать первоначальные вибрации, символическим выражением которых эти органы являются, и постепенно концентрировать все эти энергии в своем теле и превращать каждый орган в центр сознательной энергии, который заменит символическое функционирование подлинным. Например, за символическим движением легких находится подлинное движение, которое дает свойство легкости, и вы выходите из-под влияния закона гравитации. {{2}} И так с каждым органом. За каждым символическим движением присутствует движение подлинное. Это не значит, что уже не будет никаких отличительных, распознавательных форм, но форма будет создаваться скорее качествами, чем твердыми частичками. Это будет так сказать "практическая" или прагматическая форма: податливая, мобильная и произвольно легкая в отличие от жесткости нынешней грубой материальной формы... И Материя станет божественным выражением; супраментальная Воля сможет перевести свою внутреннюю жизнь во всем ее объеме посредством соответствующих изменений в свою собственную субстанцию; это похоже на то, как сегодня меняется наше лицо (впрочем, так незначительно и непластично) в зависимости от наших эмоций: тело будет создано из концентрированной энергии, повинующейся воле. Вместо того чтобы быть, по сильному выражению Эпиктета, "жалкой душонкой, поддерживающей труп", мы станем живой душой в живом теле.

Супраментальное сознание должно будет изменить не только тело и разум, но и само существо {substance} жизни. Если и можно каким-то единым символом представить нашу ментальную цивилизацию, то этот символ, несомненно, – искусственность. Ничто не происходит естественно, мы одурачили сами себя, оказавшись в прочной паутине: все эти самолеты, телефоны, телевизоры и тьма орудий и устройств – это лишь костыли, которые маскируют наше бессилие, более того, в небрежении к собственным естественным способностям мы дошли до того, что из поколения в поколение они продолжают вырождаться – и все из-за лени или невежества. Мы забыли простую, но основательную истину, что все наши фантастические изобретения – это лишь материальные проекции сил, которые существуют внутри нас, и если бы их там не было, то и изобретать было бы не из чего. Мы – это тот чародей, что отрицает чудеса (thaumaturge sceptic of miracles) [7], как говорит Шри Ауробиндо. Предоставив машинам видеть за нас, слышать за нас и передвигаться за нас, мы сразу же чувствуем себя беспомощными, если их нет под рукой. Наша человеческая цивилизация, созданная для жизни в счастье и радости, полностью порабощена процессом добывания: ведь примерно две трети жизни мы проводим в погоне и охоте за средствами и источниками наслаждений да оставшуюся треть спим – вот и все. Что является здесь абсурдным, – говорит Мать, – так это все искусственные приспособления, которыми мы должны пользоваться. Любой дурак обладает большей властью при условии, что у него есть средства приобретения необходимых приспособлений. Но в истинном мире, мире супраментальном, чем более вы сознательны и чем в большей гармонии с истиной вещей находитесь, тем большую власть над веществом {substance} будет иметь ваша воля; вещество подчиняется воле. Власть там – это подлинная власть. Если вы хотите иметь одежду, то вы должны обладать силой, чтобы создать ее, настоящей силой. Если у вас этой силы нет, что ж, придется вам ходить голым! Никакие уловки, ухищрения не помогут там возместить недостаток силы. Но здесь, даже в одном случае из миллиона, власть не является выражением чего-то истинного. Все это невероятно глупо. Эта супраментальная "власть" – совсем не какая-то там сверхмагия, это в высшей степени точный процесс, такой же точный, как химический эксперимент. Только вместо того, чтобы иметь дело с внешними объектами, супраментальное существо, видя истинную вибрацию в самом сердце любого объекта, может воздействовать на нее и сочетать ее с другими вибрациями, чтобы достичь необходимого результата подобно тому, как художник мешает цвета, когда пишет картину, или поэт сочетает звуки, создавая поэму. Такое существо поистине – поэт, потому что оно создает то, чему оно дает имя; подлинным именем вещи является вибрация, ее создающая, и дать вещи имя означает обладать силой вызывать или разрушать ее.

Спонтанность и естественность супраментальной жизни – ведь в конечном счете естественна одна лишь Истина – проявится также в супраментальном искусстве, которое станет непосредственным и точным представлением свойственной нам духовной тональности. В таком искусстве обман невозможен, потому что только наш внутренний свет будет в состоянии касаться того же света, заключенного в Материи, играть с ним и создавать из него соответствующие образы. Если наша вибрация сера, то и наше творение будет серым, и все, чего мы касаемся, будет серым. Наше физическое, внешнее окружение будет точным отображением нашего внутреннего окружения; мы сможем проявить лишь то, чем мы являемся. И сама жизнь станет произведением искусства, различные сферы нашей внешней деятельности будут ярким, меняющимся действом, отражающим наши внутренние состояния. Подобным же образом слово станет воистину живым словом, наполняемым только одной-единственной силой – внутренней духовной силой, это будет живая мантра, видимый язык, подобный игре эмоций на человеческом лице. Это же будет и крахом всех обманов, подделок – политических, религиозных, литературных, художественных или эмоциональных. Однажды, когда один скептически настроенный ученик заметил, что Суперразум – это нереальное измышление прежде всего потому, что его никогда не видели или не сделали раньше, Шри Ауробиндо ответил со своим обычным юмором: Какой блестящий аргумент! Раз это не было сделано, то это и не может быть сделано! В таком случае вся история Земли должна была остановиться задолго до появления протоплазмы. Когда она была массой газов, жизни еще не было, ergo {следовательно}, ее и быть не могло – когда же была только жизнь, разум еще не появился, значит, разум и не мог появиться. Так как есть разум, но нет ничего за его пределами, потому что ни в ком еще не проявился Суперразум, то Суперразум никогда не будет реальностью. Собханаллах! Слава, слава, слава человеческому разуму! К счастью, Божественное или космический Дух, или Природа, или что бы там ни было ни в грош не ставит человеческий разум. Оно или Он, или Она делает то, что Оно или Он, или Она должно делать, независимо от того, может или не может это быть сделано [8]. Уже тысячи лет назад говорили риши о жалкой участи скептиков: "В этих нет ни Удивления, ни Мощи" (Риг Веда VII.61.5).




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.