Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Общественные отношения



Поскольку в мире осмысленных человеческих действий может быть порядок (§§ 11.2; 11.3), то этот порядок должен быть экстериоризован, внешне выражен. Этим внешним выражением порядка человеческого мира выступает общество.

Парадокс существования общества заключается в том, что все знают о нем, о его существовании, но никто никогда его не видел. Общество есть, но его «есть» отличается от «есть» природной вещи или вещи идеальной (например, «есть» числа, материальной точки и т.п.), от существования самого человека или его деяния. На вещь, идею, человека, действие как эмпирически конкретное можно указать, их можно предъявить. Общество же нельзя предъявить, хотя оно является в самых разнообразных видах. Оно может предстать в виде начальствующего лица, оно может явить себя в виде какого-нибудь важного или очень важного учреждения. Оно может явить себя даже в виде любой предмета из окружения человека. Стол, стул, часы, компьютер – все это общественные, а не природные явления. Но если это социальные явления, то как общество, социальное (социальное – от лат. societas, сообщество, соучастие, союз, связь) в них себя являет.

Если разобрать по частям каждую из названных вещей, то ни грана социального там не обнаружится, а оно в них находится. Общество в этих и подобных предметах обнаруживается тогда, когда эти предметы берутся в горизонте их порождения[64], производства, появления и их использования, в связке, когда кто-то порождает какой-то объект, а кто-то использует его. Социальное (общественное) и есть эта связка, это отношение между людьми по поводу производства и использования объектов:

S1 ® O ® S2 ( 1 )

Такая форма представляет любое общественное отношение, не говоря ни о каком конкретном отношении. Это есть форма общественного отношения как такового, универсальное условие (среда, поле, горизонт), благодаря которому нечто может стать общественным явлением, фактом общего существования. Быть в обществе, быть общественным – значит занять место в структуре подобного отношения (1). Не какой-то материал, не какое-то содержание по своей природе бытийствует как общество, а всякий материал, всякое содержание становится общественным, если оно оформляется представленной структурой. Конкретный индивид тогда становится общественным индивидом, когда он занимает место в этой структуре, т.е. выступает либо как субъект (S1), нечто продуцирующий (вещь, слово, поступок и т.п.), либо как субъект (S2), использующий (потребляющий, испытывающий) то, что продуцировал S1, либо как субъект, который совершает одновременно то и другое действие (произнося слова, он одновременно производит речь и использует знание языка и т.п.). Вещь становится общественной вещью, если она занимает место (О), сохраняет следы действия S1 и передает их к S2. Места в структуре отношения (1) могут заполняться различным материалом – индивидами, группами людей, учреждениями, объединениями, которые могут соседствовать во времени и пространстве или быть разделенными, но всегда социальное существует там, где есть единство акта производства (акта, результатом которого является какое-то изменение материальной среды) и акта использования произведенного изменения. Это единство актов производства и использования и есть общественное отношение.

Взаимодействие производства и потребления (использования) порождает не только связь, идущую от производства к потреблению, но и обратную связь от потребления к производству. Это связь стимулирования, побуждения, полагания цели:

Ц

å ã

S1 ® O ® S2 ( 2 )

Тогда в структуре общественного отношения появляется различие двух типов связей: связи посредством материального образования (О) и связи посредством идеального образования (Ц). В первом случае отношение строится через умение оперировать с материальными образованиями. Отношение, опосредованное вещами, складывается не зависимо от того, осознают индивиды свою связь или нет. Во втором случае отношение строится благодаря пониманию идеи (цели, проекта, установки и т.п.) и пониманию того, что за ней стоит другой индивид, нуждающийся в признании своего существования. По своей сути структура (2) представляет функциональное строение любого общественного взаимодействия, так как в каждом из них участвуют индивиды в функции S1 или S2 , всегда в нем наличествуют материальные образования, опосредующие связи индивидов (звучащая речь, вещи, движения тела и т.п.), и всегда входят в общественное взаимодействие различные идеи. Структура (2) показывает, как эти элементы связаны в общественном отношении.

Таким образом, общество – это не сами индивиды, не сами действия людей, а взаимосвязь индивидов, отношения между людьми, опосредованные вещными образованиями, т.е. общество есть форма связи людей и вещей, форма, обеспечивающая их совместное бытие, со- бытие, со- общение. Повторим, не какая-то материя сама по себе социальна (например, человек), а форма связи, которая устанавливает со- общение, обобществление, представляет бытие общественного.

Эта форма есть действительность общества, а любой материал (человек или его действия) только возможность общества. Так можно увидеть онтологию общества, если воспользоваться пониманием формы и материи, которое предложил Аристотель[65]. Тогда общественная форма приобретает статус самостоятельного существования вне материала, вне человека и его деятельности. Общество в этом случае предстает как система данных (установленных) отношений, а индивиды только реализуют их. Таким обществом (сообществом) выступает всякая формализованная организация – школа, вуз, учреждение и т.п. или традиционное общество, возводящее свои основания к богам. Люди уходят и приходят, а общество остается.

Другой подход к онтологии общества открывает представление о форме, которое развивает трансцендентальная философия Канта[66]. Здесь форма понимается как возможность всеобщности, которая дается материалу реального опыта трансцендентальным сознанием. Применительно к общественному отношению как форме социальности это означает, что общество как всеобщность (общительность, общность) возможно, если существуют такие априорные формы, которые синтезируют из реальных действий индивида общество как действительность. По Канту, такой априорной формой, порождающей общественную жизнь, выступает категорический императив, требующий действовать так, чтобы правило этого действия могло быть принято всеми. То есть поступающий индивид заранее, априори принимает существование других индивидов, содержательный характер связи с которыми он устанавливает по форме морального закона. К таким априорным формам, порождающим реальные общественные связи относятся «фоновые ожидания» обыденного (повседневного) сознания, о которых говорит феноменологическая социология[67]. В случае априорности общественные отношения становятся не данными, а заданными, а само общество оказывается результатом конструирования действующими индивидами. Кто же носитель априорных форм общественности? Таким носителем выступает повседневность, или сохраняющее себя status quo, в человеке – это чувство тождества и чувство настоящего. Именно такая душевная способность человека – чувствовать настоящее как содержательную длительность – может считаться трансцендентальной способностью утверждения status quo.

Еще одна возможная онтология общественного отношения выстраивается, если на него посмотреть сквозь призму понятия превращенной формы[68]. Это понятие возникает в марксистской философии, развивающей гегелевское понимание формы, в котором форма предстает как оформленное содержание, как процесс перехода содержания в форму, как «отвердевшее» содержание. В этом случае общественное отношение теряет свою онтологическую первичность по отношению к действиям индивидов, становясь, с одной стороны, производной от них, а с другой – производя их. Оно оказывается формой объективации действий индивидов. В структуре (1) это выражается в том, что отношение включает в себя две функциональных связки, которые представляют действия производства и использования: S1 ® O и O ® S2 . Как объективация действий индивидов общественное отношение закрепляет эту свою специфику (быть объективацией действий) в порождении особых предметностей, которые воплощают, представляют, несут в себе это отношение. Отношение просто не может существовать, не объективируя себя в предметах, его представляющих. В простейшем случае это есть объектная часть (О) общественного отношения, в которой представлены как действия субъекта производящего, так и действия субъекта потребляющего (1). В объекте, вокруг которого развертываются действия, овеществлены общественные отношения, представлено общественное. Так, если перед нами гусиное перо как орудие письма, то выстраивается свой ряд общественных связей, в котором пишущие, читающие и обслуживающие их люди составляют определенное сообщество, а если этим орудием выступает компьютер – тогда предстает другое сообщество пишущих, читающих и обслуживающих их действия людей. Гусиное перо или компьютер могут рассматриваться как превращенные формы существования сообщества пишущих и читающих, а через них и всего общества в целом. Так для археолога любой предмет прошлого становится не просто предметом какого-то конкретного действия, но формой предъявления определенной общественности, окном в это общество. Значимость, смысл, воплощенный в предмете, являются результатом свертывания в нем общественных отношений, поэтому смысл и осмысленное действие и составляют отличительную особенность мира человека (§ 6). Способность предметов через свои чувственно-телесные свойства, измененные человеком ради достижения своих целей, представлять отношения между людьми, делает их общественными предметами и онтической (см. § 10.1) основой общественных отношений. Благодаря этим же предметам идеи (цели в структуре 2) получают свою опору в реальности и могут закреплять общественные отношения в памяти сообщества, в его культуре.

Общественное отношение немыслимо без различения сущего и бытия. Оно никогда не дано как непосредственно наличное, а требует своего открытия, представления. Поэтому в его структуру (2) с необходимостью входят как связи, опосредованные вещами, так и связи, опосредованные пониманием. Без последних общественное отношение невозможно, хотя не понимание его конституирует. Общее бытие людей, сообщество, это не их пространственная совместность, хотя пространство для этого необходимо, это не их временное совпадение, хотя со-врéменность для этого также нужна, общее существование, единение людей в общество есть участие их в разнообразных отношениях. Среди этих отношений есть отношения «близкодействующие», в которых участники знают друг друга – семейные, приятельские, любовные отношения, и отношения «дальнодействующие», в которых участники могут не знать друг друга – экономические, политические, национальные и т.п. отношения.

§ 20.

Модели общества

Ансамбль сетей взаимодействия, посредством которых индивиды вступают между собою в контакты, общаются, представляет их общественную среду обитания. Упорядоченность этого ансамбля придает организованность общественной жизни, порождает общество как систему отношений. Как организована эта система? Представление об ее организованности зависит от того, какая деятельность, а, следовательно, какого рода отношения кладутся в основание системы общественных отношений. В истории развития социальной мысли можно выделить несколько основных моделей общества как системы отношений в зависимости от того, чтó считается основанием объединения людей.

1. Античная философия (§ 4.1) представляет общество как государственное объединение людей, в основании которого лежит закон, направленный на утверждение общего блага людей. Единение, торжество общего требует регулирующего (управленческого) действия, сами люди не способны на достижение согласия. Поэтому, несмотря на то, что именно в античном мире зародилась демократия, такие великие мыслители как Сократ, Платон, Аристотель, рассматривая формы общественного устройства, считали, что не демократия, а власть знающей смысл справедливости элиты способна установить благоприятное для всех общественное устройство. Отношения надзора, регулирования, управления организуют целостность общественной системы.

2. Для различных модификаций теории общественного договора (§ 4.2.1) общество возникает благодаря согласию людей, выявлению их общих интересов, а потому именно отношения общения (§ 22) становятся базисными для всей системы отношений. Понятие «гражданское общество», которое появляется в традиции теории общественного договора, ориентировано на такое рассмотрение общественной жизни, в которой самостоятельные индивиды объединяются «узами взаимной нужды» (Гегель) для укрепления взаимовыгодного порядка. Интересы, сплачивающие индивидов в общество, представляют себя в праве, в законе, который закрепляется и реализуется государством. Теперь государство вырастает из гражданского общества, хотя последнее окончательно формируется и укрепляется только благодаря государству. Так возникает идея системной связи различных отношений в обществе.

3. В рамках позитивистской традиции, в которой формируется социология (§ 4.2.3), окончательно закрепляется идея системной организации общества. Общество рассматривается как суперорганизм, как самостоятельная сила, возникающая вследствие взаимодействия индивидов и различных поколений. Сущностью общественного организма является консенсус всех его элементов между собой, их взаимное влияние друг на друга и их зависимость друг от друга. Идея согласия различных элементов общества формируется, по Конту, духовной деятельностью – религией, метафизикой или наукой, которые указывают на цель и смысл этого согласия. Согласно Г. Спенсеру, одному из самых ярких представителей позитивизма в социологии, консенсус достигается благодаря приспособлению каждого элемента социальной системы к требованиям среды (и природной, и общественной) и закреплению достигнутого приспособления благодаря оперативной и производительной деятельности в установлениях регулятивной, или управляющей деятельности.

Наиболее развитую модель общества в рамках данной традиции разрабатывает Э. Дюркгейм, подлинный прародитель социологии. Социологизм, как обозначают принципы социологии французского ученого, предполагает, что общество представляет собой реальность особого рода, которая автономна по отношению к индивидам и обладает принудительной силой по отношению к ним. Общество доминирует над индивидами, оно создает их, оно организует социальную солидарность индивидов. Общество и есть солидарность. Основание солидарности может быть различным, в зависимости от этого формируются разные типы общества. Дюркгейм выделяет два основных типа общественной системы. В архаических обществах социальная солидарность основана на растворении индивидуального сознания в «коллективном сознании», на правилах, которые предполагают репрессивные санкции, на господстве религиозности. Это тип «механической солидарности», который может удерживать в сообществе относительно малый объем населения. Для развитых обществ характерна «органическая солидарность», которая основана на разделении труда и которая предполагает более сильные социальные связи, способные объединять относительно большой объем населения. Выделение разделения труда в качестве основания социальной солидарности было поиском реального, а не идеального начала общественности.

Заслугой позитивистского рассмотрения целостности общества стало введение идеи эволюции общественной системы, анализ исторических типов общества.

4. Эта идея получила свое наиболее полное развитие в теории общественно-экономических формаций К. Маркса, которая разрабатывается им на основе материалистического понимания истории (§ 4.2.3). Историческим зародышем общества, согласно Марксу, выступает деятельность производства жизненных средств, необходимых для поддержания существования человека. Точнее даже не просто сама деятельность, дающая средства к существованию, а деятельность производства орудий производства, которая создает предмет, вокруг которого завязываются отношения, не имеющие аналогов в природе. Сохранение орудий, совершенствование их как производительных сил общества становится основанием развития производства жизненных средств, с одной стороны, а с другой, основанием становления общественного многообразия. В ходе производства складываются особые общественные отношения – производственные отношения, которые характеризуют социальные позиции индивидов в производстве и определяют их экономические интересы. Производственные отношения, по Марксу, являются отношениями объективными, которые складываются независимо от воли и желания людей, а наоборот их социальную волю и желания детерминируют. Система производственных отношений, среди которых доминантными выступают отношения собственности, составляют экономическую структуру общества, или экономический базис. На основе данного экономического базиса формируются общественные классы, отношения между которыми определяет социальную структуру общества, а последняя вместе с экономической структурой формирует политико-правовую надстройку общества. Вся эта система экономических, классовых и политических отношений является системой исторически однородной, между всеми ее элементами существует консенсус, согласование, и она придает универсальную форму всей жизнедеятельности общества. Эта форма организации жизнедеятельности человека и общества, основанная на приоритете экономических отношений, на историческом типе общественного производства, и является общественно-экономической формацией. Экономическая форма организации общества есть определенная целостность общества, существующая и развивающаяся как самостоятельный общественный организм. Развитие этого организма Маркс рассматривал как естественно-исторический процесс, где различные типы организации производства и его производных, или типы общественно-экономических формаций, составляют этапы этого процесса. Общественная теория К. Маркса оказала огромное влияние на развитие всей последующей социальной мысли как на сторонников, так и на противников концепции общественно-экономических формаций.

5. Своеобразная модель социального целого разрабатывается в традиции русской религиозной философии, наиболее ярко представленная С.Л. Франком. Здесь общество рассматривается как подлинная целостная реальность, а не производное от объединения отдельных индивидов. Эта подлинная целостность есть соборность, внутренняя духовная связь, вне которой немыслимо вообще никакое общение между людьми. Соборность выражает органическое неразрывное единство «я» и «ты», которое вырастает из исходного единства «мы». «Мы» – это первичная категория личного человеческого бытия, которая и делает его бытием социальным. Соборное единство образует жизненное содержание самой личности, оно составляет духовное питание личности, ее внутреннее достояние. Природа соборности наиболее полно выражается в любви, так как предмет любви, будучи вне нас, вместе с тем является нашим достоянием. Через соборность открывается сверхвременное единство прошлого, настоящего и будущего, единство всех поколений.

Соборное единение людей составляет внутренний слой общественной жизни, ее сущность, оно не может быть кем-то организовано, так как соборность органична человеку, выражает его слитность с бытием и открывается ему изнутри, интуитивно. Внешний слой общественной жизни составляет взаимодействие отдельных людей, групп, организаций. Оно может достигаться, с одной стороны, в форме свободного и случайного столкновения индивидуальных воль, которые могут приходить к взаимному согласованию в форме «договора» и обмена действиями или услугами, а с другой стороны, в форме умышленного объединения людей, через организацию коллективного единства. Во втором случае возникают явления власти и права, государство, семья, любой союз. Внешняя общественность составляет механическую сторону общества, в котором отдельные части общества в их отношении друг к другу и в их отношении к целому ограничивают и стесняют друг друга. Но этот внешний, механический слой общественной жизни невозможен без живого внутреннего, органического единства общества, без соборности. Поэтому все механическое, извне налаженное и объединенное в человеческом обществе есть лишь внешнее выражение внутреннего единства и оформленности общества. Для русской религиозной философии основанием соборности как внутреннего единства целостности общества является реальность Бога, как она дана человеку в первичном мистическом опыте, или реальность Добра, Красоты и Истины, с которыми человек соприкасается изнутри и которая властвует над его душой и внутренней жизнью.

6. Принципиально иной подход к пониманию общего (общественного) начала в деятельности индивидов и групп, а вместе с тем и иной подход к пониманию социального организма разрабатывается в концепции общества как культурно-исторического типа. Наиболее полно данное понимание социального целого представлено идеями Н.Я Данилевского, О. Шпенглера, А. Тойнби. Хотя между данными концепциями существует терминологическое расхождение, все они видят в системе ценностей, в духовной деятельности, которая эти ценности продуцирует и утверждает основание общественного единения людей. Эти духовные начала жизнедеятельности людей определяют образ жизни людей, их отношения, типы общественных и политических институтов, характер и способ организации экономической деятельности, науку, искусство и т.д. Шпенглер называет этот тип организации жизнедеятельности людей культурой, душа, или основная идея которой одухотворяет действия людей во всех сферах. Общество живет до тех пор, пока у души культуры есть способность воодушевлять людей на творчество, на разнообразие, хотя все феномены культуры генетически подобны. Они произведения одной культуры, они одинаково одухотворены. Когда душа культуры теряет способность к воодушевлению, общественная жизнь стандартизируется, становится предсказуемой, не способной к продуцированию или принятию нового. Такая форма жизни общества, Шпенглер называет ее цивилизацией, ведет к умиранию общественного организма. Данилевский и Тойнби цивилизацией[69] называют как раз то, что Шпенглер считает культурой. Сущностью цивилизации, или культурно-исторического типа организации всех сторон народной деятельности, по Данилевскому, являются четыре вида деятельности – религиозная, культурная, в узком значении этого слова (теоретическая, эстетическая, техническая), политическая и общественно-экономическая. Согласно Тойнби, цивилизация как особый исторический организм определяется системой культурных ценностей, задающих образ жизни и действия человека, а сама культура конституируется типом религии, в которой данное общество осознает предъявляемый ему вызов Бога.

Представление социального организма в виде культурно-цивилизационного типа выделяет в каждом типе общественной системы особенное, отличающее одну систему исторической действительности от другой и принадлежащее только ей, хотя в то же время этот подход молчаливо признает наличие общей структуры общественной системы. Все они включают в себя некий стандартный набор деятельностей – религию, науку, политику, экономику и т.п. Но этот набор не обосновывается теоретически, а берется из сферы обыденных представлений.

Все рассмотренные здесь модели общества как определенной целостности исходят из представления, что общество есть самостоятельно существующая реальность, в рамках которой действуют индивиды и группы. С философской точки зрения, их объединяет «социологический реализм» (см. § 13), хотя они по-разному представляют само основание этой общественной реальности. Противоположный «социологическому реализму» подход – «социологический номинализм» – не признает существование общества как надындивидуального организма. Для него характерно признание реально существующим только единичного, только индивидуального, т.е. индивидов и их действий. Эту концепцию развивает М. Вебер, который утверждает, что для социологии существуют только действия отдельных личностей, которые она и должна изучать. Эти действия Вебер называет целерациональными, они ориентированы на понятный для участников действия смысл. Социальным действие становится тогда, когда по своему смыслу, ясному для действующего или действующих, оно отнесено к поведению других. Выявление ориентации на другого, по Веберу, позволяет внутри индивидуального начала и из него выйти к общему, к социальному. Но последнее не существует само по себе, а существует лишь в той мере, в какой оно признается отдельными индивидами и ориентирует их реальное поведение. Поэтому такие общности как «государство», «народное хозяйство», «народ» и т.п. для социологии означают только то, что индивиды в своих действиях принимают во внимание эти образования. Это своеобразные «идеальные типы» социального, которые дают возможность индивидам оценивать их действия с точки зрения общего.

В дальнейшем эта точка зрения была развита феноменологической социологией, которая последовательно отстаивает «социологический номинализм». Согласно феноменологической социологии, основателем которой считается А. Шюц, перенесший в социологию идеи феноменологии Э. Гуссерля, несомненной общественной реальностью выступает жизненный мир повседневности, в рамках которой существуют очевидные для индивида представления, которые и определяют поведение и действия человека. Эти очевидности (которые получили также название «фоновые ожидания») и поведение, ими вызванное, и конструируют социальную действительность, а также знание о ней. Поэтому общество есть не что иное, как интуиции (фоновые представления) повседневности, интенции «рутинных» действий человека. Но в этом случае остается за бортом исследования сама проблема появления тех фоновых представлений, которые конструируют те общественные феномены, которые, по обыденным представлениям, и входят в некое общественное целое (государство, религия, семья, культура и т.п.).

Для социологии как конкретной науки о тех общественных отношениях, в которые человек вступает, или о тех общественных представлениях, которые направляют его поведение, веберовская позиция или позиция феноменологическая вполне продуктивна. Но для философии, интерес которой заключается в построении онтологии социального, необходимо прояснение самой возможности общественного бытия.

 

Задание:

Посмотрите:

Франк С.Л. Духовные основы общества. М., 1992;

Московичи С. Машина, творящая богов. М., 1998;

Бергман П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. М., 1995;

Зиммель Г. Как возможно общество? // Зиммель Г. Избранное. Т. 2. Созерцание жизни. М., 1996.

§ 21.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.