Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Какой он видом? - спросил у неё Саул. Она сказала: выходит из земли муж престарелый, одетый в длинную одежду. Тогда узнал Саул, что это Самуил, и пал лицем на землю и поклонился.



И сказал Самуил Саулу: для чего ты тревожишь меня, чтобы я вышел? [2]

 

Евреи- почитатели Яхве оставили нам в Библии историю религии в эволюции, в ходе которой представления о посмертной жизни или ее отсутствии постепенно менялись и вытесняли друг друга. Начиная со второго века до н.э. многие евреи стали понимать душу человека как его подлинное «я», существующее до рождения тела и переживающее его смерть. С этими идеями смешивалось учение о воскрешении, согласно которому физическое тело, или же его достаточно точная копия, будут воссозданы заново, чтобы обеспечить человеку приемлемую жизнь после смерти.

Иисус из Назарета говорил о жизни после смерти так, как этого не делал никто другой до него. Он говорил об этих, столь отдаленных для большинства людей реальностях, с такой определенностью и убедительностью, которыми может обладать лишь человек, сам побывавший там. Он умышленно избегал сколь- нибудь детальных описаний сцен жизни за чертой, «поскольку», как он сказал, «вы не смогли бы вынести это». Очевидно, он чувствовал, что простой и прямолинейный ум его учеников не был готов к восприятию всех сложностей, сопутствующих глубокому пониманию жизни после смерти. Также он ясно дал понять, что не желает, чтобы раздумья и предположения о жизни после смерти помешали той важной работе, которая должна быть сделана в настоящем. В его учении всегда подчеркивается важность текущего момента. Он подразумевал, что жизнь, прожитая в любви, понимании, ежедневной работе над собой, приведет к своему удовлетворительному продолжению в мире ином без чрезмерных размышлений о ней.

Однако, Иисус нередко и приподнимал занавес, давая возможность получить мимолетное впечатление о том, что лежит за ним. «В доме Отца моего обителей много, а если бы это было не так, то я сказал бы вам[3]». Таким образом нам дается понимание существования широкого диапазона бытия и состояний сознания, достижимых в более высоких сферах. Он беспрестанно подчеркивал значение текущей жизни как арены для духовного развития. Так, например, в Евангелии от Луки приводится его притча о нищем Лазаре и богаче. В этой притче описывается их состояние в потустороннем мире вскоре после смерти. Братья богатого человека все еще продолжают жить на Земле, и он знает, что они делают. Ему трудно приспособиться к новым условиям существования: он больше не может получать всего, что ему хочется, и деньги здесь не помогают ему проложить свой путь. Лазарю, однако, земные страдания помогли закалить свой характер и достичь духовной зрелости: он оказывается в «Лоне Авраамовом». Интересно отметить, что Иисус не придавал большого значения представлениям об «аде» как о месте пыток и наказаний за грехи, как это было широко распространено у христианских священнослужителей средних веков и вселяло такой ужас в сердца их прихожан. По всей видимости, у того богача были такие же шансы достичь духовного прогресса, как и у любого другого, как только он освободится он фальшивых представлений о жизни, тянущих его назад. Новый «Гадес» предстает перед нами как промежуточное место отдыха- своего рода контрольно-пропускной пункт, где души останавливаются в своем путешествии, чтобы получить помощь и поддержку в дальнейшем развитии начиная с того уровня, которому они соответствуют сейчас. Сам Иисус, согласно раннему христианскому преданию, известному как «Апостольское кредо», спустился «туда» перед тем, как после своего распятия на кресте явиться людям в своем духовном( часто называемом «астральным») теле.

Ради просвещения тех учеников, которые, как он думал, могли «вынести это», Иисус, один из самых великих медиумов, сделал их участниками сеанса, на котором явились Моисей и Илия. Свидетели- Петр, Яков и Иоанн, находились под длительным впечатлением от увиденного- того светоносного состояния, которого достигли эти духовно продвинутые личности после своей биологической смерти. Опять же, когда Иисуса вместе с двумя разбойниками пригвоздили к крестам, в самом преддверии агонии, он смог с уверенностью сказать одному из них: «Нынче же будешь со мной в раю». «Рай» в том смысле, в котором это слово использовали евреи того времени, не подразумевал близости к Создателю, что часто имеют в виду под «раем» или «небесами». Это было всего лишь одно из наименований «места для отдыха» сразу же после смерти. Хорошо засвидетельствованные слова Иисуса служат еще одним подтверждением что в жизни после смерти- во всех ее фазах- люди живут в полном сознании и могут узнавать друг друга. Апостолу Павлу принадлежат несколько комментариев, относящихся к связи между земной и потусторонней жизнью. «Знаю человека во Христе»- писал апостол Павел, « который лет четырнадцать тому назад… восхищен был до третьего неба[4]». Он знал и другого человека, который «был восхищен в рай и слышал неизречённые слова, которых человеку нельзя пересказать[5]». Очевидно, и сам Павел был не прочь испытать подобные откровения. Он молился об этом, но получил «терний в плоть мою, посланный сатаной, чтобы я не превозносился сверх меры[6]».Поэтому, сказал Павел, он хотел бы прославиться «слабостью своей», чтобы сила духа явила бы свою мощь еще явственней для всех из столь жалкого сосуда. Здесь я вспоминаю тех работников Анонимной Ассоциации Алкоголиков, которые первоначально «прославились» своей слабостью к пагубному пристрастию, но впоследствии так много сделали для больных алкоголизмом нашего времени.

Павел делает и другие ссылки на способности некоторых людей постигать такие измерения

бытия, которые были недоступны для него самого. «В отношении духовной одаренности»-писал он, «имеются различия». Он перечисляет среди этих одаренностей такие, как способность различения духов(медиумизм), мудрость, знание, вера, дар духовного целительства, пророчество, лингвистические способности, совершение чудес. Но(и здесь я вспоминаю предостережение Йогананды) ни один из этих даров сам по себе не говорит о высоком уровне духовного развития; без любви и понимания они, как говорит Павел, лишь «медь бряцающая и кимвал звенящий».

Ранним христианам жизнь после смерти казалось очень близкой и реальной.

«Какая польза человеку», спрашивал Иисус, «если он приобретет весь мир, а душу свою потеряет?». Такой вопрос ставится ребром перед его последователями: не означало ли это, что каждый отдельный индивидуум имеет большую ценность, нежели весь мир?

Это качество ранних христиан быть «не от мира сего» подняло человечество на высший уровень мужества и сострадания как в религиозной, так и в светской истории. Римляне, правители всего известного тогда мира, просто не знали, что с ними делать. Власть римлян держалась на страхе перед смертью. Но вот пришли люди, которые не боялись этой угрозы!

Единственный результат, к которому привели гонения и массовые избиения христиан, было то, что их мужество стало очевидно для всех, и это обратило все остальное население в новую веру!

Когда угроза смертью оказалась бессильной, у римлян не осталось иного выбора, кроме как признать католицизм официальной государственной религией. Как замечают некоторые историки, этот акт настолько изменил природу христианства, что теперь оно стало скорее римским, нежели католическим(«вселенским»). После падения Римской империи эта

изменившаяся религия нашла себе другое призвание. Если раньше этот институт учил религии цивилизованных людей, то теперь его новой ролью стало прививать варварским народам ценности цивилизации. Иногда, в во времена ужасных столетий средневековья , известных как «Темные века», невозможно было с уверенностью ответить на вопрос, сможет церковь облагородить варваров, или же сама деградирует под их натиском.

Для цели настоящего повествования нам нет необходимости глубоко вникать в детали верований кельтских, скандинавских, франкских и германских племен, разрушивших мощь Римской империи и утвердившихся на ее развалинах. Хотя некоторые ученые и считают, что у друидов существовали развитые религиозные представления, большинство этих племен следовало примитивному поклонению силам природы. Как для последователей церкви, так и для варваров, Темные века- это темная история. Редко человеческое поведение опускалось ниже уровня этих ужасных девятисот лет. Но к 1000 г. н. э. большинство жителей Европы было «обращено» в христианство- часто огнем и мечом. Истинность подобного «обращения»

всегда стояла под большим вопросом. Но проходя через все эти превратности судьбы, человек, тем не менее, никогда не оставлял твердой веры в продолжение жизни после смерти в какой-то форме- обычно, среди лесных племен, в счастливых охотничьих угодьях, под покровительством благосклонного бога природы.

В начале XIV века западному миру впервые за более чем тысячу с лишним лет была

дана самая полная, завершенная, красноречивая и вдохновенная идея о цели и устройстве жизни за смертью. Хотя «Божественная комедия» Данте, несомненно, была задумана и как религиозный трактат, и как светско- философская поэма, со дня ее первого выхода в свет она приобрела такое уважение и благоговейное почитание, которые обычно оказываются лишь религиозным откровениям. Данте Алигьери родился в 1625 году во Флоренции в самый разгар кровавой политической борьбы. Оказавшись на стороне проигравших в политической вендетте, он был изгнан из своего родного города, куда ему было запрещено возвращаться под страхом сожжения на костре. Будучи еще молодым человеком, он стал изгнанником, лишенным всякой репутации и средств к существованию. Данте, который иногда упоминал о том, что у него бывают видения и откровения, описывая «состояние души после смерти», многое позаимствовал у Фомы Аквинского, Аристотеля и римско-католической традиции. Данте с юности был наделен как поэтическим , так и визионерским даром. Джованни Боккаччо в написанной им биографии поэта рассказывает о пророческом видении Данте, предшествовавшем ранней смерти его возлюбленной Беатриче Портинари. Это видение пришло к нему вскоре после первой встречи с девушкой.

 

В «Вита Нова»(«Новой жизни») он рассказывает о том, как он получил учтивый поклон от Беатриче Портинари, юной дамы его сердца.

 

«Когда я думал о ней, меня объял сладостный сон, в котором мне явилось чудесное видение. Мне казалось, что в комнате моей я вижу облако цвета огня и в нем различаю обличье некого мужа, устрашающего взоры тех, кто на него смотрит. Но он излучал великую радость, вызывавшую восхищение. Он говорил о многом, но мне понятны были лишь некоторые слова; среди них я разобрал следующие: «Ессe dominus tuus!»(«Я твой повелитель!»). В его объятиях, казалось мне, я видел даму, которая спала нагая, лишь слегка повитая кроваво-красным покрывалом. Взглянув пристально, я в ней узнал госпожу спасительного приветствия, соизволившую приветствовать меня днем. И в одной из рук своих, казалось мне, он держал нечто объятое пламенем, и мне казалось, что он произнес следующие слова: «Vide cor tuum!»(«Вот сердце твое!»). Оставаясь недолго, он, казалось мне, разбудил спящую и прилагал все силы свои, дабы она ела то, что пылало в его руке; и она вкушала боязливо. После этого, пробыв недолго со мной, радость его претворилась в горькие рыдания; рыдая, он заключил в свои объятия госпожу и с нею - чудилось мне - стал возноситься на небо».

В своем повествовании он настолько далеко выходит за пределы оригинальных источников, что его почитатели стали рассматривать «Божественную комедию» как подлинное откровение. В качестве поэтического приема для своего описания жизни после смерти Данте использует образ самого себя, достигшего предела отчаяния, но ради блага своей души получившего возможность пройти через ад, чистилище и в рай- к самому свету Божественного присутствия. Его поэма- это аллегория, где поэт Вергилий олицетворяет разум, возвышенный дух женщины Беатриче- откровение, а святой Бернард- интуицию веры. Дантовский ад(инферно)-место, где каждый грех представляет собой свое собственное наказание. Так, например, гордый аристократ Фарината эоны лет горит в неугасимом пламени своей гордыни. Виновные в прелюбодеянии Паоло и Франческа должны жить, связанные неразделимыми узами их собственной страсти. Прибегавшие к насилию должны столетие за столетием совершать деяния, исполненные необузданной жестокости и зверства, и так далее. Душа поэта, ведомая Вергилием, спускается все ниже и ниже в ад, по мере того как преступления становятся серьезней- лицемерие, обман, воровство, убийство, пока не достигают отвратительного полупогребенного тела сатаны на самом дне пропасти. Перебравшись через тело сатаны, они попадают на другую сторону и начинают восхождение через чистилище, где душа может очиститься от деструктивных привычек, и где может быть обретено новое вдохновение для пути вверх, к раю. Семь кругов чистилища олицетворяют собой семь смертных грехов- гордость, зависть, злоба, лень, алчность, чревоугодие и похоть. Очищенные души выводятся на подобие земного рая на вершине чистилища. Теперь душа достигла уровня земной добродетели, но еще не готова для восхождения в высшие райские пределы.

Путешествие души поэта через рай к небесам символизируется остановками путников на различных небесных телах- своего рода «путевых станциях», где собраны души, пребывающие в радости, но еще не пришедшие к небесному совершенству. Эти места представляют собой главные человеческие добродетели: справедливость, благоразумие, умеренность, стойкость- и теологические добродетели: веру, надежду, милосердие. Наконец, душа в экстазе достигает небес, где больше не существует понятий времени и пространства. Конечно ни один пересказ не может передать богатства мысли, тонкости символизма, глубины прозрения- всего того, что сделало описание Данте жизни после смерти всемирно признанным шедевром.

Следующий систематизированный, вдохновенный и подробный отчет о мире за чертой нашего земного существования принадлежит шведу, жившему в XVIII столетии, великому ученому, философу и провидцу Эммануэлю Сведенборгу. То обстоятельство, что несколько моих близких друзей являются последователями Сведенборга и состоят в церкви, основанной на его учении, делает для меня этот краткий рассказ о нем особенно приятным.

Эммануэль был сыном замечательного человека, епископа и профессора теологии, который имел постоянные трения с религиозными властями, поскольку он настаивал, что прямой религиозный опыт важнее, чем статичная религиозная догма. Эммануэль с самого детства блестяще учился, и снискал мировую репутацию еще будучи молодым человеком. Позднее он писал своему другу, что его занятия естественными науками в течение тридцати пяти лет были лишь подготовкой к постижению тайн жизни за смертью, данной ему Всевышним. Его достижения в науке были феноменальны. Задолго до Лапласа и Канта он предложил небулярную гипотезу происхождения солнечной системы- ее образование из гигантской вихревой газообразной массы, позднее сконденсировавшейся в Солнце и планеты. Он сделал важные открытия, расширившие наши знания о фосфоресценции, магнетизме, атомной теории. Также ему принадлежит первенство в кристаллографии. Как анатом и физиолог он наметил перспективы развития современной науки нейрофизиологии, особенно в области функционирования клеток мозга, коры головного мозга и спинного мозга. Он предвосхитил более поздние исследования в эндокринологии. Сведенборг не ограничивал свой интерес одной лишь областью теоретической науки, но также принимал участие в общественной деятельности как правительственный чиновник и законодатель. Свои научные труды он писал на латыни.

Сведенборг, один из величайших медиумов всех времен, начал испытывать спонтанные психические феномены, когда все еще был погружен в научные исследования.

Будучи в гостях вдали от своего дома, он продемонстрировал один из наиболее ярко зафиксированных примеров своего ясновидения. Однажды в субботу после полудня, находясь в Гетеборге, он «увидел» пожар в Стокгольме, находящемся на расстоянии трехсот миль. Это был великий стокгольмский пожар 1759 года. Своим внутренним зрением он наблюдал, как распространяется пожар, как горит дом его друга, и как огонь угрожает тому дому, где жил он сам. Наконец, в восемь часов вечера пожар был потушен.А через два дня, во вторник утром, новости о пожаре пришли достигли Гетеборга. Они в точности совпадали с тем описанием, которое дал Сведенборг.

Когда Сведенборгу было пятьдесят семь лет, он пережил настолько ошеломляющий духовный опыт, что ему показалось, как будто над ним «разверзлись небеса». Он оставил свои занятия естественными науками, чтобы полностью посветить себя исследованиям этих новых измерений. По его словам, он мог свободно проникать в мир духа, и, обладая полной свободой перемещения, изучать этот мир и беседовать с его обитателями. Хотя Сведенборг никогда не проповедовал и не пытался основать свою религию- Сведнборгианская Церковь была создана его восхищенными последователями- он много писал о своих путешествиях, опубликовав их полное и подробное описание.

Согласно Сведенборгу, потусторонняя жизнь на своем ординарном, начальном уровне, имеет очень большое сходство с нашей земной жизнью. Он обнаружил там естественную местность, населенные центры, в которых живут мужчины и женщины, обладающие всеми знакомыми нам привычками и устремлениями. Каждый занимается определенной работой, нацеленной на достижение общего блага, все учатся и в то же время учат- учатся у душ, достигших более высокой мудрости, учат сбитых с толку и растерявшихся из числа вновь прибывших. Сведенборг считал, что всеобщий человеческий страх перед смертью не имеет под собой ни малейшего основания. Для просвещенных людей вполне возможен спокойный и естественный переход с одного плана бытия на другой. После перехода физическое тело отбрасывается за ненадобностью. Мы легко находим свой путь в мире духа. Таким образом,«Земля и Небеса могут быть единым целым: люди, знающие, что творится на небесах, и ангелы, знающие что происходит на Земле»

Сведенборг смеялся над представлениями, что люди становятся более благородными просто потому, что они перешли в следующую сферу бытия. «Наши кружевные представления об абстрактном благородстве духов»,писал он, «получают здесь хорошую встряску. Души наших отцов ничуть не лучше нас самих, ни в небесном, ни в земном смысле, и их занятия зачастую менее стоящи, чем наши собственные. Многое из того, что они делают, напоминает

полицейскую хронику. Даже ангелы- это просто хорошие люди в благоприятном им окружении. Мы вполне можем не поклоняться им, поскольку они этого не заслуживают.

В лучшем случае они сродни нашим пророкам. Самое главное заключается в том, что смерть не изменяет сути вещей. После нее человек сталкивается с теми же самыми проблемами,

которые ему непременно придется решать. Ничто, кроме правды и добра, не получает здесь процветания. За гробом нет иного отдыха, кроме мира во Господе, который нам был отдыхом и прежде».

Конечно, здесь он говорит о промежуточных уровнях вновь прибывших в эту иную сферу.

Более продвинутые души начинают осознавать излучение, исходящее из Центра, духовный свет, проистекающий от Бога, источника силы, правды, любви и радости.

Перед тем, как достичь этих высших реальностей, душа должна преодолеть балласт негативных эмоций, тянущих ее вниз: ненависть, гордыню, зависимость от своих желаний, привычек и страстей. Значительная часть работы продвинутых душ заключается в помощи в этой борьбе вновь прибывающим.

Француженка Мадам Гийон, мистик XVII столетия, рассказала о форме общения, существующей в потустороннем мире, и это описание весьма хорошо согласуется с тем, что мне известно от моего контролера, Флетчера. Они оба говорят, что прямое мысленное общение друг с другом там вскоре заменяет неуклюжий механизм языка. «Там существует»,

писала мадам Гийон, «иная манера общения, чем привычная нам речь. Тогда я узнала язык, который доселе был мне незнаком. Я постепенно стала замечать, что не могу говорить, когда приходит отец Лакомбе, и в моей душе начинает рождаться такое же молчание, как и по отношению к Богу. Я поняла, что Бог желает показать мне, что люди в этом мире могут познать язык ангелов. Я постепенно привыкла разговаривать с ним только в молчании.

И тогда мы понимали друг друга во Господе, в бессловесном и божественном выражении.

Мы часами пребывали в этой глубокой тишине, все время беседуя, но не произнося ни единого слова».

Сведенборг был последним из великих ученых западной цивилизации, которые обладали незаурядными психическими способностями и успешно демонстрировали их. Многие из выдающихся ученых признавали и признают психические феномены, настаивая на их важности как указывающих на подлинную внутреннюю природу человека. Но никто после Сведенборга одновременно не обладал и такими способностями, и желанием их демонстрировать.(Многие медики нашего времени обладают этими способностями,

но не хотят говорить об этом публично, опасаясь за свою профессиональную репутацию)

Причину этого надо искать в рационалистическом материализме, постепенно набравшим силу и в конечном итоге почти целиком захватившем то, что можно назвать «официальным умом» западного человека. После Сведенборга пришли паровая машина, механическая прялка, ткацкий станок, фабричная система, промышленная революция. Всепожирающая волна рационального материалистического скептицизма обрушилась на нашу цивилизацию, угрожая поглотить каждого, кто стоял у нее на пути. Мы- создания своего времени. Идти по жизни и выглядеть сумасшедшим в глазах большинства своих современников- задача не из легких. Но кто же действительно сумасшедший? Тот, кто не допускает никакой иной реальности, за исключением той, которую можно измерить, взвесить, услышать или понюхать, купить или продать? Или же тот, кто открыв для себя диапазон измерений, не воспринимаемый нашими пятью чувствами, познает новые просторы Мироздания?

На всем протяжении Эпохи Разума- индустриальной революции восемнадцатого века,

колоссальном буме механических изобретений девятнадцатого века, научно- техническом «взрыве» двадцатого столетия, с его автоматизацией и кибернетикой, человек выжал огромные выгоды из земли, полностью посвятив себя лишь манипуляции материалами

и исключив из своей жизни, насколько это возможно, все другие ценности. История западной философии, от Юма к Канту, от Конта к Расселу, является хроникой борьбы западного человека против поднимающегося прилива коммерциализированного материализма. Экономическая основа широко распространенных взглядов очевидна. Правящая элита приобретала деньги, престиж и власть путем рационального манипулирования материалами. Любые принципы, истинные или ложные, стремящиеся обуздать экспансию материализма, должны были быть оболганы или дискредитированы. Те, философы, которые наиболее ревностно отстаивали материалистическую гипотезу, оказались у руля академической административной структуры. От их выводов, если принимать их серьезно, мороз до костей пробирает. Вот несколько характерных высказываний, принадлежащих наиболее видным философам материалистической школы:

«Все существующее должно быть объяснимо в терминах физики, включая и человеческое поведение. С точки зрения науки, в мире не существует ничего, кроме возрастающе сложных систем физических составляющих». Другой философ утверждает: «Отношение между мыслью и мозгом, грубо говоря, того же самого порядка как между желчью и печенью, или мочой и мочевым пузырем». Еще один: «Как объяснить Вселенную?»- это бессодержательный вопрос. Человек не может знать, существует ли Бог. Дискуссия здесь не имеет смысла.»

К счастью, мы не остались без философского противоядия к подобным воззрениям,

несущим столько насилия всему, что прекрасно и чем изобилует жизнь Человека, Природы и Вселенной. Одним из тех, кто представил такое противоядие, был Уильям Джеймс, работы которого мы обсудим более подробно в следующей главе. Другим является целая группа

философских работ такого же или даже более высокого уровня, как и процитированные выше, которая ясно их опровергает. Третье- это теория эволюции сознания, полностью объясняющая, как явления, непонятные на одном уровне человеческого сознания, становятся ясными, очевидными и воспринимаемыми на более высоких уровнях.

Последнее направление мысли заняло видное место в философии двадцатого столетия, и поддерживалось такими выдающимися мыслителями как Анри Бергсон, К.Г.Юнг,

Джулиан Хаксли, Р.Б.Медавар, Т.А. Годж, Терьяр де Шарден и Эрих Калер. Изложение этой философии, данное канадским психиатром Р.М.Баке, является моим любимым.

«Диапазон обычного сознания», говорит он, « намного уже диапазона самосознания, а диапазон космического сознания намного превосходит и тот и другой. Человек, хоть однажды на несколько мгновений переживший чувство единения с Космосом, вероятно, никогда больше не вернется к духовному уровню обычного сознательного человека, но всегда будет ощущать внутри себя очищающее, укрепляющее и возвышающее чувство того божественного озарения, и многие из окружающих смогут распознать в нем духовный статус, превосходящий статус среднего человека».

Люди с более низким уровнем сознания, не способные постичь измерения, ясно различаемые на более высоких уровнях, естественно должны оспаривать существование таких измерений. Есть история об одном бульдозеристе, столкнувшемся с группой защитников окружающей среды, протестующих против разрушения красивого уголка природы. Бульдозерист встал перед ними руки в боки, сплюнул на землю и спросил:«Какая красота? Я не вижу тут никакой красоты». На чье мнение здесь стоит полагаться: механика, который не смог увидеть красоты, или защитников природы, которые ее видели?

Думая об этом стародавнем противоречии, я нахожу утешение в том лукавом добром юморе,

с которым подошел к нему С.Д.Броуд, профессор философии из Кембриджского университета, причисляемый в учебниках к наиболее выдающимся мыслителям нашего времени. Его высказывание было адресовано Бертрану Расселу, Зигмунду Фрейду и другим ученым, утверждавшим, что все религиозные переживания имеют природу «иллюзий» и «галлюцинаций».(«С научной точки зрения»,сказал Рассел, «мы не можем провести отличия между человеком, который мало ест и видит небеса и тем, кто много пьет и видит змей»).

Профессор Броуд с добродушным юмором рассматривает возможность того, что люди, способные видеть другие пространственные измерения, действительно могут казаться нам несколько странными:

 

«Ради нашей дискуссии давайте предположим, что в мире существует такой аспект бытия, который лежит за пределами постижения обычных людей в их повседневной жизни.

В таком случае кажется вполне вероятным, что для обретения достаточной свободы от обычного чувственного восприятия и вхождения в познавательный контакт с этим аспектом бытия требуется некоторая степень умственной и физической анормальности. Поэтому у людей, утверждающих, что они имеют такого рода познавательные способности(конечно, при условии, что их утверждения правдивы), действительно можно предвидеть некоторые ментальные или физические отклонения. Надо быть и вправду слегка «не в своем уме»,чтобы иметь возможность заглядывать в сверхчувственный мир».

Но профессор Броуд не полагает, что сторонники Фрейда или Рассела действительно правы.

«Их теории», пишет он, «выглядят слишком едкими и тенденциозными, чтобы внушать полное доверие. Я бы не спешил принимать теорию о природе музыки и ее значении в человеческой жизни, если она создана лишенным музыкального слуха психологом, чья жена недавно сбежала от него с музыкантом».

 

 

Глава 4. Проникновения в тайну выживания:




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.