Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

STANNUM METALLICUM (stann.)



Слово, характеризующее Stannum, — ИСТОЩЕНИЕ. Всякий раз когда главной жалобой пациента является физическая сла­бость на любом уровне, один из главных препаратов, которые следует помнить, — это Stannum. Имеется глубокая и хроничес­кая общая и физическая слабость, которая окрашивает все ас­пекты случая.

Внешность Stannum весьма характерна. Это старые тубер­кулёзные больные — люди, болевшие туберкулёзом 20 лет назад, а теперь жалующиеся на простуды, грипп и множество бронхиаль­ных проблем. На протяжении всей своей жизни они постепенно слабеют, пока каждая простуда не начинает вызывать большое ис­тощение и бронхиальные проблемы с обильной сладкой слизью. Бронхи являются у Stannum очевидным местом локализации. Кожа этих людей имеет желтовато-медный цвет. Она толстая, как кожа животных. Люди типа Stannum тощие, истощённые и блед­ные. Вы никогда не увидите пациента типа Stannum с розовым цве­том кожи, как у Pulsatilla, Ferrum или Calc. carb.

Истощение Stannum почти не имеет параллелей. Слабость на­столько велика, что они испытывают ощущение жара под кожей. Они даже говорят, что их глаза "горят от слабости". Ещё одно их собственное описание — им кажется, что можно почувство­вать, как слабость течёт по венам. У больных пациентов, конечно, весьма часто встречается усталость, но у Stannum она так пора­зительна, что для описания своих чувств пациенты пользуются такими яркими образами.

Истощение Stannum так велико, что малейшее напряжение становится большим источником ухудшения. Они истощаются даже от попытки говорить; всякий раз когда пациент говорит вам, что у него перехватывает дыхание после разговора по теле­фону в течение нескольких минут, не забудьте подумать о Stan­num. Наблюдая такого пациента, спокойно сидящего в кресле, вы никогда не сможете представить тяжесть его состояния. Од­нако если попросить пациента подойти к столу для осмотра, у него сразу начинает прерываться дыхание с такой силой, что вы пугаетесь. Даже акт похода к умывальнику для того, чтобы умыть лицо утром, требует большого усилия. По моему опыту, есть ещё только один препарат, который испытывает такое сильное исто­щение, — Helonias; у Helonias сам акт подъёма со стула вызывает сильный прилив крови и истощение.

Некоторые пациенты типа Stannum, возможно, ещё не до­стигли такой крайней степени истощения, но в любом случае ведущими симптомами каждого больного типа Stannum будут ус­талость и слабость. Даже если он может продолжать работать, он истощён относительно своего обычного состояния, и исполь­зует каждую возможность, чтобы лечь.

Такое крайнее ухудшение от напряжения, естественно, застав­ляет подумать о Bryonia, но у Bryonia гораздо больше оживлённости, чем у Stannum. Даже у находящегося на грани комы пациента типа Bryonia ещё остаётся много раздражитель­ности. Он может еле держаться на ногах, но если вы пройдёте мимо него, он среагирует. Stannum истощён гораздо больше. Он чувствует себя таким слабым, что уверен, что в течение несколь­ких лет умрёт.

Пациенты типа Stannum на самом деле не боятся смерти. Они чувствуют себя такими слабыми, что умом понимают близость смерти. Они, естественно, испытывают уныние и падают духом. Сначала у них возникает тревога о будущем. Они спрашивают себя: "Как я буду жить? Что я буду делать?" — Это, конечно, пра­вильная тревога, хотя она может быть несколько преувеличенной.

Наконец, кажется, что они сдались в борьбе с болезнью. У них нет энергии делать что-либо, только отчаяние. Это не тре­вожное отчаяние, как у Calc. carb. или Arsenicum, а настоящее. Из-за огромного истощения пациенты типа Stannum не хотят видеть людей. Не то чтобы они не любили людей; конечно, люди типа Stannum — очень приятные, нетребовательные личности, которые хорошо ладят с людьми, чем несколько напоминают Sil­ica. Просто они слишком истощены, чтобы справиться с напря­жением, требующимся, чтобы кого-нибудь приветствовать. В кни­гах этот симптом описывается как "ужас" перед людьми, но он далеко не так силён или страшен, как состояние ужаса. Это про­сто огромное истощение, которое делает разговор невозможным.

Иногда пациенты типа Stannum переходят в истерическое со­стояние, в котором легко отвлекаются и неэффективны. Они бе­рутся за одну задачу, затем бросают её и переходят к другой, затем к третьей, ничего не доводя до конца. Женщина начинает какой-нибудь расчёт, затем внезапно вспоминает, что должна пригото­вить чай своему мужу, затем надо вынести мусор и т.д. Кажется, что слабость ума становится такой большой, что пациент не может сосредоточиться. Вмешиваются другие мысли, и пациент не может отставить их в сторону или правильно организовать.

Эти истощённые туберкулёзные пациенты страдают неврал­гиями, которые постепенно нарастают, а затем постепенно убыва­ют. Как правило, симптомы Stannum усиливаются и ослабевают днём, следуя за солнцем, как сказано в книгах. На самом деле это не ухудшение от пребывания на солнце, а постепенное крещендо, которое начинается примерно в середине утра, достигает пика около 2 часов дня, а затем идёт на убыль к концу дня. Например, головные боли Stannum обычно усиливаются с 10 часов утра до 4 часов дня. Это приблизительно соответствует ухудшению с 10 часов утра до 3 часов дня у Natrum mur., но длится дольше и про­цесс имеет типичную кривую интенсивности с подъёмом и спадом.

Кроме того, жалобы Stannum — невралгия, головная боль, ка­шель и люмбаго — имеют характерное ухудшение в 5 часов утра.

Пациенты типа Stannum часто описывают характерную сла­бость в грудной клетке, даже если не страдают обычным тубер­кулёзом, одышкой или бронхиальной астмой. По-видимому, это какое-то ощущение пустоты, но пациенты используют обычно термин "слабость". Она возникает когда пациент разговаривает. Я наблюдал это у Stannum много раз.

У Stannum имеется характерный симптом: тревога перед мен­струациями, проходящая с их началом. Это сильная характерис­тика. Такой симптом указывал бы на Lachesis, но не забывайте Stannum, особенно если пациент жалуется на усталость, крайнее ухудшение от малейшего напряжения и дневное ухудшение.

В связи с истощёнными пациентами часто думают, конечно, об Acidum phosphoricum, но у неё это в значительно большей степени эмоциональная слабость. Главная характеристика Acidum phosphoricum — апатия. Пациент типа Acidum phosphoricum может смотреть, как горит его дом, и его это совсем не тронет. У пациентов же типа Stannum чувства есть, несмотря на их истощение. Молодая девушка типа Stannum с туберкулёзом может влюбиться в мужчину; у неё есть чувства. Мужчина типа Stannum может наслаждаться своей новой машиной, в то время как пациент типа Acidum phosphoricum будет совершенно без­различен к таким вещам.

Ещё один препарат с огромной физической слабостью — Acidum muriaticum, но он её не осознаёт. Как у Opium, у пациента типа Acidum muriaticum имеется ложное ощущение, что всё в по­рядке. Обычно слабость Acidum muriaticum больше проявляется в острых ситуациях — при лихорадке и сепсисе, которые вызывают полное истощение, особенно на физическом уровне. Это, однако, совершенно другая ситуация, и её трудно перепутать с Stannum.

STAPHYSAGRIA (staph.)

Главная идея, характеризующая Staphysagria, — ПОДАВЛЕ­НИЕ ЭМОЦИЙ, особенно эмоций, сосредоточенных вокруг ро­мантических отношений. Пациенты типа Staphysagria очень легко возбуждаются. Когда они не дают своему возбуждению естест­венного выхода, их проблемы часто осложняются. Это может про­являться двумя основными способами, характерными, для жен­щин и мужчин. У женщин эмоциональное подавление вызывает состояние доброй пассивности и смирения, — разновидность за­стенчивости. У мужчин эта чувствительность бывает не так оче­видна; внешнему миру они кажутся мужественными, даже жёстки­ми, но внутри испытывают ту же деликатную чувствительность и романтическую уязвимость.

Женщина типа Staphysagria довольно деликатна и очень взвин­чена. Она — добрый человек, очень внимательный к другим. Это человек, который считает, что её проблемы — это её проблемы. Они никогда не станет бременем для других. В начале гомеопати­ческого опроса пациентка типа Staphysagria даст очень мало ин­формации. Она стремится говорить только о конкретных пробле­мах. Это не потому, что она действительно замкнутый человек, а просто потому, что она не хочет обременять врача. Женщина типа Staphysagria не общительна и не властна. Она сдержанна, но добра. Если врач выкажет искренний интерес и симпатию, то па­циентка быстро раскроется. Это явный контраст по сравнению с Ignatia, которая по-настоящему сдержанна: пациентка типа Ignatia отчуждена и насторожена, её трудно заставить открыться.

Пациент типа Staphysagria никогда не бывает эгоистичным, грубым или гордым. Даже мужчина типа Staphysagria, который может казаться сильным и мужественным внешне, очень чувстви­телен и застенчив внутри. В нём есть настоящая покорность, выте­кающая из внутреннего предположения о бессилии. Пациентка типа Staphysagria чувствует себя не способной бороться даже за свои собственные права. В первые годы у неё бывает несколько стычек, и сколь бы мелкими они ни были, она быстро учится под­чиняться в любой ссоре или когда ей навязывают что-либо.

Даже когда она права, и кто-нибудь обращается с ней не­справедливо, она не даст сдачи. Она проглотит своё негодование, но ключевым отличием Staphysagria является то, что нет никакой горечи. Пассивное подавление эмоций является тогда спусковым крючком для патологической картины Staphysagria. Хотя она остаётся в своём чувстве бессилия доброй, внутри происходит глубокое ослабление процесса излечения. На ментальном уровне развивается некое отвердение, или УПЛОТНЕНИЕ. Эмоциональ­ное никогда не вылечивается до конца, и врождённая чувстви­тельность пациентки даже возрастает. Она чувствует себя ещё уязвимее, менее настойчива, и поэтому подавляет свои эмоции ещё больше, чем раньше.

Процесс уплотнения в результате подавления можно частично наблюдать на физическом уровне. Раны заживают с трудом. Если продолжить аналогию с эмоциональным планом, то это значит, что они становятся твёрже или "горче". Вместо этого повреждённые ткани затвердевают и уплотняются. Появляются твёрдые мёртвые опухоли или хронические уплотнения разных видов. Это особенно верно в отношении половых органов (яичников, матки, яичек), как и можно было ожидать с учётом романтического или сексуального возбуждения и чувствительности пациента типа Staphysagria. Хо­роший пример этого процесса - эволюция ячменей. У Staphysagria ячмени не просто появляются и исчезают, как у других людей; после них остаются маленькие затвердевшие пятна уплотнений, которые не проходят со временем.

Staphysagria — один из нескольких препаратов, характеризу­ющихся недомоганиями от горя. И здесь у Staphysagria наблю­дается некоторая "доброта" перед лицом горя. В противополож­ность ей, пациенты типа Ignatia и Natrum mur, пережившие много горя, ожесточаются; как будто внутри вырос шип, и до них ста­новится трудно добраться. Если изучить таких пациентов глубже, вы увидите ожесточённость, грубость, которая колется, как шип. У Staphysagria, напротив, ваши попытки встречают некое доброе смирение.

Ключевой аспект недомоганий Staphysagria от горя — то, что они всегда связаны с романтическими отношениями. Продолжи­тельное страдание, которое они испытывают, редко возникает из таких огорчений, как профессиональные неудачи, резкие финан­совые изменения или даже смерть в семье. Они приятные люди сами и хорошо ладят с другими; если происходит полное изме­нение ситуации в деле, которым они занимаются, они легко вос­станавливаются и двигаются дальше. В противоположность им, пациенты типа Aurum после деловой неудачи впадают в полный коллапс: потерпев убыток, они стреляются или прыгают с высо­кого здания. У Ignatia или Natrum mur. тщательное изучение анам­неза покажет, что проблемы появились после смерти родствен­ников или любимых людей. У Staphysagria страдание возникает чаще в связи с романтическими разочарованиями.

Доброе смирение пациента типа Staphysagria — это разно­видность застенчивости, хотя Кент не включил Staphysagria в рубрику "Застенчивость", причина этого в том, что такие паци­енты могут не выглядеть застенчивыми на публике — на работе, на вечеринках и т.д. Они — приятные люди и могут быть вполне дружелюбными. Их застенчивость проявляется, когда они встре­чают человека, который привлекает их романтически. Тогда они начинают активную жизнь в фантазии, но слишком боятся бли­зости; в этом причина и условия их застенчивости.

Как я уже сказал, пациент типа Staphysagria очень возбудим. Он легко возбуждается в романтических отношениях. Психиче­ская сфера фантазий и романтических образов сильно стимули­руется. Женщина думает о своём любовнике целыми днями. Прежде чем заснуть ночью, она прокручивает в своём сознании встречи со своим любовником и воображает будущие возмож­ности. Её проблема возникает, однако, когда эти отношения реализуются. Ей комфортнее на расстоянии. Её может легко и пол­ностью удовлетворить чисто платоническая связь. Такой пациент может получать большое удовольствие от такой ментальной связи в течение многих лет.

В связи с сильной возбудимостью и тем фактом, что её чувст­вам нет никакого естественного выхода, пациентка типа Staphysagria придаёт слишком большое значение пустякам. Мел­кие поступки вроде того, приветствовал ли её любовник с ожида­емым энтузиазмом, преувеличиваются несоразмерно реальности. Она легко удовлетворяется пустяками, но может и сильно мучить­ся от них. По этой причине, а также из-за её боязни выйти за рамки ментализированного романтизма, многие её связи продолжаются недолго. Она испытывает разочарования, и её уязвимость растёт.

Таким образом, у пациентов типа Staphysagria наблюдается много романтических огорчений. Они легко возбуждаются, фанта­зируют, а затем разочаровываются. После того как такие эпизоды повторяются несколько раз, у них начинает развиваться патология на физическом уровне. После разочарования или конфронтации они страдают поносом, частым мочеиспусканием, появляются затвердевшие опухоли, увеличивается предстательная железа и т.д. Они могут страдать головными болями и испытывают характерное деревянное ощущение во фронтальной или затылочной области. Это ощущение дерева весьма характерно и соответствует процессу уплотнения, наблюдаемому и на других уровнях.

Важно подчеркнуть, что пациенты типа Staphysagria очень легко возбуждаются. Все пять чувств могут возбудиться до уровня лихо­радки. В сочетании с их страхом интимности это естественным об­разом обусловливает сильную тенденцию к мастурбации, которой известна Staphysagria. Фантазия пациента типа Staphysagria дости­гает такой большой интенсивности, что требует выхода, и пациент удовлетворяет эту потребность путём мастурбации.

Из-за своей большой чувствительности пациенты типа Staphysagria часто обнаруживают артистические склонности. Од­нако эта склонность обычно связана с артистической работой в одиночестве, т.е. искусством, музыкой, поэзией. Было бы очень необычно обнаружить, что Staphysagria показана экстравертированному сценическому актёру или певцу. Можно, например, встретить морского капитана, нуждающегося в Staphysagria. Вашим первым впечатлением будет никогда не предлагать

Staphysagria человеку, занимающему должность, требующую такой настойчивости и жёсткости. Однако затем вы обнаружи­ваете, что внутри он обладает весьма тонким эстетическим чув­ством и на досуге пишет романтические стихи. Такой образ может навести на мысль о Staphysagria.

Я помню мужчину 35 лет, который очень хорошо соответст­вовал Staphysagria. Это был приятный человек, который легко заводил друзей, но хронически не решался на настоящую любов­ную связь. Он не был гомосексуален, а просто боялся интимных отношений. Он признался мне, что его главная проблема - мас­турбация. Он чувствовал себя вынужденным мастурбировать еже­дневно с возраста 7 лет до 35. На некотором уровне он почув­ствовал, что это слишком много, и постоянно решал себя сдер­живать, но на следующий день его воля ослабевала, и он про­должал привычное занятие. Это стало для него огромной про­блемой. Я считаю, что если бы он не получил Staphysagria, то постепенно дошёл бы до ужасного состояния.

Когда такие чувствительные люди испытывают горе или прямую конфронтацию, их нервная система подвергается сильному воздей­ствию. Они сразу начинают страдать от внутренней дрожи, и посте­пенно она может перейти в настоящую хорею. Может быть также поражена система кровообращения — может повыситься кровяное давление или произойти неравномерное распределение крови в теле. Лицо может быть красным или белым, а лица синюшными.

На основании описанного до сих пор образа читатель может легко предсказать действие Staphysagria на сексуальную сферу. Сначала происходит возбуждение, особенно когда любовника нет рядом с пациентом. Это возбуждение снимается мастурбацией. Однако всякий раз, сталкиваясь с настоящей сексуальной ситуа­цией, пациент становится импотентным или фригидным.

У детей мы, конечно, не наблюдаем того же образа, что у взрос­лых. Тем не менее, подавление всё равно является важной темой. Вы можете увидеть замедление умственного развития, вызванное осуществлённым родителями или учителями подавлением естест­венных наклонностей. Я помню ребёнка 11 лет, который был умён, дружелюбен и общителен, пока в возрасте 6 лет не пошёл в школу. Ко второму году в школе он уже отставал в учёбе. Ко вре­мени, когда он пришёл ко мне, он казался всем умственно отста­лым. Он полностью пропустил 3 года школы. Его поведение создавало много проблем. Он привык так часто бить свою мать, что сна­чала я назначил Stramonium, но безрезультатно. Наконец, я осоз­нал, что поворотной точкой в этом случае был момент, когда он пошёл в школу, и я стал настойчиво расспрашивать об обстоятель­ствах того времени. Оказалось, что мать и отец много дрались, что, несомненно, повлияло на ребёнка, но это продолжалось много лет. Наконец, я обнаружил, что он был левшой от природы, пока учи­тель не заставил его писать правой рукой, "как все остальные дети". Из прошлого опыта я знал, что такое подавление может ока­зать мощное влияние. На этой основе я дал Staphysagria, и этот ребёнок сейчас не только может справляться со своими школьны­ми заданиями, но и быстро навёрстывает 3 потерянных года.

На позднейших стадиях патологии Staphysagria сверхчувстви­тельность может проявляться как чрезмерная раздражительность. Staphysagria может стать деструктивной и буйной — не в такой степени, как Stramonium, но всё же большой. На этой стадии можно легко перепутать Staphysagria с Coffea. Оба очень возбу­димы. Их чувства, особенно слух, могут стать очень чувствитель­ными, хотя не сравнимы со Stramonium.

Стадии на ментальном уровне вполне предсказуемы исходя из основного образа Staphysagria. Сначала, после сильного горя или конфронтации, возникает внутренняя дрожь. Затем она может перейти в хорею; я наблюдал несколько больных хореей, излеченных с помощью Staphysagria. Затем может наблюдаться потеря памяти. Пациент умственно устаёт и становится забывчи­вым. Он может прочитать что-нибудь и не вспомнить только что прочитанное. Уплотнение, которое так заметно на физическом уровне, постепенно достигает и ментального. Интеллект стано­вится "уплотнённым", негибким. Возникает некая разновидность слабоумия. Пациент не может правильно воспринимать новые идеи или внешние впечатления, и просто сидит и смотрит перед собой. Снова, вместе со многими другими препаратами, Staphysagria может быть показан в старости, когда в анамнезе имеется процесс хронического подавления и уплотнения.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.