Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Суть и виды государства 11 страница



Единственное спасение – в срочной и кардинальной смене ситуации. При этом надо понимать, что, если даже мы прямо сейчас приступим к решительным действиям, за все содеянное придется рассчитываться. Каждый день, проведенный в режиме «пир во время чумы», потребует нескольких дней труда и лишений. Чем сильнее пьянка, тем сильнее похмелье. Сегодня мы похожи на запойного пьяницу. У нас два пути – или остановиться и пережить страшное похмелье, или умереть.

Как ни крути, а железного занавеса, в смысле продуманной экономической политики, нам не избежать. Только в одном случае железный занавес будет образным выражением экономической безопасности России, в другом случае реальный железный занавес. Его построят нам наши соседи, чтобы защититься от голодной России. Думаем, ни у кого нет иллюзий, что есть на свете страна, которая будет кормить сто миллионов голодных граждан России. Другими словами, перспектива такова: или мы защищаемся от Запада и живем, или они истощают нас, потом отгораживаются от нас, и мы умираем. Кажется, выбор очевиден.

* * *

Если в ближайшее время не предпринять действий, соответствующих ситуации, самые мрачные прогнозы померкнут перед действительностью. На горизонте призрак блокадного Ленинграда размером во всю Россию. Сельского хозяйства нет, промышленности нет, науки нет, образования нет. Есть только продажа ресурсов, кучка присосавшихся к этой кормушке паразитов и сопутствующая деятельность коммерсантов. Ужас не только в том, что никто не понимает конечного результата своей деятельности. Ужас современности – в отсутствии масштабных людей, способных предпринять соответствующие действия. Создается впечатление, что те, от кого зависит наше спасение, не понимают серьезности положения. Иначе как объяснить, что они «осваивают» бюджет, выделенный на решение проблем, точно так же, как некогда осваивали различные транши? Проще говоря, разворовывают? «Неужели не вразумятся все делающие беззаконие, съедающие народ мой, как едят хлеб…» (Пс. 13, 4).

Конечно, можно сказать, что нам не привыкать восстанавливать разоренную страну. Много раз восстанавливали, восстановим и теперь. Да, но для этого надо, во-первых, прекратить процесс разрушения. Во-вторых, создать костяк из честных людей, не просто понимающих ситуацию, но обладающих масштабным мышлением и организаторскими талантами: воин, ученый и организатор в одном лице. Пока же есть только команда поднаторевших в казнокрадстве чиновников и коммерсантов. Они не управляют ситуацией хотя бы потому, что не понимают её в целом. Единицы, демонстрирующие хоть какое-то понимание, одновременно демонстрируют полнейшую импотенцию. Ходить в такой ситуации с плакатами вокруг Думы и требовать социальных льгот есть верх глупости и непонимания.

Лекция 18 Экономическая зарисовка

Из всего сказанного следует, что экономику России необходимо защитить от мировой цивилизации. Оптимальная модель – изоляционизм. Её прекрасно описывает М. Юрьев, автор нашумевшей статьи «Крепость Россия». «Изоляционизм есть такой уклад существования нации и созданного ею государства, при котором контакты с внешним миром относительно невелики и взаимодействие с ним во всех сферах общественной жизни – экономике, политике, культуре, идеологии, религии – малосущественно и несравнимо по значимости с внутренними влияниями».

Обратите внимание, ничего не сказано об административных запретах. Защищающими факторами является язык, религия, обычаи, культура, уровень развития и т. д. Чем эти факторы сильнее, тем меньше нужды в каких-либо запретах. Здесь прямая связь экономики с идеологией. Если система правильно встроена в реальные условия, административные запреты не нужны. США, на которые ориентируются наши демократы, до начала ХХ века имели изоляционистскую экономику. Внешняя торговля Америки составляла менее 5 % ВВП. Для сравнения, в современной России она составляет до 50 %. Изоляционистские США в конце девятнадцатого века вышли на первое место в мире по ВВП.

Малочисленность контактов с внешним миром не означает их отсутствия. Она означает, что ввозить будем только то, что сами произвести не можем. Например, кофе. Но если кто-то научится выращивать кофе в России, ему не придется конкурировать с импортом. Даже если русский кофе обойдется потребителю дороже, импорт незамедлительно будет закрыт.

Первой реакцией на изоляционизм – ассоциации с очередями за колбасой, как в СССР. Эта порождение логической ошибки. Экономика СССР была закрытой, но это не главное ее отличие от нынешней российской экономики. Главное в том, что она была не рыночной. Мы всегда забываем, что кроме рыночно открытых, с одной стороны, и государственно закрытых, с другой, бывают другие экономики. Например, нерыночные, но открытые (экономики почти всех нефтяных стран Ближнего Востока). Или рыночные, но закрытые. Последние являются мечтой изоляциониста. В период раннего капитализма к ним относились практически все страны (кроме торговых республик типа Голландии).

В начале ХХ века к восьми самым развитым промышленным державам мира относились Североамериканские Соединенные Штаты, Германская Империя, Соединенное Королевство Англии и Шотландии, Французская Республика, Российская Империя, Япония, Австро-Венгерская Империя и Итальянское Королевство. Прошло сто лет. По вполне уважительной причине из списка исчезла Австро-Венгрия. По столь же уважительной причине (соседство с США) появилась весьма сомнительная Канада. Больше ничего не изменилось. G8 не изменилась. Пролетел бешеный ХХ век со всеми его потрясениями, экономическая мода менялась от социализма до монетаризма, но «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. (Екл.1,9) Никакого экономического чуда, ни немецкого, ни японского не было. Экономические лидеры как были, так и остались. Просто некоторые из них восстановили расстроенные войной финансы. Вот и все чудо. Спрашивается, кого же открытость вывела в лидеры, если все и до открытия своих экономик были лидерами? Может, Китай, имеющий четвертую в мире экономику по абсолютному размеру ВВП? Нет, потому что открытость его экономики весьма условна и не главный фактор роста.

Открытость никого не привела в лидеры, но зато вывела из лидеров Россию.

Уровень жизни людей определяет удельный ВВП (доля ресурсов на одного жителя). Мощь государства определяет доля общего ВВП в распоряжении власти. Жители Швейцарии очень хорошо живут, потому что на каждого жителя приходится хорошая доля ВВП. Но сама Швейцария не представляет никакой силы, потому что правительство не имеет доли ВВП. И наоборот, жители СССР жили хуже швейцарцев, но СССР был мировой державой. Многие скажут, не надо нам мощной державы. Мы жить хорошо хотим. Разделяем, но к России это неприменимо. Слишком лакомый она кусок, особенно в свете грядущего потепления. Россия может существовать или в роли мировой державы, или в роли мировой колонии. Издержки есть в обеих вариантах, и у нас нет варианта. Колония намного хуже империи.

Возвращаясь к теме, скажем, что удельный ВВП Китая не приблизится к Америке и за сто лет. Но общий ВВП Китая достиг трети американского. Учитывая, что правительство Китая имеет долю ВВП, превышающую американскую, у США есть повод для беспокойства.

Удельный ВВП России меньше американского в десять-двенадцать раз. Общий ВВП меньше в двадцать – двадцать пять (формально в 30). Соверши мы невозможное и догони США по ВВП на душу населения, наш общий ВВП все равно будет в пять (!) раз меньше западного. Для этого надо не удвоить ВВП, как приказывает президент, а «упятнадцатерить». Мало того, что это само по себе фантастично, но в условиях открытой экономики это просто нереально.

Власть может забрать весь ВВП, как это делал СССР, и иметь ресурс для противостояния США. Но это породит казусы с колбасой и прогнозируемое недовольство населения. В итоге идеальная почва для раскрашивания России в оранжевый цвет. Это гораздо хуже красного цвета.

Что происходит со страной, обладающей мировыми запасами, но не обладающей военно-политической мощью? Её встраивают в сообщающиеся сосуды, но не на равных, а на правах донора. Ядерное оружие, если смотреть в перспективу, нас не защитит. Высокоэффективная противоракетная оборона обнуляет атомную дубину. Это означает, у всех как бы нет ядерного оружия. У США классическая военно-политическая мощь и недостаток в ресурсах. У СССР отсутствие мощи и мировые ресурсы. Далее следует шах и мат.

Открытость и рыночность суть разные вещи. Они не связаны с наличием или отсутствием очереди за колбасой. Не открытость экономики определяет наличие колбасы, а рыночность. Прилавки заполняет мотивированность собственника, конкуренция и естественный отбор рынка. Никто не жаловался на очереди за колбасой в изоляционистских США ХIХ века. Если мы повернем к изоляционизму, сохранив рыночный принцип, колбасы у нас прибавится. И не только колбасы. Третий рейх, провозгласивший приоритет пушек над маслом, производил революционные для своего времени и доступные для народа «фольксвагены». При нынешнем развитии технологий и ресурсном богатстве России мы покажет ещё более впечатляющие результаты. Россия в прямом смысле будет землей обетованной. Изменив государственную систему, мы изменив в лучшую сторону не только духовную, но и материальную сторону нашего народа и нашей империи.

Несколько отвлекаясь от темы, заметим, что сегодня демократические СМИ врут так же, как в свое время врали Советы. Коммунисты демонстрировали превосходство СССР над царской Россией, сравнивая показатели 1913 года с показателями 1970 года. Сегодня врут, сравнивая наше время с советской эпохой. Создается впечатление, что сейчас мы живем лучше. И на самом деле лучше. Но если взять сегодняшний уровень технологий, и перенести на советскую систему, мы жили бы ещё лучше. Советская система плюс современные технологии по всем показателям дадут большую эффективность, чем сейчас. Наша система даст эффективность ещё большую, чем советская и рыночная система вместе взятые. Она устраняет идеологические дефекты конструкции, создавая гармоничную империю.

Теперь ответим на вопрос, какие темпы экономического роста необходимы России, чтобы за тридцать лет догнать США по ВВП на душу населения? Тридцать лет, стандартный срок стратегического планирования. Столько времени заняло послевоенное экономическое чудо в Германии и Японии. Современный Китай тоже наметил себе выход на лидирующие экономические позиции в мире к 2010-2011 году (те же тридцать лет с начала реформ).

Сейчас удельный ВВП России ниже американского в десять – двенадцать раз (это с учетом недооцененности рубля, а формально в 16). Чтобы догнать США, годовой рост нашей экономики должен превосходить американскую примерно на 9 % в течении тридцати лет. Реален ли рост в 11 % в год на протяжении тридцати лет? Мы считаем, это сложно, но при мобилизации нации возможно. Экономическое чудо, это прежде всего мобилизация. Но иметь рост в 11 %, будучи интегрированными в систему, имеющую 2 % рост, это нереально. Мировой рынок – это система сообщающихся сосудов. Ни один её участник не может сильно выделяться. Перетоки капитала, ресурсов, валютного курса и. т. д. всех выравнивают.

Возникает иллюзия, что если бедную страну встроить в мировую экономику, уровень нового «сосуда» сравняется с общим в системе. Но здесь как в известном анекдоте «съесть то он съест, но кто же ему даст». Полноценно встроиться в систему сообщающихся сосудов может только партнер, равный в экономическом, политическом и военном отношении. Все входящие и выходящие потоки нового партнера по мощности должны быть равны потокам лидеров. Если потоки меньше, система сообщающихся сосудов просто высасывает «партнера». Из нового «партнера» выходит широкий поток, а входит узенький. Если случается кризис, «партнер» становится бампером, смягчающим удар. Индия, входившая в английскую империю, потому не могла выровняться с Англией, что была открыта для экономики Англии. Призыв к России вступить в ВТО, это приглашение стать колонией. Стать примерно тем же, чем Индия была для Английской империи.

Закрытая экономика, в отличие от открытой, есть сосуд изолированный. Возможность в изолированном сосуде накачать уровень воды выше, чем в других сосудах, зависит только от усилий качающего. Это трудно, но разве вся наша история не свидетельствует о способности к сверхусилиям? Но вот стоит нам открыть краник, соединяющий нас с другими сосудами, и мы можем качать хоть со скоростью звука, все будет уходить в другие сосуды. Это происходит с нашей экономикой последние пятнадцать лет.

Сверхусилий не надо пугаться. Они означают не жертвы, а избавление от вредных стереотипов. Изоляция экономики означает реализацию евангельского принципа «отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22,21). Четкое разделение сферы власти и капитала значит, что в сфере экономики можно допустить невиданный либерализм. Русский капитализм будет самым эффективным в мире. Мы не только догоним, но и перегоним Запад. К тому же для закрытой экономики существуют рецепты форсированного роста, например эмиссионные, которые к экономике открытой в принципе неприменимы.

Однажды на Западе наступит экономический кризис. Когда, это вопрос времени. Нужно быть готовыми к этому. Оптимальна защита, закрытая экономика. Она нечувствительна к любым внешним кризисам. Ряд наших публицистов и общественных деятелей, таких как Михаил Леонтьев, уверяют, что кризис уже наступил. Сегодня мы наблюдаем его переход в катастрофическую фазу. В любом случае если мы не будем терять время и не дадим увлечь себя Западу, Россия только выиграет от чужих проблем.

Независимость нации и государства превыше всего. Ключевая задача России, наряду с идеологией, - строительство автаркии. Любое взаимодействие с окружающим миром есть попадание в зависимость. В том числе и экспорт. Кто много экспортирует, тот так же попадает в зависимость, как и тот, кто много импортирует. Ахиллесова пята китайской экономики, отказ покупать у нее товары. Поэтому, чем сильнее взаимодействие, тем сильнее зависимость. Ещё немного, и Россия окажется необратимо зависимой, но не как Китай, а наоборот, от импорта. Предотвратить зависимость можно, уйдя от открытой экономики и ВТО.

Это означает дестимулирование экспорта и импорта с одной стороны, и вывоза и ввоза капитала с другой стороны. Лучший инструмент реализации поставленных планов, это отмена конвертируемости рубля и ужесточение валютного регулирования в целом. Упор на администрирование движения денег, а не товаров.

Для выхода из кризиса мы предлагаем меры покруче СССР. Примерно как в послевоенной Японии, но не такие жестокие. Например, валюта в Японии не продавалась импортерам даже на ввоз антибиотиков в разгар эпидемии стрептококковой ангины (в стране эта вакцина не производились). Валюта шла только на сырье и оборудование для производства.

Дестимулировать экспорт легко через перевод его с валюты на рубли плюс экспортные пошлины. Если конечной целью по импорту является полное его искоренение, то экспорт нужно просто дестимулировать. Могут спросить, а чем экспорт мешает? Особенно если глубоко переработанная продукция идет в страны, не являющиеся нашими противниками? Экономически ничем не мешает. Но если смотреть на Россию как на целое, а не только на её экономическую часть, необходимо привить народу мысль, что обогащение и разорение, возвышение и падение, счастье и несчастье находится между западной и восточной границами России. И нигде больше. Если вдруг в наших границах нам станет тесно, надо не пересекать границы, а расширять свою Родину. Тогда и только тогда Россия будет державой, а не территорией. Население будет народом, а не электоратом и не массой.

Отдельно хотим сказать о иностранных инвестициях. Сказать, что это безусловный вред. Мы долгое время считали их благом, но пора освобождаться от иллюзий. Иностранцы вкладывают деньги в создание чисто сборочных, смесевых или упаковочных филиалов. По сути, это просто импорт. Заработанные деньги они стараются вывезти из России. Аргумент про создаваемые рабочие места рассчитан на дилетантов. Потребление товара в рыночной экономике определяется спросом, а не предложением. Если на данный товар есть спрос, не построй иностранцы фабрику по выпуску востребованного товара, ее построил бы русский инвестор. Рабочих мест на ней будет ровно столько, сколько и у иностранца. (учитывая некоторые наши особенности, мест будет даже больше). Образно говоря, сколько построено заводов по выпуску Кока-колы – столько недопостроено заводов по выпуску Байкала.

Об иностранных инвестициях, в отличие от внешней торговли, надо забыть вообще как о понятии. Кстати, именно как понятие они возникли на Западе 200-300 лет назад вовсе не как инвестиция англичанина во Францию – такое не практиковалось – а как инвестиция англичанина в английские же колонии. Это отражено даже в их названии (по-английски собственные инвестиции за рубеж называются overseas investments, дословно инвестиции за моря). Ставка на них есть черта именно колониальной, в крайнем случае постколониальной, экономики.

Вопреки распространенному мнению в определенных кругах, иностранные предприятия не надо национализировать. Достаточно объявить, Россия прекращает обменивать рубли на иностранную валюту. Дальше все само собой случится. Конечно, весь мир при этом совершенно справедливо скажет, что теперь уж точно никогда, ни через сто лет, ни через двести, никто не будет вкладывать деньги в Россию – и это особенно радует и греет душу.

При изоляционизме необходима своя валюта. Наш рубль так долго не был реальными деньгами, что запрет обмена на другие валюты вызовет психологические трудности. Даже при забитых товаром магазинах. Выправить климат можно через введение золотого рубля.

В свое время на Западе золотой стандарт отменили из-за нехватки золота. Добычи золота в мире не соответствовала росту экономики. В России же запасы золота (и особенно платины) на душу населения существенно выше, чем в среднем по миру.

Не надо бояться, что все кинутся менять банкноты на золотые монеты. Хранить золото можно только у себя в сейфе, в кубышке и прочее, то есть без процентов, в ущерб себе. При сдаче в банк золото перестает быть золотом. Оно превращается в обычные деньги. Поэтому золотой стандарт, это больше психологический ход, чем экономический.

Закрытию экономики и вообще страны способствуют различные нетарифные барьеры. Надо не покладая рук вводить другие стандарты в технике, другие санитарные и пищевые нормативы, более жесткие языковые требования. В идеале возврат к старорусской неметрической системе мер – пуд, верста, аршин. Это не блокирует импорт, но усложнит и удорожит его. Кстати, Америка защищает себя не только всеми перечисленными мерами, но даже иной частотой и напряжением в электросетях.

Для реализации всего перечисленного необходимо снижение уровня коррумпированности госструктур, особенно карательных. Мировой исторический опыт показывает, что эта задача решается быстро и несложно, если есть реальное желание ее решить. Запредельный уровень коррупции обусловлен причинами идеологическими и психологическими. Полное презрение к своей стране (к «этой стране», как любили говорить на НТВ), к своей нации и профессии, вот истинная причина коррупции. Американскому, итальянскому или китайскому чиновнику есть за что брать взятки. Они берут их хоть и осторожнее, но столь же охотно. Но делать за взятку они будут вовсе не что угодно. 999 чиновников из 1000 не будут брать взятку, если это связано с принесением ущерба государству. А наши будут, потому что наши в глубине души списали свое государство. А те свое не списали.

Не хлебом единым жив человек. Нация, где живы единым хлебом, всегда будет иметь наш уровень коррупции и все наши проблемы, все наши пороки. У неё нет будущего.

Лекция 19. Разрушение фундамента. – Подлая ситуация

З. Бжезинский, советник американского президента по Восточной Европе, открыто заявляет, что после коммунизма главным врагом западной цивилизации является православие. Не язычество, ислам или иудаизм, а именно православие. Как вы думаете, почему он так конкретен и категоричен? Потому что православие – исторический фундамент России. Опираясь на этот фундамент, можно полноценно возродить Россию как империю. Не будет православия – не будет великой России. Равно как не будет иудаизма, не будет Израиля. Не будет ислама, не будет Ирана. Историческая религия – это хребет, на котором держится общество. Каким бы государство ни было многонациональным и многоконфессиональным, оно всегда имеет ориентир. Хотя бы потому, что не иметь ориентира смерти подобно. Иметь два ориентира в принципе невозможно.

Для многоконфессионального и многонационального Израиля ориентиром служит иудаизм. Ирану ориентиром служит ислам. Ориентир многоконфессиональных и многонациональных США – Рынок. Ориентир России – православие. Он определяет генеральное направление. Тот факт, что мусульмане ориентируются на заповеди ислама, а европейцы с американцами на заповеди Рынка, подтверждает, что каждому – свое. Попытку переориентировать чужую страну на свой ориентир следует понимать как попытку подчинить эту страну, заставить её идти в сторону, нужную ей.

Сегодня Запад пытается всех заставить отвернуться от своих исторических ориентиров и переориентироваться на Рынок. Это прямая попытка подчинения. Если Россия, Израиль или Иран начнут ориентироваться на Рынок, религию США, в перспективе это значит подчинение США. Без вариантов. Чтобы было не все так очевидно, подчинение носит научный оттенок и маскируется словами о свободе совести. Подход дьявольски изощренный. Извините, но другое словосочетание подобрать трудно. Смотрите, что делается. Сначала проводится мысль о свободе совести. Вроде все правильно, все честно. Из этого выводят, что каждый имеет право исповедовать любую религию. А раз так, значит, придание какой-то одной религии статуса государственной означает ущемление других религий. Но поскольку все люди равны и все такое прочее, получается, никакую религию нельзя считать государственной. А раз так, значит, государственным ориентиром назначается религия по имени атеизм. В переводе на русский язык это означает поклонение маммоне.

Когда нам говорят, что в России живут несколько миллионов мусульман или буддистов, и потому православную веру нельзя принимать в качестве ориентира, но тут же предлагают принять в качестве государственной религии культ маммоны, такая наглость ни в какие ворота не лезет. Наша религия не может быть для России государственной, а американская религия может. Как прикажете это понимать?

Перед ответом на вопрос не следует забывать, что атеизм является религией, потому что отрицание Бога – тоже вера. Люди верят, что они произошли из обезьяны. Не знают, а верят. Любая масса устроена так, что по фундаментальным вопросам имеет внушенное мнение. Чему людей учат в школе, то они и усваивают на всю жизнь. Учат, что Бог есть, – они верят, что есть. Учат, что нет Его, – верят, что нет.

В сухом остатке получается, что атеизм есть религия Рынка. Как и в любой религии, там есть свои жесткие догматы, за нарушение которых немедленно следует наказание. По сравнению с любой другой религией рыночная религия самая жесткая. Она не предусматривает покаяния и прощения. Нарушители рыночных догматов караются тут же, незамедлительно и сурово.

Теперь главная мысль: зачем религии рынка потребовалось заявить себя так, что она вроде и не религия? История знает древние культы, основанные на поклонении маммоне. Например, в Карфагене было такое поклонение. Но почему раньше это поклонение не скрывали, а теперь так тщательно маскируют? Согласитесь, сам по себе факт сокрытия настораживает. Весь наш опыт свидетельствует, что так скрывают нелицеприятные цели. В чем же нас хотят обмануть?

Это тактика «троянского коня». Люди думают, что это лошадь, и открывают ворота. Как только «конь» оказался в городе, оттуда выскакивают враги и покоряют город.

Если открыто зафиксировать все неизбежные и гарантированные минусы рыночной религии, ни одно общество не примет ее в качестве государственного ориентира. Подчеркиваю, ни одно. Но стоит преподнести то же самое под другим соусом, и люди охотно открывают ворота «троянскому коню».

В свете сказанного трудно объяснить редкое (и потому удивительное) единодушие властей, заявляющих, что «никакая религия не может признаваться государственной». Понятно, что ислам, буддизм, иудаизм, индуизм и даже русское язычество никогда и не претендовали на роль государственной религии России. Единственным кандидатом на это место всегда была православная вера. Следовательно, под формулировкой «никакая религия» понимается православная вера. Говоря языком без политеса, выражение «никакая религия» в переводе на русский язык означает, что православная вера не может быть государственной религией, а атеистическая вера может. Почему атеизм может быть государственной религией, а православие не может? Потому что из нас сделали Иванов, не помнящих родства.

Здесь уместны воспоминания А. Козырева, бывшего министра иностранных дел России, который делится своими воспоминаниями: будет любая идеология – будет тоталитаризм. Надо было решать, что заменит идеологию. Деньги! Место национальной идеологии должны занять деньги. После этого родился знаменитый лозунг ельцинской эпохи «Обогащайтесь!»

В итоге то, что раньше тратилось на независимость и образование, сегодня пожирает горстка богачей. Самое интересное – счастливее от этого никто не становится, в том числе и богачи. Люди думали, что много денег – это потолок счастья, но когда их стало много, все оказалось как-то плоско, и что делать дальше, было непонятно. Вот и богатеют, превращая это занятие во что-то вроде спорта.

Сказано: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и маммоне» (Мф. 6, 24). Люди в любом случае будут служить Богу или маммоне. Если выбираем Рынок, дальнейшее развитие событий понятно, в чем мы наглядно убедились. Очень быстро все сведется к плотским желаниям, потребительству и эгоизму. Когда ключевые узлы будут поражены, начнется саморазрушение.

Обратите внимание, что США делают с оккупированной страной. Первым делом они заполняют информационное пространство идейной продукцией, разрушающей основы морали и нравственности. Агрессия построена на активации человеческих пороков. Под видом свободы и прочих красивых слов души людей активно заполняются порнографией и насилием. Тактика ветхозаветного змея, в результате которой население превращается в потребителей. Используя новые технологии, страну пожирает чудовище мирового рынка. Для окружающих процесс абсолютно незаметен и даже приятен. Общество как в дурмане, в наркотическом сне.

Люди, как бы они ни были крепки в своей вере, при постоянном искушении падут. Останутся единицы, но единицы не делают погоды. В этом виноват не человек, а его природа. Если по монастырю организовать прогулки голых девиц, от монастыря за короткое время ничего не останется. В миру живут еще более слабые люди. Мы, пишущие эти строки, все понимаем, но никто из нас не может сказать, что он безгрешен. Человек привыкает к порочному удовольствию независимо от осознания его опасности. Никто не может устоять против соблазна, если его системно, постоянно и профессионально искушают. В результате при помощи свобод и прав народ превращают в бесформенную массу, в грязь, в хаос. Чтобы от этого защититься, нужны новые ориентиры. Но откуда они возьмутся, если общество не имеет религии? Как показывает практика, из благих намерений ориентиры не возникают. А если и возникают, то за мгновенные по историческим меркам сроки превращаются в двойную мораль.

Определяясь, что может быть источником нужных как воздух ориентиров, логика или Откровение, мы приходим к единственному выводу – Откровение. Отсюда следует главный вопрос, на который мы должны ответить: какая религия оптимальна для России? Это не шутка, это очень серьезно. От источника зависят ориентиры. Оттого, какие ориентиры будут у нашего государства, зависит судьба нас и наших детей.

Мы находим этот вопрос настолько важным, что еще раз повторяем: атеизм – это религия. Не просто религия, а разновидность сатанизма. Люди верят, что Бога нет и все можно. Эта религия давно пришла в политику. Просто сатана, как ему свойственно, одевается в овечью шкуру, облекается в научную форму: мол, это теперь не религия (мракобесие и прочее), а цивильное научное мировоззрение, следуя которому, Бога нет.

Простые люди, как и водится, не заметили, что религия пришла в политику. Ей очень выгодно, чтобы ее не считали религией, а принимали за просвещение и науку. Чем больше сторонников проповеди «религия не должна лезть в политику», тем большую услугу она оказывает сатанизму, который в итоге еще больше внедряется в политику. Такой вот «троянский конь». Пора бы нам его разглядеть, а не рассуждать, как благообразные бабушки. «Веруй, лежа на боку» – не наш принцип.

***

Процессы, упомянутые ранее, Запад пытается запустить по всему миру, но акцент в первую очередь делается на Россию. Китай тоже представляет большую угрозу для потребительской цивилизации, но Китай – это Китай, не больше. Он не может стать осью мира из-за особенностей мировоззрения и культуры. Он безусловный лидер своего региона, тогда как Россия может расширить опыт построения семейной империи на всю Евразию и мир. Запад, и США в первую очередь, видят в этом опасность. Пока иммунная система России блокирована, пока вера, культура и традиции ослаблены, возникает идеальная ситуация для удара. Потом, когда Россия очнется, будет поздно. Чтобы не опоздать, все силы Запада брошены на переформирование нашего сознания и создание условий для экономического банкротства.




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.