Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Особенности и периодизация русской философии.



2. С. Соловьев - основоположник нового религиозного со­знания.

3. "Философия общего дела" Н. Ф. Федорова.

Особенности и периодизация русской философии.

Развитие мировой философии представляет собой единый процесс, закономерности которого определяются ходом истории и связаны с вы­явлением все новых и новых проблем, требующих философского ос­мысления. История философии в этом смысле также обладает су­щественной неоднородностью. Отсюда - необходимость определе­ния специфических черт той или иной национальной философской школы. Особое значение эта проблема имеет для России, потому что ее историческое и культурное развитие всегда отличалось существенной непредсказуемостью, не укладывалось в традицион­ные схемы и образцы: очень часто долгие периоды упадка и за­стоя в ее истории сменялись периодами экономического, полити­ческого и культурного расцвета. Это, безусловно, отражалось и на развитии философии.

Однако с чего начать определение этих особенностей? Начать, очевидно, следует с ответа на вопрос о том, как русская философия соотносится с западной и восточной традициями внут­ри мировой философии. Общий ответ в данном случае очевиден: русская философия, безусловно, вписывается в западную философскую традицию, и все ее развитие связано с активным усвоением и переработкой западной философии (что, конечно не исключает взаимовлияния, взаимообогащения). Восточная философия гораздо меньше, чем западная, непосредственно воздействовала на русс­кую мысль. Ее влияние в основном сводилось к эпизодическому заимствованию отдельных идей. Наиболее охотно русские филосо­фы воспринимали предельный мистицизм некоторых восточных систем, но для них совершенно неприемлемым было отрицание значи­мости личного начала в человеке, его индивидуальности. Только в начале XX в. увлечение восточной культурой сопровождалось формированием философских концепций, всецело ориентированных на восточные мистические системы (Е. Блаватская, Н. Рерих).

Этот общий ответ нас не может удовлетворить. Чтобы по­нять самое главное, мы должны сделать второй шаг: установить серьезные, глубокие различия между традициями западного и русского философствования. Он-то и позволит нам в общем виде сформулировать основные характерные признаки нашей националь­ной философии:

1. Первой и главной особенностью русской философии явля­ется ПРЕИМУЩЕСТВЕННО РЕЛИГИОЗНЫЙ, А ПОДЧАС РЕЛИГИОЗНО-МИСТИ­ЧЕСКИЙ, РЕЛИГИОЗНО-СИМВОЛИЧЕСКИЙ ЕЕ ХАРАКТЕР, т.е. ДЛИТЕЛЬНОЕ ГОСПОДСТВО В НЕЙ РЕЛИГИОЗНЫХ ФОРМ СОЗНАНИЯ, ПОСТОЯННЫЙ ПОИСК СМЫСЛА И ЗНАЧЕНИЯ ХРИСТИАНСКИХ ИДЕЙ ДЛЯ ОТДЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА, ОБЩЕСТВА И КУЛЬТУРЫ. Этому способствовал ряд причин:

Во-первых, ориентация на западную культуру решительно оп­ределилась только с принятием Русью христианства. Поэтому рус­ская философия, в отличие от западноевропейской, не имела до­христианского периода и, следовательно, не могла опереться на культурное наследие античности. Не успев сложиться в языческих формах, она сразу же оказалась в плену богословия.

Во-вторых, христианство на Русь пришло из Византии в его восточном варианте, в форме православия. В этом акте прояви­лось стремление сохранить определенную дистанцию в отношении культурной и религиозной традиций, характерных для западной Европы. Не следует забывать и о том, что в течение нескольких столетий Россию от западноевропейских стран отгораживала ре­лигиозная нетерпимость между западной и восточной церквами. Углублению разносторонних связей с Западом мешали также почти 300-летнее татаро-монгольское иго, его негативные последствия.

В результате русская мысль вплоть до XVII в. развивалась замкнуто, если не считать архаического влияния афонских ( от Афона - "Святой горы" на с.-в. Греции, центра православного монашества) монахов. Даже богословская схоластика в российские духовные учебные заведения проникла только в XVII в., когда За­пад уже располагал полнокровными философскими системами. В России, в отличие от передовых европейских стран, возникнове­ние светской культуры, естествознания и философии, свободной от религии, запоздало на 200-300 лет. Однако религиозные фор­мы сознания давали о себе знать и в последующее за XI-XVII вв. время, во всяком случае на протяжении всего XVIII в.

В-третьих, достаточно позднее внедрение православия на Руси и необычный способ его принятия ("сверху") препятствова­ли однозначному господству христианских идей. В процессе усво­ения они причудливо соединились с глубоко укоренившимися и самобытными языческими верованиями древних славян, те есть существенно модифицировались (это особенно характерно было для неподконтрольных церкви сфер культуры, православие исключало существование других воззрений).

2. Вторая характерная черта русской философии: ПРЕДЕЛЬ­НЫЙ ДУАЛИЗМ, АНТИНОМИЗМ (антиномия - противоречие между двумя взаимоисключающими положениями, одинаково убедительно доказу­емыми логическим путем) В ПОНИМАНИИ МИРА, ЧЕЛОВЕКА И ИСТОРИИ как следствие непреодоленного до конца противостояния язычес­ких и христианских истоков русской культуры. Древнее язычес­кое восхищение природой, привязанность к текучему материально­му бытию соединились с христианским ощущением реальности ино­го, высшего мира, с желанием немедленного и непосредственного единения с ним. Видимо, этим объясняются противоположные уст­ремления в русском духовном характере: любование природным миром, предельно чуткое отношение к нему и одновременно "проз­рение" высшей, божественной реальности, определяющей подлинное в человеке и его жизни.

Нечто подобное наблюдалось и в понимании человека. Русс­кий человек, с одной стороны, непосредственно принадлежит вре­менному, материальному бытию, с другой, столь же непосредствен­но, интимно связан с Богом, т.е. укоренен в вечном, духовном бытии.

Эта же черта характеризует и восприятие истории в русской философии. История в ней осознается не только в ее эмпиричес­ком, зримом воплощении как процесс всестороннего общественного развития, но и в ее мистическом, божественном измерении как реализация некоего божественного замысла.

Причем, осознание противоречий, укорененных в мире, чело­веке и истории, не приводит к их разрешению или хотя бы к сглаживанию, а только более остро выявляет трагизм человечес­кого существования. Противоречие в русской философии, следова­тельно, воспринимается как абсолютное, не способное к гармоническому разрешению, "снятию". Такова особенность ее диалектики.

3. В качестве третьей отличительной черты русской филосо­фии необходимо отметить СПЕЦИФИКУ САМОГО СТИЛЯ ФИЛОСОФСТВОВА­НИЯ. в западной философии с XVII в. господствующим стал чисто рационалистический, "научный" метод изложения, достигший апо­феоза у представителей немецкой классической философии. В рус­ской философии рационалистический метод никогда не был основ­ным, более того, для многих мыслителей он представлялся лож­ным, не дающим возможности дойти до сути главных философских проблем. В ней, в соответствии с русским духовным характером, ведущим оказался эмоционально-образный, художественный стиль философствования, отдающий предпочтение ярким художественным образам и аналогиям, интуитивным прозрениям, а не строгим ло­гическим рассуждениям. Даже у тех крупных русских философов, которые вполне укладывались в классическую рационалистическую традицию, логичность и рациональная последовательность всегда естественно сочеталась с художественной образностью и апелля­цией к интуиции, выходящей за пределы возможного для рациона­льного мышления. Это особенно характерно для В. С. Соловьева и его философских наследников - Н.Бердяева, С.Франка, И. Ильина, П. Флоренского и др.

4. Из третьей вытекает еще одна, четвертая, особенность русской философии: она являлась ФИЛОСОФИЕЙ ЖИЗНИ в полном смы­сле этого слова. Философия, отрешенная от жизни и замкнутая в умозрительных конструкциях, в России не могла рассчитывать на успех. Поэтому именно в России - раньше, чем где бы то ни было, - она сознательно подчинялась решению встававших перед обществом насущных задач. Конечно, наклонности к умозритель­ным спекуляциям, общефилософским проблемам имели место, но да­леко не в таком виде и не в таком масштабе, как это было, нап­ример, в Германии. Ей больше присуща некая социальность: общин­ное сознание, соборность, софийность ("слово-мудрость-дело", что предполагает постановку вполне земных, человеческих вопросов).

5. В XVIII-XIX вв. Россия из-за ее отсталости сохраняла фе­одальные отношения и самодержавный деспотизм, тогда как многие страны Европы установили буржуазные порядки, а некоторые из них - республиканский строй. Затянувшееся господство крепост­ничества и самодержавия вызвало к жизни ОСОБЫЕ ФОРМЫ ИДЕОЛОГИИ, либо незнакомые другим государствам, либо не получившие в них подобного развития: идеология дворянских революционеров, рево­люционный крестьянский демократизм, включая народничество, славянофильство и западничество, толстовство.

6. Сопоставление условий русской жизни с жизнью передовых европейских стран неизбежно породило в нашей философии одну из самых острых проблем общественной мысли - ПРОБЛЕМУ РОССИИ И ЗАПАДА. Она, начиная с конца XVIII в., не сходила со страниц русской печати и волновала умы людей, принадлежавших к самым различным направлениям. Наиболее полно, философски и историко-фактологически, эту тему обосновал Н. А. Бердяев в своем знаме­нитом труде "Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX и начала XX века".

Русская философия самобытна, достаточно оригинальна, плюралистична и актуальна. С XI по XX вв. в ней можно выде­лить ряд периодов, в рамках которых она характеризовалась определенной устойчивостью, известным единообразием:

1. Становление русской философии, постепенное накопле­ние материала для превращения ее в самостоятельную науку. (XI-XVII вв.). Первые опыты ее восходят к древнейшей эпохе и связаны о христианизацией Руси, с обоснованием необходимос­ти включения "русской земли" в общемировой процесс торжества божественного "света" (т.е. Христа, называемого "благодатью" и "истиной") над "тьмой" язычества. Дальше русская философ­ская мысль развивалась в русле нравственно-практических на­ставлений и обоснования особой роли православной Руси в становлении мировой цивилизации (учение монаха псковского Ели­зарова монастыря Филофея о "Москве-третьем Риме").

2. Обособление философии от религии и утверждение ее как теоретической науки (XVIII в.), благодаря научным достиже­ниям М. В. Ломоносова (1711-1765), основателя материалистичес­кой традиции в русской философии, и своеобразному философско­му дарованию Г. В. Сковороды (1722-1794). Не случайно в 1755 году открылся Московский университет, где началось светское преподавание философии, она отделилась от религии.

3. фундаментальная разработка проблем методологии науч­ного и социального преобразования России (с XIX в.). Именно в этот период со всей остротой был поставлен вопрос о "нас­тоящей сути народной" (Ф. М. Достоевский), о русском националь­ном идеале. Своего пика попытка его решения достигла в славя­нофильстве, которое "организовалось" под влиянием историософии П. Я. Чаадаева (1794-1856) и породило сперва религиозное реформаторство, а последнее, в свою очередь, - русское богоиска­тельство, или "духовный ренессанс", конца XIX - начала XX вв.

В конце XIX - начале XX" вв. критика исторического христи­анства, и без того обветшавшего в служении деспотической влас­ти, уже мало кого удовлетворяла. Требовалось новое откровение о человеке, новое религиозное сознание.

В. С. Соловьев - основоположник нового религиозного созна­ния.

Основоположником нового религиозного сознания стал круп­нейший русский философ Владимир Сергеевич СОЛОВЬЕВ. Его ста­вили в один ряд с Аврелием Августином, Ф. Шеллингом, сопоста­вляли с А. Шопенгауэром, Ф. Ницше. Он и в самом деле не вписы­вался в какое-то одно течение или направление, синтезируя самые разнородные тенденции мировой философии.

Соловьев попытался создать целостную мировоззренческую систему, которая на основе христианства воедино связала бы запросы религиозной и социальной жизни человека. Причем, в отличие от некоторых своих предшественников и последователей, под христианством он подразумевал не какую-то одну из его конфессий, а их объединение, и его учение характеризуется межконфессиональностью.

Центральная идея философии Соловьева - ИДЕЯ ВСЕЕДИНСТВА. Онтологической основой его выступает божественная Троица (Отец, Сын и Дух Святой) в ее связи со всеми божественными творениями и главное - с человеком. Основной принцип всеедин­ства - "Все едино в Боге". Всеединство - это прежде всего единство творца и творения. Бог у Соловьева не уподобляется человеку, а предстает как "космический разум", как "сверхлич­ное существо", как "особая организующая сила".

"Космический разум", по мнению философа, состоит из мно­жества элементарных сущностей, которые лежат в основе всякого явления или предмета и называются атомами. Атомы своими движе­ниями и колебаниями образуют реальный мир. Сами атомы Соло­вьев трактует как особые истечения Божества, "живые элементар­ные существа" или ИДЕИ, каждая из которых обладает определен­ной силой.

Непосредственным же субъектом всех изменений у русского мыслителя выступает МИРОВАЯ ДУША, которая обладает особой эне­ргией, одухотворяющей все существующее. Однако действует она не самостоятельно, ей нужен божественный импульс. Таким им­пульсом, данным мировой душе от Бога, является ИДЕЯ ВСЕЕДИН­СТВА как определяющая форма всей ее деятельности.

Эта вечная божественная идея в системе Соловьева получи­ла название СОФИИ (греч, софия - мастерство, знание, мудрость) - МУДРОСТИ. В ней София - ключевое понятие. Поэтому учение русского мыслителя носит также название СОФИОЛОГИИ. В нем ми­ровую душу-Софию он рассматривал как связующее звено между творцом и творением, которое придает общность Богу, миру и человечеству.

Механизм сближения Бога, мира и человечества Соловьев раскрывает через концепцию БОГОЧЕЛОВЕЧЕСТВА, реальным и совер­шенным воплощением которого выступает Иисус Христос, соединя­ющий в себе два начала - божественное и человеческое. Его образ служит не только идеалом для каждого индивида, но и высшей целью развития всего человечества.

Первичным условием на пути к богочеловечеству является христианское обращение, т.е. принятие христианского вероуче

ния. Природный человек, не просветленный божественной исти­ной, противостоит людям как чуждая и враждебная сила. Христос открыл человеку всеобщие моральные ценности, создал условия для его нравственного совершенствования. Приобщаясь к учению Христа, человек идет по пути своего одухотворения. Это приоб­щение составляет содержание соловьевской историософии.

В гносеологическом аспекте принцип всеединства реализу­ется через концепцию ЦЕЛЬНОГО ЗНАНИЯ. Оно представляет собой неразрывную взаимосвязь трех разновидностей этого знания: эм­пирического (научного), рационального (философского) и мисти­ческого (созерцательно-религиозного). В качестве предпосылки, основополагающего принципа цельное знание предусматривает ВЕ­РУ В СУЩЕСТВОВАНИЕ АБСОЛЮТНОГО НАЧАЛА - БОГА. Цельное знание, по Соловьеву, невозможно получить только эмпирическими и ра­циональными средствами. Эмпирическое знание раскрывает лишь внешнюю сторону явлений, а рациональное - особенности самого мышления. Однако истина или сущее не даны человеку ни в опыте, ни в мышлении. Истина постигается через непосредственное со­зерцание, интуицию. Так Соловьев в своей концепции попытался совместить принцип автономии разума, на котором основан раци­онализм, с принципом богооткровенности христианского вероуче­ния, являющимся базой богословия. Другими словами: русский мыслитель пришел к выводу о необходимости единства науки, фи­лософии и религии. Подобное единство, которое он называл "свободной теософией", позволяло рассматривать мир как завер­шенную систему, обусловленную всеединством или Богом.

"Философия общего дела" Н. Ф. Федорова.

В отличие от Соло­вьева и его последователей, рассматривавших мир с точки зре­ния преимущественно общепланетарного единства человечества, в недрах русской философии уже в конце XIX в. начал формиро­ваться иной взгляд на пути развития современной цивилизации. Он выходил за рамки планетарного мышления и призывал взглянуть на судьбы человечества с ПОЗИЦИЙ КОСМИЧЕСКОГО ИЗМЕРЕНИЯ ЕГО БЫТИЯ. Наиболее ярко эту тенденцию представляет русский КОСМИЗМ (Н. Ф. Федоров, К. Э. Циолковский, В. В. Вернадский). ЦЕНТ­РАЛЬНАЯ ИДЕЯ КОСМОЦЕНТРИЧЕСКОГО ПОДХОДА - ЕДИНСТВО ЧЕЛОВЕКА С КОСМОСОМ, КОСМИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА И КОСМИЧЕСКИЙ МАССШТАБ ЕГО ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Особенно рельефно эта идея представлена в "Философии об­щего дела" Николая Федоровича Федорова (1828-1903), который пытался синтезировать два методологических подхода к челове­ку: антропологизм и космизм, объединить судьбы человека и су­дьбы вселенского бытия. Человек в его космическом проекте по­лучил невиданно широкое поле для своей самореализации, стал гарантом сохранения и увековечивания жизни. При этом нравст­венный критерий человеческих деяний он распространил не толь­ко на отношения человека к человеку, но и на всю область от­ношений человека к природе. "Философия общего дела" ориенти­рована и на победу человеческого духа на Земле, и на повсеме­стное, в русле античной традиции, превращение Хаоса в Космос.

Эту идею Федоров обосновал с позиций религиозного миро­воззрения. Однако он не был в плену какой-то узко конфессиальной традиции. Федоров отвергал догматизированную религию, про­поведующую бездеятельность человека, покорность судьбе, смире­ние. У него довольно сильно выражены деистическая и патеистическая тенденции. Бога он понимал не как потустороннюю все­мирную силу, творящую все "из ничего", а как внутренне прису­щий бытию верховный Разум, всеобщую мирообъединяющую Любовь. Несводимый к природе, но и неотделимый от нее, Бог действует через волю и разум людей. Боговоплощение понимается им как очеловечивание, т.е. внесение в природу человеческих начал и чувств. "Слово Божие", по Федорову, - есть сам мир, сама вза­имосвязь всего в этом мире.

Ключевую роль в учении Федорова играла ИДЕЯ ПРЕОДОЛЕНИЯ СМЕРТИ. Действительным антиподом смерти он считал жизневоссоздание, воскрешение умерших. В отличие от ортодоксальных хри­стианских верований, ВОСКРЕШЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА, по его мнению, СО­БЕРЕТСЯ НЕ В ПОТУСТОРОННЕМ МИРЕ, А В ПОСЮСТОРОННЕМ, И НЕ ДУХОВНО, А ФИЗИЧЕСКИ, В ВЕЩЕСТВЕННОМ ВОСКРЕШЕНИИ ДУШИ И ТЕПА, В ИХ ЕДИНСТВЕ. Воскрешение, по Федорову, это не единичный акт, не удел избранных, а призвание и достояние не только всех людей, независимо от их звания и сословной принадлежности, но и всех народов, т.е. общенародное, всемирное дело. Воскрешение не означает ожидания чуда, а предполагает активную человечес­кую деятельность в этом направлении. Следовательно, Человек является не только объектом, но и субъектом воскрешения: одни люди воскрешают других, воскресшие сами могут стать воскреси­телями. Федоровская концепция воскрешения охватывает два аспекта. Первый предполагает оживление в прямом смысле этого слова, пробуждение к подлинной жизни, которая включает в себя способ­ность природы к самовоссозданию; второй - идею "оживления" жи­вых, т.е. раскрытия и использования их творческого потенциала, воодушевление на "общее дело" жизнеутверждения и жизнетворчества. В комплекс идей, охваченных проблемой воскрешения, входит и "санитарный вопрос": экологические мероприятия, направленные на оздоровление Земли, сохранение существующей на ней жизни (устранение заболеваний, эпидемий, голода, старческого одряхления).

Наиболее фантастическая и утопическая часть его философ­ской системы: разработка проекта воскрешения предков, которым предусматривалось выявление и собирание всех атомов и молекул, некогда входивших в состав умерших организмов. Федоров считал, что волны, возникающие в результате вибрации молекул и несущие в себе лучевое изображение предков, созвучно откликнутся в жи­вых существах, родственно связанный с умершими. В итоге прои­зойдет соединение в прахе сродного и отделение чужого. Федоров называл этот процесс теллуро-солярным или теллуро-космическим. Для осуществления проекта он предлагал создать специальные на­учные центры, в состав которых, наряду с физиками, химиками, астрологами, физиологами, археологами, войдут представители науки о бесконечно малых молекулярных движениях.

Эта концепция, по сути дела, отрицала грань между живым и неживым, между душой и телом. Организм он рассматривал как машину, а мысль как разновидность вещества. "Соберите машину, - говорил он, - и сознание возвратится к ней". Поэтому задача полного телесного воскрешения, в конечном счете, сводилась к собиранию всех составных частей организма человека.

Хотя Федоров особо настаивал на буквальном, натуралисти­ческом понимании воскрешения, эта идея не замыкается у него в чисто технические рамки. Она имела космические параметры. Связь между проектами воскрешения и выхода в космос Федоров усматривал в перенаселенности Земли: воскрешенные поколения неизбежно столкнутся с острой нехваткой жилья и продуктов пи­тания. Чтобы выжить, они. должны будут позаботиться о заселе­нии космоса и таким образом обеспечить гармонизацию Вселенной.

Концепцию "общего дела" Федоров не сводил к воскрешению предков. ОБЩЕЕ ДЕЛО - ЭТО ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ ВСЕОБЩАЯ РЕГУЛЯЦИЯ ПРИРОДЫ, УПРАВЛЕНИЕ ЕЕ СИЛАМИ. Она, по мнению философа, имеет внутренний и внешний аспекты. Внутренний аспект подразумевал психофизиологическую регуляцию, т.е. управление слепыми сила­ми в человеке. Внешняя регуляция простирается от Земли ко все­му целостному миру - Космосу. Она имеет три ступени:

* метеорическую, объектом которой является Земля,

* планетарную (солнечная система),

* всеобщую космическую (бесконечная Вселенная).

На последней ступени Федоров считал вполне возможным сдви­нуть Землю с постоянной орбиты и отправить ее в космические просторы по сознательно прокладываемому курсу, т.е. превратить нашу планету в космический корабль - "Земноход".

С развитием регуляции вся природа, по мнению Федорова, станет сферой человеческого обитания, объектом разума и труда, единой космохозяйственной системой. Человек, выйдя за земные пределы, объединит все миры Вселенной и превратит "Земноход" в "Планетоход".

Конечно, современному человеку предложенный русским мыс­лителем путь выхода из глобальных проблем кажется весьма фан­тастическим, утопичным. Однако общий пафос федоровской филосо­фии "общего дела", его страстное желание восстановить нарушен­ное единство мироздания, распавшуюся связь времен, ценность человеческой души, преодолеть разрыв между человеком и природой, поднять ее стихийное развитие на уровень управляемой эволюции, оживить умерших и пробудить интерес к подлинной жизни погрузи­вшихся в духовную спячку живых представляется весьма плодотво­рным и требует глубокого, всестороннего осмысления уже с уче­том реалий современной цивилизации.

 

Литература:

1. Введение в философию... Ч. 1... С. 194-208.

2. Галактионов А. А., Никандров П. Ф. Русская философия XI-XIX вв. Ленинград, 1970. С. 7-21.

3. Замалеев А. Ф. Лекции по истории русской философии: В 2 ч. Ч. 1: XI - начало XX в. Учебное пособие. - СПб, 1994. С. 6-169.

4. Конспект лекций по курсу "Философия"... С. 67-75.

5. Лосский Н. О. История русской философии. М., 1991. С. 3-520.

6. Радугин А. А. Философия: курс лекций... С. 176-195. Философский энциклопедический словарь... С. 9, 57, 355.


Тема X. ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМАТИКА БЫТИЯ




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.