Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Стадия нарастающей фрустрации



Эта стадия соответствует абстинентной "ломке". В этот период внешнее информационное "питание" не поступает, а внутреннее ещё не включилось.

Кризис.

Это наиболее тяжелый период максимального психосоматического дискомфорта непосредственно предшествующий переходу на внутреннее информационное питание.

3. Стадия эндогенного (внутреннего) питания(за счёт информационного содержимого, накопленного в течение всей жизни).

Эта стадия, в случае пищевого голодания (за счёт жиров, балластных тканей, опухолей, спаек и т.п.) длится примерно 30–40 дней, до тех пор, пока все запасы балластного и избыточного телесного материала не будут использованы. По прошествии этого периода при пищевом голодании включается ранее отсутствовавшее чувство голода, причём очень сильного, "волчьего" голода. До этого, на протяжении всей третьей стадии есть совершенно не хотелось, чувства голода и сопряженных с ним страданий не было вовсе (это обстоятельство всегда очень удивляет тех, кто не знаком с методом голодания).

При информационном голодании на третьей стадии также происходит переход на внутреннее информационное питание с прекращением информационного голода. Внутренний информационный запас психики человека огромен, особенно человека образованного, обладающего высоким культурно-образовательным уровнем. Поэтому для информационного голодания не может быть установлена определённая продолжительность третьей фазы – периода эндогенного (внутреннего) информационного питания. Для людей примитивных и малообразованных это может быть весьма короткий срок, скажем, порядка 3-х месяцев, тогда как у человека образованного и творческого он может достигать 3-х лет и более. Для тех, кто практикует цигун и медитацию, или же просмотр жизни – этот срок (момент завершения, исчерпания внутренних информационных ресурсов и появление "волчьего" информационного голода) может и вовсе не наступить. На определённом уровне развития медитирующий получает неограниченный по своим возможностям доступ как в микрокосм, так и в макрокосм, доступ ко всей содержащейся там информации.

 

* * *

Рассмотрев информационное голодание, не следует забывать про его дополняющую противоположность – правильное и полноценное информационное питание, столь важное для нормального развития психики человека. Конечно же, мы не должны забывать о том, что для нормального развития личности в целом и интеллекта в частности, в равной степени необходимы как полноценное информационное питание, так и полноценная собственная психическая и интеллектуальная активность. О важности самостоятельных интеллектуальных усилий я уже говорил. Поэтому для полноты картины рассмотрим проблему здорового и полноценного информационного питания.

Можно утверждать, что существует закон необходимого разнообразия жизни в смысле её содержательного богатства, субъективно воспринимаемого как полнота и свежесть существования. Для нормального бытия и нормального развития личности (а нормальная жизнь без развития – немыслима, ибо тогда она оборачивается стагнацией и разложением, душевной деградацией; тогда журчащий ручей превращается в застойную зловонную лужу) необходим широкий спектр впечатлений, жизненных интересов и увлечений, которые обеспечивают информационный и энергетический материал, важный для полноценного развития личности. Так же как в рационе питания необходим весь спектр питательных веществ: и белки, и жиры, и углеводы, и разнообразные витамины, минеральные соли и микроэлементы – точно так же обстоит дело с нормальным развитием и питанием нашей души, нашей психики. Мы должны получать полноценное информационное (в самом широком смысле) питание, как с точки зрения количества, так и качества. Это и разнообразие общения, встречи с новыми людьми, отличающимися от привычного нам круга общения, это и новые места, поездки, путешествия, новые виды деятельности, ранее вами не испытанные, иные книги, иная музыка, иное искусство и так далее.

Давайте задумаемся, читатель, о нашей жизни. Не слишком ли она бедна и однообразна, не напоминает ли она монотонный, тупо повторяющийся бег по одному и тому же кругу? – те же дела, те же люди, те же мысли, те же слова, день за днём всё та же рутина. Мы очень повторяющиеся существа, пойманные, как муха, в паутину одной и той же, бесконечно повторяющейся, жизненной схемы. На самом деле, разорвать этот порочный круг – легко. Всё, что требуется – пробудиться от полусонного существования, стряхнуть свою лень, свою инертность; всё, что нужно – сделать один, всего лишь один, шаг в сторону, в иное – и порочный круг будет разорван. Жизнь так богата и так разнообразна, в ней столько неиспользованных нами возможностей! Когда вы, к примеру, последний раз были в театре, в музее, на концерте классической музыки, путешествовали на байдарке, бывали в горах, в походе, на рыбалке, читали Пушкина? А не попробовать ли вам, вместо развлекательного чтива, взять в руки томик Канта или Шопенгауэра? А не записаться ли вам на кружок бальных танцев или в художественную студию? Внутри обычного бухгалтера может скрываться необычный и, возможно, весьма одарённый художник. Кто знает, ведь вы даже не пробовали! А почему бы не рискнуть? В жизни столько красок, столько звуков, столько всего манящего и вдохновляющего! Далее хочется говорить стихами:

Волшебный и раскалённый[10]

 

И полон мир обыденных чудес

Волшебный ветра шум, волшебный лес.

И раскалённый северный закат,

Волшебный чая аромат,

Шуршанье листьев в листопад

И раскалённых слов полночное звучанье

И летних звёзд волшебное мерцанье.

 

Увы! С возрастом жизнь человека постепенно становится всё более однообразной, всё более скудной. Обычно, чем старше человек, чем ниже уровень жизненной энергии, тем более сужается его жизненное пространство и так, в конечном счёте, можно оказаться запертым в маленькой и душной комнатке, за пределами которой живёт и дышит большой разнообразный мир. Этой нездоровой тенденции нужно противостоять всеми силами. Однако, богатство впечатлений, потребность в общении и новизне должны уравновешиваться противоположной потребностью – в известном, в привычном и безопасном, потребностью в уединённости, в одиночестве и даже в бессобытийности. Внешняя деятельная активность непременно должна уравновешиваться обращением к своему внутреннему миру, к спокойному созерцанию "внутренних ландшафтов".

Восточная мудрость гласит: "Как мутную воду сделать чистой? – Надо оставить её в покое, пусть она отстоится". Душа тоже имеет свой желудок, она должна успевать перерабатывать всё то, что обрушивается на неё в течение каждого прожитого дня. Если она не справляется, нужно ей помочь, и наилучшим для этого способом является практика медитации. Но об этом позже.

 

 

 

Глава 4

О различии между дискурсивным мышлением и прямым интуитивным познанием,
а также о критериях истинности

 

Одно из наиболее опасных заблуждений нашего времени заключается в переоценке роли дискурсивного мышления (разума) и недооценке прямого интуитивного познания. Разум – то, что отличает человека от животных и делает его "венцом творения", – ошибочно объявляется высшим достоинством человека. Научно-техническая революция и, в особенности, развитие вычислительной техники и информационных технологий, закрепили и усилили это заблуждение. Мы привыкли говорить о величии и могуществе человеческого разума, легкомысленно объявляем его высшей ценностью и не видим различия между умным человеком и человеком мудрым.

На самом деле разум – это низшая, в сравнении с интуицией, познавательная способность, функционирующая только в пределах двойственности, подчинённая логике и не способная выйти за её пределы. Интуиция же – это качественно иная, высшая по отношению к разуму познавательная способность, не ограниченная двойственностью, выходящая за пределы логического и, по своей природе, принципиально парадоксальная. Для обозначения этой высшей познавательной способности в буддизме с незапамятных времён используется термин "праджня", который имеет значительно большее смысловое и энергетическое наполнение, нежели латиноязычный термин "интуиция". Поэтому в дальнейшем я буду использовать двойной термин "интуиция-праджня".

Что же такое "пребывание в двойственности"? Это такой способ восприятия реальности, для которого характерно жесткое и категоричное разделение всего сущего на непримиримые противоположности и постоянное их противопоставление. Рассудочное познание характеризуется нетерпимостью к противоречиям. Оно не признает права на одновременное существование обеих противоположностей. Такая познавательная установка выражена в христианском тезисе "чёрное – чёрное, белое – белое; всё остальное – от лукавого". Однако восточные мистики утверждают, что противоположные начала, Инь и Ян, не должны образовывать жёсткую статичную конструкцию, в которой они, набычившись, стоят друг против друга, как два войска перед битвой. Интуиция-праджня – это Тай-цзи, непротиворечивая и динамичная целостность противоречивых начал: добра и зла, дня и ночи, чёрного и белого. Великий Гуру Тибета Падмасамбхава (V в. до н.э.), которого тибетцы считают реинкарнацией Будды Гаутамы, выразил идею недвойственности высшего познания с присущей ему силой и лаконичностью: "Противоположностей, в действительности, не существует, также неистинен плюрализм. Просветление невозможно, пока не будет отброшен дуализм и познано единство"[11].

С этим высказыванием перекликаются слова великого физика XX века Нильса Бора: "Всякая глубокая истина имеет ту особенность, что диаметрально противоположное ей высказывание является не менее глубокой истиной".

Абсолютизация одного полюса пары противоположностей и отвержение другого может быть только в мышлении, но никак не в реальной жизни. По этому поводу замечательно высказался Георг Гегель: "Северный полюс в магните не может быть без южного, а южный не может быть без северного. Если мы разрежем магнит на две половины, то у нас вовсе не окажется в одном куске северный полюс, а в другом – южный".

Итак, разум логичен и, как таковой, не терпит противоречий. Но логичен ли мир, объективная реальность, которую он стремится познать? Оказывается, на самом деле, всё реальное бытие соткано из противоречий. Как мне сказал один мой знакомый, у которого много лет была собака, "поводок имеет два конца". Можно пойти ещё дальше и сказать, что вообще всё в этом мире "имеет два конца". Однако парадоксальная природа бытия не может быть схвачена разумом, отвергающем всё, что "не соответствует здравому смыслу и элементарной логике". "Нет, вы мне докажите!", – требует человек "разумный". Но ему невдомёк, что любые доказательства работают только в пределах дискурсивного мышления, только в пределах разума. Полная бессмысленность требования логических доказательств особенно ярко видна, когда речь идёт об истинах высшего порядка, познание которых требует трансцендирования разума, то есть выхода за его пределы.

Один мудрый суфийский наставник сказал по этому поводу:  "Требовать интеллектуального доказательства бытия Божьего – всё равно что требовать видеть ушами". Применительно к такому кругу вопросов требование "докажи!" с головой выдаёт духовную незрелость и познавательную несостоятельность вопрошающего, свидетельствует о том, что он не понимает азбучных истин теории познания. Мистики всех времён встречались с этой проблемой – с учёными невеждами, преисполненными самодовольства, желающими спорить, но не способными к высшему познанию.

В этом отношении менее логичный и более интуитивный Восток имеет значительные преимущества по сравнению с научно-техническим, компьютеризованным до мозга костей, Западом. Восток ближе к пониманию того, что истинная мудрость не может быть выражена иначе как парадоксом. Вот пример такого рода восточной мудрости: "Имея дело с врагом, не забывай, что он может стать другом, имея дело с другом – не забывай, что он может стать врагом".

Чистая (то есть абстрагированная от интуитивного начала) логика всегда является ригидной и статичной, тогда как интуиция-праджня текуча и подвижна, имеет выраженный динамический характер. Разум, встречаясь с каким-либо утверждением, требует его доказательства и проверяет его с точки зрения логических критериев истинности. Интуиция-праджня не признаёт этих претензий разума, ибо низшее не может судить высшее. Об ограниченности присущего науке рассудочно-логического познания и самодостаточности интуитивно познаваемой истины замечательно сказано Артуром Шопенгауэром:

"Этот свойственный наукам путь познания от общего к частному влечёт за собою то, что в них многое обосновывается дедукцией из предшествующих положений, т.е. доказательствами; это и дало повод к старому заблуждению, будто лишь доказанное вполне истинно и будто каждая истина нуждается в доказательстве, – между тем как, наоборот, каждое доказательство скорее нуждается в недоказуемой истине, которая служила бы конечной опорой его самого или опять таки его доказательством: вот почему непосредственно обоснованная истина настолько же предпочтительна перед истиной, основанной на доказательстве, насколько ключевая вода лучше взятой из акведука"[12].

Интуиция-праджня всегда за пределами логики. Логика всегда дуалистична, двухмерна, тогда как интуиция – трёхмерна. Метафорически выражаясь, логика может иметь дело не с объёмным объектом, а всего лишь с его проекцией на плоскость (прошу не упускать из виду метафорический, а не буквальный характер этого высказывания). Отсюда возникает принципиальная парадоксальность и нелогичность интуитивного познания. Но только так и могут быть изложены высшие истины. Язык великих мудрецов и мистиков всегда отличался именно этой особенностью, причём речь идёт не о логических ошибках и несуразностях. Это вовсе не уровень донаучного, несовершенного мышления, неумения мыслить, а совсем, совсем другое – уровень умения не мыслить, не уровень "недомышления", а уровень сверхмышления, которое, по сути уже и не мышление вообще. Праджня ни в коей мере не является отрицанием логики, то есть, формой интеллектуальной убогости, архаической "детской" формой донаучного познания. Хотя праджня, действительно, не логика, но она не ниже мышления, а выше его; она не отрицает дискурсивное мышление, а трансцендирует его.

На самом деле, человеку необходимо и то, и другое – и сильное дисциплинированное мышление, и ясное интуитивное проникновение в суть вещей. Следует только помнить, что дискурсивное мышление никогда не бывает самодостаточным. Разум, лишённый естественной, не всегда замечаемой, но всегда присутствующей поддержки со стороны интуиции, хотя бы в обличье так называемого "здравого смысла" – с неизбежностью вырождается в шизофрению.

Разум способен решать только вопрос о внутренней согласованности некоей системы взглядов, некоей концепции, описывающей реальность, но он никогда не может дать нам гарантий, что это описание адекватно реальности.Он всегда оставляет открытым вопрос об адекватности информационного описания реальному объекту. Разум всегда пользуется словами и символами, без них его функционирование невозможно (в древнегреческом языке для обозначения речи и разума использовалось одно и то же слово – "логос").

Совершенно очевидно, что любому речевому сообщению, а следовательно, и мышлению, построенному по принципу внутреннего диалога, изначально присуща двойственность (дуалистичность). Это доказывает тот факт, что любая последовательность знаков и символов, используемая для выражения и передачи некоего смысла, в конечном итоге, может быть сведена к двоичному коду (0 – 1, да – нет, точка – тире). Но это же и есть разделение на противоположности, это и есть дуалистичность речи и мышления.

Таким образом, наш разум, немыслимый без внутренней (думание) и внешней речи – это всегда компьютерный разум, по определению не способный выходить за пределы двойственности. Кроме того, дискурсивное мышление (а соответственно, и неразрывно с ним связанная речь), принципиально дискретны. Каждый символ, каждое слово, каждый тезис (посылка) отделён от других. Дискретность можно определить как "сыпучесть" мышления и речи (образ гравия, который сыпется камушек за камушком), тогда как интуитивной мудрости-праджне присуще качество непрерывности. Её можно уподобить маслу, льющемуся из кувшина непрерывною струёй.

Слова, слова… Словами можно всё, что угодно объяснить, всё, что угодно, доказать, и всё, что угодно – опровергнуть (хорошим примером тому является древнегреческая софистика). Но являются ли слова сколь либо значимым критерием истины? Так называемая "объяснительная сила теории" – на самом деле, достаточно сомнительный критерий её истинности. Это я могу утверждать как профессиональный психолог: и невротики, и параноики, и "практически здоровые" люди, приходящие со своими "нерешаемыми" личностными и эмоциональными проблемами – все, без исключения, имеют собственные версии реальности, всё великолепно объясняющие, но, к сожалению, зачастую совершенно не соответствующие истинному положению вещей. Этот критерий (объяснительная сила) требует, чтобы в теоретическую схему непротиворечивым образом укладывались (объяснялись) все факты, которыми мы располагаем. Он требует отсутствия противоречий и логических неувязок, требует полной внутренней согласованности между всеми составными элементами данной теории. Позволю себе ещё раз повторить уже высказанную ранее мысль, ввиду её особой важности:

Разум может обеспечить непротиворечивость и взаимосогласованность системы знаков и символов, претендующих на описание реальности, но разум не гарантирует адекватности этого отражения, его истинности. Так, например, известно, что паранойяльная бредовая система, как правило, отличается логичностью, внутренней согласованностью всех её компонентов и большой убедительностью для стороннего человека, не знакомого с тем, как дела обстоят на самом деле (стандартная ловушка для неопытных журналистов). Другими тому примерами являются "легенда" разведчика, ложная версия преступника, пытающегося обмануть следствие, или же обычная бытовая ложь ("Дорогая, я сегодня задержался по серьёзной производственной необходимости – очередная авария на подстанции"). Возможно, читатель захочет мне возразить, что я привожу примеры, так сказать, житейского характера, но для строгого дисциплинированного научного мышления всё обстоит совершенно иначе. Такому читателю я предлагаю посетить кладбище отживших научных теорий. Их авторы, смею заверить, были не глупее, чем мы с вами, напротив, многие были гораздо умнее нас, однако это им, как видим по результатам, не сильно помогло.

Я всё-таки настаиваю на том, что принципиальной, глубинной разницы между "житейским" и научным функционированием разума – не существует. Логика, не обоснованная интуицией, в любой сфере своего действия неизбежно создаёт ложные, неадекватные теории. Логичность и адекватность – совершенно разные вещи, и из первой вовсе не вытекает автоматически вторая. Это хорошо иллюстрирует следующий пример:

"Вы идете по улице и спрашиваете прохожего:

– Извините, Вы случайно не знаете, сколько сейчас времени? – на что он вам отвечает:

– Да, знаю, – и проходит мимо."

Его ответ абсолютно логичен, полностью согласован с вопросом; какие-либо логические неувязки, противоречия между вопросом и ответом отсутствуют (конечно, если мы на это будем смотреть с точки зрения "чистой" логики, не отягощённой здравым смыслом). Однако с точки зрения этого самого здравого смысла, с точки зрения контекста – это полная неадекватность, которая может быть интерпретирована либо как откровенное хамство, либо как психическое заболевание. В данном примере всё представлено в яркой гротескной форме, однако, многие люди, искренне считающие себя разумными существами, сплошь и рядом делают сходную ошибку: цепляются за чисто внешние, формально-логические противоречия в словах собеседника, при этом полностью игнорируя их смысловое содержание и контекст, в котором эти слова произносятся. Грустное это зрелище – видеть самоуверенное интеллектуальное ничтожество, слушающее умного человека не с тем, чтобы чему-то у него научиться, что-то почерпнуть, а с тем, чтобы поймать своего собеседника на каком-либо чисто формальном противоречии и самоутвердиться таким образом за его счёт. Ну что ж, недаром в Писании как раз для таких случаев сказано: "Не мечите бисер перед свиньями, ибо они оборотятся на вас и растерзают вас". Такой нездоровый стиль общения встречается значительно чаще, чем это кажется на первый взгляд.

Недавно я смотрел по телевизору программу "Новости". Передавали интервью с российским дипломатом, который выполнял вместе со своими западными коллегами посреднические дипломатические функции при переговорах между двумя враждующими сторонами, находящимися в состоянии затяжного вооружённого конфликта. Журналист спрашивает этого дипломата об отношениях, сложившихся за время переговоров в их команде посредников, и, в частности, спрашивает, не будут ли они теперь "дружить домами". Дипломат снисходительно улыбнулся и стал пространно отвечать, что отношения у них хорошие, что дружить семьями они, конечно, будут, но вот домами – это вряд ли, поскольку, если у них на Западе люди действительно часто живут в отдельном доме, то в его доме порядка 250 квартир, так что дружить домами вряд ли получится. На первый взгляд – безобидная шутка. Но я бы всё-таки квалифицировал эту шутку как самоутверждающееся умствование, сопровождающееся смакованием собственного (как мы понимаем иллюзорного) интеллектуального превосходства над собеседником. На самом деле живая нормальная речь и должна быть противоречивой, а полностью лишенной противоречий может быть только речь шизофреника. Мышление и речь истинны лишь постольку, поскольку их поддерживает интуиция, которая оживляет их и наполняет содержательным смыслом. Если же такой поддержки нет, то основанное на них поведение будет неадекватным, приведёт к столкновению с реальностью, человек неизбежно придёт в противоречие с окружающим миром и самим собой.

В своё время мне довелось работать в психиатрической больнице в качестве практического психолога. Вспоминаю одного из наших пациентов – молодого человека, больного шизофренией. Это был интеллектуально очень одарённый человек: успешно учился одновременно в двух высших учебных заведениях, замечательно играл в шахматы (мне довелось сыграть с ним партию и я был разбит в пух и прах). Так вот, этот молодой человек часами(!) сидел в туалете на стульчаке и медсёстрам приходилось выгонять его оттуда швабрами. На физиологическом уровне никаких особых проблем с дефекацией у него не было. Проблемы были на уровне психологическом. Оказывается, ему непременно нужно было всё "выкакать до конца", а поскольку довольно трудно иметь уверенность в полном и абсолютном завершении данного процесса, бедолага обрёк себя на безвылазное многочасовое сидение в туалете.

Таков и наш ум, дай только ему волю. Чем более он логичен, тем более шизофреничен, ему тоже надо "всё выкакать до конца".

Можно сделать то обобщение, что во всех случаях психической патологии, связанных с поражением информационного (в отличие от энергетического) аспекта личности, – налицо неспособность примирить и интегрировать внутриличностные, внутрипсихические противоречия. К этому относится и шизофренический схизис и невротический конфликт. Если духовная зрелость – это Тай-цзи, как полная интеграция противоположностей, то на другом полюсе – их принципиальная несовместимость и противостояние.

Итак, мы пришли к выводу, что объяснительная сила теории вовсе не является самодовлеющим критерием её истинности. Вполне возможно логически безупречное, непротиворечивое и в высшей степени убедительное изложение ошибочной и неадекватной теории, тогда как несомненная истина, основанная на глубоком и ясном прозрении в природу реальности, может быть изложена весьма невразумительно, сбивчиво и несвязно, с множеством противоречий и логических нестыковок. В первом случае, мы имеем замечательное развитие вербального интеллекта и дискурсивного мышления при прискорбной недостаточности интуиции. В другом случае – наоборот, прекрасное интуитивное видение при неспособности полноценно и качественно оформить его в словах. Конечно же, мы не должны забывать о принципиальной невозможности вербализации высшего интуитивного познания. Я хорошо осознаю, что здесь, при желании можно указать на логическое противоречие в моих словах: с одной стороны, я говорю о невыразимости интуитивно познанного, с другой – об адекватной вербализации. На самом деле, противоречия нет, поскольку существуют сферы опыта, относительно которых возможно как интуитивное познание, так и рациональное объяснение (сфера грубоматериального), однако есть и другие сферы, при продвижении в которые вербализация интуитивного постижения всё более и более затрудняется и, наконец, делается невозможной. В этой книге такого рода кажущихся логических нестыковок будет много, и мне бы хотелось, чтобы читатель проявил большую открытость и меньшую критичность.

Итак, можно заключить, что хотя разум и является низшей познавательной способностью, а высшая истина невыразима – тем не менее, будет грубой ошибкой отвергать разум, дискурсивное мышление. Просто нельзя ставить его, как это делают люди науки, на роль господина познания. Его роль хотя и важная, но подчинённая, и он должен знать своё место.

Мы начали обсуждать вопрос о критериях истинности. Но что такое истина? "Что есть истина?" – как спросил некогда Понтий Пилат.

Есть такой поучительный анекдот про героя гражданской войны, беззаветного красного конника, легендарного командарма, Василия Ивановича Чапаева.

 

Вернулся Василий Иванович в родную часть после учебы в Красной военной академии. Сидит со своим верным ординарцем Петькой, выпивают по случаю приезда. Василий Иванович делится впечатлениями:

– Ну, Петька, чему только нас в академии не учили, таким заковыристым наукам, ты даже слов таких не слыхивал!

– А чему же учили, Василий Иванович?

– Учили нас, Петька, психологии, логике, философии.

– Надо же, Василий Иванович! А что такое психология?

– Ну, как бы это тебе попроще объяснить. Представь себе, идут двое мимо бани, один грязный, вонючий, небритый, а другой – чистый, аккуратно подстриженный, одеколоном "Шипр" пахнет. Ну-ка скажи, Петька, который из них в баню пойдёт?

– Ясное дело, грязный пойдет, ему мыться надо. А чистому-то зачем, – он и без того чистый.

– Нет, Петька, не так. Грязный – он и привык ходить грязным, не нужна ему баня. Пойдёт чистый, он привык мыться, привык к чистоте и без бани никак не может.

– Да, Василий Иванович, тонкая наука эта психология. А что такое логика?

– Ну, как бы это тебе попроще объяснить. К примеру, идут двое мимо бани, один чистый, другой грязный. Который из них пойдёт в баню на помывку?

– Чистый пойдёт, Василий Иванович, привык он к чистоте, он и пойдёт.

– Ну что ты, Петька? Да как же это может быть? Зачем чистому мыться – это же просто нелогично! Конечно же, согласно науке логике, пойдёт грязный. На то и баня, чтобы грязь смыть!

– Ну, знаешь ли, Василий Иванович! То ты одно говоришь, то совсем другое, просто ум за разум заходит!

– А вот это, Петька, когда сначала одно, а потом совсем другое, и ум за разум заходит – это уже философия!

 

Оставив шутки в стороне, рассмотрим, каковы же, всё-таки, более надёжные, по сравнению с объяснительной силой теории, критерии её истинности.

Таких критериев три:

1. Интуитивная самоочевидность истины;

2. Практическая эффективность теории;

3. Прогностическая сила теории.

Рассмотрим эти критерии более подробно.

 

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.