Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Периодическое помешательство



 

Аналогично случаям непериодической мании болезненное повышение или более редкое проявление полового влечения может иметь место и во время приступов периодической мании (см. ниже о мании). О том, что половое ощущение может при этом быть извращенным, свидетельствует следующий случай (Servaes. — Archiv fur Psychiatrie).

Наблюдение 194.Катарина В., 16 лет, не имеет еще менструаций, раньше была здорова. Отец отличался вспыльчивым характером. За 7 недель до поступления в больницу (3 декабря 1872 г.) меланхолическое настроение и раздражительность. 27 ноября приступ бурного возбуждения, длившийся два дня. Затем снова меланхолия. 6 декабря нормальное состояние. 24 декабря (через 28 дней после первого приступа возбуждения) ведет себя тихо, боязливо, угнетена. 27 декабря состояние экзальтации (веселость, смех и т. д.) с проявлениями пламенной любви к одной из сиделок. 31 декабря внезапно меланхолическое оцепенение, продолжающееся 2 часа. 20 января 1873 г. новый приступ, совершенно такой же, как первый. Приступ повторяется затем 18 февраля, причем появляются следы регул. Пациентка проявляет половую амнезию по отношению ко всему, что имело место во время пароксизма; она краснеет и выражает искреннее удивление, когда ей рассказывают о ее поведении. Впоследствии еще несколько небольших приступов, которые в июне с наступлением правильных регул сменились нормальным психическим состоянием. В другом случае, о котором сообщает Гок (Archiv fur Psychiatrie, V) и который, по всей вероятности, свидетельствует о циклическом помешательстве на почве тяжелого невропатического отягощения, у больного в период экзальтации проявилось половое влечение к мужчинам. Однако больной считал себя в это время женщиной, и потому возникает вопрос, не вызвано ли здесь половое извращение помешательством на почве превратного полового ощущения.

В связи с этими случаями, когда патологические процессы в половой сфере составляют одно из проявлений мании, представляют большой интерес те случаи, когда болезненное и по большей части извращенное половое влечение наступает в форме припадков, аналогично дипсомании, и составляет ядро всего психического заболевания, причем в другое время у больных не замечается ни ненормального повышения, ни извращения полового чувства. Довольно выраженный случай такой периодической половой психопатии,находившейся в связи с менструациями, представляет наблюдение Аньеля (Archiv fur Psychiatrie, XV. Б. 2).

Наблюдение 195.Женщина, в возрасте, близком к климактерию. Тяжелое наследственное отягощение. В юные годы небольшие болезненные припадки. Всегда была эксцентрична, вспыльчива; отличалась строгой нравственностью. Замужем. Бездетна. Несколько лет назад после сильного душевного волнения произошел истероэпилептический припадок; после этого много недель находилась в состоянии послеэпилептического помешательства. Затем бессонница в продолжение многих месяцев. В конце концов бессонница, связанная с менструациями, и стремление завлекать мальчиков, еще не достигших десяти лет, целовать и трогать их половые органы. Стремления к половому акту и вообще к сношениям со взрослыми в это время не существовало. Пациентка сама иногда откровенно сознается в своем влечении, просит следить за нею, так как она не может поручиться за себя. В промежутках она избегает всякого разговора на эту тему, ведет себя в высшей степени прилично и совершенно не обнаруживает особой страстности. Для знакомства с подобными, еще мало изученными случаями периодической половой психопатии очень ценное значение имеют работы Тарновского (указ. соч., с. 38), хотя и не все его случаи носят периодический характер. Тарновский описывает случаи, когда женатые, образованные люди, отцы семейств время от времени чувствовали потребность совершать самые отвратительные половые акты, между тем как в обычное время они были совершенно нормальны в половом отношении, испытывали отвращение к своим поступкам во время припадков и с ужасом думали о возможном наступлении новых припадков. Но как только начинался припадок, у них исчезало нормальное половое ощущение, появлялось психическое возбуждение с бессонницей, с представлениями и влечениями в духе извращенного полового ощущения, с чувством страха и тоски и с все возрастающим и усиливающимся стремлением к таким половым действиям, которые в обычное время вызывали у них отвращение, но в момент припадка казались им спасительными, ибо давали выход их психическому состоянию. Полная аналогия с приступами дипсомании.

Другие случаи (периодическая педерастия) см. у Тарновского (указ. соч., с. 41). Случай, описанный там на с. 46, относится, по всей вероятности, к области эпилепсии. Следующий случай, сообщенный Аньелем (Archiv fur Psychiatric, XV. Н. 2), представляет прекрасный пример периодического наступления болезненного полового возбуждения.

Наблюдение 196.Мужчина 45 лет, принадлежащий к высшему слою общества, всеми уважаемый, пользующийся всеобщей любовью, человек здоровой нервной организации и строгого нравственного поведения, женатый уже в продолжение 15 лет, отец нескольких здоровых детей, всегда нормальный в половой сфере, живущий в прекрасных отношениях с женой, подвергся 8 лет назад сильному испугу. После этого он несколько недель страдал чувством страха и сердечными спазмами. Затем стали появляться своеобразные припадки с промежутками от нескольких месяцев до 1 года. Припадки эти пациент называл своим «нравственным насморком». У него появляется бессонница. Через 3 дня исчезает аппетит, раздражительность начинает увеличиваться, он приобретает расстроенный вид, взор делается неподвижным, становится как бы оцепенелым, лицо то бледнеет, то краснеет, пальцы начинают дрожать, в воспаленных глазах появляется блеск и своеобразное сладострастное выражение. Больной начинает неудержимо много говорить. Появляется влечение к маленьким девочкам в возрасте от 5 до 10 лет, даже к собственным дочерям. Он просит жену обезопасить от него детей. В этом состоянии пациент запирается на несколько дней в комнате. Раньше у него проявлялась склонность подстерегать на улице девочек-школьниц, причем получал своеобразное наслаждение, обнажая в их присутствии половые органы, как бы собираясь мочиться. Боясь скандала, запирался в комнату, оставался там в тихом, неподвижном состоянии, мучимый по временам приступами страха. Сознание, по-видимому, оставалось ясным. Продолжительность приступов 8-14 дней. Причины их возвращения совершенно неясны. Затем наступало внезапное улучшение; появлялась сильная сонливость, а после сна - нормальное состояние. В промежутках между приступами ничего ненормального. Аньель предполагает здесь эпилептическую подоплеку и считает эти припадки психическими эквивалентами эпилептического инсульта.

Мания

 

В том общем возбуждении, которое поражает при этой болезни всю психику, очень часто принимает участие и половая сфера. У женщин, страдающих манией, это даже составляет правило. В отдельных случаях может возникнуть вопрос: «не идет ли здесь речь только о разнузданном проявлении нормального самого по себе полового влечения или это последнее, в самом деле, болезненно усилено». В большинстве случаев второе предположение вернее; несомненно, оно там, где сексуальный бред и эквивалентный ему религиозный экстаз проявляются постоянно. В зависимости от высоты развития болезни повышенное половое влечение может проявляться в самых различных формах.

При простой маниакальной экзальтации у мужчин мы наблюдаем волокитство, легкое поведение, сальные разговоры, посещение публичных домов, у женщин - склонность кокетничать с мужчинами, наряжаться, краситься, разговаривать о браке и о всяких скандальных историях, подозревать чистоту других женщин или же - при эквивалентных религиозных порывах - стремление принять участие в путешествиях к святым местам, взять на себя какую-нибудь миссию, поступить в монастырь или, по крайней мере, сделаться прислугой пастора, причем все это сопровождается разговорами о своей девственности, невинности и пр.

На высоте мании (бешенство) встречается требование полового акта, эксгибиционизм, сквернословие, чрезмерная возбудимость по отношению к окружающим женщинам; больные обнаруживают склонность мочить себя слюной, мочой, даже калом, у них появляется религиозно-сексуальный бред, они утверждают, что на них снизошла благодать Св. Духа, что они родят младенца Иисуса и т.д. При этом необузданный онанизм и движения тазом, как при совокуплении. У мужчин на этой стадии мании можно встретить бесстыдное онанирование и попытки к изнасилованию женщин.

 

Нимфомания и сатириаз

 

В дополнение к описанию половой гиперестезии, которое мы дали на с. 84, необходимо охарактеризовать и оба эти состояния, так как здесь речь идет о временных (например, вследствие воздержания) или постоянных половых аффектах, возникающих на почве половой гиперестезии. Эти аффекты усиливаются иногда до такой степени, что поглощают все представления и стремления, и неудержимо толкают на совершение половых действий, дающих исход аффекту. В острых и наиболее тяжелых случаях перед все побеждающей силой аффекта оказываются совершенно бессильными и этика, и воля, в хронических же и более легких случаях победа над аффектом до известной степени возможна. На вершине приступа могут возникать галлюцинации, бред, помрачение сознания - явления, остающиеся иногда на более продолжительное время. Подобные случаи дали повод считать нимфоманию самостоятельной формой психической болезни.

В действительности, однако, нимфомания представляет только известный синдром в сфере проявлений психической дегенерации. Синдром этот может возникать в острой пароксизмальной форме, наподобие дипсомании, или периодически, совпадая часто с менструациями, но появляясь также и в промежутки между ними. Далее, нимфомания может комбинироваться со старческим слабоумием, климактерическими психозами, манией дегенератов и delirium acutum (острая смертельная нимфомания); при всех этих формах она может появляться и в качестве осложнения.

Моро (указ. соч.) сообщает об одном из таких не особенно редких случаев. Молодая девушка, после расстроившегося брака, стала внезапно проявлять нимфоманию и сделалась невыносимой благодаря циничным песням, разговорам, сладострастным позам и жестам. Она постоянно раздевалась, в постели ее могли удержать только несколько крепких мужчин (!), настойчиво требовала акта совокупления. Бессонница, опухшее лицо, сухой язык, частый пульс. Через несколько дней - смертельный коллапс.

Луйе-Виллерме (указ. соч.): девушка 30 лет, отличавшаяся всегда скромностью, заболела вдруг нимфоманией, сделалась в высшей степени возбудимой, стала проявлять необузданную потребность в половом удовлетворении. Сладострастный бред. Через несколько дней смерть от истощения. О трех случаях со смертельным исходом см. Maresch. - Psvchiatr. Zentralblatt, 1871.

Хроническая нимфомания, встречающаяся гораздо чаще, появляется, по-видимому, только у психических дегенератов на почве половой гиперестезии. В периоды обострения она достигает силы половых аффектов, которые проявляются либо в импульсивных действиях, либо - в более легких случаях - в форме навязчивых представлений. Последние не всегда ведут к импульсивным поступкам, так как при не особенно сильном половом возбуждении сказывается противоположное влияние этических представлений и так как, кроме того, больные нередко ищут одиночества и отчасти удовлетворяют себя онанизмом. В этих легких случаях нимфомании больные заслуживают не меньшего сожаления, чем те, которые под влиянием импульсивных влечений теряют свою женскую честь и достоинство, ибо в первом случае женщина вполне сознает весь ужас своего положения. Она делается игрушкой своей фантазии, которая вращается исключительно около половых представлений, а при ее половом возбуждении даже самые отдаленные образы приобретают у нее сексуальную окраску. Даже во сне ее преследуют сладострастные видения. Днем достаточно малейшего повода, чтобы вызвать у нее настоящие кризы в форме мучительного повышенного нервно-психического полового возбуждения, сопровождающегося неприятными ощущениями в половых органах (давление, дрожание, пульсация и т. д.). С течением времени эти несчастные получают временное облегчение благодаря тому, что у них развивается половая неврастения, вследствие которой раздражительность эякуляционного центра ненормально повышается, так что поллюции легко наступают при каждом сладострастном сновидении и при каждом эротическом возбуждении в бодрствующем состоянии. Но удовлетворения и, следовательно, временного избавления от своего мучительного полового аффекта они получают так же мало, как и те несчастные, которые предаются разврату с мужчинами. Эта анафродизия (или фригидность) объясняет нам в значительной степени стойкость полового аффекта, а вместе с тем и стойкость нимфомании, которая порождает один криз за другим. Половое возбуждение не может прийти в целительное равновесие, половой голод остается ненасытным (libido insatiata), и женщина, не обладающая большой силой морального противодействия, начинает предаваться мастурбации или психическому онанизму, делается даже проституткой и, переходя от мужчины к мужчине, тщетно ища удовлетворения и избавления, превращается, в конце концов, в Мессалину. Анафродизия, на почве которой разыгрываются все эти явления, зависит от половой неврастении, которая препятствует появлению оргазма и чувства сладострастия (удовлетворения). Часто эта неврастения возникает вследствие раннего пробуждения и усиления полового влечения, что ведет к онанизму, или вследствие воздержания при одновременных половых раздражениях и боязни полового акта, или вследствие половой инвалидности мужа, который доставляет жене такой несовершенный суррогат, как «nourrisson adulte», или куннилингус, или другие отвратительные приемы.

Наблюдение 197. В., с ранней молодости страдает страстью к мужчинам. Происходит из хорошей семьи, прекрасно образованна, отличается добрым характером, скромна, легко покрывается краской стыда — и все-таки уже с юного возраста была наказанием для своей семьи. Как только она встречала человека другого пола, все равно, будь это ребенок, взрослый мужчина, старик, красивый или уродливый, она немедленно обнажалась и страстно умоляла удовлетворить ее половое влечение любым путем, хотя бы посредством руки. Чтобы излечить ее, решили выдать ее замуж. Мужа очень любила и, тем не менее, не могла удержаться, чтобы не потребовать от мужчины, если она могла завладеть им, если это был наемный работник, или слуга, или школьник, совершить с ней половой акт. Ничто не могло избавить ее от ее порока. Даже когда она сделалась бабушкой, она продолжала оставаться Мессалиной. Раз она заманила в свою спальню двенадцатилетнего мальчика, чтобы растлить его. Мальчик сумел вырваться и убежать. От его брата она получила жестокое наказание. Все было напрасно. Ее поместили в монастырь. Там она была образцом хорошего поведения и не вызвала против себя ни малейшего неудовольствия. Но тотчас же по возвращении ее оттуда начались снова скандалы. Семья прогнала ее, дав ей ничтожную ренту. Трудом своих рук она зарабатывала деньги, чтобы иметь возможность приводить себе любовников. Если бы кто-нибудь посмотрел на эту чистоплотно одетую матрону с прекрасными манерами и приятной внешностью, то он не поверил бы, сколько необузданного сладострастия таится в этой 65-летней женщине. Семья, отчаявшись ввиду новых скандалов, поместила ее в дом умалишенных. Там она прожила до мая 1858 г., когда с нею сделался апоплексический удар. Она умерла 73 лет от роду. Поведение ее в больнице было образцовым до тех пор, пока за нею следили. Но как только ее предоставляли самой себе, у нее при первом же благоприятном случае снова пробуждалась половая ненасытность, и так продолжалось почти до самой смерти. В остальном за все 4 года пребывания в больнице не было ни разу отмечено ни малейшего признака какой-либо психической ненормальности (Trelat. «Folie lucide»).

Наблюдение 198.Хроническая нимфомания. Э., 47 лет. Дядя со стороны отца был душевнобольной. Отец — экзальтированный человек, предававшийся разврату. Брат пациентки умер от острого мозгового заболевания. Пациентка с детства нервная, эксцентричная, склонная к мечтательности, стала проявлять. как только вышла из детских лет, повышенное половое влечение и уже с 10 лет начала предаваться половым наслаждениям. На 19-м году вступила в брак; супружеская жизнь протекала довольно сносно; но муж, несмотря на свою полную половую способность, не удовлетворял ее, и она постоянно, до самых последних лет, имела кроме мужа еще несколько приятелей. Она вполне понимала предосудительность своего поведения, но чувствовала, что воля ее совершенно бессильна против ненасытной страсти, которую она старалась хотя бы не проявлять слишком открыто. Впоследствии она обозначила свое страдание, как «мужеманию». У пациентки было 6 детей. 6 лет назад она упала из коляски и получила серьезное сотрясение мозга. В результате - меланхолия с бредом преследования, болезнь, которая привела ее в дом умалишенных. Пациентка приближается к климактерическому периоду, регулы за последнее время сделались частыми и обильными. Вместе с тем она с удовольствием замечает, что ее прежняя чрезмерная страсть ослабевает. Держит себя прилично. Легкая степень опущения матки и выпадения прямой кишки. Хроническая форма нимфомании нередко ведет к тяжким нарушениям общественной морали и даже к преступлениям против нравственности. Печально также и положение мужчины, который попадает в сети такой не знающей удовлетворения и потому ненасытной Мессалины. В результате может получиться тяжелая неврастения и импотенция. Эти несчастные женщины распространяют разврат, деморализуют окружающих, делаются даже опасными для мальчиков, а так как встречаются женщины с гомосексуальной нимфоманией, то иногда они развращают и девочек. Чтобы привлечь мужчин, они стараются выставить свои женские прелести, прибегают иногда даже к эксгибиционизму. Состоятельные нимфоманки нередко доходят до того, что нанимают за деньги мужчин для удовлетворения своей ненасытной похоти. Очень часто такие женщины становятся, в конце концов, проститутками.

Состояние сатириазау мужчин аналогично нимфомании. Все сказанное относительно последней приложимо с известными оговорками и к сатириазу. Он также представляет расстройство центральной нервной системы, протекающее в острой или хронической форме, причем в острых случаях дело может доходить до галлюцинаторного бреда с эротическим содержанием, а при невозможности разряжения полового аффекта - до приступов бешеной ярости, острого помешательства.

Ненормально повышенный или ненормально длительный половой аффект подчиняет себе всю психическую жизнь. Самые индифферентные образы будят чувственность, все представления и восприятия окрашиваются в сладострастный цвет. На вершине приступа больного охватывает пламя страсти, сознание затемняется, организм приходит в такое состояние возбуждения, какое имеет место при половом акте. Тотчас же после эякуляции может наступить новая фаза оргазма, так что половые органы остаются в состоянии длительного напряжения (приапизм). Страдающий сатириазом постоянно может совершить изнасилование и потому становится очень опасным для лиц другого пола. Иногда, по необходимости, он предается онанизму или содомии. К счастью, сатириаз встречается редко. Утверждение, будто он может возникнуть вследствие отравления шпанскими мушками, основано на смешении его с приапизмом. Первоначально чувство сладострастия, которое сопровождает приапизм с момента отравления шпанскими мушками, очень скоро переходит в противоположное чувство. Аналогично легкой хронической нимфомании у мужчин встречаются состояния легкого сатириаза, а именно в случаях половой неврастении, особенно под влиянием мастурбации, по большей части после сексуальных излишеств, когда наряду с импотенцией имеется необузданное половое влечение. Здесь, как и в острых случаях, фантазия очень возбуждена, сознание полно сладострастных картин. Так как мышление и желания у таких субъектов направлены исключительно на половое удовлетворение и в то же время они страдают импотенцией, а нередко и анафродизией (или фригидностью), по крайней мере относительной, то при наличии извращенной фантазии они часто доходят до самых отвратительных поступков в смысле полового извращения. Особенно легко делаются их жертвами дети. Иногда они становятся нестерпимыми в обществе из-за эксгибиционизма, публичной мастурбации, половых актов с лицами собственного пола. Речи их полны сальностей, неприличных выражений и пр.

Нередко легкие степени сатириаза встречаются в начальных стадиях паралитического и старческого слабоумия.

Наблюдение 199. Сатириаз. Острое помешательство в результате абстиненции (воздержания). 19 мая 1882 г. в психиатрическую клинику в Граце был принят 23-летний больной Ф., по профессии сапожник, холостой. Отец его отличался вспыльчивостью, мать страдала невропатией, брат матери был душевнобольной. Пациент никогда раньше серьезно не болел, не пил, но всегда отличался повышенной половой потребностью. 5 дней назад у него появилось острое психическое заболевание. Среди белого дня и в присутствии свидетелей он сделал две попытки к изнасилованию. Арестованный, он продолжал бредить о сладострастных предметах, непрерывно мастурбировал, на 3-й день впал в состояние ярости. При поступлении в больницу больной представлял картину острого помешательства с явлениями сильного двигательного раздражения и лихорадкой. Лечение эрготином. Выздоровление. 5 января 1888 г. - вторичное поступление в больницу в состоянии припадка ярости. 4-го пациент сделался угрюмым, раздражительным, плаксивым, появилась бессонница. Затем после нескольких неудачных нападений на женщин стал проявлять все усиливающееся возбуждение. 6-го возбуждение увеличилось, больной дошел до состояния резкой формы острого помешательства (тяжелое расстройство сознания, скрежетание зубами, гримасничание и другие явления двигательного раздражения, температура 40,7). Совершенно непроизвольная мастурбация. К 11 января выздоровление при энергичном лечении эрготином. По выздоровлении больной сообщил интересные данные относительно причины своего заболевания. Он всегда имел повышенную половую потребность. Первый половой акт был на 16-м году. Воздержание причиняло ему головную боль, сильную психическую возбудимость, утомляемость, потерю интереса к работе, бессонницу. Так как, живя в деревне, он редко имел возможность удовлетворить свою потребность, то он прибегал к мастурбации. Он должен был мастурбировать 1-2 раза в день. Уже 2 месяца он не имел полового сношения. Половое возбуждение все возрастало, он мог думать только о том, как бы удовлетворить свое половое чувство. Одной мастурбации было уже недостаточно, чтобы устранить все более и более усиливавшиеся расстройства, вызванные воздержанием. В последние дни потребность в половом акте сделалась неудержимой, бессонница, возбуждение. О периоде наивысшего развития болезни он имеет только общее воспоминание. В здоровом состоянии пациент представляет в высшей степени благонравного субъекта. На свою необузданную страсть он смотрит как на несомненную болезнь и боится будущего.

Наблюдение 200.Сатириаз. 7 июля 1874 г. инженер К., ехавший по делам из Триеста в Вену, остановился на станции Б., отправился в город, оттуда в ближайшую деревню С, забрел в какую-то хижину, где в это время находилась одна только 70-летняя старуха, набросился на нее с намерением изнасиловать. Жители деревни схватили его, и он был арестован местной полицией. На допросе он показал, что хотел найти живодерню, чтобы удовлетворить свое возбужденное половое чувство с собакой; такое половое возбуждение бывает у него часто. Он не отрицал своего поступка, но объяснил его болезнью. Жара, тряска в вагоне, забота о семье, к которой он хотел поехать, все это затуманило его мозг и сделало его больным. Нельзя было заметить, чтобы он проявлял стыд или раскаяние. Держал он себя открыто, весело, глаза у него были красные и блестящие, голова горячая, язык обложен, пульс полный, мягкий, до 100 ударов, в пальцах легкая дрожь. На вопросы арестованный отвечал точно, но торопливо, взор его был беспокойный, и в нем легко было прочесть выражение сладострастия. На приглашенного судебного врача он произвел впечатление больного, как если бы он находился в начале алкогольного помешательства. К. 45 лет, женат, имеет ребенка. О здоровье своих родителей и других членов семьи ничего не может сообщить. В детстве он был слабым, невропатическим ребенком. В возрасте 5 лет он получил удар по голове киркой. Эта травма оставила рубец, помещающийся на правой теменной и лобной костях. Кость в этом месте несколько вдавлена и сращена с покрывающей ее кожей. Давление на это место вызывает боль, которая распространяется в нижнюю ветвь тройничного нерва. Появляются иногда в этом месте и непроизвольные боли. В детстве часто «обморочные приступы». До наступления половой зрелости болел пневмонией, ревматизмом и кишечным катаром. Уже с 7 лет он начал чувствовать странное влечение, к мужчинам, а именно влюбился в одного полковника. При взгляде на него испытывал трепет в сердце, целовал землю, где тот проходил. На 10-м году влюбился в одного депутата рейхстага. Впоследствии он тоже продолжал мечтать о мужчинах, но отношения его к ним оставались чисто платоническими. С 14 лет начал онанировать. На 17-м году первый половой акт с женщиной. После этого тотчас же исчезли все прежние проявления превратного полового ощущения. К тому же времени относится появившееся у него своеобразное психопатическое состояние, которое описывает как своего рода ясновидение. С 15 лет начал страдать геморроем с явлениями плеторы (полнокровия) в нижней части живота. Когда наступали обильные геморроидальные кровотечения, что случалось каждые 3-4 недели, чувствовал себя лучше. В остальное время постоянно испытывал мучительное половое возбуждение, которое старался облегчить отчасти онанизмом, отчасти сношениями с женщинами. Его раздражала каждая встречная женщина. Даже когда находился среди своих родственниц, ему нужно было удерживаться, чтобы не сделать им грязные предложения. Иногда удавалось побеждать в себе свою страсть, а иногда не мог противостоять ей и совершал непристойные поступки. Если его выбрасывали за дверь, то бывал доволен, т.к. нуждался, как он говорил, в таких мерах и в такой поддержке в борьбе с неудержимым влечением, которое тяготило его самого. Периодичности в наступлении его полового возбуждения не наблюдалось. До 1861 г. предавался половым излишествам и перенес несколько раз триппер и шанкр. В 1861г. женился, чувствовал себя удовлетворенным в половом отношении, но был в тягость жене из-за своей сильной потребности. В 1864 г. у него был приступ мании в госпитале в Ф.; в том же году заболел вторично и был помещен в больницу для душевнобольных в X., где пробыл до 1867 г. Там страдал рецидивирующей манией с сильным половым возбуждением. Причиной этого заболевания считал кишечный катар и пережитые неприятности. Впоследствии выздоровел, но повышенная половая страсть продолжала его мучить. Если разлучался с женой хотя бы на короткое время, то страсть возрастала с такой силой, что ему было безразлично, с кем удовлетворить ее - с человеком или животным. В особенности усиливалось страдание летом; в это время его мучили сильные приливы крови к тазовым органам. На основании того, что запомнил из чтения медицинских книг, полагает, что у него наблюдается преобладание ганглиозной системы над церебральной. В октябре 1873 г. ему потребовалось из-за служебных обязанностей разлучиться с женой. До Пасхи только по временам предавался онанизму. С этого времени начал прибегать к женщинам и сукам. С середины июня до 7 июля не было возможности получить половое удовлетворение. Стал чувствовать возбуждение, разбитость, казалось, что сходит с ума. Последние ночи плохо спал. Тоска о жене, которая жила в Вене, заставила бросить службу. Взял отпуск. Жара в дороге, лязг вагонов привели его в полное расстройство. Половое возбуждение и напряжение крови в низу живота сделались невыносимыми, все прыгало перед глазами. В таком состоянии оставил купе. В голове все смешалось, не сознавал, куда идет; в какой-то момент появилась мысль броситься в воду; все, что видел перед собой, было покрыто какой-то пеленой. Когда увидел женщину, то обнажил пенис и сделал попытку овладеть ею. Но она стала кричать, и он был арестован. Тотчас же после покушения ясно осознал, что совершил. Публично сознался в своем преступлении, которое помнил во всех деталях, но которое казалось ему чем-то болезненным - не считал себя виновным. Еще несколько дней К. страдал головной болью, приливами крови, бессонницей и становился временами возбужденным и беспокойным. Душевные функции были нормальны, но от природы был несколько странным человеком со слабым, безвольным характером. В выражении лица есть что-то сладострастное и дикое, что напоминает фавна. Страдает геморроем; половые органы нормальны. Лобная часть черепа несколько узка и поката. Рост высокий, упитан. В физиологических функциях, кроме поносов, не отмечено никаких расстройств.

Наблюдение 201.Чередующийся сатириаз. Д., помещик, всеми уважаемый человек, женатый, 35 лет, стал за последние 3 года все чаще впадать в состояние полового возбуждения, которое в течение последнего года приняло характер настоящих приступов сатириаза. Ни наследственности, ни другой органической причины болезни не имеется. Д. в то время, когда испытывал сильное половое возбуждение, совершал акт совокупления 10 или даже 15 раз в сутки, однако при этом не получал удовлетворения своей страсти. Мало-помалу у него развилось состояние повышенной нервной возбужденности (erethisme general), выражавшейся в сильнейшей раздражительности, вплоть до патологических аффектов гнева и влечения к алкоголю, которое, в свою очередь, привело к проявлениям алкоголизма. Приступы сатириаза достигали у него такой силы, что он терял ясность сознания и готов был на какую угодно крайность, чтобы удовлетворить свое слепое влечение к половому акту. Фактически он толкал свою жену на половую связь с другими мужчинами, с животными, даже с сыном, столь велико было его вожделение. О том, что он делал во время приступов, когда его крайняя возбудимость приводила даже к аффектам яростного гнева, он совершенно забывал. Однако он сознавал, что у него бывают моменты, когда он теряет власть над своими чувствами и когда жена перестает его удовлетворять, так что он должен бросаться на первую встречную женщину. После одного сильного душевного потрясения эти приступы полового возбуждения внезапно прекратились (Lenz. — Bulletin de la Societe de med. mentale de Belgique, Nr. 21).


Меланхолия

 

Настроение меланхолика и состояние его сознания неблагоприятны для пробуждения полового чувства. Тем не менее, случается, что такие больные мастурбируют. Во всех тех случаях, которые я наблюдал, речь шла о субъектах отягощенных, которые уже до болезни предавались мастурбации. По-видимому, акт онанизма вытекает здесь не из желания удовлетворить сладострастное возбуждение, а скорее является результатом привычки, скуки, страха и стремления вызвать хотя бы временную перемену в мучительном психическом состоянии.

 

Истерия

 

При этом неврозе ненормальности половой жизни встречаются в высшей степени часто, а в случаях с наследственным отягощением - всегда. Здесь могут иметь место всевозможные аномалии половой функции в самых пестрых и неожиданных сочетаниях, а при наличии наследственно дегенеративной почвы и нравственной ущербности также в форме самых глубоких извращений. Болезненные изменения и извращения в области половых ощущений оказывают всегда известное влияние на всю психику этих больных. Примечательный случай этого рода сообщил Жиро.

Наблюдение 202.Марианна Л. в Бордо усыпила наркотиками свою госпожу и во время ее сна предоставила ее детей своему любовнику для полового акта и затем заставила их быть свидетелями самых безнравственных сцен. Выяснилось, что Л. - истеричка (гемианестезия и приступы судорог) и что до заболевания она вела себя прекрасно и пользовалась полным доверием. После же болезни она стала бесстыдно предаваться мастурбации и потеряла нравственное чувство.

Очень часто при истерии замечается болезненное повышение полового чувства. Повышение это может иногда иметь чередующийся (менструальный?) характер. В результате женщины - и даже замужние - впадают в проституцию. В более легких случаях половое влечение выражается в онанизме, обнажении тела у себя дома, пачканье себя мочой и другими грязными веществами, надевании мужского костюма и т. д.

Шюле (Klinische Psychiatrie, 1886. S. 237) указывает на особенную частоту болезненного повышения полового влечения; «повышение это при соответствующем предрасположении превращает девушек и даже женщин, живущих в счастливом браке, в Мессалин». Названный автор знает случаи, когда уже во время свадебного путешествия женщины делали попытки бежать со случайно встречавшимися им мужчинами и когда уважаемые матери семейств заводили связи без всякого разбора, жертвуя своим достоинством и честью для удовлетворения ненасытного сладострастия.

При истерическом умопомешательстве болезненно повышенное половое влечение может выражаться в форме безумной ревности, недобросовестных обвинений мужчин в безнравственных поступках, в галлюцинациях совокупления и т.д. Иногда может встречаться и фригидность с недостаточным ощущением сладострастия; по большей части в основе этого лежит половая анестезия.

 

Паранойя

 

Ненормальные проявления половой жизни нередки при различных формах первичного помешательства. В самом деле, ведь некоторые формы последнего развиваются на почве половых эксцессов (мастурбаторная паранойя) или полового возбуждения; кроме того, мы имеем здесь дело с психическими дегенератами, у которых, как показывает опыт, наряду с различными функциональными признаками вырождения, нередко обнаруживается также и глубокое нарушение половой жизни.

Болезненное повышение, а иногда и извращение полового чувства особенно отчетливо выступает при эротической и религиозной паранойе. При первой форме состояние полового возбуждения не ведет непосредственно к поступкам и действиям, имеющим целью половое удовлетворение; гораздо чаще (хотя отнюдь не всегда) оно проявляется в платонической любви, в боготворении какой-нибудь личности другого пола, доставляющей эстетическое удовлетворение, иногда даже в любви к воображаемому лицу, к картине, статуе.

Впрочем, нередко в основе такой вялой, чисто духовной любви лежит слабость органов воспроизведения, явившаяся следствием продолжительной мастурбации; иногда под покровом целомудренной любви скрываются сильное сладострастие и половые эксцессы. Временами, в особенности у женщин, может наступать состояние сильнейшего полового возбуждения в форме нимфомании. Религиозная паранойя по большей части также имеет свои корни в половой сфере; здесь мы встречаем ненормально раннее появление и болезненно-сильное развитие полового чувства. Половое влечение находит себе удовлетворение в мастурбации или в религиозной мечтательности, предметом которой делаются отдельные лица духовного звания, святые и т. д.

О психопатологической связи между областью полового чувства и областью религиозного чувства мы подробно говорили на с. 21-24.

Помимо мастурбации при религиозной паранойе сравнительно часто встречаются половые преступления. В сочинении Марка (Ubers. von Ideler, II. S. 160) приводится один примечательный случай религиозного помешательства, приведший к нарушению супружеской верности. Другой случай, когда 43-летний мужчина, страдавший религиозной паранойей, совершил растление маленьких девочек во время приступа эротического возбуждения, описал Жиро (Annales medico-psychologiques). Сюда же относится и следующее наблюдение (Liman. — Virteljahrschrift fur gerichtliche Medizin).

Наблюдение 203.M. сделал беременной собственную дочь. Его жена, мать 18 человек детей и сама беременная от своего мужа, сообщила об этом судебным властям. М. уже 2 года страдал религиозной паранойей. «Мне было откровение, что я должен разделить ложе со своей дочерью, которая есть вечное солнце. От веры моей, жившей 18 веков, должен родиться человек из крови и плоти. Этот человек будет мостом вечной жизни между Ветхим и Новым Заветом». Больной последовал этому откровению, имевшему, по его мнению, божественное происхождение.

При бреде преследования иногда также встречаются патологические проявления полового чувства.

Наблюдение 204.30-летняя женщина заманила к себе игравшего неподалеку 5-летнего мальчика, обещав ему дать деньги и угостить жареным, играла пенисом, пыталась принудить ребенка к половому акту1. Эта женщина, учительница по профессии, отличавшаяся всегда строгой нравственностью, была обманута и брошена одним мужчиной, после чего некоторое время занималась проституцией. Ключ к объяснению ее безнравственного поведения нужно искать в том, что она страдала очень развитой манией преследования и считала себя в таинственной власти ее прежнего возлюбленного, который, как ей казалось, принуждал ее к половым сношениям. Так и относительно упомянутого выше мальчика она полагала, что он послан ей ее возлюбленным. Было невероятно, чтобы мотивом ее преступления была грубая чувственность, так как ей нетрудно было удовлетворить свое половое влечение естественным путем (Kiissner. — Berliner klinische Wochenschrift).

Наблюдение 205.Противонравственные действия над детьми. Паранойя. 26 мая старый железнодорожный служащий X., 46 лет, пенсионер, был пойман на людной дороге в то время, как он сосал пенис 8-летнего мальчика. По дороге в дом заключения он совершил то же преступление с ехавшим с ним молодым арестантом, а затем и еще с одним, после чего его отправили в психиатрическую клинику; там он продолжал совершать покушения на больных, пока его не поместили в изолятор. Обследование показало, что больной страдает бредом преследования, который развился из долголетней конституциональной неврастении на почве тяжелого наследственного отягощения. В бреду преследования главную роль играло его прежнее начальство, которое, как ему казалось, держало его в своей власти и старалось заставить снова поступить на службу. Но вот за последние два года он заметил, что некоторые люди, очевидно расположенные к нему, в том числе важные чиновники, хотят указать ему путь, каким он мог бы избавиться от тяжелого и мучительного бремени постоянного преследования. Они многозначительно брали в рот палец и сосали его. Еще яснее были указания, которые делали ему его братья: они обращались к собакам, говорили им, чтобы они лизали, но в действительности имели при этом в виду его. Отсюда он понял, что если он будет публично лизать у кого-нибудь половые органы, то он настолько скомпрометирует себя, что его прежнее начальство не сможет уже вернуть его на службу и он таким образом получит снова свободу. Сначала он не мог решиться на такой отвратительный поступок, но преследования настолько усилились, что не видел другого исхода; сперва пытался скомпрометировать себя тем, что совершал куннилингус у тех проституток, которые поощряли его к этому жестами и взглядом. Но, видя, что проститутки не доносят на него, стал прибегать к мальчикам и девочкам (пол был для него безразличен), которые делали ему соответствующие знаки. Он не понимает, каким образом поступок, внушенный ему высокопоставленным лицом, мог привести его к конфликту с полицией и почему продолжаются преследования прежней дирекции, несмотря на то что он так основательно себя скомпрометировал. Это стремление пациента достигнуть своей нелепой цели путем такого отвратительного эротического преступления, а не путем, например, воровства, объясняемся тем, что на почве его неврастении и импотенции у него постепенно развилось извращение в сфере половой жизни. Пациент отличался всегда повышенной половой возбудимостью; половая организация его в основе была гетеросексуальной, но из-за многолетней половой неврастении он не получал никакого удовлетворения при акте совокупления, причем эрекция постепенно становилась все слабее. Он обращался к врачам, и те советовали ему воздержание. Из-за сильного полового влечения он не мог выполнить этого совета, а из-за импотенции не мог совершать полового акта. Таким образом он пришел к куннилингусу, при котором всегда явно ощущал чувство сладострастия, а иногда даже имел эякуляцию. Этим компенсировалось его отвращение к такому «лизанию», а когда ко всему этому присоединились еще параноические указания относительно детей, то несчастный, в конце концов, встал на путь преступления. Он сознается, что с течением времени при своих противонравственных поступках с детьми он начал ощущать половое удовлетворение и что это последнее было одним из мотивов его преступлений. Но главная причина все-таки в том безвыходном положении, в которое он попал из-за преследований своего прежнего начальства. В клинике пациент вел себя спокойно и послушно, так что через некоторое время он мог быть передан на руки родным.

Такие же случаи описал Кюллер (Perversions sexuelles chez les persecutes. - Annales medico-psychologiques, 1886, Mars): например, один больной, страдавший половым бредом преследования, пытался изнасиловать свою сестру, ибо ему казалось, что его принуждают к этому бонапартисты. В другом случае один капитан, который страдал манией электромагнетического преследования, был принуждаем своими преследователями к педерастии, к которой он чувствовал сильнейшее отвращение. В другом аналогичном случае преследователь побуждал к онанизму и педерастии.

 

БОЛЕЗНЕННЫЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ПОЛОВОЙ ЖИЗНИ

В СУДЕБНОМ ОТНОШЕНИИ

 

У всех культурных наций лицо, совершившее преступление против нравственности, преследуется законом. Так как охрана нравственности и потомства является одним из самых существенных условий существования государства и общества, то государство должно делать все возможное для защиты нравственности и для борьбы с чувственностью. Но борьба эта неравная, ибо только известная часть половых извращений может быть преследуема судом; кроме того, в борьбе с таким могущественным природным инстинктом можно вообще сделать не так уж много при помощи наказания. Наконец, по самой природе своей половые преступления таковы, что только часть их доходит до сведения властей. Общественное мнение приходит на помощь властям в том смысле, что считает подобного рода преступления обесчещивающими.

Уголовная статистика обнаруживает тот печальный факт, что в современном культурном обществе половые преступления непрерывно учащаются; в особенности это заметно по отношению к преступлениям против малолетних (до 14 лет).

Уже Каспер (Klinische Novellen) в начале 60-х гг. обратил внимание на этот печальный факт. В качестве судебного врача (в Берлине) ему пришлось за время с 1842 по 1851 г. исследовать только 52 случая преступлений против нравственности; а с 1852 по 1861 г. было уже 138 случаев таких преступлений, совершенных против малолетних и взрослых лиц женского пола.

Согласно «Comptes rendus de la justice criminelle en France» в 1826—1840 гг. преступления против нравственности составляли только 20 % всех преступлений против личности, а с 1856 по 1860 г. уже 53%. Из них преступления, совершенные против детей, составляли в 1826-1830 гг. только часть всех процессов, а в 1856-1860 гг. уже 1/з.

По Франции Ёттинген («Moralstatistik») сообщает следующие данные: в 1826 г. 136 процессов по поводу изнасилования детей, а в 1867 г. - 805.

Моро («Aberrations du sens genesique») определяет число процессов, возбужденных по поводу противонравственных преступлений против детей, для 1872 г. в 682, для 1876 г. - в 875.

В Англии число таких преступлений, дошедших до суда, было в 1830-1834 гг. 167, в 1851-1855 гг. - 1395.

В Пруссии, по Ёттингену, число сексуальных проступков возросло с 1855 по 1869 г. в отношении 325:925, а число сексуальных преступлений - в отношении 1477:2945. Ортлофф («Die strafbaren Handlungen») также находит значительное увеличение противонравственных преступлений по отношению к детям моложе 14 лет.

Интересную статистику противонравственных преступлений, бывших предметом разбирательства во французских судах за время 1860-1892 гг., дает Туано (Attentats aux moeurs et perversions du sens genital, Paris, 1898). В то время как общая половая преступность во Франции, видимо, уменьшается (в 1860 г. 830 случаев, то есть 2,3 случая на 100 тыс. жителей; в 1892 г. только 679, то есть 1,7 случая на 100 тыс. жителей), относительное количество преступлений против детей, напротив, возрастает: в 1860 г. соотношение числа преступлений против взрослых и против детей было 180:650 (1:3,6), а в 1892 г. - 78:601 (1:7,7); в 1885 г. преступления против детей достигали максимума (1:9,5).

Моралисты усматривают во всех этих печальных фактах не более как признак общего упадка нравственности и высказываются иногда в том смысле, что отчасти виновата в этом мягкость, которую проявляет современное законодательство в наказании сексуальных преступлений, подвергавшихся в прошлом столетии гораздо более тяжелым карам.

Врач, исследующий это явление, приходит, напротив, к тому выводу, что оно зависит от все возрастающей в современном культурном обществе нервозности. Представители последних поколений являются нередко невропатическими субъектами с повышенной возбудимостью половой сферы, с наклонностью к половым излишествам; ослабление половой способности при одновременном сохранении похотливости приводит их к половым извращениям. Немалую роль в этих дегенеративных процессах современной культурной жизни играет алкоголизм, понижающий этический и интеллектуальный уровень самих пьяниц и их потомства и действующий в то же время возбуждающим образом на их половую сферу.

Относительное возрастание числа противонравственных преступлений, совершенных над детьми, объясняется, по моему мнению, все усиливающимся физическим упадком (импотенция) и психическим вырождением взрослого населения. В пользу этого говорит тот факт, открытый еще Тардье и подтвержденный затем Бруарделем и Бернаром, что преступления против детей встречаются несравненно чаще в городах (в особенности в больших), а против взрослых (главным образом изнасилование) - в сельских местностях.

Затем статистические данные, приводимые Тардье и Бруарделем, показывают, что вместе с увеличением возраста преступников растет и процент противонравственных преступлений против детей, что чем старше преступник, тем моложе его жертва, и что старики совершают противонравственные преступления уже исключительно над детьми; все это подтверждает наше предположение, что половая импотенция наряду с потерей нравственного чувства (старческое слабоумие) являются главными причинами в происхождении этих ужасных преступлений. То, что в совершении сексуальных преступлений нередко играют важную роль невропатические и даже психопатические условия, в достаточной мере видно из предыдущего нашего изложения. Это выдвигает перед нами вопрос о вменяемости многих из тех субъектов, которые обвиняются в совершении противонравственных преступлений.

Неоспоримая заслуга психиатрии заключается в том, что она изучила и доказала наличие психической болезни во многих случаях чудовищных, парадоксальных половых актов. Но этими результатами психопатологического исследования юриспруденция — в лице ее законодательных и судебных органов — до сих пор воспользовалась очень мало. Становясь, таким образом, в противоречие с медициной, она постоянно рискует обвинить и подвергнуть наказанию таких людей, которые с научной точки зрения должны быть признаны неответственными за свои поступки.

Из-за такого поверхностного отношения к преступлениям, глубоко подрывающим общественные интересы и общественное благо, юстиция часто возвращает обществу какого-нибудь опаснейшего преступника, убийцу, зверя в человеческом образе, после того как он отбыл наложенное на него наказание, между тем как научным исследованием может быть установлено, что преступник представляет собой человека с врожденной психической и половой дегенерацией и, следовательно, вполне невменяемого и что этот человек должен быть не наказываем, а обезврежен удалением из общества на всю жизнь. Если юстиция будет иметь в виду не преступника, а преступление, то ей всегда угрожает опасность нарушения важнейших интересов общества (общественная нравственность и общественная безопасность) и индивида (честь).

Нет другой области уголовного права, где совместная работа судьи и врачебного эксперта была бы так необходима, как область сексуальных преступлений. Только антрополого-клиническое исследование проливает свет на этого рода преступления.

Вид преступления сам по себе никогда не бывает достаточен для того, чтобы уверенно решить, имеет ли здесь место психопатический акт, или преступление вмещается в физиологические рамки психической жизни.

Извращенное действие не означает еще извращения чувства. По крайней мере, самые чудовищные извращенные действия полового характера встречаются иногда у вполне здоровых в психическом отношении людей. Но извращение чувства должно рассматриваться как явление безусловно патологическое. Доказательством этому служит процесс возникновения условий, из которых развивается это извращение, и тот факт, что оно является одним из проявлений общего невропатического или психопатического состояния.

Важное значение имеет состав преступления, но и он позволяет только делать предположения, ибо одно и то же половое действие в зависимости, например, от того, совершено ли оно эпилептиком, паралитиком или психически здоровым человеком, обнаруживает разнообразные черты и различные особенности.

Периодическое возвращение поступка при тождественных условиях и импульсивность в его совершении должны возбуждать серьезное подозрение относительно его патологического характера. Окончательное решение вопроса возможно лишь при нахождении психологических мотивов поступка (ненормальность представлений и чувств) и при сведении этой ненормальности к первоисточнику - к общему невропсихопатическому состоянию субъекта, то есть либо к остановке психического развития, либо к состоянию психического вырождения, либо к психозу.

При изучении мотивов отдельных поступков эксперты могут руководствоваться теми наблюдениями, которые изложены в этой книге в главах, посвященных общей и частной патологии. Факты, необходимые для решения вопроса, идет ли речь о простой безнравственности или о психопатическом состоянии, могут быть получены лишь при судебно-медицинском обследовании, при подробном, строго научном изучении всей личности, ее анамнеза и настоящего состояния, как в клиническом, так и в антропологическом отношении.

Очень важно установление врожденной аномалии половой жизни, для чего необходимо исследовать наличие состояния психического вырождения. Приобретенная аномалия может быть признана патологической тогда, когда ее удается свести к невро- или психопатическому состоянию. На практике здесь, прежде всего, приходится думать о паралитическом слабоумии и эпилепсии. Центр тяжести вопроса о вменяемости лежит в том, чтобы доказать у обвиняемого в совершении полового преступления наличие психопатического состояния. Такое доказательство, безусловно, необходимо для того, чтобы избежать опасности оправдания простой безнравственности под флагом болезни.

Психопатические состояния, делающие преступника невменяемым, могут вести к преступлениям против нравственности при следующих обстоятельствах:

  1. Нормальное, хотя, может быть, и повышенное половое влечение не встречает противодействия со стороны нравственных и правовых представлений, потому что: а) либо эти представления не были усвоены с самого начала (врожденные состояния психической слабости); б) либо они были потеряны (приобретенные состояния психической слабости).
  2. Половое влечение повышено (состояние психической экзальтации) и в то же время сознание затемнено, и психический механизм слишком расстроен, чтобы могли действовать задерживающие представления, хотя таковые и имеются.
  3. Половое влечение извращено (состояние психической дегенерации). Одновременно оно может быть повышено и непреодолимо по своей силе.

Те случаи сексуальных преступлений, которые не стоят в связи с каким-нибудь психическим дефектом, состоянием вырождения или болезнью, не могут рассчитывать на оправдание ссылкой на невменяемость.

Во многих случаях вместо болезненно-психического состояния мы находим невроз - местный или общий. Так как между неврозом и психозом существует ряд незаметных переходов, так как и при неврозе элементарные психические расстройства встречаются довольно часто, а при глубоком извращении половой жизни даже всегда и невротические расстройства, как, например, импотенция, раздражительная слабость и т.д., могут оказать известное влияние на инкриминируемый субъекту поступок, то справедливый суд независимо от того, насколько влияет на вменяемость преступника наличие психического дефекта или болезни, должен признать в самом неврозе смягчающее вину обстоятельство.

Юрист-практик не может - по различным соображениям - приглашать судебного врача для психиатрической экспертизы во всех случаях сексуальных преступлений. Когда именно он должен это делать, должно быть, конечно, предоставлено его совести и его усмотрению. Следующие факты, однако, должны навести на мысль, что в данном случае возможна патологическая подкладка преступления.

Преступником является старик. Сексуальное преступление совершено публично, с поразительным цинизмом. Способ полового удовлетворения отличается нелепостью (эксгибиционизм), или жестокостью (нанесение увечий, убийство в порыве сладострастия), или извращенностью (некрофилия и пр.).

Как показывает опыт, различные сексуальные акты (изнасилование, растление, педерастия, лесбиянство, скотоложство) могут иметь психопатологическую основу. При убийстве в порыве сладострастия, поскольку целью преступления является не само по себе убийство, а также при осквернении трупов психопатическое состояние весьма вероятно. Точно так же очень вероятным кажется патологическая подкладка в случаях эксгибиционизма и взаимного онанизма. Онанирование другого, равно как и пассивный онанизм, могут встречаться при старческом слабоумии, при извращенном половом ощущении, но и просто у развратников. Куннилингус и феллация (введение пениса в рот женщины) до сих пор во всех без исключения случаях имели психопатологический характер.

Эти отвратительные сексуальные приемы встречаются, по-видимому, почти исключительно у развратников, пресыщенных в естественных половых отправлениях и страдающих в то же время ослаблением потенции. Сношение с женщиной через задний проход2, кажется, не имеет психопатического характера и практикуется низко стоящими в нравственном отношении мужьями во избежание деторождения, а также пресыщенными циниками в их внебрачных половых сношениях.

Ввиду практической важности вопроса необходимо, чтобы сексуальные поступки, определяемые законодателем как наказуемые преступления, были изучены со специальной судебно-медицинской точки зрения. Это имеет то значение, что психопатологические поступки, иногда совершенно аналогичные, будучи освещены надлежащим образом, могут оказаться еще в пределах нормальной психологии.

НАРУШЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ НРАВСТВЕННОСТИ

В ФОРМЕ ЭКСГИБИЦИОНИЗМА

 

(Австрия. Уголовный кодекс, § 516; проект, § 195. Германия. Уголовный кодекс, § 183.)

Стыдливость в современном культурном обществе является глубоко укоренившейся, воспитанной в течение веков чертой характера, и всякое публичное и грубое нарушение ее всегда вызывает предположение о наличии каких-либо психопатологических условий.

Предположение это приобретает достоверность, если индивид, оскорбивший нравственное чувство своих сограждан и в то же время унизивший собственное достоинство, совершенно чужд нравственного чувства (идиоты), или лишился его с течением времени (приобретенное состояние умственной слабости), или действовал в состоянии помраченного сознания (преходящее помешательство, состояния сумеречного сознания) или под влиянием непреодолимого влечения (невольные поступки).

Сюда относится, между прочим, и то совершенно своеобразное явление, которое называется эксгибиционизмом. Согласно известным фактам, до сих пор только мужчины обнажали свои половые органы перед лицами другого пола, иногда даже преследуя этих последних, не переходя, однако, к каким-либо агрессивным действиям.

Нелепый характер такого полового акта или, вернее, такой половой демонстрации указывает на слабость интеллекта и нравственного чувства или, по крайней мере, на временную задержку развития интеллектуальных и этических функций при одновременном возбуждении полового чувства и значительном расстройстве сознания (болезненная потеря сознания, спутанность). В большинстве случаев имеет место ослабление половой способности. Таким образом, существует несколько различных категорий эксгибиционистов.

К первой категории относятся случаи приобретенного слабоумия, когда на почве заболевания головного или спинного мозга нарушается ясность сознания и расстраиваются интеллектуальные и этические функции, когда вследствие этого половое чувство, повышенное само по себе или под влиянием болезненного процесса, не встречает никакого противодействия и когда, наконец, существует импотенция, которая делает невозможным удовлетворение полового влечения в форме актов, требующих силы (хотя бы в форме изнасилования) и ведет поэтому к таким жалким формам, как эксгибиционизм. К этой категории относится большинство описанных случаев. Это все индивиды, страдающие старческим слабоумием, паралитическим слабоумием или умственными дефектами на почве алкоголизма, эпилепсии и пр.

Наблюдение 206.Ц., важный чиновник, 60 лет, вдовец, отец семейства, нарушил общественное приличие тем, что в продолжение 14 дней неоднократно показывал из окна свои половые органы 8-летней девочке, жившей напротив. Спустя несколько месяцев он снова совершил тот же неблагопристойный поступок при таких же обстоятельствах. На допросе он признал свой образ действия отвратительным и не мог привести никаких оправданий для него. Спустя год - смерть от мозговой болезни (Lasegue. Op. tit).

Наблюдение 207. Ц., 78 лет, моряк, неоднократно эксгибиционировал на детских площадках и вблизи женских школ. Это был единственный способ его половой деятельности. Он женат, имеет 10 детей. 12 лет назад получил тяжелую травму головы, от которой остался глубокий костный рубец. Давление на этот рубец вызывает боль, покраснение и оцепенение лица, сонливость, подергивания в правой верхней конечности (по-видимо-, му, приступы эпилептоидного состояния в зависимости от заболевания мозговой коры). Кроме того, старческое слабоумие и вообще глубокие старческие изменения. Находился ли эксгибиционизм в связи с эпилептоидными приступами — об этом сообщение умалчивает. Доказано наличие старческого слабоумия. Оправдание (Dr. Schuchardt. Op. tit).

Целый ряд таких случаев сообщил Пеланда (указ. соч.).

1. Паралитик, 60 лет. С 58-летнего возраста начал эксгибиционировать перед женщинами и детьми. Помещенный в психиатрическую больницу (в Вероне), он долгое время обнаруживал там похотливость и пытался совершить феллацию.

2. Старый алкоголик, 66 лет, тяжелой невропатической конституции, страдавший периодическим помешательством. Первый раз заметили его эксгибиционизм в церкви во время службы. Брат его также был эксгибиционистом.

3. 49-летний мужчина, пьяница, невропатической конституции, всегда отличался повышенной половой возбудимостью; помещен в психиатрическую больницу по поводу хронического алкоголизма. Эксгибиционирует иногда при виде женщин.

4. Мужчина 64 лет, женатый, отец 14 детей. Тяжелая невропатическая конституция. Рахитичный, микроцефалический череп. Много лет эксгибиционирует, несмотря на неоднократные наказания.

Наблюдение 208.X., торговец, родился в 1833 г., холостой, неоднократно эксгибиционировал или даже мочился перед детьми; однажды в таком положении поцеловал маленькую девочку. 20 лет назад X. перенес тяжелую душевную болезнь, длившуюся 2 года; в это время, по-видимому, имел место апоплексический удар. Впоследствии он разорился, начал пить и в последние годы несколько раз лишался рассудка.

Настоящее состояние: алкоголизм, раннее старческое слабоумие. Пенис небольших размеров, фимоз, атрофия яичек. Доказана душевная болезнь. Оправдание. (Dr. Schuchardt. Op. cit.).

Подобные случаи эксгибиционизма напоминают об одной привычке, существующей среди молодых людей с повышенным половым чувством, но нередко также и среди взрослых людей, низко стоящих в нравственном отношении и отличающихся цинизмом, — о привычке покрывать стены общественных писсуаров и т. п. изображением мужских и женских половых органов; это своего рода мысленный эксгибиционизм, от которого, впрочем, до реального еще очень далеко.

Другую категорию эксгибиционистов представляют эпилептики. Эта категория отличается от предыдущей тем существенным признаком, что здесь отсутствует сознательный мотив для эксгибиционизма, который является скорее импульсивным поступком, совершаемым независимо от внешних условий под влиянием болезненного органического влечения. В момент совершения преступления имеется всегда сумеречное состояние сознания; этим объясняется, почему несчастный совершает свой поступок, не сознавая его значения, во всяком случае, без всякого цинизма, лишь под влиянием слепого влечения и почему затем, когда он снова приходит в себя, он сожалеет и ужасается по поводу случившегося, если у него уже не наступило хронического состояния умственной слабости.

Первым побуждением во время этого сумеречного состояния, равно как и при других импульсивных действиях, является чувство мучительной тоски. Если с этим ассоциируется половое чувство, то представления получают определенное направление в смысле соответствующего (сексуального) поступка.

То, что у эпилептиков во время припадков особенно легко всплывают сексуальные представления, это понятно из изложенного на с. 450-456 данной книги.

Если такая ассоциация однажды создалась, если определенный поступок был хоть раз совершен во время приступа, то в следующих приступах эта ассоциация повторяется все легче и легче, ибо для нее создается, так сказать, проторенная дорога. В силу чувства страха, сопровождающего эти состояния сумеречного сознания, половой импульс превращается в императив, во внутреннее принуждение, которое исполняется чисто импульсивно и совершенно непроизвольно.

Наблюдение 209.К., младший чиновник, 29 лет, из невропатической семьи, живет счастливо со своей женой, имеет ребенка. Неоднократно эксгибиционировал перед прислугой, в особенности в состоянии сумеречного сознания. К. - высокого роста, строен, бледен, нервен, порывист. О своих поступках имеет только общее воспоминание. С самого детства с ним часто случались приступы прилива крови с сильным покраснением лица, учащенным и напряженным пульсом, неподвижным, как бы не замечающим окружающего взором. Временами головокружение и помрачение сознания. В момент такого (эпилептического) приступа К. откликался лишь после неоднократного зова. После приступа он приходил в себя, как после сна. Он утверждает, что за несколько часов перед тем, как он совершал акт эксгибиционизма, он всегда чувствовал возбуждение, беспокойство, страх, угнетение и прилив к голове. При этом он часто бывал как бы в оглушенном состоянии и испытывал неопределенное чувство полового возбуждения. Во время приступа он без цели уходил из дома и обнажал где-нибудь свои половые органы. По возвращении домой он имел о случившемся смутное воспоминание, чувствовал себя утомленным и разбитым. Интересно, что, совершая акты эксгибиционизма, он освещал свои половые органы спичками. Экспертиза высказалась в том смысле, что в основе инкриминируемых ему поступков лежала эпилепсия и что они были непроизвольны. Тем не менее, его признали виновным, хотя и заслуживающим снисхождения. (Dr. Schuchardt. Op. tit.).

Наблюдение 210.Л., 39 лет, портной, холост; отец, по всей вероятности, алкоголик; два брата были эпилептики, третий - душевнобольной. Са




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.