Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

ИСТИННЫЕ И ЛОЖНЫЕ ПУТИ К МУДРОСТИ



Каким образом человек, изучающий древнюю мудрость, может установить связь с настоящими источниками оккультной философии и духовного руководства? Какой путь поиска мудрости в настоящее время — самый надежный для тех, кто стремится к высшему знанию?

 

Тысячелетиями мудрейшие и благороднейшие представители всех цивилизаций и наций стремились познать истину, считаяее превыше всего мирского. Поиск истинысоставляет благороднейшую цель жизни, и достижение истины становится идеальной наградой за идеальную работу. Есть проторенный путь, который Будда называл Срединным Путем; он исключает все крайности и противоречия в действиях и, в конечном счете, приводит к жизни,исполненной мудрости. Приобретавшийся тысячелетиями опыт основал, развил и придал относительную законченность науке спасения через мудрость. В любом деле существует один правильный и множество неправильных путей. Есть только один вход в великий храм универсального знания. Тот, кто пытается проникнуть в него через какую-нибудь другую дверь или взять приступом главную цитадель истины, ничем не отличаетсяот «вора и разбойника»* |Ин, Ю,1|. Те же, кто идет путем дисциплины и самосовершенствования, предначертанным старыми мастерами готовятся войти в обитель мудрости через предназначенные для этого врата. С другой стороны, глупцы, которые верят, что дыхательными упражнениями, монотонным пением, чтением нараспев, психологическими методами или установками могут привести себя в состояние всезнания, пытаются открыть замки, к которым они не выпилили ключи. Такие введенные в заблуждение люди подобны описанным Омаром воющим дервишам, которые стенают перед воротами храма, но не имеют за душой ничего, чтобы заслужить разрешение войти.

Как указывал Кант, перед человеком, стремящимся к мудрости, открываются два пути. Он может направить свои способности внутрь себя для установления внутренней связи с источником мудрости или обратить свое внимание вовне, стараясь обрести знание посредством внешнего контакта с явлениями жизни. Проще говоря, он может искать истину либо внутри, либо вне самого себя. Узнавание истины изнутри, или от собственного «я», можно назвать озарением, а узнавание истины извне, от других людей или вещей, можно назвать наставлением. Истина, обретенная либо через озарение, либо через наставление и приложенная на практике, становится опытом. Опыт можно определить как проверку действием, и, узнавая что-либо по опыту, человек превращает универсальную мудрость в свою собственную.

Вначале мы остановимся на проблеме озарения, или мудрости, проистекающей из внутреннего контакта. С теоретической точки зрения, очевидно, что этот подход не только имеет преимущества, но и чреват опасностями, и на практике в большинстве случаев эти опасности принимают устрашающие размеры. Тремя главными преимуществами подхода, основанного на озарении, являются следующие:

1. Знание, обретаемое внутри, не фальсифицировано мнениями и толкованиями и не испытало на себе лишающего жизнеспособности влияния сектант.

2. Знание, получаемое изнутри, теснее связывает ученика с источником мудрости, вызывая состояние умственной и духовной достаточности, не зависящей от неустойчивых опор в виде организованной религии. Каждый человек и Бог внутри него составляют большую часть его самосознания.

3. Знание, в основе которого лежит озарение, всегда в огромной степени созвучно потребностям человека, который его получает. Озарение не происходит в сознании, совершенно неподходящем для его восприятия. Следовательно, отношения между озарением и озаряемым определяются осуществимостью и обоснованностью.

Поэтому, подводя итог, можно сказать, что озарение есть связь со столь желанной универсальной истиной и целью, к которой, в конце концов, должно привести все знание.

К сожалению, на пути духовного познания нас подстерегают определенные опасности, удручающе заметные в среде современных метафизиков. Чтобы разобраться в этих опасностях, необходимо кратко рассмотреть некоторые аспекты субъективной жизни человека — так сказать, его психическую анатомию и физиологию. Если бы человек состоял только из духа и тела, наитивизм* не был бы связан никакими затруднениями, но, к несчастью для среднего мистика, в отношения между сознанием и формой вмешивается масса психических импульсов и сил. Психическая организация составляет ту силу, которая стоит за нашими сенсорными и эмоциональными рефлексами, и в практике мистицизма эти психические поправки часто запутывают результаты озарения. Человек, уверовавший, что он только что получил прямое послание из Беспредельности, возможно, улавливает лишь ответную реакцию, обусловленную каким-нибудь психологическим комплексом или заторможенностью, присутствующими в его подсознании или субъективной личности. Пока человеческая душа остается клубком инстинктов, влечений, антипатий и привязанностей, как это бывает обычно, только мудрец способен выделить и распознать истинное озарение.

Из этого явствует, что озарение не заменяет философскую дисциплину. Только после того как человек вполне упорядочил свою жизнь в целом с помощью самоконтроля и рационалистического объяснения всех своих восприятий, он действительно будет способен оценивать положительные и отрицательные стороны так называемых вспышек озарения и откровений.

Для практических целей основные опасности, исходящие от наитивизма и различных систем метафизического «абсолютизма», можно сгруппировать под тремя рубриками:

1. Обычному человеку, даже после многолетних занятий метафизикой, почти невозможно провести точную границу между озарением и актом воображения. То, что на первый взгляд кажется содержанием истины, со временем может оказаться всего лишь содержанием вещей, составляющих предмет желаний.

2. Невозможность с уверенностью установить действительный источник и существо предполагаемого озарения очень часто делает изучающего метафизику жертвой в высшей степени фантастического вздора, поставляемого его собственным подсознанием.

3. Так как попытки развить способности к озарению обычно носят бессистемный и ненаучный характер и сильно отдают философией самоотрицания, то они часто приводят к медиумизму и даже одержимости навязчивой идеей. В таких условиях источником мнимого озарения может стать завладевшая умом или захватившая всего человека сущность, совершенно неправомочная контролировать дела серьезного искателя истины.

Выходит, что в то время как истинное «я», несомненно, является идеальным учителем и источником всяческого вечного блага, путь к нему настолько изобилует ловушками, заблуждениями и иллюзиями, что новичок не сможет благополучно преодолеть этот путь, пока благородное побуждение не будет подкреплено достаточными знаниями и изрядной долей проницательности.

В основе наших рассуждений по этому поводу лежит богатейший опыт. Не проходит и недели без того, чтобы какой-нибудь искренний, но пребывающий во мраке невежества человек не приносил нам рассказ о «космическом откровении». Большинство этих людей распрощались с какой-нибудь ортодоксальной верой и терпят кораблекрушение в море идей. Эти бедолаги приходят со своими видениями, интуитивными знаниями и психическими переживаниями к нам за подтверждением. Указывая на абсурдность того, что явно абсурдно, мы, само собой разумеется, вызываем неудовольствие этих людей, которые считают, что у нас нет никакого права подвергать сомнению достоверность того, что является для них настоящим «внутренним опытом».

Бесполезно объяснять, что «внутреннее» — весьма широкое понятие, охватывающее не только духовный аспект человека, но также и его психическую организацию в целом и, если уж быть совершенно точным, то и его желудок и печень.

Общаясь с сотнями людей, одержимых идеей значимости их «внутренних» переживаний или видений, я еще ни разу не сталкивался со случаем подлинного озарения или духовного видения у человека, не обладающего упорядоченным умом, широким кругозором, уравновешенными и нормально проявляемыми эмоциями и высоким уровнем духовного и интеллектуального развития. У нервных замкнутых людей бывают психические переживания, и время от времени может происходить малозначительная реализация некоторых их видений личного характер. Настоящий же философ не интересуется планшетками для спиритических сеансов, даже если они иногда говорят правду. Настоящее озарение должно выходить за пределы мелких феноменальных проблем.

Монахи школы дзэн-буддизма*, все учение которых является учением о внутренней истине, оставили нам несколько хороших наставлений. Они говорят, что когда человек разговаривает со своим подлинным «я», когда благодаря высочайшим человеческим достоинствам он возвышается до той истины, которая всегда пребывает в нем, он ничего не видит и не слышит. У него не возникает никаких замысловатых или фантастических видений и никакие существа из невидимого мира не произносят пышные речи. Малое «я» (личность), возвысившие до временной тождественности великому «я» (универсальности), не чувствует и не постигает: оно знает. Для того, что узнается в таких условиях, нет слов.

Тот, кто владеет истиной, не может ни описать, ни определить ее, но, становясь на мгновение ею, полной мере ощущает причастность к ней. Эта высшая мудрость невыразима. Достигающие ее в безмолвии молча хранят ее и молча преподают. Человека можно наставлять относительно способа достижения истины словом и делом, но что касается собственно результата достижения, то все великие учения одинаково хранят молчание об этом.

 

***

 

Теперь мы перейдем от первого подхода к овладению истиной — внутреннего контакта — ко второму — пути внешнего контакта. Необходимо понять, что сама истина недосягаема для любых средств, с помощью которых мы пытаемся достичь ее. Весь ход развития ведет к истине. Прогресс, рост и развитие – это проявления побуждения к познанию истины, но не следует путать средства с целью. Следовательно, говоря о достижении истины посредством внешнего контакта, мы имеем в виду не то, что собственно Реальность следует постигать снаружи, а скорее то, что определенные внешние контакты могут дать нам средства постижения и понимания, имея которые мы будем лучше подготовлены к тому, чтобы обратиться к тайне самой истины.

А теперь рассмотрим способы внешнего контакта, или получения наставлений о мистических материях, по трем направлениям.

  1. Институты или отдельные лица, претендующие на обладание точным знанием дисциплин, с помощью которых человек может возвыситься до состояния духовной цельности.
  2. Литература прошлого, включая религиозные и философские книги, предположительно содержащие достаточно знаний, чтобы дать ученику возможность обрести прочную основу в метафизических науках.
  3. Сама природа с ее многочисленными примерами духовных процессов и всевозможными видами действия и противодействия, наблюдая которые ученик может получить приемлемое представление об универсальном законе.

Эти три внешних пути к мудрости представляют собой раскрытие Трех Драгоценностей* Будды, или, как он их называл, Жизни, Слова и Общины, увековечивающих традицию. Под общиной следует понимать все духовные организации, под словом — обширнейшую мировую литературу, содержащую мудрость веков, под жизнью — саму природу и образец истины в действии.

Эти три существующие в материальной Вселенной способа достижения истины означают те три ступени философского храма, по которым неизбежно должен подняться каждый искатель истины. В практической философии низшая ступень, занимаемая новичками, называется познаванием. Она соответствует философии действия, и ее деятельность заключается в наблюдении. Познающие являются распорядителями в храме природы. Вторая ступень — это ученичество. Ученики должны овладевать знанием путем научных занятий и через опыт. Третью ступень занимают сами посвященные, представляющие тайные ордена и школы, которые увековечивают традицию в организованном порядке. Эти три ступени являют собой еще одну интерпретацию Трех Драгоценностей Будды. Аналогия вполне очевидна.

Продолжая поиск источников духовного знания, мы должны теперь более подробно исследовать три пути установления внешних контактов или три возможности получения наставлений. Мы рассмотрим общественные институты и отдельных лиц, ныне претендующих на то, что они являются хранителями не подвластной времени традиции. Давайте вначале обратимся к институтам.

С древнейших времен в человеческом обществе процветали коллегии, школы, храмы и общины, посвятившие себя изучению и распространению духовных наук. Хотя школы философии, основанные древними греками, египтянами, римлянами и халдеями, исчезли вместе с этими цивилизациями, аналогичные очаги культуры продолжают существовать в Азии и до сей поры. В произведениях самых просвещенных мыслителей мира обстоятельно доказывается, что приобщение к учениям и дисциплинам этих сект и обществ приносило определенную духовную пользу. Государственные мистерии греков и великие культовые институты египтян сохраняли на века скрытую мудрость и сообщали подходящим кандидатам тайные знания, накопленные расой. И если окажется, что современные метафизические организации будут достойны критики, то вовсе не потому, что мы недооцениваем теорию философских обществ, а, скорее, потому, что большинство современных орденов отошли от старых основ и опор и их нельзя считать настоящими представителями более древних систем.

Важные различия между древними оккультными институтами и современными метафизическими обществами можно обсудить, распределив их по трем рубрикам.

1. Великими философскими материальными школами древности ведало государство, тогда как во всех современных организациях западного мира введено частное руководство. Этот вопрос имеет более важное значение, чем может показаться на первый взгляд. Частные организации, борющиеся за существование, не уверены в будущем и не пользуются авторитетом или признанием, необходимым для завоевания широкой сферы влияния. Доктрину, которая может принести пользу только как единое целое, раздробили на бесчисленное количество относительно обособленных частей, способных существовать, только привлекая приверженцев и конкурируя друг с другом. Там, где много сект, мало мудрости. Старинные мистериальные школы не опускались до того, чтобы содержать себя за счет навязчивой рекламы и торговли, и никакая финансовая необходимость не вынуждала их принимать в свои ряды людей, не обладавших ни одним из подлинных качеств, дававших право на получение духовных наставлений. Древний мир жил, заботясь о качестве, тогда как современный мир стремится увековечить себя, опираясь исключительно на теорию количества. Когда мы слышим о религиозном ордене, насчитывающем миллион членов, или о некоем философском обществе, объединяющем несколько тысяч «посвященных», это заставляет нас сделать неизбежный вывод, что состав этой организации непомерно раздут за счет большой группы членов, единственное активное занятие которых состоит в уплате членских взносов. В древности в храмы мудрости принимали только лучших людей. Современные общества вынуждены, часто вопреки собственному здравомыслию, принимать любого, кто отвечает финансовым требованиям.

2. Мистерии, учрежденные в древности, владели нерасчлененной метафизической традицией, дошедшей до них благодаря длинной веренице иерофантов; начало традиции теряется во мраке времени. О достоинстве этих систем можно судить по высказываниям выдающихся личностей, которые служили живым свидетельством возвышенности учения. Пифагор, Платон, Аристотель, Плутарх, Прокл, Цицерон, Плотин, Гипатия, Фидий, Гиппократ и множество других признавали превосходство мистерий, учрежденных греками или римлянами.

Такие умы не так-то просто ввести в заблуждение неглубокими доктринами. Ордена, восхищавшие этих умнейших людей, действительно должны были быть достойными восхищения во всех отношениях. Большинство современных мистических обществ являются орденами поиска, а не достижения, и в их основе лежат мнения и толкования отдельных лиц, а не совокупность накопленных знаний. Возникают сотни маленьких сект, которые собирают вокруг себя небольшие группы убежденных приверженцев. Вскоре начинаются раздоры и интриги, эти секты рушатся под собственной тяжестью, и больше о них никто не слышит. Старые опытные «активисты» современных мистических течений в большинстве своем составляют компанию разочарованных.

3. Институты, подобные мистериальным традициям древнего мира, не могут преуспевать при общественном строе, по существу полностью противоречащем их принципам. Государственные мистерии более древних наций разделяли дух своего времени. Люди, считавшие мудрость главной добродетелью и не помешанные до омерзения на экономике, уважали свои центры знания и оказывали большую моральную поддержку этим ценимым превыше всего институтам. Современные оккультные движения, набирающие членов в пропитанном меркантилизмом, материалистическом и в основном эгоистическом обществе, неминуемо развращаются и, в итоге, разрушаются под влиянием характерных склонностей своих же членов. Человек может привнести в систему мышления только то, что он собой представляет, и когда множество эгоистов собирается вместе ради поддержки бескорыстного начинания, обычно общий удел таков: это бескорыстное дело постепенно прекращает существование, утонув в море эгоизма. Когда в этом современном мире двое или более человек собираются вместе, то при этом почти наверняка будут присутствовать личные интересы. Личные интересы пагубны для общего блага, и политике нет места в обители истины.

Следовательно, на пути организованного мистицизма в современном мире полным-полно всевозможных помех и неприятностей, и людям, связывающим себя с современными обществами, их членство доставляет скорее раздражение, чем озарение.

Теперь займемся рассмотрением оккультных движений, пометив их под двумя общими рубриками, которые мы озаглавили очень просто: «искренние» и «лицемерные»*. Эта частная проблема не имеет никакого отношения к древности движения или его предполагаемым связям с более старыми организациями. Просто встает вопрос: является ли движение честным или бесчестным? Наше исследование, безусловно, не предусматривает ссылку на конкретные организации или перечисление имен тех, кого мы считаем честными или нечестными людьми. Мы должны заниматься только принципами, и нас не должен приводить в замешательство гораздо менее важный вопрос, касающийся личностей.

Будем считать серьезными те движения, которые видят истинную причину своего существования в усовершенствовании человека, а несерьезными и не вызывающими ничего, кроме презрения, те, что целиком и полностью заняты получением прибыли и используют в своекорыстных целях духовные устремления искренних мужчин и женщин.

Из этого отнюдь не следует, что серьезная организация может полностью отрешиться от своих финансовых проблем. Так как философские движения не имеют государственной поддержки, им приходится существовать на средства, обеспечиваемые разумным сотрудничеством их членов. Чтобы заслужить доверие, философская организация должна продемонстрировать способность распоряжаться своими финансами честно и конструктивно. С другой стороны, почти все религиозные и философские институты западного мира зарегистрированы как некоммерческие корпорации. Их необходимо поддерживать, и им приходится требовать разумной материальной помощи, но как только они ради выгоды идут на обман и начинают действовать в корыстных целях, они лишаются уважения и поддержки всех искренних искателей истины.

Тем, кто намеревается вступить в оккультную организацию, следует с величайшим вниманием рассмотреть достоинства и недостатки этого движения. Было бы верхом глупости, поддавшись порыву, примкнуть к какой-нибудь организации, предварительно внимательнейшим образом не изучив и не проанализировав все, что касается ее деятельности. Безусловно, следует полностью исключить из рассмотрения организации с эксцентричными названиями, с интригующими заявлениями и неосуществимыми притязаниями. Следует во что бы то ни стало избегать любых групп, объявляющих себя единственными обладателями самых древних и глубоких тайн. Только простые, занятые наукой группы умных мужчин и женщин, которые не изображают труд, а трудятся и живут, демонстрируя высокий уровень личной и коллективной цельности, и не имеют причуд или идолов и тщательно разработанной политической структуры, как раз и заслуживают внимания. Нет никаких сомнений в том, что такие группы существуют, но они редко себя рекламируют. Действуя спокойно, они становятся известными благодаря своим делам, а не словам. Одно беглое замечание для любителя вступать во всевозможные организации: как следует все взвесьте и держитесь того, что просто, хорошо, разумно и честно.

А теперь мы должны перейти от притязаний современных организаций как источников духовного образования к притязаниям индивидуумов, осмеливающихся называть себя представителями тайных систем знания. В настоящее время мошенничество в этой области стало особенно вопиющим. Отдельные учителя, вместе взятые, представляют гораздо большую опасность, чем организации. У последних есть определенное материальное имущество, и их заявления легче проверить, подтвердить или опровергнуть. С другой стороны, странствующего учителя обычно приходится признавать, веря ему на слово или критически изучив его доктрины или притязания. В истории есть множество примеров просвещенных людей, которые, не будучи членами каких бы то ни было организаций, в значительной степени содействовали благу человечества. Особенно выделяется имя Сократа*, а также имена Якоба Бёме* и Эммануэля Сведенборга*. Даже многие великие философские системы были основаны странствующими учителями, которые при жизни не создали никакой организации или института.

Разительный контраст с этим типом людей составляет многочисленная шатия метафизических «проходимцев», в действительности являющихся паразитами, прилепившимися к древу философии. Среднему человеку, которому недостает способностей по достоинству оценить различные заявления и притязания, следует помнить лишь об одной разумной и безопасной линии поведения: метафизика - мошенника, в конце концов, как правило, изобличают собственные слова и поступки. Любому из них удается заниматься подобной деятельностью примерно лет десять, а многих из тех, кто выступает с самыми сенсационными заявлениями, едва хватает на шесть месяцев. То, что не выдерживает проверку временем, не заслуживает признания. Метафизик-шарлатан обычно не отличается особой изобретательностью; он инстинктивно следует по пути наименьшего сопротивления. Поэтому его ложные утверждения распадаются на несколько категорий, которые легко обнаружить, рассмотрев их с критической точки зрения. Его притязания сводятся к следующему:

а) Он, как правило, является единственным обладателем некой высочайшей истины, полученной или непосредственно от индийских Махатм, или из какого-нибудь внушающего такое же благоговение источника, который трудно проверить.

б) Он готов передать эти исключительные знания любому, у кого найдется от пяти до двадцати пяти долларов, за десять простеньких уроков, которые неизбежно приведут к адептству. В качестве дополнительных товаров у него всегда имеются акции и облигации, нефтяные скважины или слабительные средства.

в) Он почти всегда намекает, что обладание особым знанием, единоличным владельцем которого он является ( с подачей заявки на авторское право), неизбежно заставит индивидуума, которому невероятно повезло, воспринять его наставления, как стать здоровым, преуспевающим, богатым и мудрым. После окончания курса учащемуся сулят богатство и обладание властной волей.

г) Средства, с помощью которых творятся подобные чудеса, включают хитроумные дыхательные упражнения, наборы утверждений-установок, «блестящее мышление», стимулирование подсознания, пробуждение Кундалини, открытие третьего глаза и «уход в безмолвие».

д) Иногда предлагаются для продажи по сходным ценам многочисленные механические приспособления для ускорения развития духовности, в том числе функциональные наушники для защиты от отвлекающего воздействия внешнего мира, звукозаписи, предназначенные для воздействия на подсознание во сне, и т.д.

е) Новейшая, самая усовершенствованная форма эксплуатации метафизики предполагает особые откровения, касающиеся спасения общества от надвигающегося социального краха. В настоящее время наблюдается необыкновенный рост числа посланий якобы от разных адептов — ситуация, к которой следует относиться с некоторым подозрением.

Методы псевдоадептов отличаются большим разнообразием, но следует всегда помнить, что любой человек, в какое бы то ни было время обещающий каждому желающему учиться или искателю истины духовное озарение в любом объеме, безусловно, является мошенником или жертвой самообмана. Все духовное развитие приходит к индивидууму изнутри, являясь результатом дисциплины и самоусовершенствования. Ни один человек не способен увеличить духовность другого, и пытаться сделать это — значит, игнорировать один из непреложных законов природы – закон кармы. Человек добивается мудрости правильным мышлением и правильными действиями. Действующие на законном основании школы древней мудрости и законные преподаватели доктрины никому не сулят духовность. Они просто указывают линию действия, которая, если долгие годы следовать ей преданно и с умом, приведет к определенному улучшению характера и совершенствованию знаний.

Эзотерические тайны никогда не сообщаются древними мистериями или их эмиссарами никаким ученикам без прохождения ими испытательного срока продолжительностью от пяти до десяти лет. Широко распространенное представление, что всего за несколько месяцев какой-то индивидуум, совершенно не знающий основ философии или сравнительной религии, сможет удостоиться личной связи с мастерами мудрости и получить от них наставления, ведет к горькому разочарованию.

Итак, завершая обсуждение школ или отдельных учителей как источников духовного просвещения, можно лишь предупредить искателей истины, что они сталкиваются с проблемой, требующей почти сверхчеловеческой проницательности. Обман попроще вводит в заблуждение, безусловно, только совершенно несведущих людей, но бывают и тщательно разработанные фальсификации, сбивающие с толку людей цельных и весьма здравомыслящих. Чтобы обеспечить себе наилучшую защиту, нужно постоянно помнить о законе кармы и избегать всего, что хоть в малейшей степени нарушает этот универсальный закон возмещения. Если вы в глубине души понимаете, что не готовы к озарению и на протяжении многих лет не занимались такими дисциплинами, как правильное мышление и правильный образ жизни, не давайте ни отдельному человеку, ни какой бы то ни было организации убедить вас в том, что они могут наделить вас тем, что вы не развили в себе самостоятельно.

Перейдем теперь ко второй, главной части рассмотрения проблемы приобретения знаний посредством внешнего контакта.

Гораздо более безопасным подходом к изучению мистицизма для начинающего является знакомство с многовековой литературой. Это не так интригует, как личный контакт, и не выглядит так романтично, как псевдоадепты, но зато значительно сокращает риск быть обманутым и дезинформированным. Вопрос в целом поддается объективному анализу. У нас и в мыслях нет утверждать, что все книги хороши или что все оккультные книги соответствуют истине. С одной стороны, существует великое множество относительно бесполезных книг, продуктов незрелого суждения, предубеждения и неуравновешенного мышления. С другой — сохранилось определенное литературное наследство, имеющее величайшее значение и отличающееся высочайшей достоверностью. Средние мужчина или женщина могут спокойно сидеть у себя дома, отдыхая или занимаясь, и, листая страницы какой-нибудь великой книги, получать наставления из первоисточников знаний этого мира. Средний человек, который платит двадцать пять долларов какому-нибудь шарлатану или лишь до некоторой степени знающему учителю, может получить гораздо большие и лучшие познания по интересующему его предмету, потратив несколько вечеров на чтение подлинных учебников из бесплатной публичной библиотеки. Если мы хотим заниматься наукой, то давайте учиться у величайших мастеров - Бэкона, Декарта, Коперника, Везалия, Гексли* и т. д. Если мы хотим изучать философию и религию, давайте черпать их в их источниках и отдавать предпочтение Будде, Конфуцию, Лао-Цзы, Пифагору или Платону, а не маловажной софистике их современных несведущих толкователей.

Каждому изучающему древнюю мудрость следует собрать для себя небольшую, но тщательно подобранную библиотеку подлинных письменных первоисточников. Во время своих путешествий я сталкивался с сотнями людей, изучающих оккультизм, которые потратили сравнительно крупные суммы на поиск духовного знания. Совсем недавно одна женщина сообщила мне, что только что заплатила сто пятьдесят долларов учителю-мошеннику за духовные наставления, которых так и не получила. Ее единственным действительным приобретением за эту сумму стало серьезное нервное заболевание, вызванное мудреными дыхательными упражнениями. Эти сто пятьдесят долларов, потраченные на несколько с умом подобранных книг, в значительной степени обогатили бы эту женщину знаниями, к которым она столь искренне стремилась. Ей было бы лучше потратить, по крайней мере, года четыре на чтение этих книг, их изучение и обдумывание. Она завершила бы это дело, став намного более образованным человеком, чем этот странствующий учитель, который обманом выманил у нее деньги.

Люди иногда говорят, что не хотят учиться дома и что они не находят никакого удовольствия в том, чтобы проводить долгие вечера за чтением скучных книг. В таком случае три-четыре родственных души могут заниматься вместе, используя книгу как учебное пособие и учителя и устраивая то, что древние греки называли симпозиумом*. Формирование более крупных групп иногда заканчивается неудачей, даже если все их члены были искренними, но человек шесть или около того, собираясь регулярно в течение длительного времени, могут многого достичь. Они, по крайней мере, избегнут выкачивания денег из своих карманов и разочарования, наступающего в результате принятия на веру слов неизвестных и некомпетентных лиц.

Мой круг знакомства с книгами по оккультизму довольно широк. Я часто думал о практике составления библиотек для изучающих оккультизм, причем книги были бы подобраны с учетом различных уровней цен и отвечали бы запросам и финансовым возможностям учеников. Изумительно подходящую библиотеку можно собрать всего за пятьдесят долларов, а максимум за пятьсот — создать рабочую лабораторию знаний, которая будет просвещать и обогащать мыслящих мужчину или женщину всю жизнь. Конечно, если книги используются лишь как украшение книжной полки, они не принесут никакой пользы, но если изучать их вдумчиво и прилежно и применять изложенные в них основы, они не только обогатят ум, но и в значительной степени высвободят потоки внутреннего вдохновения.

Давайте примем за основу для работы библиотеку из десяти книг, тщательно подобранных и соответствующих запросам индивидуума, который более или менее знаком с общими принципами философии и оккультных наук, но стремится усовершенствовать свои знания и направлять их в нужное русло.

1. «История философии» Томаса Стэнли*.

2. «Прокл о теологии Платона» в переводе Томаса Тейлора.

3. «Возвращение платоновской теологии» ТомасаТейлора.

4. «Анакалипсис» Годфри Хиггинса.

5. «Разоблаченная Изида» Е.П.Блаватской.

6. «Тайная Доктрина» Е.П.Блаватской.

7. «Человечество, его происхождение и судьба» анонимного магистра гуманитарных наук из Оксфорда.

8. «Космическая концепция розенкрейцеров» Макса Генделя.

9. «Этика и догма Шотландского ритуала» Альберта Пайка.

10. «Бхагавадгита», фрагмент индусского классического произведения «Махабхарата».

Любому владельцу этих десяти томов хватит работы по овладению и применению содержащихся в них знаний на всю жизнь. При наличии такой литературы, как эта, слова которой, наполненные властной силой, будут жить в веках, ни у кого из изучающих древнюю мудрость не возникнет ощущения отсутствия способа познания истины. Вот оно — знание, дожидается, чтобы изучающий проявил усердие. Никакие дополнительные откровения не нужны, когда под рукой есть эти руководства, которые остаются относительно неизученными и неусвоенными.

Хорошая книга обеспечивает современному ученику оккультизма самый безопасный подход к учениям тех древних учителей, в мудрости которых мы столь остро нуждаемся в этом мире материализма.

А теперь подумаем о природе как об учебнике божественного закона.

Тех посвященных язычников, которые почитали природу как видимое проявление вечно существующей универсальной первоосновы, называли пантеистами — поклонниками Пана* или Природы. В средние века пантеизм* получил продолжение в философских системах алхимиков, герметистов* и иллюминатов*; представители этих групп называли себя пансофистами, знающими тайны универсальной природы.

Не следует думать, что иерофанты греческой и египетской метафизики учили своих учеников слепому поклонению силе природы или стремились пробудить умы новичков просто к преклонению перед внешними формами. Пантеизм — это не поклонение материальной природе, а, скорее, попытка раскрыть истинную природу Божества путем изучения тех материальных результатов, которые постоянно проистекают из непостижимого центра Вселенского Начала.

Передавая свое видение божественного великолепия Мухаммед описывает бесчисленные покровы, скрывающие черты вечной Истины. Так как никому из людей не дано увидеть Бога лицом к лицу, то даже мудрейшие должны довольствоваться созерцанием бесконечных завес, скрывающих прекраснейший лик Верховного Существа.

Язычники считали Божество Великим Зодчим, а языческие философы описывали саму материальную вселенную как одно из благороднейших творений божественного Интеллекта. Придя к пониманию, уважению и даже поклонению природе, мудрейшие из древних объявили, что более полно постигли тот блестящий Разум, который задумал мир, и ту безграничную мудрость, которая поддерживает все сущее.

Парацельс фон Гогенгейм*, один из последних средневековых философов и один из первых мыслителей современного мира, называл природу великим учебником божественных тайн. Большую часть своей короткой, но богатой событиями жизни Парацельс провел в странствиях по проселочным дорогам Европы, постепенно накапливая знания, почерпнутые из огромной кладовой первозданной действительности. Одним из его девизов было: «Тот, кто хочет изучить книгу природы, должен пройти ее страницы своими ногами».

Природа – это неизменная движущая сила того, что многие люди считают миром, созданным руками человека. Природа – это неизбежность. Природа – это божественный критерий всех достоинств и недостатков. Мы появляемся на свет вследствие таинственных процессов, протекающих в природе; благодаря столь же таинственным процессам мы сохраняемся и продолжаем существовать в течение определенного времени, и в конце, с помощью все тех же таинственных процессов, покидаем этот театр физической деятельности. В каждой своей мысли и каждом поступке мы полностью зависим от необыкновенной щедрости природы. Люди постоянно возводят и сносят до основания различные институты, которые все вместе составляют пышное зрелище имперского размаха; но все люди, великие и ничем не примечательные, все предприятия, громадные и скромные, все процессы, возвышенные и низменные, заключены в огромную природную конструкцию, за пределы которой человек никак не может вырваться даже на миг.

Когда одни люди изучают то, что сказано другими, они приобретают определенные знания о преходящих вещах. В книгах полным-полно мнений, и очень часто эти мнения могут принести пользу лишь в промежутках времени, отведенных определенным поколениям и десятилетиям. Природа же представляет на обсуждение то, что неизбежно. В книге природы излагаются неменяющиеся принципы, перед которыми должна преклониться вся человеческая изобретательность. Люди могут сопротивляться природе в течение короткого времени, но, в конечном счете, победу всегда одерживает ее закон.

На взгляд философа, природа — это орудие заговора с благожелательными намерениями. Все бесчисленные факторы, определяющие в совокупности распространение природы, являются действующими силами божественного замысла. Божественный Закон и Божественный Разум, поддерживающие природу, являются средствами осуществления некоего самодостаточного замысла. Человеку не дано в полной мере постичь этот замысел, но некоторым людям удается, по крайней мере, смутно осознать величие этого плана. Мы называем таких людей мудрыми, ибо мудрость по существу есть способность постижения плана Бытия. Тот, кто представляет себе этот план, начинает и до некоторой степени представлять и Проектировщика. Так говорили герметисты: «Мы узнаем мастера по работе».

Изучающие философию мистицизма никогда не останутся без источника вдохновения, пока им открывается панорама природы. Ложные доктрины будут проявляться и исчезать, и многие будут введены ими в заблуждение. И лжебоги и лжепророки будут завладевать умами несведущих. Будут и ошибочные убеждения, и лживые книги, сбивающие с пути доверчивых. Эти отвратительные времена насквозь пропитаны заблуждениями. И все же среди всей этой неразберихи ни один искренний и серьезный приверженец старых доктрин не должен думать, что поиск истины бесполезен. Древняя мудрость, пусть очень часто извращаемая и запутываемая, остается очевидной и достижимой, пока существует природа. Тайная Доктрина начертана в небесах; самые сокровенные тайны универсального закона раскрываются в строении листа, цветка и семени. Человек, оказавшийся на необитаемом острове, мог бы восстановить Тайную Доктрину по песчинке, обладай он ключами к сотворению этого мнимого чуда.

Египтяне поклонялись природе в образе богини Изиды, которую изображали скрытой под множеством покрывал с телом, украшенным странными иероглифами. У древних греков она была Корой или Церерой, матерью из Элевсинских мистерий. Она же была и таинственной Дианой жителей Эфеса. В христианском мире это Дева Мария, Матерь Воплощения Мессии. И всегда она - источник нравственного питания, обеспечивающего здоровье и благополучие человеческой души.

Человеку свойственно не замечать очевидное. За последние несколько тысяч лет люди наплодили столько законов, что, похоже, за6ыли о неизбежности естественного права*. Цивилизация, принимающая имперские масштабы, проигнорировала законы, управляющие той самой землей, из которой она произросла. Человек - дитя - забыл природу - родителя. Он построил Вавилонскую башню там, где ему следовало бы воздвигнуть храм в честь Вселенской Тайны. Этим сооружением он добился лишь смешения языков, тогда как ему следовало бы достичь всеобщего согласия.

Как-то Сократ прогуливался с несколькими учениками по оживленной улице Афин. Старый философ-стоик решил начать беседу, и кто-то из учеников, опасаясь, что уличная суматоха будет отвлекать учителя, обратился к нему со словами: «Прежде чем вы начнете занятие, давайте поищем место, подходящее для преподавания». На что Сократ мгновенно ответил: «То место, в котором ты находишься, всегда подходит для обучения». Этот случай имеет огромное значение для современного искателя истины. В древних Афинах у разных учителей были свои рощи и площади и другие излюбленные места в самом городе и его окрестностях. Платон отдавал предпочтение Ликею, Аристотель — ипподрому в Гимнасии. Платон всегда преподавал сидя, Аристотель — прохаживаясь, а Диоген беседовал, только находясь в своей бочке. Сократ выступал против того мнения, что различные места обладают определенными достоинствами, что в одном месте люди оказываются ближе к Богу или Истине, чем в другом, и что божественных делах можно говорить только в святых местах или храмах. Философия была для Сократа по существу внутренним таинством сознания, и это нашло отражение в его знаменитом высказывании: «Где бы человека ни настигла жажда знания, это и есть подходящее место для его образования; когда бы у него ни возникла жажда знания, это и есть подходящий момент для его обучения».

В современном мире изучение различных отделов природы стало сферой деятельности собственно науки. Были созданы и получили развитие некоторые «точные» науки, с помощью которых классифицируют явления и регистрируют и исследуют различные силы, действующие в природе. Наука накопила огромную массу формальных знаний, и каждый, кто пожелает разобраться в сложнейшей работе материальной Вселенной, может реализовать это желание, занявшись одной или несколькими науками. Астрономия откроет ему механику неба, геология покажет строение земли, антропология объяснит происхождение и развитие человечества. Ни один философ не станет отрицать важность массы сведений, накопленных наукой.

Философия, однако, расходится с наукой, прежде всего в том, что касается выводов, вытекающих из этой накопленной массы физических знаний. Наука читает книгу природы, но не понимает прочитанного. Поэтому слишком часто глубокие научные знания располагают к атеизму или, по крайней мере, к мрачному агностицизму. Механистическая теория в науке, рассматривающая мировой процесс в целом как нечто вроде перпетуум-мобиле, дает совершенно неудовлетворительное объяснение бытия и его законов. Если бы только ученые смогли понять, что накопленные ими знания сами по себе неполны и для их интерпретации следует прибегнуть к метафизическим философским системам древних, они избавились бы от многочисленных неопределенностей, которые ныне постоянно им докучают.

Тайна Божества включает три другие тайны как аспекты самой себя. Бог как природа зримо проявляется в многообразии явлений. Бог как Мысль бесконечно распространяется в виде разума, присутствующего во всех вещах. Бог как Дух является скрытой энергией, которая поддерживает все вещи как подлинная жизнь. Мы постигаем Бога вовне как природу, Бога внутри как собственное «Я», и эта самая способность постижения сама по себе является божественной и выступает в роли посредника между своими собственными крайностями

Философия сама по себе отнюдь не является суммой знаний, она скорее служит их толкователем. Рассуждая с философской точки зрения, знание становится фактом только тогда, когда будет наглядно продемонстрирована его связь с божественным целым. То, что воспринимается чувствами, есть природа. Тем, кто над ней размышляет, природа открывает свою кухню. В свою очередь, происходящие в ней процессы и порядок их протекания, постигаемые внутренним «Я», становятся мудростью.

Ни одна истинная и просвещенная философская система никогда не отступит от законов природы. Согласно мировоззрениям древних философов, безбрежное тело природы поддерживается сложной структурой закона. Тибетские ламы говорят, что материальное мироздание покоится на фундаменте из скрещенных молний. Эти молнии символизируют динамические факторы космического процесса. Египтяне считают планеты божественными существами, фокусными точками космической энергии и универсального закона. Исходя из их астрофилософской теории, можно связать планеты и законы таким образом:

1. Нептун: периодичность. Существование разделено на циклы и субциклы, длительность которых отмеряется по повторяющимся определенным небесным явлениям. Нептун, как чрезвычайно медленно движущаяся планета с колоссальным периодом обращения по орбите, стал символическим образцом любого циклического и периодического возвращения. Древние выражали это так: «У всех вещей есть начало, середина и конец». К тому же все концы являются началами, а все начала – концами. В Индии все космические периоды времени, и течение которых возникают и рушатся миры, континенты, расы и империи, называются кальпами и югами. Греки называли их Веками. Основу всего процесса творения составляют непостижимые факторы времени и продолжительности.

2. Уран: чередование. Во всей Вселенной, пока она существует, постоянно действует чакон чередования. Все естества переходят от одной крайности к другой и, раскачиваясь подобно маятнику, проходят через сложное многообразие опыта. В результате периодической смены полюсов земли все участки поверхности планеты претерпевают постоянные климатические изменения. Путем чередования пола при перевоплощении человеческая душа постепенно переходит от одного цикла приобретения опыта к другому. Каждая ситуация, складывающаяся в обществе, порождает свою противоположность. Каждая невоздержанность тяготеет к противоположной невоздержанности. Существование представляет собой гигантский маятник, вечно раскачивающийся взад и вперед в соответствии с космическими приливами и отливами.

3. Сатурн: причина, и следствие. В мистериях Крону или Сатурну отводилась роль самого жестокого и самого неумолимого из всех божеств, пожирателя собственных детей. Он олицетворяет непреложность космического плана, и эта непреложность ни в чем не проявляется столь очевидно, как в законе причины и следствия, никакие отступления от которого невозможны, — законе без исключений, компромиссов или изменений. «Что вы посеете, то и пожнете», - говорится в христианском Священном писании. «Следствие тянется за причиной, как колесо повозки следует за ногами вола», — утверждает буддийский Канон. И все же этот закон, хотя и такой суровый на первый взгляд, в действительности является самым мягким и справедливым из законов, поскольку он гарантирует, что как в добре, так и во зле человек неминуемо получит то, что заслужил.

4. Юпитер: эволюция. Закон эволюции можно сформулировать как разворачивание естества из самого себя. Юпитер был богом роста и расширения. Эволюция — что развертывание. Это облечение в конкретную форму внутренней Божественности. Это Бог, вырастающий в формах и заставляющий эти формы увеличиваться в размерах, чтобы они соответствовали истине, растущей в них. Каждая форма в природе эволюционирует и благодаря эволюции снова возвращается к своему источнику: бесконечно совершенствование, в рамках которого она была первоначально индивидуализирована. Эволюция есть процесс становления формы, все более и более отвечающей потребностям той энергии, которая постоянно пребывает в эволюционирующей форме.

5. Марс: карма. Закон кармы в некоторых отношениях следует отличать от закона причины и следствия. Чакон причины и следствия, осуществлением которого управляет Сатурн, является абсолютно безличным, то есть выходит за пределы моральных ценностей. Карма, или закон возмещения, представляет собой закон причины и следствия, примененный непосредственно к человеку или самомотивирующему моральному фактору. Карма начинает проявляться с развитием сознания. Природа никогда не желает причинить зло, потому что ею целиком и полностью руководит закон. Человек, имеющий право избрать неправильное действие, создает, таким образом, карму, которая принимает вид причины и следствия как посредник в наказании или в воздаянии. Так Марсстановится дьяволом, карающим за злодеяния. Закон причины и следствия Сатурна не подразумевает никаких элементов наказания – только неизбежные приливы и отливы.

6. Солнце: перевоплощение. Ежегодные рождение, смерть и воскрешение Солнца делают его подходящим символом просвещенного Эго человека, которое переходит из тела в тело в таинстве перевоплощения. Повторное рождение - это закон эволюции применительно к «я» внутри человека, которое, пережив распад физической формы, возводит более благородные дворцы и продолжает жить веками в новых телах, отвечающих его потребностям.

7. Венера: гармония и ритм. Природа движется к достижению своих неизбежных целей победоносно и прямо, никогда даже на мгновение не отклоняясь от своего точного курса. Причины величаво и красиво перетекают в следствия, и всем процессам в природе присуши изящество и гармоничный ритм. Поэтому древние и утверждали, что раз образ действия природы служит абсолютным эталоном красоты, то всем созданиям надлежит развивать гармонию и ритм как неотъемлемые свойства божественной природы.

8. Меркурий: равновесие. В старинных книгах каббалистов написано, что все неуравновешенные силы гибнут в Пустоте. Неуравновешенность ведет к гибели. Уравновешенность, или устойчивость, сберегает духовные ресурсы и обеспечивает постоянство. Меркурий как разум занимается примирением противоположностей. Тот, кто достигает душевного равновесия, обретает могущество. Уравновешенность представляет незыблемый фундамент, на котором следует возводить прочную конструкцию мыслей и действий. Необходимо преодолеть все крайности. Равновесие есть бессмертие.

9. Луна: воспроизводство. Все эго, вступающие в физическую Вселенную, должны подчиняться закону воспроизводства. Все материальные формы создаются в соответствии с образцами и принципами, характерными для того, что Платон называл сферой воспроизведения. На данной стадии эволюции закон воспроизводства предусматривает создание всех тел по единому закону или образцу. Это и есть знаменитая сорок седьмая теорема Евклида. Собственно человек, называемый в Китае чадом неба и земли, является потомком первой пары противоположностей - духа и материи.

10. Земля: в древних философских системах Земле не приписывали никакого особого закона, она считалась лабораторией, в которой девять законов проявляются в бесконечном множестве комбинаций. Материальная Вселенная по существу является воплощением закона. Законы природы — это импульсы, присущие Божественному Интеллекту и проявляющиеся в качестве движителей атомов и строителей миров.

Постигнув мистический смысл этих законов, изучающий создает свою философию на прочной и достаточной основе.

 


Глава 2




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.