Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

ОГРАНИЧЕНИЕ СВОЕГО ДЕЙСТВИЯ



Сознание Дзен, сознание начинающего

Сюнрю Судзуки

· ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ

· ПРЕДИСЛОВИЕ[2]

· ВВЕДЕНИЕ [5]

· СОЗНАНИЕ НАЧИНАЮЩЕГО

· ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

· ПОЛОЖЕНИЕ ТЕЛА

· ДЫХАНИЕ

· КОНТРОЛЬ

· ВОЛНЫ СОЗНАНИЯ

· СОРНЫЕ ТРАВЫ СОЗНАНИЯ

· СУТЬ ДЗЭН

· НЕДВОЙСТВЕННОСТЬ

· ПОКЛОН

· НИЧЕГО ОСОБЕННОГО

· ЧАСТЬ ВТОРАЯ

· ОДНОНАПРАВЛЕННЫЙ ПУТЬ

· ПОВТОРЕНИЕ

· ДЗЭН И ВОЗБУЖДЕНИЕ

· ПРАВИЛЬНОЕ УСИЛИЕ

· НЕ ОСТАВЛЯТЬ СЛЕДА

· ДАЯНИЕ БОЖЬЕ

· ОШИБКИ В ПРАКТИКЕ

· ОГРАНИЧЕНИЕ СВОЕГО ДЕЙСТВИЯ

· ИЗУЧАЙТЕ СЕБЯ

· ПОЛИРОВАТЬ ЧЕРЕПИЦУ

· ПОСТОЯНСТВО

· ОБЩЕНИЕ

· ОТРИЦАТЕЛЬНОЕ И ПОЛОЖИТЕЛЬНОЕ

· НИРВАНА, ВОДОПАД

· ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

· ТРАДИЦИОННЫЙ ДУХ ДЗЭН

· БЫСТРОТЕЧНОСТЬ

· СВОЙСТВО БЫТИЯ

· ЕСТЕСТВЕННОСТЬ

· ПУСТОТА

· ГОТОВНОСТЬ, ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ

· ВЕРУЯ В НИЧТО

· ПРИВЯЗАННОСТЬ, НЕПРИВЯЗАННОСТЬ

· ПОКОЙ

· ОПЫТ, А НЕ ФИЛОСОФИЯ

· ПОДЛИННЫЙ БУДДИЗМ

· ЗА ПРЕДЕЛАМИ СОЗНАТЕЛЬНОГО

· ПРОСВЕТЛЕНИЕ БУДДЫ

· эпилог

· Сноски

 

ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ

Книга «Сознание дзэн, сознание начинающего», впервые полностью публикуемая на русском языке, обращена к тем, кто серьёзно интересуется японским буддизмом и практикой медитации дзадзэн. В основу книги положены беседы известного наставника дзэн Сюнрю Судзуки с группой его американских учеников.
Судзуки-роси [1] представлял одно из самых влиятельных направлений японского буддизма – школу Сото. Основоположником её был монах Догэн (1200-1253), наиболее яркий из японских философов, глубокий и оригинальный мыслитель, автор многотомных трудов и переводов буддийских трактатов с китайского.
Это книга о том, какова правильная практика дзэн, каково правильное отношение к ней и правильное её понимание. И о том, как следует понимать свою жизнь и жить в этом мире. Несмотря на кажущуюся простоту и лёгкость изложения, книга требует от читателя немалого внутреннего напряжения и сосредоточения. Но и для тех, кто не собирается заниматься практикой дзэн, взгляды Судзуки-роси, его понимание и объяснение жизни как таковой – могут открыть новую радость бытия и приблизить к постижению истинной тайны земного существования.
Книга С. Судзуки «Сознание дзэн, сознание начинающего», впервые опубликованная на английском языке в 1970г. и выдержавшая с тех пор более двадцати изданий, – одна из самых значительных современных работ по практике медитации дзэн, доступных западному и отечественному читателю.

1995г.

ПРЕДИСЛОВИЕ[2]

Два Судзуки. Полвека назад произошло событие, сравнимое по исторической значимости с переводом Аристотеля на латынь в тринадцатом веке и переводом Платона в пятнадцатом, – когда Дайсэцу Судзуки в одиночку открыл Западу дзэн. Через пятьдесят лет Сюнрю Судзуки сделал нечто не менее важное. В этой своей единственной книге он взял именно ту ноту последовательного изложения, которую американцам, интересующимся дзэн, необходимо было услышать.
Если дзэн Дайсэцу Судзуки волнующе ярок, то дзэн Сюнрю Судзуки обычен. Сатори было главным для Дайсэцу, и именно обаяние этого необычного состояния во многом делает его работы столь неотразимыми. В книге Сюнрю Судзуки слова сатори и кэнсё, его ближайший эквивалент, не появляются ни разу.
Когда за четыре месяца до его кончины мне представилась возможность спросить его, почему в книге не встречается слово сатори, его жена наклонилась ко мне и ехидно прошептала: «Это потому, что у него никогда не было его», и тогда роси, подыгрывая ей, изобразил поддельный испуг на лице и, приложив палец к губам, прошептал: «Тс-с-с! Он не должен этого слышать!» Когда наш смех стих, он сказал просто: «Не в том дело, что сатори не важно, но это не та сторона дзэн, на которую следует делать упор».
Судзуки-роси пробыл с нами, в Америке, только двенадцать лет – всего один цикл по восточно-азиатскому летосчислению, но этого оказалось достаточно. Благодаря деятельности этого небольшого спокойного человека, на нашем материке сегодня существует процветающая организация Сото-дзэн [3]. Его жизнь представляет Путь Сото настолько совершенно, насколько возможно слияние человека и Пути. «В его отношении ко всему настолько отсутствовало „я“, что мы лишены возможности рассказать о каких-то необычных или оригинальных проявлениях его характера. Хотя он не привлекал к себе всеобщего внимания и не оставил следа как личность в мирском понимании, следы его шагов в незримом мире истории ведут прямо вперёд». [4] Его памятники – это первый монастырь Сото-дзэн на Западе, Горный центр дзэн в Тассаджаре; его городской филиал, Центр дзэн в Сан-Франциско; и, для большинства людей, эта книга.
Не упуская ничего из виду, он подготовил своих учеников к самому трудному; к моменту, когда его ощутимое присутствие превратится в пустоту:
«Когда я стану умирать, в самый миг моей смерти, если я буду страдать – знайте, значит всё в порядке; это страдает Будда. Не надо смущаться этим. Может быть, и всем нам придётся бороться с мучительной физической или душевной болью. Однако всё в порядке, это не проблема. Мы должны быть очень благодарны, что наша жизнь в теле… таком как моё или ваше, ограничена. Если бы наша жизнь была неограниченной, вот тогда бы мы столкнулись с настоящей проблемой».
И он обеспечил преемственность. В церемонии Горного Престола 21 ноября 1971 года он произвёл Ричарда Бейкера в преемники Дхармы. Его раковое заболевание было уже в такой стадии, что во время этой церемонии он мог передвигаться лишь с помощью сына. И даже тогда, при каждом его шаге, палка, на которую он опирался, ударяла в пол со стальной волей дзэн, которая проступала в его мягкой наружности…
Две недели спустя Учитель ушёл от нас, и на его похоронах 4 декабря Р. Вейкер, обращаясь ко множеству людей, которые собрались, чтобы отдать дань почтения Учителю, сказал:
«Нелёгкий путь – быть учителем или учеником, хотя это, должно быть, самая большая радость в этой жизни. Нелёгкий путь – приехать в страну, где нет буддизма, и покинуть её, продвинув учеников, монахов и мирян на Пути и изменив жизнь многих тысяч людей по всей стране; нелёгкий путь – основать и взрастить монастырь, городскую общину и центры практических занятий в Калифорнии и во многих других местах Соединённых Штатов. Но этот „нелёгкий путь“, это необычайное достижение, не был для него тяжёлой ношей, ибо он одаривал нас своей подлинной природой, – нашей подлинной природой. Он оставил нам столько, сколько вообще может оставить человек, всё самое необходимое – сознание и сердце Будды, практику Будды, учение и жизнь Будды. Он здесь, в каждом из нас, если мы того хотим».

Хьюстон Смит,
профессор философии
Массачусетского технологического института

ВВЕДЕНИЕ [5]

Для ученика Судзуки-роси эта книга будет сознанием Судзуки-роси – не его обычным или личным сознанием, но сознанием дзэн, сознанием его учителя Гёкудзюн Со-он-дайосё, сознанием Догэна-дзэндзи [6], сознанием целого ряда – прерывающегося либо непрерывного, исторически реального либо мифического – учителей, патриархов, монахов и мирян со времён Будды до наших дней, и это будет сознанием самого Будды, сознанием практики дзэн. Но для большинства читателей эта книга будет примером того, как говорит и учит наставник дзэн, – образовательной книгой о том, как практиковать дзэн, о жизни в духе дзэн, и об основах правильного отношения и понимания, которые делают возможной практику дзэн. Для всех читателей эта книга будет призывом к постижению своей собственной природы, собственного сознания дзэн.
Сознание дзэн – это одно из тех загадочных выражений, которыми пользовались учителя дзэн, чтобы побудить нас обратить внимание на самих себя, заставить нас выйти за пределы слов и пробудить в нас желание знать, что есть наше сознание и что такое наша жизнь. Ведь цель всего учения дзэн – побудить нас ставить себе вопросы и искать ответы на них в глубочайшем проявлении собственной природы. Каллиграфия на с. 15 читается по-японски нёрай, или татхагата на санскрите. Это одно из наименований Будды, которое означает «тот, кто следовал пути; тот, кто возвратился от таково-сти; или тот, кто есть таковость, истинное бытие, пустота; совершенный во всём». Это основополагающий принцип, который делает явление Будды возможным. Это сознание дзэн. Во время исполнения этой каллиграфической надписи, когда в качестве кисти использовался растрёпанный кончик большого мечевидного листа юкки [7] растущей в горах вокруг Горного центра дзэн, Судзуки-роси сказал: «Это значит, что Татхагата есть тело всей земли».
Практика сознания дзэн – это сознание новичка. Простота первого вопрошания «Что я есмь?» необходима на протяжении всей практики дзэн. Сознание начинающего пусто, свободно от привычек знатока, готово признавать, сомневаться и открыто для всех возможностей. Это сознание, которое способно видеть вещи такими, как они есть, сознание, которое медленно, шаг за шагом, и мгновенно, с быстротой молнии, может постигать изначальную природу сущего. Практика сознания дзэн пронизывает всю эту книгу. Все разделы книги прямо или, иногда, косвенно касаются вопроса о том, как сохранить такое состояние сознания в процессе медитации и во всей нашей жизни. Это древний путь обучения, пользующийся самым простым языком и ситуациями повседневной жизни. Это означает, что ученик должен учить себя сам.
«Сознание начинающего» было излюбленным выражением Догэна-дзэндзи. Каллиграфия на фронтисписе, также выполненная Судзуки-роси, означает сёсин – сознание начинающего. Подход дзэн к каллиграфии – писать в высшей степени незамысловато и просто, как если бы вы были новичком; не пытаясь создать нечто искусное и красивое, а просто писать, полностью сосредоточившись на этом, как будто то, что вы пишете, вы открываете для себя впервые; тогда ваша природа отразится в каллиграфии во всей своей полноте. Такова практика миг за мигом.
Эта книга была задумана и предложена для публикации Мэриан Дерби, близкой ученицей Судзуки-роси и организатором группы дзэн в Лос-Алтосе. Судзуки-роси принимал участие в медитациях дза-дзэн этой группы раз или два в неделю, а по окончании медитации обычно беседовал с занимающимися, ободрял их и помогал в решении их проблем. Мэриан записывала его беседы на магнитофон и вскоре заметила, что, по мере развития группы, беседы стали обретать целостность и всеобъемле-мость и вполне могли послужить отправной точкой для столь необходимой книги, которая запечатлела бы замечательный дух Судзуки-роси и его учения. На основе этих записей, которые делались на протяжении нескольких лет, Мэриан написала первый вариант этой книги.
Затем Труди Диксон, также близкая ученица Судзуки-роси, имевшая большой опыт в редактировании изданий Центра дзэн Wind Bell, отредактировала рукопись и подготовила её к публикации. Отредактировать такую книгу и объяснить, почему редактирование поможет читателю лучше понять её, – задача непростая. Судзуки-роси избрал наиболее трудный, но и наиболее убедительный способ говорить о буддизме – на языке самых обыденных обстоятельств из жизни человека, стараясь передать весь дух учения с помощью таких простых высказываний, как «выпить чашку чая». Редактор должен знать, какой скрытый смысл вкладывается
в подобные высказывания, чтобы не исказить подлинный смысл бесед ради кажущейся ясности или грамматического строя языка. Также, без близкого знакомства с Судзуки-роси и без опыта работы с ним, легко ошибиться по тем же причинам и в понимании его личности, энергии, воли, то есть не совсем верно передать то, что он собой представляет. Также легко упустить из виду глубинное сознание читателя – то сознание, которому нужны и повторения, и непонятная на первый взгляд логика, и поэзия, чтобы, познать самого себя. Отрывки, которые кажутся неясными или сами собой разумеющимися, часто высвечиваются совсем по-иному, когда читаешь их внимательно, бережно, задумываясь над тем, почему этот человек мог сказать именно так.
Редактирование осложнялось ещё и тем, что английский язык глубоко дуалистичен в своих исходных посылках и на протяжении веков не имел возможности развить способ выражения недуали-стичных буддийских понятий, в отличие от японского языка. Судзуки-роси достаточно свободно пользовался лексикой этих двух языков, сформировавшихся на основе разных культур, сочетая для выражения своей мысли японский образно-атрибутивный образ мышления с западным конкретно-предметным, и это сочетание передавало
слушателям смысл сказанного совершенно точно как с поэтической, так и с философской точки зрения. Однако паузы, ритм речи, ударение, которые придавали его словам более глубокий смысл и служили для связи мыслей, при письменной передаче живой речи могли легко пропасть. Поэтому Труди много месяцев работала над этой книгой как самостоятельно, так и вместе с Судзуки-роси, чтобы сохранить его подлинные слова и особенности его речи…
Труди разделила книгу на три смысловые части – Правильная практика, Правильное отношение и Правильное понимание,– что приблизительно соответствует физической, чувственной и мысленной сферам. Она также подобрала заголовки для бесед и эпиграфы, взяв их, как правило, из самих же лекций. Выбор их, конечно, до некоторой степени произволен, однако она пошла на это, чтобы возникло определённое смысловое напряжение между отдельными частями, заголовками, эпиграфами и самими беседами. Связь бесед с этими дополнительными элементами поможет читателю лучше разобраться в материале. Единственная беседа, первоначально проведённая не с группой из Лос-Алтоса, – это Эпилог, представляющий собой сжатое изложение двух бесед, которые состоялись, когда Центр дзэн переместился в свою новую штаб-квартиру в Сан-Франциско.
Вскоре по завершении работы над этой книгой Труди скончалась от рака в возрасте тридцати лет. Остались двое её детей – Анни и Уилл, и муж Майкл, художник. Рисунок мухи – его вклад в эту книгу – помещён на с. 97. Он занимался дзэн много лет, и когда его попросили сделать что-нибудь для этой книги, он сказал: «Я не могу сделать рисунок в духе дзэн. Я не могу рисовать ни с какой другой целью, кроме как рисовать. Конечно, мне не доводилось видеть, как выполняются рисунки на дзафу [подушках для медитации], или как рисуют лотосы, или что-либо подобное. Однако я могу представить, как это может быть». Реалистическое изображение мухи часто встречается в рисунках Майкла. Судзуки-роси очень любил лягушек, которые сидят так неподвижно, что выглядят спящими, но достаточно бдительны, чтобы заметить любое насекомое, появляющееся вблизи. Быть может, эта муха тоже поджидает свою лягушку.
Вместе с Труди мы работали над этой книгой в самых разных направлениях, и она попросила меня завершить редактирование, написать введение и проследить за публикацией книги. Перебирая кандидатуры нескольких издателей, я пришёл к выводу, что издательство John Weatherhill, Inc., при посредничестве Мередит Уэдербай и Оди Бок, способно оформить, проиллюстрировать и издать эту книгу именно так, как она того заслуживает. Перед публикацией рукопись была прочитана профессором Когэн Мидзуно, главой отделения буддийских исследований университета Комадзава и видным учёным в области индийского буддизма. Он оказал большую помощь в транслитерации санскритских и японских буддийских терминов.
Судзуки-роси нигде не говорит о своём прошлом, но я поделюсь с вами теми немногими сведениями, которые мне удалось собрать. Он был учеником Гёкудзюн Со-он-дайосё, одного из крупнейших учителей Сото-дзэн своего времени. Конечно, у него были и другие учителя; один из них придавал особое значение глубокому и внимательному изучению сутр. Отец Судзуки-роси также был наставником дзэн, и ещё мальчиком Судзуки начал обучаться у Гёкудзюн, ученика своего отца. Судзуки стал признанным учителем дзэн, будучи довольно молодым, – по-видимому, в возрасте около тридцати лет. На него легла ответственность за многие храмы и монастыри Японии, он отвечал за восстановление нескольких храмов. Во время второй мировой войны он возглавлял движение пацифистов в Японии. В юности его занимала мысль о поездке в Америку, но он уже давно перестал думать об этом, когда один из его друзей пригласил его приехать на год-два в Сан-Франциско и возглавить там объединение буддистов – последователей японской школы Сото-дзэн.
В 1958 году, в возрасте пятидесяти трёх лет, он приехал в Америку. Он несколько раз откладывал своё возвращение домой, а затем решил остаться в Америке навсегда. Он остался, потому что увидел, что американцам присуще сознание начинающего, что у них ещё мало предвзятых мнений о том, что такое дзэн, они вполне открыты для дзэн и уверены, что он поможет им в жизни. Он обнаружил, что в их подходе к дзэн – дзэн становится живым. Вскоре после его приезда несколько человек посетили его и спросили о возможности изучать дзэн вместе с ним. Он сказал, что занимается дзадзэн каждый день рано утром и что они могут присоединиться к нему, если хотят. С этого времени вокруг него начала формироваться довольно большая группа дзэн, насчитывающая ныне шесть отделений в Калифорнии…
Труди чувствовала, что именно осознание того, как ученики дзэн воспринимают своего учителя, больше всего может помочь читателю понять эти беседы. Наиболее насущный урок учителя заключался в живом доказательстве того, что всё, о чём говорится в его беседах, и казалось бы недосягаемые цели – могут быть осуществлены в этой жизни. Чем дальше вы будете продвигаться в своей практике, тем более глубоко будет раскрываться мысль учителя, пока в конце концов вы не откроете, что ваше сознание и его сознание – это сознание Будды. И вы обнаружите, что медитация дзадзэн – это наиболее совершенное проявление вашей подлинной природы. В словах, которые Труди посвятила своему учителю, очень точно отражены отношения между учителем дзэн и учеником: «Роси – это человек, воплотивший в себе ту совершенную свободу, которой потенциально обладают все живые существа. Он свободен в полноте всего своего существа. Поток его сознания – это не повторяющиеся без конца неотступные мысле-образы нашего обычного эгоцентричного сознания; скорее, это поток, который самопроизвольно и естественно рождается в реальных обстоятельствах текущего мгновения. И как следствие этого – проявление в жизни таких качеств характера, как исключительная энергичность, живость, прямота, простота, скромность, безмятежность, жизнерадостность, необыкновенная проницательность и неизмеримое сострадание. Всё его существо свидетельствует, что значит жить в реальности настоящего. Даже если он ничего не говорит и не делает, уже одного впечатления от встречи со столь совершенным человеком может быть достаточно, чтобы изменить весь образ жизни другого человека. И в конечном счёте не экстраординарность учителя ошеломляет, завораживает и продвигает ученика, но его полнейшая ординарность, обычность. Именно потому, что он остаётся самим собой, он служит зеркалом для своих учеников. Около него мы сознаём собственные достоинства и недостатки безо всякой похвалы или критики с его стороны. В его присутствии мы видим своё подлинное лицо, и та экстраординарность или необычность, которую мы замечаем, – это просто наша собственная подлинная природа. Когда мы научились, как высвобождать собственную природу, границы, разделяющие учителя и ученика, растворяются в глубоком потоке бытия и исчезают в радости раскрытия сознания Будды».

Ричард Бейкер Киото, 1970г.

СОЗНАНИЕ НАЧИНАЮЩЕГО

У сознания начинающего – много возможностей, а у сознания знатока – лишь несколько.
Утверждают, что практиковать дзэн трудно, однако причину этого понимают неправильно. Трудно не потому, что тяжело сидеть в позе со скрещёнными ногами или сложно достичь просветления. Трудно потому, что тяжело удерживать сознание и практику чистыми в самой своей основе. Школа дзэн со времени своего зарождения в Китае развивалась во многих отношениях, но вместе с тем она всё больше и больше утрачивала свою первоначальную чистоту. Однако я не собираюсь рассматривать китайский дзэн или историю его развития. Мне хочется помочь вам оградить вашу практику от искажения и загрязнения.
В японском языке есть слово сёсин, означающее «сознание начинающего». Цель нашей практики – постоянно сохранять сознание начинающего.
Предположим, вы прочли вслух Праджняпарамита-сутру один раз. У вас это может получиться вполне неплохо. Но что произойдёт, если вы прочтёте её вслух два, три, четыре раза или больше? Вы легко можете утратить своё первоначальное отношение к ней. То же самое может произойти и с любыми другими занятиями в дзэн. Какое-то время вы будете удерживать сознание начинающего, но если вы продолжаете заниматься практикой год, два, три или больше, то, несмотря на определённые успехи, вы рискуете утратить своё первоначальное состояние сознания, не стесняемое никакими рамками.
Для изучающих дзэн самое важное – это удержаться от двойственности. Наше «изначальное сознание» заключает в себе всё. Оно всегда неисчерпаемо и самодостаточно. Надо не утратить эту самодостаточность сознания. Это означает, что ваше сознание должно быть поистине пустым и готовым к восприятию, но не закрытым. Если ваше сознание пусто, оно всегда готово ко всему; оно открыто для всего. У сознания начинающего – много возможностей; у сознания знатока – лишь несколько.
Если вы слишком пристрастны, вы ограничиваете себя. Если вы слишком требовательны или слишком алчны, ваше сознание не будет неисчерпаемым и самодостаточным. Если мы утратим изначальную самодостаточность сознания, мы лишимся всех своих нравственных заповедей. Когда вы требовательны, когда вы страстно желаете чего-то, это кончается тем, что вы нарушаете ваши же собственные заповеди: не лгать, не красть, не убивать, не быть безнравственным и т.д. Если вы сохраните изначальное сознание, заповеди сохранятся сами собой.
В сознании начинающего нет мысли: «Я достиг чего-то». Все эгоцентричные мысли ограничивают наше беспредельное сознание. Когда у нас нет мысли ни о достижении, ни о собственном «я», мы – истинно начинающие. И тогда мы можем действительно научиться чему-то. Сознание начинающего – это сознание сострадания. Когда наше сознание сострадательно, оно безгранично. Догэн-дзэндзи, основатель нашей школы, всегда подчёркивал, как важно возобновлять безграничность изначального сознания. Тогда мы всегда верны себе, сострадаем всему живому и можем заниматься настоящей практикой.
Поэтому самое трудное – всегда сохранять сознание начинающего. Для этого не требуется углублённого понимания дзэн. Даже если вы прочли много литературы по дзэн, вы должны читать каждое предложение со свежим сознанием. Вы не должны говорить: «Я знаю, что такое дзэн» или «Я достиг просветления». Подлинный секрет любого искусства тоже заключается в том, чтобы всегда быть начинающим. Будьте очень и очень внимательны в этом отношении. Если вы станете практиковать дзадзэн, вы начнёте ценить ваше сознание начинающего. Это и есть секрет практики дзэн.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПРАВИЛЬНАЯ ПРАКТИКА


Практика дзадзэн – это непосредственное проявление нашей подлинной природы. Строго говоря, у человека нет иной практики, кроме этой; нет другого образа жизни, кроме этого.

ПОЛОЖЕНИЕ ТЕЛА

Физическая поза не есть средство достижения правильного состояния сознания. Принять такое положение тела – уже само по себе значит иметь правильное состояние сознания. Нет надобности добиваться какого-то особого состояния сознания.
Теперь я хотел бы поговорить с вами о нашей позе дзадзэн. Когда вы сидите в позе полного лотоса, ваша левая ступня лежит на правом бедре, а правая – на левом. Когда мы скрещиваем ноги таким образом, то, несмотря на то, что у нас есть и левая и правая нога, они становятся одним целым. Эта поза выражает единство двойственности: не два и не одно. Это самое важное в нашем учении: не два и не одно. Наше тело и сознание – это не два и не одно. Если вы думаете, что ваше тело и ваше сознание – это две разные вещи, вы ошибаетесь; если вы думаете, что они составляют одно целое, вы также неправы. Наше тело и наше сознание – это одновременно два и одно. Обычно мы считаем, что если нечто не одно, то оно больше чем одно; что если оно не единично, то оно множественно. Но в действительности наша жизнь не только множественна, но и единственна. Каждый из нас одновременно зависим и независим.
Через какое-то время мы умрём. Если мы думаем, что это конец нашей жизни, то такое понимание неправильно. Но, с другой стороны, если мы думаем, что мы не умрём, то это тоже неверно. Мы умрём и мы не умрём, – вот правильное понимание. Могут сказать, что наше сознание, или душа, существует вечно и что умирает только наше физическое тело. Но и это не совсем верно, ибо и сознание и тело имеют свой конец. Но одновременно верно и то, что они существуют вечно. И хотя мы говорим – сознание и тело, и как бы разделяем их, в сущности это лишь две стороны одной медали. Таково правильное понимание. И когда мы принимаем позу лотоса, она символизирует эту истину. Когда моя левая ступня лежит на правом бедре, а правая – на левом, я уже не знаю, что есть что. Всё может быть и правой, и левой стороной одновременно.
Самое важное в принятии позы дзадзэн – это держать позвоночник прямо. Уши и плечи должны находиться на одной линии. Расслабьте плечи и подтяните их вверх вместе с затылочной частью головы. Втяните подбородок. Когда подбородок выпячен, в позе нет силы; сидя так, вы, скорее всего, будете просто мечтать. Кроме того, для придания позе силы надавите на диафрагму вниз, к хара, нижней части живота. Это поможет вам поддерживать физическое и умственное равновесие. Вначале, когда вы пытаетесь сохранить требуемое положение, у вас могут возникнуть трудности с естественностью в дыхании, однако когда вы привыкнете к этой позе, вы сможете дышать естественно и глубоко.
Ваши руки должны образовать «космическую мудру». Если вы положите вашу левую ладонь поверх правой так, чтобы средние суставы средних пальцев соприкасались, и слегка соедините большие пальцы (как будто вы держите между ними листок бумаги), то ваши руки образуют красивый овал. Вы должны сохранять эту универсальную мудру с величайшей бережностью, как если бы вы держали в руках величайшую драгоценность. Руки следует держать около туловища, и большие пальцы должны находиться примерно на уровне пояса. Держите руки легко и свободно, слегка отведя их от тела, как будто под каждой рукой у вас находится яйцо и его нельзя разбить.
Не следует наклонять туловище в сторону, назад или вперёд. Сидеть надо прямо, как бы подпирая головой небо. Это не просто положение тела или способ дыхания. В этом выражается суть буддизма. Это совершенная форма выражения нашей природы Будды. Если вы стремитесь к истинному пониманию буддизма, практиковать следует именно так. Физическая поза не есть средство достижения правильного состояния сознания. Принять такое положение тела само по себе есть цель нашей практики. Когда вы в этой позе – у вас правильное состояние сознания, и потому нет необходимости пытаться достичь какого-то особого состояния сознания. Когда вы пытаетесь достичь чего-то, ваше сознание начинает блуждать где-то в стороне. Когда вы не пытаетесь достичь чего бы то ни было, ваше собственное тело и сознание пребывают прямо здесь. Учитель дзэн сказал бы: «Убей Будду!» Убей Будду, если он не здесь, а где-то там. Убей Будду, ибо ты должен вернуть себе свою собственную природу Будды.
Делать что-то – значит проявлять свою природу. Мы не существуем для чего-то ещё. Мы существуем для самих себя. Это основополагающая доктрина, находящая своё проявление в тех позах, которые мы соблюдаем. Когда мы стоим в дзэндо, мы следуем определённым правилам, точно так же, как когда мы сидим. Однако назначение этих правил не в том, чтобы сделать всех одинаковыми, но в том, чтобы каждый мог проявлять своё «я» наиболее свободно. К примеру, каждый из нас стоит по-своему, таким образом наша стоячая поза определяется нашей фигурой. Когда вы стоите, пятки должны отстоять на ширину кулака, а большие пальцы ног должны быть на одной линии с серединой груди. Как и в дзадзэн, надавите на диафрагму вниз к животу. В этом положении ваши руки также должны проявлять ваше «я». Левую руку держите на уровне груди, её пальцы охватывают большой палец, правая рука лежит поверх левой, большой палец этой руки смотрит вниз, а предплечья параллельны полу. В этом положении вы чувствуете себя так, словно крепко обхватили круглую колонну – большую круглую колонну храма, – так что вас невозможно повалить или покачнуть.
Самое важное – это владеть собственным физическим телом. Когда вы падаете, вы теряете своё «я». Ваше сознание оказывается блуждающим где-то в стороне; вы оказываетесь не в своём теле. Это никуда не годится. Мы должны существовать прямо здесь и прямо сейчас! В этом вся суть. Мы должны владеть собственным телом и сознанием. Всё должно существовать в должном месте и должным образом. Тогда проблем не возникнет. Если микрофон, в который я говорю, будет находиться где-то в стороне, он не будет служить своей цели. Когда мы исправно владеем своим телом и сознанием, тогда всё остальное будет происходить в должном месте и должным образом.
Но обычно, не зная этого, мы пытаемся изменить что-то другое, но не себя, мы стремимся упорядочить внешний мир вместо внутреннего. Но невозможно упорядочить сущее, не упорядочив себя. Когда вы всё делаете должным образом и в должное время, всё остальное упорядочится само собой. Вы – «босс», «хозяин». Когда хозяин спит, все спят. Если хозяин действует так, как нужно, то и все остальные будут всё делать так, как нужно, и в должное время. В этом секрет буддизма.
Поэтому старайтесь всегда сохранять правильное положение тела – не только когда вы практикуете дзадзэн, но и при всех других ваших занятиях. Принимайте правильное положение, когда вы за рулём и когда читаете книгу. Если вы читаете, плюхнувшись на кровать, вы не сможете долго сохранять ясное сознание. Попробуйте, и вы обнаружите, как важно сохранять правильную позу. Это и будет истинным учением. Учение, записанное на бумаге, не есть истинное учение. Записанное учение – это всего лишь разновидность пищи для вашего мозга. Конечно, необходимо давать какую-то пищу своему мозгу, но гораздо важнее быть самими собой, практикуя правильный образ жизни.
Именно поэтому Будда не смог принять ни одно из религиозных учений своего времени. Он изучил много религий, но его не удовлетворяла их практика. Он не смог найти ответ на свои вопросы ни в аскетизме, ни в философии. Его интересовало не какое-то метафизическое бытие, а своё собственное тело и сознание, здесь и сейчас. И когда он нашёл своё «я», он обнаружил, что всё сущее имеет природу Будды. Это было его просветление. Просветление – это не какое-то приятное ощущение или определённое состояние сознания. Ваше состояние сознания, когда вы сидите в правильном положении, само по себе есть просветление. Если вас не удовлетворяет состояние вашего сознания в дзадзэн, значит, ваше сознание всё ещё где-то блуждает. Наше тело и наше сознание не должны быть неустойчивыми, не должны блуждать. В этой позе нет надобности говорить о правильном состоянии сознания. Оно у вас уже есть. Таково заключение буддизма.

ДЫХАНИЕ

То, что мы называем своим «я»,– это просто вращающаяся дверь, которая движется, когда мы влыхаем и когда мы вылыхаем.
Когда мы практикуем дзадзэн, наше сознание всегда следует за дыханием. Когда мы вдыхаем, воздух проникает во внутренний мир. Когда мы выдыхаем, воздух выходит во внешний мир. Внутренний мир безграничен, и внешний мир также не имеет предела. Мы говорим «внутренний мир» или «внешний мир», но в действительности существует лишь один единый мир. В этом безграничном мире наше горло подобно вращающейся двери. Воздух входит и выходит, как будто кто-то проходит через эту вращающуюся дверь. Если вы думаете: «Я дышу», то «я» здесь лишнее. Нет того, кто произносит «я». То, что мы называем своим «я»,– это просто вращающаяся дверь, которая движется, когда мы вдыхаем и когда мы выдыхаем. Она просто движется; вот и всё. Когда ваше сознание достаточно чисто и спокойно, чтобы следовать за этим движением, то больше нет ничего: нет «я», нет мира, нет сознания, нет тела, а есть одна только вращающаяся дверь.
Поэтому, когда мы практикуем дзадзэн, присутствует только одно – движение дыхания, мы же сознаём это движение. Не следует быть рассеянными. Но сознавать это движение – значит сознавать не своё маленькое «я», но, скорее, свою всеобъемлющую природу, или природу Будды. Такое сознание очень важно, поскольку обычно мы очень односторонни. Наше обычное понимание жизни двойственно: вы и я, это и то, хорошее и плохое. Но, в сущности, установление таких разграничений само по себе уже есть сознание всеобщности существования. «Вы»– значит сознавать всеобщность, выраженную в форме «вы», и «я» – сознавать её в форме «я». Вы и я – просто вращающаяся дверь. Такое понимание необходимо. Это даже нельзя назвать пониманием; это поистине подлинный опыт познания жизни, приобретаемый путём практики дзэн.
Так, когда вы практикуете дзадзэн, понятие времени или пространства отсутствует. Возможно, вы скажете: «Мы начали сидеть в этой комнате без четверти шесть». Таким образом, у вас имеется некое представление о времени (без четверти шесть) и некое представление о пространстве (в этой комнате). Однако, по сути дела, ваше действие заключается лишь в том, что вы сидите и сознаёте всеобщее движение. Вот и всё. В это мгновение вращающаяся дверь открывается в одну сторону, а в следующее мгновение – в противоположную. Миг за мигом каждый из нас повторяет это движение. В этом нет понятия времени или пространства. Время и пространство – едины. Вы, возможно, скажете себе: «Сегодня днём я должен сделать такие-то дела», но в действительности нет никакого «сегодня днём». Мы делаем дела одно за другим. Вот и всё. Нет такого времени, как «сегодня днём»,
или «час дня», или «два часа дня». В час дня вы будете обедать. Пообедать – это само по себе час дня. Вы будете в каком-то месте, но это место нельзя отделить от часа дня. Для того, кто действительно ценит свою жизнь, пространство и время – это одно и то же. Но когда мы начинаем уставать от жизни, то, возможно, говорим себе: «Не следовало бы идти сюда. Может быть, гораздо лучше было бы пойти пообедать в другое место. Это место не слишком хорошее». В своём сознании вы зарождаете мысль о месте отдельно от реального времени.
Или вы, возможно, скажете себе: «Это плохо, поэтому мне не следует это делать». На самом деле, когда вы говорите: «Мне не следует это делать», в это мгновение вы совершаете не-действие. Так что у вас нет выбора. Когда вы разграничиваете понятие времени и пространства, вам кажется, будто у вас есть какой-то выбор, но фактически вы вынуждены совершать действие или не-действие. Не-делание есть делание. Хорошее и плохое существуют только в вашем сознании. Поэтому не следует говорить: «Это хорошо» или «Это плохо». Вместо того чтобы сказать, что это плохо, вы должны сказать себе: «Не делать!» Если вы думаете: «Это плохо», вы сами запутываете себя. Поэтому в области чистой религии нет путаницы времени и пространства, хорошего и плохого. Всё, что мы должны делать, – это делать, когда дело пришло. Делайте! Что бы это ни было, мы должны делать это, даже если это не-делание чего-то. Мы должны жить в это мгновение. Поэтому, когда мы сосредоточиваемся на своём дыхании, мы становимся вращающейся дверью, и мы делаем то, что следует делать, то, что должны делать. Это практика дзэн. В этой практике нет никакой путаницы или смятения. Если вы установите такой образ жизни, в вас вообще не будет смятения.
Тодзан, знаменитый учитель дзэн, сказал: «Голубая гора – отец белого облака. Белое облако – сын голубой горы. Весь день они зависят друг от друга, не будучи зависимы. Белое облако – это всегда белое облако. Голубая гора – всегда голубая гора». Это ясное, понятное объяснение жизни. Имеется, быть может, много вещей, подобных белому облаку и голубой горе: мужчина и женщина, учитель и ученик. Они зависят друг от друга. Но белое облако не должна беспокоить голубая гора. Голубую гору не должно беспокоить белое облако. Они вполне независимы, но также и зависимы. Так мы живём, и так мы практикуем дзадзэн.
Когда мы обретаем своё подлинное «я», мы просто становимся вращающейся дверью, и мы совершенно независимы от чего бы то ни было и в то же время зависимы от всего. Без воздуха мы не можем дышать. Каждый из нас окружён мириадами миров. Мы постоянно пребываем в центре мира, миг за мигом. Поэтому мы полностью зависимы и независимы. Если у вас есть подобный опыт, если вы знаете, как жить подобным образом, вы обладаете полной независимостью; ничто не будет беспокоить вас. Так что, когда вы практикуете дзадзэн, ваше сознание должно быть сосредоточено на дыхании. Подобное действие лежит в основе всеобщего бытия. Вез этого опыта, этой практики, невозможно обрести полную свободу.

КОНТРОЛЬ

Пустить свою овцу или корову на большой, просторный луг – вот способ управлять ею.
Жить в мире природы Будды – значит умирать как маленькое существо, миг за мигом. Когда мы теряем равновесие, мы умираем, но в то же самое время мы и развиваемся, мы растём. Всё, что мы видим, подвержено изменению и утрате равновесия. Причина, по которой вещи кажутся нам красивыми, заключена в том, что равновесие в них нарушено, но основа их всегда пребывает в совершенной гармонии. В мире природы Будды всё существует именно так – утрачивая собственное равновесие на фоне совершенного равновесия всеобщей основы. Поэтому, если вы будете судить о вещах, не осознав основу природы Будды, вам покажется, что всё пребывает в форме страдания. Но если вы поймёте основу существования, вы осознаете, что то, как мы живём, как мы проходим эту жизнь, – это есть само страдание. Поэтому в дзэн мы иногда делаем упор на отсутствие равновесия или порядка в жизни.
В наше время традиционная японская живопись стала довольно формальной и безжизненной. Именно вследствие этого стало развиваться современное искусство. Древние художники нередко занимались тем, что располагали точки на бумаге в художественном беспорядке. Это довольно трудно. Даже если вы попытаетесь сделать это – как правило, то, что получается, оказывается расположенным в каком-нибудь да порядке. Вы думаете, что можете управлять расстановкой точек, однако у вас ничего не выйдет: расположить точки вне всякого порядка – почти невыполнимая задача. Это очень сходно с заботами повседневной жизни. Даже если вы пытаетесь управлять людьми, это неосуществимо. Вы не можете этого сделать. Лучший способ руководить людьми – это воодушевить их на дерзания. Тогда они будут руководимы в более широком смысле. Пустить свою овцу или корову на большой, просторный луг – вот способ управлять ею. Точно так же и с людьми: прежде всего дайте им заниматься тем, чем они хотят, и затем наблюдайте за ними. Это наилучший подход. Игнорировать их нехорошо; это наихудший подход. Чуть менее плохо – пытаться управлять ими. Лучше всего – наблюдать за ними, просто наблюдать, не пытаясь управлять.
Такой подход можно столь же успешно применять и к самому себе. Если вы хотите обрести совершенное спокойствие в дзадзэн, то вас не должны беспокоить разные мысли и образы, которые возникают в вашем сознании. Дайте им войти и дайте им выйти. Тогда вы будете держать их под контролем. Однако осуществить это не так просто. Звучит просто, но на деле для этого требуется приложить особые усилия. Как это сделать – в этом и заключается секрет практики. Предположим, вы сидите при каких-то необычных обстоятельствах. Если вы пытаетесь успокоить своё сознание, вы не сможете сидеть, а если вы пытаетесь не поддаваться волнению, это не будет правильным усилием. Единственное усилие, которое поможет вам, – это счёт вдохов и выдохов, или сосредоточение на вдыхании и выдыхании. Мы говорим – сосредоточение, но сосредоточить своё сознание на чём-то – не есть истинная цель дзэн. Истинная цель – видеть вещи такими, как они есть, наблюдать их, как они есть, и предоставить всему идти своим чередом. Это и означает держать всё под контролем в широком смысле. Практиковать дзэн – значит раскрывать своё малое сознание. Поэтому сосредоточение – это просто вспомогательное средство, помогающее вам осознать «большое сознание», или сознание, которое есть всё. Если вы хотите раскрыть истинное значение дзэн в повседневной жизни, вы должны понять, что значит удерживать сознание на дыхании и сохранять правильное положение тела в дзадзэн. Вы должны придерживаться правил практики, и тогда вы обретёте большую тонкость и внимательность в обучении. Только так вы можете познать животворную свободу дзэн.
Догэн-дзэндзи сказал: «Время идёт от настоящего к прошлому». Это нелепость, но в нашей практике иногда это верно. Время, вместо того чтобы идти вперёд от прошлого к настоящему, идёт назад от настоящего к прошлому. Ёсицунэ, прославленный воин, жил в средневековой Японии. Обстоятельства в стране были таковы, что его послали в северные провинции, где он был убит. Перед отъездом он простился с женой, и вскоре она написала в стихотворении: «Как ты разматываешь нить с катушки, так и я хочу, чтобы прошлое стало настоящим». Когда она произнесла эти строки, она действительно сделала прошлое настоящим. В её сознании прошлое ожило и стало настоящим. Так что, как сказал Догэн: «Время идёт от настоящего к прошлому». Это неверно в логическом понимании, но верно в реальном жизненном опыте, превращающем прошлое в настоящее. В этом поэзия, и в этом человеческая жизнь.
Если мы испытали подобную истину, значит, нам открылся истинный смысл времени. Время постоянно идёт от прошлого к настоящему и от настоящего к будущему. Это так, но так же верно и то, что время идёт от будущего к настоящему и от настоящего к прошлому. Учитель дзэн как-то сказал: «Пройти одну милю на восток значит пройти одну милю на запад». Это животворная свобода. Нам следует обрести именно такую совершенную свободу.
Однако совершенной свободы не найти без определённых правил. Люди, особенно молодые, полагают, что свобода заключается в том, чтобы делать только то, что им хочется, и что в дзэн правила не нужны. Но нам совершенно необходимо иметь определённые правила. Это не означает, однако, всегда быть под контролем. Пока у вас есть правила, у вас есть и возможность свободы. Пытаться обрести свободу без знания этих правил – пустое дело. Именно для обретения этой совершенной свободы мы и практикуем дзадзэн.

ВОЛНЫ СОЗНАНИЯ

Поскольку мы наслаждаемся всеми сторонами жизни как раскрытием большого сознания, мы не ищем каких-то чрезмерных удовольствий. Так мы обретаем невозмутимое равновесие.
Когда вы практикуете дзадзэн, не пытайтесь остановить своё мышление. Пусть оно прекратится само по себе. Если нечто появится в вашем сознании, дайте ему войти, и дайте выйти. Оно не задержится надолго. Если вы пытаетесь остановить своё мышление, это значит, что оно беспокоит вас. Пусть ничто не беспокоит вас. Кажется, будто нечто приходит извне вашего сознания, но на самом деле это лишь волны вашего сознания, и если они не задевают вас, они постепенно улягутся. Через пять, от силы десять минут ваше сознание будет полностью безмятежным и спокойным. К тому времени дыхание сделается довольно редким, а пульс слегка участится.
Пройдёт немало времени, прежде чем вы добьётесь в своей практике спокойного, безмятежного состояния сознания. Появится много ощущений, возникнет множество мыслей или образов, но всё это – лишь волны вашего сознания. Ничто не приходит извне сознания. Обычно мы полагаем, что наше сознание получает впечатления или ощущения извне, но это – неправильное понимание своего сознания. Правильное понимание состоит в том, что сознание заключает в себе всё; когда вам кажется, что нечто приходит извне, это значит лишь, что нечто появляется в вашем сознании. Ничто внешнее не может обеспокоить вас. Вы сами порождаете волны в своём сознании. Если вы предоставите сознание самому себе, оно успокоится. Такое сознание называется большим сознанием.
Если ваше сознание связано чем-то внешним – это малое сознание, ограниченное сознание. Если же ваше сознание не связано чем бы то ни было ещё, тогда в действии вашего сознания отсутствует двойственное понимание. Вы понимаете действие просто как волны своего сознания. Большое сознание познаёт всё в пределах самого себя. Понимаете ли вы разницу между этими двумя сознаниями: сознанием, которое заключает в себе всё, – и сознанием, чем-то связанным? На самом деле они – одно и то же, но понимание – разное, и ваше отношение к жизни будет разным в зависимости от того, какое у вас понимание.
Всё заключено в вашем сознании, – вот сущность сознания. Испытать это – значит иметь религиозное чувство. Хотя волны и возникают, сущность вашего сознания пребывает в чистоте; она именно как чистая вода, поверхность которой взволнована. Действительно, на воде всегда имеются волны. Волны – это практика воды. Говорить о волнах вне связи с водой или о воде вне связи с волнами – заблуждение. Вода и волны – одно целое. Большое сознание и малое сознание – одно целое. Когда вы понимаете своё сознание таким образом, у вас появляется чувство некоторой безопасности. Поскольку ваше сознание не ожидает ничего извне, оно всегда наполнено. Сознание с волнами в нём – это не взволнованное сознание, но, по сути, усиленное сознание. Всё, что бы вы ни испытывали, – это проявление большого сознания.
Действие большого сознания направлено на самоусиление посредством разных ощущений. С одной стороны, наши ощущения, следующие одно за другим, всегда отличаются свежестью и новизной, а с другой стороны, они не что иное, как непрерывное или повторяющееся раскрытие единого большого сознания. Например, если у вас на завтрак есть что-то вкусное, вы скажете: «Это вкусно». «Вкусно» у вас ассоциируется с каким-то давним вкусовым ощущением, настолько давним, что вы, быть может, и не вспомните, когда же оно появилось. С помощью большого сознания мы воспринимаем каждое своё ощущение так, словно, глядя в зеркало, узнаём в нём своё лицо. У нас нет страха утратить такое сознание. Некуда приходить или уходить; нет страха смерти, нет страданий из-за старости или болезней. Поскольку мы наслаждаемся всеми сторонами жизни как раскрытием большого сознания, мы не ищем каких-то чрезмерных удовольствий. Таким образом, мы обладаем невозмутимым равновесием, и именно с этим невозмутимым равновесием большого сознания мы практикуем дзадзэн.

СОРНЫЕ ТРАВЫ СОЗНАНИЯ

Пожалуй, вы лолжны быть даже благодарны тем сорным травам, которые произрастают в вашем сознании, ибо в конечном счёте они обогащают вашу практику.
Когда рано утром звенит будильник и вы встаёте с постели, едва ли вы чувствуете себя так уж хорошо. Не так легко пойти в дзэндо и сидеть, и даже после того, как вы вошли в дзэндо и приступили к дзадзэн, вам приходится подбадривать себя, чтобы сидеть как следует. Но всё это просто волны вашего сознания. В чистом дзадзэн в вашем сознании не должно быть никаких волн. Пока вы сидите, эти волны становятся всё меньше и меньше, а ваше усилие преобразуется в некое тонкое чувство.
Мы говорим: «Выдёргивая сорняки, мы обеспечиваем питание растению». Мы выпалываем сорняки и зарываем их около растения, чтобы дать ему пищу. Так что, даже если у вас и будут какие-то трудности в практике, даже если в вашем сознании и появятся какие-то волны, когда вы сидите, – сами эти волны помогут вам. Поэтому вас не должно беспокоить ваше сознание. Пожалуй, вы должны быть даже благодарны этим сорным травам, ибо в конечном счёте они обогащают вашу практику. Если у вас есть хоть какой-то опыт превращения сорных трав своего сознания в духовную пищу, то ваша практика будет продвигаться семимильными шагами. Вы почувствуете своё продвижение. Вы почувствуете, что сорняки стали питать ваше сознание. Конечно, не так уж трудно дать психологическую или философскую интерпретацию нашей практики, но этого недостаточно. Мы должны реально испытать то, как сорняки превращаются в пищу.
Строго говоря, любое прилагаемое нами усилие не способствует практике, ибо оно порождает волны в нашем сознании. Однако невозможно добиться спокойствия нашего сознания, не прилагая
никаких усилий. Нам необходимо прилагать определённые усилия, но, делая это, мы должны забывать себя. В этой сфере нет ни субъективного, ни объективного. Наше сознание просто пребывает в спокойствии, и даже лишено всякого самосознания. В таком отсутствии самосознания исчезает любое усилие, любая идея или мысль. Поэтому так важно ободрять себя и не прекращать усилий до самого последнего мгновения, когда исчезает всякое усилие. Следует удерживать сознание на дыхании до тех пор, пока вы не перестанете сознавать своё дыхание.
Следует постоянно возобновлять свои усилия, однако не следует ожидать, когда же наступит ступень, на которой мы полностью забудем о них. Нужно просто пытаться удерживать своё сознание на дыхании. Такова наша подлинная практика. По мере того как вы будете сидеть, усилие это будет всё более и более утончаться. Вначале прикладываемое вами усилие будет довольно грубым и нечистым, но благодаря практике оно будет становиться всё чище и чище. Когда усилие станет чистым, тело и сознание тоже станут чистыми. Так мы практикуем дзэн. Как только вы поймёте, что данная нам от природы сила очищает нас и всё вокруг, вы сможете действовать правильно, и вы будете учиться у тех, кто окружает вас, и станете дружелюбнее с другими. В этом достоинство практики дзэн. Однако сама практика – это просто сосредоточенность на своём дыхании в сочетании с правильным положением тела и с большим, чистым усилием. Вот так мы практикуем дзэн.

СУТЬ ДЗЭН

О позе лзалзэн сознание и тело обладают замечательной способностью принимать вещи такими, как они есть, приятны они или неприятны.
В наших писаниях (Самьюктагама-сутра 33) говорится, что имеются четыре типа лошадей: превосходные, хорошие, посредственные и плохие. Превосходная лошадь идёт и медленно и быстро, вправо и влево по воле наездника ещё до того, как увидит тень хлыста; хорошая делает то же, что и превосходная, ещё до того, как хлыст коснётся её кожи; посредственная реагирует только тогда, когда почувствует боль; плохая же реагирует только тогда, когда боль проймёт её до мозга костей. Можете представить себе, как трудно такой лошади научиться делать то, что требуется!
Когда мы слышим эту историю, почти всем нам хочется быть превосходной лошадью. Если нельзя быть лучшей, мы согласны быть хотя бы хорошей.
Так, по-видимому, обычно понимается этот рассказ, и так обычно понимается дзэн. Вы, возможно, полагаете, что, сидя в дзадзэн, вы узнаете, какая же вы лошадь, из лучших или из худших. В этом, однако, проявляется непонимание дзэн. Если вы считаете, что цель практики дзэн – выдрессировать вас, чтобы превратить в одну из лучших лошадей, у вас будут большие проблемы, потому что правильное понимание не таково. Если вы правильно практикуете дзэн, не имеет значения, лучшая вы лошадь или худшая. Когда вы обдумываете милосердие Будды – какие, по-вашему, чувства он испытывал бы к каждой из этих четырёх лошадей? Наверное, он больше бы сочувствовал худшей, а не лучшей.
Когда вы исполнены решимости практиковать дзадзэн с большим сознанием Будды, вы обнаруживаете, что худшая лошадь наиболее ценная. В самих своих недостатках вы обретаете опору для своего непоколебимого, ищущего-путь сознания. Тому, кто может сидеть в идеальной физической позе, обычно требуется больше времени для нахождения истинного пути дзэн, для обретения подлинного чувства дзэн, для постижения сути дзэн. Но тем, кто столкнулся в практике дзэн с большими трудностями, в дзэн открывается более глубокий смысл. Поэтому мне кажется, что иногда лучшая лошадь может быть худшей, а худшая лошадь может быть лучшей.
Если вы будете заниматься каллиграфией, то обнаружите, что лучшими каллиграфами обычно становятся те, кто обладает не слишком большими способностями. Наиболее же умелые и способные часто сталкиваются с большими трудностями после того, как достигнут определённой ступени. Это равным образом верно и в отношении искусства, и в отношении дзэн. Это верно и в жизни. Поэтому, когда мы говорим о дзэн, мы не можем сказать: «У него получается» или «У него не получается»– в обычном смысле слова. Поза, которую мы принимаем в дзадзэн, у каждого из нас своя. Возможно, что некоторые вообще не смогут сидеть со скрещёнными ногами. Но даже если вы не можете принять правильную позу – когда вы пробуждаете своё настоящее, ищущее-путь сознание, вы можете практиковать дзэн в его подлинном смысле. Тем, кому сидение даётся непросто, на самом деле легче пробудить своё истинное ищущее-путь сознание, чем тем, кому сидеть легко.
Когда мы задумываемся, что же мы делаем в своей повседневной жизни, нам всегда бывает за себя стыдно. Один ученик написал мне: «Вы прислали мне календарь, и я попытался следовать всем благим девизам, помещённым на каждой его странице.
Но год едва начался, а я уже провалился!» Догэн-дзэндзи говорил: «Сёсаку дзюсаку». Саку обычно означает «ошибка» или «неправильное». Сёсаку лзюсаку означает «неправильно добиваться неправильного», или совершать одну сплошную ошибку. Согласно Догэну, одна сплошная ошибка тоже может быть дзэн. О жизни учителя дзэн можно сказать, что это столько-то лет сёсаку лзюсаку. То есть много лет единого однонаправленного усилия.
Мы говорим: «Хороший отец – вовсе не хороший отец». Вы понимаете? Тот, кто считает себя хорошим отцом, – не хороший отец; тот, кто считает себя хорошим супругом, – не хороший супруг. Тот, кто считает себя одним из худших мужей, может оказаться и не таким уж плохим, если всегда прилагает чистосердечное усилие, стараясь быть хорошим мужем. Если вы не в состоянии сидеть из-за боли или каких-то других физических неудобств, сидите как можете, используя толстую подушку или стул. Даже если вы худшая лошадь, вы доберётесь до сути дзэн.
Предположим, ваши дети больны неизлечимой болезнью. Вы не знаете, что делать; вам не лежится в постели. В нормальном состоянии тёплая уютная постель была бы для вас самым удобным местом, но теперь вы не можете найти покоя из-за мучительной душевной боли. Вы пытаетесь ходить взад-вперёд, туда-сюда, но всё это не помогает. На самом деле сесть в дзадзэн, даже в таком смятенном состоянии, и принять пусть даже плохую позу – это лучший способ облегчить ваши душевные муки. Если у вас нет опыта сидения в таких трудных ситуациях – вы не ученик дзэн. Никакие другие действия не облегчат ваших страданий. При всех других положениях тела, когда вы лишены душевного спокойствия, вам не достанет сил принять свои трудности, но в позе дзадзэн, которой вы овладели ценой длительных и нелёгких упражнений, ваше сознание и тело обладают замечательной способностью принимать вещи такими, как они есть, приятны они или неприятны.
Когда у вас неприятности, вам лучше всего сесть в дзадзэн. Нет иного способа принять свою проблему и работать над ней. Лучшая вы лошадь или худшая, хороша ли ваша поза или плоха – всё это неважно. Каждый может практиковать дзадзэн, и таким способом работать над своими проблемами и принять их.
Когда вы сидите, целиком погрузившись в свою проблему, что более реально для вас: ваша проблема или вы сами? Сознание того, что вы находитесь здесь, прямо сейчас, есть высшая истина. Именно это вам и предстоит осознать благодаря практике дзадзэн. Постоянно занимаясь практикой, когда приятные и неприятные ситуации проходят своим чередом, вы постигнете суть дзэн и обретёте его подлинную силу.

НЕДВОЙСТВЕННОСТЬ

Остановить поток своего сознания не значит прекратить действие сознания. Это означает, что поток сознания пронизывает всё ваше тело. При полном сознании вы складываете руки в мудру.
Мы говорим, что в нашей практике не должно быть никаких идей достижения, никаких ожиданий, даже ожидания просветления. Это не означает, однако, что надо просто сидеть бесцельно. Такая практика, где нет идей достижения, основана на Праджнянарамита-сутре. Тем не менее, если вы не будете внимательны, сутра сама предложит вам идею достижения. В ней говорится: «Форма есть пустота и пустота есть форма». Но если вы свяжете себя этим утверждением, вы рискуете впасть в двойственный ход мысли: «Вот я – форма, и вот пустота, которую я пытаюсь осознать посредством своей формы». Так что утверждение «форма есть пустота и пустота есть форма» всё ещё двойственно. Но, к счастью, наше учение продолжает эту мысль дальше и утверждает: «Форма есть форма и пустота есть пустота». В этом нет двойственности.
Если вы видите, что вам трудно остановить поток своего сознания в то время как вы сидите, и если вы по-прежнему пытаетесь остановить его, – это ступень «форма есть пустота и пустота есть форма». Но в то время как вы практикуете этим двойственным путём, вы всё больше и больше сливаетесь с вашей целью. И когда ваша практика перестанет требовать от вас усилий, вы сможете остановить поток своего сознания. Это ступень «форма есть форма и пустота есть пустота».
Остановить поток своего сознания не значит прекратить действие сознания. Это означает, что поток сознания пронизывает всё ваше тело. Сознание следует за дыханием. При полном сознании вы складываете руки в мудру. При целостном своём сознании вы сидите, и боль в ногах не причиняет вам беспокойства. Это и значит сидеть безо всякой мысли о достижении. Сначала вы испытываете некоторое чувство стеснённости от принятия позы, но когда эта стеснённость не причиняет вам неудобства, вам открывается смысл того, что «пустота есть пустота и форма есть форма». Потому отыскивать собственный путь в условиях некоторой стеснённости – вот что характерно для практики.
Практика вовсе не означает, что всё, что вы делаете, даже лежание, есть дзадзэн. Когда имеющаяся стеснённость больше не стесняет вас, – вот что мы понимаем под практикой. Но когда вы говорите себе: «Всё, что я делаю, есть выражение природы Будды, потому не имеет значения, что я делаю, и практиковать дзадзэн незачем»,– это уже двойственное понимание нашей повседневной жизни. Если это и в самом деле не имеет значения, тогда незачем и говорить так. Пока вы озабочены тем, что делаете, вы пребываете в состоянии двойственности. Если бы вы не были озабочены тем, что делаете, вы бы такое не сказали. Когда вы сидите, вы именно сидите. Когда вы едите, вы именно едите. Вот и всё. Когда вы говорите: «Это не имеет значения», значит, вы ищете какое-то оправдание тому, что вы сделали по-своему, со своим малым сознанием. Это означает, что вы привязаны к какой-то частности или к какому-то определённому образу действия. Это не то, что мы имеем в виду, когда говорим: «Достаточно просто сидеть» или «Всё, что вы делаете,– это дзадзэн». Конечно, всё, что мы делаем, и есть дзадзэн, но раз это так, незачем говорить об этом.
Когда вы сидите, вы должны просто сидеть, и боль в ногах или сонливость не должны причинять вам беспокойства. Это и есть дзадзэн. Но вначале очень сложно принимать вещи такими, как они есть. Чувство боли, появляющееся во время практики, будет раздражать вас. Когда вы можете делать всё, независимо от того, приятно вам это или неприятно, не теряя душевного равновесия и не раздражаясь, это как раз и есть то, что мы называем «форма есть форма и пустота есть пустота».
Когда вы больны такой болезнью, как рак, и понимаете, что вам осталось жить не более двух-трёх лет, и начинаете искать, на что же вам опереться, тогда вы можете начать заниматься практикой. Кто-то, быть может, станет уповать на Бога. Кто-то другой, возможно, начнёт практиковать дзадзэн. Его практика будет направлена на обретение пустоты сознания. Это значит, что он пытается освободиться от страданий двойственности. Это практика «форма есть пустота и пустота есть форма». Исходя из истины о пустоте, он хочет на деле претворить её в своей жизни. И если он практикует именно так, веря и прилагая усилия, это, конечно же, поможет ему, но такая практика не будет совершенной.
Зная о краткости жизни, наслаждаться ею день за днём, миг за мигом – это жизнь в духе «форма есть форма и пустота есть пустота». Придёт Будда – вы приветствуете его; придёт дьявол – вы приветствуете его. Известный китайский учитель дзэн Уммон говорил: «Солнцеликий Будда и луноликий Будла». Когда он заболел, кто-то спросил его: «Как вы себя чувствуете?» И он ответил: «Солнцеликий Будда и луноликий Будда». Это жизнь в духе «форма есть форма и пустота есть пустота». Проблемы нет. Один год жизни – это хорошо. Сто лет жизни – хорошо. Если вы будете продолжать нашу практику, вы достигнете такой ступени.
Вначале у вас будет много разных проблем, и от вас потребуется определённое усилие, чтобы продолжать практику. Практика, не требующая от начинающего никаких усилий, не есть истинная практика. От начинающего практика требует огромных усилий. Особенно от молодых – им надо очень и очень стараться, чтобы чего-то достичь. Нужно растягивать руки и ноги как можно шире. Форма есть форма. Вы должны быть верны своему пути, пока вы наконец действительно не придёте к тому, что необходимо вовсе забыть о себе. Пока вы не пришли к этому, совершенно ошибочно считать, что всё, что вы делаете, есть дзэн, или что не имеет значения, практикуете вы или нет. Но если вы приложите все усилия, какие только возможны, чтобы просто продолжать практику, отдаваясь ей всей душой и телом, без мысли о достижении, тогда всё, что вы делаете, будет подлинной практикой. Просто продолжать – вот что должно стать вашей целью. Когда вы что-то делаете, просто делать это – вот что должно быть вашей целью. Форма есть форма и вы есть вы, и ваша практика станет воплощением истинной пустоты.

ПОКЛОН

Поклон – это очень серьёзная практика. Вы должны быть готовы к тому, чтобы совершить поклон лаже в свою последнюю минуту. Даже если невозможно избавиться от наших эгоцентричных желаний, мы должны избавиться от них. Наша подлинная природа требует этого.
После дзадзэн мы кланяемся до полу девять раз. Кланяясь, мы отрешаемся от себя. Отрешиться от себя – значит отказаться от двойственных мыслей. Потому нет разницы между практикой дзадзэн и поклонами. В обычном понимании кланяться значит свидетельствовать своё почтение тому, что более достойно уважения, чем мы сами. Но когда вы кланяетесь Будде, у вас не должно быть мысли о Будде, вы просто становитесь одним целым с Буддой, вы уже сам Будда. Когда вы становитесь одним целым с Буддой, одним целым со всем сущим, вам открывается подлинный смысл бытия. Когда у вас пропадает двойственность мысли, всё становится вашим учителем и всё может быть объектом почитания.
Когда всё заключено в вашем большом сознании, все двойственные связи рвутся. Нет разницы между небом и землёй, между мужчиной и женщиной, учителем и учеником. Иногда мужчина кланяется женщине; иногда женщина кланяется мужчине. Иногда ученик кланяется учителю, иногда учитель кланяется ученику. Учитель, который не может поклониться своему ученику, не может поклониться Будде. Иногда учитель и ученик вместе кланяются Будде. Иногда мы можем поклониться кошкам и собакам.
В нашем большом сознании всё имеет одинаковую ценность. Всё есть сам Будда. Вы видите что-то или слышите какой-то звук, и в этот миг всё для вас становится просто тем, что оно есть. В своей практике вы должны принимать всё таким, как оно есть, оказывая всему такое же почтение, как и Будде. В этом выражается состояние Будды. Тогда Будда кланяется Будде, и вы кланяетесь себе. Таков истинный поклон.
Если в вашей практике нет этой твёрдой убеждённости в большом сознании, ваш поклон будет двойственным. Только когда вы – это именно вы сами, вы кланяетесь себе в подлинном смысле этого слова, и вы едины со всем сущим. Только когда вы – это вы сами, вы можете поклониться всему в подлинном смысле этого слова. Поклон – это очень серьёзная практика. Вы должны быть готовы к тому, чтобы совершить поклон даже в свою последнюю минуту; и когда вы уже не сможете делать ничего, кроме поклона, вы должны совершить его. Такая убеждённость необходима. Кланяйтесь в таком состоянии духа, и все наставления, все учения будут ваши, и в вашем большом сознании вы будете владеть всем.
Сэн-но Рикю, основатель чайной церемонии в Японии, совершил харакири (ритуальное самоубийство с выниманием внутренностей) в 1591 году по приказу своего господина Хидэёси. Перед тем как Рикю расстался с жизнью, он произнёс: «Когда я держу этот меч, нет ни Будды, ни Патриархов». Он подразумевал, что когда мы владеем мечом большого сознания, нет двойственного мира. Единственное, что существует, – этот дух. Такой непоколебимый дух всегда присутствовал в чайных церемониях Рикю. Он никогда ничего не делал двойственным образом; он был готов умереть в любую минуту. С каждой новой церемонией он умирал, и он возрождался. Таков дух чайной церемонии. Так мы кланяемся.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.