Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

СВОЕОБРАЗИЕ ЛЕКСИЧЕСКОЙ НОРМЫ



Своеобразие лексической нормы обусловлено особенностями лексического уровня языка по сравнению с другими уровнями — фонетическим, морфемным и синтаксическим. Примечательной особенностью лексики является ее непосредственная обращен­ность к внеязыковой действительности, поэтому лексика, как от­мечает Д. Н. Шмелев, «должна представлять собой открытую и незамкнутую систему. ...С указанной особенностью лексики внутренне связана ее другая существенная особенность—подвиж­ность». Поэтому словарный состав «по существу и не очерчен в каждый момент существования с достаточной определенностью... Нужно добавить, что лексика—это единственная сфера языка, которая открыта для всевозможных индивидуальных и окказиональных образований». Д. Н. Шмелев отмечает еще одну отли­чительную черту лексики — ее «семантическую неопределенность»: «...в значительном числе случаев лексическое значение слова невозможно охарактеризовать с полной определенно­стью» .

Как известно, в качестве одного из критериев нормы выдви­гается длительность существования языкового явления. Данный критерий не может быть применен к лексике в целом. Ведь но­вации вовсе не образуют какую-то автономную сферу, отграни­ченную от «основной» части лексики. Как раз наоборот. «Новое» переплетается со «старым», и нередко возникает «вопрос о том, как определить реальные критерии того, что новое, развивающее­ся значение уже стало основным, а устаревшее значение оттес­нено на второй план». Так, например, слово варяги (в древней Руси так называли скандинавских выходцев, объединявшихся в вооруженные отряды для торговли и разбоя, нередко оседавших на Руси и служивших в княжеских дружинах), несомненно, от­носится к разряду историзмов, однако вряд ли оно окончательно исчезло из современного языкового сознания, иначе на основе его значения не возникло бы в последние годы в разговорной речи новое значение—«о работнике, взятом, принятом на ра­боту со стороны», ср.: «Кадры, кадры нужны. На варягов рассчитывать нечего. Не едут из Москвы и Ленинграда. Вся на­дежда на молодежь, выпускников» (Васин М. На сухопутном корабле).

Другой критерией нормативности—соответствие моделям языка — без определенных уточнений также неприменим к лек­сике. Многие лексические явления, хотя они и подчинены внут­ренним закономерностям лексической системы, носят индивиду­альный, единичный характер, подаются «списком», т. е. опреде­ляются «особо для каждого отдельного факта языка в словарном порядке».

Однако и нормативно-стилистический словарь не может слу­жить универсальным и безупречным справочником при определе­нии нормативности-ненормативности того или иного лексического факта. Вместе с тем и словари новых слов не в состоянии дать нормативную оценку. Так, редакторы словаря-справочника «Но­вые слова и значения» Н.З. Котелова и Ю. С. Сорокин полагают, что «срок жизни» включенных в словарь слов «недостаточен для суждения о принадлежности их к литературному языку». К та­ким словам относятся, например: бескондукторный, биокрем, водообеспеченность, кинодилогия, сверхплотный, цветомузыка.

Динамический характер лексики заставляет искать и динами­ческие критерии ее нормативности. Представляется, что разраба­тываемая в последнее время динамическая теория нормы обра­щена в первую очередь к такому наиболее подвижному уровню языка, каким является лексика.

Л. И. Скворцов, говоря о динамической теории нормы, пред­лагает дифференцировать норму на «воплощенную (реализован­ную)» и «невоплощенную (потенциальную, реализуемую)». «Вто­рая творится с учетом первой, с оглядкой на нее и подравниваясь под нее».

Нормативность в лексике, особенно применительно к ново­образованиям, связана с коммуникативной и эстетической целе­сообразностью употребления лексических средств. Со своей сто­роны, лексические средства должны соответствовать воплощен­ной или потенциальной норме.

Вот одна из возможных иллюстраций. Как-то в печати по­явилось слово авиадевушка: «Никита встал, прошел по проходу в закуток между первым и вторым салонами—пристанище стю­ардесс. Вибрация и грохот были здесь очень сильными. Но две авиадевушки болтали непринужденно, не повышая голоса, и, кажется, отлично слышали друг друга» (Дворкин И. Восемь ча­сов полета.—«Нева», 1973, № 3, с. 100). Это новообразование входит в парадигму стюардесса—бортпроводница—авиадевуш­ка. С собственно коммуникативной точки зрения это слово, может быть, и не является необходимым, однако с точки зрения допол­нительной, стилистической информации оно вполне оправданно и в принципе не нарушает трехчленность стилистической парадигмы, являясь ее разговорным членом. Своеобразие лексической нормы, таким образом, непо­средственно отражается на характере лексико-стилистической нормы.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Русский язык. Стилистика. Москва. “Просвещение”1980г.

2. Анализ художественного текста. Вып. 1. М.,1979г.(гл. ред. Н.М.Шанский)

3. Художественная речь. Поспелов Г.Н. М., 1981г.

4. Современная разговорная речь и ее особенности. Сиротина О.Б. М., 1984г.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.