Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Примирение науки и религии. Обоснование свободы



В области этики Канту удалось примирить заявления религии о нравственной свободе человека с заявлением науки о том, что природа всецело определяется законами необходимости.

Кант считал, что опытные данные, поступающие извне, не дают адекватного знания об окружающем нас мире, и априорные формы, обеспечивающие всеобщность знаний, не делают его, однако, копией, слепком, отражением вещей. То, чем вещь является для нас (феномен), решительным образом отличается от того, что она представляет сама по себе (ноумен). Сколько бы мы ни проникали вглубь явлений, наше знание все же не будет знанием вещей, которые существуют сами по себе. В таком противопоставлении — предостережение против претензий науки на абсолютное знание. Познание не знает предела, утверждал Кант, верить в науку нужно, но переоценивать ее нельзя. Есть области деятельности человека, где наука бессильна (например, личная жизнь человека).

Наука вправе претендовать на определенное познание явлений (феноменов). Она не должна посягать на знание действительности во всей полноте. Данное заключение позволило Канту примирить научный детерминизм с религиозной верой и моралью. Ибо не существует никаких законных оснований, на которых наука могла бы вычислить вероятную ценность религиозных и моральных истин.

С точки зрения Канта, попытки философов и богословов рационализировать религию, придать догматам веры некое основание посредством чистого разума привели только к казуистике и скептицизму. Ведь теоретический разум ограничен феноменальным миром, где царит жесткая детерминированность. Как только разум пытается утверждать существование чего-либо, находящегося по ту сторону чувственного опыта (например, бытие Бога, бессмертие души, бесконечность вселенной), он неизбежно попадает в ловушку противоречий и заблуждений. Кант приводит следующие антиномии разума. Антиномии — это противоречивые, взаимоисключающие положения. Так, если мы возьмем идею мира в целом, то можно доказать, что мир конечен во времени и пространстве, и мир бесконечен.

[По признанию Канта, чтение Юма пробудило его от “догматической спячки”. Кант признавал теперь, что человек способен познать лишь феноменальное и что любые метафизические заключения относительно природы Вселенной, выходящие за рамки его опыта, остаются беспочвенными. Подобные построения чистого разума при помощи логических аргументов столь же легко опровергнуть, как и подтвердить. Как только разум пытается утверждать существование чего-либо, находящегося по ту сторону чувственного опыта.]

Итак, Кант, с одной стороны, доказав необходимость априорных форм и категорий рассудка, стремился подтвердить ценность науки. С другой стороны, доказав, что человек способен познавать лишь феномены, а не вещь-в-себе, он стремился освободить место для истин религиозной веры и нравственного учения. “Мне пришлось поднять/ограничить (aufheben) знание, чтобы освободить место вере” — заявил мыслитель в предисловии ко 2-му изд. “Критике чистого разума”.

Кант считал, что знание выше веры, но этот тезис он снабжал оговоркой: это не относится к моральной вере, которую нельзя сопоставлять со знанием, которая реализуется в поведении. “Эту веру ничто не может поколебать, т.к. были бы ниспровергнуты сами нравственные принципы, от которых я не могу отказаться, не став в собственных глазах достойным презрения”. Верить в Бога здесь означает не размышлять о Его бытии, а просто быть добрым.

Кант держался того мнения, что, хотя никому не дано знать существует ли Бог, нужно в Него верить, дабы поступать нравственно. Тем самым вера в Бога получает нравственное и практическое основание. Она выходит из под власти знания. Кант в духе своих предшественников — Лютера и Руссо — укоренил религию в самом характере положения человека в мире. Истинную почву религиозного смысла составлял внутренний личный опыт свободного человека, а не объективные доказательства или догматические верования. Тем самым он определил направление новоевропейской религиозной мысли.

Человек, по Канту, житель двух миров: чувственно-воспринимаемого и умопостигаемого. Соответственно человек может рассматривать себя под 2-я противоположными углами зрения: с позиций науки, как “феномен”, подчиняющийся законам природы, и с позиций свободы, нравственности, как вещь-в-себе, как “ноумен”, о котором допустимо думать, но нельзя знать наверняка. Не чистый, теоретический разум, который действует в сфере науки, а лишь практический разум способен открывать человеку его свободу, бессмертие и подвластность Богу. Практический разум действует в сфере свободы, в мире ноуменальном. Практическим он назван, из-за того, что его главное предназначение — руководить поступками человека, т.е. устанавливать принципы нравственного действия. Данные принципы носят всеобщий характер. Поэтому существо, способное действовать в соответствии со всеобщими, а не только эгоистическими целями, есть свободное существо.

Свобода, по Канту, есть независимость от определяющих причин чувственно-воспринимаемого мира. В мире эмпирическом, природном всякое явление обусловлено другим предшествующим явлением как своей причиной. В мире свободы разумное существо может действовать независимо от каких-либо причин, “начиная ряд”, исходя из понятий разума.

1. Автономия (самозаконность) воли состоит в том, что она определяется не внешними причинами — природа, Бог, — а своим собственным законом, который она ставит над собой. Принцип мира свободы гласит: разумное существо есть цель сама по себе. К нему нельзя относится как к средству для чего-то другого. Именно потому, что человек ест цель, он обладает свободой воли.

2. “Знание” умопостигаемого мира — призыв, требование, обращенное к нам и определяющее наши поступки. Моральный закон, по Канту, объективно необходимый в силу того, что он имеет силу для каждого, кто обладает разумом и волей. Он не зависит ни от каких внешних обстоятельств. Он не приведет к счастью, хотя человек должен желать счастье другим людям. Он хорош сам по себе. Главное требование безусловного морального требования — категорического императива звучит так: поступай с другими так, чтобы правило твоей воли могло всегда стать принципом всеобщего законодательства. Это значит: поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступали по отношению к тебе. Наши поступки влияют на других людей, а тем самым и на нравы в обществе.

3. Никто не хотел бы, чтобы его использовали лишь как средство. “Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого как к цели и никогда как к средству”.

Внутреннее ощущение долга и порывы бескорыстной нравственной добродетели позволили Канту шагнуть за пределы созданной к тому времени западным мышлением пугающе ограниченной картины мира, которая сводила весь познаваемый мир к миру видимости и причинной необходимости.

 

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.