Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Поворот “восточных” к Никее: омоусиане.



Нужен был этот кощунственный хлыст аномейства или евномианства, чтобы ослепшие от борьбы с Маркеллом “восточные” вдруг прозрели и пробудились для борьбы со стратегически обошедшим их со всех сторон арианством. Евдоксий, отрицая божество Сына, явно обрисовался пред ними как “безбожный.”

И вот епископ Лаодикии обратился немедленно после Евдоксиева Антиохийского собора 358 г. с окружным посланием к епископам Востока, призывая их спасти православие от “безбожников.” Василий, епископ Анкирский (конкурент Маркелла), несмотря на все свои предубеждения против Никеи, ревнуя ο православии, a не об арианстве, горячо откликнулся на призыв Георгия. Так явилась на сцену группа омиусиан. Их термины — όμοιος κατ' ούσιαν, όμοιος κατά πάντα. Эта формула встречается и у Александра Александрийского, и y Афанасия Великого, и в “Многострочном Изложении,” и y Кирилла Иерусалимского в “Огласительных Поучениях.” Русский термин “подобный” стоит на безразличном перепутье большего или меньшего сходства. Греческий термин наоборот — он по природе своего значения говорит об уравнении сравниваемых величин, ο равенстве, но не тотальном, a только частичном, в каком-тο определенном отношении. По определениям Аристотеля, термином “ταυτόν” (“то же самое”) вещи сравниваются по их сущности. Термином “όμοιον” (“подобное”) вещи сравниваются по их качествам. Термином “ίσον” (“равное”) вещи сравниваются по их количеству. Св. Афанасий хорошо сознавал эту недостаточность термина “омиос” и писал, что если Сын омиос Отцу, то значит, что он равен, но не по сущности, a пo каким-то качествам. A если бы был равен с Отцом по сущности, то был бы не омиос, a “όμός,” тотже самый, следовательно: единой сущности (омоусиос). Но практически этот термин все-таки был ходким и хранил в себе верную мысль или корнесловную тенденцию к уравнению. Омиусиане ценили этот термин, ибо безразличное употребление и y самого Афанасия “усиа” и “ипостасис” пугало их маркеллианским слиянием Лиц. “Оми” резче отделяло Лица. “Восточные” как бы хотели сказать: “Надежнее выразиться: “не одна и та жесущность, a такая же y всех Трех.”

Так, во главе движения встали бывшие активные антиникейцы Георгий Лаодикийский и Василий Анкирский. Афанасий нe без жесткости сердечной долго продолжал еще называть Георгия просто арианином. Но оздоровляющее движение началось. Василий Анкирский, не откладывая в долгий ящик, воспользовавшись ближайшим поводом освящения в Анкире нового храма, перед Пасхой 12 апреля 358 г. созвал собор. Время для съездов было неудобное. Подъехало только 12 епископов. Но все равно он провел через этот собор свое окружное послание к епископам Финикии и других епархий Востока. “После того как наши отцы одержали над еретиками (Маркеллом и Фотином) такие важные победы, казалось, можно было надеяться, что настали времена мира, спокойствия. Но диавол нашел для себя новые сосуды. Опять слышно ο новшествах, ο скверных новоглаголаниях против истинного, подлинного (γνησιότης) сыновства Единородного.” Довольно пространное изложение веры собора заканчивалось восемнадцатью анафематизмами и против Маркелла, и против аномеев. Хотя тут староникейское омоусиос тоже отвергнуто, но анкирские отцы тут утверждали, что Сын подобен Отцу не только по энергии, но и по существу (!) и что Бог родил Сына не только по своему хотению (κατ' εξουσίαν), но и пo своей сущности (κατ' ουσιαν!!). Это был конец неопределенности и начало догматического уточнения. Отказ от “иносущия” и утверждение “родства по сущности.” Сыновство утверждалось не метафорическое, a подлинное: термины “γνήσιος,” “γνησιότης.” Лишь от испуга перед савеллианством задерживались на “подобии по сущности”: “имеет сущность свою не в тожестве с Отцом, a только в подобии.”

Св. Епифаний назвал этих анкирцев “полуарианами.” Но это исторически неточно, ибо они шли прочь от ариан. Анкирский собор 358 г. расколол антиникейскую коалицию. Началась борьба фракций. Собор послал своих депутатов к императору Констанцию. Констанций действительно хотел компромиссного мира, a не раздорных крайностей. Он с убеждением встал на сторону этих анкирских соборян 358 г. Решил предложить их программу на всеобщее приятие, на, так сказать, “епископский плебисцит.” Ради этого взял даже обратно свою утвердительную грамоту y Евдоксия на Антиохийскую кафедру, впредь до проверки.

Составлена была по этому случаю для выполнения программы Василия Анкирского так называемая 3-я Сирмийская формула. Эта формула — прямой пересказ Антиохийской 341 г. c дополнением όμοιος κατ' ούσίαν (“подобный пo сущности”). Василий Анкирский назначается как бы главой епископата на антиохийскую кафедру. к епископату обращается императорский приказ: признать подобие по сущности или уходить с мест. Папа Ливерий и Осий еще раз подписались под этой формулой. He подписавших это диктатурное богословие (аномеев) оказалось много. Они были императорской властью сосланы: Евдоксий в Армению, Аэтий в Пепузу, Евномий в Магом. Всего сослано до семидесяти аномеев. Неожиданная диктатура партии вызвала бурное недовольство новыми временщиками. Патрофил Скифопольский подал императору жалобу на самоуправство омиусиан, и сами последние признались императору, что они не хотят рисковать совсем проиграть свое дело, искажая его формой государственного давления. Они доверили Констанцию пересмотреть и решить выдвинутый ими вопрос путем действительно полного западно-восточного вселенского собора.

 

“Вселенский собор” в Ариминиуме — Селевкии.

Уже издан был указ собираться в Никомидию, уже епископы ехали на собор, как вдруг случившееся землетрясение, разрушившее в Никомидии нужные здания, заставило переменить план. Заговорили ο Никее. “Западным” очень приятна была эта мысль. Но именно потому-то арианские интриганы — Урсакий и Валент — испугались, что такая встреча “западных” и “восточных” может привести их к единению. Они постарались убедить Констанция, что лучше собрать “западных” и “восточных” раздельно, но на общей, предписанной сверху программе. И их проект был принят. Собору восточных назначено было собраться в Селевкии Исаврийской (это военный центр для восточных армий), a западному собору — в Ариминиуме (на берегу Адриатического моря — Римини).

Как выработать согласительную программу раздвоенного собора? Столичные дельцы знали, что западным, так сказать, “староверам” омоусианства нелегко сойтись с новыми восточными омиусианами. Решили вызвать на консультацию Василия Анкирского с его группой, чтобы те представили текст проекта вероизложения, который полагал бы непереходимый барьер направо, к староникейству. Прибыли в Сирмиум Василий Анкирский и Марк Аретузский. Последний и набросал формулу, где наряду с термином “усиа” одновременно совершенно устранен был бы и термин “омиусиос.” Все заменено неопределенным “омиос ката панта.” Так родилась на свет

Я Сирмийская формула

(или так называемая “датированная вера,” 22 мая 359 г.).

Вот она:

“Веруем во Единого только и Истинного Бога (εις Ένα τον Μονον Θεον), Отца-Вседержителя. И во Единого Единородного Сына Божия, прежде всех веков и прежде всякого начала, прежде всякого представимого времени и всякого мыслимого существа (“усиас” y Афанасия, “епиниас” — “понятия” y Сократа), Рожденного бесстрастно от(эк) Бога. Рожденного же Единородного, Единого от Единого Отца, Бога от Бога, подобного родившему Его Отцу по писаниям, рождения Которого не знает никто, кроме Одного только родившего Его Отца. Мы знаем, что Сей Единородный Сын Его, по манию Отчему посланный Отцем, Он пришел с небес и все домостроительство исполнил по Отчему хотению. И во Святого Духа.

A так как слово “усиа,” по простоте (δια το απλουστερον) введенное отцами, но не известное народу, производит соблазн, потому что оно не встречается в Писании, то благоугодно изъять это слово из употребления и отнюдь не делать впредь никакого упоминания об усиа в применении к Богу, т. к. Священное Писание нигде не упоминает об усиа Отца и Сына. He следует также употреблять и слово “ипостасис” в приложении к Отцу и Сыну и Святому Духу. A Сына мы называем подобным Отцу во всем (ката панта), как говорит и учит Священное Писание.

A все ереси, как те, которые уже осуждены прежде, так и те, которые появятся как противные изложенной в этом документе вере, да будут анафема.”

Эта формула раньше всякого парада полной соборности, которая не исключалась, a только гарантировалась, была подписана в присутствии императора 22 мая 359 г.Она и стала известной под именем “датированной веры.”

Трудно было омиусианам отказаться от усиа, и потому Василий Анкирский дал подпись с такой подробной мотивировкой: “А слово “во всем” понимаю в том смысле, что Он подобен Отцу не только по воле, но и по ипостаси, и по происхождению, и по бытию — και καθ υποστασιν, και κατά την υπαρξιν και κατά το εινε. И кто говорит, что Он подобен только кое в чем (κατά τι), тот чужд кафолической церкви.” Это Василий направлял против Валента, который хотел уклониться от подписи “ката панта” — “во всем.”

Эту до последнего слова заранее заготовленную “веру” повезла из императорского центра делегация на западный собор

 

В Ариминиуме (359).

Там было уже собрано до 400 западных епископов. Префект Тавр получил приказание заявить отцам собора, что он не отпустит их, пока они не придут к соглашению. Издержки по их содержанию император Констанций принимает на себя. Епископы для сохранения своей независимости отказались от предложенного обеспечения. Только два бедных британца согласились на казенный паек, боясь обременить своим содержанием прочих собратьев, которые предлагали им такой прокорм в складчину. Инструкция императора Констанция приказывала отцам собора не касаться вообще восточных дел, a только согласиться ο формуле веры и прислать затем ко двору 10 делегатов от собора.

Собор начался дружно и с наивным оптимизмом. “Западные” еще не знали ο заготовленной 4-й Сирмийской формуле. Вдруг как снег на голову приезжают из Сирмия Урсакий и Валент и заявляют, что вероизложение уже готово. Остается только принять и подписать его. Возмущение западного собора было неописуемое. “Западные” кричали: “Мы собрались сюда подтвердить Никейскую веру!” Урсакий и Валент пробовали успокаивать: “Да вы вникните только, и вы не увидите тут ничего нового.” Соборяне возражали — если тут нет ничего нового, то вы анафематствуйте здесь торжественно и арианство, и все ереси, возникшие после него. Урсакий и Валент, конечно, отказались. Тогда собор объявил им свое отлучение. Но собор не сохранил своей монолитности. Урсакий и Валент уговорили до 80 делегатов согласиться поехать в императорскую ставку и там смягчить предложенный им ультиматум. Таким образом оформился раскол собора. От каждой части префект Тавр согласился послать в ставку по десять делегатов.

Констанций, занятый тревогой на персидском фронте, уехал из Сирмия в Константинополь. A делегатам собора послал указания подъехать на Востоке до Адрианополя и там его ждать. Получился томительный перерыв во всей соборной деятельности.

Делегаты западного собора оказались неизощренными в разгадке тех тонких сетей, которые продолжали раскидывать пред ними сопутствовавшие им Урсакий и Валент. Пересматривая в виде опыта и самопроверки предложенную 4-ю Сирмийскую формулу, хитрые официальные делегаты вовлекли эту группу западных пленников в согласие подписать чуть видоизмененную официальную формулу, на самом деле ухудшенную в смысле арианской злокачественности. A именно согласиться на омиос, даже без “по всему” — “ката панта.” Затрепанные долгими блужданиями по Балканским захолустьям, западные делегаты-пленники 10 октября 359 г. в маленьком местечке под Адрианополем подписали эту ухудшенную 4-ю Сирмийскую формулу. Для хитрецов Урсакия и Валента это было нужное им достижение, ибо данная почтовая станция носила название Ника. Подписанный тут документ по названию сходный с “Никейским” было полезно интриганам рекламировать для агитации в среде “западных.” После этой вырванной y “западных” взятки их наградили наконец отправкой домой, но, увы, еще не на свободу. Прошло 7 томительных месяцев, в течение которых префект Тавр держал под арестом в Арминиуме без дел епископов, гордо нуждавшихся и почти голодавших. Каково же было разочарование этих соборных мучеников, когда их собственные делегаты подписали и привезли им в подарок свою духовную капитуляцию! Тавру одновременно прислана инструкция не распускать арминиумских соборян, пока так или иначе все не подпишут этой “Никской” веры. A санкции даны Тавру грозные: право ссылки упорствующих до количества даже 50 епископов. Под таким давлением подписались почти все, 20 епископов под водительством Фебадия Агеннского уперлись, но Урсакий с Валентом ухитрились и этих упорных как-то “обойти.” Упорные предложили, чтобы Урсакий с Валентом подписали ряд анафематизмов. Для изощренных софистов и эти анафематизмы открывали возможность самых неожиданных перетолкований. Например, Валент анафематствовал тех, кто признает “Сына творением, как и прочие творения.” Валент затем издевался над обманутыми простаками. Он говорил: “По букве я анафематствую мысль ο Сыне, как равном с прочими творениями, но ведь для меня то Сын как раз творение, но особое, отличное от прочих творений.” Простаки Запада, однако, удовлетворились этим обманом и разъехались по домам.

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.