Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

УНИЧТОЖЕНИЕ ВСЕГО ЖИВОГО



Давняя вера человека в то, что в незапамятные времена на Земле был Золотой век, никак не может опираться на его воспоминания, потому что в ту далекую эпоху люди были еще примитивными и не умели записывать события, чтобы сохранить их для будущих поколений. Причина ощущения, что когда-то люди жили в мире и благоденствии, состоит в том, что человек просто не помнил о тех временах. Кроме того, первые истории о той эпохе были рассказаны не первыми людьми, а самими нефилим.

Единственный полный рассказ о том, что произошло с человеком после его переселения в Обитель Богов в Месопотамии, содержится в библейской легенде об Адаме и Еве и Эдемском саде:

И насадил Господь Бог рай в Едеме на Востоке, и поместил там человека, которого создал.

И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла...

И взял Господь Бог человека, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его.

И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь.

Таким образом, людям разрешалось употреблять в пищу все плоды, за исключением плодов с древа познания добра и зла. Похоже, что Богу — по крайней мере, в этот момент — было безразлично, что человек может попытаться отведать плодов древа жизни. Тем не менее люди не смогли соблюсти даже этот единственный запрет, и это привело к трагедии.

На смену идиллической картине вскоре пришла драма, которую исследователи Библии и теологи называют «грехопадением человека». Это история о нарушении божественных указаний, о лжи, о коварном (хотя и правдивом) змее, о наказании и изгнании.

Появившийся неизвестно откуда змей поставил под сомнение строгий запрет Господа:

И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от

какого дерева в раю?

И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только

плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и

не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть.

И сказал змей жене нет, не умрете, но знает Бог, что в день,

в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете,

как боги, знающие добро и зло.

И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно

приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и

взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел.

И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и

сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания.

Читая и перечитывая этот короткий, но удивительно точный рассказ, не перестаешь удивляться самой причине конфликта. Люди, которым под угрозой смерти было запрещено даже прикасаться к древу познания добра и зла, позволили уговорить себя и съели запретный плод, в результате чего они стали такими же «знающими», как Бог. Случилось следующее — люди осознали, что они наги.

Именно нагота лежала в основе всего инцидента. Библейский рассказ о пребывании Адама и Евы в саду Эдема открывается словами: «И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились». Как мы понимаем, они находились на более низкой стадии развития, чем «человек разумный»: они не только не носили одежду, но и не осознавали своей наготы.

Дальнейший анализ этого библейского текста дает основания предположить, что суть его заключается в приобретении человеком сексуальности. «Знания», которые скрывались от людей, не были сведениями из области науки, а относились к половым различиям между мужчиной и женщиной. Как только Адам и Ева узнали, «что наги», они тут же прикрылись листьями.

Дальнейшие события подтверждают связь между наготой и отсутствием «знания», поскольку Бог сразу же понял, в чем дело:

И услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время

прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица Господа

Бога между деревьями рая.

И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: где ты?

Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому

что я наг, и скрылся.

И сказал: кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с

которого Я запретил тебе есть?

Признавшись в содеянном, «примитивный рабочий» тотчас же переложил вину на свою супругу, которая, в свою очередь, обвинила змея. Разгневавшись, Бог проклял и змея, и двух людей. Затем — довольно неожиданный поворот — «сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их».

Вряд ли можно всерьез предполагать, что целью всех этих событий, которые привели к изгнанию людей из райского сада, было научить человека пользоваться одеждой. Ношение одежды было лишь внешним проявлением нового «знания». Приобретение этого «знания» и попытки оградить от него человека — вот основной смысл этой истории.

Месопотамский аналог библейской легенды до сих пор не найден, но практически ни у кого не осталось сомнений, что она, как и все остальные библейские материалы, касающиеся сотворения мира и предыстории человечества, имеет шумерские корни. Тому свидетельством место действия — Обитель Богов в Месопотамии. Тому свидетельством игра слов, заключенная в имени первой женщины, Евы («дева жизни» и «дева из ребра»). Тому свидетельством и два дерева, дерево познания и дерево жизни, которые росли также в обители Ану.

Даже слова Бога напоминают о шумерском происхождении библейской легенды, поскольку в ней единый иудейский Бог вновь приобретает множественное число, обращаясь к своим божественным коллегам, которые упоминаются не в Библии, а в шумерских текстах:

И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно И выслал его Господь Бог из сада Едемского...

На многих древних шумерских рисунках человек, исполнявший роль «примитивного рабочего» или слуги богов, изображался без какой-либо одежды. Обнаженный, он прислуживал богам на пирах, работал в поле или на строительстве зданий (рис. 154, 155).

 

Таким образом, статус человека по отношению к богам немногим отличался от статуса домашних животных Боги просто усовершенствовали одно из животных, приспособив его к своим нуждам. Может быть, отсутствие «знания» означало, что новое существо занималось сексом точно так же, как животные (а иногда и с животными)? Об этом свидетельствуют некоторые древние рисунки (рис. 156).

 

Шумерские тексты, например «Эпос о Гильгамеше», свидетельствуют о разном восприятии секса у дикого и цивилизованного человека. Когда жители Урука захотели цивилизовать Энкиду — степного варвара — они воспользовались услугами «блудницы», отправив ее к источнику, где Энкиду поил зверей: «Пусть сорвет она одежду, красы свои откроет».

Судя по тексту, поворотным пунктом «цивилизации» Энкиду стал тот факт, что от него убежали дикие звери, с которыми он дружил. Жители Энкиду в разговоре с блудницей особо подчеркивали, чтобы она дарила ему «дело женщин», пока не «покинут его звери, что росли с ним в пустыне». Необходимым условием превращения Энкиду в человека был отказ от содомии:

Раскрыла Шамхат груди, свой срам обнажила, Не смущалась, приняла его дыханье, Распахнула одежду, и лег он сверху, Наслажденье дала ему, дело женщин...

По всей видимости, хитрый замысел оправдал себя. Через шесть дней и семь ночей Энкиду «насытился лаской» и вспомнил о своих прежних товарищах:

К зверью своему обратил лицо он. Увидав Энкиду, убежали газели, Степное зверье избегало его тела.

Смысл этих слов абсолютно ясен. Соитие с женщиной настолько изменило Энкиду, что звери, с которыми он дружил, «избегали его тела». Они не просто ушли — они чурались физического контакта с ним.

Потрясенный Энкиду некоторое время пребывал в неподвижности, пытаясь примириться с тем, что «ушли его звери». Но о свершившейся перемене не стоило жалеть:

Блудница ему вещает, Энкиду:

Ты красив, Энкиду, ты богу подобен...

Эти слова перекликаются со словами библейской легенды об Адаме и Еве. Как и предсказывал змей, вкусив плода от дерева познания добра и зла, они стали — с точки зрения знаний о сексе — «как боги, знающие добро и зло».

Означает ли это, что человек должен был осознать, что сексуальные отношения с животными являются грехом и что именно поэтому Адам и Ева были изгнаны из рая? В Ветхом Завете неоднократно повторяется предостережение против содомии, и маловероятно, что познание добродетели могло вызвать гнев Господа.

«Знание», обретенное человеком против воли бога — или одного из богов, — имело более глубокую основу. Это было нечто полезное для человека — что-то такое, чем не хотели снабжать его создатели.

Чтобы понять истинный смысл библейского повествования, нужно внимательно прочесть проклятие Господа Адаму и Еве:

Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою... И нарек Адам имя жене своей: Ева, ибо она стала матерью всех живущих.

Здесь нам рассказывается о событии исключительной важности: пока Адам и Ева не обладали «знанием», они жили в саду Эдема и не имели детей. «Знание» дало Еве возможность забеременеть и вынашивать детей. Только после приобретения этого «знания» Адам «познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина».

В Ветхом Завете выражение «познать» используется для обозначения соития — по большей части между мужем и женой с целью зачать ребенка. Таким образом, рассказ об Адаме и Еве — это описание важного шага в развитии человека: обретение способности к размножению.

Нас не должно удивлять то обстоятельство, что первые представители Homo sapiens были лишены способности давать потомство. Каким бы методом ни пользовались нефилим для имплантации своего генетического материала в выбранного для этой цели гоминида, новое существо представляло собой гибрид, полученный в результате скрещивания двух разных, хотя и родственных видов. Такие гибриды млекопитающих, например мул (гибрид лошади и осла), обычно оказываются бесплодными. При помощи искусственного оплодотворения и более сложных методов генной инженерии мы можем получить любое количество мулов, не случая кобылу с ослом, но ни один мул не может дать потомства.

Может быть, на первом этапе нефилим просто создавали для своих нужд «людей-мулов?»

В этом отношении крайне любопытен наскальный барельеф, найденный в горах южного Элама. На нем изображен сидящий бог с лабораторной колбой в руке, из которого вытекают потоки жидкости — знакомый образ Энки. Рядом с ним сидит Великая Богиня, причем ее поза указывает на то, что это скорее помощница бога, чем его супруга. Вне всякого сомнения, это Нинти — Богиня-Мать или богиня рождения. Две центральные фигуры окружены богами низшего ранга, напоминающими богинь рождения из мифа о сотворении человека. Перед создателями выстроились ряды людей с абсолютно одинаковой внешностью — как будто они изготовлены по одному образцу (рис. 157).

 

Обратимся еще раз к шумерскому рассказу о несовершенных людях, произведенных на свет Энки и Богиней-Матерью. Некоторые из них либо вообще не имели пола, либо были неполноценными в сексуальном плане. Разве не напоминает это первый этап существования человеческого гибрида — существа, созданного по образу и подобию богов, но сексуально неполноценного, лишенного «знания»?

После того как Энки удалось создать совершенную «модель человека», то есть Адапу/Адама, богам потребовалась технология «массового производства». Как свидетельствуют шумерские тексты, яйцеклетку с измененным генетическим материалом имплантировали в «конвейер» из обладающих «знанием» богинь рождения; половина из них производила на свет мужчин, половина — женщин. Этот рассказ не только дает нам представление о способе «производства» человека, но и указывает на то, что люди не могли размножаться самостоятельно.

Ученые лишь относительно недавно выяснили, что неспособность гибридов к размножению обусловлена дефектом репродуктивных клеток. В каждой клетке содержится лишь один набор хромосом с генетической информацией, но способность к размножению человека и млекопитающих связана с тем, что их половые клетки (женская яйцеклетка и мужской сперматозоид) содержат по два набора хромосом. Этой уникальной особенности лишены гибриды. В настоящее время предпринимаются попытки при помощи генной инженерии обеспечить гибриды двойными наборами хромосом и, таким образом, сделать их «нормальными».

Что же это за бог с эпитетом «змей», который проделал это с человеком?

Вне всякого сомнения, библейский змей — это не ползавшее по земле пресмыкающееся. Он мог разговаривать с Евой, обладал информацией о «знании» и имел достаточно высокий статус, чтобы обвинить Бога во лжи. Во всех древних легендах главное божество сражается со Змеем — и сюжет этот имеет шумерское происхождение.

В библейском повествовании осталось множество следов, свидетельствующих о шумерских корнях, в том числе и присутствие других божеств: «Адам стал как один из Нас». Вполне вероятно, что главные библейские антагонисты — Бог и Змей — это шумерские Энлиль и Энки.

Причиной их вражды, как мы уже указывали выше, стала передача командования миссией на Земле Энлилю, хотя настоящим первопроходцем был Энки. Энлиль с комфортом устроился в «центре управления» в Ниппуре, а Энки отправили в Нижний мир для организации добычи полезных ископаемых. Мятеж ануннаков был направлен против Энлиля и его сына Нинурты, а заступился за бунтовщиков не кто иной, как Энки. Именно Энки был инициатором и исполнителем проекта по созданию «примитивного рабочего», а Энлилю пришлось применить силу, чтобы заполучить несколько этих чудесных творений. В шумерских легендах Энки, как правило, выступает в роли защитника человечества, а Энлиль в роли сурового надзирателя, если не откровенного врага. Энлилю и Энки как нельзя лучше подходят роли двух божеств, один из которых желает сохранить сексуальную неполноценность людей, а второй способен подарить человечеству плоды «познания».

При изложении этих событий мы вновь сталкиваемся — ив Библии, и в шумерских текстах — с двойным значением слов. В Библии для обозначения «змея» используется слово «нахаш», что в буквальном переводе означает «змея». Однако происходит это слов от корня НХШ, имеющего значение «разгадывать, выяснять». Поэтому слово «нахаш» можно интерпретировать так же, как «тот, кто может разгадать суть вещей», — этот эпитет как нельзя лучше подходит Энки, научному руководителю, или Богу Знаний нефилим.

Проводя параллели между месопотамским мифом об Адапе (который был наделен «мудростью», но не получил бессмертия) и судьбой Адама, С. Лэнгдон («Semitic Mythology») в качестве примера приводит рисунок, обнаруженный при раскопках в Месопотамии.- обвившая дерево змея указывает на плоды, висящие на ветках. Показательны небесные символы, присутствующие на этом рисунке: высоко в небе изображен знак Планеты Пересечения, служивший символом Ану, а рядом со змеей — полумесяц, считавшийся символом Энки (рис. 158).

 

 

Для нашего повествования очень важен тот факт, что в месопотамских текстах именно Энки даровал «знания», или мудрость, Адапе:

Он умудрил его разум, он открыл ему образ миров, Мудрость дал он ему, вечной жизни он ему не дал.

Картинка на одной из цилиндрических печатей, найденных при раскопках в Мари, может служить иллюстрацией месопотамской версии легенды, изложенной в Книге Бытия. На ней изображен великий бог, сидящий на поднимающейся из волн горе — вне всякого сомнения, это Энки. С обеих сторон его трона расположились змеи, из пасти которых вытекают потоки воды.

Справа и слева от центральной фигуры изображены два древовидных бога. Ветви правого дерева по форме напоминают пенис, а в руках это божество держит корзину — по всей видимости, с Плодами Жизни. Левое дерево олицетворяет Дерево Знаний: его ветви оканчиваются плодами, напоминающими женскую вагину. Это божественный дар продолжения рода.

В стороне расположился еще один великий бог, и его гнев, направленный на Энки, не вызывает сомнений. По нашему мнению, это не кто иной, как Энлиль (рис. 159).

Мы никогда не узнаем причину этого «конфликта в Эдемском саду». Но каковы бы ни были мотивы Энки, он добился успеха в усовершенствовании «примитивного рабочего» и создания Homo sapiens, способного давать потомство.

 

После того как человек получил «знание», Библия перестает называть его «Адамом», и имя Адам присваивается конкретной личности, первому библейскому патриарху, от которого произошел род человеческий. Однако наступление эры человека сопровождалось расколом между Богом и людьми.

Человек перестал быть бессловесным рабом и превратился в самостоятельную личность, причем произошло это — как свидетельствует Книга Бытия — не по желанию самого человека, а вследствие наказания, наложенного на него Богом. Чтобы лишить людей возможности обрести бессмертие, их изгнали из Эдемского сада. Как следует из текста Библии, самостоятельная жизнь человечества началась не на юге Месопотамии, где нефилим основали города и разбили сады, а в горах Загрос: после изгнания Адама Бог поставил на востоке у Эдемского сада херувима, который должен был охранять вход в него от людей.

В данном случае изложенные в Библии сведения вновь подтверждаются научными данными: человеческая цивилизация зародилась в горах, окружающих равнины Месопотамии. Жаль, что библейский рассказ очень краток — ведь речь идет о первой человеческой цивилизации на Земле.

Высланный из Обители Богов и лишенный бессмертия, но получивший возможность размножаться, человек занялся именно этим. Первый Адам, о потомках которого рассказывает Библия, «познал» свою жену, и она родила сына Каина, который стал обрабатывать землю. Затем Ева родила Авеля, ставшего пастухом. Далее в Библии говорится о том, что «восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его».

Каин опасался за свою жизнь, и тогда Бог дал Каину охранный знак и приказал идти на восток. Поначалу изгнанник вел кочевую жизнь, но затем обосновался «в земле Нод, на восток от Едема». Здесь он родил сына и построил город и «назвал город по имени сына своего: Енох». Через шесть поколений после Каина родился Ламех. Три его сына называются в Библии носителями цивилизации: Иавал «был отец живущих в шатрах со стадами», Иувал «был отец всех играющих на гуслях и свирели», а Тувалкаин был первым кузнецом.

Однако Ламех, как и его предок Каин, совершил убийство — на этот раз мужчины и ребенка. По всей вероятности, жертвами его стали не пришлые бродяги, потому что в Ветхом Завете подробно описывается этот инцидент, считающийся важной вехой в судьбе потомков Адама. В Библии говорится, что Ламех позвал своих двух жен, матерей трех его сыновей, и признался в двойном убийстве, заявив: «Если за Каина отмстится всемеро, то за Ламеха в семьдесят раз всемеро». Вероятно, эта не очень понятная фраза как-то связана с законами наследования. Признание, сделанное Ламехом женам, предполагает, что проклятие Каина должно быть снято в седьмом поколении (то есть в поколении его сыновей). На семью Ламеха наложено новое проклятие, действие которого будет длиться гораздо дольше.

Связь с законами наследования подтверждается следующим стихом, в котором говорится о появлении новой линии потомков Адама:

И познал Адам еще жену свою, и она родила сына, и нарекла ему имя: Сиф, потому что, [говорила она], Бог положил мне другое семя, вместо Авеля, которого убил Каин.

С этого момента Ветхий Завет теряет всякий интерес к проклятому семени Каина и Ламеха. История человечества теперь опирается на потомков Адама, его сына Сифа и первенца Сифа Еноса, имя которого переводится с древнееврейского как «человеческое существо». В Библии утверждается, что именно «тогда начали призывать имя Господа».

Это загадочное утверждение ставило в тупик многие поколения исследователей Библии и теологов. За ним следует глава, в которой перечисляются потомки Адама, Сифа и Еноса — до десятого колена. Последним в этом списке идет Ной, главный герой легенды о Всемирном потопе.

Шумерские тексты, в которых рассказывается о доисторических временах, когда землю населяли одни лишь боги, не менее подробно описывают и жизнь людей в Шумере — еще до Всемирного потопа. Главным героем шумерского (именно его следует считать первоисточником) мифа о Потопе был «шуруппакиец», то есть житель седьмого города, основанного нефилим после высадки на Землю.

Через какое-то время высланным из Эдема людям разрешили вернуться в Месопотамию и жить рядом с богами, чтобы служить и поклоняться им. Если мы правильно интерпретируем слова Библии, то случилось это как раз при жизни Еноса. Именно в этот период боги позволили людям поселиться в Междуречье, служить богам и «призывать имя Господа».

Торопясь изложить следующее грандиозное событие в человеческой истории — Всемирный потоп — составители Библии почти ничего не рассказывают нам об этих временах, перечисляя лишь имена патриархов, живших после Еноса. Однако значение имени каждого патриарха может дать нам представление о событиях, имевших место при его жизни.

Первенцем и наследником Еноса был Каинан («маленький Каин»); некоторые исследователи полагают, что его имя означает «кузнец». Сына Каинана звали Малеил («восхваляющий Бога»). За ним следует Иаред («тот, кто спустился»), у которого был сын Енох («освященный»), на Зб5 году жизни вознесенный на небеса. За триста лет до этого события, когда Еноху было шестьдесят пять лет, у него родился сын Мафусаил. Многие исследователи принимают точку зрения Леттии Д Джефрис («Ancient Hebrew Names: Their Significance and Historical value»), которая переводит имя Мафусаил как «человек из ракеты».

Сына Мафусаила звали Ламех, что означает «тот, кто был унижен». Ламех назвал своего сына Ноем, сказав: «Он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при [возделывании] земли, которую проклял Господь».

Похоже, в те времена, когда родился Ной, человечество переживало не лучшие дни. Тяжелый труд не приносил плодов, поскольку земля, которая должна была кормить их, была проклята. Назревал Всемирный потоп — грандиозное событие, которое должно было стереть с лица земли не только человеческую расу, но и все живые существа.

И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время;

и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем.

И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил; от человека до скотов, и гадов и птиц небесных...

Эти обвинения представлены нам в качестве основания для того, чтобы истребить все живое на Земле. Однако в них нет ничего конкретного, и поэтому исследователи Библии и теологи теряются в догадках, какие именно злодеяния или «грехи» могли до такой степени разгневать Бога.

Использование слова «плоть» (в оригинале Библии) как в обвинениях, так и в обещаниях кары дает основание предположить, что испорченность человека была как-то связана с плотскими наслаждениями. Бог сокрушался по поводу злых «помышлений» людей. Похоже, человек, открывший для себя секс, превратился в сексуального маньяка.

Однако Бог вряд ли решил бы стереть род людской с лица земли из-за того, что мужчины слишком часто занимались любовью с женами. Месопотамские тексты свободно и откровенно рассказывают о любовных похождениях богов. В одних описываются нежные чувства богов к своим супругам, в других тайная любовь девушки, в третьих изнасилование (как в истории Энлиля и Нинлиль). Мы встречаемся с многочисленными описаниями плотских утех богов — с официальными женами или неофициальными наложницами, с сестрами, дочерьми и даже внучками (занятие любовью с внучками было любимым времяпрепровождением Энки). Такие боги вряд ли рассердились бы на человечество за то, чем занимаются сами.

На наш взгляд, мотивы Бога имели отношение не только к морали. Растущее отвращение было вызвано развратным поведением самих богов. В этом свете становится понятным загадочное начало шестой главы Книги Бытия:

Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали [их] себе в жены, какую кто избрал.

Очевидно, чашу терпения переполнили сексуальные контакты сыновей богов с земными женщинами:

И сказал Господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегае-мым человеками; потому что они плоть...

Это заявление оставалось непонятным на протяжении многих сотен лет. Однако с учетом наших выводов о манипуляции генами, которая привела к созданию человека, эти стихи можно воспринимать как послание современным ученым. «Дух» богов, то есть гены, усовершенствовавшие человека, стали вырождаться. Человек стал превращаться в «плоть», все больше напоминая своих предков обезьян.

Теперь становится понятно, почему в Ветхом Завете подчеркивается разница между Ноем, который «был человек праведный и непорочный в роде своем» и остальной «растлившейся» Землей. Боги, вступавшие в брак с вырождавшимися людьми, тоже вырождались. Подчеркивая, что генетически чистым оставался один лишь Ной, Библия объясняет видимое противоречие в действиях Бога: решив уничтожить все живые существа, он спасает Ноя, его детей и «чистых» животных, «чтобы они остались живы».

План Бога, противоречивший первоначальному замыслу, заключался в том, чтобы предупредить Ноя о приближающейся катастрофе и научить его, как построить ковчег, где смогут укрыться люди и животные, которым суждено пережить Потоп. Ной получил предупреждение всего за семь дней, но за это короткое время ему удалось построить ковчег, просмолить его, погрузить на борт всех животных, свою семью и запас продовольствия. «Чрез семь дней воды Потопа пришли на землю». Все дальнейшие события лучше передать словами самой Библии:

В сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились...

И продолжалось на земле наводнение сорок дней, и умножилась вода, и подняла ковчег, и он возвысился над землею; вода же усиливалась и весьма умножалась на земле, и ковчег плавал по поверхности вод.

И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом; на пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись горы.

И лишилась жизни всякая плоть...

Истребилось всякое существо, которое было на поверхности земли; от человека до скота, и гадов, и птиц небесных, — все истребилось с земли, остался только Ной и что [было] с ним в ковчеге.

Вода прибывала 150 дней, а затем; навел Бог ветер на землю, и воды остановились. И закрылись источники бездны и окна небесные, и перестал дождь с неба.

Вода же постепенно возвращалась с земли, и стала убывать вода по окончании ста пятидесяти дней. И остановился ковчег в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских.

По словам Библии, испытание человечеству выпало «в шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый день месяца». Ковчег остановился на горе Арарат «в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца». Таким образом, вода прибывала, а затем постепенно отступала — до уровня, достаточного, чтобы ковчег причалил к вершине «гор Араратских», — в течение пяти месяцев. Затем вода «постоянно убывала», пока не показались «верхи гор». Это произошло в первый день десятого месяца, то есть еще почти три месяца спустя.

Ной ждал еще сорок дней. Затем он выпустил ворона и голубя, «чтобы видеть, сошла ли вода с лица земли». После третьей попытки голубь вернулся, держа в клюве оливковую ветвь — свидетельство того, что вода спала и показались верхушки деревьев. Через некоторое время Ной снова выпустил голубя, «и он уже не возвратился к нему». Потоп закончился:

...и открыл Ной кровлю ковчега и посмотрел, и вот, обсохла поверхность земли.

«И во втором месяце, к двадцать седьмому дню месяца, земля высохла». Это был шестьсот первый год жизни Ноя. Испытание длилось один год и десять дней.

Ной и все, кто укрывался вместе с ним в ковчеге, вышли наружу. Затем Ной построил жертвенник и совершил «всесожжение».

И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь в сердце Своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его...

«Счастливый конец» истории не менее противоречив, чем сам миф о Потопе. Начинается рассказ с различных обвинений в адрес людей, в том числе и в растлении молодых богов. Важное решение уничтожить все живое на земле кажется вполне обоснованным. Затем тот же самый Бог ждет семь дней, чтобы люди и другие существа получили шанс спастись.

Однако все сомнения в правдивости рассказанной истории исчезают, если вспомнить, что библейский миф представляет собой отредактированную версию шумерского. Как и во всех остальных случаях, монотеистическая Библия объединила в одном Боге разные роли, которые играли шумерские боги, не всегда согласные друг с другом.

До обнаружения месопотамской цивилизации и расшифровки аккадских и шумерских литературных произведений библейский рассказ о Всемирном потопе был единственным — его подтверждали лишь разрозненные примитивные мифы народов в разных частях света. Открытие «Эпоса о Гильгамеше» поставило описанный в Книге Бытия Потоп в один ряд с более древним и достойным уважения рассказом. Эта версия событий получила подтвер ждение в найденных впоследствии текстах и фрагментах шумерского происхождения.

Главного героя месопотамского мифа о Всемирном потопе звали Зуисудра (в шумерском варианте) или Утнапишти (в аккадской версии), и после окончания Потопа боги взяли его к себе в Небесную Обитель, где он с тех пор жил, не зная забот. Когда Гильгамеш в поисках бессмертия наконец добрался до этого места, он обратился за советом именно к нему. Утнапишти открыл Гильгамешу, а через него и всему человечеству тайну своего чудесного спасения, «сокровенное слово и тайну богов», то есть правдивую историю Великого потопа.

Раскрытая Утнапишти тайна заключалась в следующем. Незадолго до Потопа боги собрались на совет и проголосовали за уничтожение человечества. Сам факт голосования и его результаты держались в тайне. Однако Энки разыскал Утнапишти, правителя Шуруппака, и рассказал ему о надвигающейся катастрофе. Энки, боясь разоблачения, разговаривал с Утнапишти из-за тростниковой ширмы. Поначалу его слова звучали загадочно, но затем он стал давать правителю прямые указания:

Шуриппакиец, сын Убар-Туту, Снеси жилище, построй корабль, Покинь изобилье, заботься о жизни, Богатство презри, спасай свою душу! На свой корабль погрузи все живое. Тот корабль, который ты построишь, Очертаньем да будет четырехуголен, Равны да будут ширина с длиною, Как Океан, покрой его кровлей.

Сходство с библейской историей очевидно: приближается Потоп, и главный герой должен спастись, построив специальное судно, и захватить с собой «все живое». Тем не менее Вавилонская версия выглядит более правдоподобной. Здесь решение уничтожить человечество и попытка его спасти представляют собой не противоречивые поступки единого Бога, а действия различных божеств. Более того, намерение предупредить одного из людей и спасти человечество от уничтожения представлены как бунт одного из богов (Энки), который действовал тайно и в нарушение воли других Великих Богов.

Почему же Энки пошел на риск и отказался подчиниться большинству? Может быть, его одного заботила судьба «чудесного произведения» или основой его поступка послужило усиливающееся соперничество — или даже вражда — со старшим братом Энлилем?

Существование конфликта между братьями подтверждается в самом мифе о Потопе.

Утнапишти задал Энки вполне логичный вопрос: как он объяснит жителям Шуруппака «презреть богатство» и начать сооружение необычного корабля? Энки дал ему такой совет:

А ты такую им речь промолви: Я знаю, Эллиль меня ненавидит, — Не буду я больше жить в вашем граде, От почвы Эллиля стопы отвращу я. Спущусь к Океану, к владыке Эа!

Таким образом, оправданием действий Утнапишти должна была служить следующая легенда: как последователь Энки он больше не может оставаться в Месопотамии и поэтому строит корабль, на котором намерен отправиться в Нижний мир (по нашей версии, это Южная Африка), чтобы поселиться рядом со своим господином Энки. Из дальнейшего повествования становится ясно, что в этот период население страдало от засухи и голода и Утнапишти (по совету Энки) должен был убедить горожан, что, как только Энлиль увидит, что он уезжает, «на земле будет всюду богатая жатва».

Введенные в заблуждение жители города не только не возражали против строительства ковчега, но и помогали Утнапишти. Чтобы ускорить работу, правитель Шуруппака резал быков и овец, поил работников белым и красным вином. Даже детей заставили носить битум, которым пропитывали судно.

На седьмой день корабль был закончен. Спуск на воду оказался очень трудным, и судно пришлось подпирать кольями снизу и сверху, пока оно не погрузилось в воду на две трети. После этого Утнапишти посадил на корабль свою семью и родственников, взял «что имел живой я твари», а также «скот степной и зверье». Параллели с библейской историей — вплоть до семи дней, которые ушли на постройку ковчега, — очевидны. Тем не менее Утнапишти пошел дальше Ноя и взял на борт всех мастеровых, которые помогали ему строить судно.

Сам он должен был взойти на корабль по определенному сигналу, о котором ему рассказал Энки. Подать сигнал должен был Шамаш, бог огненных ракет:

Время назначил мне Шамаш: Утром хлынет ливень, а ночью Хлебный дождь ты узришь воочью, — Войди на корабль, засмоли его двери.

Нам остается лишь гадать, какая связь между запуском Шамашем ракеты и моментом, когда сам Утнапишти должен был спрятаться внутри ковчега. Как бы то ни было, а в назначенное время Утнапишти «вошел на корабль, засмолил его двери».

Буря началась, «едва занялось сияние утра». Послышались ужасающие раскаты грома. На горизонте появилась черная туча. Ветер вырывал опоры домов и причалов. На землю опустилась тьма. «Что было светлым, — во тьму обратилось, вся земля раскололась, как чаша».

Южный ветер дул шесть дней и семь ночей:

Ходит ветер шесть дней, семь ночей,

Потопом буря покрывает землю.

При наступлении дня седьмого

Буря с Потопом войну прекратили,

Те, что сражались подобно войску.

Успокоилось море, утих ураган — Потоп прекратился.

Я открыл отдушину — свет упал на лицо мне,

Я взглянул на море — тишь настала,

И все человечество стало глиной!

Воля Энлиля и Совета богов была исполнена.

Но они не знали, что план Энки тоже сработал. В бурных водах плавало судно с мужчинами, женщинами и детьми, а также с разными земными тварями.

Когда буря стихла, Утнапишти «открыл отдушину — свет упал на лицо». Оглянувшись, он увидел, что «плоской, как крыша, сделалась равнина». Утнапишти упал на колени и заплакал, а затем стал высматривать в морской дали линию берега. Сначала он ничего не видел, но потом:

В двенадцати поприщах поднялся остров.

У горы Ницир корабль остановился.

Гора Ницир корабль удержала, не дает качаться.

Шесть дней Утнапишти ждал на неподвижном ковчеге, приставшем к вершине горы. Затем он, как и Ной, выпустил голубя, чтобы тот нашел землю, но птица вернулась в ковчег. Выпущенная ласточка тоже вернулась. Третьим полетел ворон, который нашел землю и карканьем возвестил об этом. Тогда Утнапишти выпустил всех зверей и птиц и сам сошел на сушу. Первым делом он, как и Ной, совершил жертвоприношение.

На этом этапе повествования вновь проявляется различие между библейской версией с единым Богом и шумерской, где богов много. Во время жертвоприношения Ноя «обонял Господь приятное благоухание», а когда жертвы приносил Утнапишти, «боги почуяли запах, боги почуяли добрый запах, боги, как мухи, собрались к приносящему жертву».

По свидетельству Книги Бытия, Бог поклялся отказаться от намерения уничтожить человечество. В вавилонской версии эти слова произнесла Великая Богиня: «Так эти дни я воистину помню, во веки веков я их не забуду!»

Однако проблема была не в этом. Когда на месте событий наконец появился Энлиль, то думал он вовсе не о еде. Он пришел в ярость, обнаружив, что кто-то сумел пережить Потоп: «Какая это душа спаслася? Ни один человек не должен был выжить!»

Нинурта, сын и наследник Энлиля, тут же указал пальцем на Энки: «Кто, как не Эа, замыслы строит, и Эа ведает всякое дело!» Энки и не думал отпираться — он произнес необычайно искусную речь в свою защиту. Отдав должное мудрости Энлиля и согласившись, что у того были причины устроить Потоп, реалист Энки соединил признание с отрицанием вины. Он заявил, что не выдавал тайну богов, а лишь позволил «многомудрому» человеку догадаться о том, что они задумали. Раз уж этот человек оказался таким мудрым, сказал Энки, обращаясь к Энлилю, «теперь ему совет посоветуй!»

Такова была «тайна богов», которую, как утверждается в «Эпосе о Гильгамеше», Утнапишти открыл Гильгамешу. Затем он рассказал о том, чем закончилась эта история. Под влиянием речи Энки:

Поднялся Эллиль, взошел на корабль,

Взял меня за руку, вывел наружу,

На колени поставил жену мою рядом,

К нашим лбам прикоснулся, встал между нами,

благословлял нас:

Доселе Утнапишти был человеком,

Отныне ж Утнапишти нам, богам, подобен,

Пусть живет Утнапишти при устье рек, в отдаленье!

После того как Утнапишти поселился в Обители Богов, Ану и Энлиль подарили ему вечную жизнь.

Но что же случилось со всем человечеством? В Библии говорится, что Бог благословил людей и сказал им: «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю». Месопотамская версия мифа тоже заканчивается словами о процветании человечества. В частично поврежденном тексте говорится о том, что люди разделились на разные «классы»:

Пусть будут среди людей женщины, которые рожают, и женщины, которые не рожают...

Были также установлены новые нормы отношений между полами:

Да возлягут вместе жена и супруг ее...


ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.