Помощничек
Главная | Обратная связь

...

Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Шенбрунн и Западные окраины



 

Ориентация

 

Окраины Вены (Vororte) - совсем не то же самое, что "предместья" (Vorstätde): пешком сюда не дойдешь, да, за редким исключением, и незачем. Однако стоит совершить сюда несколько целенаправленных вылазок: на запад, в императорскую резиденцию Шенбрунн (пройдясь заодно по району аристократических вилл Хицингу, Hietzing); на север, в Венский лес (Wiener Wald), точнее, на смотровые площадки на холмах в районе Венского леса (после можно с чувством выполненного долга заехать в район виноградников и молодого вина, Гринцинг); и на юго-восток, на Центральное кладбище, где с помпой похоронена вся венская культура и рядом с которым стоит современный архитектурный комплекс Газометров.

 

Шенбруннский дворец

 

Неподалеку от Шенбруннского дворца, на станции метро Schönbrunn, находится довольно скромный дом в стиле рококо, на стене которого висит последняя на свете мемориальная доска в честь Сталина. Зимой 1913 года Иосиф Джугашвили квартировал тут у большевистской пары Трояновских. В это время он (с помощью Бухарина) писал работу "Марксизм и национальный вопрос", где очень скептически отзывался о габсбургских способах решения этой проблемы. Культурная автономия, по мнению Сталина, никуда не годилась, а частям империи следовало дать право на отделение. Каковые убеждения, впрочем, не помешали ему впоследствии проводить вполне габсбургскую национальную политику.

 

Изучив памятную доску с усатым профилем, можно отправиться во дворец Шенбрунн, только для этого придется преодолеть поток транспорта, с грохотом проносящийся по Шенбруннер-Шлоссштрассе (Schönbrunner Schloßstraße) около метро. Его, конечно, можно миновать, войдя в парк с Грюнбергштрассе (Grünbergstraße), через левый боковой вход (Meidlinger Tor). Но тогда придется пожертвовать торжественным променадом через парадный плац.

 

Название "Шенбрунн" отсылает к "прекрасному источнику", который тут был найден в XVI веке, когда на этой земле располагались императорские охотничьи угодья. Успешно разобравшись с турецким нашествием 1683 года, Леопольд I (1657-1705) заказал Иоганну Бернхарду Фишеру фон Эрлаху дворец, строительство которого началось в 1696 году, в эпоху барокко, а закончилось в середине XVIII века, при императрице Марии Терезии (1740-1780) и ее архитекторе Николаусе Пакасси - так что интерьеры выдержаны в стиле рококо. Сын Марии Терезии, руссоист Иосиф II (1780-1790), обожавший опрощение и садоводство (и лично выращивавший в шенбруннских теплицах чай и кофе, которые подавал гостям), переделал парк в классическом стиле. В 1770-е годы он заказал архитектору Иоганну Фердинанду Хетцендорфу фон Хоэнбергу самый впечатляющий монумент парка - Глориетт (Gloriette), а также множество других затей, вызывающих ассоциации с романтической, абсурдной и одновременно милитаристской эпохой Павла I. В шенбруннском парке и до сих пор исключительно приятно гулять: это барочное пространство à la Царское Село с налетом романтической нереальности à la Павловск.

 

Во дворец, если вы вообще туда собираетесь, лучше отправиться незамедлительно: в сезон наплыва туристов сразу попасть внутрь не всегда удается и приходится резервировать билеты на более поздний час. Из двух вариантов осмотра (22 комнаты или 40) есть смысл выбрать все же второй (он и описан ниже), иначе вы увидите слишком мало (смошенничать при этом не получится: в конце первого маршрута безжалостно проверяют билеты на второй).

 

Дом, где жил Сталин Schönbrunner Schloßstraße 30.

 

Шенбруннский дворец (Schloß Schönbrunn) 13., Schönbrunner Schloßstraße; 81 11 32 39; www.schoenbrunn.at; U4 Schloß Schönbrunn, Hietzing.

 

На источник можно полюбоваться в парке.

 

Вход в Шенбруннский дворец - в западном крыле.

 

Парадные покои Шенбрунна сохранились лучше, чем в Хофбурге или Бельведере, но все же с архитектурной точки зрения они довольно стандартны. Скорее, это место для любителей исторических анекдотов, поскольку тут остались следы пребывания многих правителей - прежде всего Марии Терезии, которая предпочитала Шенбрунн, особенно в конце жизни, когда ожирение вкупе с ревматизмом просто не давали ей возможности передвигаться. Ее сын Иосиф, при всем своем садоводческом энтузиазме, Шенбрунн недолюбливал и в основном сдавал его внаем. Наполеон жил здесь дважды, в 1805 (после Аустерлица) и 1809 годах, а его сын, граф Рейхштадский, закончил здесь свои дни. В этом дворце родился (1830) и умер (1916) император Франц Иосиф; Сисси здесь почти не бывала, чтобы с ним не пересекаться, он же, напротив, находил в Шенбрунне утешение, так как неподалеку жила его возлюбленная, актриса Катарина Шратт. Здесь же его племянник, император Карл I (известный как "Карл Последний") подписал в 1918 году отказ от участия в делах монархии, положив конец империи Габсбургов. Поскольку каждый из этих правителей жил в своих собственных покоях, Шенбрунн напоминает огромную коммунальную квартиру.

 

Парадные апартаменты (Prunkräume) начинаются с комнат Франца Иосифа (1848-1916). Первое помещение - Гвардейская, затем Бильярдная для ожидающих посетителей, а за ней - Ореховая комната, в которой все из ореха, включая подсвечники (выкрашенные в золото). Кабинет Франца Иосифа, обитый темно-коричневым штофом, мрачноват, а при жизни императора был еще мрачнее: Франц Иосиф не признавал электричества, из всех прогрессивных новинок делая исключение лишь для телеграфа. Иного, впрочем, от него и ожидать было трудно: он правил 69 лет и к концу жизни стал символом консерватизма, подобным королеве Виктории. Рядом - спальня Франца Иосифа, в которой император почивал все свои вдовствующие годы до самой кончины. Его последние слова были сказаны лакею: "Завтра, как обычно, в половине четвертого", именно в это время кайзер вставал всю свою жизнь. Он вообще существовал по расписанию, не изменяя ни одной своей привычке и требуя невероятной аккуратности от всех окружающих. Существует анекдот, рассказывающий о том, как, прикованный тяжелой болезнью к постели, он отправил врача назад - переодеваться по уставу. В спальне можно изучить аскетический умывальный стол императора, а в соседней комнате - даже его нужник.

 

Парадные апартаменты Шенбруннского дворца апрель-октябрь: пн-вс 8.30-17.00; ноябрь-март: пн-вс 8.30-16.30. Вход - €9,80 за полный тур, €7,50 за 22 комнаты; для студентов - €6,50-7,50. Бесплатный аудиогид на английском и французском языках.

 

Дальше следует пустое помещение, а за ней - кабинет, где Сисси писала письма; специально для нее оттуда был устроен приватный выход в сад: императрица не выносила постоянной слежки охранников. Дальше - ее туалетная с весами и туалетным столиком, за которым ее причесывали в течение двух часов (волосы у Сисси доходили до пят), в то время как императрица, по ее собственному признанию, паниковала, что ее мозги утекают прямо в пальцы парикмахеру. Супружеская спальня выглядит так же, как в 1854 году, когда 16-летняя баварская принцесса Елизавета (1837-1898) вышла замуж за своего двоюродного брата - за несколько лет до того, как в богемском городе Брюнне, ныне Брно, в сотне километров от Вены, Грегор Мендель впервые в истории доказал гибельность таких браков для потомства. Невеста с кузеном знакома не была; браку предшествовало двухдневное формальное ухаживание. В течение двух ночей после свадьбы Сисси удавалось избегать исполнения супружского долга. По легенде, властная мать Франца Иосифа, эрцгерцогиня София, за завтраком спросила у Сисси, насколько хорош оказался ее сын, а та в ответ только разрыдалась. Хотя через пять лет Сисси родила Францу Иосифу сына, кронпринца Рудольфа, с 1860 года она прекратила почти всякие контакты с мужем, порекомендовав ему любовницу, Катарину Шратт. Однако отношений со свекровью ей избежать не удалось: эрцгерцогиня во все вмешивалась и, главное, отнимала у Сисси детей, пока в 1865 году та не отправила мужу так называемый "Ишльский ультиматум", в котором требовала, чтобы Рудольф был воспитан как человек, а не как наследник престола, а сама она пользовалась бы всеми свободами частного лица. Франц Иосиф безропотно согласился на все требования.

 

Обеденный стол напоминает о том, как в этой семье принимали пищу. В частной обстановке Франц Иосиф требовал подавать ему национальные (а не французские) блюда; он сам предпочитал тафельшпиц и ел его ежедневно, кроме поста, причем по-солдатски споро; но ритуал требовал более обширного меню, и в результате за столом подавали 9-12 перемен за 45 минут, причем кайзер не позволял никому продолжать, когда сам вставал из-за стола. Сисси за обедами к еде не притрагивалась - отчасти из чувства протеста, отчасти из маниакального желания сохранить фигуру.

 

Декор следующих трех комнат (салон Марии Антуанетты, комната горничных, Желтая гостиная) относится к эпохе Марии Терезии (1740-1770), и в них висят портреты ее многочисленных детей. Невзирая на наличие шестнадцати детей, Мария Терезия была известна по всей Европе как "девственная императрица": она пришла к власти потому, что ее отец Карл VI не смог произвести на свет потомка мужского пола, однако, несмотря на "Прагматическую санкцию", отдававшую дочери право наследия, будущей императрице пришлось еще побороться за это право дипломатическим и военным путем, проявив изрядную жесткость и мужество. И уже после этого заняться произведением на свет бессчетного потомства. Из всех детей самая громкая судьба ожидала дочь Марии Терезии Марию Антуанетту, которая стала женой Людовика XVI и в 1793 году взошла вместе с ним на гильотину (ее пастельный портрет в охотничьем костюме выставлен в одной из комнат).

 

После Желтой гостиной и балконной идет Зеркальный зал, в котором в 1762 году семилетний Моцарт в присутствии Марии Терезии исполнял фортепианный дуэт вместе с сестрой, после чего залез к императрице на колени, обнял за шею и крепко поцеловал. Мария Терезия была женщиной одновременно веселой (она любила танцевать и играть в карты) и до ханжества благочестивой. В 1747 году она учредила "Комиссию по целомудрию", призванную врываться в дома и уличать в непристойных отношениях сановных мужей и дам морально неопределенных профессий (актрис и балерин). Хотя комиссия действовала всего полгода, от нее успел пострадать сам Казанова, а также певица Сантини, самое знаменитое сопрано того времени, - ее выслали за венецианскую границу.

 

Следующий после Зеркального заметный зал - это Большая галерея по центральной оси дворца, где давали балы при свете 4 000 свечей. В частности, здесь проходили балы Венского конгресса 1815 года, на которых первой красавицей слыла княгиня Багратион (прозванная "голым ангелом" за пристрастие к огромным декольте), а первым донжуаном - ее соотечественник царь Александр I. В этом же зале в 1961 году состоялась историческая встреча Кеннеди и Хрущева, знаменовавшая разрядку в холодной войне.

 

С двух сторон галереи можно заглянуть в китайские кабинеты, овальный и круглый, заполненные китайским фарфором. Круглый служил для секретных переговоров Марии Терезии с ее советником князем Кауницем, который жил под кабинетом и входил сюда по потайной винтовой лестнице. Угощение туда подавалось при помощи подъемного столика, чтобы слуги не могли ничего подслушать. А обойтись совсем без угощения было невозможно, так как князь Кауниц был невероятным обжорой.

 

Из Большой галереи вы выходите в Карусельную, названную так по сюжетам больших картин (дамские санные развлечения 1740-х годов), а затем - в Церемониальный зал, также с картинами, представляющими в основном свадьбу сына Марии Терезии Иосифа II с Изабеллой Пармской, впоследствии изменявшей ему с его родной сестрой. Перед одной из картин установлено увеличительное стекло: в нем можно разглядеть затерянную в толпе фигурку Моцарта.

 

Здесь заканчивается укороченный вариант экскурсии и начинаются более роскошные и более интересные комнаты.

 

Первая из них - Синяя китайская гостиная, оклеенная в XIX веке прелестными обоями века XVIII. Именно здесь 11 ноября 1918 года Карл I подписал документ, по которому переставал принимать участие в государственных делах (отречение от престола он подписать отказался). По иронии судьбы в тот же день скончался глава венских социалистов Виктор Адлер, человек, защищавший габсбургскую монархию как самое демократическое государство в мире. За гостиной следует черный Лаковый кабинет с ярким паркетом, ореховыми панелями и золоченой мебелью, перегруженный декором настолько, что там невозможно находиться. Именно здесь Мария Терезия устроила мемориал своего безалаберного и ни на что, кроме фехтования и адюльтеров, не годного супруга Франца Стефана, скончавшегося 18 августа 1765 года, после чего императрица до конца своих дней погрузилась в глубочайший траур.

 

Соседняя комната носит название Наполеоновской: здесь Бонапарт ночевал во время своих визитов в Шенбрунн, и здесь же в 1811 году родился его сын. Дальше - две комнаты, оформленные на досуге мужем и дочерьми Марии Терезии: Фарфоровая, расписанная синим по белому, но не по фарфору, а по резному дереву, и столь же абсурдно трудоемкая Миллионная, для стен которой ценнейшие персидские миниатюры XVII века были разрезаны на мелкие кусочки и склеены заново.

 

Через одну комнату идет мемориальный покой сына Наполеона от принцессы Марии Луизы, графа Рейхштадтского (он же "Орленок"), который с 1815 года жил в Шенбрунне фактически в ссылке, покинутый матерью, и скончался здесь от туберкулеза в 1832 году, в возрасте 21 года. Еще две малоинтересных комнаты - и вы в спальне Марии Терезии с огромной кроватью, на которой императрица никогда не спала, но возлежала во время публичных завтраков, когда бывала беременна. Последние комнаты в коммуналке принадлежали эрцгерцогу Францу Карлу, сыну Франца II. На этом круг замыкается.

 

Если вдруг вы не сможете попасть во дворец из-за очереди, отправляйтесь в Каретный двор (Wagenburg). Там выставлена весьма любопытная коллекция памятников человеческого тщеславия. В центре зала стоит каре из более или менее ординарных экипажей XIX века, на которые смело можно не обращать внимания: уникальные экземпляры расположены по краям. Слева - огромный катафалк, использовавшийся для похорон кронпринца Рудольфа, Елизаветы, Франца Иосифа и в последний раз - вдовы Карла I Зиты в 1989 году. Справа - другой катафалк, на котором везли в 1914 году тело эрцгерцога Фердинанда. Малопопулярный при жизни, он стал романтическим героем после смерти - настолько постыдно повели себя по отношению к нему власти, доставлявшие тело из Сараево в Вену с огромными проволочками и явной неохотой. В стеклянной витрине выставлена печальная и трогательная детская коляска наполеоновского сына, украшенная звездами, пчелами и фигурой орленка (1811). Запрягали в эту игрушечную повозку двух мериносовых овец. Рядом - портшезы, то есть носилки, которые использовались в Вене вплоть до середины XIX века. В этом городе не доверяли машинам, нещадно эксплуатируя дешевый ручной труд (в 1894 году сшитые на английской фабрике мужские ботинки произвели здесь сенсацию). Портшез побольше везли все-таки лошади (сзади в нем есть даже туалет). Еще один курьез - коляска Франца I: там не предусмотрено места для кучера, поскольку в XIX веке распространилась мода править лошадьми самостоятельно (поветрие коснулось даже дам). А самый эффектный экспонат в конце - коронационная колесница Франца Стефана со вставками из венецианского стекла, запряженная восьмеркой лошадей со страусиным плюмажем. Она весит 4 000 кг, и поскольку Габсбурги короновались не только в Вене, но также в Будапеште, Франкфурте и Милане, то все это сооружение переправлялось туда (в разобранном виде). Рядом - красная коляска, которая в XVIII веке использовалась исключительно для транспортировки церемониальной шляпы эрцгерцога из Клостернойбурга в Вену, и резные с золотом сани Марии Терезии, у которых есть и колеса, и полозья - на любую погоду.

 

Каретный двор (Wagenburg) расположен к западу от дворца. 877 32 44; Апрель-октябрь: пн-вс 9.00-18.00; ноябрь-март: пн-вс 10.00-16.00. Вход - €4,50, для cтудентов - €3.

 

Шенбруннский парк

 

Великолепный Шенбруннский парк был разбит в 1705 году (по плану Фишера фон Эрлаха) в регулярном партерном стиле, придающем природе нереальный абстрактный характер. В глубине парка, справа, находится лабиринт из геометрических боскетов - прекрасный символ этой картины мира, бодро идущего предсказуемым идеальным путем, о котором, однако, заранее известно, что это тупик. Здесь регулярный парк плавно переходит в ветвящиеся тропки, а рационализм смыкается с романтизмом. Больше всего говорит об этом незабываемый призрачный силуэт триумфальной арки Глориетт (Gloriette) на возвышении, по центральной оси ансамбля. К Глориетт надо подниматься в гору, и пока вы идете, она сюрреалистически вырастает из-за холма. Арка была водружена здесь в 1757 году в честь одной малоизвестной победы Габсбургов над пруссаками и, как это часто бывает в Вене, является раздутым до болезненности памятником огромному Ничто. Как раз эта болезненность и придает монументу привлекательность: она и в огромных трофеях, которыми Глориетт увенчана, и в том, что эти трофеи - страшные пустые доспехи, и в хрупкости и холодности самого здания. Теперь, правда, нематериальность постройки несколько пострадала: она застеклена, и там устроено довольно симпатичное кафе-ресторан, эксплуатирующее головокружительный вид на город.

 

Из других тонких романтических причуд Шенбруннского парка обидно было бы пропустить прячущуюся в нижнем парке Римскую руину (Römische Ruine) 1770-х годов. Тонкость в следующем: можно подумать, что руина делает вид, что она настоящая, тогда как на самом деле она искусственная; однако все как раз наоборот - руина заявляет о своей искусственности, тогда как в действительности она настоящая. Римскую руину соорудили из остатков дворца Нойгебойде (Neugebäude), стоявшего на юго-востоке города и разобранного по приказу Марии Терезии: в Вене прошлое всегда лежит, разлагаясь, в фундаменте нового, а новое уже несет в себе умирание старости.

 

Рядом с руиной находится грот с "Прекрасным источником" (Schöner Brunnen), давшим имя дворцу, а еще восточнее - стоящий на четырех черепахах обелиск (Obelisk), иероглифы на котором прославляют Габсбургов. У самого же дворца торчит причудливая желтая голубятня, похожая на произведения современной деконструктивистской архитектуры.

 

Западная часть парка (дальняя от города) отдана в основном Зоопарку (Tiergarten), и даже если вы не обременены ни детьми, ни любовью к животным, зайти сюда может быть небезынтересно: это единственный сохранившийся в мире барочный зверинец (1752), где жирафы и прочая живность воспринимаются вкупе с дворцовой архитектурой их домиков. Посередине возвышается восьмигранный павильон, построенный в конце XVIII века по проекту Жана Никола Жадо и украшенный внутри фресками по мотивам "Метаморфоз" Овидия (ныне это демократичный ресторан). Еще более симпатичная часть Зоопарка лежит выше по склону (туда можно войти сразу от Глориетт): это Тирольский садик (Tiroler Garten) - искусственная ферма с настоящими домашними животными и натуральными продуктами на продажу, любимое детище эрцгерцога Иоанна, младшего брата Франца II, который был фанатиком Тироля и приобщения к природе.

 

Шенбруннский парк пн-вс 6.00 и до захода солнца (зимой - с 6.30).

 

Лабиринт (Irrgarten) апрель - конец сентября: пн-вс 9.00-17.30, октябрь: пн-вс 9.00-16.30.

 

Кафе Gloriette 879 13 11; май-октябрь: пн-вс 9.00 - за час до заката.

 

Руина находится на реставрации до конца 2003 года.

 

На выходе из Зоопарка в сторону ворот Hietzinger Tor вы увидите стеклянную Пальмовую оранжерею (Palmenhaus) 1881 года - изящно гротескную, одновременно индустриальную и барочную (трехчастная композиция напоминает дворец). Сооружение очень остроумное и отвечает современному вкусу, как и сочетание джунглей внутри с геометрией снаружи - оранжерея окружена боскетами в форме правильных усеченных цилиндров. Напротив - Павильон солнечных часов, который сейчас на долгой реставрации.

 

Пальмовая оранжерея 877 50 87. Май-сентябрь: пн-вс 9.00-17.30; октябрь-апре

 

Вокруг Хицинга

 

Выйдя из парка Шенбрунн через ворота Hietzinger Tor, вы попадаете в Хицинг (Hietzing), венский 13-й район, где сосредоточены богатые частные виллы. Некоторые из них - настоящие архитектурные шедевры, причем первый стоит прямо у станции метро Hietzing, точнее, над линией метро: это Дворцовый павильон Хицинга (Hofpavillion Hietzing), построенный Отто Вагнером в 1898 году как приватная станция железной дороги для Франца Иосифа. Белый павильон в стиле необарокко имеет внутри восьмигранный зал, до отказа заполненный чем-то донельзя эстетическим (несмотря на то, что тут предполагалось проводить всего несколько минут перед отходом поезда). Здесь есть лампы, панели, камины, ковры, штоф (с узором из любимых цветов императрицы Сисси, филодендронов) и картина с изображением парящего над сетью венской железной дороги орла (работы Карла Моля). Однако несмотря на все усилия Вагнера кайзер, ненавидевший технические новинки, воспользовался станцией всего дважды, в 1898 и 1900 годах.

 

На выходе из парка через Hietzinger Tor лежит главная площадь Хицинга Ам Плац (Am Platz) с неоготической церковью Рождества Марии и, чуть поодаль, старым кафе Dommayer; в 1844 году тут впервые выступал Иоганн Штраус-младший с собственными и отцовскими вальсами.

 

Если двинуться вдоль стены Шенбруннского парка по Максинштрассе (Maxinstraße), то минут через десять перед вами окажется кладбище Хицинга (Friedhof Hietzing). Тут похоронен целый ряд знаменитостей: Отто Вагнер (в начале 1890-х годов сам спроектировавший свое надгробие), Густав Климт, Коло Мозер (еще один художник Сецессиона), Катарина Шратт (подруга кайзера) и композитор Альбан Берг.

 

Если вас не интересует кладбище, можно свернуть с Максинштрассе направо, не доходя до него. Здесь, на Глориеттгассе (Gloriettegasse) начинается почти дачный по атмосфере район вилл, откуда видны уже зеленые холмы Венского леса. Под N9 - вилла Катарины Шратт - скромное строение в стиле бидермайер с целующимися лебедями над окнами, куда кайзер поселил свою возлюбленную, чтобы иметь возможность приходить к ней к 7 утра на завтрак. "Не вставай слишком рано завтра утром, умоляю тебя, - писал он ей, - позволь мне прийти и посидеть на твоей постели. Ты знаешь, что ничто не доставляет мне большего удовольствия". Молва утверждала, что несмотря на такую интимность, император решил оставить свои отношения с Катариной - которые были достоянием публики, горячо поддерживавшей своего кайзера, - чисто платоническими.

 

Дальше по Глориеттгассе стоит вилла Шопп (Villa Schopp, N21, арх. Фридрих Оман, 1902) в стиле модерн с великолепными коваными фонарями на воротах. Напротив - еще более оригинальное сооружение, вилла Скива-Примавери (Villa Skywa-Primaveri, N18) работы редкостно талантливого Йозефа Хофмана (1913): огромный дом-павильон в почти пародийно неоклассическом стиле, с фигурами в стиле греческой архаики (особенно характерны выпуклые закрытые глаза) внутри огромных треугольных фронтонов.

 

Дворцовый павильон Хицинга 877 15 71; U4 Hietzing; вт-вс 13.30-16.30. Вход - €4, для cтудентов - €2.

 

Dommayer Auhofstrasse 2; 877 54 65; U4 Hietzing-Tiergarten; пн-вс 7.00-0.00.

 

Кладбище Хицинга U4 Hietzing. Март, апрель, сентябрь, октябрь: пн-вс 8.00-17.00: май-август: пн-вс 8.00-18.00; ноябрь-февраль: пн-вс 9.00-16.00.

 

Виллы Хицинга U4 Hietzing, Braunschweiggasse или трам. 58, 60.

 

Более чистые примеры модернизма - белые, кубические виллы Адольфа Лооса, которые в этом квартале представлены в изобилии. Среди них есть настоящие шедевры, однако, не проникнув внутрь и не осмотрев интерьеров, можно считать, что вы их и не видели: психология, эстетика и этика единого пространства - главное в архитектуре Лооса. Произвести же это будет довольно сложно: виллы находятся в частной собственности. На всякий случай помните, что все они расположены неподалеку от Глориеттгассе. На Шлизманнгассе (Schliesmanngasse) стоит узкий и высокий Руфер-Хаус (Rufer Haus), настоящая архитектурная скульптура, украшенная фрагментами фриза Парфенона. На Ларошгассе - эффектный ступенчатый Шой-Хаус (Scheu Haus), где у каждой спальни своя огромная терраса, и ради этого у каждого этажа бескомпромиссно срезан большой кусок. Городское начальство требовало покрыть эту виллу растительностью, испытывая дискомфорт от такой голой, белой радикальности. На Санкт-Файт-гассе (Sankt Veit Gasse) расположен Штайнер-Хаус (Steiner Haus), где требования властей учтены исключительно остроумно: они разрешали возводить здесь только один этаж (с мансардой) с улицы, со стороны же сада дом имеет целых три этажа - отсюда гигантская полуцилиндрическая крыша. Еще одна очень известная вилла, уже не самого Лооса, но в его духе - Беер-Хаус (Beer Haus) на Венцгассе (Wenzgasse) работы Йозефа Франка и Оскара Влача. От Лооса здесь - структура, ясно читающаяся снаружи как система "пространственных карманов", а также аристократически-наплевательский контраст круглого и прямоугольного окон на фасаде.

 

Любителям модернизма следует обязательно предпринять вылазку еще дальше на запад - в поселок Веркбунд (Werkbundsiedling), построенный в 1930-1932 годах в качестве образца современного жилья, дешевого и массового. Инициатор проекта Йозеф Франк привлек к строительству лучших архитекторов (местных и иностранных) - в том числе Лооса и Хофмана. Они построили 70 домов, сооружение которых было оплачено венским социалистическим горсоветом. Фактически это выставка Веркбунда, то есть союза немецких архитекторов (аналогичный проект был осуществлен в Штутгарте в 1927 году). Весь участок заряжен концентрированной модернистской энергией: четкие формы, плоские крыши, большие окна, открытые балконы, чистота, строгость, функциональность и героизм современности. Вместе с тем здания кажутся маленькими, интимными, буржуазными и благополучными, особенно в сравнении с русским конструктивизмом.

 

Rufer Haus (1922) Schliesmanngasse 11.

 

Scheu Haus (1912) Larochegasse 3.

 

Steiner Haus (1910) Sankt Veit Gasse 10.

 

Beer Haus (1929) Wenzgasse 12.

 

Поселок Веркбунд (Werkbundsiedlung) U4 Hietzing, далее трам. 60 или U4 Ober Sankt Veit, далее авт. 54В.

 

Если живопись первых лет ХХ века вам ближе, чем функционализм 1920-х годов, то, возможно, вас заинтересует последнее ателье Густава Климта (Klimt-Villa), где тот жил и работал в 1912-1918 годах, пока не скончался от жестокой испанки (здесь только что создан музей, но он открыт очень ограниченное время). Недалеко, на Хицингер-Хауптштрассе (Hietzinger Hauptstraße) снимал квартиру протеже Климта Эгон Шиле. Именно там юный художник начал флиртовать с двумя приличными буржуазными девушками из дома напротив, на одной из которых (Эдит) он и женился в 1915 году, но в 1918-м они оба были сражены той же испанкой. Шиле похоронен неподалеку, на кладбище Обер-Санкт-Файт (Friedhof Ober-Sankt-Veit). Надгробие его исполнено скульптором Беньямином Ференци в 1928 году.

 

От метро Unter Sankt Veit можно совершить почти авантюрное путешествие, которое раскроет перед вами тайное сокровище Вены - Санкт-Леопольдскирхе (Sankt-Leopoldskirche, она же Kirche am Steinhof), главный шедевр Отто Вагнера.

 

Шедевр этот труднодоступен, поскольку находится на территории психиатрической больницы. Нынешние пациенты малорелигиозны, зато очень теплолюбивы, и холодная церковь никакой популярностью не пользуется. В результате открывают ее только по субботам, и то лишь на очень короткое время. Однако и снаружи вагнеровская церковь представляет собой совершенно незабываемое зрелище. Она возвышается на западных склонах Венского леса, как великолепная корона и - одновременно - суровый судья; высокий купол дополнен двумя строгими прямоугольными башнями. Это миф города, вознесшийся на недосягаемую высоту: Вагнер ориентировался на главный венский стиль (барокко) и главную венскую архитектурную святыню (Карлскирхе), но все это переведено на язык югендштиля. Наличие "нервного" или "психического" элемента в венском мифе тоже очень важно - в каком еще городе лучший храм могли бы отдать душевнобольным? Витражи сделаны по дизайну Коло Мозера; отсутствие острых углов в интерьере обусловлено спецификой паствы.

 

Поклонники Вагнера могут прогуляться отсюда до двух вилл, которые он построил для самого себя в районе под названием Хюттельдорф (Hütteldorf), они находятся примерно в 1 км к западу, хотя надежнее будет доехать на трамвае.

 

Первая вилла, под N26, - раннее произведение (1888), еще эпохи эклектики: с размахом поставленная неоклассическая постройка а-ля Палладио, с ионическим портиком. Интерьеры ее не сохранились, и сейчас здесь находится музей одного самонадеянного (и довольно скверного) венского художника. Вторая, под N28, - напротив, поздняя; это последняя работа Вагнера (1913), аскетическая, холодная, бетонная и алюминиевая. Отделана она только синим кафелем и небольшими мозаиками Коло Мозера.

 

Ателье Густава Климта (Klimt-Villa) Feldmühlgasse 11; 0664 421 91 57; U4 Unter St. Veit; 7 апреля - 28 октября: сб-вс 14.00-18.00. Посещение по договоренности.

 

Квартира Эгона Шиле Hietzinger Hauptstraße 101.

 

Кладбище Обер-Санкт-Файт (Friedhof Ober-Sankt-Veit) U4 Ober St. Veit, далее авт. 54В, 55В.

 

Санкт-Леопольдскирхе Baumgartner Höhe 1; только сб 15.00; U4 Unter Sankt Veit, далее трам. 46 или авт. 48А до ост. "Psychiatrisches Krankenhaus".

 

Витражи лучше рассматривать в Музее Леопольда.

 

Виллы Отто Вагнера Hüttelbergstraße 26, 28; трам. 49 или авт. 48 до ост. "Wien West I Camping Site".

 

Лайнцский зверинец

 

Если в психиатрическую клинику вас все-таки не тянет, то в качестве альтернативы можно предпринять прогулку или даже пикник в большом парке под названием Лайнцский зверинец (Lainzer Tiergarten). От вилл Хицинга сюда можно дойти пешком, но от города это уже далековато. Что не мешает венским семействам проводить здесь воскресенья с детьми.

 

Парк чисто пейзажный: между деревьями проплывают (как утверждается) олени и (летом гарантированно) белые липиццанеры, которые проводят тут каникулы, а в центре стоит нереальная, как театральная декорация охотничьего замка, вилла "Гермес".

 

Вилла "Гермес" (Hermesvilla) была построена в 1882-1886 годах архитектором Карлом фон Хазенауэром (один из известных эклектиков Ринга) по заказу Франца Иосифа для постаревшей, но все еще не сменившей гнев на милость Сисси - в надежде, что императрице понравится это уединенное место и она переберется из своего дворца на Корфу чуть поближе к Шенбрунну. Надежды не оправдались, хотя во всей постройке чувствуется почти неприличное желание понравиться: спальня с гигантской кроватью украшена росписями Макарта на сюжеты из "Сна в летнюю ночь", любимого сочинения Сисси, а очередной гимнастический зал, без которых она не обходилась, отделан в помпеянском духе, с красными стенами и фигурами мускулистых сатиров.

 

Лайнцский зверинец U4 Hietzing, далее трам. 60, 61 до ост. "Hofwiesengasse" и пешком (либо на авт. 60В).

 

Парк вокруг виллы Гермес ср-вс 8.00 и до заката.

Остальная часть парка Пасха - середина октября: пн-вс 8.00 и до заката.

 

Вилла Гермес Lainzer Tiergarten; 804 13 24; апрель-сентябрь: вт-вс 10.00-18.00; октябрь-март: вт-вс 9.00-16.30. Вход - €4,50.

 

Гринцинг

 

Наличие фактически в черте города (на северной окраине) огромного леса и виноградников на холмах - уникальная особенность Вены: это чувствуется в самой расслабленности здешнего образа жизни. Подступы к Венскому лесу, когда-то бывшие отдельными деревнями, отчасти сохраняют сельский винодельческий шарм и поныне. Ранней осенью здесь принято попивать молодой кисляк и брагу в многочисленных хойриге (винных тавернах); самый известный, отреставрированный и туристический район с тавернами - Гринцинг (Grinzing), но есть и другие, понеказистее и поподлиннее.

 

Если ехать в Гринцинг на трамвае N37, по дороге (справа, в парке) неминуемо попадется вилла Вертхаймштайн (Villa Wertheimstein) постройки 1830-х годов. В 1870-е годы финансист Леопольд фон Вертхаймштайн держал здесь салон, где играл на рояле Артур Рубинштейн и декламировал стихи Гуго фон Гофмансталь. Сейчас здесь небольшой музей.

 

Рядом - Eroicа-Haus, очередной мемориальный музей Бетховена без всяких примет его там пребывания. Бетховен поселился в домике посреди садов и виноградников летом 1803 года, и там переживал свое восхищение нонконформистом и бунтарем Бонапартом, излившееся в форме Третьей симфонии. Бетховен собирался посвятить ее Наполеону, но узнав, что тот стал императором, в ярости порвал посвящение и назвал симфонию "Героической".

 

Маршрут трамвая N37 заканчивается на краю Гринцинга, в точке, называемой Хоэ-Варте (Hohe Warte), где сосредоточено несколько вилл постройки Йозефа Хофмана. А еще там (прямо перед выходом из метро) стоит главный памятник "Красной Вены" 1920-х годов, когда у власти в городе были социал-демократы, - многоквартирный социальный дом для рабочих под названием Карл-Маркс-Хоф (Karl-Marx-Hof), где были детские сады, бани, прачечные и читальни. Красно-желтое здание длиной в километр напоминает крепость: укрепленные углы, низкие широкие арки, ступенчатые подъезды и гранитные замковые камни, на некоторых из которых стоят неоклассические фигуры святых или рыцарей. Религиозный момент в здании крайне силен: в нем, как заклинание, повторяется форма широкого креста. По сравнению с русским конструктивизмом эта архитектура более консервативна: она ориентирована на традиционные ценности вроде семьи, родины или веры.

 

Социал-демократов в те времена поддерживало абсолютное большинство населения Вены: за них голосовали даже такие аполитичные люди, как Музиль и Фрейд, и чуть ли не каждый второй взрослый житель города был членом их партии (что, впрочем, требовалось для получения социального жилья). Тем не менее, социал-демократы были движимы энергией противостояния, поскольку страна в целом - крестьянская, альпийская, феодальная - относилась к "Красной Вене" враждебно. Отсюда в здании появился заряд полемики. Консервативные критики приняли метафоры за угрозы: здание немедленно обозвали крепостью на случай гражданской войны - и, конечно же, напророчили беду. 12 февраля 1934 года военная артиллерия австрофашистов, пришедших к власти в стране, за несколько часов превратила Карл-Маркс-Хоф в развалины, хотя сопротивление защищавших его рабочих продолжалось еще четыре дня. Это была самая знаменитая и самая кровавая битва венской гражданской войны.

 

Гринциг U2 Schottentor, далее трам. 37, 38 или U4 Heiligenstadt, далее авт. 38А или трам. 37.

 

Вилла Вертхаймштайн (Villa Wertheimstein) Döblinger Hauptstrasse 94; сентябрь-июнь: cб 15.30-18.00, вс 10.00-12.00. Вход - ö3.

 

Карл-Маркс-Хоф (1927) Heiligenstädter Strasse 82-92; U4 Heligenstadt.

 

От Карл-Маркс-Хоф, через зеленые социальные лужайки, легко дойти до улицы Хоэ-Варте (Hohe Warte), где дома уже совсем не демократические, а вовсе даже элитарные, в том числе и в архитектурном смысле. Йозеф Хофман, необычайно талантливый ученик Отто Вагнера, в начале ХХ века возвел здесь комплекс вилл, вполне аристократических по виду, хотя и заселенных по большей части художниками. Например, вилла Молль II на Воллергассе (Wollergasse 10) с деликатным орнаментом вокруг окон принадлежала живописцу Карлу Моллю, соратнику Хофмана по Сецессиону - в правой, башнеобразной части здания помещалась его мастерская. Еще более ранняя вилла Шпитцер на Штайнфельдгассе (Steinfeldgasse) сделана в романтическом полусредневековом стиле; орнаментом здесь служит плющ, а застекленный эркер возвещает о наличии в доме ателье фотографа. Соседняя вилла Аст, где ныне находится посольство Саудовской Аравии, - пожалуй, самая изобретательная и самая поэтичная из всех, с высокой застекленной террасой и как бы гофрированной внешней стеной (как раз по таким хрупким поверхностям и узнается Хофман). Наконец, вилла Мозер-Молль, еще дальше по Штайнфельдгассе, была построена еще в 1900 году для Карла Моля и другого художника, Коло Мозера, в стиле английского коттеджа.

 

Если спуститься с этого холмика и пересечь Гринцингер-штрассе (Grinzinger Straße), то по ту сторону, на Пробусгассе (Probusgasse), окажется дом Бетховена, в котором композитор поселился в 1802 году по совету врача, который надеялся, что местный воздух улучшит его слух. Здесь он написал печальное "Хайлигенштадтское завещание", адресованное брату, но так и не отправленное, где признавался в мизантропии, в страданиях по поводу надвигающейся глухоты и в отчаянном желании покончить с собой ("Меня остановило только мое искусство"). Здесь же, впрочем, он завершил оптимистическую Вторую симфонию, продиктованную тем самым воздухом и запахами местных луговых цветов, на которые надеялся доктор.

 

Если вы окажетесь здесь вечером, то имейте в виду, что рядом, на площади Пфаррплац (Pfarrplatz) - немного назад, в сторону метро Hеiligenstadt, находятся два очень известных и, как ни странно, все еще хороших ресторана. Это, во-первых, умеренный по ценам Mayer am Pfarrplatz, чудная старая таверна в тенистом дворе, где вроде бы столовался и даже некоторое время жил в 1817 году бука Бетховен. Еда здесь отличная, вино льется рекой; в поисках атмосферы лучше приходить после 19 часов. Во-вторых, это Zum Schönen Aussicht - заведение подороже, но зато в уикенд тут можно поесть днем. А еще здесь есть просторная веранда с садом, плющ и каштан - венская традиция в лучшем виде.

 

А если ни то ни другое заведение вас не привлекло, то по Гринцингер-штрассе (Grinzinger Straße) минут за десять можно доехать на трамвае N38 до Гринцинга (Grinzing).

 

Вилла Молль II (Villa Moll II) Wollergasse 10.

 

Вилла Шпитцер (Villa Spitzer, 1901) Steinfeldgasse 4.

 

Вилла Аст (Villa Ast, 1909) Steinfeldgasse 2.

 

Вилла Мозер-Молль (Villa Moser-Moll, 1900) Steinfelgasse 6-8.

 

Mayer am Pfarrplatz Pfarrplatz 2; 370 33 61; U4 Heiligenstadt, далее авт. 38А; вт-сб 16.00-23.00, вс 10.00-23.00. Скидка для обладателей Wien Karte.

 

Zum Schönen Aussicht Pfarrplatz 5; 370 50 00; пн, ср-чт 18.00-0.00, пт-сб 12.00-.00, вс 12.00-16.00.

 

Поклонники Густава Малера могут для начала пройтись немного по Штрассергассе (Straßergasse) до кладбища Гринцинга (Grinzinger Friedhof), где композитор и глава Венской оперы был похоронен в 1911 году (он перешел в католицизм в надежде, что это сделает его более популярным в венском антисемитском обществе). Надгробие было исполнено Йозефом Хофманом, а заказано вдовой композитора, Альмой Малер (1879-1964), которая лежит рядом; между смертью мужа и своей собственной эта широко известная в свое время роковая женщина успела побывать еще музой живописца Оскара Кокошки, архитектора Вальтера Гропиуса, писателя Франца Верфеля и стареющего драматурга Герхардта Хауптмана. На этом же кладбище похоронен однорукий пианист Пауль Витгенштейн, родной брат философа.

 

Гринцинг - спокойное и невредное место для пожилых туристов из провинции. В чем, между прочим, есть большой шарм. Вдоль главной улицы стоят идиллические домики, раскрашенные в нежные цвета; они набиты банкоматами и торгуют дешевыми сувенирами. 10 сентября 1839 года Гоголь писал из Вены: "В Вене я скучаю... Ни с кем почти не знаком, да и не с кем, впрочем, знакомиться. Вся Вена веселится, и здешние немцы вечно веселятся. Но веселятся немцы, как известно, скучно: пьют пиво и сидят за деревянными столами, под каштанами, - вот и все тут". Описан практически Гринцинг, с той только поправкой, что пьют здесь не пиво, а главным образом вино. В классической хойриге ни пиво, ни кофе не подают: все сидят за деревянными столами и пьют вино или брагу (Sturm), закусывая тем, что выставлено в качестве шведского стола - а это, главным образом, сало, смалец, шкварки, кровяная колбаса, жареная свинина, курица в панировке, разные там котлеты, а также нежная, как сказки Венского леса, паста из соленого творога (Liptauer Käse). В качестве аккомпанемента - квазицыганская меланхолическая скрипка, способствующая пищеварению; в Гринцинге есть серьезный риск нарваться на "Санту Лючию", "Очи черные" или "Ламбаду". Впрочем, если поднапрячься, то во всем этом можно разглядеть вполне симпатичную простонародную традицию. А если собственно австрийские традиции вам почему-либо не по душе, можно сыскать развлечения и поэкзотичнее. Например, в Гринцинге имеется вывеска с надписью "Cobenzler Stube Japanische Suschi", что означает примерно "Кобенцльская Изба Японские Суши".

 

Кладбище Гринцинга (Grinzinger Friedhof) U4 Heiligenstadt, далее трам. 38 до конечной. Май-август: пн-вс 7.00-19.00; апрель, сентябрь, октябрь: пн-вс 7.00-18.00; ноябрь-февраль: пн-вс 7.00-17.00.

 

Хойриге открыты только 300 дней в году. Сосновая ветка над входом обозначает, что в заведении наливают. Самые лучшие заведения открыты только во второй половине дня.

 

Венский лес

 

На отрогах Венского леса (Wiener Wald) всегда снимали дачи или как минимум гуляли и радовались жизни. Довольный (удивительное дело!) Кафка в белой рубашке мелькал на этих холмах в поле зрения Милены Есенской, а Фрейд регулярно ходил сюда с корзиной по грибы. В принципе, грибы можно собирать и сегодня, но для этого нужно ехать на машине. А на трамваях и автобусах реально добраться до края леса, где можно насладиться природой в мягкой форме: позагорать на лужайке на пешеходном расстоянии от нескольких привлекательных ресторанов или полюбоваться видом со смотровой площадки.

 

Автобус N38А везет пассажиров на вершину холма, по узкой, петляющей улице, с обеих сторон которой стоят виллы XIX века, а в просветах между ними видны зеленые склоны, виноградники и горы вдали. Публика в автобусе по большей части двух родов: очень пожилые австрийцы с тросточками, приехавшие подышать воздухом, и очень молодые американцы с рюкзаками, приехавшие, собственно, за тем же самым.

 

Если вы хотите размять ноги, то лучше всего выйти на остановке Am Cobenzl, там, где гигантский паркинг с похожей на дворец гостиницей, гостиничным рестораном и кафе. Пусть он вас не пугает, отсюда лучше всего отправляться в пеший поход, как вверх по склону - в сторону смотровой башни Херманнскогель (Hermannskogel), так и вниз - в сторону смотровой площадки Бельвю (Bellevue Höhe), где имеется мемориальная табличка, свидетельствующая, что "здесь 24 июля 1895 года тайна снов открылась доктору Зигмунду Фрейду". Все походы осуществляются, разумеется, по прекрасно оборудованным дорожкам и тропинкам.

 

Если по ходу поездки в автобусе вам станет невыносимо жарко, существует нестандартное решение: сойти еще одной остановкой дальше и, спустившись немного по склону по улице Крапфенвальдльгассе (Krapfenwaldlgasse), отыскать открытый бассейн Крапфенвальдль, откуда, прямо с воды, открывается фантастический вид на Вену. Обстановка, включая просторные кабинки для переодевания, старинная - в стиле ар деко.

 

Еще через одну автобусную остановку можно будет гулять по травке уже без всяких дорожек, а через две вы окажетесь в Каленберге (Kahlenberg), на высоте 484 м. Скорее всего (особенно в летний уикенд), здесь окажется масса народу, так что не факт, что в кафе с видом на город найдутся места. Если не повезет - можно зайти в польскую церковь; подняться на красно-белую башню Штефаниварте (Stephaniewarte); отправиться на поиск легендарного кабака Sirbu с легендарным же видом (если пользоваться при этом указателями, прогулка может превратиться в настоящее приключение); пройтись (это совсем недалеко, минут пять) до хижины Йозефиненхютте (Josefinenhütte) или вообще махнуть на все рукой и пойти в стоящий за горой город Клостернойбург (Klosterneuburg), где, помимо изумительного барочного монастыря, находится крупнейшая в Австрии коллекция современного искусства.

 

Венский лес U4 Heiligenstadt, далее авт. 38А (он проезжает мимо основных смотровых площадок - Кобенцль, Каленберг и Леопольдсберг).

 

Смотровая башня Херманнскогель находится на высоте 542 м над уровнем моря. От автобусной остановки до нее - 3 км. Чтобы не потеряться, надо следовать указателям на Bei der Kreuzeiche и Jägerkreuz

 

Бассейн Крапфенвальдль (Krapfenwaldl) Krapfenwaldlgasse 65-73; 320 15 01; пн-пт 9.00-20.00, сб-вс 8.00-20.00. Вход - €4, для детей до 15 лет - ö1,50.

 

Штефаниварте (Stephaniewarte) сб 12.00-18.00, вс 10.00-18.00.

 

Sirbu Kahlenberger Strasse 210; 320 59 28; начало апреля - конец октября: пн-сб 15.00-20.00.

 

Музей современного искусства Клойстернойбурга Sammlung Essl; An der Donau-Au 1; 0800 23 28 00; вт, чт-вс 10.00-19.00, ср 19.00-21.00. Вход - €6, для студентов - €3,50, по ср свободный.

 

Наконец, можно сесть на тот вариант автобуса N38А, который идет не обратно в город, а дальше, на гору Леопольдсберг - такое бывает примерно раз в полчаса, - и это, возможно, будет самым правильным решением.

 

Леопольдсберг (Leopoldsberg) - более приятное место, чем Каленберг. Оба холма борются между собой за право быть тем самым местом, где в 1683 году папский легат Марко д`Авиано и польский король Ян Собеский отслужили мессу перед тем, как Собеский повел свое войско с холма вниз - спасать Вену от басурман-турок. В последнее время чаша весов вроде бы склоняется в сторону Леопольдсберга. Здесь тоже есть барочная церковь, а также остатки укреплений; из кафе под тенистыми деревьями открывается великолепный вид, к тому же во все стороны: на помянутый выше Клостернойбург (барочный монастырь просматривается хорошо, чего не скажешь о коллекции современного искусства) и на Вену.

 

Последний автобус уходит из Леопольдсберга около 18.30, а из Каленберга - около 22.30.

 

Газометры

 

Юго-восточная окраина Вены - Зиммеринг (Simmering), вообще-то, рабочий район. Однако и здесь есть на что посмотреть.

 

Туристов больше всего заманивают в комплекс Газометров - альянс жилья и магазинов в перестроенных индустриальных зданиях XIX века. Комплекс этот (для которого придумали название с эротическим намеком - G-town) открылся 31 августа 2001 года и маркетируется как Город молодежи: по идее, молодежь должна покупать здесь квартиры и тусоваться в местных барах и шопинг-центрах. Изюминка проекта в том, что все это происходит внутри гигантских хранилищ для газа, четырех круглых башнях из красного кирпича постройки 1886 года диаметром в среднем 65 м, полых внутри, с толщиной стен в 4,5 м. Газ в них хранить перестали уже с конца XIX века, и дальше башни постепенно приходили в упадок; в последние перед реставрацией годы там проходили рейв-вечеринки.

 

Башни выглядят эффектно и современно, как вся индустриальная архитектура XIX века; они напоминают крепости или cамые последние здания музеев, которые сейчас принято строить как раз в таком египетско-вавилонском, мавзолейном духе. О жилье тут думаешь меньше всего. Если приглядеться, то видно, что на жилые этажи ведут лифты со специальными кодами - просто так внутрь не попасть. Зато в общественной части можно часами гулять, не имея почти никакого представления о погоде и времени суток, поглядывая лишь на развешенные повсюду информационные дисплеи.

 

Особо занимательной жизни здесь пока не происходит: рестораны не более интересны, чем стоящий у выхода из метро "Макдоналдс", а магазины представляют собой царство банальных марок без каких бы то ни было сюрпризов. Так что ехать в Газометры стоит исключительно ради архитектуры: башнями занимались перворазрядные архитекторы.

 

Башню А, находящуюся прямо у выхода из метро, делал Жан Нувель; здесь несколько шопинг-этажей, высокий атриум, стеклянный купол, и все немного напоминает яйцеобразный берлинский универмаг "Галери Лафайет", тоже построенный Нувелем.

 

Газометр В (самый интересный) сделан дуэтом Coop Himmelb(l)au. Снаружи (со стороны Гугльгассе - Guglgasse) к нему приставлен так называемый "Щит" (Schild) - высокое плоское здание, надломленное посередине, как лист бумаги, и слегка оседающее к земле. Из самого Газометра В "Щит" не разглядеть: нужно пройти через здание С (архитектор Манфред Ведорн), у которого фасады внутреннего двора ступенчато уходят вверх, и свернуть на стеклянный переход Sky Walk, откуда "Щит" будет виден во всей красе. Можно, разумеется, выйти на улицу и осмотреть его со стороны свежего воздуха, но это будет как-то не по-газометровски.

 

В нижней части Газометра D (автор - Вильгельм Хольцбауэр) размещаются государственные архивы, а на их крыше разбит внутренний садик, создающий у жителей иллюзию близости к природе. Сверху садик, как все газометры (кроме C) перекрыт стеклянным куполом, напоминающим крышку кастрюли. Переход Sky Walk ведет в здание Е (Рюдигер Лайнер), в котором находится кинотеатр Hollywood Megaplex на 12 залов и (на верхнем этаже) комплекс ресторанов и баров под названием Wustinger, который отличается лишь тем, что закрывается позднее, чем рестораны в других газометрах, а кроме того, бильярд и игровые автоматы. Снаружи здание отделано яркими цветными панелями из плексигласа; внутри все несколько хуже: красные лестницы и прочие приметы культурного фаст-фуда.

 

Газометры (Gasometer, они же G-town) www.g-town.at; U3 Gasometer.

Магазины пн-пт 10.00-19.00, сб 9.00-17.00.

Рестораны пн-вс 10.00-23.00.

 

Кинотеатр Hollywood Megaplex касса с 12.00, сеансы с 14.00.

 

Ресторанный центр Wustinger пн-вс 10.00-2.00.

 

Центральное кладбище

 

Главная достопримечательность Зиммеринга - Центральное кладбище (Zentraler Friedhof), по размерам далеко превосходящее Старый город, а по количеству обитателей (2,5 миллиона) - Вену вообще. Кладбище открылось в 1874 году с большой помпой, как нечто не просто нужное городу, но и очень важное. Это был ключевой культурный проект XIX века, ставивший знак равенства между кладбищем и музеем: сюда сразу же перенесли могилы известных деятелей венской культуры, а в некоторых случаях (как с Моцартом) - просто памятники с могил. Впрочем, помимо памятников, здесь имеются и другие любопытные сооружения, например, весьма причудливой архитектуры мемориальная церковь Карла Люэгера. Считается, что это кладбище дает представление о том, как венцы любят смерть, как они (питая склонность к черному юмору) над ней иронизируют, как предпочитают пышные барочные похороны с катафалками и оркестрами (так называемый "красивый труп" - der Schöne Leich) и богатые памятники, как заводят специальный счет в банке на собственные похороны, как всей семьей отправляются на кладбище в День Всех Святых (1 ноября) и ставят свечи на могилы, как в этот день сюда ходят дополнительные трамваи и автобусы, и так далее и тому подобное. И действительно, по венским понятиям смерть есть часть жизни: она лежит в ее фундаменте и обеспечивает радость существования.

 

Попадать на кладбище лучше всего через главные ворота, которые называются воротами N2 (Tor 2). Это светлое монументальное сооружение с двумя пирамидами и парой скульптурных групп возвел в 1905 году Макс Хегеле. За ним открывается нечто вроде площади с двумя полукруглыми аркадами из красного кирпича, где находятся первые надгробия кладбища - в стиле Ринга, который тут проявляет всю свою наивность и желание выставить богатство напоказ. Самый невероятный монумент (он же - самый первый по времени и самый первый на вашем пути) включает в себя фигурки двух гномов с фонариками. Это памятник Цангу, австрийскому угольному королю.

 

С обеих сторон центральной аллеи расположены так называемые "Почетные надгробия" (Ehrengräber), которые в конце XIX века были скопом перенесены сюда с других кладбищ, чтобы создать некое подобие венского высшего света. Cлева поместили знаменитых музыкантов: в центре стоит ложный памятник Моцарту с музой, удобно усевшейся на восьми томах (его сочинений?). За Моцартом, в почтительном отдалении, стоит монумент Бетховену, без портрета, но зато с позолоченной пчелой (символ эпохи бидермайера и буржуазного трудолюбия), а также монумент Шуберту, где бюст композитора принимает посмертные почести. Обоих перевезли сюда с кладбища Верингер (Währinger Friedhof) в 1889 году, причем по ходу этой операции композитор Антон Брукнер сумел прикоснуться к трупам коллег, прежде чем полиция его оттуда оттащила. Здесь же перезахоронен Кристоф Виллебальд Глюк, который умер в 1779 году, не послушав врача, советовавшего ему не пить спиртное после ужина. Среди прочих обитателей этой музыкальной коммуналки - реалистически пригорюнившийся Иоганнес Брамс, жовиальный опереточник Франц Зуппе и весь клан Штраусов, из которых Штраус-младший представлен с золотой арфой и большой коллекцией амурчиков.

 

Центральное кладбище Simmeringer Hautpstraße 337; 740 41; U3 Schlachthausgasse, далее трам. 72 или трам. 71 от Schwarzenbergplatz. Май-август: пн-вс 7.00-19.00; март-апрель, сентябрь-октябрь: пн-вс 7.00-18.00; ноябрь-февраль: пн-вс 8.00-17.00. При входе имеется план надгробий.

 

Памятник Цангу - крайний слева от центральной аллеи.

 

Знаменитые музыканты - участок 32А.

 

Cамые богатые надгробия конца XIX века - участок 14А.

 

По центру перед самой церковью находится утопленная в земле круглая площадка, где захоронены президенты Второй (послевоенной) республики, из которых определенной известностью пользуется только первый, Карл Реннер. Справа от президентов, на участке, - могила Йозефа Хофмана, архитектора; слева, прямо с краю участка, - изумительное надгробие Арнольда Ш нберга, умершего в 1951 году творца атональной музыки. Этот черный куб, поставленный на грань, - работа скульптора и архитектора Фрица Вотрубы, который и сам похоронен неподалеку под надгробием собственной работы. Рядом - еще один в высшей степени достойный монумент: элементарный плоский круг, лежащий в траве. Как ни странно, он принадлежит не художнику и не философу: это памятник Бруно Крайски, популярному политику и канцлеру 1970-1983 годов. Крайски увел австрийский социализм от радикального марксистского прошлого, а страну - от прошлого нацистского (как оказалось, не навсегда). Недалеко отсюда также могила Адольфа Лооса в форме простого каменного блока.

 

Мемориальная церковь Карла Люэгера (Doktor-Karl-Lueger-Kirche), возвышающаяся посреди центральной аллеи, построена в 1908 году по проекту Макса Хегеле, ученика Отто Вагнера. В 2000 году церковь была отреставрирована, так что сейчас ее можно наблюдать во всей первозданной чистоте и эффективности. А эффективность тут важна, поскольку речь идет о высокоидеологическом произведении - явном синтезе константинопольской Святой Софии, римского собора Святого Петра и венской Карлскирхе. Католицизм, таким образом, заявляет о своих претензиях на восточную традицию в той же мере, что и на западную. Церковь совершенно не умиротворяющая, а очень страшная: сзади у нее, как нож убийцы, прячутся две башни (прием, в церковной архитектуре неизвестный); на башнях часы без стрелок, а вместо них надписи "Tempus Fugit" ("Время бежит"); по обеим сторонам огромные колоннады, окна маленькие, лестница высокая, и все формы пирамидально неприступны. Даже вблизи церковь выглядит так, как будто вы смотрите на нее с приличного расстояния.

 

Храм построен в форме греческого (равноконечного) креста, что для католичества нехарактерно. В результате изнутри церковь имеет отчетливо византийский вид, но при этом она не изукрашена, а белоснежно-стерильна, как больница или галерея современного искусства, с редкими орнаментальными мозаиками, витражами и лампами в стиле модерн. А в крипте действительно похоронен мэр-антисемит Карл Люэгер.

 

На этом кладбищенская программа-минимум заканчивается, однако, если есть время, стоит отправиться дальше по все той же центральной аллее.

 

Прямо за церковью начинается большое советское военное кладбище 1945 года. Как всякое военное кладбище, где тела перезахороняли все сразу, уже после боев, оно монотонно, скорбно и скромно, и тем заслужило большое уважение венцев. Здесь очень много безымянных могил, и буквально на одной или двух добавлены типичные наши кладбищенские фотографии, привезенные сюда родными. Портят впечатление только статуи двух советских солдат с опущенными флагами в руках и мемориальное панно с цитатой из Сталина, стихами Михалкова и Алексея Суркова - почти тот же набор, что и на памятнике на Шварценбергплац.

 

Через пятьсот метров стоит душераздирающий памятник погибшим в Первой мировой войне (работы скульптора Антона Ханака) - пирамида с застывшей в безмолвном отчаянии огромной женской фигурой. За ним, на полукруглом зеленом поле, стоят низкие могильные камни участников этой войны - без различия национальности.

 

Могила Йозефа Хофмана - участок 14С.

 

Могила Арнольда Ш нберга - участок 32С.

 

Мемориальная церковь Карла Люэгера (Doktor-Karl-Lueger-Kirche) пн-вс 11.00-15.00.

 

Могилы участников Первой мировой войны - участок 91.

 

Еще одна группа любопытных коллективных надгробий расположена к востоку от церкви (то есть слева, если смотреть от главного входа), на большом перекрестке прямых и диагональных лучей. Бронзовый мужчина в сопровождении двух плакальщиц (в советском стиле 1960-х годов) поставлен здесь в память о тех, кто пал за свободу Австрии с 1934 по 1945 год. Тут же - одинаковые надгробия 80 погибших во время беспорядков 15 июля 1927 года, когда спонтанная демонстрация нескольких тысяч рабочих подожгла Дворец правосудия (где только что оправдали правых активистов, убивших мужчину-социалиста и мальчика) и была расстреляна полицией. Еще восточнее - монументы жертвам гражданской войны в феврале 1934 года, жертвам австрофашистого режима и гражданской войны в Испании. Дальше в ту же сторону - надгробия известных социал-демократов: Отто Бауэра, Виктора Адлера и его сына, Фридриха Адлера, который, несмотря на мирный характер дела отца и на собственные научные интересы (он был учеником Эрнста Маха), 21 октября 1916 года застрелил австро-венгерского премьер-министра графа Карла фон Штюргха, курившего послеобеденную сигару в ресторане "Майсль и Шадн" на площади Нойе-Маркт. Фон Штюргх с марта 1914 года фактически управлял страной (рейхсрат был распущен), и на нем лежала ответственность за все происходящее на фронтах и в тылу. На процессе в марте 1917 года Фридрих Адлер произнес столь пламенную речь против тирании и войны, что его казнь была отложена; позднее кайзер Карл амнистировал его, история амнистировала кайзера Карла, новая, еще более ужасная война до основания разрушила ресторан "Майсль и Шадн", а Фридрих Адлер дожил до глубокой старости и скончался в 1960 году.

 

У самого входа, вокруг часовни с луковичной главой, лежит крошечное православное кладбище. Кириллических надписей тут почти нет: здесь похоронены в основном австрийские русские, хотя среди них встречаются Разумовские, Шахматовы и граф Петр Алексеевич Капнист. Могилы устроены по-немецки: горизонтальная плита и вертикальная стела. Похоже, что больше здесь уже никого не хоронят.

 

По дороге к выходу загляните еще обязательно на территорию Крематория (Crematorium) напротив - это любопытно сразу с нескольких точек зрения. Римско-католическая церковь, как известно, кремацию запрещает; кроме того, в Вене распространены очень пышные похороны. Именно поэтому в период "Красной Вены" антиклерикальные социал-демократы пропагандировали кремацию в качестве внерелигиозной похоронной альтернативы. Кроме того, крематорий был любимой темой архитекторов авангарда 1910-х - начала 1920-х годов по всему миру (и особенно в России).

 

В общем, крематорий был исключительно важной затеей - настолько, что на возведение его объявили конкурс, а строительство началось в 1921 году, когда Вена была до крайности разорена. После долгих мучений был выбран проект Клеменса Хольцмайстера, хотя конкурс на самом деле выиграл не он. Зато Хольцмайстер очень удачно вписал новое строение в уже имевшийся на территории ансамбль. Дело в том, что на месте крематория раньше стоял дворцовый комплекс Нойгебойде (Neugebäude) c террасными парками, сооруженный в 1569 году Максимилианом Вторым. Мария Терезия в свое время велела разобрать здешний дворец и соорудить из него Римскую руину в парке Шенбрунн. Оставшаяся от дворца башня XVI века высится у входа в крематорий.

 

Крематорий (Crematorium) Simmeringer Hauptstraße 337. С основной территории кладбища туда можно попасть через подземный переход на Зиммерингер-Хауптштрассе.

 

Остатки дворца находятся в конце территории Крематория.

 

Получилось совершенно удивительное произведение, больше всего напоминающее современный турецкий двухзвездочный отель. Аркада из стрельчатых арок, центральная лестница, белые бетонные стены - кажется, что где-то рядом должен быть бирюзовый бассейн.

 

На случай, если вам захочется продолжить кладбищенские прогулки, то неподалеку (к востоку от Центрального кладбища) имеется еще романтическое Кладбище безымянных (Friedhof der Namenlosen), где хоронят несчастных утопленников, чьи тела ежегодно сотнями вылавливают в Дунае (и многие из них действительно так и остаются безымянными). Место это оставляет странное и незабываемое впечатление: сельская идиллия в смеси с горестной меланхолией.

 

Кладбище безымянных Alberner Hafen авт. 6А от конечной остановки трам. 71.

 

 




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.