Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Стратегическая предусмотрительность



Рампа «Громового ястреба» с тяжелым ударом откинулась, и Телемен с остальными воинами отделения Аманаила быстро развернулись в построение «веер», присоединяясь к остальным отрядам, охранявшим посадочную площадку. Десантно-штурмовые корабли высадили Темных Ангелов посреди развалин заброшенных бункеров и траншей; укрепления из разбитого железобетона были покрыты живой растительностью. Справа от Телемена, сквозь деревянные перекрытия зенитного орудийного окопа, росло кряжистое дерево, а из амбразур бункера впереди выглядывали ползучие побеги.
Взлетевшие корабли подняли тучу пыли, аэродинамическая сила их двигателей прибила дикорастущую траву и взметнула опавшие листья, скопившихся с подветренной стороны оборонительной стены. Отделение продвигалось сквозь этот опад и сор с оружием на изготовку, хотя никакого врага по-прежнему не наблюдалось. Постоянный тик отрицательных показаний ауспика Аполлона отдавался у Телемена в ушах.

- Как и ожидалось, следы длительного запустения, - произнес сержант Аманаил.

Сержант Серафиил приказал разделиться, направив отделение Аманаила вместе с отделением Атлея завладеть юго-западным концом оборонительной линии. Двадцать Темных Ангелов медленно продвигались вдоль холма, их тени вытянулись вперед, когда над островом Кадилл взошел новый день. Утренний свет засиял со стороны удаленной куртины крепостной стены Порта Каддила на западе, однако небо над ним было темным от дыма. Вольное Ополчение обороняло звездный порт на другой стороне города. Космические десантники слышали постоянные удары артиллерии вдалеке и непрестанный стрекот стрелкового вооружения. Приглушенное рычание танковых двигателей разносилось по всему городу, и Телемен подумал, что битва бушует всего в нескольких километрах; такой разительный контраст с миролюбивой обстановкой, что встретила прибывших Темных Ангелов.

Здесь не было угрозы или каких-либо признаков сопротивления орочьим атакам. Насколько Телемен мог судить, части пятой роты нигде не оказались в непосредственной близости от сражения, по причинам, которые не мог понять. Он лишь думал – надеялся – что они не просто так оказались в стороне от братьев из Крыла Ворона, хотя и сомневался в этом. С другой стороны, если Саммаил ставил перед собой подобную цель, несомненно легче было бы просто оставить пятую роту на орбите.

- Помните о неразорвавшихся снарядах и орочьих ловушках, - предупредил Серафиил, прерывая ход мыслей Телемена. – Нам известно, что эти бункеры были заняты орками менее двадцати дней назад.

Следуя за Аманаилом, Телемен миновал край траншеи, под ногами двумя метрами ниже захрустел разрушенный пластбетон. В стене были отверстия, через которые пробились корни и усики растений, многих лет с момента постройки укреплений оказалось достаточно для дикой природы, чтобы начать залечивать шрамы, которые ей нанесли.

Открытый пейзаж, бесконечные километры лугов и мелких кустарников, ведущих к более зеленым склонам у вулканического сердца этого острова, немного напомнили Телемену бесплодные равнины Бартии, мира, на котором он вырос.

Здесь было теплее, ветер не был леденящим; небо темнее, так как планета располагалась на большем расстоянии от местной звезды.

Его воспоминания о Бартии были лишь немногим больше, чем обрывки. Он не мог вспомнить портреты родителей, или других детей их большой семьи, с которыми он делил юрту двенадцать лет, прежде чем во время охоты в летнее солнцестояние возвратились Темные Ангелы. Даже его испытания затуманились, бег и кровь, и, в конечном счете, победа. В тот день никто не бегал с такой скоростью, никто не сразил зверей больше, чем Телемен; в бытность юношей никто из его сородичей, даже на четыре –пять лет его старше, не был столь умел в обращении с коротким луком.

Он замер, когда Аманаил свернул проверить бункер, примыкающий к траншее, болтер Телемена взял под прицел край траншеи впереди. Это было проделано на уровне инстинктов, почти без мыслей, практически без расчета на присутствие врага.

В памяти осталось целиком одно воспоминание, момент в конце охоты в летнее солнцестояние, когда корабли Темных Ангелов прибыли подобно колесницам на огненных столбах. Старейшины шумно вознесли славу Императору за то, что Темные Ангелы вернулись, и участники охоты, те, кто был возрастом менее десяти зим, были собраны для осмотра.

Телемен – а он не оказался в числе названных – был немного ниже ростом, чем остальные юноши, и гиганты, маршировавшие по штурмовой рампе, казались для него подобными сошедшим с небес богам. Он помнил блеск заходящего солнца на темно-зеленых доспехах и болтерах, и изображение красного крылатого меча на белом знамени, что развевалось на древке у капитана, возглавлявшего рекрутирующее отделение.

Некоторые мальчики издали пугливые восклики, когда появился капеллан, череполикая тень, что соответствовала старинным живописям, изображавшим Длительную Смерть, которые можно увидеть на утесах Брода Касорон. Телемен же не испугался, увидев приближение воина, что походил на смерть; он подумал о двоюродном дедушке, чье имя, как и свое, прежнее, он нынче позабыл, которого когда-то забрали с собой Темные Ангелы. Тот служил источником большой гордости и влиятельности семьи, имеющей такого предка.

Когда остальные мальчики отступили назад от идущих к ним гигантов в доспехах, Телемен остался на месте. Капеллан навис над ним, выглядя крупнее аридоворов, что бродят по тайге стадами с тысячу особей. С убежденностью и нахальством, доступными лишь в молодости, юный Телемен посмотрел в лицо-череп и спросил: «Ты мой дядя?».

Таким был его путь к вступлению в орден, где любовь к семье и близким заменилась на любовь к Императору и Темным Ангелам. Телемен так и не узнал, прошел ли его двоюродный дядя испытания и был ли принят в орден. Конечно, были и другие Темные Ангелы родом с Бартии, одним из таких - сержант Серафиил, но невозможно было узнать, кем все они были до становления космическими десантниками; сами воины не могли уже вспомнить, а записи ордена не хранили такие детали. Если его дядя действительно оказался в рядах ордена, он стал теперь для Телемена братом. Боевым братом.

Отзвуки рева десантно-штурмовых кораблей, рыскавших над головой, и шелестящий в траве шепот ветра напомнили Телемену тот день спустя столько десятилетий, однако всплывшая память вызывала в уме лишь отчужденность. Казалось, это случилось с другим человеком, чью историю ему впоследствии рассказали. Его нынешние мышление и ощущения отличались от мыслей и чувств любознательного юноши, и молодое «я» стало таким же чуждым ему, как и остальные люди.

- Видимое пространство чисто, - объявил Аманаил, когда они достигли земляной насыпи в конце линии траншей. Отблески морских волн были видны на много километров вдаль от полого берега острова.

Появились доклады и уведомления от остальных отделений, подтвердивших, что лабиринты траншей и укреплений заброшены. Отделению Аманаила поступил приказ удерживать позиции, пока высланные дозорные не зачистят территории на севере.

Глядя, как три десятка его боевых братьев вышагивают через луг, как дым и пламя, что отбрасывала битва за Северный порт, окрашивает воздух впереди воинов, Телемен понял, что реальность не совпала с его ожиданиями.

- Сержант, наши дозоры направились не в ту сторону, - сказал он. – Они двигаются к гавани Кадилла.
- Твой взор как всегда остер, брат, - ответил Аманаил. Он указал на северо-запад – там покоилась твердыня гарнизона Темных Ангелов, что взмывала ввысь, виднеясь даже из-за городских стен, неподалеку от того места, где рельеф Кадилла резко уходил вниз по направлению к порту. – Мы здесь не для защиты города. Наше присутствие гарантирует, что орки не смогут атаковать Цитадель Ордена из Северного порта в обход города. Имперская Гвардия и силы планетарной обороны уже удерживают город. Таковы были распоряжения верховного магистра Саммаила.
- Любопытно, - сказал Кадаил. – Я бы скорее решил, что Крылу Ворона больше бы подошла разведка на открытой местности, в то время как мы бы встали на охрану крепости. «Лендспидеры» и мотоциклы не слишком подходят для городских боев.
- Я уверен, у великого магистра были серьезные причины расположить наши подразделения именно здесь, - заявил Ахаменон. – Никто не достиг бы должности великого магистра роты, делая столь фундаментальные ошибки.
- У меня есть ощущение, словно мы несколько не вписываемся в замыслы великого магистра Саммаила, - произнес Кадаил. – Я с нетерпением жду того дня, когда смогу выучить подобные тонкости стратегии, чтобы понять, что за план требует присутствия шестидесяти космических десантников для охраны пустынного клочка земли.
- Следи за своими словами, брат, - ответил ему Аманаил, - Не наше дело – гадать о цели приказов или сомневаться в решениях начальства. Будь уверен, великий магистр Саммаил направил нас сюда с определенной целью.
- Крыло Ворона делает всё по-своему, - сказал Телемен. – Их поведение порой присуще скорее Белым Шрамам или Космическим Волкам, нежели Темным Ангелам.
- А наша текущая задача будет выполнена со всей преданностью и благолепием, на которые мы способны, – заявил Аманаил. – Следите за своими секторами и, пока стоит затишье, задумайтесь над тем, что происходит сейчас. Очевидно, что лорд-командующий и ее войска были нерешительны, дабы обрушить кару на орков после того, как орден покинул планету. И тот факт, что ксеносы смогли снова размножиться и превратиться в силу, что вновь угрожает городу, есть губительное свидетельство опасности самодовольства. Будьте бдительны подобно Императору, что неустанно смотрит на нас.

Понимая, что слова сержанта пресекают дальнейшие рассуждения, Телемен молча кивнул и взял болтер наизготовку, увеличивая оптическое разрешение через таргетер, чтобы рассмотреть низкорослые деревца на расстоянии полукилометра. Он просканировал местность в обе стороны, но увидел лишь своих боевых братьев, продолжающих патрулирование. И хотя сражение за Северный порт бушевало всего в нескольких километрах, поблизости не было ни одного противника, а значит одиннадцать оставшихся убийств для получения знака Первого Стрелка ему в ближайшее время не совершить.

Прибытие в Кадилл

Улицы города пугающе пустыми, когда передовые эскадроны Крыла Ворона миновали южные врата, что открыли для них солдаты полковника Брейда из Добровольческого Ополчения. Полученные сканером «Мрачной Тени» сигналы указывали на большое скопление людей вокруг – несколько тысяч в непосредственной близости, однако никого не было видно. Были ли тому причиной воины орков, что по-прежнему рыскали в другой части города, или же присутствие Темных Ангелов заставляло обитателей спрятаться, Аннаил не знал. Лица тех, кого он мог разглядеть в окнах, были бледны и искажены психическими травмами, полученными от долгих и мучительных тягот.

На фоне грохота от пушек и минометов, танков и стрелкового оружия, доносившихся с севера города, рев мотоциклов и антигравитационных двигателей эхом раскатывался от невысоких зданий. Дорогу устилало битое стекло, практически неопасное для армированных покрышек машин Крыла Ворона. Кое-где боковые улицы и аллеи между серыми домами были перегорожены импровизированными баррикадами, сложенными из нагроможденной мебели, шин, железобетонных плит и перевернутых машин.

Среди обломков и на самих баррикадах попадались тела. «Гады, звери и птицы сражаются друг с другом за кусок мертвечины», - подумал Аннаил, заметив, что защитники Кадилла были достаточно мудры, чтобы убрать все орочьи тела, хотя и не смогли сделать то же самое со своими близкими. Почти все трупы были убраны, сражения, что стали причиной смерти этих людей, перешли в другую часть города несколько дней, а что более вероятней – недель, назад. Согласно информации, собранной для Темных Ангелов командующим планетарной обороной, город какое-то время подвергался непрерывной атаке, когда орочьи волны накатились на него из их логова в пустыни. Иногда численность атакующих составляла несколько сотен, а иногда и тысячу, а порой даже более.

Невозможно было поверить, что когда-то это был рекрутский мир ордена. С тех пор как Газкулл, которого прозвали Зверем, привел на Писцину-4 свою зеленую орду, планета больше не знала покоя. Темные Ангелы сделали все, что было в их силах, разыскивая ксеносов на склонах вулканических островов и зачищая их замаскированные лагеря. Но затем их увлекли другие заботы; военным кампаниям требовалась их мощь за много световых лет от Писцины. И они поручили оборону планеты местной ополчению. Однако те оказались не столь прилежны, как того ожидал верховный великий магистр. Впрочем, Аннаил не был этому удивлен. Солдаты Писцины, в конце концов, были всего лишь людьми.

Достигнув большого перекрестка вместе со своим эскадроном, Аннаил заприметил выжженные обломки двух «Химер». С машин было снято вооружение, гусеницы, ходовая часть и даже некоторые листы брони. В полукилометре за перекрестком, в стороне, передней частью к которой и располагались эти сломанные БМП, дорогу перегораживала линия остовов уничтоженных наземных автомобилей, очевидно, пытавшихся прорваться к позиции «Химер».

Эскадрон мотоциклов и два "Лендспидера Тайфун" отделились от основных сил для зачистки дальней части перекрестка, в то время как основная колона Крыла Ворона свернула налево к Цитадели ордена. Многие эскадроны были посланы на охрану территории, сержант Кассиил отдал приказ Аннаилу и остальным следовать за ним в лесистый парк.

Деревья уже перестали цвести, роняя на ветру розовые и белые лепестки, когда мотоциклисты, закованные в черные доспехи, направили своих скакунов по извилистой дороге, что пересекала парк. Трава была сильно затоптана, Аннаил увидел следы подпалин на возвышении слева, и он узнал их происхождение.

- Зона приземления «Громового ястреба», - произнес Аратон, прежде чем Аннаил успел сделать аналогичный доклад. – Похоже, противника.

Аннаил не был уверен в последних словах брата, пока хорошенько не разглядел черные отметины на уничтоженном газоне. В траве виднелись обугленные кости, на которых до сих пор висели клочья одежды. Увеличив мощность своих авточувств, Аннаил понял, что останки принадлежали людям, а не оркам. Одежда была различных цветов и производителей. Гражданские, не ополченцы.

- Корабль сел прямо на них? – прошептал Заралл. - Для такого поступка нужна была серьезная причина.
- Давайте сосредоточимся на выявлении текущей угрозы, - ответил Кассиил.

Аннаил оторвал взгляд от жуткого зрелища на вершине холма. Он повидал немало трупов, и людских, и ксеносов, но было что-то неуловимо тревожное в этих телах, разбросанных на возвышении в центре озелененного ландшафта. Он не видел каких-либо повреждений у близлежащих домов, которые бы указывали на битву, имевшую тут место, если не считать еще одной уничтоженной в дальнем конце парка «Химеры» у ворот в стене, окружавшей городской сад.

- Никто не выходит, - сказал Сабраил. – Поступают данные о множестве объектов, но все находятся внутри строений. А я было начал волноваться, что мы увязнем в толпе ликующих горожан, как только прибудем сюда.
- Возможно, они знают, что лучше не покидать безопасные места, пока идет битва, - предположил Аннаил. – Жители Порта Кадилла знают о войне не понаслышке.
- Да, так и есть, - ответил Сабраил. – Не хочу даже рассматривать другую причину, почему честные имперские граждане выйти поприветствовать Темных Ангелов.

Аннаил понимал, что Сабраил косвенно упомянул тела на холме, и что их присутствие там могло означать, но, как и его боевой брат, он не стал открыто озвучивать подозрения. Даже после того, как он был поставлен в известность о их задаче охранять подступы к Цитадели ордена со стороны города, Аннаил все еще пытался понять главную цель миссии. Было ясно, что в районе космопорта протекали тяжелые бои – звуки рокочущей канонады и треска выстрелов на самой границе его аугментированного слуха свидетельствовали о неутихающих столкновениях, но великий магистр Саммаил выбрал приоритетной целью твердыню ордена. В сочетании с высадкой пятой роты за стенами города, это создавало запутанную ситуацию.

Не в природе Аннаила было сомневаться в компетентности начальства, и он, конечно же, доверял решениям верховного магистра во всех стратегических аспектах, но ему хотелось, чтобы руководящее звено роты более подробно сообщало о целях миссии. Контекст ситуации являлся важной частью тактического взаимодействия, и Аннаил чувствовал, что он со своими боевыми братьями не готов принять нужное решение, если текущая ситуация вдруг изменится. Получалось, что они чрезвычайно зависимы от личного участия великого магистра Саммаила в принятии решений по всем вопросам на поле боя.

Это не являлось такой уж большой проблемой, к тому же Аннаил достаточно много знал и выучил о Крыле Ворона, несмотря на то, что он был новичком в некоторых доктринах роты. После, по сути, доброжелательного замечания капеллана Мальцифера, Аннаил не хотел заслужить себе репутацию «своенравной души», и оставил мнение о тактике верховного магистра при себе. Сомнения порождает внутренняя слабость, а не огрехи в поведении окружающих; так наставляли капелланы.

Когда парк был зачищен и объявлен безопасным, над головой запылал «Грозовой ястреб» великого магистра Саммаила, приземляясь на лужайке неподалеку от усеянного останками холма. Великий магистр Крыла Ворона со своим эскадроном помчал из чрева корабля напрямик к крепости. Мотоциклы помчались по улицам, так и не услышав от Саммаила ни единого слова о следующем этапе операции.

- Мы ожидаем дальнейших приказов, - заявил Кассиил, приказывая эскадрону организовать мобильный патруль по периметру парковой зоны. – Если в нас возникнет нужда, великий магистр Саммаил пришлет сообщение.

 

 

Зловещая находка

Управляемый Саммаилом, Корвекс проскользил, останавливаясь в конце улицы. Впереди высилась Цитадель Ордена в самом центре голой скалобетонной площади в полукилометр длиной, тень крепости растянулась по серым плитам. Когда-то здесь располагался промышленный комплекс, снесенный до основания Темными Ангелами, которые хотели создать огневой мешок вокруг своей Цитадели. Сама крепость не была таким уж грандиозным строением: простая пятиэтажная башня, окруженная десятиметровыми внешними стенами. Бронированные врата покоились между двумя приземистыми бастионами, в небольших нишах спокойно светились красные сферические линзы сканеров. Крыша крепости была обнесена валом, а на каждом углу располагались огневые вышки.

Именно вышки привлекли внимание Саммаила.

Когда возле магистра остановилось его командное отделение, он проверил показатели сканера машины.

- Активных сенсоров не обнаружено, - произнес он. – Огневые вышки отключены.

Он еще раз попробовал связаться с кем-нибудь внутри крепости, посылая персональный идентификатор через различные безопасные каналы. Никаких ответов, кроме настойчивого сигнала о помощи, так и не последовало.

- Нет следов повреждений, - сказал Ательман. – Я не вижу ни одной причины, из-за которой включился тревожный радиомаяк.
- Скрытая угроза является самой опасной, - предупредил Мальцифер, подруливая к Саммаилу. Капеллан перешел на командный канал, открытый лишь великому магистру роты и Харахилу. - Если наши подозрения правдивы, удар был нанесен не снаружи.
- Дедис, Ательман, обследуйте периметр, - приказал Саммаил, приводя эскадрон в движение. Как только двое боевых братьев умчались направо, великий магистр повел Харахила и Мальцифера прямо внутрь крепости. На сканер поступали многочисленные сигналы из зданий, окружавших огневой мешок. Испуганные мужчины и женщины, старики и дети выглядывали из узких окошек жилищных массивов.
- Я чувствую их страх, - произнес Харахил.
- С учетом обстоятельств, вполне ожидаемо, - ответил Мальцифер.
- Нет, это не обычный ужас перед орками или войной, - возразил библиарий. – Страх внушаем им МЫ. Если полковник Брейд со своими людьми рады нашему возвращению, то они явно в меньшинстве.
- Это еще одна причина, чтобы не затягивать наше присутствие здесь, - сказал Саммаил.

Они подъехали к вратам у внешних стен, в крепости по-прежнему не было никаких следов активности. Дедис и Ательман уже скрылись с поля зрения, метки на сканере указывали, что они почти достигли дальнего конца твердыни.

- У тебя есть коды защиты, брат? – спросил Саммаил, глядя на Мальцифера.
- Мои коды отмены позволят нам войти, - ответил капеллан. Передатчик Саммаила уловил жужжание передачи данных по закрытому каналу, и секундой спустя механизмы внутри стен пришли в движение. Врата отъехали в сторону, открывая обзор на внутренний двор.

Саммаил медленно въехал внутрь огражденной территории и свернул налево по наклонному съезду, ведущему к широким воротам подземного ангара. Внешние врата за спинами космических десантников вернулись на свое место. Следующий сигнал от Мальцифера заставил подняться стальные укрепленные плиты ангара. Магистр заехал внутрь, когда в помещении начали оживать осветительные огни.

- Силовая установка все еще работает, - отметил великий магистр, когда «Корвекс» миновал двери ангара.

По левую руку вдоль стены в боксах техобслуживания покоились два бронетранспортера «Носорог» бок о бок с тремя выстроенными в линию мотоциклами. Вся техника на вид была в полном порядке и не имела никаких следов повреждений. Арсенальный ангар простирался на протяжение всего фундамента твердыни вплоть до внешних стен, поэтому трем Темным Ангелам было вдоволь места, чтобы поставить свои машины. Спешившись, Саммаил приказал Мальциферу закрыть ворота и зашагал по пластбетонному полу к информационному терминалу, где ввел свой идентификационный код и получил доступ к базе данных арсенала. Его спутники в это время совершили беглый осмотр ангара.

- Ничего предосудительного, - доложил Харахил.
- Не в этом месте, - подтвердил Саммаил. – Прошло более пятидесяти дней с момента последнего посещения арсенала. Запись об изъятии оружия и боеприпасов. Вполне ожидаемо при повторном появлении орочьей угрозы.
- Но почему «Носороги» до сих пор здесь? – спросил библиарий. – Они бы точно не отправились пешими.
- Отсутствует «Громовой ястреб», - заметил Мальцифер. – Если они оставили твердыню по какой-то причине, то по воздуху.
- А перед этим включили тревожный радиомаяк. Кроме того, их корабль, «Клинок Калибана», не обнаружен в этой звездной системе, - добавил Саммаил. – Я допускаю, что ударный крейсер вернулся на Скалу с новостями о произошедшем здесь, из-за чего мы и получили сообщение. Но если крепость не подвергалась прямому нападению, что послужило причиной эвакуации?

Оба Темных Ангела промолчали, ибо у них не было ответа на вопрос великого магистра.

Поступь латных ботинок гулко зазвучала по ангару, когда космические десантники зашагали к дверным проемам, ведущим в основные помещения крепости. Саммаил обнажил свой клинок, Врановый меч, что был создан из куска метеорита, а затем оснащен кристаллической матрицей силового поля. Синее свечение затрепетало по кромке клинка, когда великий магистр надавил большим пальцем на активатор поля. Позади него Мальцифер взял наизготовку болт-пистолет и крозиус, а топор Харахила замерцал от наполнившей его психической энергии.

Саммаил ввел коды доступа, которые разблокировали запорные механизмы, и двери с шипением поддались. Створы с легкостью отъехали в сторону от прикосновения, обнаруживая извилистую лестницу, ведущую на первый этаж крепости. Сопровождаемый Мальцифером и идущим за ними следом Харахилом, великий магистр Крыла Ворона быстро поднялся по ступеням.

Они достигли сводчатого прохода, открывавшего перед ними вид на внутреннюю залу, располагавшуюся позади врат твердыни. Саммаил отчетливо осознал, что его авточувства не могут обнаружить никаких следов, указывающих на чье-либо присутствие в крепости; было слышно лишь гудение энергосистемы здания.

Шагая по коридору залы, его взгляд уцепился за красные пятна на голом скалобетонном полу и багровые разводы, украшавшие металлический корпус терминала доступа к вратам.

- Кровь, - сказал он горестно. - Застарелая.
- Нет тел, - добавил Харахил. - Я не чувствую следов жизни в этом месте. Даже паразитов или насекомых.

Саммаил оставил это утверждение без ответа, свернув налево и направившись к другому своду, ведущему в следующий зал. Тот был площадью всего в несколько квадратных метров, с полом и потолком из голого железобетона. По обеим сторонам в ряд располагались скамьи из темной древесины с мягкой красной обивкой, а выбеленные стены были украшены деревянной резьбой: позолоченной имперской аквилой слева и крылатым мечом Темных Ангелов, покрытым черной эмалью, справа.

Стены и пол были усеяны следами странного материала, видневшегося среди кровавых пятен; небольшие капли чего-то серого. Саммаил поддел одну из капель, торчавших в стене, и она застучала по полу.

- Расплавленный керамит, - сообщил он остальным. - Судя по количеству, был сильный взрыв, возможно плазменный.
- Остальные обломки находятся вот здесь, - указал Мальцифер, склонившись над металлическими осколками и волокнами пластали, застрявшими в обивке скамей.

Они обошли оставшиеся залы – хранилища, центр связи и прекрасно обставленную комнату ожидания для посетителей, но никаких следов, указывающих на причины отсутствия гарнизона, так и не было найдено, только все новые пятна крови усеивали поверхности внутренних помещений. Обнаружив блестящую металлическую лестницу в самом центре цитадели, Темные Ангелы продолжили поиски на втором этаже. Здесь находились дортуары космических десантников и служек крепости. Кровати располагались вдоль стен, заправленные и аккуратные. Стойки доспехов Темных Ангелов были пусты, как и крепления для оружия.

- Они отбыли вооруженными и одоспешенными, – произнес Мальцифер, прохаживаясь вдоль массивных коек, используемых космодесантниками гарнизона. - Эвакуация не проходила в спешке. По крайней мере, не в следствие прямой угрозы.
- Часть имущества так и осталась здесь, - отозвался Харахил из коридора, ведущего в комнату служек. - Личные вещи, одежда.
- И это по-прежнему не говорит нам ничего о произошедшем, - сказал Саммаил. В его груди неумолимо росло смутное ощущение беды. Он не мог избавиться от образа, что открыл ему в своих мыслях Харахил: поглощенный предательством капеллан. Он поглубже задвинул свои предчувствия, сосредоточившись на расследовании. Он был великим магистром Крыла Ворона, глазами ордена, и не мог позволить себе упустить малейшую подсказку. - Поднимемся выше.

Количество кровавых пятен на ступенях и полу уменьшилось, когда они достигли третьего этажа. Здесь было еще больше дортуаров и различных келий, предназначенных для новичков, только принятых в орден. Как и спальни этажом ниже, комнаты были чистыми и опрятными, однако Саммаил сразу подметил, что кое-чего не хватает.

- На койках нет постельного белья, – указал он двум другим Темным Ангелам. - Все снято.
- Некоторые матрасы пропитались кровью, – сказал Мальцифер, осмотрев кровати более тщательно. Он встал, нотки шипения в голосе выдавали охватившую его тревогу. - Инициаты были атакованы во сне.
- Взгляните на этот след, - Харахил привлек их внимание к отверстию в стене размером с кулак космического десантника. Усилив авточувства, Саммаил смог разглядеть осколки шрапнели, засевшие в штукатурке по краям дыры.
- Врыв болта, - мрачно произнес он. - Похоже, убийства совершил один из наших.
- Или это сделали, взяв их оружие, – поспешно ответил Мальцифер. - Единичный след от болтера еще ни о чем не говорит, брат.
- Возможно, ты прав, но я чувствую – здесь случилось нечто ужасное, – заявил великий магистр, - Харахил, что говорят твои силы?
- Здесь все мертво, брат, - произнес эпистолярий. – Меня учили проникать в умы живых людей, а эти стены не хранят никаких воспоминаний.
- Ты ничего не чувствуешь? – Саммаил не мог поверить, что не осталось никакого психического следа резни, которая, по всем признакам, тут произошла. – Совсем ничего?
- Ничего сверх того, о чем говорят твои инстинкты, брат. В этом месте царствует тьма.

Саммаил тяжело вздохнул и покачал головой. Временами библиарии бывают чересчур суеверными. В следующем помещении обнаружилось еще больше следов сражения, стены были испещрены следами от болтов и пулевых отверстий. Основную часть комнаты занимали отсеки доступа и хранилища боеприпасов для турелей на крыше. Здесь нечего было искать, и космические десантники направились к самой вершине крепости.

 

 

Загадки трупов

Верхний этаж был разделен на три комнаты; две небольших кельи для личных нужд командования гарнизона, а также часовня ордена. Она оказалась последним помещением, куда вошел Саммаил. Увиденное заставило великого магистра замереть на месте.

- Братья… - зрелище, представшее взору Саммаила, было совершенно неожиданным. Он услышал горестные вздохи своих спутников, вошедших в часовню следом.

Напротив мраморного символа ордена располагался низкий алтарь, на котором лежало несколько реликвий, среди которых были капелланские крозиус арканум и розарий. В помещении было темно, свечи в канделябрах и подставках, располагавшихся по всему залу, прогорели до основания. В полумраке виднелись фигуры, лежавшие на полу, свет из залов очерчивал их контуры.

Вдоль стены было выложено более двадцати тел, завернутых в окровавленные саваны, на которых был вышит символ Темных Ангелов. Перед ними, ближе к двери, располагалась более громоздкая фигура, саван на которой располагался иначе – знак ордена оказался перевернут. Саммаилу не было нужды заглядывать под покров, чтобы понять: здесь покоился космический десантник. Размеры тела не оставляли сомнений.

Еще более поразительными были пять закованных в броню фигур, растянувшихся возле алтаря.

Доспехи центрального были черней непроглядной тьмы, а голову украшал череполикий шлем. Капеллан. По обе стороны от него лежали Темные Ангелы. Броня одного из них была традиционной для технодесантника, остальные носили темно-зеленые цвета, украшенные символами третьей роты. В груди каждого из них была рваная дыра, доспех вокруг которой был расплавлен, а внутренности выжжены.

- Это герб Борея, - сказал Мальцифер, указывая на труп капеллана, голос его был наполнен недоверием.- Но как мог он погибнуть? Что за враг смог одолеть пятерых Адептус Астартес и нанести такие раны?
- Никакой, кроме, пожалуй, одного, чье имя – «сомнения», - произнес Саммаил, склонившись над телом технодесантника. Кончики латных перчаток погибшего космодесантника отсутствовали, словно начисто срезанные, а раны – обожжены. Перевернув руку технодесантника, он увидел расплавленную спираль на ладони. Великий магистр осмотрел трупы остальных и нашел похожие следы. Крошечные шарики расплавленного металла и керамита покрывали внутренности возле ран на груди. Заключение, к которому он пришел, было просто невероятным, и магистр решил не озвучивать его, ища другое объяснение.

Пока Саммаил размышлял о значении своей находки, Харахил обследовал остальные тела, стянув саваны, чтобы выявить обстоятельства смерти. Не было никаких признаков гниения, кожа и плоть остались неповрежденными, словно крепость была полностью стерильна.

- Новобранцы и служки, - сообщил библиарий, идя вдоль линии тел. – Ножевые раны, следы от болтов. Ох... – Харахил покачал головой и взглянул на Саммаила. Великий магистр не мог видеть лица своего спутника, но поза эпистолярия выражала глубокую скорбь. Зрелище подобного поведения у ветерана вроде Харахила словно подтачивало решимость великого магистра. – У подростков сломаны шеи.
- Космические десантники сами лишили себя жизни, - объявил Саммаил, поднимаясь. Это откровение было столь же тревожное, но хотя бы отвлекло внимание двух других Темных Ангелов от созерцания мертвых послушников. – Мелтабомбы, активированные у нагрудной пластины.
- Но зачем? – Мальцифер озвучил вопрос, терзавший Саммаила с момента входа в часовню. Вся ситуация выглядела совершенно бессмысленной.
- Разве я могу вопрошать у мертвой плоти и разбитых доспехов? – отрывисто ответил Саммаил, его тревога добавила словам резкости. Он тут же пожалел о сказанном, не желая показать слабость перед лицом своих спутников. – Прости, брат. Мне нечего сказать сверх того, что ты и сам знаешь.
- Прости и ты меня, - ответил Мальцифер. – Наши находки просто не поддаются рациональному объяснению.
- И становится еще запутанней, - заявил Харахил, сняв саван с тела космического десантника, под которым обнаружились белые доспехи апотекария. У туловища отсутствовала голова, шея оканчивалась лишь обугленным обрубком.
- Брат Нестор, - сказал Саммаил, вспомнив имя после небольшой заминки. – Он был апотекарием гарнизона. Обязательная должность, если проводишь набор рекрутов.
- Кроме того, - тихо сказал Мальцифер, - Писцина была выбрана одним их секретных хранилищ геносемени ордена.
- Нестор был ген-хранителем?- Саммаил знал о тайниках с геносеменем, расположенных вне Башни Ангелов, на нескольких рекрутских мирах Темных Ангелов, чтобы обеспечить появление будущих поколений воинов, если с крепостью-монастырем ордена случится нечто ужасающее. Как бы то ни было, лишь небольшое число членов Внутреннего Круга знало расположение таких хранилищ и имена ген-хранителей апотекариона, что приглядывали за ними. – Это не упоминалось в докладе.
- И не будет упоминаться, - произнес Мальцифер извиняющимся тоном. – Эта тайна тщательно охраняется, вплоть до изъятия из документов командования.

Ничего не отвечая, Саммаил осмотрел останки Нестора. За исключением отсутствующей головы, на теле не было других повреждений. Броня вокруг раны сильно обуглилась, краска облезла, а керамит был проплавлен на несколько слоев.

- Если не брать в расчет все прочие обстоятельства, я бы сказал, что это жертва взрыва, что мы обнаружили в зале у врат. Единичный заряд плазмы прямо в голову.
- У технодесантника был плазмопистолет, - указал Мальцифер, доставая оружие из кобуры, висевшей на поясе мертвого Темного Ангела. Капеллан быстро осмотрел его, оранжевый символ ожил следом за взвывшими элементами питания. – Судя по всему, израсходован лишь один заряд. Резерв батареи составляет девяносто процентов.
- Не надо спрашивать об очевидном, - сказал Саммаил, прежде чем кто-либо задал вопрос: почему же технодесантник застрелил брата-апотекария. – У нас есть лишь одна надежда на разгадку этой головоломки. Нужно открыть хранилища и просмотреть боевые доклады и записи в поисках дополнительной информации. Хотя я бы не стал сильно на них рассчитывать.

 

Слова брата Борея

Как только Мальцифер получил доступ к записям, зазвучал голосовой журнал записей. Саммаил был удивлен, а также обрадован тем фактом, что он не доверил обследование крепости никому из воинов за пределами Внутреннего Круга. Ибо вскрылись откровения, не предназначенные для ушей младших чинов.
Голос покойного капеллана Борея, лившийся из решетки динамиков главного информационного терминала хранилища, был спокоен и вдумчив.

- Говорит капеллан-дознаватель Борей из императорского ордена Темных Ангелов, - зазвучала запись. – Это мое последнее сообщение с Писцины в качестве командующего Темными Ангелами в данной системе. Наш старинный противник нанес удар по нашему ордену. Заклятый враг нанес нам тяжелые повреждения. Мы оказались впутаны в заговор, который выходит за рамки нашего понимания. События, о которых я говорю, простираются вне этой планеты, вне дальних углов это звездной системы. Великие и темные силы творят свои дела. Я вижу, как их рука манипулирует нами, склоняя к своим испорченным целям.

Когда Борей сделал паузу в своей речи, Мальцифер остановил воспроизведение, обернувшись к Саммаилу.

- Это что, исповедь? – недоверчиво спросил капеллан.
- Давай узнаем, - ответил Саммаил. Он жестом приказал продолжить проигрывание записи.
- Десять тысяч лет мы искали искупление, - теперь в голосе Борея зазвучала импульсивность, оживающие жгучие слова пронзали Саммаила до глубины души.

– Мы преследуем тех, кто опозорил наше братство в тот час, когда до величайшего триумфа было подать рукой. Это был тяжкий, непростительный грех, который должен быть искуплен. В этом нет никаких сомнений. Но в эти последние дни проявился грех, что еще серьезней. Это грех невежества. Это грех повтора ошибок прошлого.

Великий магистр взмахнул рукой, прося Мальцифера приостановить запись, встревоженный сообщением мертвого капеллана. Много десятилетий Саммаил охотился на Падших, за каждой уликой, каждой наметкой, что могли привести его и остальной орден к цели: поимке одного из Темных Ангелов, что выступили против своего примарха десять тысяч лет назад. Это было чудовищное бремя – знать о позоре ордена и истинных причинах его поступков, однако это же и гарантировало доступ к таким тайнам лишь избранных воинов, с непревзойденной волей и преданностью Темным Ангелам. Капелланы-дознаватели были неотъемлемой частью охоты и обладали самой несгибаемой силой воли во всем ордене, за исключением, пожалуй, самого верховного великого магистра. Слушая голос покойника, слыша речи капеллана, что ставили под сомнение все то, чему учил орден, магистр испытывал такую боль, какую не способен был причинить ни один живой противник.

- Здесь не место и не время, - сказал он. – Если всё услышанное нами правда, мы должны дождаться прибытия остального ордена. Здесь на лицо все признаки ереси, глубже которой мы еще не встречали.
- Ты думаешь, брат Борей предал нас? – Мальцифер покачал головой. – Тогда ты услышал иные слова, нежели я. Это не исповедь, это предупреждение. Если мы хотим узнать, что же погубило наших братьев, надо дослушать запись до конца.

Глубоко внутри Саммаил понимал, что не хочет слушать продолжение. Обсуждение ошибок запустило цепочку мыслей, ведущих к страшным выводам. Обнаружил ли Борей нечто ужасающее внутри ордена, и означало ли это еще один раскол между Темными Ангелами? И если даже святость капеллана была под сомнением, было ли благоразумным дать услышать его слова Харахилу и Мальциферу? Саммаил не был уверен, что даже ему стоит слушать эту речь. Слова несли в себе идеи, а идеи могли посеять сомнения. Сомнения, которые, очевидно, заставили гарнизон крепости сражаться друг с другом.

Скрытый шлемом, он закрыл глаза, пытаясь принять сказанное Мальцифером, затем, нехотя, взмахом приказал продолжить воспроизведение.

- Я спрашиваю себя: что значит быть одним из Темных Ангелов? Охотиться на Падших, преследуя тени в самых мрачных местах галактики? Продолжать поиски любой ценой, отказавшись от всех клятв и обязательств? Лгать, скрывать и вести интриги, чтобы никто не узнал о нашем позоре? Держать наших братьев в неведенье своего прошлого, своего наследия, что все мы разделяем? Или же это значит быть космическим десантником? Следовать по тому пути, что избрали для нас Император и Лев ЭльДжонсон в момент основания великого Империума человечества? Защищать людей, уничтожать чужих, очищать нечистых?

Слыша подобные осуждения от одного из тех, кто был его братом, опасения Саммаила сменились жгучей обидой. Вскоре стало понятно, что Борей не считал Падших болезнью, поразившей галактику. Каким-то образом моральное разложение коснулось капеллана, исказив его взгляд на дело Темных Ангелов. Отброшенные в сторону торжественные скрепляющие клятвы говорили о разуме, блуждающем в потемках.

Несчастное зрелище мертвых космических десантников, лежащих наверху, навевало печаль, однако откровения Борея превратили ее в гнев; гнев на то, что капеллан обманул подопечных, смотревших, что искали в нем лидера; обманул настолько, что это привело их к самоубийству. Запись продолжилась, но Саммаил с трудом воспринимал слова, его внимание привлекла оживленность в голосе мертвого капеллана, граничащая с маниакальностью. Противоречие между словами Борея и преступлениями, в которых он был повинен перед братьями, говорило о глубоком лицемерии.

- Наши поступки должны быть подобны светочу во тьме, что укажет путь другим. Мы воины Императора, стражи человечества. Робаут Гиллиман называл космодесантников «звездами, что сияют на небосводе битвы, нетронутые тщеславием». Однако мы, Темные Ангелы, совершили тяжкий грех. Мы поставили свои заботы превыше нашего долга. Мы утаили наши традиции, спрятали наше реальное прошлое за маской легенд и мистики дабы обмануть посторонних. Мы не «сияющие звезды», мы – опустошенная тьма, блеклая тень, что служит лишь собственным замыслам.

Когда запись вновь продолжилась, Саммаил уловил усталость в голосе. Речь вновь стала спокойно и мягкой. Тон был полностью отрешенный, указывая на то, что Борей сошел с пути Темного Ангела. Ни один истинный воин, знавший о самопожертвовании Льва, не мог быть утомленным от охоты на предателей. Из всего того множества грехов, что, похоже, совершил капеллан, этот упадок духа являлся самым тяжким в глазах Саммаила. Космический десантник, обладающий большей стойкостью, должен преодолеть возникающие сомнения и оставаться твердым в убеждениях своего ордена.

- Запись этого сообщения является полным докладом о катастрофе, произошедшей с Писциной и нами, - трое Темных Ангелов обменялись взглядами, и Мальцифер склонился над рунной панелью, быстро нажимая на клавиши в поисках отчета. – Я беру за это ответственность. Наш враг слишком хорошо нас знал. Как и демонстрирует этот заговор Падших, мы стали собственным проклятием. Все находки вели нас к этому событию, и не осталось больше дел, что мы должны завершить. Десять тысяч лет назад наша душа была расколота. Мы убедили себя в том, что есть темная и светлая половины. Но я выучил горькую истину, и она гласит другое. Мы уверовали в утешительную ложь, которая ограждала нас от исполнения долга, и мы не задавали вопросов, ответы на которые страшили нас. Ибо нет света и тьмы, а есть лишь оттенки сумрака.

Саммаил уже услышал достаточно, и хотел было уже начать просматривать сопутствующие записи, содержащие полный отчет о событиях, но сообщение Борея вдруг продолжилось.

- Если и была когда-то возможность искупить нашу вину, она осталась за рубежом десяти тысяч лет. Десять веков надежда на эту возможность вела нас вперед, и вместе с тем разъедала изнутри. Пока жив хоть один Падший, наши души не обретут покой.

Эти слова звучали так знакомо. Причины, что направляли его и привели к должности великого магистра Крыла Ворона. Но из уст Борея они были подобны проклятью. Интонация капеллана снова возвысилась, стала более страстной, и даже отчаянной, если такое вообще возможно для Темного Ангела.

- Но обретем ли? Если нет, значит искупление никогда не наступит, и стремления наши будут пустыми, а достижения – напрасными. Я молю вас не допустить этого. Мы своершает абсолютную жертву ради народа Писцины и спасения нашего будущего. Не позвольте смерти моих братьев стать напрасной.

Запись зашипела, и вскоре зал погрузился в тишину. Саммаил сомкнул пальцы, скрывая волнение, однако Борей еще не закончил. Снова послышалась речь, голос капеллана был чуть слышнее шепота, словно их произносили, плотно стиснув зубы.

- У меня есть еще одно послание. Ступайте темной тропой мимо комнат допроса, мимо катакомб самых глубоких камер. Зайдите в одиночную камеру в сердце Скалы и скажите ему следующее: «Ты был прав».

С коротким гудком запись окончательно оборвалась. Саммаил резко выдохнул, не заметив, что задержал дыхание. Последние слова капеллана держали его в напряжении. Он взглянул на Харахила, взгляд библиария был устремлен в пол, а руки свкрещены на груди.

- Не слишком-то обдумывайте слова еретика, - предупредил Саммаил. – Глупо давать прибежище его лжи в своих мыслях.

- Именно этим и должен заниматься капеллан-дознаватель, - тихо ответил Мальцифер, - каждый раз и все то время, что он пытается заставить Падшего раскаяться. Похоже, что Борей получил душевную рану задолго до прибытия на Писцину.

- Что он имел ввиду? Насчет одиночной камеры? – спросил Харахил. – Кто оказался прав?

Саммаил взглянул на Мальцифера, выпрямившегося от прозвучавшего вопроса. Капеллан бросил короткий взгляд на великого магистра, незаметно качнул головой и вернулся к терминалу, оставляя возможность отвечать Саммаилу. Однако великий магистр Крыла Ворона не мог сообщить один из величайших секретов Темных Ангелов обычному эпистолярию, подобным правом обладал лишь верховный великий магистр или магистр святости. Если и было знание, способное целиком разрушить веру в орден, это было именно оно, Саммаил не мог даже заставить себя думать об этом.

- Один из Падших, которого Борей допрашивал, скорее всего, - солгал Саммаил, стараясь прозвучать равнодушно. – Сомневаюсь, что это имеет значение.

К счастью, следующий вопрос Харахила был прерван срочным сигналом по каналу роты.

- Говорит сержант Касиил. К нам приближается вероятный противник.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.