Помощничек
Главная | Обратная связь

...

Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Спуск «Громового ястреба»



Роман из цикла «Warhammer 40 000».


Крыло Ворона.


Наследие Калибана. Книга первая.


Гэв Торп

 

Идёт 41-е тысячелетие. Вот уже более ста веков Император неподвижно восседает на Золотом Троне Земли. По воле богов он является Повелителем Человечества и правит миллионом миров благодаря мощи своих неисчислимых армий. Он - гниющий труп, чьи незримые муки продлеваются загадочными устройствами Тёмной эры технологий. Он - Разлагающийся Властелин Империума, которому каждый день приносят в жертву тысячу душ, что не дает ему умереть в полном смысле слова.
Но даже в своем бессмертном состоянии Император продолжает стоять на вечной страже человечества. Психическое воплощение воли Императора проявляется в виде света Астрономикана, озаряющего боевым флотилиям путь в кишащем демонами варп-пространстве, которое предоставляет единственный возможный способ перемещения меж удаленных звезд. Огромные армии сражаются во имя Него на бесчисленных мирах. Величайшими из Его солдат являются Адептус Астартес - космические десантники, биоусовершенствованные супервоины. Но кроме них существуют еще и другие легионы защитников: Имперская Гвардия и многочисленные силы планетарной обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус – и это лишь немногие перечисленные. И даже несмотря на всю их многочисленность, их едва хватает, чтобы сдерживать постоянный натиск со стороны чужаков, еретиков, мутантов и других еще более жутких созданий.
Быть человеком в такие времена - значит быть одним из бесчисленных миллиардов. Жить при самом жестоком и кровавом режиме, какой только можно вообразить. И это как раз истории о тех временах. Забудьте о силах технологии и науки, ибо это все уже забыто и вряд ли будет переучено. Забудьте о напророченном прогрессе и общем взаимопонимании, ибо во мраке далекого будущего есть только война. Нет мира среди звезд, а есть лишь вечность резни и бойни под хохот кровожадных богов.

Адрия Преторис.

 

 

Преображение ветерана

Как умер Лев?
Это был простой вопрос, невинно оброненный, и брату Аннаилу хотелось знать, почему за более чем четыре сотни лет служения ордену Темных Ангелов он не пришел ему в голову раньше. Этот вопрос двигал им на пути от штурмового отделения пятой роты к месту во второй, в славном Крыле Ворона, где он и обрел правду.
Гор, архипредатель, трижды проклятый, убил примарха Темных Ангелов.
Так сказал брат Мальцифер, капеллан Крыла Ворона, когда Аннаил был принят в ряды второй роты. Он сразу понял, почему эти сведения так строго охраняются; весть о том, что Темные Ангелы оказались на грани уничтожения благодаря другим космическим десантникам, стала бы тяжким испытанием. Он знал, что всегда, даже среди Адептус Астартес, находились бесхребетные, что готовы поставить свое «я» и свои амбиции превыше зова долга и клятв верности Императору.
Восемь раз довелось ему сражаться с подобными еретиками, верша над ними правосудие смерти при помощи пиломеча и болт-пистолета, но никогда не мог он даже вообразить всех тех ужасающих искушений, что способны увести славных воинов с пути служения Императору.
Со слезами внимал Аннаил Мальциферу, когда тот рассказывал историю Ереси Гора, разрушительной гражданской войны, что грозила уничтожить едва народившийся Империум. Темные Ангелы, первый легион, величайшие воины Императора, выступили против того зла, что породил Гор и примархи, прельстившиеся его сладкоречивыми обещаниями, и в итоге одержали победу. Но она досталась ужасной ценой, и Лев Эль’Джонсон, примарх Темных Ангелов, отдал жизнь, чтобы сразить врага.
Теперь, когда он был частью Крыла Ворона, для Аннаила стало долгом нести в себе эти знания и хранить их в сердце, словно священный огонь, который придаст силы руке, сжимающей меч, и распалит отвагу в битве. Вооруженное таким осознанием, это и было Крыло Ворона - разыскивающее предателей, отринувших Императора, чтобы те ответили за свои прегрешения. Будучи космическим десантником Темных Ангелов, Аннаил никогда не испытывал недостатка в своей уверенности, отваге или мужестве, но, став избранным воином Крыла Ворона, он гораздо острее ощутил всю значимость осторожности и единства братских уз.
Когда на ударном крейсере "Безжалостное Правосудие" повторно прозвучал корабельный ревун, напоминая о близящемся наступлении, Аннаил предавался размышлениям о самопожертвовании Льва, и он знал, что готов принести аналогичную жертву для защиты ордена и владений Императора. Его бытие являлось не обыденной жизнью, но орудием воздаяния Темных Ангелов своим обидчикам.
Размышляя о переменах, произошедших с его взглядами, Аннаил продолжал предбоевую подготовку. Он уже целиком облачился в свои доспехи, позволяя специалистам из числа технодесантников совершить подношения Богу-Машине, прежде чем воссоединиться со своим скакуном.
Этот механизм, нареченный "Мрачной Тенью", был таким же символом его принадлежности к Крылу Ворона, как и эмблема наколенника, и знаки на наплечнике. В роте скаутов он был приучен чтить свое оружие и доспехи, и они прослужили ему четыре сотни лет. Ныне это уважение распространялось и на его боевого коня, и Аннаил был прилежен в нанесении масел на двигатель и рессоры, и искренен в посвящениях духу мотоцикла.
Это был добрый скакун, имевший не менее славную историю, чем его собственная. В ламповом желтом свете абордажного отсека финифтевый черный щиток обтекателя поблескивал после полировки, которой он сам занимался еще час назад. Служка из арсенала осматривал патронную ленту спаренных болтеров, установленных на передней части обтекателя над рулем, бормоча при этом молитвы от заедания и осечек.
- Ты взволнован, брат? - с неизменной примесью лодерийского акцента, голос Заралла узнавался безошибочно. Аннаил оглянулся и увидел своего брата по эскадрону, стоящего позади "Мрачной Тени" и державшего в руке шлем, что позволяло рассмотреть черты его лица. У Заралла был массивный подбородок и крупные щеки, приплюснутый нос и ярко-голубые глаза, голову, остриженную почти на лысо, покрывала седина. Его черный доспех украшали печати чистоты и благочестия - полоски пергамента, прикрепляемые красным воском, на которые были нанесены священные клятвы и писания ордена. Всего существовало двадцать восемь видов печатей, и каждая из них вручалась великим магистром капелланов, Шафаном, за героические свершения и чистоту веры; Аннаил получил шесть и был старше Заралла на сто пятьдесят лет.
- Меня всегда волнует зрелище столь целенаправленных усилий, - произнес Аннаил, поднимаясь. Заралл недоверчиво вскинул брови, и воин оставил попытку выглядеть беззаботно. - Ну ладно, я ощущаю себя как перед первой высадкой в качестве полноценного боевого брата. Будто и не прошло четырех сотен лет.
- У тебя добрый скакун, соответствующий всем техническим требованиям. Нет никаких причин для беспокойства, - сказал Заралл.
- Я не говорил, что беспокоюсь, - ответил Аннаил. Он похлопал по седлу "Мрачной Тени". - Я сказал, что взволнован. Я обучен образу действия и маневрам эскадрона. Я не сомневаюсь, что исполню долг с честью и отвагой.
- Конечно, но ты ведь получил благословение на первую совместную высадку, - сказал Заралл. - Великий магистр Саммаил лично возглавит атаку. Не сомневайся, он будет присматриваться к своим новобранцам.
- И он останется доволен увиденным, - уверил космодесантника Аннаил. - Это сержант Кассиил попросил тебя удостоверится, что я осознаю всю важность моего «первого выступления»?
- Ничуть, брат, - сказал Заралл. Космический десантник улыбнулся, осознав навязчивость своих вопросов. - Не сочти за неуважение. Я хотел лишь обратить на это внимание и сказать, что рад видеть тебя в качестве брата по эскадрону. Император по праву соблаговолил тебе войти в число лучших.
Аннаил пожал протянутую ладонь, принимая извинения и хвальбу. Не в привычке Темных Ангелов испытывать гордость, но он почувствовал немного удовлетворения от доверия со стороны боевого брата.
- Мы стяжаем славу для эскадрона и роты вместе, - произнес Аннаил. Еще одна облаченная в доспехи фигура появилась позади Заралла. - Брат Аратон, слышал ли ты что-нибудь о времени высадки?
- Сержант Кассиил по-прежнему на инструктаже у верховного магистра Саммаила, - ответил тот. Обойдя Заралла, он пристально осмотрел мотоцикл Аннаила, его наметанный глаз мгновенно подмечал все детали. В отличие от Заралла, у него были более тонкие черты, он носил волосы до плеч, обладал царственным носом и темно-голубыми глазами. - Ты все еще не откалибровал прицельный комплекс, брат.
- Я как раз собирался этим заняться, - ответил Аннаил, решив, что со стороны Аратона это скорее проявление наблюдательности, нежели критика.
Он перекинул ногу через седло "Мрачной Тени" и активировал панель управления, расположенную под спаренными болтерами. Экран ожил, загоревшись зеленым светом и показывая выбор опций сканера. Аннаил субвокально вывел целевой дисплей на линзу правого глаза и активировал связь между доспехом и машиной. После небольшого всплеска помех, данные из комплекса мотоцикла начали передаваться на его авточувства, и половину обзора Аннаила заслонило схематическое изображение палубы сбора, на котором красными светящимися рунами было отмечено его отделение со своими мотоциклами.
Аннаил отключил связь и слез с седла, снова переключившись на своих спутников. К группе присоединился брат Сабраил, на поножах его правой ноги, среди ряда других боевых отличий, виднелся свеженанесенный белый шеврон. Сабраил в деталях (причем не один раз) поведал ему, как заслужил такую честь в сражении с орками на Пахизисе.
- Не теряй бодрости духа во время атаки, брат, - заявил Сабраил, в голосе сквозила усмешка. Его аристократические интонации - пережиток воспитания этого Темного Ангела среди привилегированных классов Агинор Сигма, стали привычны Аннаилу после перехода в роту. Для него было загадкой, как отпрыск избалованной элиты сумел пройти жесточайшие испытания при посвящении в орден, но Сабраил зарекомендовал себя в десятках битв как умелый, хоть и импульсивный воин, и его имя часто появлялось на страницах Гонорис Регистратум. - И постарайся не свалится с этой славной машины.
- Я буду особенно аккуратен,- парировал Аннаил, задумываясь, как долго новость о его переходе будет служить источником развлечений для братства эскадрона. - Когда вляпаешься в неприятности, что окажутся тебе не по плечу, не беспокойся - я успею тебя вытащить.
Сабраил рассмеялся и направился к собственному мотоциклу, доспех ухитрялся передать свойственную ему легкую походку.
- Прости Сабраилу эту эмоциональность, - сказал Заралл. - Он хороший воин, несмотря на постоянно вызываемое у капелланов недовольство.
- Не стоит слишком уж стараться брать с него пример, - сказал Аратон. - Мы воюем эскадроном. Грань между воодушевлением и безрассудством слишком тонка.
- Не забывайте, что я все слышу по вокс-сети, братья, - раздалось в ухе Аннаила из коммуникатора шлема. - Я в равной степени хорошо знаю, когда нужно напрячься, а когда - расслабится.
Аннаил собрался было ответить, но в канал вклинился голос сержанта Кассиила.
- Погрузка через десять минут, будьте возле скакунов. Итоговый инструктаж через пять. Возрадуйтесь, великий магистр Саммаил счел нас достойными его внимания. Этой чести с лихвой хватит нам всем.
Заралл и Аратон направились к своим машинам, оставив Аннаила заканчивать предбоевой осмотр. Оседлав "Мрачную Тень", он прогнал серию диагностических тестов в системах мотоцикла, все показатели были в пределах допустимой нормы. Он сделал голосовую пометку в боевом журнале, что нужно похвалить технодесантников арсенала за их усердие при подготовке машины для ее нового всадника.
Когда все было готово, Аннаил активировал руну зажигания, и двигатель скакуна с ревом пробудился. "Мрачная Тень" ожил, дрожа от сокрытой внутри мощи. Поддав газу, он проследил за дисплеем производительности и остался доволен исправной работой всех систем. Со временем, не раз говорил ему Кассиил, он сможет по звуку и ощущениям понимать, все ли в порядке с его боевым конем, но до той поры следует полагаться на внутренние системы диагностики, которые оповестят его о малейшей неисправности.
Выжав сцепление, Аннаил позволил "Мрачной Тени" проехать небольшое расстояние. Мощные шины сцепились с сетчатой палубой, из выхлопных труб повалил сизый дым. Он сделал круг и увидел, как его эскадрон выстраивается в шеренгу перед шлюзом в стыковочный ангар.
Ревун прозвучал в третий раз - начался пятиминутный отсчет перед высадкой. Осторожно пристроившись в хвосте эскадрона, Аннаил вновь почувствовал растущее волнение. Это вызвало усмешку, незаметную под шлемом. Его забавляло ощущать себя неофитом, идущим в первый бой.

 

Перекличка

Вторя спокойному голосу великого магистра Саммаила, инструктировавшего своих воинов, палубы ударного крейсера Темных Ангелов «Безжалостное Правосудие» наполнил прерывистый корабельный ревун, оповещающий о наступлении. Все в радиусе двух с половиной километров от корабельных двигателей с ревом пришло в движение, завыли антигравитационные установки. Засвистела гидравлика, когда при помощи огромных поршней истребители, «Темные Когти» и «Нефилимы», отправились из транспортировочных стоек в стартовый ангар, занимавший большую часть внутренности корабля. Под звон цепей и стук пневматики поток специально-спроектированных десантных капсул занял место над зияющими створками отсека.
Дым выхлопных труб лавиной промчался по широким коридорам и достиг металлических площадок смотровых залов; атмосферные рециркуляторы втянули его клубы для переработки остатков минеральных частиц, чтобы несгоревшее топливо не попало в установку очистки и увлажнения воздуха, необходимую для обеспечения жизни на борту космического корабля. Спроектированный для длительного похода, что мог занимать десятилетия, «Безжалостное Правосудие» не тратил ресурсы попусту.
Рев двигателей стал просто оглушительным, когда десять мотоциклетных эскадронов собрались вместе, их сверхплотная резина оставляла следы на железобетонном покрытии коридора. Черны словно сама ночь были эти машины; черны словно ночь были и облаченные в доспехи из толстых, массивных пластин воины, что ехали верхом. Такова была суть силового доспеха космодесантника, он скорее выглядел механизмом словно массивный мотоцикл под ним. Наполовину автоматы, наполовину люди, они были олицетворением императорского мщения.
Каждый всадник нес на себе знаки своего ордена: белокрылый меч на левом наплечнике, эмблема эскадрона и обозначение звания – на правом. На бронированные бока и защиту колес каждой машины была нанесена символика роты. Некоторые были расписаны благочестивыми текстами, которые собственноручно нанесли их всадники. Другие были украшены причудливо изображенными крыльями и перьями белого цвета. Каждый мотоцикл обладал именем, почетно присваиваемым машине оружейниками после сборки. Всадники знали имена и подвиги своих скакунов так же хорошо, как своих братьев, однако тайна имени была открыта лишь самому всаднику и магистру кузни.
В пусковом отсеке «Лендспидеры» плавно скользили к креплениям своих десантных экранов, экипажи и машины были заключены в усиленные пластины из керамита и пластали. Когда десантный отсек распахнулся, предупреждающие огни вспыхнули красным, а воздух внутри пусковых камер вырвался в пустоту вместе с тусклым потоком пара и сверкающего льда.
Когда Саммаил направил своего скакуна к фюзеляжу ожидавшего десантно-штурмового «Громового Ястреба», каждый воин был поглощен задачей, радиосеть хранила молчание. Реликвия родом из древнего прошлого, "Корвекс" был массивным, лучше вооруженным и тяжелобронированным кузеном мотоциклов остальной роты, висящим в нескольких футах над землей благодаря мощным антигравитационным двигателям, чьё устройство не поддавалось копированию технодесантниками ордена. На переднем щитке обтекателя, над полированным изображением распахнувшего крылья гигантского белого орла, была прикреплена Либер Корвус, чьи страницы были исписаны именами воинов Крыла Ворона, что пали в процессе охоты. Силовая установка "Корвекса" приглушенно зарычала, когда гравицикл заскользил вперед, энергия побежала по бронированным кабелям к плазменной пушке и штурмовым болтерам, установленным под обтекателем.
В отличие от остальных машин Крыла Ворона, имя "Корвекса" было широко известно, его история обросла мифами многих магистров Крыла Ворона, что управляли им прежде. И эту родословную, эту легенду теперь продолжал Саммаил.
Саммаил был облачен в черный доспех своей роты, украшенный личной геральдикой в красных и белых цветах, покрытый текстами литаний поминовения и жертвенности. Поверх него была надета белые одеяния ветерана Крыла Смерти, ибо ни один Темный Ангел не может стать великим магистром роты, минуя службу в первой роте. Золоченые черепа и скрученные в свитки награды на его черной как смоль броне свидетельствовали о боях и победах на протяжении веков. С его ранца струилась адамантиевая мантия – белый плащ, в который были вплетены волокна плаща самого Льва.
В транспортном отсеке десантного корабля его дожидались подчиненные из командного состава верхом на своих мотоциклах: ротный капеллан брат Мальцифер, апотекарий брат Гидеон; Ательман и Дедис из почетной стражи, а с ними эпистолярий Харахил в синих доспехах библиариума. Командное отделение вскинуло кулаки, приветствуя своего лидера. За спиной Саммаила поднялась рампа, погрузив их в багряное освещение чрева «Грозового Ястреба».
Ответив на знаки преданности со стороны подчиненных, Саммаил заглушил двигатель "Корвекса", и механизм плавно опустился на палубу. Отреагировав на увеличение веса на борту, появились блокирующие крепления, которые, словно любовник, крепко обняли гравицикл мягкими захватами. Спешившись, Саммаил активировал вокс-передатчик и переключился на частоту флотилии, чтобы все на борту «Безжалостного Правосудия» и его спутника, ударного крейсера «Кающийся воин», могли услышать его речь.
- Воины Крыла Ворона и почтенная братия пятой роты, мы стоим на пороге битвы. Каждый из вас неоднократно доказал значимость для Императора, и ныне нам выпало еще раз исполнить хранимую клятву. В мире под нами подлый мятеж проник, подобно аспиду, в сердца людей, что раньше посвящали свои жизни Императору. Этот змей больно жалит, и глубоко проникает его яд. Лишь обильно пролив кровь можно вырезать эту рану, дабы избавить народ от сей роковой порчи.
-Все мы знаем наше мерило, и все понимаем долг, возложенный на нас. Мы – Темные Ангелы, Первые, мы несем великолепие Императора на своих плечах. В неисчислимых войнах мы одерживали верх над еретиками, чужаками и мутантами, это же случится и сегодня. Правосудие требует от нас добиться искупления за преступления, что вершились против слуг Императора на этой планете. Взгляните на ваши доспехи, что защищают вас, на ваших скакунов, что несут вас, и на ваше оружие, что приносит вам славу. Задумайтесь об этих угнетенных и слабых людях, которых мы избавим от деспотии ереси, и будьте добродетельны в знании, что мы действуем по воле Императора. Лишь в смерти заканчивается служение. Лишь в смерти вершится правосудие.
Саммаил сделал паузу, ожидая, пока хронометр, расположенный на десантной рампе «Громового Ястреба», покажет нужное значение. Когда отсчет на табло завершился и красные цифры окрасились в зеленый, он опустил ладонь на символ аквилы, выгравированном на горжете его доспеха.
- Воины Темных Ангелов! В атаку!

 

Спуск «Громового ястреба»

Сидя на скамье внутри транспортного отсека «Громового ястреба» и заблокировав сервомоторы для надежной фиксации доспеха, брат Телемен ощущал едва заметное раскачивание и удары по корпусу десантного корабля, шумно спускающегося сквозь атмосферу планеты. В бронированном иллюминаторе перед ним виднелось охваченное огнем небо, оранжево-желтый поток залил небеса, когда «Кающийся воин», объятый выхлопами плазмы, достиг верхних слоев атмосферы.
Когда тьма ближнего космоса приобрела голубой оттенок плотной атмосферы, Телемен сумел мельком увидеть десантные капсулы, проносящиеся мимо подобно темным пятнам, а также очертания других «Громовых ястребов», снижающихся на планету. Медленно отведя взгляд от этого волнующего зрелища, Телемен перевел внимание на болтер, покоящийся у него на коленях. Вокруг него соратники из трех взошедших на борт отделений также завершали последние приготовления. И хотя он трижды исполнил ритуалы перед посадкой в «Громовой ястреб», Телемен отсоединил магазин и еще раз проверил чистоту окна ствольной коробки. Он ослабил фиксирующие штифты и, приблизив изображение при помощи авточувств, стал искать небольшие частицы грязи, что могли попасть туда из-за выхлопного дыма машин Крыла Ворона. Убедившись в чистоте оружия, он вставил магазин на место.
- Будем надеяться, Крыло Ворона оставит нам парочку врагов, - произнес он, повернув голову направо в сторону сержанта Аманаила.
- Вторая рота не славится своей щедростью, - ответил тот, - Нам остается только пожелать, чтобы противник проявил благоразумие и удрал после их в атаки прямиком в наши смертельные объятия.
Я убежден, что все будет в точности так - сказал брат Кадаил, сидевший слева от Телемена, - Эти мятежники в глубине души - трусы. Они обратятся в бегство при первых признаках возмездия. Людям без веры не хватает истинной убежденности в их намерениях.
- А мы не будем колебаться в своих, – добавил Телемен, - Мне недостает семнадцати убийств, чтобы стяжать славу Первого Стрелка. Мне кажется, я смогу совершить их еще до окончания миссии.
- Эта честь принесет добрую славу всему отделению, - сказал Аманаил. В его голосе слышалось благодушие, - Однако не думай, что мы подарим тебе возможность стрелять по своим мишеням.
- Не волнуйся, как только я завершу свой счет, то постараюсь оставить нескольких мятежников, чтоб ты смог попрактиковать свое мастерство, - со смехом парировал Телемен, - Мой триумф будет усмиряться осознанием того, что в случае промаха шанс уничтожить цель представится тебе, и, возможно, в один прекрасный день ты достигнешь моего уровня.
- Не слишком-то доверяй умениям, основанным на возможностях твоего шлема, - предостерег брат Дэллон, давно считавший непревзойденную меткость Телемена скорее результатом работы превосходной оптики его боевой экипировки, чем сочетанием долгих часов стрелковой подготовки и холодной головы.
- И не рвись заполучить награды, не обращая внимание на остальную битву, - добавил Аманаил с мягким предостережением в голосе.
- Оставь сомнения, брат-сержант, - сказал Телемен. Он поднял правую руку, показывая отделанный серебром крылатый меч с красной звездой на клинке, - Я не добавлю сюда лавровый венок в ущерб долгу. Я не желаю, чтобы эта награда была выгравирована на моем надгробии вместо того, чтобы красоваться на доспехе.
Инфоэкран, мерцая, ожил в начале отсека, прекратив беседу. На дисплее появилось изображение Адрии Преторис , удерживаемый мятежниками город, являющийся целью атаки Темных Ангелов. Появился крупный план, и изображение переместилось к его восточной части на позиции участников восстания, представлявшей собой серию укрепленных особняков на окраине города. Во время отсутствия командующего роты, великого магистра Задакиила, руководить пятой ротой в миссии доверили сержанту Серафиилу, самому старшему на данный момент воину. Именно его голос прозвучал по комм-сети, повторяя инструктаж, проводившийся на борту «Кающегося воина».
План боя был простым, но доказал свою эффективность в прошлых бесчисленных совместных кампаниях ордена. Темные Ангелы пятой роты высаживались под покровом тьмы, на северных и западных рубежах атакуемых строений, где создавали укрепленный плацдарм. Крыло Ворона собиралось на юге и востоке, а затем атаковало с рассветом, направляя врага к Телемену и его собратьям-космодесантникам. Потрясение от штурма Крыла Ворона и его скорость с легкостью переламывали боевой дух противника, а последующее беспорядочное бегство выживших вело их под дула ожидающих Темных Ангелов. Если Крыло Ворона встречало упорное сопротивление и их атака стопорилась – редко повторяющийся случай в опыте Телемена – воины пятой роты покинут свои позиции и зажмут противника в клещи.
После того как каждый сержант доложил о планах развертывания и диспозиции каждого отделения, руны на схеме загорелись, обозначая позиции каждой группы воинов. Телемен отметил, что он вместе с третьим отделением будет на западном рубеже, прикрываемый с фланга только опустошителями сержанта Атраила. Это была опорная позиция, прикрывающая фланг войск и служившая доказательством уважения их решимости со стороны сержанта Серафиила, раз им доверили такую важную роль, однако Телемен посчитал, что шансы снискать честь Первого Стрелка упали – самое жестокое сражение будет в центре.
Снаружи небо вновь потемнело, когда звено «Громовых ястребов» минуло терминатор и окунулось в ночь. Сигнал боевой готовности на дисплее шлема Телемена уведомил его, что осталось пятнадцать минут до посадки. Все данные разведки говорили о том, что мятежники не обладали системами слежения дальнего радиуса действия, и появление десантных кораблей останется незамеченных, но всегда оставался риск, что наблюдательные пункты могут увидеть следы от двигателей в верхних слоях атмосферы, не спутав их с падающими звездами. Место высадки следовало считать враждебным, пока оно не будет взято под контроль, и ударные силы с момента приземления будут в состоянии боевой готовности, ожидая вражескую атаку.
- Позволим Крылу Ворона по их обыкновению с ревом промчаться мимо нас, - подытожил Серафиил, - Мы с радостью уступим им звание молота, ибо молот бесполезен без наковальни, что дает ему возможность нанести удар. Оставайтесь верными своим клятвам и нашим братьям, и мы вернемся к великому магистру Задакиилу с новой наградой, что украсит боевой штандарт пятой роты.
- Хвала Льву! – Телемен присоединил свой голос к освященному веками хору, которым завершался инструктаж, - За Императора!

 

 

Первая высадка

Постройки мятежников, что расположились на трех холмах, представляли собой крепости серого цвета, обнесенные стеной и окруженные башнями, что соединялись между собой закрытыми траншеями. Целостность стен нарушали видневшиеся огневые точки, автодорожные мосты между ними блокировали защищенные пропускные пункты.
Когда зашедшееся зарево рассвета показалось над вершинами стен самой восточной крепости, на цитадели Адрии Преторис ярость Темных Ангелов обрушилась, подобно бури, что посылается в отмщение за грехи. Боевые корабли спикировали с небес на постройки, словно ураган из туманных лезвий на фоне позолоченных облаков.
За истребителями следовали «Громовые ястребы» с фюзеляжем черного цвета, реактивные струи плазмы искрились в лучах рассвета. Вокруг них на большой скорости спускались десантные капсулы и «Лендспидеры» с защищенными для высадки кабинами.
Тормозные двигатели десантно-высадочных средств полыхнули огнем, вслед за ними с неба потянулись размытые темные полосы, обрушившиеся на стены зданий: высокоскоростные боеприпасы бомбардировочных орудий ударного крейсера. От ударов снарядов в воздух взметнулись осколки камней и железобетона, цитадели окутало облако распыленной каменной кладки.
Ударная волна от бомбардировки с корнем вырвало деревья, росшие вдоль дорог, взбудоражив холмы и хлестнув по орудийным окопам и щелям бункеров, кромсая их изнутри шрапнелью и осколками. Выжившие получили разрыв барабанных перепонок и компрессионный удар, обрекающий их на медленную смерть от внутреннего кровотечения и повреждения органов.
Щебень и булыжники, словно дождь, обрушились на склоны холмов, оглушительный взрыв прокатился через всю Адрию Преторис, заставив стаи птиц взмыть над городом.
Огонь ракетных установок и боевых орудий вспахал траншеи, когда авиация Крыла Ворона начала стрелять на бреющем полете сквозь знойное облако, что накрыло постройки. В сердце ближайшего форта появились разрывы от снарядов и лазерного огня, когда стрелки обнаружили свои цели при помощи тепловых сканеров и высокочувствительных сенсоров антенн.
В небе над всем этим опустошением от падающих «Лендспидеров» отделились остатки абляционных десантных платформ. Спускаясь на антигравитационных двигателях, летательные аппараты закружили по спирали вокруг приземляющихся «Громовых Ястребов», изрыгая огонь штурмовых пушек и тяжелых болтеров. Спидеры класса «Мщение» извергли потоки плазменного огня на укрытые завесой дыма стены, в то время как ракеты «Тайфунов»* обрушились на железобетонные заграждения.
Когда «Лендспидеры» замкнули построение, спуск начали «Саваны тьмы». Модификация стандартного шасси «Лендспидера», каждая подобная антигравитационная машина несла на себе покрытую сколами старинную статую из крепости-монастыря ордена. Священные фигуры в капюшонах сверкали от наполнявшей их силы, целые бухты кабелей посылали зарождающуюся энергию варпа сквозь загадочные генераторы, которые вырабатывали тьму, скрывавшую все вокруг. После того, как они присоединились к атаке, точку высадки окутала завеса, создаваемая «Саванами тьмы», укрывая окруженных струями плазмы «Громовых Ястребов» в момент приземления.
Защищенные от атак благодаря стрельбе своих братьев и завесе от генерирующих тьму «Лендспидеров», мотоциклетные отряды второй роты произвели высадку и помчались прочь от десантно-штурмовых кораблей. К эскадронам были прикомандированы двухместные ударные мотоциклы, их тяжелое вооружение было нацелено на крепость мятежников. В небе над ними три «Темных когтя» взяли курс на базу, осыпав из своих болтеров системы "Ураган" потоком огня бунтовщиков, пытавшихся собраться на валах от разрушенных стен. Истребители «Нефилим» промчались над постройками, их оружейные системы «Мститель» обстреливали продольным огнём разрывных болтов открытое пространство между стеной и внутренней цитаделью, в то время, как ракеты «Черный меч» пронеслись из-под их крыльев, превращая внутренний двор в огневой мешок.
Штурмовая рампа «Громового ястреба», несшего эскадрон Аннаила, с шумом обрушилась еще до того, как корабль сотрясся от приземления. Космический десантник увидел ало-розовое небо, очерчивающее контуры холмов, чрез которые вилась полоса дыма, стремительно затмевая свет зари. Ближайшая цитадель была на расстоянии двухсот метрах, массивная брешь в наружной стене напоминала щербатую улыбку.

- Максимальная скорость, - приказал Кассиил.

Через несколько секунд они бросились с рампы. Первым высадился сержант, дым от выхлопов его мотоцикла заполнил десантный корабль, когда за ним последовали Аннаил и Заралл. Сабраил и Аратон прикрывали тыл. Достигнув земли, эскадрон развернулся в V-образное построение, чтобы избежать грязи и камней, выбрасываемых при движении другими мотоциклами. Двигатели издали рык, когда мотоциклы устремились к проделанному бомбардировкой пролому. Через мгновенье после их отбытия, «Грозовой Ястреб» полыхнул плазмой снова, и, окутанный огнем, начал взлетать, его оружие в любой момент было готово обеспечить огневую поддержку.
Когда он бросился вверх по склону холма вместе с остальными, взор Аннаила заполонило изображение пейзажа впереди, наложенное поверх обычного зрения. Пыль и дым, словно маскировочное поле «Савана тьмы», мешали нормальному обзору, но для сканирующего комплекса, установленного на «Мрачной Тени», это не являлось преградой. Он управлял мотоциклом легкими движениями, огибая торчащие валуны и груды раздробленного железобетона и высматривая сигнальные пятна красного и оранжевого цветов, обозначавшие источники тепла. Аннаил увидел расплывчатую цветную кляксу посреди руин в проломе, но она оставалась неподвижной, тепло, уходящее из мертвых тел, быстро сменило ее окраску с желтой на оранжевую.
Его доспех с легкостью компенсировал тряску мотоцикла, когда тот прорвался через рухнувшие плиты и глыбы, затем Аннаил глянул по сторонам, выискивая угрозы на вершине остатков стены. Эскадрон «Лендспидеров» заложил вираж в небе над его головой, поднимаясь до высоты крепостного вала, их орудия озарились вспышками огня, обрушивая его на еще не видимого противника.

- Построение «копьем».

Кассиил спокойно отдал приказ, когда ближайший оплетенный тенью спидер отступил для прикрытия второй волны атакующих. Аннаил плавно занял место позади Заралла, когда их отряд сомкнул ряды для преодоления пролома. Он быстро оглянулся, увидев, что эскадрон Черных Рыцарей следует в пятидесяти метрах позади. Элита роты, избранные воины Саммаила, они были вооружены молотами с клювовидным клевцом, отблески плазменного оружия, установленного спереди, сверкали, отражаясь от черных обтекателей мотоциклов. Он мельком увидел их егермейстера, поднявшего свой молот «Корвус», обозначая поворот налево, после чего эскадрон свернул по дуге в черное облако «Савана тьмы».

Всего в двадцати метрах впереди мотоциклы эскадрона сержанта Хефраила преодолевали обвалившуюся каменную кладку, сокрытые в огне и дыму. В сумраке сверкнули дульные вспышки, и Аннаил услышал эхо эскадронных болтеров, отразившееся от разрушенной стены.
Впереди из обзора исчезли Кассиил, а затем и Заралл. Мгновением спустя Аннаил врезался в край воронки и на секунду почувствовал невесомость, когда «Мрачная Тень» оторвалась от земли, рванув с дымящегося откоса. Получив толчок, испытавший на прочность усиленную подвеску скакуна, Аннаил достиг наклонной стороны воронки, забуксовавшие шины, прежде чем восстановить сцепление с поверхностью, вызвали секундный занос в сторону. С трудом вывернув руль, он выправил направление движения, будучи всего в трех метрах позади Заралла.
Взрыв проделал дыру шириной почти в две сотни метров, самую крупную из всех внутри ограждения. Как только эскадрон преодолел брешь, они были встречены ураганом сверкающих выстрелов со стороны центрального укрепления. Раздалось несколько плохо подготовленных залпов, но и тогда, и теперь некоторые из снарядов со звоном отскакивали от доспеха Аннаила и раскосых обтекателей "Мрачной Тени". Более тяжелые, вероятно снаряды автопушек, вздымали клочья земли прямо перед атакующим эскадроном.
Ярко-красная вспышка ударила из огневой позиции на крыше цитадели и опалила эскадрон Хефраила. Установленная на возвышенности, лазпушка своим выстрелом пробила ногу одного из всадников и заставила сдетонировать двигатель его скакуна. Вспыхнуло топливо, послав неудачливого космического десантника в полет после взрыва его мотоцикла.
Возмездие за эту потерю было практически мгновенным. Волна ракет, выпущенных «Лендспидером», устремилась к огневой точке, из которой был совершен выстрел лазпушки, превращая бойницу в дымящиеся обломки. Тяжелый болтер, установленный на другом скиммере, ударил по завалам, делая из раздробленного железобетона смертоносную шрапнель.

- Поворот направо.

Переложив свой вес, Аннаил последовал за Кассиилом и Зараллом, когда они направились вниз по склону в месту рытья траншей. Болтеры сержанта осыпали огнем извилистую дорогу, сражая наповал людей, притаившихся у стены впереди. Замедлив скорость своего мотоцикла около стенки траншеи по правую руку, Аннаил нарушил построение, чтобы убрать Кассиила со своего обзора. Он обнаружил мятежника в серо-зеленой униформе, убегающего, чтобы укрыться в перекрытой щели. Нажав на спусковой крючок, установленный на рукоятке руля, Аннаил выпустил короткую очередь из шести болтов. Вдоль траншеи пронеслись вспышки ракетного топлива снарядов, проделав отверстия в укрепленных древесиной стенах и вырвав из спины человека три куска плоти размерами с кулак.
Аннаил за мгновение промчался мимо, однако он знал, что выстрелы оказались смертельными – ни один обычный человек не выживет после таких ран. Руль мотоцикла завибрировал в его руках, когда космический десантник проехался по неровному деревянному настилу и наткнулся на тела павших от руки Кассиила.
Еще один эскадрон «Лендспидеров», чьи орудия изрыгали смерть, промчался над головой, воздушный поток их реактивных двигателей на мгновение засветил сенсоры «Мрачной Тени». Приборы успели вовремя восстановить работу, указывая на оранжевое пятно в пятидесяти метрах впереди; солдат бунтовщиков подготавливал для стрельбы какое-то тяжелое вооружение. Человек открыл огонь в тот самый момент, когда Аннаил привел в действие свои болтеры. Вылетевшая из пусковой установки ракета с ревом помчалась по траншее в сторону эскадрона, хотя очередь болтов превратила тело стрелка в ошметки.
Ракета пролетела между Зараллом и Аннаилом, взорвавшись от столкновения со стеной слева от Темных Ангелов. Ударная волна окатила Аннаила грязью, осколки зазвенели по его ранцу и левому наплечнику.

- Тебе придется потратить какое-то время, чтоб подкрасить это, - раздался из-за спины голос Сабраила, - Считай это своим первым почетным шрамом.
- Возвращаемся наверх, - приказал Кассиил прежде чем Аннаил успел ответить на реплику.

Эскадрон повернул вверх по уклону, используемому для доставки припасов траншеи, проехав мимо обгорелые трупы полудюжины мятежников, попавших под тяжелый огнемет. Чуть выше места, где велись работы по рытью траншей, в воздухе распустился огненный цветок – это взорвался склад боеприпасов; более мелкие взрывы все еще продолжали рявкать и трещать, когда Кассиил повел свой эскадрон вокруг тлеющих обломков бронированной наземной машины, уничтоженной ракетой «Черный меч», уходя по дуге к главному зданию.
Достигнув открытой местности, Аннаил увидел битву во всей е ярости. Огороженная территория, растянувшаяся на три сотни метров от стены до стены, оказалась покрыта дрейфующим дымом и пеплом. Сумрак рассекли турбулентные конденсационные следы, когда мотоциклы и «Лендспидеры» устремились к главной цитадели. В небе над ними штурмовики и истребители продолжили обрушивать на мятежников огонь, вынуждая тех скрываться внутри испещренных выбоинами строениях и давая возможность остальным частям роты достигнуть противника.

- Боевая скорость, - скомандовал Кассиил, замедляясь в голове эскадрона. Аннаил снизил скорость и взглянул на показания сканера на дисплее. Отклик сообщил о сосредоточении врага в нескольких сотнях метров впереди, заполонившем дорогу к мосту, который вел к следующему комплексу строений; левый фланг оказался нетронутым, и позволял в случае необходимости отступить.
Мчась сквозь смог и огонь, Аннаил был встревожен, кровь бурлила в его теле. За четыре века сражений он бросался в бой, стреляя из люка транспортного «Носорога», он совершал высадку на прыжковом ранце из реющего «Громового Ястреба», но ничего не сравниться с наслаждением во время кавалерийской атаки. Машина под ним была продолжением его доспеха, реагируя на малейшую мысль и прикосновение, амортизируя неровности земли и с легкостью огибая воронки от снарядов и переплетение руин оружейных батарей.

- Да будет мне свидетелем Император, это место для боя! – сказал он остальным.
- Наша свежая кровь наконец-то нашел себе призвание, - ответил Сабраил, - кто бы мог подумать, что эти старые кости могут хранить столь юношеский восторг?
- Вызов славен сей, принести быструю смерть отринувшим Императора, - сказал Заралл, - молитвы многие должны воздать мы в благодарность за это.
- Враг, третий сектор, две сотни метров, - произнес Аратон. Указанная позиция располагалась почти под прямым углом к их нынешней линии атаки, позади передовых подразделений войска.
- Дайте отдых своим языкам и цель своим орудиям, - упрекнул их Кассиил, уводя эскадрон направо.

Аннаил ничего не видел ни на дисплее, ни в обзоре шлема, однако сержант доверился докладу своего брата, не задавая вопросов. Несколько секунд спустя Аннаил уловил проблеск многоствольного орудия под закамуфлированным навесом, которое разворачивалось в сторону передовых эскадронов. Он с восхищением отметил мужество стрелков, остававшихся незаметными, пока свирепость Темных Ангелов не прошла мимо них, хотя и проклинал их за тот выбор, что сделали когда-то мятежники.

- Эта маскировочная сеть должно быть сплетена из какой-то экранирующей материи, - сказал Аннаил, по прежнему не получая никаких данных от сканера мотоцикла. – Как ты разглядел его, брат?
- Сосредоточившись на задаче, а не на болтовне, - ответил Аратон.

Этот своевременный укор сфокусировал мысли Аннаила, заставив вспомнить наставления, которые ему давали в роте скаутов.

- Простите, братья, возможно, нехватка опыта понизила мою дисциплину, - сказал он, ускорившись, чтобы поравняться с Зараллом.

Пушка открыла огонь прежде чем орудия эскадрона смогли быть пущены в ход, выпустив поток лазерного огня в один из эскадронов «Лендспидеров», круживших справа от цитадели. Один из летательных аппаратов окутало дымом, он завалился на правый бок и устремился к земле. Аннаил углядел двух членов экипажа, выпрыгнувших из падающей машины за мгновения до столкновения и серьезно ударившихся о землю, когда «Лендспидер» взорвался от удара о внутреннюю часть стены.

- Отомстим за дух нашего павшего скакуна, - вскрикнул Заралл. Шквал болтов с визгом сорвался с орудий его мотоцикла, ударяясь в бойницу, за которой скрывалась пушка. Взгляд Аннаила упал прямо на одного из стрелков, левый большой палец утопил руну прицеливания. Болтеры, установленные на его мотоцикле, приподнялись и повернулись вслед за его взглядом. Красный захват цели вспыхнул в его поле зрения, в ушах раздался звон. Дульная вспышка осветила перед мотоцикла, когда космический десантник открыл огонь, дух машины «Мрачной тени» удерживал наведение болтеров на цель даже когда мотоцикл подпрыгивал на неровностях, и Аннаил карал налево и направо.
Людей и пушку захлестнул град болтов, разрывая ватники и металл, заливая орудийный окоп кровью и осколками. Аннаил выпустил еще одну очередь для гарантии, кирпичная пыль от амбразуры, куски разорванной ткани и раздробленные кости забрызгали змеевидные силовые кабели мультилазера.

- Враг покинул цитадель, - мягко сообщил великий магистр Саммаил, хорошо слышимый даже в шуме битвы, - Первая волна – окружить и сдерживать. Вторая и третья волны – проследовать через мост. Ожидается незначительное сопротивление.

Эскадрон Аннаила был частью первой волны, их долгом было перекрыть дальнейшее отступление через мост, пока те, кто уже спасается бегством, не объединятся во втором комплексе строений, давая передышку для артиллеристов и прикрытие следующих Темных Ангелов.

- Будьте бдительны, - предупредил сержант Кассиил, - загнанное в угол животное сражается без страха. Эта битва пока еще не выиграна.

 

 

Возмездие

Несмотря на то, что мост был достаточно широк, чтобы по нему в ряд могли пройти три дюжины человек, он все-таки превратился в огневой мешок. Множество мятежников, сбежавших в самом начале атаки, достигло ложного убежища на дальнем конце моста, и те, кто был достаточно мудр, чтобы добыть вездеходы и наземные машины, теперь пересекали полукилометровый пролет. Многие передвигалось пешком. Возможно, злой рок, а может, ошибочная храбрость задержали их на своих позициях на несколько минут дольше, чем более умных, или более трусливых, товарищей.

Ствол штурмового болтера, установленного на скакуне Саммаила, раскалился от стрельбы, и магистр прекратил нести спущенную с привязи смерть скоплению людей, заполонившему мост. Некоторые отчаянные мятежники решили под конец огрызнуться и направили огонь своего оружия на приближающееся Крыло Ворона. Выстрелы вспыхнули позади Саммаила, когда тот направил Корвекса между двумя башнями, охранявшими вход на мост. От вершин этих высоких тридцатиметровых бастионов валил дым, их верхние этажи были покрыты трещинами и сколами от попаданий ракет и боевых пушек. Но самое главное, молчали их пушечные батареи, как и тех, что были в дальнем конце моста.

Командное отделение Саммаила, ревя орудиями, рассыпалось веером по обе стороны от своего лидера. Количество людей впереди сократилось в два-три раза, разрывные болты терзали тела на части. Обнажив свой силовой меч, великий магистр Крыла Ворона обрушился на последние ряды дезертиров. Первому, не имевшему даже времени повернуться, чтобы увидеть приближение своей смерти, он снес клинком голову с плеч. Спустя мгновение, на железобетон с перерубленным позвоночником рухнул еще один мятежник, его отрубленная рука завертелась в воздухе.

Едущий слева от Саммаила эпистолярий Харахил сжимал в руке искрящийся психосиловой топор, на лезвии которого плясал психический огонь. Библиарий всадил оружие между лопаток убегающего мятежника, а затем выдернул топор в тумане дымящейся крови. Рычащие цепные мечи братьев Дедиса и Ательмана кромсали и рвали вокруг Темных Ангелов плоть солдат, когда эскадрон сумел нагнать группу спасавшихся бегством мятежников. Увенчанный аквилой крозиус арканум капеллана Мальцифера каждый раз озарялся мерцанием силового поля, проламывая череп очередному бегущему солдату.
Оповещенный предупредительным сигналом, раздавшимся в его ухе, Саммаил отклонил Корвекса вправо за мгновение до того, как ракета выбила ливень железобетонных осколков из дорожного полотна перед ним. Она вылетела из полугусеничного фургона, стоявшего на середине моста; ошмётки его разбитых в результате попадания гусениц объясняли, почему тот оставался неподвижным.

Новые ракеты с гудение устремились из пусковой установки, расположенной на задней кабине машины, многие из них прошли над головами, разорвавшись между башнями за спиной Саммаила. Одна из ракет сотрясла высокую защитную стену, осыпав Дедиса глыбами зазубренного железобетона. Борясь с непослушным управлением мотоцикла, Темный Ангел свернул прямо на груду тел, застилавшую шоссе. Перемалывая кости и разбрызгивая плоть по железобетону, тяжелый мотоцикл пропахал человеческие останки. Из его поврежденного двигателя потекла струйка дыма.

«Раздери их Лев», - прорычал Дедис, когда его скакун замедлил скорость до полной остановки, в то время как командный эскадрон умчался вперед.
Выбрав вездеход в качестве мишени, Саммаил активировал плазменную пушку, установленную на его боевом коне, в тот самый момент, когда двое солдат орудийного расчета высунулись на крышу фургона, поспешно стараясь перезарядить ракетную установку. Он ощутил вибрацию достигнувших максимума нагрузки силовых катушек даже несмотря на постоянную пульсацию антигравитационных двигателей Корвекса, и нажал на руну активации. Плазменная пушка выплюнула шаровую молнию лазурно-белого цвета, которая спустя пару мгновений врезалась в борт вездехода, вызвав его сотрясение и сбросив с крыши наполовину обуглившиеся остатки орудийного расчета. Спустя еще секунду луч лазпушки от кружащего «Громового ястреба» продырявил бронированную кабину машины.

Потянув на себя рычаги управления, Саммаил взлетел над пылающим остовом вездехода и приземлился уже за ним, прямо в кучку людей, сообразившихся укрыться за машиной. Тело одного из них отбросило в сторону после столкновения с носом Корвекса. Саммаил без размышлений обрушил на мятежников свой меч, разрубая грудные клетки у еще двоих. Остановные стабилизаторы вспыхнули пламенем, когда Темный Ангел рванул своего скакуна вбок и ударил по тормозам, поворачивая того вокруг своей оси, чтобы оказаться напротив троих выживших. Штурмовой болтер прошил линией небольших разрывов борт машины, прежде чем очередь сразила солдат. Сохраняя вращательное движение, Саммаил описал Корвексом полный круг, а затем включил маневровые реактивные двигатели.

Спустя мгновения он воссоединился со своим эскадроном.

Впереди грозно нависала вторая цитадель, на ее светло-серые стены падали лучи восходящего солнца. Саммаил активировал радиосвязь на командной частоте, связываясь с сержантом Серафиилом.

- Приближаемся ко второй цели, командующий, - сказал Саммаил, - Доложите обстановку.
- Мятежники начали в панике покидать третью цель сразу после бомбардировки, великий магистр Саммаил, - отрапортовал тот. – Они движутся прямо на нас.
- Хорошо. Пусть ваши орудия обеспечат им подобающую встречу.

 

Сорванный побег

К северу от крепостей располагались лесистые горы с заснеженными вершинами, окруженные естественным валом холмов. Из располагавшихся там потайных пещер и укромных долин в свое время мятежники нанесли свой первый удар, и, если дать им шанс, то они снова залягут в эту берлогу. Чтобы предотвратить подобную эвакуацию, отделения пятой роты были размещены неподалёку от дороги, что петляла близ предместий Адрии Преторис. На патрулирование пустошей, расположенных строго к северу от укреплений, было выделено двадцать воинов.

Отделению Аманаила отвели место возле дороги, расположив рядом с опустошителями сержанта Атраила. Тяжеловооруженные космические десантники заняли позицию по обеим сторонам дороги таким образом, чтобы видеть ее прямой участок, спускавшийся от крепостей к холму. Телемен с остальными прочёсывали дровосеку к югу, справа от позиции Атраила, чтобы перехватить любых повстанцев, пытающихся выбраться по пересеченной местности. Сержант Аманаил разделил отделение на два боевых отряда по пять человек, чтобы охватить большую площадь. Телемен оказался в группе с сержантом, наряду с Ментием, Дэлоном и Аполлоном.

Вековые сосны вонзались в небо, растянувшись на склоне холма, однако также был и небольшой подлесок внизу, блокировавший видимость. Из-за бодрящей осенней прохлады от теплообменников ранцев шел пар, когда космические десантники продвигались по ковру из бурой хвои. Аполлон нес ауспик, аккуратно направляя устройство то влево, то вправо в поисках сигнала. Далекий рокот пушек заставил улететь всех окрестных птиц, поэтому лес хранил спокойствие во время продвижения их боевого отделения.

– Будем надеяться, мятежники поищут укрытие под сенью этих деревьев, – сказал Дэлон. – Если они окажутся чересчур глупы и воспользуются дорогой, отделение Атраила выйдет вперед по набранным очкам.
– Волнуешься о моем будущем знаке доблести, брат? – спросил Телемен. – Я вспомню твою помощь во время литании принятия.
– Прошу прощения, сержант, похоже, его голова раздулась от самомнения, но я, честно, этого не хотел, – произнес Дэлон.
– Я проинформирую арсенал о том, чтобы они изъяли у Телемена шлем по возвращении, – ответил Аманаил. – Он сможет забрать его после того, как получит подобающее наказание от капелланов за такие горделивые слова.
– Нет гордыни в том, чтобы получать удовольствие от убийства многочисленных врагов, – решил поспорить Телемен. – Мое достижение добавляет чести Ордену, а не умаляет ее.
– Контакт, четыреста пятьдесят метров, – предупреждение Аполлона заставило умолкнуть Темных Ангелов в ожидании дальнейшей информации. Она поступила парой секунд спустя. – Четко опознается как противник, двигается под углом в отношении нашего маршрута. Значительное количество, я бы сказал, двадцать или более. Пешие.

Аманаил вскинул руку, приказывая отделению остановиться, и вместе с Аполлоном принялся изучать дисплей, чтобы самому ознакомиться с информацией. Сержант огляделся вокруг, затем указал на участок возвышенности по правую руку отделения.

– Им придется преодолеть гребень. Мы будем поджидать на вершине.

Теперь, имея четкую цель, Темные Ангелы перешли на широкий шаг и стремительно взобрались по склону, их темно-зеленые доспехи словно растворились в сумраке под древесным пологом. В десяти метрах впереди Телемена Аполлон внезапно остановился.

– В лесу впереди что-то есть, чуть ниже края холма. Полученные сигналы указывают на высокое содержание металла.

Сержант скомандовал всем перейти на бег для того, чтобы изучить новые данные, ведя отделение вдоль линии хребта, вздымавшейся из-под лесной подстилки. Справа от них склон местности становился все круче, пока, наконец, не превратился в практически вертикальный обрыв. Продолжая наблюдение за сектором, из которого ожидалось прибытие противника, Телемен по-прежнему не видел приближающихся мятежников, хотя, по данным Аполлона, те не отклонились от своего маршрута.

– Я ничего не вижу, – сказал Телемен. Он повысил кратность увеличения своих авточувств и принялся изучать просветы между стволами деревьев, однако угол наклона рельефа работал сейчас против него, и видимость ограничивалась не более чем двумя сотнями метров.
– Я нашел их пункт назначения, – заявил Ментий, который прошел вперед на несколько дюжин метров. – Небольшое сооружение, встроенное в крутую часть склона. Что-то вроде бункера, на мой взгляд. Орудийных систем не видно.

Отряд нагнал Ментия, стоявшего на краю обрыва и смотревшего вниз. Очутившись рядом, Телемен увидел скопление обветшалых сараев с металлическими крышами, окружавших железобетонное укрепление, выглядевшее будто выдавленным из скальной породы склона. Сразу за лачугами располагалось пространство в форме круга, покрытое черным пластбетоном и очищенное от деревьев. Двухвинтовой гирокоптер, располагавшийся на посадочной площадке, делал цель мятежников очевидной.

– Тоннели, – произнес Аполлон, обращая на себя внимание остальных членов отделения. – Показания прибора нечеткие, так как враг движется по тоннелям. Они хотят выскользнуть, не привлекая к себе внимания.
– Наверное, проходы уже долгое время протянуты от самих крепостей, – сказал Телемен. – Путь эвакуации давно подготовлен.
– И известен, похоже, только высшим иерархам, – сделал вывод Аманаил. Он прошагал к краю гребня и осмотрел обрыв. – Слишком высоко, чтобы спрыгнуть. Слишком далеко, чтобы вернуться и обойти понизу. Нам придется положиться на меткость и стрелять отсюда. Акеменон, новые указания. Направляйтесь к нашей позиции с максимальной скоростью. Держитесь низины.
По воксу пришло подтверждение от командира другого боевого отделения.
– Они уже близко, – сказал Аполлон. Он прикрепил ауспик к своему пояс и перехватил болтер обеими руками. – В ста метрах позади нас и в семидесяти – под нами.

Телемен опустился на одно колено на самом краю откоса и перевел предохранитель болтера в положение стрельбы. Прицельная сетка целеуказателя в его правом глазу ожила, когда палец лег на спусковой крючок. Ракурс с трудом позволял увидеть выход из тоннеля, но внутриатмосферный летательный аппарат был как на ладони.

– Сдерживайте свою ярость до моего распоряжения, – сказал Аманаил. – Мы должны дождаться, пока они не окажутся достаточно далеко, чтобы успеть вернуться в свое укрытие, даже в том случае, если здесь есть другие выходы, к которым они могут направиться. У меня нет никакого желания охотиться в канализации.

Приняв слова сержанта близко к сердцу, Телемен немного опустил свое оружие, дабы не поддаться предательским инстинктам и не открыть огонь. Он увидел двух человек, облаченных в камуфляжные робы, появившихся из укрепленного выхода из тоннеля. Они держали лазганы наготове, но не особо смотрели по сторонам, их пристальный взгляд был направлен на лес вокруг, вместо того, чтобы изучать вершину склона. Один из мятежников обернулся и помахал рукой. Спустя несколько секунд появились еще трое, и направились напрямик через лесные хибары к одному из флангов в дилетантской попытке создать оцепление.

Показалось еще полдюжины мятежников, бежавших через площадку к невысокой, просторной разновидности гирокоптера.

– Мы рискуем быть обнаруженными, – сказал Ментий. – Если они достигнут транспорта, то мы не сможем сбить его, у нас просто нет подходящего вооружения.
– Не стрелять, – ответил Аманаил спокойным голосом. – Ждите моей команды.
Трое мятежников забрались в кабину летательного средства, и вскоре до космических десантников донесся гул двигателей, сопровождаемый едким запахом плохоочищенного топлива. Густой дым с пыхтением вылетел из выхлопных труб, когда парные несущие винты начали вращение, набирая скорость вместе с увеличением тональности звука от работающих двигателей.
– Сержант? – произнес Телемен, вновь вскидывая оружие. Он сместил свой прицел, пока, наконец, масштабная сетка визора не зафиксировалась на одном из винтовых креплений. Удачного выстрела должно быть достаточно, чтобы посадить судно. – Неподвижную мишень легче поразить.
– Я думаю, у тебя будет более достойная цель, – сказал Аманаил.
– Лидер мятежников может быть уже на борту, – произнес Телемен. – Нам нужно атаковать немедля.
– Недурно, – отметил Аполлон. – Мерзкий предатель все-таки явился.
Глянув вниз, Телемен увидел скопление людей, выбегающих из входа в тоннель. Большинство из них были одеты в такую же, как и у остальных, армейскую униформу, однако двое были облачены в черные одеяния с серебряной и золотой вышивкой. Они без сомнения производили впечатление лидеров, поспешно направляясь к своему летательному аппарату.
– Открыть огонь.
Слова Аманаила стали для Телемена как бальзам на душу.
Он мягко утопил спусковой крючок, выпущенный одиночный болт осветил стену утеса. Снаряд угодил в плечо одного из телохранителей, детонация разорвала руку. Прежде чем мятежники успели отреагировать, следующий выстрел Телемена поразил спину другого охранника, вырвав плоть и внутренности чуть выше бедра.
Паника охватила толпу мятежников, однако охрана осталась верна своей цели и сплотилась вокруг двоих чернорясных мужчин, когда те бросились бежать к посадочной площадке. Болты космических десантников пропороли воздух, поражая стоявших в карауле, когда те направили свои лазганы на вершину склона. Лай болтеров отделения эхом отразился от окружавших их деревьев и промчался вниз по ущелью, в то время как реактивные следы болтов крест-накрест расчертили воздух вокруг входа в тоннель.
Телемен отрешился от всего, сфокусировавшись на золотых нашивках, видневшихся среди красно-коричневого камуфляжа охранников. Он еще раз выстрелил одиночным, целясь в лысую голову одного лидеров. В тот момент, когда болт покинул оружейный ствол, один их телохранителей неосознано шагнул вперед и оказался на пути снаряда. Мгновением спустя череп мятежника разорвался, забрызгав лидера кровью и ошметками мозгов.
– Гибель Калибана! – выругался Телемен, снова прицеливаясь. – Везение защищает этих парней получше любого доспеха.
Остальные Темные Ангелы вели радиообмен вовремя стрельбы, сообщая данные о местоположении своих целей и предупреждая об ответном огне. Телемен слышал их речь, но не вникал в слова, его внимание было сконцентрировано на группе, направлявшейся к гирокоптеру. Отряд достиг площадки и разделился, охранники залегли, чтобы открыть огонь, или разворачивались, чтобы нацелить свое оружие на космических десантников. Лазганы выплюнули свои снаряды в вершину склона, но Телемен не обратил на них внимание.
– Скорейшей гибели презренным, – прошептал он своему болтеру, опять наводя прицельную масштабную сетку на фигуру в черной рясе.
На этот раз ничего не помешало болту поразить лысого мужчину в черном, снаряд попал в шею ниже затылка. Тело лидера мятежников рухнуло на пластбетон, треснул позвоночник, голова откинулась в сторону.
– Всем огонь по судну, – отдал указание Аманаил. Переместив взгляд, Телемен увидел размытые очертания черных ряс, скрывшихся в открытом люке сразу позади кабины пилота. Воин выругался про себя из-за того, что упустил свою вторую цель.
Визг двигателей стал еще сильней, когда гирокоптер оторвался от земли, нисходящий поток воздуха от несущих винтов сбил с ног оставшихся на площадке людей. Движением большого пальца Телемен перевел свой болтер в режим стрельбы фиксированными очередями и сделал залп. Три снаряда полетели в корпус летательного аппарата, вокруг проема, в который забрался руководитель мятежников, во все стороны брызнули металлические обломки и краска. Темный Ангел встал, когда воздушное средство стало вертикально подниматься над площадкой. Оно медленно разворачивалось в сторону космических десантников, Телемен взял прицел на фонарь кабины пилота. Огонь остальных болтеров заплясал по фюзеляжу и винтам, однако был малоэффективен против бронированных плит.
Кабина медленно показалась в поле зрения, пока гирокоптер поднимался все выше и выше, доставляя своего пилота прямо к Телемену. Машина оказалась практически на уровне вершины холма, прежде чем Телемен смог заглянуть внутрь кабины. Он выжидал, прицельная сетка слегка задрожала, когда земля затряслась под ногами от глухого воздушного удара лопастей.
Еще через пару секунд пилот должен был оказаться в зоне видимости. Палец Телемена замер на спусковом крючке в ожидании.
– Штурмовая пушка!
Предупредительный окрик Ментия запоздал всего на мгновение, но было уже поздно. Развернутое под максимальным углом, насколько позволяло его крепление, многоствольное орудие, установленное прямо под носом гирокоптера, пришло в движение прежде, чем показалась мишень Телемена. Шквал снарядов косой прошелся по вершине холма и хлестнул по воину, обрушившись на его доспех. Верхний слой комплекта разбился вдребезги, посылая вращающиеся осколки керамита во все стороны. Удар тяжелых снарядов в левый бок слегка развернул космического десантника в момент его выстрела, из-за чего очередь болтов с яркой вспышкой прошла мимо кабины пилота без какого-либо эффекта. Его авточувства уловили вспышку огня пушки спустя долю секунды.
В левой руке вспыхнула боль. Он проигнорировал ее и вновь прицелился, но момент уже был упущен. Гирокоптер воспарил над лесом, нос машины наклонился вниз, когда она с ускорением пошла на север.
– Брат, ты ранен? – спросил Ментий, скользнув взглядом по Телемену. Тот посмотрел на свою левую руку. От наплечника остались лишь куски керамита, крепившиеся к силовому приводу. Из трещин доспеха вокруг плеча струилась кровь. Он начал ощущать четыре отчетливых отверстия, проделанных в левой части нагрудника, снаряды штурмовой пушки глубоко засели внутри, но не смогли добраться до плоти.
– Лучше стрелять первым, чертов ты придурок, – произнес Дэлон.
– Я заметил, брат, – ответил с кислой миной Телемен, снова обращая внимание на солдат, которые внизу продолжали вести огонь, в то время как Аманаил послал сообщение на общей ротной частоте.
– Всем подразделениям, у нас приоритетная цель, пытающаяся сбежать на воздушном транспорте. Последний курс цели – примерно двадцать-пятнадцать.
– Уже в курсе, сержант, – поступил ответ Серафаила. – Паладин-Четыре отправлен на перехват.
Телемен увидел мельком голову мятежника, показавшуюся из-за угла лачуги внизу, и выстрелил, держа болтер в одной руке. Очередь пронзила хрупкие стены, и двое мужчин в камуфляже бросились прочь, один из них сжимал обрубок на месте правого запястья, второй прикрывал рану на бедре, из которой фонтаном била кровь. Телемен опустошил магазин, следующей парой очередей скосив раненых.
Он поднял взгляд, услышав в небесах вой плазменных турбин. Пока космический десантник следил за темным пятном истребителя, пролетевшего над головой, его руки двигались инстинктивно, вынув пустую обойму и вставив новую, не обращая внимание на тупую ноющую боль в плече. Сопровождаемый световой вспышкой, самолет выпустил ракету, оставившую конденсационный хвост, когда встроенный когитатор повел ее вслед за удалявшимся гиролетом. Несколькими секундами спустя авточувства Телемена уловили далекий, но отчетливый грохот.
– Объект упал в предгорье, – объявил пилот Паладина-Четыре. – Разбит при посадке. Возможно наличие выживших. Сектор эпсилон-четыре-восемьдесят.
– Готовьтесь выдвинуться к месту крушения, – сообщил сержант Аманаил. – Сержант Серафаил, отделение Аманаила готово обследовать крушение. Брат Акеменон с остальными могут добить отставших мятежников здесь.
– Никак нет, брат-сержант, – быстро ответил Серафаил. – Я получил указания от великого магистра Саммаила. Все отделения пятой роты переходят в твое распоряжение. Удерживайте линию на пути эвакуации мятежников. Не приближайтесь к месту крушения. Туда посланы подразделения Крыла Ворона для изучения выживших возле приоритетной цели, они известят, если потребуется помощь.
Прежде чем ответить, Аманаил посмотрел на Телемена, затем на остальных воинов.
– Прошу подтверждение, брат-сержант. Отделение Аманаила менее чем в пяти километрах от места крушения.
– Приказ получен, брат. Подтверждаю.
– Принято, брат, – сказал Аманаил. Следующие слова он произнес уже через внешний динамик своего шлема.
– Похоже, что славные гончие Крыла Ворона собрались поохотиться.

 

 

Охота

Пока отделения пятой роты пробирались сквозь лес в сторону последней крепости, эскадрон Кассиила получил приказ двигаться на полной скорости для встречи с великим магистром Саммаилом на дороге, ведущей на север. Возле первой точки маршрута было незначительное сопротивление, поэтому воины смогли покинуть укрепления без каких-либо происшествий, а затем помчали к главной трассе, что пролегала между Адрией Преторис и цитаделями. На просторном шоссе они дали волю двигателям мотоциклов, от скорости деревянные дорожные ограждения слились в размытое пятно, в ушах Аннаила гремел рев моторов.
- Вот истинно




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.