Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Мессы для сербов, перешедших в католичество



МИЛИНКОВИЧ Лука, приказчик из Томиновца, община Кутево, уезд Слав.-Пожега, 17-ти лет, 4 июня 1942 года заявил следующее:

“Сразу же после провозглашения Независимого государства Хорватия в Слав.-Пожеге и окрестных селах появились усташи. В ряды усташей вступили в Слав.-Пожеге хорваты, а в окрестных селах — поселенные там чехи и словаки, и еще некоторые из цыган.

Усташи сразу начали преследовать сербов. Они забирали вначале всех самых уважаемых сербов из Слав.-Пожеги и окрестностей, отводили их в усташскую ставку в Слав.-Пожегу, где их жестоко истязали, а потом ночью сажали в грузовики, отвозили в ближний лес и там убивали.

В мае 1942 года усташи арестовали многих сербов из Слав.-Пожеги и держали их в усташской ставке, где жестоко истязали, а затем однажды ночью запихнули в грузовики и отвезли в лес, называемый “Борик”, вблизи Слав.-Пожеги, где убили и закопали. Тогда в лесу “Борик” убиты: Йованович, советник городской управы; местный православный священник, имя которого Джордже, а его фамилии я не знаю; Станкович Милан, торговец; Вукашинович Стеван, приказчик; Милошевич Станко, чиновник уездной управы; Вукович Милица, служащая банка, и многие другие, чьи имена я не могу вспомнить. Всех убитых сербов перед этим жестоко пытали. Советника городской управы Йовановича до того, как убили, привязали к телеграфному столбу и затем истязали, отрезали от его тела кусками мясо, и только потом убили. Остальных перед тем, как убить, мучили в усташской ставке.

Из села Томиноваца в апреле 1941 года усташами убиты Вуясинович Миле и Станкович Миле, оба земледельцы. Вуясинович в первый день православной Пасхи, т. е. 21 апреля 1941 года, зашел вечером в трактир Канджера Петара из Томиноваца. Он хотел потом поскорей отправиться домой, но его усташи-словаки задерживали, угощая выпивкой. Когда Вуясинович около 11 часов ночи вышел из трактира и направился домой, его подкараулили усташи-словаки — те самые, которые с ним были в трактире и его угостили,— и в переулке застрелили из револьвера. Известно, что это убийство совершили: Канджера Петар, трактирщик, и его племянник Томица; Кладняк Карел, Штирмер Иван, Широлц Луто, Ранджингер Степо, Хителер Францо и Панош Сепо — все земледельцы, словаки из Томиноваца. Об этом факте заявлено в жандармерию в Кутево, и жандармерия вела расследование, но никто за это убийство не ответил, хотя убийцы известны. 22 апреля 1941 года те же усташи ворвались после полуночи в дом упомянутого Станковича Миле, вывели его из дома и отвели на православное кладбище, где убили. Об убийцах и в этом случае заявлено в жандармерию в Кутево, но они не привлечены к ответственности.

В прошлом году несколько дней спустя после православной Пасхи усташи из Слав.-Пожеги явились в Пле-терницу и арестовали там Беговича Джордже, торговца. Доставили его в Слав.-Пожегу и поместили в усташской ставке, где его жестоко истязали, сдирая ему кожу со спины. Его другу, одному хорвату, торговцу, удалось за деньги его освободить из тюрьмы и привезти домой в Пле-терницу. Однако уже через два дня усташи из Слав.-Пожеги снова пришли в Плетерницу, схватили его и снова доставили в Слав.-Пожегу, а оттуда в Нова-Градишку, где он был убит.

В апреле 1941 года усташи из Слав.-Пожеги явились в сербское село Ивановац, община Бектеш, схватили 25 самых уважаемых сербов, мужчин, и отвели их в Слав.-Пожегу в усташскую ставку. Назавтра они снова пришли в Ивановац, забрали еще 12 пользующихся авторитетом сербов и отвели в Слав.-Пожегу в усташскую ставку. Всех этих сербов усташи в тюрьме жестоко истязали. Двоих из этих сербов через шесть дней выпустили из тюрьмы, и они вернулись домой, но через два дня после возвращения умерли от полученных ран. Всех остальных отвезли ночью в лес “Борик” вблизи Слав.-Пожеги, где убили и закопали. Имена убитых назвать не могу, но мне хорошо известно, что тогда из Ивановца забрали и убили 37 сербов. Спустя четыре-пять дней усташи снова пришли в это село, собрали жен всех убитых сербов и угнали их в лагерь Ясеновац. Дальше об их судьбе ничего не известно.

Сразу после провозглашения Независимого государства Хорватия усташи приходили и в другие села уезда Слав.-Пожега, уводили и убивали сербов, но подробнее мне об этом ничего не известно.

Аресты и убийства отдельных сербов продолжались и после. Так, прошлой осенью усташами отведен из Ивановца в Слав.-Пожегу и там убит Машич Станко, земледелец из Ивановца. В декабре прошлого года усташи из Слав.-Пожеги пришли в Кутево, арестовали Драгое-вича Милана, земледельца, увели его в Слав.-Пожегу и там убили. Однажды в апреле 1942 года усташи из Слав.-Пожеги пришли в Томиновац, где арестовали Вуковича Николу, земледельца, увели в Слав.-Пожегу, и с тех пор о нем ничего не известно. Два месяца назад усташи из Слав.-Пожеги пришли в село Хрневац, община Кутево, арестовали Стариминовича Марка, земледельца, увели его в Слав.-Пожегу и там убили. 24 мая 1942 года ночью усташи ворвались к Вуковичу Марку, начальнику службы финансового надзора, на пенсии из Слав.-Пожеги, вытащили его из дома и убили около арсенала в Слав.-Пожеге.

Усташи совершали отдельные убийства сербов в других селах уезда Слав.-Пожега, но я не могу назвать имена убитых.

Начиная с ноября 1941 года и в дальнейшем на сербов в уезде Слав.-Пожега оказывалось сильнейшее давление с тем, чтобы они перешли в римско-католическую веру уездной управой в Слав.-Пожеге, отдельными общинами, усташами, монахом-францисканцем Шолцем Сидонием из Нашице и римско-католическим приходским священником из Кутево, имени которого я не знаю, но слышал, что мать у него — венгерка. Если кто из сербов православной веры приходил в уездную управу в Слав.-Пожеге или в общину и просил какой-нибудь пропуск или что-либо другое, его прежде всего спрашивали перекрестился ли он, а если он отвечал, что нет, тогда ему говорили: “Иди домой и вначале перекрестись в римско-католическую веру, потом возвращайся, и, может, тогда твою просьбу удовлетворят”. Усташи и оба упомянутых священника открыто угрожали сербам убийствами, если они не перейдут в римско-католическую веру. 28 или 29 ноября 1941 года римско-католический приходский священник из Кутево собрал нас в здании начальной школы в Кутево и призвал немедленно перейти в римско-католическую веру. Он сказал нам, что этот переход должен выглядеть так, будто мы все добровольно переходим в римско-католическую веру. В конце своей речи приходский священник пригрозил нам, сказав, что каждый серб, который немедленно не перейдет в римско-католическую веру, есть противник Павелича и Независимого Государства Хорватия и потому будет или убит, или отправлен в лагерь.

Упомянутый монах Шолц Сидоний насильно окатоличивал сербов в соседнем уезде Нашице, но приезжал и в сербские села общины Бектеш, уезд Слав.-Пожега, и делал там то же самое, грозя и им убийствами и лагерями. Этот монах в уезде Нашице содействовал убийству многих сербов, которые, как он считал, мешали ему совершать насильственное окатоличивание. Упомянутый монах Сидоний однажды прошлой осенью явился в сопровождении вооруженных усташей в село Юрковац, община Бектеш, уезд Слав.-Пожега. Как только он прибыл в это село, то приказал своим усташам привести к нему Поповича Влайка, торговца из Юрковаца, и немедленно у него на глазах расстрелять, так как этот Попович ему мешает насильно окатоличивать сербов. Усташи отправились к этому самому Поповичу Влайко. Но Попович знал, что монах Сидоний хочет его убить, и сразу, как ему стало известно, что монах прибыл в село, он убежал из дому, а после уехал в Сербию и сейчас находится где-то здесь.

В этих тяжелых обстоятельствах все сербы из уездов Слав.-Пожега и Нашице уступили и перешли в римско-католическую веру, только чтобы спасти свою жизнь.

Прошлой осенью усташи разрушили сербские православные церкви в Трештеновцах и Ветове, уезд Слав.-Пожега. На сербской православной церкви в Слав.-Пожеге разрушили колокольню и церковь превратили в мясную лавку, которая существует и теперь. Сербские православные церкви в селах Градиште, Лонджица и Сапиня превращены прошлой осенью в римско-католические церкви, и в них католический монах Сидоний служил мессы для окатоличенных сербов.

Вследствие столь тяжелой обстановки сербы еще прошлой осенью начали покидать свои села и уходить в лес.

В лесу они организовали сопротивление против дальнейшего насилия усташей.

Сторонники д-ра Мачека Влатко — в основном недовольные режимом Павелича крестьяне — этой весной также начали в большом числе уходить в лес. Прежде всего они не хотят служить в армии, поэтому уходят в лес. Все беглые хорваты, сторонники Мачека, присоединились к сербам и вместе с сербами сражаются против усташей. До серьезных сражений между беглыми хорватами и сербами, с одной стороны, и усташами и домобранами * (* Военнослужащий фашистской армии в Хорватии во время второй мировой войны.) с другой еще не дошло, так как домобраны сейчас же сдаются, а усташи не осмеливаются идти в лес. Усташи охотнее ходят по селам, где остались одинокие женщины и дети, и творят всяческое насилие, поскольку знают, что там им никто не может дать отпор. Командир сербских лесных отрядов — один крестьянин, имя которому Урош, а фамилии его я не знаю, только знаю, что родом он из села Дубока, община Бектеш, уезд Слав.-Пожега. Командир беглых хорватов в лесу — крестьянин из села Веня, община Кутево, уезд Слав.-Пожега, имя которому Марко, а фамилии его я не знаю.

17 мая 1942 года в Сапину, община Бектеш, уезд Слав.-Пожега, приехал монах Шолц Сидоний и служит католическую мессу в православной церкви того села. Когда он после мессы возвращался домой, какие-то люди подстерегли его в лесу между Сапиной и Лесковицей, вытащили из автомобиля и убили. Говорят, что монах Сидоний этим людям, прежде чем они его убили, признался, что он лично, как хорватский усташ, убил много сербов, а в первую очередь всех тех, кто ему мешал совершать насильственное окатоличивание. Тогда за эти преступления его и убили.

В тот же день вечером в село Сапина приехали вооруженные усташи и там убили Янковича Милана и Вуксана-ца Петара, земледельцев, и сожгли около 20 домов. Остальные жители спаслись бегством в лес и не смеют возвращаться в село.

Особенно отличились в преследованиях сербов, и как усташи, упомянутый монах из Нашице Шолц Сидоний; римско-католический приходский священник из Кутево, имени которого я не знаю; затем Марк Франьо, работник из Слав.-Пожеги, по национальности — венгр; Штефек Иван, работник из Слав.-Пожеги; Лайкаф Милан, торговец из Слав.-Пожеги; Лукеш Мартин, работник из Слав.-Пожеги; Кладняк Карел, Штирмер Иван, Кандьера Йосип, Кандьера Стефан .и его сын Томица, Панош Йосип, Хиник Степан и Котрна Франьо— все земледельцы, словаки из Томиновца; еще Канджера Петар, трактирщик из Томиновца; затем Мерда Иван, земледелец, Кулчак Франьо, мясник,— оба из Томиноваца; дальше Мерда, затем Паус Мато, Батрник Степан, Бауфрант Иван и Кайзингер Петар — все земледельцы из Хрневца, община Кутево; затем Селгер Мартин, Винцекуше Иван и Пребич Станко — земледельцы из Митровца, община Кутево; затем Райф Колар из Валя, община Кутево; Старчевич Иван, трактирщик из Якшича, той же общины; Пулич Джуро, земледелец из Шумана, община Якшич, и многие другие, чьих имен я не знаю. Как я уже упомянул вначале, в ряды усташей в уезде Слав.-Пожега вступили сразу же хорваты из Слав.-Пожеги, а из остальных сел большей частью поселенные там словаки и чехи и местные цыгане из Кутево.

В ночь с 28 на 29 мая 1942 года к моему дому пришли усташи и требовали, чтоб я вышел из дома. Я ответил, что не стану ни в коем случае ночью выходить из дома. Они на это выстрелами из винтовок разбили окно, потом начали через окно лезть в дом. Я тогда схватил револьвер и выстрелил в усташей, которые хотели через разбитое окно войти в мой дом, отчего они пришли в замешательство. Потом я по лестнице взобрался на крышу дома и убежал. Усташи стреляли мне вслед, но в меня не попали. В ту ночь я прятался в лесу, а на следующий день пришел в село Градиште, где прятался вплоть до 1 июня 1942 года. За это время я себе выхлопотал через одного моего друга в уездной управе в Слав.-Пожеге пропуск и с этим пропуском отправился в путь 1 июня 1942 года. И в тот же вечер с помощью одного кондуктора, хорвата, доехал на товарном поезде до Белграда. Кондуктору, хорвату, я за это заплатил 800 динаров.

Больше мне ничего не известно. С моих слов записано верно. Все сказанное мной могу подтвердить под присягой”.

Дети в огне

ПОПОВИЧ Миряна, беженка из Кралевчан, уезд Глина, сербской православной веры, 30-ти лет, 6 февраля 1942 года дала следующие показания:

“В апреле прошлого года мы вместе с моим мужем Будимиром жили в селе Тремушняк, где у нас был свой магазин. Обстановка в глинском уезде была довольно спокойной вплоть до 25 июня прошлого года, т. е. пока усташи не пришли в Глину и глинский уезд. Тогда начались преследования и аресты сербов. Многих сербов из сел глинского уезда уводили из собственных домов в Босански-Грабовац, где все они были убиты, кроме немногих, которым в последнюю минуту удалось бежать. Среди них был имой муж Будимир, который прямо перед расстрелом бежал из строя, но при побеге был ранен в ногу. После случившегося мы с мужем ушли из Тремушняка к матери мужа в Кралевчане, а оттуда он, после того как зажила нога, уехал в Белград.

Хочу отметить, что усташи наш магазин в Тремушняке после разграбили, и нам не оставалось ничего другого, как укрыться в селе Кралевчане, которое тогда не тронули.

Эти преследования были причиной того, что большое число сербов, крестьян, было вынуждено уйти в лес, чтобы спасти свою жизнь, тогда как усташи разместились почти во всех селах с целью не допустить контакта между оставшимися в селе и бежавшими в лес, а также оказания помощи тем, кто находится в лесу. В это время усташи занимались грабежами, отбирая у народа продукты, одежду и скот.

В июле прошлого года группа пьяных усташей неожиданно напала на соседние села: Беговиче, Мачково-Село иМиочиновиче, вначале обстреливая каждое село, а потом поджигая дома, которые попадались им на пути. При этом некоторые люди из названных сел оказали сопротивление, так что один усташ погиб, а второй был тяжело ранен, а затем от полученных ран умер. Они погибли от руки Стояна Клаича из Тремушняка, который лично убил этих двоих усташей. После этого те три села уничтожены и сожжены дотла. И всех, кого усташи застали в селах, они убили, аэто были женщины и дети, тогда как почти всем мужчинам удалось бежать в лес. Убитых женщин и детей бросили в дома, а дома потом подожгли. Зерно и скот из этих сел усташи забрали.

После этого случая наступило затишье, которое продолжалось до октября. Не помню точно, какого числа, но было начало октября, когда неожиданно усташи и хорватские войска с десятью танками ворвались в села глинского уезда как будто для того, чтобы очистить лес. Однако они с танков и из пулеметов стреляли без всякого результата по лесу, явно опасаясь заходить глубже в лес, ана обратном пути прошли через села Додоше, Шушняр иВелики-Грабовац, поджигая дома и убивая всех подряд. В селе Додоше при этом погибло 20 мужчин, женщин и детей; в селе Бунчиче — около 70-ти; в селе Шушняр — около ста. Сколько человек погибло тогда в Бански-Грабоваце, я не знаю. Усташи не только убивали, но жестоко истязали и мучили людей. Так, в селе Шушняр схватили 25 детей, связали им руки за спиной проволокой и положили их у сеновала так, чтобы ноги были внутри помещения, а туловище — снаружи, потом сеновал подожгли — и ноги у детей обгорели до колена. Наполовину обгоревших детей затем бросили на дорогу, и дети скончались в страшнейших муках.

Обычно усташи практиковали следующее: старых людей запирали в домах и потом дома поджигали, а женщин и детей убивали, т. е. закалывали штыками, причем сначала — детей, потом — женщин.

В селе Бунчиче на глазах у Драгана Бунчича закололи троих его детей, младше пяти лет, а потом его жену, которая вынуждена была смотреть, как умирают и страдают ее дети. Отец в это время прятался в сене. Потом усташи подожгли дом и все постройки. Бунчичу после этого не оставалось ничего другого, как уйти в лес. В тот же раз в этом селе закололи одну женщину вместе с младенцем всего через два часа после родов, как и женщину вместе с трехмесячным ребенком.

В селе Грабовац одной женщине разрезали груди и в раны продели руки и связали на спине, а затем бросили ее в огонь и после этого наполовину сгоревшую оставили мучиться, пока она не умерла. В том же селе в одном из домов найдено двое детей, убитых вместе с матерью, тогда как двое других детей спрятались в круглой печи во дворе. Этих детей заметили после ухода усташей хорватские солдаты и спасли.

Подобным случаям не было числа. В течение всего этого времени усташи грабили по селам, резали скот и птицу и разбрасывали ненужные им вещи.

В ноябре усташи напали на село Влахович, но тут встретили отпор, и в сражении между усташами и четниками погибло 18 усташей. После этого усташи подожгли село, но людей убили немного, поскольку четники дали серьезный отпор.

Кстати замечу, что из села Влахович еще в июне было угнано около девяноста человек в Бански-Грабовац, и все эти люди там убиты. Это село, как и село Драготина, раньше других пострадало в глинском уезде. Сербы-крестьяне, оставшиеся в живых, и сейчас находятся в лесах или в горных селах в домах, которые еще уцелели.

29 января с. г. сожжены дотла села Горня и Доня-Пастуша, община Ябуковац, и село Комоговина в костай-ничском уезде, а также село Йошевица, община Ябуковац. Кроме как в селе Комоговина, в других названных селах мужчины не пострадали, так как вовремя ушли в лес, но погибло много женщин и детей. Я знаю, что в Йошевице закололи семерых детей и трупы этих детей, уложенные кругом, оставили перед церковью.

В Комоговину усташи ворвались неожиданно, поэтому здесь погибло, кроме женщин и детей, много мужчин.

2 февраля 1942 года, когда через Кралевчане проходили хорватские войска, возвращаясь из Босански-Нови, солдаты и усташи грозили, что ни один серб не останется в живых. Они злились и говорили, что должны отомстить за кровь своих братьев, погибших в боях при Бос.-Нови, где возле села Равница 31 декабря прошлого года погибла целая усташская сотня, никто не уцелел.

Отмечу также, что сербское село Марковичи, община Ябуковац, в котором около восьмидесяти домов, полностью уничтожено, и никто из этого села не остался в живых. Люди дали себя обмануть, поверив, что будут в безопасности, если перейдут в католическую веру. Поэтому они остались в своих домах и поплатились за доверчивость головой.

Сейчас в лесах рядом с сербами находится большое число хорватов, которые участвуют вместе с сербами в борьбе против усташей. Так, между ними находится д-р Херлингер из Сисака; Туркулин, налоговый чиновник из Петрини с женой и студенты из Петрини Янекович и Штайцар. Эти хорваты в основном бежали из Сисака, Прелошчицы, Тополовца и Цапрала.

В Кралевчанах сейчас — “Командование отряда Мрак”, на самом деле — место расположения одного полка хорватской армии, которая теперь проводит операции в глинском уезде. Этот отряд получил название по имени Мрака, бывшего офицера действующей югославской армии. В полку в качестве полкового врача находится один хорват, который спас от смерти 25 детей из села Йошави-ца, а также 20 женщин. Он сказал мне, что больше не может видеть ужасы, творимые усташами. Еще он сказал мне, что хорватские солдаты не дождутся весны, чтобы тоже уйти в лес, так как они недовольны тем, что происходит, потому что однажды за это могут поплатиться и честные хорваты.

В преследованиях сербов особо отличились братья Юрай, Йоко и Иво Туркович, Перо Болтужич, Джука Колич, сапожник,— все из Кралевчан, как и Антун Кар-даш, бывший служащий общинного управления в Ябуков-це, в настоящее время проживающий в Драготинцах, община Кралевчани. В преследованиях сербов также отличились Антун и Перо Барич, братья Мрмичи и, прежде всего, монах Частимир Херман — все из Чунтича, а также Илия Болтужич из Милиноги. Усташи, которые подвергали сербов гонениям, в большинстве своем — из Петрини и окрестностей.

Больше мне нечего добавить, а все, мною сказанное, могу подтвердить под присягой”.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.