Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Государственная защита прав



48. Общий характер государственной защиты прав. Исторически процесс развился путем вытеснения и дисциплинирования первоначального само­управства и превращения государством борьбы сторон в рассмотрение споров органами государства. По внешности, магистрат и в классическом праве со­хранял за собой ведение только предварительного процесса, где точно уста­навливались правовые основания спора между сторонами и указывались средства его разрешения. Но этого было достаточно, чтобы обратить все фа­зы суда в орудие классового принуждения и проводить через суд выгодные для господствующей верхушки юридические воззрения и нормы.

49. Юрисдикция. Право государственных судебных магистратов органи­зовывать для разрешения каждого отдельного спора судебное разбирательст­во присяжных судей, решающих дело по существу, называется юрисдикцией (iurisdictio). В тесном смысле она обозначает содействие магистрата по орга­низации суда (iudicium) по делу и принадлежала только магистратам, распо­лагавшим высшей властью (imperium). Магистраты, которые пользовались высшей властью (консулы, преторы), имели право организовывать присяж­ные суды по спорам частных лиц. Когда юрисдикция сосредоточилась в ру­ках претора, установилось формальное понятие юрисдикции. Судебное раз­бирательство считалось законным (iudicium legitimum), если оно было организовано в Риме или в пределах первого помильного камня от Рима (domi), между римскими гражданами, с участием одного судьи, тоже римско­го гражданина.

Всякое другое разбирательство, в котором отсутствовало одно из этих тре­бований, считалось вытекающим непосредственно из высшей власти (iudicia imperio continenta); к этой юрисдикции общие процессуальные правила не применялись.

50. Подсудность. Принципиально все дела между гражданами могли раз­бираться только городскими магистратами Рима или того города, в котором лицо имело право гражаданства и свое местожительство — forum originis и forum domicilii.

Incola et his magistratibus parere debet, apud quos incola est, et tills, apud quos civis est (D. 50.1. 29). - Местный житель обязан подчи­няться и тем магистратам, где он проживает, и тем, где явля­ется гражданином.

Эти общие правила подсудности применялись соответствующим образом и во всех римских провинциях. Однако для римских граждан, проживавших в провинциях, была открыта возможность требовать перенесения их споров на рассмотрение городских магистратов Рима. Roma communis nostra patria est, Рим — наше общее отечество (D. 50.1. 33). И обратно, ответчик, времен­но пребывавший в Риме по разным причинам (как свидетель, арбитр, или су­дьи), имел право просить о переносе процесса на место своего жительства (D. 5.1. 2. 3). Применялись также правила специальной подсудности по роду дел. Таковы — подсудность по месту исполнения в исках из договоров; по ме­сту совершения деяния при исках из недозволенных действий. В общем, од­нако, правила о подсудности не имели в Риме принудительного характера. Соглашение сторон могло сделать некомпетентного магистрата уполномо­ченным на организацию суда, превышающего его компетенцию.

Consensisse autem videntur, qui sciant se non esse subiectos iurisdictioni eius et in eum consentiant (D. 5.1.2 pr.). - Считаются, однако, согласившимися те, кто, зная, что они не подлежат его юрисдик­ции, все же согласились на нем.

51. Судьи единоличные и коллегиальные. Судьей по всем спорам вообще мог быть всякий взрослый римский гражданин. Обычно его выбирали из лиц, внесенных в особые списки, составлявшиеся по соображениям политики то из сенаторов, то из всадников. Функционировал судья один (unus iudex) или в коллегии и назначался претором индивидуально для каждого дела. Судья, который мог решать дела по свободному усмотрению (arbitrium), назывался arbiter и обычно назначался в тех спорах, где дело шло о производстве оце­нок, установке меж, разделе.

52. lus и iudicium. Легисакционный и формулярный процессы. Историче­ски выработалось разделение процесса на две фазы: а) перед магистратом — in iure и б)перед судьей (apud iudicem).

Судебная функция магистрата in iure состояла в обязанности дать пра­вильную юридическую формулировку спору сторон. В начале республики стороны должны были пользоваться устными формулами, — строго согласо­ванными с текстом законов, за чем и следил претор и почему производство in iure называлось легисакционным (legis actio).

Легисакционный процесс отличался строгим формализмом и обеспечивал защиту лишь в пределах узкого круга случаев, подходивших под букву зако­на. Развивавшийся оборот, обострявшиеся противоречия интересов различ­ных группировок рабовладельцев требовали более гибкой процессуальной защиты. В практике перегринского претора (воспринятой потом и городским претором) стал складываться новый порядок производства, получивший на­звание формулярного от письменных формул, которые претор давал судье в качестве программы, и, вместе с тем, директивы, на основе которой следо­вало вынести решение по делу.

Преимущество нового порядка состояло в том, что претор не был связан буквой закона, а давал формулу или отказывал в иске, исходя из всех кон­кретных обстоятельств дела. Учитывая запросы жизни, претор иногда отка­зывал в иске, когда по букве закона его следовало бы дать, и давал иск в слу­чаях, не предусмотренных в законе. Закон Эбуция (середина II в, н.э.) предоставил сторонам факультативно пользоваться такого рода формулами; но вскоре формулярный процесс совершенно вытесняет легисакционный.

53. Суд как орган принудительного осуществления прав. Юристы II-III вв. н.э. говорили: iudicio contrahimus — судебным разбирательством мы вступаем в договор. Но, конечно, не договор, а власть магистрата заставить ответчика со­гласиться на процесс имела решающее значение. Еще в эпоху XII таблиц быль ясно видны черты суда как органа принудительного осуществления права. От­ветчик, которого истец вызывал в суд (in ius vocatio), представлял за себя пору­чителя. Последний перед магистратом принимал на себя дополнительную от­ветственность за явку ответчика в назначенный судом срок. Эта гарантийная форма вызова была лишь прикрыта особым производством внешне договорно­го характера — vadimonium, о которой Гай сообщает:

Cum autem in ius vocatus fuerit adversarius, neque eo die finiri potuerit negotium, vadimonium ei faciendum est, id est ut promittat se certo die sisti (4. 184). - Когда ответчик был вызван в суд, но дело не могло быть закончено в тот же день, ему надлежало проделать vadimonium, т.е. он должен был обещать явиться в суд к опреде­ленному дню.

Ответчик представлял поручителей и обещал явиться в срок. Такое же vadimonium применялось, когда ответчик осуществлял указанное выше пра­во перенести процесс к месту его жительства (п. 50).

Позднее этот порядок вызова в суд вышел из употребления и заменялся по виду соглашением ответчика с истцом о вступлении его в данное процес­суальное отношение, а по существу была установлена обязанность ответчика вступить в процесс (п. 71).

 

 

Глава 6.

ИСКИ

Значение иска

54. Римское частное право как система исков. По римским воззрениям, только судебная защита наличного права давала этому последнему настоя­щую ценность и завершение. Но эта защита не связывалась в представлени­ях римских юристов неразрывно с самим материальным правом. Только в тех случаях, когда орган государства устанавливал возможность предъявления иска (actio) по делам известной категории, можно было говорить о праве, за­щищаемом государством. В этом смысле можно сказать, что римское частное право есть система исков (п. 3).

Иски вырабатывались в Риме исторически, и их число всегда было огра­ниченным. При этом в эпоху формулярного процесса actio нередко давалась там, где лицо не обладало правом по цивильной системе, и, наоборот, несмо­тря на наличие цивильного права на иск, преторы отказывали в предоставле­нии формулы для соответствующего иска (п. 53).

Общее понятие иска дается в Дигестах:

Nihil aliud est actio quam ius, quod sibi debeatur, iudlcio persequen-di (D. 44. 7. 51; 1. 4. 6. pr.). - Иск есть не что иное, как право лица осуществлять судебным порядком принадлежащее ему требова­ние.

Виды исков

55. Actiones in rem и actiones in personam. По личности ответчика иски де­лились на actiones in rem (вещные иски) и actiones in personam (личные иски). Вещный иск направлен на признание права в отношении определенной ве­щи (например, иск собственника об истребовании его вещи от лица, у кото­рого эта вещь находится); ответчиком по такому иску может быть любое ли­цо, нарушающее право истца, ибо нарушителем права на вещь может оказаться каждое третье лицо. Actiones in personam направлена на выполне­ние обязательства определенным должником (например, требование платежа долга). Обязательство всегда предполагает одного или нескольких определен­ных должников; только они могут нарушить право истца, и только против них и давался личный иск (пп. 280-281). Впрочем, иногда ответчик по лич­ному иску определялся не прямо, а с помощью какого-то посредствующего признака; например, иск из сделки, совершенной под влиянием принужде­ния, давался не только против того лица, которое принуждало, но также и против всякого, кто получил что-либо от такой сделки (actio quod metus causa — п. 388). Такие иски назывались actiones in rem scriptae (подобные вещным искам).

56. Actiones rei persecutoriae, poenales, mixtae. По объему и цели имуще­ственные иски делились на три группы:

(1) Actiones rei persecutoriae — иски для восстановления нарушенного со­стояния имущественных прав; здесь истец требовал только утраченную вещь или иную ценность, поступившую к ответчику; например, иск собственника об истребовании вещи — rei vindicatio.

(2) Actiones poenales — штрафные иски, цель которых в частном наказа­нии ответчика. Предметом их служили: а) прежде всего взыскание частного штрафа и б) иногда возмещение убытков, но, в отличие от acti rei persecutoria, посредством actio poenalis можно было истребовать не только то, что от­нято или получено, но и возмещение такого ущерба, которому на стороне от­ветчика не соответствовало какое-либо обогащение. Например, actio doli — иск против лица, которое обманом причинило убытки, хотя и не обогатилось от этого (п. 383).

(3) Actio mixtae — иски, осуществляющие и возмещение убытков и нака­зание ответчика, например, actio legis Aquiliae: за повреждение вещей взыс­кивалась не их стоимость, а высшая цена, которую они имели в течение по­следнего года или месяца.

57.Condictiones. Личные иски, направленные на получение вещей (денег, других заменимых вещей) или совершение действий, называются condictiones (Гай. 4. 5). Личное требование в римском праве рассматривается с точ­ки зрения кредитора как требование принадлежащего ему долга (debitum) или обязанности должника что-либо дать или сделать (dare, facere, oportere).

58. Типизация исков. Преторский эдикт публиковал в систематическом порядке формуляры отдельных исков. Они излагались применительно к су­ществующей системе правоотношений, для которых вырабатывался соответ­ствующий иск. Естественно, все иски формулярного процесса получили ха­рактеризующие их с материальной стороны индивидуальные наименования, например, actio empti, actio venditi, actio pro socio, rei vindicatio. Индивиду­альность этих исков нужно понимать, конечно, не буквально и конкретно, а как обозначение типов крупных институтов. Пользуясь этими формулярами-типами для конкретных лиц и отношений, преторы придавали искам дейст­вительно индивидуализированный характер.

59. Actiones in ius и in factum conceptae. Дальнейшая классификация рим­ских исков проводилась по системам права, положенным в основание исков. Различались цивильные иски, основанные на цивильном праве, и иски гоно­рарные, или преторские, основанные на преторском праве. Иск, требовательный пункт (intentio) которого направлен на утверждение существования или несуществования какого-либо права, согласно цивильному праву, назы­вается actio in ius concepta.

(1) Si paret rem qua de agitur Ai Ai esse ex iure Quiritium... - (1) Если окажется, что вещь, о которой идет спор, принадлежит А.А. по квиритскому праву...

(2) Si paret N m N m A° A° sestertium decem millia dare oportere... - (2) Ес­ли окажется, что N. N. надлежало уплатить А. А. 10 тысяч сес­терций...

Иски, не соответствовавшие этим типам, но ставившие присуждение в за­висимость от какого-либо нового состава фактов, назывались actiones in factum.

60. Actiones populares. Некоторые иски предоставлялись всякому гражда­нину; таковы, например, иски, предъявлявшиеся к тем, кто что-либо поста­вил или подвесил так, что оно может упасть на улицу (п. 596). Такие иски на­зывались actiones populares

61. Actio directa и actio utilis. Actiones ficticiae. Если по образцу уже суще­ствующего и принятого в практике иска создавался аналогичный ему иск, то первоначальный иск назывался actio directa, а производный — actio utilis; на­пример, иск о причинении ущерба, не предусмотренного законом Аквилия, назывался actio legis Aquiliae utilis (п. 588).

Фиктивными исками — actiones ficticiae (Гай. 4. 34 и сл). — назывались та­кие, формулы которых содержат фикцию, т. е. указание судье присоединить к наличным фактам определенный несуществующий факт или устранить из них какой-либо факт, а весь случай разрешить по образцу другого определен­ного случая. Так, кто приобрел чужую движимую вещь добросовестно при определенных условиях, приобретает ее по цивильному праву по давности в течение года и может затем осуществлять свое право против прежнего соб­ственника. Против менее управомоченного лица претор защищает такого приобретателя еще до истечения годового срока путем предписания судье об­судить дело так, как если бы истец уже провладел в течение года (si anno possedisset).

62. Actiones stricti iuris и bonae fidei. Во многих исках судье предоставля­лось произносить свое решение в соответствии с тем, чего требует bona fides (добрая совесть); Судья обязывался в этих случаях восполнять предписания действующего права, исходя из соображений bonum et aequum, т.е. того, что в обороте считается соответствующим справедливости (Гай. 3. 137). Такие иски назывались исками bonae fidei. Гай (4. 62) причисляет сюда следующие иски: actio empti, venditi, locati, conducti, negotiorum gestorum, mandati, depositi, fiduciae, pro socio, tutelae, rei uxoriae. В классическом праве редко попада­ются формулы, в которых не указывалась бы aequitas, как принцип решения. В противоположность им иски более старые назывались actiones stricti juris (строгого права), при которых имело место более буквальное применение за­кона.

63. Actiones arbitrariae. Нередко судье предписывалось выносить особое решение, если он не добился от ответчика выдачи или предъявления предме­та спора. Объем возмещения судья может определить по своему усмотрению (arbitrium), исходя из соображений bonum et aequum. Иски такого рода в пра­ве Юстиниана называются арбитражными.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.