Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Князья Хаоса. Кровавый восход норвежского блэка



Майкл Мойнихэн, Дидрик Седерлинд

 

Перевод и издание © 2000 Martyn & Moroz

Первое издание UW 004/1

 

 

"ЧЕРНЫЙ МЕТАЛЛ" БЕЛОЙ РАСЫ

 

То обстоятельство, что сильные расы северной Европы не оттолкнули от себя христианского Бога, поистине не делает чести их религиозному дарованию, не говоря уже о вкусе. Они должны были покончить с таким болезненным и старчески слабым порождением декаданса. Но на них лежит проклятие за то, что они не покончили с ним: они всосали болезнь, старость, противоречие во все свои инстинкты. — Они не создали с тех пор ни одного Бога!

Ницше, "Антихрист. Проклятие христианству"

 

Как мало нужно дли счастья! Звук волынки. — Без музыки жизнь была бы заблуждением.

Ницше, "Сумерки богов"

 

 

"Эта книга — достояние немногих". Эта книга для тех, кто любит думать. Думать самостоятельно, без посторонней помощи, не опираясь в своем пути на ходунки общественных догм, предрассудков и ханжества, по какому-то иезуитскому молчаливому сговору большинства именуемых "нормами морали". Эта книга для тех, чей мозг не отягощён веригами предвзятости, кто привык делать выводы после, а не до. Эта книга для тех, кто в потоке сознания не плывет как дохлая рыба туда, куда влечет течение, а ищет свой собственный фарватер, натыкаясь на мели и балки, но всё же упрямо идущим на свет своего собственного маяка. Для тех, чей мозг не успел зачахнуть под коростой обыденности, эта книга — для молодежи. Точнее для тех молодых людей, кого принято называть «рокерами», кто живет "не как все", в чьей крови, видно есть общественные антитела, вызывающие тошноту у мещанствующих амёб, смотрящих "устрицей из раковины вещей". Однажды занесенные туда вирусом рок-н-ролла, они отторгают от общественной биомассы ещё вчера не потерянный для стада растущий организм, они въедаются, как в одежду дым, разжигая в области грудной клетки необъяснимый жар, отблески которого окружающие будут видеть в их глазах до самой смерти. Эта книга для тех, для кого рок — больше, чем музыка — образ мыслей, образ жизни, кто находится в нравственной оппозиции обществу, загнавшего их в андеграунд.

Андеграунд, впрочем, самое подходящее для рока место. Там зарождается всё новое, отмирает и превращается в прах всё ветхое и дряхлое, освобождая дорогу новым росткам. Мэйнстрим же, в противоположность ему, перманентно серого цвета со следами плесени и стагнации. Рок за несколько десятилетий своего существования много раз был вторгаем в это невидимое глазу широкой публики подполье — с тем лишь, чтобы через некоторое время как Феникс воспрять вновь — с новым опереньем, но с прежней сутью.

Рок вообще, и металл, в частности, сейчас, безусловно, находится в андеграунде. Скоро мы станем свидетелями его нового воскрешения. В каком обличье он предстанет на этот раз? Кто знает. Может быть в черных одеждах и с лицом, покрытым чёрно-белым гримом. Во всяком случае, сейчас блэк- метал музыка на подъёме, о чём свидетельствует большое количество молодых команд и, что самое главное, постоянное движение и эволюция блэк-метал групп. Взгляните на такие группы, как Vintersorg, Cruachan, Borknagar — это уже не тот блэк-метал начала 90-х. Движение и рост свидетельствуют о жизнеспособности организма. Именно сейчас блэк, наверное, переживает период самого бурного своего развития.

На волне интереса к блэк-метал как черви после дождя на поверхность стали выползать и очевидные коммерческие проекты, такие как Cradle Of Filth, Dimmu Borgir и иже с ними, которых отец-основатель жанра, один из "князей хаоса", как их окрестили авторы книги, которую вы сейчас держите в руках, любовно именовал trend реорlе. В сущности, Евронимус был прав на все сто. Но исключения, как известно, лишь подтверждают правило, а за таковое (на сегодняшний, по крайней мере, день) следует принять тот факт, что блэк-метал есть музыка абсолютно некоммерческая. «Классический» блэк- метал альбом предназначен для крайне узкой аудитории слушателей: не у каждого есть силы и желание слушать этот ужасающий, на первый взгляд, шум, записанный так, словно на дворе не 90-е годы, с их потрясающими техническими возможностями индустрии шоу-бизнеса, а времена Элвиса Пресли. Да и кто знает, как сложилась бы судьба "чёрного металла", если бы не «энтузиазм» одного человека, сначала объявившего тотальную войну христианским церквям, а затем убившего главного идеолога жанра. Но пламя пожаров окутало блэк-метал ореолом славы, а кровь "князя смерти" породила к жизни легионы хаератых упырей в "трупной раскраске", вооруженных до зубов мечами, дубинами да пиками. Жёлтая пресса раздула огонь, охвативший умы тысяч молодых людей по всему миру, и, в конце концов, из «искры», спалившей церковь в Фантофте возгорелось мощное пламя. Как итог, на начало нового христианского тысячелетия миру было явлено самое некоммерческое, антисоциальное и богоборческое на текущий момент молодёжное течение.

Треск костров, охвативших церкви большие и малые по всей северной Европе, донёсся и до лопающей поп корн, ну очень демократической Америки. Почуяв запах жареного, тамошние повара общественных настроений решили преподнести пресытившимся пресными блюдами национальной кухни местным гурманам чего-нибудь остренького с полярных окраин Старого Света. Надо отдать им должное, блюдо у Майкла Мойнихэна и его соавтора Дидрика Сёдерлинда, получилось на славу. Авторы проделали поистине титанический труд, собирая с миру по нитке интервью с участниками событий, о которых пойдет речь в книге, на пути к некоторым преодолевая ограды пенитенциариев и препоны норвежской системы исполнения наказаний, штудируя многоумные сочинения на сопряжённые темы. И хотя вся книга проникнута тоном назидательного порицания "Сатанинского неофашистского" движения, последнего гвоздя в крышку гроба блэка из "Князей хаоса" не вышло. Вместо эпитафии получился панегирик блэк-метал, который теперь даст мощный толчок популяризации этого жанра, да и рок-музыки, наверное, в целом, и в нашей стране.

Я долго пытался подобрать термин, которым можно было бы охарактеризовать эту книгу. На художественную литературу она похожа с трудом, хотя её сюжет закручен покруче иного бестселлера. Подозреваю, что многих это разочарует, но вы не найдете в ней и сухих дотошных дискографий блэк-метал команд, да двухходовых, как детский мат, жизнеописаний их "творческого пути". Я бы определил этот жанр как "рок- публицистику". Приставка рок- в нашем случае означает аномалию, отличие от нормы. Действительно, где еще встретишь такой не сочетающийся, казалось бы, букет подчеркнутой серьёзности и непроизвольного юмора (чёрного, конечно же), глубоких отступлений в мир древнескандинавского фольклора, юнгианской психоаналитики и ненормативной лексики. Отсутствие даже намёка на чувство юмора у суровых нордических парней, к слову сказать, просто поразительно. И в то же время, многие их опусы заставляют расплываться лицо и умилённой улыбке. Чего стоит, скажем, высказывание Ихсахна о том, что "оба они (Викернес и Аарсет) многое сделали для блэк-метал музыки: Гришнак первым начал поджигать церкви, Евронимус содержал этот свой магазин." Кроме того, этим ребятам нельзя отказать в открытости: они абсолютно искренние и неподдельные мизантропы. В отличие от какого- нибудь самопровозглашенного «гуманиста», "любящего" людей «вообще» и одновременно презирающего соседей но лестничной клетке, эти парни ненавидят не только весь людской род, но и своих ближних, товарищей по группе, к примеру, — возьмите того же Хеллхаммера.

Но самым привлекательным моментом этой книги является исследование идеологических корней блэк-метала: Сатанизма, национализма и язычества блэковых команд, пусть порой с претензией на некоторую научность, к которой можно смело добавить приставку псевдо-, но всё-таки выгодно отличающую ее от многих рок-изданий. Экскурсы в нордическую мифологию и древнескандинавский фольклор могут быть небезынтересны и тем, кто никогда не слышал блэка, и у кого поступки и слова Викернеса вызывают на лице гримасу недоумения и чувство патологического отвращения. Рок-музыка давно уже перестала быть единственно музыкой, способом развеяться и побалдеть на бесконечных вечеринках буржуазной молодежи, коим она была в эпоху ранних Beatles. Она давно уже стала идеологией, идеологией протеста. Те же "рок"-группы, что утратили или априори не имевшие этой бунтарской жилки, изменившие своей рок-природе, незамедлительно сливаются с мэйнстримом, где и ждёт их погибель. Кассовые сборы станут им надгробием — их печальный конец предрешён. Рок-аудитория обладает тонким чутьем и запах падали распознает мгновенно.

Насколько серьёзна была «идеологическая» подоплека блэка в период его зарождения? Ни капли. Все амулеты, краги, Сатанинская атрибутика, насупившиеся в потугах казаться чрезвычайно серьёзными физиономии всё это было не более чем погремушка в руках ребёнка, недавно научившимся ходить и выпущенному из манежа, а следовательно, получившему невиданную доселе свободу и сотрясающему вокруг себя воздух громкой цацкой, привлекая к себе внимание домашних. Впрочем, обострённая потребность самовыражения в глазах окружающих и отождествления себя с определённой общественной прослойкой свойственна всем без исключения подросткам. Те же, кто пытается доказать существование "Сатанинского заговора" или представить "Чёрный Круг" некой организацией с внутренней дисциплиной, могут с таким же успехом рассказывать басни об Оззи, вкушающем на ужин летучих мышей под маринадом и бродящем безлунными ночами с топором в руках по пустынным улицам Бирмингема, или о «Графе», пьющим кровь из вен "Сатанинских сестер". Но людям свойственно развиваться. Мозг — та же мышца, которая тренируется как бицепсы одноклеточных в тренажерном зале. И теперь мы можем констатировать, что за довольно непродолжительный период блэк-метал претерпел значительные метаморфозы, как в идеологическом, так и в музыкальном плане. Самым интересным моментом, открывающим большие перспективы дальнейшему развитию металлической музыки, явился отказ многих команд от псевдо-сатанизма и идеи прославления "зла в чистом виде" в пользу более естественной, природной или языческой идеологии. Справедливости ради надо заметить, что первооткрывателем фольклора и язычества в современной тяжелой музыке был ведомый гениальным Мартином Уолкайером Skyclad, но тем не менее в процентном отношении большинство фолк-металлических команд вышло именно из среды блэк-метал. Но обо всем по порядку.

Говоря о блэк-метал, нельзя обойти стороной тему христианства, а точнее, антихристианства. Глубоко убежден, что хэви метал вообще, а не только лишь блэк, есть музыка категорически антихристианская. Война с христианством началась в нем задолго до шестого июня 1992 года, когда Варг Викернес поджёг первую церковь — она началась ещё с первых аккордов Black Sabbath, под шум дождя и колокольный звон. Это война не с деревянными церквями — в таком случае она была бы битвой с ветряными мельницами — поле сражения лежит в умах металлистов, на котором учение древнего иудея терпит сокрушительное поражение. Далеко не все металлисты считают себя антихристианами, многие носят кресты и верят в бога, но все они никогда не станут той божьей паствой, что привыкли видеть поводыри человеческого невежества и серости — во всех живёт здоровый, неукрощённый дух, пробужденный богохульными риффами электрогитар. Музыка всех металлических команд, даже не поющих о Сатане или валькириях, несет на себе печать свободолюбия и необузданной природной страсти, которой вольно иль невольно проникаются слушатели.

Блэк-метал объявил христианству «войну» под хоругвями Сатанизма. Давайте же попытаемся определиться с тем, что такое Сатанизм, христианство, нужно ли, и если нужно, то как, бороться с последним. Как верно подметил Эрик Ланцелот из Ulver, "христианство есть ни что иное, как проявление стадного инстинкта". Христианство, как и любая устоявшаяся религия, есть одна из форм проявления догмы, то есть остановившегося в своем развитии, подверженного стагнации учения, единственным предназначением которого является поддержание общества в уравновешенном состоянии покорности. В обмен на свободу совести и мысли религия предлагает среднестатистическому "колбасному любителю" ощущение умственного комфорта и спокойствия, обещание райских кущ в абстрактном царствии небесном, аусвайсом в которое будет расписка в отречении от любви к себе и окружающим в пользу идеального бога, а индульгенцией — принесённая в жертву химере земная жизнь. Всё прочее — разговоры о так называемой христианской морали, нагорных проповедях и заповедях в камне, каждодневно нарушаемых православными и свидетелями по делу Иеговы, не более, чем ложь я лицемерие. А лицемерие, замешанное на крови — это уже религия. Внешняя же оболочка этого лицемерия, обрядовая и «историческая» его надстройка, ширма в театре кукол, и вовсе недостойна критического анализа — проделав оный, вы лишь пожалеете о потерянном времени. Противоречащие друг другу жизнеописания «снятых» и апостолов, бессовестный плагиат из мифологий других народов, при том оскорбительно называемых "во языцех", сомнительного толка чудеса и порождённые больным воображением «откровения», исполненная садистскими и извращенческими подробностями история «богоизбранного» народа, почему-то преподносимая как история всего человечества — вот и все "благие вести", принесённые христианством в мир. Но в отличие от догмы, которая действительно вечна, так как формирует закон совместного проживания общественного большинства, христианство, одно из ее воплощений, похоже, доживает свое. Два первоисточника любой религии — любовь и вера, в христианстве давно иссякли. То, что происходит в христианском обществе в течение нескольких последних веков, есть не что иное, как инерция, удовлетворяющая интересам, прежде всего, "сильных мира сего". Христианство в скором времени неизбежно уступит место другому учению, которое qlnfer раскрыть перед новообращенными новые горизонты сознания. Будем надеяться, что это «новое» будет более гуманным и естественным, чем отмирающее сейчас старое. Когда это произойдет никому не ведомо, но! Каждый желающий может увидеть смерть христианства своими глазами — когда убьёт его в себе самом или, пользуясь отточенной терминологией Авдеева, «преодолеет» его.

Борьбу с христианством, как с опухолью мозга, нужно начинать вести в своей голове. Переборовший христианские предрассудки и страхи, избавится от тяжких вериг в своём сознании, доселе неизвестный язык природы станет постепенно становиться родным, с каждым вздохом человека в лёгкие будет проникать новая порция жизни, а не доза ядовитого страха перед неумолимо приближающейся с каждой секундой смерти и последующей расплатой за грехи. Жизнь — это сегодняшний день, а не "светлое завтра" для праведников, день этот надо проживать так, чтобы после не в чем было «раскаиваться». Carpe diem!

Поджогами же церквей нанести, пусть даже локальное, поражение христианству нельзя. Наша земля очистится от всех стоящих на ней церквей лишь тогда, когда в умах наших детей не останется и следа христианской болезни. Поджоги имели только символическую ценность — они вскрыли присутствие в современном обществе антихристианских сил, готовых не только на словах, но и на деле доказывать свою ненависть к ветхозаветной догме, Наградой поджигателям было, как верно подметили авторы, чисто эстетическое наслаждение: ибо в человеке, решившимся на поджог церкви, деяние уголовно наказуемое, нерезонно подозревать даже последние остатки страхов вечных мук и проклятий или же оплёски христианской «морали». Зато, какой неописуемый восторг, должно быть, испытывает человек, наблюдая за тем, как языки пламени пожирают "божий храм"!

Ещё более бессмысленным «антихристианским» деянием, а если называть вещи своими именами, просто актом вандализма, является осквернение могил. К тому же, не стоит делать из этого прерогативу блэк-метал. Осквернение могил происходит в любой стране мира перманентно, вопрос лишь в том, в каких масштабах, и какое этому уделяется внимание. То же самое можно сказать и о «насилии», или, точнее, стремлении выглядеть Чарльзом Мэнсоном в глазах окружающих. У тех же скинхэдов насилие является куда более обыденной, естественной и регулярной вещью, не говоря уже о гопниках и прочей шпане, для которых это просто нормальное состояние. Не стоит с микроскопом искать поджигателей церквей и осквернителей могил, являющих собой "угрозу обществу" — просто сходите на вокзал, там вы найдете вандалов куда более жестоких, к тому же не отягощенных никакими «идеологическими» посылами. А между тем, это "обычные, нормальные парни", некоторые из которых ходят в церковь, большинство носят крестики или другие атрибуты христианской веры, "чьи глаза, нелепо торчащие, отражают восторг с умилением, на экран с Пугачёвой глядящие".

Не стоит особенно сокрушаться и о «нетерпимости» блэк- металлистов по отношению к другим религиям и чужим верованиям: у вас же, господа самаритяне, рыльце-то в пуху! Всем известно, кто пуще всех кричит "Держи вора!" Все три господствующие мировые религии просто-таки пышут нетерпимостью и ненавистью к иноверцам, гоям, неверным. В «просвещённой» Англии, например, "Декларация религиозной терпимости" одних добрых христиан к другим, была принята лишь спустя 1672 года после рождения их мессии, призывавшего "любить ближнего своего". Спрашивается, чем свыше полторы тысячи лет занимались "рабы божьи"? Очевидно, были "религиозно терпимы", как добрые католики к добрым гугенотам, или как полчища первых добрых крестоносцев сперва в Лицеи, где они вырезали все христианское (православное) население, включая стариков и детей, в 1095 году и четырьмя годами позже в Иерусалиме, где они устроили кровавую баню «неверным»? Сколько их, примеров "христианской терпимости"? Но впору ли нам удивляться, ведь эту кровавую "дорогу слез" начал мостить костями невинно убиённых еще сам "ангел, боящийся света" — прародитель главенствующих земных догм Иегова, на пути своего следования из Египта в Междуречье и далее без остановок оставивший горы трупов, "тризну наоборот" по которым до сих пор ежегодно справляют правоверные сыны Израилевы, за тысячелетия ни на йоту не отступившие от хищнических дедовских заветов, которые века сохранили в виде (ветхих) многоумных раввинистических наставлений, по какому-то недоразумению называемых «религией» или, тем паче «верой». Слуги божьи лишь перехватили эту эстафету у своего хозяина. И сегодня эти ловцы душ человеческих, достойные правопреемники таких великих «гуманистов» и "борцов за права человека", как Томас Торквемада, Никон или Владимир, с (бесовских?) экранов ТВ говорят о смирении, терпимости и высокой христианской нравственности, не забывая пощекотать тщеславие обывателя, чьи выпученные от умиления глаза уставились на архитектурного монстра Христа Спасителя, разговорами о «богоизбранности» народа (очевидно того, которого в настоящий момент приобщают к "общечеловеческим ценностям"). Не потрудитесь ли вы, преподобные, объяснить, как «богоизбранность» корреспондируется с терпимостью и равенством всех перед богом? Впрочем, на все подобные вопросы у христианства давно заготовлен многоразовый, как «Шаттл», ответ — "верую, потому что абсурдно". Воистину, блаженны нищие духом!

Мысль о том, что Сатана — лучшее творение бога, так часто бывала в употреблении, что уже лоснится. Тем не менее, вынужден ее повторить: адские муки, раскаленные сковородки — это краеугольный камень, на котором зиждется христианство. Имя ему — страх. Само наличие в христианской мифологии места наказания и вечного проклятия ослушников есть ещё один пленок в лицо общественной морали, лишний раз подтверждающий, что априори область применения христианской функции — быдло. Если, по Достоевскому, вслед за «отменой» крепостного права Греха последует Вседозволенность, то по логике вещей напрашивается вывод о том, что христианство не имеет в своем арсенале других средств, способных предотвратить своих адептов от слепого потакания инстинктам.

"Норвежское дело" — это несколько другой случай. Здесь, как отмечают авторы, можно выделить два типа Сатанизма. Первый, свойственный 90 % «сатанинских» металлических групп, являет собой не что иное, как заигрывание с оккультной символикой, стремление показаться «экстремальными», "злыми", «богохульными» и навеян, главным образом, дешевыми американскими фильмами и книгами ужасов, смысл которых можно охарактеризовать фразой "мясо ем, кровь я пью". Я бы назвал его детским, но авторы предпочитают называть его «средневековым». Термин, вероятно, основан на представлениях о чёрной магии, колдовстве и ведьмах, развлекающихся с дьяволом на Лысой горе, дошедших до нас из того мрачного времени. Второй случай куда как более интересней.

Сатанизм вторых можно смело назвать продуманным, выстраданным мировоззрением. Их вера — скорее социальный нигилизм, нежели вера в адское пламя. Это можно называть "сатанизмом по Ла Вею", "Сатанизмом с человеческим лицом", но скорее это индивидуализм в квадрате, помноженный на снобизм с большой буквы.

Сатанизмом, дутым ли, искренним ли, в хэви метал ни кого не удивишь. Поистине новой идеологией в рок-музыке стало язычество. Прецеденты, конечно же были, но они настолько редки, что их можно пересчитать по пальцам одной руки: уже упоминавшийся Skyclad (и ранее Sabbat), конечно же, Jethro Tull, да Bathory «викинговского» периода, вот пожалуй и все более или менее видные команды. Блэк-метал же послужил источником мощнейшего течения групп, исповедующих язычество, ныне охватывающего всё большие и большие площади металлического королевства. Смею предположить, что в России в ближайшие годы развитие экстремальной музыки будет проходить в этом же направлении, плюс в направлении революционно-националистическом, но последнее, кажется, ближе скинхэдам.

Что такое язычество? Как сказал бы Гайдар-дед, "это каждый понимает по-своему". Да и как может быть иначе — в противном случае чем бы оно отличалось от любой другой современной религиозной или культурной формации? Язычество есть адогматическое знание и мировоззрение, основанное на личном опыте вкупе со следованием традиции или естественному восприятию природы вещей, имеющей ярко выраженные черты конкретного этноса, то есть выработанные многими поколениями поведенческие, культурные и нравственные стереотипы, заложенные в человеке на подсознательном, генетическом уровне. Язычество настолько же национально, насколько и индивидуально. Язычество — это любовь к природе в себе, а не к себе в природе. Язычество — это естественное состояние внутренней свободы, свободы мысли, веры и воли.

В современном обществе язычество — это культурный и философский феномен, а отнюдь не обязательное ряжение в звериные шкуры. Хотя справедливости ради надо заметить насколько светлей и естественней, скажем, языческие праздники, надуманных и пропитанных обязательным перегаром христианских и подавляющего числа официозных. Язычество сегодня — это расширение границ сознания, движение к новому духовному и социальному состоянию. Видимая же часть айсберга — ритуальная и символическая сторона язычества — воспоминание о тех днях, когда свобода была уделом каждого. Теперь же, в Калийюгу, свобода, как, впрочем, и любовь, есть достояние лишь немногих — самых смелых.

Свадьба язычества и рок-музыки — чрезвычайно удачное и крайне полезное, особенно для современной русской, молодежи предприятие. Рок-музыка, книги Толкиена, живопись Васильева — простые и легкие, как манная каша, блюда, с которыми молодое поколение может впитать здоровые и необходимые для самостоятельного роста вещества, предотвращающие лейкемию, вызываемую чужеродной заразой "американской мечты", кока- колы и дешевого инфантильного шоу, превращающего людей в имбецилов. Надо признать, что духовные и культурные ценности у большей части современной молодёжи отсутствуют, подменённые иудо-дерьмократическим режимом, радующими туземный взгляд блестящими бусинками самолюбования и посулами радужного, сытого, тёплого и, главное, не требующего приложения усилий, знаний и труда, мещанского благоденствия. Зато налицо пробелы в образовании и пустоты в области творческой мысли и жажды самовыражения. В этой связи рок-музыка может прийтись как никогда ко двору для культурного образования и пробуждения национального самосознания молодёжи. Алгоритм крайне прост. Первый шаг — неприятие попсовой «музыки» с последующем открытием для себя музыки альтернативной. Второй увлечение рок-н-роллом в сугубо музыкальном плане. Далее следует восприятие рока как культурного и (анти)общественного явлении. И языческие Идеи в этом процессе самовоспитания могут оказаться знаковыми для большого числа молодых людей.

…Язычество — всегда романтика. Так да здравствует же романтика — единственный способ жить и не спиться от горечи прагматизма. Да здравствует рок'н'ролл — единственный правильный способ умереть!

 

 

ПРЕАМБУЛА: ВО ТЬМУ

 

Финголфин

 

Из опустошенной земли

Жизнь новые формы пробудит

Но то что сначала ужасно на вид

Долгожданным рожденьем восславлено будет

Сколь долго мы безутешно рыдали

Ночами, что никогда не кончались?

Ни мига

Во тьме нет места слезам и сомненьям

Тьма нас лишает всего лишь видений

Мы слёзы на развалины прольем

Осыплем себя тленом

Но Феникса не видно всё

В огне Геены

Ты всё ещё плачешь?

Ты всё ещё рыдаешь?

Тарьей Весаас "Птица в огне", из сборника "Земля сокрытого огня"

 

 

Апрель 1997, Осло — заголовки норвежских газет кричат о раскрытии зловещего заговора с целью убийства прогрессивных политиков и религиозных деятелей в Норвегии. Заговорщики, обладавшие не только оружием, но и крупными суммами денег, несомненно планировали нечто большее. В их планах было освобождение находящегося в заключении товарища, которого они надеялись тайно вывезти из страны. Был ли этот пленник радикальным националистом с долгой историей подпольной политической деятельности, подобной той, которую вели они сами? Нет. Он был 24-летним Варгом Викернесом, самым известным в мире музыкантом блэк-метала.

Из мира современной музыки в политический терроризм тянется извилистая тропа, Уже не в первый раз рок'н'ролл становится проводником революционных идей, но на сей раз они были наиболее фанатичными и бескомпромиссными. К тому же это только верхушка айсберга. При более пристальном рассмотрении заговор с целью освобождения Викернеса оказывается лишь последней главой одной из самой необычных и скандальных саг в истории музыки. До сих пор она оставалась практически ненаписанной.

Анналы блэк-метала преисполнены насилием — от самоубийств при помощи дробовика до хладнокровных убийств ножом. Число смертей по всему миру подсчитать нелегко, но суть чётко прослеживается в их яростном характере. К безжалостности убийств прибавились ещё и психологический террор и религиозная непримиримость последовавшей затем кампании поджогов в церквях. Наследие блэка составляют бесчисленные обрывки злобной риторики от Сатанизма до фашизма. Если откинуть тёмную завесу секретности, можно найти среди многочисленных позёров и карикатурных персонажей настоящих демонов в человеческом обличье. Всех их объединяет желание выйти за границы допустимости современного общества, будь то в виде образа или деяния, и водрузить своё знамя отрицания. Это воплощено в воинственном звучании самого блэка — ревущей какофонии из умопомрачительных измерений. Блэк берёт за основу своей формы каркас самого жёсткого ответвления тяжёлого металла, обнажая его до пропитанного желчью зазубренного осколка звуковой ярости. Словно для того, чтобы ещё больше смутить ничего не подозревающего слушателя некоторые группы пишут музыку, которую нельзя назвать иначе как чудесной, и вторгаются на территории амбиента, традиционного фолка и даже нео-классики.

Рок-музыка всегда несла в себе семена запретного плода. С прошествием десятилетий и расцветом бизнеса мультинациональные корпорации, под контроль которых попала рок-индустрия, не позволили этим семенам взойти и развиться в неконтролируемые побеги и лозы. Одновременно с вхождением рока в обиход, бесконечной рекламой его в глянцевых журналах и помпезными видео, корпорации тщательно поддерживали видимость псевдо-протеста но всё равно "сад земных наслаждений" рока оказывался слишком старательно ухоженным и подстриженным. Однако всегда найдутся те, кто попытается смести барьеры и обеспечить приток свежей крови с кровавых полей настоящих опасностей.

Тяжёлый металл ведёт своё существование на периферии популярной музыки в изоляции своей преувеличенной образности и мужских вожделений. Часто не замечаемый, проклинаемый и запрещаемый как родителями, так и критиками, тяжёлый металл был вынужден создать своё подполье. Он играет по своим правилам и следует своей эстетике. Рождённая из нигилизма 70- х, эта музыка следовала своим своеобразным путём. Теперь, во второй половине 90-х она часто считается устаревшей и более неуместной, что-то вроде костюмированного бала худших проявлений рока. Металл более не крутят по радио и звукозаписывающие компании более не продвигают его с былой настойчивостью. После просмотра MTV или прочтения современных музыкальных журналов неискушённый человек может подумать что хэви-метал вообще не существовал.

Однако слухи о его кончине сильно преувеличены и металлическое подполье кипит и бурлит по всему миру. В конце концов тяжёлый металл был предоставлен самому себе и независимым лэйблам, которые управляются ярыми поклонниками, и его самые антисоциальные и агрессивные тенденции развивались безо всякого сдерживания со стороны системы моральных ориентиров, которые общество предоставляет всем другим музыкальным жанрам.

В Европе хэви-метал всегда пользовался определённой степенью популярности несмотря на статус парии в главах публики. На дальнем севере этого континента раскалённая природа экстремального металла встретилась с ледяным климатом Норвегии и Швеции, и результатом этого стал музыкальный стиль взрывных пропорций — блэк-метал. Север, жёстко подверженный воздействию всех стихий, со временами года, погружёнными во тьму и холод, предоставил изолированную среду, благодаря которой блэк-метал собрал силы и оружие для грядущей нечестивой войны.

Рок'н'ролл с давних пор был противников основных идей христианства, но подпольный хэви-метал довёл это противостояние до экстремума. Христианство не должно было быть медленно разложено через постоянное проникновение всё возрастающей аморальности, а выкорчевано и выжжено до основания. Блэк-метал предоставил пехоту, готовую очертя голову броситься в битву с огнемётами в руках дабы поджечь кафедральные соборы и церкви по всей Европе.

Оправданий этой деятельности много. Некоторые провозглашают приверженность Сатане, давнишнему противнику христианства и восславляют Его имя в песнях и делах. Другие ищут подкрепления в старинном язычестве и утверждают что продолжают битву, незаконченную 1000 лет назад, когда христианство завоевало Европу. "А furore normannorum, libera nos, domine — От ярости норманнов избави нас, о, господи, — эта мольба была распространена среди людей, на которых обрушивалась эта ярость," — пишет Гуин Джонс в "Истории викингов". Теперь те же самые молитвы всё чаще слетают с уст уже современных отцов церкви.

Святой Колюмсиль, основатель монастыря Ионы на Британских островах в 563-м году, почти пророчески предсказал судьбу своей религии. По свидетельству Мануса О'Доннела ужасные видения внезапно наводнили сознание святого: "Душа моя и сердце моё встревожены видением, ниспосланным мне… ибо в конце времён люди осадят мои церкви, перебьют моих монахов и ворвутся в мое святилище и осквернят мои кладбища".

Его пророчества сбылись всего через несколько веков, когда викинги с норвежских берегов напали на британские монастыри "словно жалящие осы и распространились по всей стране подобно злым волкам, разрывая и убивая не только овец и скот, но и священников, и левитов, и монахов, и монашек из хора…" В конце концов новоявленные силы бога и Христа подавили и уничтожили своих языческих оппонентов и Европа стала полностью христианским континентом до самых глухих окраин. Но волки и осы только спали в своих пещерах и гнёздах и ждали пробуждения.

Чуть более тысячелетия спустя пророчество Колюмсиля обрело свою вторую реальность, в этот раз уже во всём мире. Противником в этот раз выступил не воинский класс необузданного языческого общества, а образованная и умная молодёжь из самых цивилизованных христианских стран.

Связь между столь отдалёнными по времени событиями мало прояснена и детали теряются в туманах дохристианских мифов и аллегорий. Блэк-метал подхватил огонь Локи и использовал его чтобы ускорить своё сошествие в ад. Были ли ужасные боги прошлого разбужены и жаждали крови после столь глубокого сна? Или это их последний бой, Gotterdarnmerung вагнеровских пропорций, последний выход перед тем как упадёт занавес?

Историк германских народностей писал: "Это не просто сумерки богов, это глубокая, непроглядная ночь". Пылающими отблесками своих вымышленных или настоящих мечей легионы блэк-метала предприняли обречённую попытку осветить эту тьму. Их оружием стали богохульство и огонь, подкреплённые тяжёлой звуковой артиллерией и мощными внутренними адскими импульсами. Их методы и подход к делу могут показаться неадекватными, их тактика — грубой и неосмысленной, но беспрецедентные результаты и связанные с этим преступления требуют более глубокого анализа. Объяснение их поведения простирается далеко за рамки музыки, молодёжной культуры и даже эзотерики. Их эксперименты со «злом» предоставляют возможность понять динамику побуждения, что лежит за саморазрушением.

Для того чтобы полностью понять настоящее и будущее, следует заглянуть в прошлое. Поэтому мы начнём наше объяснение современного музыкального терроризма, вернувшись на несколько поколений назад, когда рок'н'ролл ещё не появился на свет. Когда краткая родословная блэка будет установлена, всё в безумии быстро встает на свои места.

 

 

СИМПАТИИ К ДЬЯВОЛУ

 

Шабаши прошлых лет обрели новую жизнь в виде рок-фестивалей на природе. И те и другие дают выход эмоциям, накопленным в тяжелом труде повседневной жизни. Молодые люди, присутствующие на концертах, по большей части называют себя "новым поколением", чем- то вроде европейских вассалов, чувствовавших свой разлад с истеблишментом. На концертах, как и на шабашах, звучит ритмичная, гипнотическая музыка, используются галлюциногены, люди все больше уподобляются животным…

Артур Лайонс "Второе пришествие"

 

 

Дьявол всегда высоко ценил музыку. Разве можно найти лучший плацдарм для того, чтобы вдохновлять, растить и продвигать свою волю в дела людские? Музыка может служить и бальзамом и возбудителем, успокаивая дикие или пробуждая спавшие страсти. В духовных терминах музыка есть магический акт, способ общения человека с богами. В зависимости от того, кого пробуждают участники действа, она может как возносить к ангелам на небесах, так и вызывать чудовищ из глубин бездны.

Со времён возникновения христианства два тысячелетия назад, музыка всегда была проблемной зоной как для религиозной, так и для мирской власти. В то время как музыка зачастую служила объединяющим началом для верующих, она с такой же лёгкостью могла при помощи слов и мелодий соблазна посеять семена сомнения в душе. Мефистофель и Муза ходят рука об руку и старинные народные песни прославляют вино, женщин и песни — а всё это игрушки Дьявола. Многие из старейших известных ныне европейских песен берут своё начало в языческих, дохристианских традициях и ведают нам истории о магии, некромантии и суевериях. Не удивительно, что христианство всячески стремилось заменить эти песни своими гимнами, прославляющими его собственные образы и идеи, однако, традиции не так легко победить и они всегда оказываются на поверхности несмотря на попытки отбить охоту или даже заставить замолчать.

Самопровозглашённые моральные авторитеты продолжают хмурить брови при упоминании о песнях про пирушки и плотские утехи, пытаясь всячески выкорчевать их. В первой половине двадцатого века особо опасным считался джаз и его мнимая способность пробуждать животные страсти, особенно среди ничего не подозревающих белых. Писатели-теософы, рассуждая об оккультной значимости музыки даже заходили так далеко, что утверждали будто та же сила, что распространяла джаз по ночным клубам и есть причина всего зла на земле. Стэнли Бут в своей книге о Rolling Stones "Танец с Дьяволом" цитирует New Orleans Times-Picayne за 1918 год: "На некоторые натуры громкий и бессмысленный звук производит возбуждающий, почти что опьяняющий эффект, подобный тому, что вызывают грубые цвета и резкие запахи, вид плоти или садистское удовольствие от крови. Для таких джазовая музыка просто наслаждение". Ранние тактики запугивания не произвели нужного эффекта и со временем джаз приобрёл более широкую аудиторию.

Более прямо нежели джаз, с дьявольщиной был связан блюз. Чёрные рабы принимали христианство после своего недобровольного прибытия в Америку из Африки, но смешивали его со своей верой вуду. Блюзы наполнены упоминаниями чертей, демонов и духов. Говорят, что один из самых выдающихся блюзовых музыкантов всех времён Роберт Джонсон продал свою душу Дьяволу на перекрёстке где-то в дельте Миссиссиппи и оставшиеся записи его колдовских песен словно подтверждают, что в обмен на душу Сатана наградил его умением играть. Джонсон записал всего 29 песен, одни из самых известных среди них — "Блюз на перекрёстке", "Я и дьявольский блюз" и "Гончая ада идёт по моему следу". Свинцовая тяжесть его музыки отражает его тяжёлую жизнь, которая началась на плантациях, прошла в пирушках и игре в барах и оборвалась в 1938 году, когда в возрасте 27 лет он был отравлен в баре, скорее всего из-за связи с женой владельца клуба. Музыкальное наследие Джонсона чуть было не кануло в лету, но в 60-х годах было переиздано на виниле и нашло своих восторженных поклонников среди музыкантов блюз-рока той эпохи. Из демонических песен дельта блюза можно провести линию к современному Сатанинскому рок'н'роллу.

 

 

 




Поиск по сайту:

©2015-2020 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.