Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Первый воронежский святитель



 

Счастлив богоспасаемый Воронеж: на его духовном небе светло сияют две новые звезды, озаряя всю Православную Русскую землю; благословенна богохранимая паства Воронежская: и в наши грешные времена Господь удостоил ее особенной Своей милости — Он прославил славой небесной двух ее святителей — новоявленных чудотворцев Митрофана и Тихона!.. Во многом черты их духовного образа напоминают друг друга: оба они были мужи, благодатью исполненные, оба — смиренномудрые, кроткие, любвеобильные, оба отличались евангельской простотой и строгой подвижнической жизнью. Но о жизни и подвигах святителя Тихона мы имеем довольно подробные известия, а подвижническая жизнь святителя Митрофана осталась сокровенной в Боге и до нас дошли лишь самые краткие сведения о ней. "Я родился от благочестивых родителей, — говорит о себе сам святитель Митрофан в своем завещании, — и в благочестии непорушном Восточной церкви, в Православной вере воспитан". Но кто были его родители, где он учился, в каком звании жил до 40-летнего возраста—осталось неизвестным. Известно только, что в мире его звали Михаилом, что он был женат и имел сына. На 40-м году он овдовел и поступил в Золотниковскую пустынь (недалеко от Суздаля), где и облечен в ангельский образ с именем Митрофана в 1663 году. За его строгую, подвижническую жизнь он вскоре был поставлен во игумена Яхремской Козминой обители, а потом— переведен в Макариев, на Унже, монастырь. В 1681 году христолюбивый царь Феодор Алексеевич вызвал его в Москву. В то время особенно усилился раскол на Дону; для противодействия этому злу решено было поставить в Воронеже особого архипастыря, и смиренный игумен Митрофан был избран и посвящен во епископа граду Воронежу. Весной 1682 года благочестивый царь Феодор Алексеевич скончался; в июне происходило венчание на царство двух малолетних братьев — царей Иоанна и Петра Алексеевичей. Святитель Митрофан принимал участие в сем священнодействии: он поднес Патриарху на золотом блюде венец царский для возложения на главу юного царя Петра. По прибытии в Воронеж святитель особым посланием увещевал священников быть достойными иереями Бога Вышняго. Кроме сего послания до нас не дошло его пастырских поучений. Двадцать лет он был архипастырем Церкви Воронежской, и был для нее правилом веры, образом кротости и словом и житием своим. Двери его келлии были всегда открыты для всех скорбящих, странных и убогих. Всех он принимал с отеческой любовью, утешал и упокоевал; а заключенных в темнице сам посещал, и нередко бывало, что ожесточенное сердце злодея смягчалось от его слова благодатного, и слезы кающегося грешника орошали его благословляющую десницу. А болящие не только слышали от него слово участия и утешения, но и удостоивались собственных святительских рук его послужения. Верный служитель Церкви Божией, он был верным подданным и Богом поставленной царской власти, и верным, любящим сыном родной земли. Когда царь Петр Великий готовился к войне с турками и строил в Воронеже корабли, чтобы на них по реке Дону идти с войсками своими на Азов, то святитель Митрофан был ему усердным помощником в сем деле. Он не только увещевал народ помогать царю трудами и деньгами, но и сам принес Государю все свои деньги, какие оказались налицо, и сказал: "Всякий сын отечества должен от своего достатка помогать нужде государства: прими же, Государь, оставшиеся от моих издержек сии деньги и употреби их противу неверных". И не раз угодник Божий приносил такие жертвы на нужды государства: то же было и во время шведской войны в 1700 и 1701 годах. Вот, братие, поучительный пример, как нам должно любить свое отечество! — Но благоговея пред царем, как Помазанником Божиим, святитель Митрофан ставил волю Божию выше всего и не боялся говорить правду царю, когда сего требовал его пастырский долг. Вот этому пример. Царь Петр проживал в Воронеже по нескольку недель, лично наблюдая за постройкой кораблей. На острове реки Воронежа был у него дворец. По примеру иноземцев, он украсил свой дом статуями языческих богов. Раз царь пригласил к себе святителя. Старец, по простоте евангельской, пешим пошел к царю. Уже перешел он мост, как вдруг его целомудренный взор был поражен обнаженными статуями тех богов. Смущенный, он спешно возвратился домой. Государю доложили, что архиерей был у дворца и ушел. Тот послал опять звать его к себе. Но архиерей Божий отвечал посланному: "Доколе Государь не повелит низвергнуть идолов, которые соблазняют народ, дотоле я не могу явиться пред его царские очи". — Прогневался Государь на святителя: как смеет он не слушаться царской власти? — говорил Петр. И он послал сказать святителю, что если тот не явится сейчас же, то, как ослушник царского повеления, будет предан казни. "Тело мое во власти Царя, — отвечал угодник Божий, — но на душу мою человеческая власть не простирается. А есть Бог, могущий и тело и душу за нечестие ввергнуть в геенну огненную. — Того единого боюсь, страшного паче царей земных... Неприлично Государю Православному ставить языческие болваны на соблазн простому народу!.." — И, зная строгость Петра, святитель озаботился приготовить себя к смерти. Он приказал благовестить ко всенощной в большой колокол. Государь, услышав звон, спросил: "Что завтра за праздник?" — Ему отвечали, что нет никакого. Он послал спросить архиерея. Святитель Митрофан отвечал: "Мне, как преступнику, словом царским изречена смертная казнь. Готовясь к смерти, я спешу совершить соборное моление с Церковию о прощении грехов моих, да явит на мне Господь милость Свою". — Удивился царь мужественной ревности святителя; он послал немедленно успокоить его милостивым словом своим и не тревожить народ необычным звоном. А статуи приказал убрать. Тогда святитель пришел к царю и, повергшись к его ногам, благодарил за уничтожение соблазнительных статуй. После сего случая царь Петр еще более стал любить и уважать святителя Митрофана. — Угодник Божий скончался 23 ноября 1703 года. Случилось, по устроению Божию, что в тот же самый день прибыл в Воронеж и царь Петр. По своему обычаю Государь поспешил к любимому архипастырю, но застал его при последнем издыхании... Он поцеловал десницу святителя, сам закрыл ему глаза, сам, со своими вельможами, нес тело его до церкви, и потом до могилы. "Не осталось у меня такого святого старца, — сказал он, когда гроб опустился в могилу: — Буди ему вечная память!"

Святой Митрофан оставил после себя духовное завещание. Оно все проникнуто духом смирения и отеческой любви. После пастырей и властных лиц, он обращается ко всей своей пастве: "Прочее же мудрых мужей правило: употреби труд, храни мерность (умеренность) — богат будеши. Воздержно пий, мало яждь — здрав будеши. Твори благо, бегай злаго — спасен будеши... Веру же Православную заповедую вседушною любовию имети, и Церковь Святую едину во вселенной яко матерь чествовати, и предание и учение Отцов святых содержати крепце... Якоже без веры правыя угодити Богу невозможно, тако и кроме Церкви Святыя Восточныя и светлаго богопреданнаго тоя учения не возможно никому спастися... Сотворите милость, и последний мой долг сей заплатите: помяните душу мою грешную, да и сами помиловани будете от Господа Бога в день праведнаго суда. Не презрите убо мое прошение: слезно молю и прошу, не забудите мене в молитвах своих по Апостолу: братие, молитеся друг за друга"...

Святителю Божий, угодниче Христов! Нам ли грешным за тебя молиться Господу? Кто мы, и кто — ты!? Ты за нас не премолчи, вопия ко Владыце всех, Ему же предстоиши со всеми святыми!..

 

Вифания

 

Небольшое селение Вифания, или как зовут ныне арабы — Эль-Лазарие, отстоит от Иерусалима всего на полчаса пути, не далее трех с половиной верст. Поклонники с любовью посещают эту благословенную весь вместо прогулки. Путь туда лежит чрез восточные врата Иерусалима, близ коих страдальчески скончался Первомученик и Архидиакон Стефан; далее, чрез Кедронский поток, по склону святой горы Елеонской, мимо священного сада Гефсиманского, где молился Господь наш до пота кровавого; и еще далее — по северному склону горы Соблазна, где Царь Соломон построил когда-то идольские капища для своих жен — идолопоклонниц, и тем соблазнил свой народ; вот — селение Силоам, а почти смежно с ним, вправо — видны небольшие остатки селения Виффагии, откуда Апостолы привели Спасителю осля и жеребя для Его торжественно-смиренного, царского входа в Иерусалим... По этому пути часто ходил Господь Своими пречистыми стопами и в Вифанию, и чрез Вифанию — к Иерихону, по пути в родную Галилею, и обратно; по этому пути ехал Он, кроткий и спасающий Царь Сиона, на осляти в Иерусалим, грядый на вольные страдания ради нашего спасения... На полпути укажут вам место, где красовалась, покрытая листьями, но бесплодная смоковница, которую Господь предал проклятию, чтобы преподать нам урок крепкой веры и предостеречь нас самих от подобной участи: если Он, милосердный, наказал нечувственное дерево за бесплодие, то что будет с нами, если Он, праведный Судия, не найдет у нас ничего кроме, ничтожных листьев — гордости и лицемерия?.. — Наконец, путник видит пред собой несколько низких и грязных арабских хижин, которые лепятся на покатости горы Елеонской: это и есть Вифания. Когда-то, во времена Спасителя, все это местечко было роскошным садом; тут прекрасно росли маслины, фиги, виноград, миндаль, гранаты, пальмы и хлеб. Отсюда плоды доставляли в Иерусалим; а особенно много росло тут финиковых пальм, почему и самое селение получило название Вифания, что значит: дом фиников. Но теперь долины и горы, по которым были раскинуты дома и сады древней Вифании, опустели; едва приметно кое-где приютились тощие деревца, а пальм и вовсе не видно... Таков вид теперешней Вифании. Но сколько сладостных для верующего сердца воспоминаний возбуждает одно это дорогое имя — Вифания! Нигде, кажется, Господь наш Иисус Христос не проводил более спокойных часов, нигде столько не отдыхал Он Своей святой душой после великих Своих трудов, как в этой Вифании, в доме праведного друга Своего Лазаря. Здесь всегда встречали Его с великой радостью; этот тихий, благословенный дом всегда был открыт для успокоения Того, Кто в земной жизни Своей не имел где главы приклоните... За то и любил Господь это счастливое Его любовью семейство, любил Он друга Своего Лазаря и двух праведных сестер Его — радушную, трудолюбивую, гостеприимную Марфу и тихую, молчаливую, глубоко Ему преданную Марию. У них Он обычно останавливался, когда приходил в Иерусалим на праздники; в их доме проводил Он и последние пред Своими страданиями ночи, удаляясь сюда из шумного Иерусалима... А за несколько дней до Своих страданий в этом доме приготовили Ему вечерю — угощение, и Марфа, по обычаю, служила Ему, а Лазарь был один из возлежавших с Ним. Мария же взяла фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Божественного Учителя и отерла волосами своими, желая тем излить чувство своей сердечной благодарности пред Воскресителем ее брата — мертвеца четверо дневного! Какие трогательные воспоминания! — Но вот другой дом — дом Симона прокаженного. И в этом доме Господь был однажды дорогим гостем. И сюда пришла к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного; но это не была праведная сестра Лазаря; это была жена грешница, жена, грехами оскверненная, и всеми презираемая. Она пришла сюда, чтобы излить свою душу в слезах покаяния, и разбив дорогой сосуд, возлила благоуханное миро на главу Вземлющего грехи всего мира... Ропщет расчетливый Иуда на бесполезную, по его мнению, трату ароматов; слышится слово порицания и от других учеников; но Сердцеведец лучше их знает цену усердия грешной жены: "Что смущаете жену? — говорит Он им. — Она доброе дело сделала; она предварила помазать тело Мое к погребению. Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие, в целом мире сказано будет в память ее и о том, что она сделала!" — И вот, скажем словами святого Иоанна Златоуста: молчит история о подвигах бесчисленных царей и полководцев, которых надгробные памятники доселе еще сохраняются; неизвестны даже по имени многие из тех, которые построили города, покорили народы, издали законы, — но то, что в Вифании, в дому некоего Симона прокаженного, жена блудница излила миро на главу Христову, — об этом знает весь христианский мир... — На месте бывшего дома Лазарева святая Царица Елена построила прекрасную церковь, но от этой церкви уцелела только передняя стена, к которой пристроена арабская мечеть. А на месте дома Симона прокаженного был когда-то католический женский монастырь, а теперь — все в развалинах. — Третья святыня Вифании — это гроб Лазаря, находящийся в нескольких стах шагах от дома Симона прокаженного. В святой земле все гробы были иссечены в скалах, а Лазарь был человек богатый и потому ему была иссечена особая пещера, в которую теперь спускаются по 26 ступеням. В углу пещеры сложен из камней престол, на котором францискане (католические монахи) два раза в году служат литургию. Из этой пещеры, чрез низкое и тесное отверстие, по пяти или шести ступеням, можно сойти в другую пещеру, аршина 2 ширины и 4 длины; вот тут-то, налево, и высечено смертное ложе четверодневного мертвеца Лазаря. Прежде белый мрамор украшал этот гроб Лазарев, и прекрасная церковь покрывала всю пещеру; теперь все опустошено, и кроме голой скалы, грубо отесанной, да сору и развалин, ничего не видно. Здесь богомольцы читают евангельское сказание о воскрешении Лазаря, и поразительно звучат для сердца под сводами этой опустелой пещеры слова Господа: «Лазаре, гряди вон..» Мысль невольно переносится в то время, когда по сему Божественному повелению, из этой темной, тесной пещеры, вышел Лазарь, обвитый погребальными пеленами, но цветущий жизнью и здоровьем...

Недалеко от Вифании, близ дороги Иерихонской, показывают большой круглый камень. Предание говорит, что тут остановился Господь, когда пришел в Вифанию разбудить Своего друга от смертного сна; тут отдыхал Он, усталый от дальнего пути и от высокого подъема на гору; здесь встретила Его заботливая Марфа, и вслед за нею глубокоскорбная Мария, повергшаяся к Божественным стопам Учителя со словами: "Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой!" Отсюда, от этого «камня беседы», как называет предание этот гранит, растроганный до слез скорбью близких, преданных Ему людей, Господь наш пошел ко гробу мертвеца — друга... Что ни шаг, то священное воспоминание, что ни место, то трогательная картина из жизни Спасителя!..

Такова Вифания — отечество Лазареве. Таков этот тихий уголок, где и развалины говорят о любви Жизнодавца, и самые камни проповедуют о Его снисхождении к скорбям человеческим даже до пролития человеческих слез!..

 




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.