Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Без страха Божия от греха не удержишься



 

Хорошо сказал царь Давид о грешнике: «Глаголет пребеззаконный согрешати в себе: несть страха Божия пред очима его» (Пс. 35; 2), как бы так говоря: почему пребеззаконный грешник замышляет преступать заповеди Божий, святые и спасительные, и решается на дела Богу противные? Потому, что нет страха Божия пред очами его. Почему сильный обижает слабого? Почему клятвопреступник во лжи клянется, дерзкий — досаждает, бесстыдный — сквернословит? Почему человек, будучи сам весь во грехах, осуждает других? Потому, что нет страха Божия пред очами их. Почему мздоимный судия судит неправо, почему ленивый всю жизнь проводит в небрежении, утопая в греховных удовольствиях, не помышляя о покаянии? Потому, что нет страха Божия пред очами их. Без страха Божия не удержишься от грехов, не исправишь своей жизни, как говорит тот же Давид: «несть бо им изменения, яко не убояшася Бога» (Пс. 54; 20). Не расстаются грешники со своими беззакониями, не хотят обратиться к добродетели, потому что Бога не боятся.

Кто Бога не боится, тот готов на всякое зло: ему не страшно убить человека — он даже почитает это делом удальства и храбрости; украсть, ограбить кого — для него дело выгоды. Плотские скверные грехи он и в грех не ставит, считая их потребностью природы. Лукавство и хитрость он считает мудростью; он каждый грех готов считать добродетелью, делом обычным: самым бесстыдством он хвалится: «хвалим есть грешный в похотех души своея...» (Пс. 9; -4); чего следовало бы стыдиться, тем он утешается; о чем бы плакать, тому он радуется; чем бы гнушаться, того он желает; чего бы избегать всячески, того он усиленно ищет. Кто Бога не боится, тот есть человек греха. Он только о грехе и думает, греха желает, грехом услаждается, сам в себе возжигает греховный пламень, а беззаконные дела — собирает как сокровище: « ...сердце его собра беззаконие себе...» (Пс. 40; 7). Как дикий конь, он порвал узду страха Божия и стремится туда, куда влечет его греховное пожелание, пока не упадет в ров погибели вечной. Кто Бога не боится — тот безбожник, он живет так, как будто не верует в Бога, не ждет Страшного суда Божия и вечной муки в геенне огненной. Для него все это — сказки; это поистине — сын погибели, раб и друг диавола, противник Божий, предтеча антихристов: как антихрист не захочет и слышать о Боге и воспротивится Ему, сам назовет себя богом; так и тот, кто Бога не боится, как бы не хочет знать Бога над собою, не слушает Его повелений, он сам себе — бог! Одним словом: где нет страха Божия, там всякое зло совершается, там всякая страсть, как говорит преподобный Дорофей. Как все реки текут в море, так в сердце, в коем нет страха Божия, стремятся все греховные пожелания, а за ними — и греховные дела. О, если бы люди грешные убоялись Господа Бога! Они не решались бы прогневлять Его, своего Судию праведного, своими беззакониями!

Страх Божий — это узда, удерживающая грешника от пути его беззаконного, как сказано в Притчах: «страхом же Господним уклоняется всяк от зла» (Притч. 15; 27). Вот почему и Пророк Моисей, желая отвратить народ еврейский от грехопадений, заповедует ему иметь прежде всего страх Божий: «...да будет, — говорит, — страх Его в вас, да не согрешаете» (Исх. 20; 20). Страх Божий — путеводитель ко спасению и начаток любви к Богу, как говорит тот же Моисей: «И ныне, Израилю, что просит Господь Бог твой у тебе, точию еже боятися Господа Бога твоего, и ходити во всех путех Его, и любити Его и служити Господу Богу твоему от всего сердца твоего и от всея души твоея» (Втор. 10; 12). Вот видите, от страха Божия начинается спасение человеческое: кто боится Господа, тот ходит путем Его, хранит все заповеди Его, любит Его, ничего не жалеет для Него и служит Ему со всем усердием. Аврааму было сказано: «ныне бо познах, яко боишися ты Бога» (Быт. 22; 12). Знал Бог, испытующий сердца и утробы, что Авраам имеет страх Божий; но по-человечески сказал: «ныне бо познах» — ныне стало явно для всех, что ты боишься Бога. Почему? Потому что Авраам со всем усердием послушался Бога, повелевшего ему принести в жертву Исаака. А послушал он потому, что Бога любил больше, чем сына, и не только сына, но и больше, чем себя самого: он готов был сам себя лишить утехи и надежды, не щадил своей супруги Сарры, которая, конечно, неутешно стала бы оплакивать сына. Вот истинное Боголюбие! Кто любит Бога, тот и боится Его, и слушает Его, ничего — даже себя самого не щадит для Него, будучи готов умереть за Него, как говорится в тропаре мученицам: «Тебе, Жените мой, люблю, и Тебе ищущи страдальчествую и умираю за Тя...» А кто не любит Бога, тот не боится Его, не слушает Его, и не только жалеет чем-нибудь пожертвовать для Бога, но и Божие готов себе присвоить...

Скажут: страх и любовь противоположны друг другу; сказано: «страх муку имать: бойся же не совершися в любви» (1 Ин. 4; 18). Люди, обыкновенно, не любят и бегут от того, чего боятся. Напротив, где любовь, там и страха нет: «Страха несть в любви, но совершенна любы (любовь) вон изгоняет страх» (1 Ин. 4; 18).

Отвечаем на сие: есть страх мирской и плотской, и есть страх Божий, страх духовный. Страх плотской есть страх раба и невольника; страх духовный есть страх сыновний. Кто боится страхом мира сего, тот хотя и исполняет волю того, кого он боится, но делает это не из любви к нему, а только потому, что боится наказания. А кто боится страхом Божиим, тот исполняет волю любимого со всем усердием, из любви к Нему; он боится только того, как бы не оскорбить любимого, как бы не потерять Его расположения к себе, он боится Его, как сын отца, боится и в то же время любит! Для него утешительно с любовью соединять страх: как говорит Псалмопевец: «да возвеселится сердце мое боятися имене Твоего» (Пс. 85; 11). А слова святого Иоанна Богослова относятся к любви совершенной. "Есть два страха, — говорит преподобный Дорофей, — один страх первоначальный, другой — совершенный. Однако невозможно достигнуть совершенного страха иначе, как только первоначальным страхом. Начни с того, что делай добро, дабы избежать наказания, подобно рабу; потом станешь делать Добро для того, чтобы получить награду, как наемник; а затем Дойдешь до того, что будешь делать добро уже единственно из любви к Богу, как сын, и сподобишься услышать: «...уже неси раб, но сын... и наследник Божий Иисус Христом» (Гал. 4; 7). Один брат спросил старца: "Что мне делать, отче, для того, чтобы бояться Бога?" Старец отвечал: "Иди, живи с человеком, боящимся Бога, и тем самым, что он боится Бога, научит он и тебя бояться Бога".

Святой Златоуст поучает: "Если помыслим, что Бог везде присутствует, все слышит, все видит, не только то, что мы делаем, но и то, что таится в глубине наших сердец, — если так расположим себя, то мы будем бояться Его, и не решимся ни на какое грешное дело или слово, ни даже помышление. Ибо скажи мне; если бы ты всегда стоял близ Царя; не стоял ли бы ты со страхом? Как же ты, предстоя пред Богом, смеешься и не боишься, не трепещешь пред Ним? Не злоупотребляй Его долго терпением: Он долго терпит для того, чтобы привести тебя ко спасению. Прежде чем начать какое-либо дело или слово, помысли, что Бог тебя видит, что Он около тебя. Он — тут, ешь ли ты, или пьешь, спишь ли, гневаешься ли на кого, или крадешь... Что бы ты ни делал, помни, что Бог с тобою, — и никогда не согрешишь: ты будешь чувствовать, что предстоишь Царю Небесному". Так поучает святой Иоанн Златоуст. Будем же помнить, что страх Божий есть начало и основание жизни богоугодной. «Начало премудрости, — сказано в Писании, — страх Господень» (Притч. 9; 10), — премудрости не мирской, а духовной, о коей сказано: «благочестие есть премудрость» (Иов. 28; 28), — премудрости, которая всегда поучается в законе Господнем. А без страха Божия все клонится к падению и разрушению: «Аще кто не держится страха Господня со тщанием, вскоре превратится (развратится) дом его» (Сир. 27; 3).

(Из "Летописи" святителя Димитрия, митрополита Московского)

 

230. Дорожите, дети, благословением родительским!

 

«Благословение отчее утверждает домы чад» (Сир. 3; 9).

Преподобный отец наш Сергий в юности своей не раз говорил своим праведным родителям: "Отпустите меня с благословением, и я пойду в монастырь". — "Подожди, чадо, — отвечали ему родители, — сам видишь: мы стали стары и немощны, послужить нам некому, у братьев твоих немало заботы о своих семьях. Мы радуемся, что ты печешься о спасении своей души — это дело доброе, но ведь твоя благая часть не отнимется у тебя. Послужи нам немного, пока Господь возьмет нас к Себе, и тогда Бог благословит исполнить твое заветное желание".

И благодатный сын повиновался. Без благословения родительского он не решился даже на такое святое дело, как монашеское житие. Вот как угодник Божий дорожил этим благословением! Дорожите и вы, дети, благословением родительским, если хотите, да благо вам будет и да долголетны будете на земли! Дорожите этим сокровищем, которого никто и никогда не может похитить у вас! С благословением родительским никакие беды и напасти не страшны будут вам; с ним и в счастье-довольстве вы не забудетесь. Недаром говорит мудрая пословица: "Родительское благословение со дна моря достанет, оно в огне не горит и в воде не тонет". В родительском благословении действует благословение Бога Самого. Сам Бог — Отец Небесный, сотворив наших праотцов, благословил их Своим Отеческим благословением (Быт. 1; 28) и определил, чтобы «благословение отчее» утверждало домы чад (Сир. 3; 9).

И смотрите, читайте сами в Слове Божием, во Святой Библии, и в житиях святых угодников Божиих, как Бог всегда исполнял на детях благословение их родителей. Благословил Ной Сима и Иафета — и исполнилось на их потомстве его благословение: в потомстве Сима сохранилось для всего мира истинное Богопочтение, а потомки Иафета — европейские народы — и поныне, спустя несколько тысяч лет, распространяют свои владения по всей земле. Напротив, лишился Хам благословения родительского —и поныне его потомки, обитатели Африки, лишены Божия благословения и блуждают во тьме заблуждений... Знали это и помнили древние люди, и ценили родительское благословение дороже всякого наследства. Даже Исав, этот сластолюбец, так легкомысленно продавший брату свое первенство за чечевичную похлебку, и тот — прочтите в Библии, как горько-горько заплакал, когда узнал, что благословение первородства досталось не ему, а младшему брату! И «возопи, сказано, гласом велиим и горьким зело, и рече: благослови убо и мене, отче!» (Быт. 27; 34). И выплакал он себе, благословение, хотя и не то, какое потерял. Так дорожили в древние времена благословением родительским. Дорожат им и теперь добрые, послушные дети. Идет ли боголюбивый юноша или девица спасать свою душу во святой обители — они прежде всего просят на то родительского благословения, на веки нерушимого. Желает ли добрый сын избрать себе подругу жизни — он и не подумает начинать такое важное дело без благословения родительского. Решается ли он вступить в какое-либо звание (духовное или светское), идти на службу царскую, заняться ли торговлей или каким-либо трудом праведным — он на все непременно просит родительского совета и благословения. А добрые православные родители, любящим сердцем благословляя детей своих, имеют святой обычай при этом вручать им и видимый знак своего и Божия благословения — святую икону Спасителя, или Пречистой Его Матери, или какого-либо святого угодника. И становится эта святая икона заветной святыней благочестивых детей на всю их жизнь; и не расстаются они с нею нигде и никогда. И случалось, что пули вражий, ударившись о святыню, благоговейно носимую на груди христолюбивого воина, отлетали без вреда для него, ибо Господь видит любовь и почтение добрых детей к родителям, и исполняет на них святое слово Свое: «да благо ти будет, и будеши долголетен на земли» (Еф. 6; 3). И видимо почивает на доме их Божие и родительское благословение.

К несчастию, не все дети знают цену этого великого сокровища. Есть дети, которые ни во что ставят родительское благословение и за то лишаются Божия благословения. Вот поучительный рассказ из недавних времен, рассказ, свидетельствующий, как дети должны дорожить самым знамением родительского благословения — святой иконою, какова бы она ни была.

Молодой человек, сын одной благочестивой помещицы, отправлялся на службу в Петербург. Мать при отъезде благословила его Ахтырской иконой Божией Матери. Икона была простая, без ризы, на вид невзврачная, темная, как обыкновенно эта икона пишется. Было уже лето, июль месяц, близко ко времени, когда чествуется Ахтырская икона Божией Матери. Путникам нужно было выбраться на большую дорогу, глухой степью, заросшей высокой травой и бурьяном. И вот юноша, оставшись в карете один, держа в руках икону, которую его мать подала ему в карету с напутственными словами и слезами и которую ему некуда было деть, предался мечтам о своем будущем: о роскошной жизни в Петербурге, о знакомстве со знатными особами, о блестящем обществе. Взглянув на образ, бывший у него в руках, — темный, невзрачный, — он подумал, что при такой обстановке, какая его ожидает, ему будет стыдно поставить у себя такую икону. И вот, не долго думая, он вышвырнул святой образ из кареты в густую, высокую траву и продолжал мечтать.

Путешествие кончилось благополучно. Юноша приехал в Петербург и поступил на службу. Когда устроилась квартира, то дядька, размещая вещи, вспомнил про святой образ и спросил у барина — где он? Барин сказал, что он вышвырнул его еще в степи... Дядька пришел в ужас и тут же сказал, что не будет ему счастья без материнского благословения. "Материнская молитва со дна моря достанет, — сказал старик, — а кто ее не почитает, тот счастья век не знает". Барин успокоил дядьку, а сам развлекся и позабыл о своем поступке. Но ненадолго.

Вскоре что-то приключилось ему весьма неприятное, и дядька не приминул напомнить ему о материнском благословении. Юноша промолчал, но с тех пор его поступок стал приходить ему на ум всякий раз, как только постигала его какая-нибудь неприятность. Он служил в Петербурге года два или три, служба шла для него весьма неудачно. Неприятности повторялись чаще и чаще; а дядька всякий раз твердил о материнском благословении. Наконец было получено известие о смерти матери, и юноша совершенно упал духом, потеряв возможность испросить у нее прощение и вторичное благословение. Тут-то дядька приступил к барину с настоятельными советами и увещеваниями бросить службу, ехать на родину и употребить все возможные средства к разысканию иконы. У самого юноши явилось сильное раскаяние; он вышел в отставку и поехал домой опять на долгих, опять на своих лошадях. Проехали уже степью несколько верст; вдруг лошади взбесились и понесли... карету опрокинули; барин вывалился, дядька и кучер тоже... Наконец лошади умаялись и остановились. Кучер и дядька по следу измятой травы нашли их стоящими и спокойно щиплющими траву. Барина в карете не оказалось. Кучер и дядька отправились искать барина... наконец нашли; но как?! Он лежал в обмороке, с окровавленным лицом, а под головою икона... та самая Ахтырская икона Божией Матери, которою мать благословила его, провожая в Петербург, и которую он так легкомысленно выбросил вон из экипажа! Дядька и кучер в изумлении пали на колени, а юноша, опамятовавшись и увидев святой образ, зарыдал горячими слезами, благодаря Господа за Его милость и вразумление. Он порешил идти домой пешком, неся в руках с честью святую икону. Потом он построил в своем имении церковь, которая и теперь там существует во славу Божией Матери и в честь святой иконы Ахтырской; а самую икону, покрыв дорогой ризой, поставил в церкви как храмовую, сказав, что он не достоин, чтобы этот чудотворный образ украшал жилище его, так тяжко согрешившего пред Господом и пред святою иконой Пресвятой Его Матери.

Так вразумил Бог сего юношу, доброго сердцем, но легкомысленного, и научил его дорожить родительским благословением. Дорожите, дети, и вы этим сокровищем, если желаете, чтобы на вас почивало Божие благословение!

 




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.