Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Этнографический материал в «Повести временных лет»



Уже в первых памятниках русской письменности содержится этнографический материал. Больше того: в этих первых памятниках письменности обнаруживается интерес к этнографическим фактам, сознательное внимание к народам, к их взаимоотношениям, к особенностям их быта, к отличиям друг от друга, даже к вопросу об их происхождении. Наиболее поразительным образом сказалось такое внимание в самом раннем из крупных произведений русской письменности — в Киевской летописи, в том числе в ее важнейшей части — «Повести временных лет». Этот самый ранний дошедший до нас летописный свод составлен, как считают, киево-печерским монахом Нестором около 1113 г. и перередактирован игуменом княжеского Выдубицкого монастыря Сильвестром в 1116 г.

Поражает необычайное богатство этнографического материала в «Повести временных лет»,— едва ли какая-либо летопись в другой стране может в этом с ней сравниться. Повествование начинается с краткого очерка всемирной истории, в рамки которой вправлена история зарождения Руси: автор с самого начала задается целью рассказать — «откуду есть пошла Русская земля». Очерк всемирной истории дается, конечно, в средневековом духе, он связан с библейской генеалогией сыновей Ноя; но к сыновьям Ноя привязана целая вереница имен народов и стран, расклассифицированных и по генеалогическому родству и географически — по областям расселения.

Насколько широк был этнографический кругозор летописца Нестора? В той части «Повести временных лет», которая представляет собой выписки из византийских хроник и служит лишь историческим введением, упоминается очень много народов Азии, Африки и Европы, древних и более новых, происшедших от сыновей библейского Ноя,— вплоть до народов Вавилонии, Нумидии, Крита и Сардинии. Но эти страны и народы не в счет. В оригинальной же части летописи упоминаются преимущественно народы Восточной Европы и прилежащих стран, видимо, близко знакомые летописцу. Помимо восточнославянских племен (народностей), упоминаемых Нестором неоднократно, он знает западных славян — ляхов с их подразделениями, чехов и моравов, хорват и сербов; знает леттолитовские народы: литву, ятвягов, голядь (галиндов), корсь (куршей), летьголу (латгалов), зимиголу (земгалов), пруссов; знает финно-угорские народы: либь (ливов), чудь (предки эстонцев?), ямь (хэмэ — тавасты), весь (предки вепсов), заволочскую чюдь (вероятно, саволкас и другие группы «ингерманландских финнов»), мерю, мурому, черемись, мордву, угров, пермь, печеру; из тюркских народов знает хозар, печенегов, половцев, торков, болгар волжских; знает народы Кавказа — ясов (осетин), касогов (черкесов).

Из народов Западной Европы упоминаются в летописи свей (шведы), урмане (норманны), варяги, готе, агняне (англы), немцы, «корлязи» (вероятно, народы Каролингских государств), римляне, веньдици (венецианцы), «фрягове» (генуэзцы), «галичане» (по разным толкованиям, либо галлы, либо гэлы в Англии, либо галисийцы-гальеги в Испании), греки.

Два экскурса под 1096 г. значительно расширяют этнографический кругозор в юго-восточном и северо-восточном направлении. Первый из них говорит о группе тюркоязычных народов: о четырех «коленах» (племенах или народах), вышедших из «пустыни Нитривьския» (или «Етривьскыя»?). Это «тортмены», «печенези», «торци» и «половци» — тюркские народы причерноморских и прдкаспийских степей. Тут же упоминаются и другие восточные, может быть, тоже тюркские народы: «срацини», «хвалиси», «болгаре»; экскурс сопровождается ссылкой на Мефодия (Патарского, писателя IV в.), но названия четырех народов автор явно взял из собственного запаса сведений. Второй экскурс — знаменитый рассказ новгородца Гюряты Роговича о сведениях, которые ему привез «отрок», посылавшийся им на «Печеру», т. е. на крайний северо-восток. В рассказе говорится, как «отрок» с Печеры пошел еще дальше — «в Югру». «Югра же людье есть язык нем и седять {вариант — соседять) с Самоядью на полунощных странах». Под югрой принято понимать предков манси (вогулов) и хантов (остяков); самоядь — это ненцы. От югры отрок в свою очередь услышал о народах, видимо, Северного Урала, притом о народах, говорящих на каком-то совсем особом языке: «и есть не разумети языку их». Рассказ об этих неведомых народах уснащен баснословными подробностями, родившимися, вероятно, при его передаче из уст в уста: будто те люди заключены внутри горы «и секут гору, хотяще высечися, и в горе той посечено оконце мало». Но, отбросив эту легко снимаемую шелуху сказочной фантастики, мы находим под ней вполне правдоподобный рассказ о немой торговле между югрой и этими народами неведомого языка: «кажють на железо и помавають рукою просяще железа; и аще кто дасть им нож ли или секиру, и они дають скорою [т. е. мехами] противу». Это указание на немую торговлю на Северном Урале давно уже оценено исследователями как существенный этнографический факт. Но не менее важно здесь и другое: сообщение о наличии в XII в. в области Северного Урала какой-то обособленной этнической группы с языком, отличным от финно-угорско-самоедских языков; этот факт вполне согласуется с представлениями современной науки об этногенезе угорских и самоедских народов Приуралья и об участии в этом этногенезе каких-то местных племен с языками, быть может, палеоазиатского типа.

«Космографии» и этнографические знания о зарубежных странах.

В обзор истории накопления этнографических знаний о Западной Европе мы должны включить те сведения о народах европейских стран, которые проникали к русским читателям из переводных сочинений. Сами русские люди вплоть до конца XVII в. в Западную Европу почти не ездили. Изредка бывали там царские послы, но их донесения («статейные списки» и пр.) содержали в себе лишь чисто деловые отчеты о выполненном поручении, о переговорах и т. п.; описаний посещенных мест, их населения, достопримечательностей там почти нет. Да и предназначались они, конечно, не для любознательности читателей, а для ведомственных целей — для Посольского приказа и правительства. Только в самом конце XVII в., с ранних лет царствования Петра I, начинаются поездки русских за рубеж с целью добыть знания и технические умения. В числе самых первых описаний таких поездок можно назвать записки о путешествии стольника Петра Андреевича Толстого 1697—1698 гг. Проехав через Польшу и Австрию в Италию, Толстой подробно описывает свои впечатления о Венеции, Неаполе, Риме, Флоренции и других городах, а также об о-ве Малые. Путешественник интересовался архитектурными и военными сооружениями, костюмами жителей, разными достопримечательностями. Одновременно был составлен «дневник путешествия» по Германии, Голландии и Италии в 1697—1698 гг., принадлежавший одному из участников «великого посольства», в составе которого был сам Петр I,— Князю Б. И. Куракину там имеются, хотя краткие, но любопытные сведения о местных обычаях.

Особенно важное значение имели в XVII в. «космографии», т. е. землеописания, составлявшие излюбленное чтение русских образованных людей того времени. Эти «космографии» давали сведения, хотя и не одинаково точные, о всех странах, которые вообще были тогда известны европейцам.

На русский язык были переведены, в числе других, самые солидные из западноевропейских географических сочинений подобного рода: «Космография» фламандского географа-картографа Ортелиуса («Theatrum orbis Terrarum», 1571) и «Космография» еще более известного картографа Гергарда Меркатора («Atlas sive Cosmographiae meditationes de fabrica mundi et fabricati figura», 1590—1606). Время перевода последнего сочинения относят к 1650-м годам; «Космография» Ортелиуса переведена, видимо, раньше.

Русский текст обоих сочинений представляет собой, собственно, не дословный перевод, а скорее переработку; многие места переводчик изложил самостоятельно, дополнив собственными сведениями.

Самое пространное из этих сочинений — «Космография», основная часть которой принадлежит знаменитому Г. Меркатору (1512—1595). Переводчик дополнил его из других источников и приложил самостоятельное краткое описание стран. Переводная часть «Космографии», получившая в литературе название «76-главной космографии», представляет очень обстоятельное описание всех известных тогда стран как европейских, так и внеевропейских, с изложением исторических, географических и других сведений. Имеется и немало сообщений о быте народов каждой страны. Приложенная к переводу «Краткая космография», составленная русским автором, содержит в себе сжатое описание стран, опять-таки и европейских и внеевропейских. В описании последних, впрочем, верные известия перемешиваются с баснословными: об острове, где «живут василиски, лице и власы девичьи, от пупа хвост змиев и крилаты», об острове, «в нем же человецы песьи главы» и пр.

Автор «Краткой космографии» выразил в тексте свое отрицательное отношение к неправославным религиям: по поводу многих народов он, хотя и сдержанно, говорит о «латинской ереси», о «вере проклятой махметовой», о «вере перской и мидской проклятой» и т. п.

Чтобы дать более ясное представление о том, что знали или могли знать положительного русские образованные люди XVII в. о народах зарубежных стран, изложим коротко содержание перевода сочинения Ортелиуса — «Козмография сииречь всемирное описание земель в едино пребывание и назнаменование степеней во округах небесных». В нем речь идет главным образом о странах Европы. О других частях света говорится лишь кратко и суммарно. N Только о немногих странах Азии и Африки и о некоторых испанских колониях в Америке автор упоминает отдельно. Зато о каждой, даже мелкой, стране Европы имеется отдельный очерк. Описаны: «Британские островы — Английское и Шкодское государство» (сюда же включены острова «Гибридес» и «Гиберния», т. е. Ирландия), «Португальское королевство», «Ишпалиенская земля или часть Андалузийския земли» (другие части Испании не упомянуты), «Галлия сииречь Французское королевство», «Уделы или князство Пиктавия под властию короля Француского» (провинция Пуату), «Земля или Битуригов удел под королем французским» (провинция Берри), «Лиманской удел под королем француским» (Лимузен?), «Князство Андегавенское под королем француским» (провинция Анжу), «Калетес и Бононионские уезды под властию короля француского» (Кале), «Вероминдейской уезд такс же под королем француским» (Нормандия), «Пикардейской удел ныне под властию короля француского, бывал преже сего воинским образом от Ишпанских людей взят...», «Галлия или Француска земля Нарбонска наречена...» (Прованс), «Сабаудия сиречь Савойское княжество», «Германия сииречь Немецкое королевство; все земли или государства, которые немецким языком говорят, Германиею именуют, а та Германия много государств и уделов и княжеств славных и силных содержит в себе и имеют свою широту от моря Немецкого и Венедицкого до гор великих Алпес именованных, а в долготу от пристанища, которое ныне Калес (Кале) нарицают, до Вислы реки против востоку», «Княжство Люценбурское», «Брабанское княжство», «Намурская земля», «Артесия сииречь Валюнска земля», «Фляндрия сииречь Фляндерта», «Земля Зеляндия», «Голяндия сииречь Голяндерская земля», «Фрисия сииречь Фриская земля» (с подразделением на западную и восточную), «Тетмария» (Дитмаршен), «Прусия, сиречь Пруская земля», «Саксония сиречь Саская земля», «Мансфелдское графство», «Гасия» (Гессен), «Голсация» (Голштиния), «Турингия», «Мнения» (Мейссен), «Бухавия» (область г. Фульда в восточном Гессене), «Графство Валдецийское», «Богемия сииречь Ческое королевство», «Селесия сииречь Слянская земля», «Моравия», «Аустрия сииречь Ракуская земля», «Бавария», «Нижайшая Баварская земля», «Нортговия сиречь Баварское воеводство другая часть Баварския земли», «Свевска или Швабская земля», «Валесийский уезд или удел» (?), «Гелвеция сиречь Швейцарская земля», «Графство Тиролское», «Италия сииречь Италианская земля», «Медиолянейское княжство», «Лигурийская земля», «Земля Педемонтана», «Падевский удел или Паталинский», «Апулия или Япигская земля», «Ляриус озеро Коменское нареченное», «О городе Риму», «Туския или Тускийская земля» (Тоскана), «Сенесии удел» (Сиена), «Марка Анконы», «Корсика остров», «Королевство Неаполитанское», «Сикилийский остров или королевство Сикилия», «Сардинийский остров», «Малта», «Елба остров», «Остров Корцира или Корфу», «Кандия или Крицкой остров», «Кипрус сииречь Кипрьский остров», «Остров Сталимене, преже сего Лемнос нареченный», «Грецыя — или Греческое царство», «Княжество Каринтийское и воеводство Горицкое», «Истринская земля», «Зара, Себенико», «Гунгария сииречь Угорское королевство», «Трансильвания сииречь Сидмиградская земля», «Полское королевство», «Литовское княжество», «Змудское княжество», «Мазовецкое княжество», «Волынская земля», «Подолская земля», «Руская земля» (Галиция), «Волоская земля», «Скандия любо земли северные: та земля или остров содержает в себе трегубые королевства: Норвегию, Швецкую, Готскую и часть королевства Дацкого», «Русия, царя и великого князя Московского царство».

По поводу каждой из перечисленных стран сообщаются некоторые сведения, главным образом о естественных богатствах. Но во многих случаях говорится и о населении, об обычаях, культуре.

Вот что рассказано, например, о Франции: «...В том государстве город столный Парис нарицается, величеством богатствы и всякими вещми честен. Королевство есть плодовитое, хлеба, виноградов множество; в том же государстве в Ременской [Реймс] церкви есть суденко, в котором хрисмо неисчерпаемое для помазания королевского при венчании из неба сосланное. Другое чюдо есть, что король француский дотнением самым железы и пухлины на шеи лечит, говоря теми словы: король до тебя дотыкает, а бог тебя уздравливает. (Поверье о том, что король может возложением рук излечивать золотуху, сохранялось во Франции, как известно, вплоть до XIX в. Такое же поверье существовало ж в Англии.) Посреди того города течет река Секвана наречена. В том же городе училища суть по всем свете славные всяких наук филосовских, которые училища маткою наук нарицаются».

О Германии: «И имеет то государство Немецкое хлеба всякого множество, виноградов, рек рыбных, исполненых ключей вод сладких и теплых, и руды златые и серебреные, свинцу и олова и меди в своих рудах имеет, и железа множество, и иным государством уступатися не подобает; понеже славою и честию и достоинством от бога украшено есть, к тому же и в людех добродетели многие и нравы боголюбивые, и платие подобно нраву их, и поспешество же и быстрость в воинских делех и благородство содержают».

О восточной Фризии (Фрисландии): «Люди в той земле купечеством живут и мастерством всяком и паханием земли корыстным, со странными людми с суседними немецким языком говорят, а меж собою своим языком прироженым. Женской пол красовито ходят».

О Швейцарии: «А коли в ту землю въедешь, тогда лутчи увидишь; на которых животин коров, овец множество пасется, от которых животин великий доход люди имеют. В той земли суть 13 уездов или городов, которые владеют всею землею. Та убо земля Гелвецкая есть анарха сииречь без начала и без власти, ни единому государству не исподанна, а егда лучится дело всему государьству подобающее, тогда с тех 13 городов вместе съезжаются и о делах советуют и становят, потому что всякие думные своими городы владеют, теми паки городы соединенные меж собою крестным целованием».

О Тоскане: «Прежде всего та земля Гетрурия наречена была, земля есть красовита, славна и богата народу, в божией службе цветущия, разума скорого к наукам всяким... Флоренция хороша и красовита, что видитца цветом Италискиа земли...».

В таком духе описаны и другие страны, их народы, их культура. Нельзя не отметить в этих описаниях, во-первых, поразительной точности приводимых сведений; во-вторых, бросается в глаза общий тон серьезного уважения к культуре, обычаям каждой земли. Русский переводчик не внес от себя слов осуждения даже по адресу неправославных вероисповеданий зарубежной Европы. Лишь в очень немногих случаях пользуется составитель темными красками в описании быта народа (например, на о-ве Крите «от давных веков [люди] лжи и збойству и иным коварством извычены»).

Если православное духовенство в старой Руси воспитывало свою паству в духе недоверия, вражды ко всем иноверцам, то светское образование уже в XVII в. несло русским людям совсем иной дух — дух уважения к народам иной культуры.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.