Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Р: Да, просто идеально. Приятного тебе отмокания



Я был слишком зол, так что над своим ответом я задумался лишь ближе к вечеру.

Чем больше я думал о своем поведении, тем больше я думал о ней, о Вайолет, а не о злобной суке, которая показалась утром на пороге моего дома. Для меня она перестала существовать, и я не собирался играть в ее игры. Если она думала, что я буду думать о ней, то она просчиталась.

Мои мысли были заняты женщиной, которая сначала пленила своим телом, а сейчас и разговорами. Мне хотелось бы перед ней извиниться, но не нравилась идея, делать это по телефону. Она пережила столько плохого, и никак не заслужила такого обращения как утром. Как я могу все исправить, если не вижу ее, и не могу к ней прикоснуться?

В голове всплыли воспоминания о той ночи, когда я нашел ее на полу в луже крови. Я получил ее сообщение о помощи, и через пятнадцать минут был у нее дома. Я мог бы позвонить в полицию, но не знал точно, где она находится, поэтому для начала решил проверить ее дом. Следующая картина раз за разом повторялась, стоило мне только об этом подумать. Распахнутая дверь, но закрытая вторая дверь, в груди сдавило от возможных сценариев происходящего в доме. Я открыл дверь, боясь шуметь и прикасаться к ней. А потом я увидел огромную лужу крови. Если бы она была мертва, то я бы никогда не оправился от такого горя. И я знал, без нее, я бы никогда не был прежним. Когда я подбежал к ней, то опустился на колени, проверяя ее пульс. Он был, слабый, но был. Поднял ее на руки, и зажал рану на шее, из которой бежала кровь.

Она была одна в доме на Большом Каймане. Черт.

Если бы она только знала, как сильно я переживаю о ее безопасности. По крайней мере, она не боялась оставаться одна, именно поэтому я не говорил ей о своих опасениях. Однако, мне удалось пробраться к ней в дом, в тот вечер, когда мы поругались из-за ее мужа.

Я еще ни с одной женщиной не был так близок. Я должен был дать ей шанс все объяснить. Тогда она не была бы сейчас на каком-то острове, гадая, кто я такой, и почему не рассказал ей о том, о чем должен был признаться еще месяц назад.

Всю вину от случившегося я ощутил, когда она лежала в больнице. И я больше никогда так не облажаюсь, особенно с ней.

Когда я уложил Брюса спасть, я позвонил извиниться.

– Прости, сегодня было паршивое утро, – я даже не позволил ей закончить свое приветствие.

– Я поняла. Что случилось? – я слышал, она была на грани. Я довел ее до такого состояния. Она это не заслужила.

– Мы можем не говорить об этом прямо сейчас?

– Никаких секретов, – напомнила она мне.

– Это не секрет. Давай будем считать ее отложенной темой, – предложил я.

– Ладно, как я понимаю ты все еще зол. Я бы с радостью предложила свою попку, чтобы ты выплеснул всю свою ярость, – я мог представить ее улыбку после таких слов, и застонал в ответ. Она идеальная.

– Именно поэтому я сегодня не смог закончить работу.

– Расскажи мне о музыке, – пробормотала она, и ее голос успокаивал меня.

– О музыке?

– Ага, расскажи, какую музыку ты любишь.

– У меня слабость к хорошим гитарным соло, – ответил я, и начал расслабляться впервые за целый день. Я поднялся по лестнице, проверил Брюса, разделся в своей комнате и направился в ванную.

– Ххммм, интересно, – игриво растягивая слова.

– Не особо, – я удивился ее любопытству к таким мелочам. – Я принимаю ванну. Почему бы тебе не присоединиться ко мне?

– Я сегодня уже принимала ванну. Как раз лежала в ней, когда писала тебе. Ты что забыл?

– Прими еще одну, – предложил я.

– Хорошо, – я услышал шум воды, пока она набирала воду, и минуту спустя, мы оба лежали в ванной.

– Забавно, у тебя немного женская привычка, Риз – она засмеялась, и я присоединился к ней.

– Ванна расслабляет. Я не пью, пока Брюс со мной, так что, это единственный способ. Прошу, не надо потешаться над «Папочкиными водными процедурами».

– Я не потешаюсь, а констатирую факт. Не забудь добавить соль, – она вновь засмеялась, и я услышал громкий всплеск.

– Мило, а ты само очарование. В моих мыслях, после твоего отъезда я уже раз сто отшлепал тебя по попе. – Я знал, мои слова привлекли ее внимание.

– Тогда хорошо, что моя попа здесь в полной безопасности, – она тяжело вздохнула, и я мог представить ее ореховые глаза, полуоткрытые губы.

Мою ванну больше нельзя было назвать расслабляющей.

– Завтра День благодарения. Вайолет, я не хочу, чтобы ты оставалась совершенно одна.

– Со мной будет курица, которую я собираюсь приготовить, – пошутила она.

– А я впервые решил приготовить индейку, – я засмеялся от этой мысли.

– Что смешного? – она спросила, но от ее шелковистого голоса мне сложно было сконцентрироваться на ответе.

– Я, Брюс, и сгоревшая индейка. Я не могу дождаться, когда ты узнаешь его получше. Он у меня двенадцатикилограммовый Годзила.

– Расскажи мне о нем, – сладко пропела она.

– Что ты хочешь знать? – уточнил я, скручивая полотенце, кладя его под голову.

– Все, – вздохнула она.

– Прежде чем я забрал его из больницы, я погуглил все, и я действительно имею ввиду все. Я посмотрел видео, чтобы понять что к чему. Было много проб и ошибок. Мои родные мне помогали, но большую часть времени я справлялся самостоятельно. Я думал, будет легче. Покормить, одеть, и сменить подгузник. Я не придавал значение ни сну по часам, ни времени кормления, ни запасной одежде, на случай детских неожиданностей, – я остановился. – Я никогда не видел себя в роли отца. Всю свою жизнь, я был довольно эгоистичен со своей свободой. Мне нравилось думать только о себе. А потом я узнал о ее беременности, и даже мысли не допускал, об избавлении от него.

Думая о том, что мне пришлось пережить, чтобы стать его отцом, я рассказал ей правду.

– Я молил ее сохранить ему жизнь. Я приходилось каждый день упрашивать ее оставить его, до тех пор, пока было поздно делать аборт. – Я подумал о сыне и улыбнулся. – Он самое лучшее, что случилось в моей жизни. Жизнь так кардинально поменялась, я даже не успел осознать, что все свое время посвящаю отцовству. Ты была первым, что я себе позволил после его рождения. Пожалуй, именно поэтому я не спешил тебе рассказывать – я хотел опять побыть эгоистом. – На другом конце трубки была лишь абсолютная тишина.

– Вайолет?

– Можно я тебе перезвоню?

– Конечно, что-то...

Вайолет.

 

Когда я перестала хныкать в полотенце, я подождала несколько минут, чтобы мой голос успокоился, и я смогла перезвонить ему, не выдавая своих эмоций.

Эта женщина, о которой он скользь упомянул, заинтриговала меня. Да какая женщина не захочет заводить семью с Ризом? У меня не было права судить, да я толком ничего о ней и не знала, но уже сейчас она мне не нравилась. На первый взгляд мне показалось, она бросила их обоих.

Я не должна обращать внимания на эти чувства. Если честно, когда он говорил о своей борьбе и о любви к сыну, у меня в душе закрались сомнения.

Мотнув головой, прогоняя неприятные мысли, я перезвонила Ризу.

– Прости, нужно было сходить в туалет, – это было единственным пришедшим мне на ум оправданием. Я хотела обсуждать с ним серьезные тему, но боялась, что эмоционально не выдержу их, поэтому я продолжила с того места, где мы остановились, но в более легком тоне.

– Значит, завтра вы с Брюсом готовите индейку?

– Я готовлю одну из четырех индеек, – спокойно ответил он. – Чаще всего День благодарения я провожу у родителей.

– Я тоже впервые отмечают его не с родителями. Я не подумала о праздниках, когда собиралась в поездку.

– Но ты ее заслужила. Тебе нужен был перерыв. Только умоляю, скажи мне, что ты закрываешь дом и проверяешь замки?

Беспокойство в его голосе опустошило меня. Я не думала, как сильно он обо мне беспокоится, но была тронута его заботой.

– Клянусь тебе, я все закрываю. Кстати, я теперь постоянно ношу с собой небольшую палку. Иногда мне немного страшно, но потом я успокаиваюсь, вспоминая, что все двери закрыты, и я в полной безопасности. Иногда бывают тяжелые дни. Скажу по правде, раньше я считала безопасность само собой разумеющейся.

– Мне не следовало поднимать эту тему, – едва слышно сказал он.

– Нет, это не запретная тема. Я одна в огромном доме, но я даже не задумывалась, как мы оба будем переживать по этому поводу. Если честно, я приехала сюда обдумать свой следующий шаг, собраться с мыслями и силами, но я это сделала еще до отъезда сюда. Я перестала много пить, погрузилась в работу, и тренировки, – я говорила словно оправдываясь. – Но так и не смогла написать ни единого пункта в плане будущей жизни. – Я вздохнула и вылезла из ванной. – Не пойми меня неправильно, здесь так красиво, и у меня роскошный загар.

– Но ты убежала, – настаивал он.

– Да, я убежала, – согласилась я. Я была благодарна ему, когда мы сменили тему.

– Опиши мне свое отражение в зеркале, – его голос мгновенно довел меня до грани, заставляя ускориться мой пульс.

– Голая, – не спеша проговорила я. – Ты же не пытаешься заняться со мной сексом по телефону?

– Нет, но если бы я был сейчас рядом... Черт, я бы такое вытворял с твоими губами и киской.

Я была мокрой, безумно мокрой, хотя уже успела насухо вытереться полотенцем.

– Скажи мне о чем-нибудь, пожалуйста – с придыханием сказала я, ощущая, как мой пульс ускорился еще больше, а в отражении с легкостью можно было увидеть мое возбуждение.

– Я бы раскрыл тебя и лизнул, но только раз, снизу вверх всей плоскостью языка.

Соски напряглись от одного этого предложения.

– Ладно, скажи еще что-нибудь, – взмолилась я.

– После этого я бы остановился, потому что ты так близка к оргазму. Я бы поглаживал вокруг клитора, в то время, как мой язык трахал бы тебя, так как тебе хотелось бы большего... но у тебя не было бы времени попросить об этом, потому что стоило бы тебе чуть шире расставить ножки, я бы начал так быстро лизать клитор, вставляя в тебя пальцы и трахая тебя ими, что ты бы кончила сильно, сжимая ноги вокруг моей шеи. Ты замечала, что делаешь так? Когда ты кончаешь, ты обхватываешь мою шею ногами и сжимаешь.

– Еще?

– Нет, – твердо ответил он. – Скажи мне, чем ты сейчас занимаешься?

– Наблюдаю, как мое тело реагирует на тебя. Может мне стоит потрогать себя?

– Нет, это моя работа. Возвращайся, и я сделаю все в точности, как описал, – его голос был возбужденный и голодный.

– Вернусь. Риз, теперь я ненавижу свой дом. Для меня это больше не дом. Это могила всего дерьма, случившегося в моей жизни. Я только сейчас это поняла. Наверное, я продам его.

– Я покажу тебе, где твой настоящий дом, – его голос дрожал, и я знала, он возбужден не меньше меня.

– Риз, я так сильно тебя хочу.

– Черт, возвращайся сейчас же, – серьезно скомандовал он.

– Возвращаюсь. Я уже собираю вещи. Клянусь тебе, если бы я могла написать только один пункт, стоящий сделать перед смертью, я бы сразу вернулась домой.

– И чтобы ты написала?

– «Поезжай в Саванну». Я позвоню тебе и скажу когда мой самолет. Больше никаких неожиданных визитов.

– Вайолет, – он замолчал.

– Да, – ответила, собирая вещи, умирая от желания вернуться к нему.

– Я твой.

Я нервно всхлипнула от его слов, от чего он опять замолчал. Я хотела услышать больше, поэтому ждала, что он скажет дальше.

Сейчас его голос окутывал меня как мягкий шелк.

– Я понимаю, чего ты боишься. Знаю, почему ты убежала. Я должен был раньше рассказать тебе о Брюсе, но тогда я не был уверен, как сейчас. Я знаю, все происходит очень быстро, и ты едва развелась, но мы оба знаем, ради того, что есть между нами можно и рискнуть. Больше никаких вопросов и сомнений. Возвращайся ко мне, влюбляйся в моего сына, как ты этого и хотела. Он полюбит тебя в ответ. В этом мире теперь есть двое мужчин, которым ты нужна.

Я опустилась на кровать рядом с открытым чемоданом.

– Я не могу позволить себе влюбиться, и снова быть отвергнутой. Я этого не переживу. А с тобой, Риз, я знаю, это будет невыносимая боль, – призналась я.

– Я твой, – именно эти два слова были всем, чем нужно.

– Хорошо, – прохрипела я.

– Хорошо.

Я повесила трубку, и позвонила в авиакомпанию. Я переоформила свой билет на самый первый пятничный рейс. Я не смогу улететь раньше из-за праздников.

Быстро написала Ризу сообщение, сообщив о рейсе, и о том, что в полдень в пятницу я буду у него. Я больше не могла слышать его голос и не быть с ним рядом. Я сразу же легла спать, видя во сне две пары серых глаз, пленивших мое сердце.

День 4. Вайолет.




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.