Помощничек
Главная | Обратная связь

...

Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Это последние строки, которые написала Светлана 7 ноября 2010 года, за несколько дней до своего убийства



 

 

Послесловие

Печаль в моих глазах

Останется навеки.

Душа моя в слезах,

И скорби полны реки.

 

Эта удивительная КНИГА Светланы так никогда и не будет закончена. И не потому, что Светлане нечего было написать, чтобы завершить эту книгу. Просто потому, что Светланы больше нет с нами. Последние две главы ей оставалось только перенести на бумагу, но у неё не было возможности сделать это.

Ни я, ни она не спешили обнародовать всё то, через что нам приходилось проходить в последние годы. Наша травля началась ещё в 1993 году и не прекращалась с тех пор. Особенно травля усилилась после моего возвращения в Россию. Практически не было недели, чтобы нам не преподнесли какую-нибудь очередную пакость. Особенно сильную травлю организовали нам во Франции, особенно после того, как в 2003 году в нашем владении был установлен мною генератор пси-поля, и стали происходить «чудеса в решете», о которых желающий может узнать из статей «Источник жизни». Французские власти делали всё возможное и невозможное, чтобы отобрать у нас наш Замок вместе со всеми нашими чудесами, творя без(с)предел в пределах закона, ловко манипулируя законами.

Если бы только люди знали, в каких условиях Светлана писала свою КНИГУ! Осенью 2008 и зимой 2009 года она печатала главы своей книги, сидя за компьютером в самой тёплой одежде, которую она только имела, и в перчатках. Из под шарфа выглядывали только её изумительные зелёные глаза, которые меняли свой цвет от цвета морской волны до изумрудного. При её дыхании изо рта валил пар, так как температура внутри Замка была ниже нуля, когда за стенами стояли морозы. Но, несмотря на всё это, Светлана продолжала писать, смещаясь в прошлое к тем событиям, о которых она писала. А потом переворачивала горы книг и искала через Сеть всё, что могло подтвердить её ПРАВДУ!

И что самое интересное – практически всегда находила подтверждение тому, что она слышала и видела во время своих смещений в прошлое к тем событиям, которые с ней происходили в детстве. Она раскопала в архивах и упоминание о венецианской ведьме по имени Изидора, и о кровавом папе Караффе и многое, многое другое. Она собрала тысячи уникальных фотографий для своих будущих книг и мечтала о том, когда сможет написать эти книги: «Даария», «Дети Солнца» и продолжить свою автобиографическую книгу «Откровение», в которой она успела осветить только свои детские годы. Но в силу того, что происходило с ней в эти детские годы, эта книга стала не столько о ней самой, сколько о тех удивительных людях, о которых она узнала, благодаря своим удивительным дарованиям. Эта книга стала гимном удивительным героям прошлого, имена которых или просто предали забвению (таких, как Изидора), или дела и память о которых извратили полностью, как это сотворили с Радомиром и Магдалиной.

Она успела только вернуть им их доброе имя, поведав людям об их делах и подвигах. А скольким настоящим героям она так и не успела вернуть доброе имя?! Её новые книги так и останутся НЕ НАПИСАННЫМИ! А ведь её книга служила тем светом, который так нужен сейчас людям, чтобы окончательно не потерять человеческий облик. В ней показаны примеры борьбы настоящих людей, которые погибали не ради своей собственной выгоды, а ради ПРАВДЫ и ради того, чтобы приблизить хоть чуть-чуть светлое будущее для других. Светлана своей жизнью, которую многие другие назовут героической, доказала, что она вправе встать рядом с теми, о ком писала в своей книге. Сама она никогда не считала, что делает что-то героическое, она просто делала то, что подсказывали ей совесть и сердце. После каждой написанной главы её книги её били нещадно. Конечно, у неё была моя защита, но, даже если на человеке надет бронежилет, ударившая его пуля отбрасывает человека на метры, оставляя на теле ушибы и кровоподтёки.

А если в бронежилет попадают пули не переставая, день за днём, год за годом, то не нужно объяснять, что испытывает при этом человек. А если учесть, что «пули» все разные и разного калибра, и что враги выжидают любой момент, чтобы нанести удар по незащищённому месту, которое появляется всякий раз, как только возникнет хоть какая-нибудь эмоция, открывающая защиту. Каждый раз исполнители, наносившие удары, и заказчики получали от меня по заслугам, но от этого их не становилось меньше. Полное незнание того, что случилось с их предшественниками, самоуверенность и, конечно же, алчность, толкали их на грязное дело. Били Светлану так, чтобы она не могла смещаться в прошлое и передавать людям правду о событиях тех веков.

Очень сильным был удар этой весной, но мне тогда удалось спасти Светлану. Врагам удалось тогда сильно повредить её память. Почти два месяца из её жизни были стёрты полностью, и, если бы мне не удалось этот процесс остановить, её память была бы уничтожена целиком. Тогда мне удалось не только прекратить стирание её памяти, но и восстановить почти всё стёртое. И это не остановило Светлану! Как только к ней вернулась способность работать, она вновь уселась за компьютер и стала писать новые главы. Постоянные стрессы и удары сильно посадили её глаза, она практически ослепла.

Как только мне удавалось хоть немного восстановить ей зрение, она немедленно садилась за компьютер и писала, писала... Так появились на свет последние главы, она так боялась не успеть закончить последние две главы своей первой, ставшей последней, книги. После событий лета этого года и других наших действий, направленных на то, чтобы не позволить чёрным хлопнуть дверью так, чтобы погиб и весь остальной Мир, бить стали практически не переставая. Последний раз серьёзную работу мы провели в конце октября 2010 года, тогда Светлана собрала все свои силы, чтобы провести эту работу до конца. Нам удалось уничтожить опасную систему, которую напоследок приготовили паразиты.

После этого вся эта нечисть била, практически не прекращая, особенно по ночам. Если и удавалось немного отдохнуть, то только утром. И ей, и мне не получалось даже просто выспаться. И, как и полагается нечисти, только с рассветом сила её ударов ослабевала. И так повторялось изо дня в день, особенно весь последний год. Ей было очень тяжело, на её глазах порой можно было увидеть слёзы, но потом Светлана говорила мне: «Ты не думай, что я сдалась, просто больно от предательств и подлости людей, которым ты открываешь своё сердце и получаешь взамен от них “нож в спину”». Светлана смотрела на мир с чистыми глазами ребёнка. Её смех, который не очень часто звучал последнее время, был всегда наполнен чистотой и светом, от которых на душе становилось как-то по особенному легко и радостно.

Буквально за несколько дней до её убийства, она говорила о своих планах, о своих новых книгах, она сожалела, что не может печатать, что даже с сильной лупой она ничего не видит на экране монитора. И каждый раз спрашивала меня о том, когда же я, наконец, восстановлю ей зрение, чтобы она смогла закончить хотя бы последние две главы первого тома её «Откровения». Она так боялась не успеть завершить эту книгу! Не говоря уже о будущих книгах!

Я ей говорил о том, что она слишком рано бросается к компьютеру, стоит ей только начать видеть чуть-чуть лучше, и о том, что чёрные не дают мне времени восстановить ей зрение хотя бы до среднего уровня, нанося удары вновь и вновь по зрительным зонам, по её прекрасным глазам. Она понимала это и в то же время не принимала. Она последнее время очень часто говорила, что всё будет хорошо, но её уже не будет. Она очень боялась, что с ней что-нибудь произойдёт, и никого не будет рядом, что не будет рядом меня. Она этого боялась и... именно это и случилось.

11 ноября 2010 года был нанесён очень мощный удар по её уже сильно истрёпанному сердечку, но... тогда чёрным не удалось достичь своей цели. Мне удалось довольно быстро восстановить повреждения её сердца. Уже несколько дней я настаивал на необходимости проведения новой перестройки, после которой чёрным не останется ничего другого, как в неуемной злобе кусать свои собственные локти от без(с)силия. Именно благодаря таким вот новым качественным изменениям в прошлом, мне довольно легко и быстро удавалось не только останавливать удары чёрных, но и разобраться с теми системами, частью которых были наносившие удары. Каждый раз такая вот перестройка приводила к серьёзным качественным изменениям, а порой даже невероятным! Невероятным для меня, а меня и Светлану весьма сложно удивить по той простой причине, что за время нашей совместной жизни и борьбе с чёрными всех мастей и уровней, с каждым разом нас было всё сложнее и сложнее удивить. На этот раз перестройка должна была стать очередной поворотной точкой нашего развития.

У меня «чесались» руки поскорей провести эту работу. Но разница во времени в два часа и тот факт, что мне практически каждый день приходилось проводить на телефоне не менее 9-10 часов, помогая людям, не считая встреч и всего остального, приводили к тому, что возможность спокойно поработать появлялась не ранее часа ночи по московскому времени. К этому времени, и я бывал довольно сильно уставшим, да и Светлана тоже. К тому же, такая работа затягивалась на полтора-два часа времени, как минимум, и после неё было весьма сложно заснуть как мне, так и Светлане.

Светлана жалела в первую очередь меня, так как она знала, что с девяти часов утра до двенадцати, начинался мой утренний телефонный марафон, а вечерний начинался после шести часов вечера и к десяти часам вечера переходил в шквал звонков до начала первого ночи. Светлана знала, что я не могу спокойно говорить или работать с ней по Скайпу или телефону, когда мой рабочий телефон разрывается от звонков людей, которые ждут моей помощи, а я занят чем-то другим, пускай и очень важным. В таких ситуациях я сразу напрягался, Светлана это чувствовала и немного обижалась на мои слова о том, что люди ждут моей помощи, и часто мне говорила: «А я что, не человек»?! Конечно, я говорил ей, что она самый главный человек в моей жизни, но у нас для разговора и работы будет ещё время, а вот у многих людей такого привилегированного положения нет, и они не смогут получить мою помощь позже.

Так что чаще всего у нас было достаточно времени для наших собственных нужд, только в выходные и то, если у меня или у неё не было каких-либо встреч.

Когда из-за удара по сердцу в четверг 11 ноября не получилось поработать над задуманным, потому что в свободное время пришлось ремонтировать сердце Светланы после очередного удара, а поздно вечером Светлана просто вырубилась от усталости после удара и той нагрузки, которую мне пришлось ей дать, чтобы привести её сердце хотя бы в относительный порядок. Она буквально засыпала перед камерой Скайпа после каждого своего слова и начинала клевать носом. Мы оба посмеялись над этим, и она пошла спать, отключившись от Скайпа в 23.38. Как обычно, она мне позвонила из своей спальни, я поставил ей защиту на сон и мы пожелали друг другу спокойной ночи.

Чтобы дать ей возможность хоть немного отдохнуть после таких перегрузок от ночных ударов тёмных, я сам не ложился спать всю ночь, защищая её от новых ударов. Конечно, я ей не говорил о том, что я всю ночь охранял её сон. Если бы она узнала бы об этом, то её возмущению не было бы предела. Она постоянно говорила о том, что это с другими может что-нибудь случиться, включая и её саму, а вот я... должен быть всегда в форме, готовый сразиться с чёрными и победить... Она даже в таких критических для себя ситуациях в первую очередь думала не о себе, а о том, ради чего мы не улетели вместе, когда друзья приходили специально, чтобы забрать нас с собой. Поэтому, зная это, я немного лукавил, отвечая на вопрос о том, когда я пошёл спать сам. Я говорил, что пошёл спать раньше, чем вчера, хотя вчера я сам пошёл «спать» около семи часов утра, а сегодня около шести! Я говорил правду, не уточняя деталей.

Ко всему прочему, довольно часто я не шёл спать, отражая удары, которые наносили по мне самому, изучая при этом самих нападающих и вырабатывая противодействие против ударов; и новый опыт использовал потом, чтобы защитить и Светлану. Ночь с четверга на пятницу она спала очень крепко, просто провалившись в глубокий сон. Но в пятницу, 12 ноября мощные удары начали наноситься по Светлане с утра, что было весьма необычно. Мы с ней поговорили по Скайпу в 12.30 по московскому времени без малого двадцать одну минуту, потом чуть больше минуты мы с ней поговорили в 13.34 и последний звонок по Скайпу, когда я видел её живой, состоялся в 14.51 и продолжался он 10.11 минут!

Как я жалею о том, что не поговорил с ней больше и не настоял на начале запланированной работы. Светлана сказала, что она пойдёт ещё немного полежит, а потом мы обязательно поработаем. Глубокого сна ночью ей было явно мало после всего перенесённого. Она проспала до своего вечера и позвонила мне со своего мобильного, сказав, что она проспала всё и спешит выгулять собак, пока ещё не очень темно. Она мне несколько раз звонила во время этой прогулки и просила мне помочь ей, так как удары начались снова...

В последний вечер перед её убийством, не было обычной видеосвязи по Скайпу. Она позвонила мне по телефону, я ей перезвонил и... мы поговорили несколько минут, последних минут, когда я слышал её необыкновенный голос. Мало кто знает, что Светлана ещё и профессиональная певица и не просто певица, а звезда! Кроме того, что она обладает удивительно красивым и нежным голосом, она ещё закончила консерваторию в Вильнюсе. Её голос был (рука не поднимается писать это слово) не только красивым и нежным, но и очень сильным. Она пела популярную музыку и со своей группой объездила весь Советский Союз. Куда только её не заносила судьба – от Дальнего Востока до Западных границ, от Крайнего Севера до гор Памира и Алтая. Она мне рассказывала, что когда они были на Памире, был организован для их группы поход в горы. И вот, проводник их группы, вывел их к удивительно красивому месту, где скала выступом нависала над пропастью. Пока экскурсовод-проводник расписывал достопримечательности этого места, Светлана подошла к краю скалы, села на этот край и свесила ноги вниз!

Когда экскурсовод-проводник увидел её там, лицо его приняло пепельный оттенок, и он ползком пополз к ней, умоляя её не шевелиться и не двигаться. Удивившись такой его реакции, она спокойно забралась с ногами на скалу, встала и присоединилась к остальным, а проводник ползком последовал за ней... Когда она мне об этом рассказывала, она улыбаясь так, как этого никто не мог делать, сказала мне, что сейчас, навряд ли бы решилась на такое! Но я уверен, что если бы возникла такая необходимость, Светлана сделала бы это, не задумываясь.

Всё время, когда мы были вместе, она своими делами доказывала свою смелость неоднократно! Людей, которые не боятся, в принципе не существует. Герои боятся, так же, как и все остальные. Отличаются герои от остальных тем, что они (герои) в состоянии подавить в себе страх, порождаемый инстинктом самосохранения, и сделать то, что необходимо. И при этом, не бравировать этим и считать, что любой другой поступил бы точно также! Но одно дело собраться с духом на героический поступок один раз в жизни, а потом купаться в лучах славы всю оставшуюся жизнь, а совсем другое дело совершать подвиг каждый день и не считать это чем-то особенным и не кичиться при этом своим геройством перед другими. Именно такой и была Светлана!

Все те изумительные годы, которые мы были вместе, мы были вместе даже тогда, когда враги разделяли нас огромными расстояниями. Её большое и такое тёплое сердечко большого и прекрасного ребёнка, в лучшем смысле этого слова, сжималось от страха, но... она, несмотря ни на что, шла и делала то, что было нужно, и нужно не ей лично, а для дела, и дела ради других людей, которые так никогда и не узнают, через какие испытания ей пришлось пройти ради них самих. Но об этом позже...

Кто-то может сказать – мало ли таких концертных бригад колесило по Союзу? Нет, не мало, а очень много. Светлана пела на нескольких языках – на русском, литовском и английском. Пела замечательно и была настоящей звездой. К сожалению, её слышали очень немногие, её не показывали по союзному телевидению, но это не значит, что у неё было недостаточно таланта. Увы, в современном мире далеко не всегда талант, дарования имеют значение. Очень часто имеет значение, чей ты сынок или дочка, или сколько денег в твоих карманах, или какой «крутой дяденька» или «тётенька» стоит за твоей спиной, так было и в советское время, так осталось и сейчас... Мои слова о её таланте — это не просто желание идеализировать Светлану, отнюдь нет! И то, что это так, говорит тот факт, что, когда в Литве выбирали десять лучших песен двадцатого века, две её песни попали в этот список, а одна песня в её исполнении была признана лучшей! И за эту песню голосовали люди, души которых так сильно затронули песни в исполнении Светланы.

Из-за предательства её бывшего мужа, который писал музыку для её песен и аккомпанировал ей на гитаре, она ушла со сцены на пике своей популярности, на такое способен только очень сильный человек! Иногда смотришь, как многие звёзды всё уходят со сцены и уходят, а воз… и поныне там, хотя от того, что у них было на вершине творческого расцвета мало уже что осталось, если когда-нибудь что-то было вообще! Я просил Светлану много раз спеть что-нибудь для меня, но… она всегда говорила о том, что она споёт мне как-нибудь потом… И вот теперь это «потом» уже не наступит никогда… Я всё же услышал её голос, правда, только с пластинки с песнями в её исполнении. Это произошло 1997 году. У меня была пластинка, но её не на чем было прослушать. Поэтому я отправился на поиски хорошего проигрывателя… и нашёл то, что мне было нужно! Радостно поставил пластинку на круг… игла медленно опустилась на чёрный диск пластинки… но я ничего не услышал. Только наклонившись очень близко к проигрывателю, точнее, только когда я лёг на пол и приблизил своё ухо к проигрывателю, услышал её пение очень тихо. Осмотрев проигрыватель, я понял, что у него нет усилителя звука, и что я купил только «колёса».

Её голос журчал очень тихо, как чистый ручеёк и мне хотелось как можно скорее услышать этот ручеёк во всей его красе. Я немедленно отправился за всем остальным и вернулся с очень хорошей музыкальной системой компании «Sony» с усилителем и мощными колонками. Довольно долго провозившись с его сборкой, подключив к нему купленный ранее проигрыватель, я устроился слушать пение Светланы. Игла проигрывателя была новая и высокой чувствительности и когда она коснулась пластинки, я погрузился в пение Светланы. Некоторые повреждения пластинки создавали шум, но, несмотря на это, из колонок полился очень нежный, светлый голос. Моё сердце сразу защемило, стало очень тепло и очень грустно. Я не понимал слов песни, которую Светлана пела на литовском языке, но нежная грусть песни затронула самые потаённые уголки моей души. Позже я выяснил у Светланы смысл слов песни, и мне стала понятна причина моей грусти. Потом я перенёс всё на СD, отдав пластинку в студию звукозаписи. Я попросил ещё и очистить запись от шумов и… через некоторое время я мог слушать голос Светланы в полной его красе. Любопытно то, что пела Светлана тихим голосом, но не потому, что у неё был слабый голос, отнюдь нет! А потому, что она пела колыбельную песню… У неё очень сильный, оперный голос, но… именно тихое, нежное её пение вливалось в меня, как свет, как невероятная нежность. Когда Светлана была далеко от меня, я прослушивал её песни, особенно колыбельную снова и снова, и, слушая её пение, у меня всегда начинало щемить сердце и всего меня наполняла без(с)крайняя грусть… Конечно, на «вкус и цвет товарищей нет», но, думаю, что в данном случае дело не только во мне…

Так уж получилось, что многие профессионалы считали, что у меня от природы очень сильный и красивый голос, и для меня не составляло труда даже без микрофона заставить всё дрожать в довольно-таки большом актовом зале харьковского университета и не только. Так вот, могу сказать, что петь в полный голос очень легко, конечно, если он есть, а вот спеть что-нибудь тем же голосом тихо, да так, чтобы все услышали, очень и очень сложно. Так что дело тут не только, точнее не столько в моём необъективном походе, а в той самой простой ПРАВДЕ… Самое любопытное во всём этом то, что Светлана очень долго не говорила мне, что она закончила консерваторию по классу вокала и фортепиано, и что она была звездой в Литве…

После того, как она ушла со сцены на пике своей популярности, она навсегда и без(с)поворотно рассталась со своим бывшим мужем, несмотря на то, что тот на коленях просил его простить, что это было недоразумение, которое больше никогда не повторится… Но она так и не смогла простить ему предательства... Она ушла, оставив ему свою квартиру, которую заработала своим трудом. Короче, поступила так, как должен был поступить мужчина…

Светлана, в одночасье оборвав свою карьеру певицы на самом пике популярности, не впала в панику или депрессию, отнюдь нет! Она освоила новую профессию дизайнера одежды, получив ещё и второе высшее образование. И при этом, даже в советские времена достигла на этом поприще не меньших успехов, чем на сцене. В силу того, что в те времена практически было невозможно найти качественных материалов нужной ей цветовой гаммы, Светлана стала сама варить батик. Как я понял из её объяснений, это означает, что она во время варки батика добавляла в процесс такие красители, которые были ей нужны, чтобы получить нужную ей цветовую гамму, разные цветовые переливы и переходы на материале и делала это своими собственными руками у себя на кухне.

А потом сама шила красочные наряды по своим собственным скетчам. И при этом все её работы практически мгновенно раскупались за валюту японцами и западноевропейцами и, скорее всего, за малую стоимость того, чего её работы стоили на самом деле. Вообще-то Светлана очень мало рассказывала о себе, из неё приходилось всё буквально «вытаскивать» клещами. Её дизайнерские работы по батику получали самые высокие оценки и награды на многих выставках, куда они попадали из Японии и Западной Европы. Я не знаю, как долго она этим занималась. Она мне об этом рассказала только вскользь, посетовав на то, что в СССР практически было невозможно найти материалы и цвета, которые ей нужны были для воплощения её замыслов, так как, освоив возможности батика по максимуму, она стала искать себя в другой деятельности, но её мечта создать красоту никуда не исчезла. Она реализовалась несколько позже, уже в Америке, но это я подробно буду описывать в своей автобиографии… И я думаю, что я выставлю на сайте диск с записью показа её первой коллекции в 2000 году, который стал и последним показом её творения, которое она подготовила практически всё сама! Так вот, критики назвали её лучшим дизайнером двадцатого столетия, причём такие слова написал критик, которого все дизайнеры безумно боялись, так как его оценка могла означать крах их карьеры. Одно дело, когда высокую оценку даёт проплаченный журналист, в этой ситуации всё понятно! Но публикация этого журналиста была полной неожиданностью даже для Светланы…

Обо всём этом я буду подробно писать в своей книге «Зеркало моей души», шаг за шагом показывая всё, через что нам пришлось пройти вместе.

Сейчас, мне хотелось бы осветить немного те моменты биографии Светланы, о которых она мне рассказывала из жизни до встречи со мной… Ту травлю, которую организовал Светлане мир «высокой моды», трудно себе представить, но об этом я тоже буду подробно писать в своей автобиографии. Сейчас, я бы хотел поведать читателю о том, что происходило в Светланиной жизни до нашего знакомства почти двадцать лет тому назад. О том, о чём она мне рассказывала и о чём уже не сможет рассказать сама своим прекрасным образным языком, не только писателя, но и многогранного Человека во всех отношениях…

Когда Светлана была девушкой, она получила менингит в очень тяжёлой форме. Головные боли были настолько сильные, что даже уколы морфия не снимали боль. Вскоре врачи сказали Светлане, что они не могут дальше ей прописывать морфий как обезболивающее – иначе она станет наркоманкой, и, что теперь, ей придётся жить с нестерпимой болью всё время без какой-либо помощи со стороны медицины. Другой бы на её месте нашёл нужное не у медиков, а у наркодельцов, чтобы адская боль отступала хотя бы на время наркотического забвения! Светлана на это не пошла, она, ко всему прочему, продолжала работать с полной нагрузкой, да так, что никто даже не догадывался о том, что у неё нестерпимые постоянные головные боли…

Ещё Светлана мне рассказывала, что они с отцом были «сумасшедшими» библиофилами. Чтобы купить или обменять интересную для них книгу, они были готовы ехать хоть на край света и отдать месячную зарплату за книгу. И не только могли, но ехали и отдавали! Во время одной из таких поездок Светланы в литовский город Каунас, если мне не изменяет память, со Светланой произошли интересные события…

После завершения своей охоты за интересной книгой, Светлана присела на лавочке в тенистой аллее и задумалась. Когда она вынырнула из своих печальных дум (у которых были весьма реальные причины, но они были сугубо личными, и я не буду о них писать), то обнаружила, что рядом ней на лавочке сидит средних лет мужчина и внимательно на неё смотрит. Он спросил у неё, что у неё такое случилось, чтобы такое прекрасное лицо погрузилось в такую сильную грусть…

Светлане был как воздух нужен внимательный слушатель, чтобы как-то облегчить свою душу. Случайный отзывчивый человек показался ей просто подарком судьбы! Но как-то очень быстро разговор сместился на темы, которые были очень близки Светлане и постепенно разговор плавно перешёл на разговор о смысле жизни и многом, многом другом, что волновало Светлану с самого детства и не давало ей спать спокойно и толкало её вновь и вновь искать ответы на вопросы в мудрости Востока и других книгах, которые обещали открыть читателю все тайны бытия! Но кроме разочарования эти книги ничего не давали! Сначала поманят обещаниями прозрения, а в итоге, всё сведётся вновь к словам о том, что только «великие посвящённые» могут получить эти откровения, а для всех остальных знания не только преждевременны, но и опасны и не только для них самих! Очень впечатляет такая стратегия, более известная, как «стратегия Ходжи Насреддина»! А тем, кто не знал или уже успел подзабыть, напоминаю, что когда упрямый осёл Ходжи Насреддина не хотел двигаться в нужном для него направлении, он вешал на удочку перед его носом морковку и поворачивал удочку куда ему было нужно, а упрямый осёл всё тянулся и тянулся за такой близкой, сочной, сладкой морковкой и… вёз своего хозяина.

Светлана и её отец, Василий Васильевич, искали книги по оккультизму, по восточным учениям, надеясь в них найти ответы на свои вопросы… Обещания были, а ответов на вопросы не было! Точнее – они были, но все лежали в категории ответов типа: «…сон есть пересон, а пересон есть не сон, а так как сон не есть пересон, то пересон не есть сон…»! И так продолжать можно практически до без(с)конечности!.. Так вот, вернусь к событиям, о которых мне рассказывала Светлана…

Во время одной из своих «разведок боем» за интересными книгами в город Каунас, она присела на скамейку и задумалась… когда она вышла из своего задумчиво-печального образа, то увидела, что рядом с ней сидит человек и внимательно на неё смотрит. У них, как я уже писал, завязалась задушевная беседа, и они об очень многом поговорили, и Светлана с удивлением для себя открыла в этом случайном собеседнике умного и хорошо эрудированного человека во многих вопросах, которую интересовали и её саму. Светлана не заметила, как промелькнуло время, и с удивлением обнаружила, что уже начинает темнеть. Она спохватилась, поблагодарила своего собеседника за такую целебную для души беседу и заспешила домой, так как ей ещё нужно было успеть на автобус в её родной Алитус.

На прощанье, её собеседник сказал ей, что она всегда может найти его на этой скамейке, если он ей понадобится. Это её немного удивило, но она не придала этому значения. Когда через некоторое время она вновь оказалась в этом городе, она вспомнила о словах этого человека с грустными глазами и присела на ту же самую скамейку и вновь погрузилась в свои думы. И неожиданно она снова увидела своего знакомого. Вновь между ними завязался разговор, и вновь Светлана не заметила, как пронеслось время…

Только когда ситуация повторилась в третий раз, Светлана набралась смелости и спросила, кто он такой и каким образом он всякий раз оказывается рядом с ней, когда она приезжает в этот город. Мужчина ей печально улыбнулся и сказал, что он очень любил сидеть на этой скамейке, что он физик-ядерщик и на своей работе получил смертельную дозу радиации и что он сейчас медленно умирает и его тело находится в коме…

Светлану не удивил такой ответ, так как она ещё в детстве неоднократно помогала умершим пройти через переход, но… такое с ней случилось впервые… В детстве ей нужно было выйти сущностью из своего тела, а в этот раз она видела сущность умирающего человека рядом с собой и при этом сама не покидала своего тела, со всеми вытекающими из этого последствиями. Находясь в своём физическом теле, Светлана прекрасно видела и слышала сущность умирающего человека и слышала и видела его так же, как и живых людей…

Её это сильно удивило, так как с ней подобное случилось в первый раз. Ещё несколько раз она встречалась с сущностью этого человека и в один из её приездов в Каунас, в который она стремилась попасть уже для того, чтобы вновь побеседовать с этим человеком, он появился вновь и… он уже не был таким как она его видела раньше. Таинственный незнакомец сказал ей, что он специально ждал её, чтобы попрощаться с ней, так как его физическое тело уже умерло, и ему уже пора идти, о чём она и сама прекрасно знает…

Ей было грустно терять этого человека, который уже успел стать для неё хорошим другом. Но… жизнь есть жизнь, смерть есть смерть, и у них свои законы…

В ночь с пятницы 12-го на субботу 13-го я вновь не спал до самого утра и пошёл спать уже в восьмом часу утра, благо, что в субботу у меня не было звонков и мне не надо было начинать свой утренний рабочий марафон! Поэтому я мог позволить себе повалятся. Я знал, что ночь у Светланы прошла нормально, а утром и днём атаки чёрных сходили практически на нет.

Чтобы сразу прояснить картину, хочу сказать, что когда я не спал ночью, охраняя сон Светланы от ударов, это не значит, что я всю ночь сидел и смотрел в потолок и бубнил себе что-нибудь под нос типа: «чёрные разбегайтесь, чёрные разлетайтесь – я иду». Конечно же, нет, просто, если я засыпал, то моя сущность уходила делать свою основную работу, а вместо себя оставляла для защиты Светланы (и не только) свои дубли. Дубли дело, конечно, хорошее, но… дубли есть дубли, и они не я сам! Поэтому, чтобы невольно не начать «продолжительно моргать», как в том анекдоте, я или смотрел телевизор или писал что-нибудь или играл, чтобы держать себя в активном состоянии. И уже утром или ещё ранним утром, когда просто глаза начинали закрываться сами собой, и я начинал вырубаться прямо за компьютером, я шёл спать. Несмотря на отсутствие звонков утром по субботам и воскресеньям, я просыпался в обычное для себя время, но сообразив, что за день стоит на дворе, продолжал себе валяться, сколько душе будет угодно, периодически проваливаясь в глубокий сон.

Суббота, 13 ноября, ничем особенным от других суббот и воскресений не отличалась. Когда я для себя окончательно решил, что хватит «валять дурака» и пора окончательно и бесповоротно просыпаться, была уже середина дня. Одевшись, умывшись и побрившись, я стал ждать звонков от Светланы. Около трёх часов дня я позвонил ей в первый раз по Скайпу и по домашнему телефону, но никто мне не ответил. Я встал с ноющей болью в сердце и мне подумалось, а как там у Светланы? Но сам себя успокоил, так как у нас с ней была договорённость о том, что при малейшей опасности она звонит мне.

Так как несколько раз я звонил на её мобильный телефон, когда она только-только засыпала, и ей после этого было трудно заснуть вновь, то у нас с ней был такой договор. Если кто-нибудь из нас не спит, то я ей звоню или по Скайпу или по домашнему телефону, которые у неё находились на нижнем, нулевом этаже, как это принято называть у французов, и она мне сразу ответит или по Скайпу или по телефону. Последний раз в ночь с пятницы на субботы я звонил ей по Скайпу около 6-ти часов утра. Светлана, видно, увидев мой звонок в такое время, решила меня не тревожить, пожалела меня, зная, что уже многие ночи я очень мало спал, а днём у меня почти не получалось «поморгать продолжительно» хотя бы часик.

Лучше бы она меня в этот день не жалела! Тогда она могла бы остаться бы в живых. Я бы провёл очередную перестройку и… даже это звуковое оружие на сверхнизких частотах, с романтичным названием «Музыка в камне», не смогло бы её достать. Но тогда я даже не знал, что такое оружие существует. Но не буду забегать вперёд, хотя этот трагический день складывался вообще как-то нелепо… Нелепо и странно, чего ранее никогда не случалось…

Этот человек, точнее его сущность, стал для Светланы новой отправной точкой её поисков понимания самой себя и… стал отправной точкой к тому, что с ней случилось в нашем Замке 13 ноября 2010 года – подлому убийству. Случайно или нет, но её убийство произошло именно 13-го числа и в субботу!..

Встречи с сущностью умирающего физика-ядерщика показали Светлане новую грань её способностей, которые засверкали всеми цветами радуги чистейшего бриллианта. Светлана уже была уверена, что её болезнь навсегда поставила точку над тем, что было у неё в детстве. Её собеседник во время их бесед говорил ей о том, какими же он и все остальные учёные были слепыми, что не увидели истины, которая лежала на виду, у всех на глазах.

Конечно, найдутся «доброжелатели», которые с ухмылкой скажут, что от непрерывной сильнейшей головной боли ещё и не то померещится! Но… в очередной раз «пролетят, как фанера над Парижем»! Светлана потом выяснила, что действительно в тот день умер этот человек, и что он был тем, кем ей представился во время бесед, когда он встречался на уровне сущности. Но самое главное в этом то, что стресс, вызванный сильнейшими головными болями, вывел Светлану на принципиально другой уровень взаимодействия с иными уровнями реальности, когда ей уже не нужно было покидать своё физическое тело, как это было у неё в детстве, и о чём она красочно и полно писала в своей автобиографии, которая навсегда останется незаконченной.

Многие даже не представляют себе, насколько стеснительная и скромная Светлана (я сознательно пишу о ней в настоящем времени, так как погибла только часть её – её физическое тело, которое для меня, тем не менее, было безмерно дорогим). Мне стоило больших усилий убедить её сесть за написание её автобиографии, которую она назвала «Откровение». Она неоднократно меня спрашивала о том, а будет ли это кому-нибудь интересным?

Потом, как маленький ребёнок, она радовалась каждому отзыву читателей на написанные ею главы. Во всём этом без(с)пределе, происходящем вокруг нас, тёплые слова читателей согревали её душу, и как живое пламя свечи разгоняли сгустившийся мрак и освещали маленький островок, где она могла дышать свободно, и у Светланы вновь возникало желание писать, несмотря ни на что...

Встреча с сущностью этого человека наяву послужила для Светланы новым толчком к познанию самой себя и своих возможностей. Она очень хотела понять и разобраться, что с ней происходит и научиться управлять всеми своими способностями. И она… отправилась в Москву на поиски ответов на все эти вопросы. Она приехала в Москву, как тележурналист европейского телеканала «Антенна», его польского отделения. И приехала она в Москву практически одновременно со мной – в конце весны 1988 года. Нас отделяло друг от друга ещё долгих три года! Вполне возможно, мы бывали в одних местах, у нас, как выяснилось позже, были общие знакомые, но… только во второй половине апреля 1991 года наши пути сошлись, чтобы уже никогда не разойтись… И неважно, что враги создавали ситуации, в результате которых мы оказывались разделёнными многими границами, морями-океанами, эти препятствия не могли нас разлучить.

С каждым днём, с каждым месяцем, наши чувства и привязанность друг к другу становились сильнее и сильнее. Врагам не дано понять, почему никакие расстояния, никакие проблемы, которые они создавали, не могли не только разлучить наши души, а наоборот, всё наши чувства друг к другу становились от этого только сильнее и крепче. Они всё мерили со своей колокольни. У них самих всё существовало на животном уровне. Если у самца нет рядом самки – он начинает искать ей замену, а порой и не одну. Или, если у самки нет самца, то она обязательно найдёт ему замену. Они даже не понимали, что мужчина и женщина – это не самец и самка, они не понимали, что даже у животных, есть чувства, а не только инстинкты! Своим сознанием животного (даже не разумного животного) они не понимали того, что мы давным-давно прошли фазу разумного животного и давно уже идём по эволюционной лестнице собственно человека и что у собственно человека, как я называю эту фазу развития, животное начало играет далеко не первую роль…

Как много я теперь не узнаю о Светлане того, что было с ней до встречи со мной. Конечно, можно многое просканировать, но… сканируется только то, что ты хочешь просканировать… Сканирование можно сравнить с реакцией человека на неожиданный звук сзади. Услышав звук, человек поворачивает голову в сторону источника и своими глазами видит, что или кто издал звук… А то, что всё-таки можно вытащить – всё равно уже будет моё восприятие тех или иных событий, а её удивительное восприятие мира навсегда ушло вместе с ней… По крайней мере, Светлана не сможет поведать обо всём своим мелодичным и нежным голосом, не напишет строки, которые, в буквальном смысле этого слова, оживают перед глазами читающего… и многое, многое другое уже не случится из-за подлого убийства из-за угла. Её убили, даже не показав своего лица, так убивают не воины, так убивают выродки, в которых нет ничего человеческого…

В субботу 13 ноября я звонил Светлане шесть-семь раз по домашнему телефону, и, каждый раз оставлял ей сообщение, которое с каждым разом становилось всё более и более взволнованным. Звонил и по Скайпу, а после 6-ти вечера по московскому времени стал звонить и по её мобильному – от Светланы не было никакого ответа. Меня это волновало всё больше и больше. Я уже настроился на сканирование и получил успокаивающий результат. Светлана крепко спала. Это меня успокоило. Я подождал ещё некоторое время и вновь просканировал, Светлана продолжала спать, и, когда я на неё настроился, она попросила меня: «Помоги мне проснуться!»… Я сделал, что просила Светлана, и стал ждать, когда она придёт в своё нормальное состояние после сна.

Обычно ей требовалось полчаса, чтобы окончательно проснуться. Сразу после пробуждения она ещё всегда находилась в полусне, делала всё что нужно, даже отвечала на вопросы, но… потом ничего не помнила из всего этого. Только полностью проснувшись, она была готова к взаимодействию с окружающим миром. Я подождал ещё некоторое время и начал звонить по всем телефонам и Скайпу. И стал ожидать ответного звонка. У меня было чувство беспокойства, но сканирование говорило, что Светлана жива, и это меня немного успокаивало. В девять часов вечера по Московскому времени, я даже начал смотреть фильм «Золото дураков», чтобы хоть немного снять волнение. Где-то в 9:35-9:40 у меня в голове как будто что-то взорвалось. Я тут же настроился на Светлану, и получил шокирующую для себя информацию: «Светлана мертва». Раньше мне подсовывали подобную информацию, но я всегда сканировал снова, более глубоко и основательно и всегда находил Светлану живой. Такое пытались проделать со мной многократно, но… не имели успеха. В этот раз я не увидел подвоха, что меня очень сильно расстроило. Я уже начал волноваться в серьёз. Вновь стал звонить по всем телефонам и… снова ничего.

Моё волнение начало возрастать. Относительно недавно, я на всякий случай взял у Светланы номер мобильного телефона нашей горничной – Фредерик. И, несмотря на праздничные дни, решился ей позвонить. Она не взяла телефон, и я оставил ей сообщение о том, что я был бы признателен ей, если бы она поехала в наш Замок и проверила, как там Светлана. В 22 часа 11 минут по московскому времени я услышал звонок по Скайпу. Я в волнении вскочил в свой рабочий кабинет и с радостью увидел, что мне звонит по Скайпу Светлана. Я чертыхнулся про себя, пеняя себе за то, что поддался панике, и нажал кнопку «Видеозвонок»…

В Москве Светлана развернула активную деятельность, как тележурналист. Примером этому служит то, что она смогла добиться того, что считалось невозможным. Ей было поручено снять материал о русской православной церкви (правильнее – русской ортодоксальной церкви). Она добилась встречи с Алексием II, и патриарх, увидев её первый раз, сказал ей: « …непростая ты женщина, Светлая-ясная». Они очень быстро подружились, и он дал ей все прямые телефоны и сказал ей, что она может звонить ему в любое время дня и ночи. Они очень часто встречались и много беседовали на разные темы. Когда убили Александра Меня, Алексий II позвонил ей первой с этой печальной новостью. Он знакомил Светлану со старцем Сергием, который, по мнению Светланы, скорей всего был волхвом и носителем старых знаний…

Именно благодаря таким тёплым и хорошим отношениям, Алексий II разрешил съёмочной группе, с которой работала Светлана, снять на камеру патриаршие покои и алтарь в Сергиевом Посаде. До этого никому и никогда это не позволялось делать. На европейские экраны вскоре вышел документальный фильм, который получил многие награды, но… имени Светланы даже не было в списке его создателей. Хотя фильм снимался под режиссурой именно Светланы, а её начальница в это время находилась в Варшаве. Но в Польше, видно, посчитали, что ей достаточно и того, что платили зарплату, а славу решили полностью оставить себе…

Светлана была творцом, но она никогда не выпячивала сделанное ею, никогда не вырывала «кусок из глотки» другого, даже если этот кусок был её. Она не была хищницей, она была воином, но никогда не добивалась чего-нибудь для себя. Ей было обидно, но… она никому не хотела создавать проблемы, всегда надеялась на то, что человек поступит по чести и совести. Только, к великому сожалению, очень мало кто поступал по чести и совести.

Снимала Светлана в Москве и, так называемых, «чудиков» для польского телевидения. Ею были созданы материалы о Павле Глоба, Тарасове, Кашпировском и многих, многих других. Особенно много ей пришлось работать с Анатолием Кашпировским. Сначала, Светлана была уверена, что этот человек несёт людям добро. Он и ей обещал помочь избавиться от постоянных головных болей, которые никуда не исчезли. И вскоре наступило разочарование в этом человеке, который людей не любил и для которого люди были только инструментом, посредством которого он сможет достичь желаемого. Она мне с разочарованием рассказывала о том, что Анатолий Кашпировский приказывал выбрасывать в мусор все письма с отрицательными результатами, а таких писем было очень много, и эти письма выбрасывались мешками. Последней каплей для неё послужил случай, который случился во время его выступления. Одному пожилому человеку во время сеанса стало очень плохо с сердцем, Анатолий Кашпировский ничего не сделал, чтобы помочь ему. А после выступления он ещё и прокомментировал, что, мол, хорошо, что старый дурак не загнулся во время его выступления… Думаю, комментарии излишни…

После этого случая, Светлана отказалась что-либо делать для этого человека. Но он ещё долго не оставлял её, звонил ей, угрожал и ей, и её сыну о котором он знал… Короче, вёл себя, как истинный «джентльмен», правда из категории тех джентльменов, которые настаивают, чтобы дама вышла на ЭТОЙ остановке, когда ей нужно выходить на следующей… Он несколько раз звонил и уже когда мы были вместе, угрожал ей ещё и тем, что она очень пожалеет о том, что отказывается работать с ним, и говорил, что он сделает её головную боль невыносимой, если она не подчинится ему… говорил и делал, и мне приходилось убирать ещё и его «благодарность» Светлане за всё то хорошее, что она для него сделала…

Попала Светлана и в поле зрения чёрных масонов СССР. Некто Лев Орлов, в 80-90 гг. имел большое влияние в СССР. У него дома постоянно крутились министры и другие крупные чиновники, которые перед ним пресмыкались. Он часто говорил Светлане, что он и такие, как он, на самом деле правят страной, а все эти чиновники – просто холуи. Светлана мне часто рассказывала о том, что Лев Орлов часто приглашал её на выступления артистов оригинального жанра, которые демонстрировали публике свои телепатические и другие паранормальные возможности, и просил её мешать им. И многим мессингам приходилось весьма туго, так как Светлана создавала им серьёзные проблемы во время выступления. Это всё очень радовало Льва Орлова и растаивало Светлану. Конечно, ей было приятно и интересно проверить свои силы и возможности, но… ей вскоре становилось жалко выступающих, которые пыхтели и краснели на сцене, не понимая в чём собственно дело, и она переставала мешать. Лев Орлов знакомил её со многими людьми и, видно, имел большие планы на неё, но наша встреча с ней разрушила все его коварные замыслы. И когда он понял, что Светлана полностью потеряна для его целей, начал ей пакостить по мелочам. Он уничтожил её заграничный паспорт, который хранился в МИДе. Когда Светлана пришла туда забрать его, ей сказали, что её паспорт аннулирован. Светлана очень беспокоилась о том, чтобы он не навредил чем-то ей и мне, так как она отказалась познакомить его со мной, хотя он очень был заинтересован и спрашивал её несколько раз об этом. У меня не возникло желания встречаться с этим человеком, и она только поддержала меня в этом…

Я радостно нажал кнопку «Видеозвонок» на Скайпе, но вместо голоса Светланы услышал взволнованный голос Фредерик. Она никак не могла включить от волнения видео и сразу забыла многие английские слова. Я с замиранием в сердце спросил её – нашла ли она Светлану, на что она ответила утвердительно и сказала мне, что Светлана лежит лицом вниз в офисе, рядом с компьютером. Фредерик была в шоке. Я выключил Скайп и перезвонил по нему сам. На этот раз я увидел лицо Фредерик, оно было испуганным и растерянным. Я ещё раз спросил её, где Светлана, и она вновь ответила мне, что она нашла Светлану, лежащей на ковре в офисе лицом вниз и направила камеру Скайпа на неё. От растерянности Фредерик не сообразила включить большой свет, и всё вокруг освещалось весьма слабо одной настольной лампой. В тусклом свете этой лампы я увидел лежащую лицом вниз на ковре Светлану. Глаза не хотели верить в реальность происходящего, но камера не иллюзионист и не может создать иллюзию…

Я попросил Фредерик немедленно перевернуть Светлану лицом вверх и попросил проверить, тёплая ли её рука: левая рука Светланы была расслабленой и ещё тёплой. Правая рука Светланы была сжата в кулачёк. Я попросил Фредерик проверить, есть ли у Светланы пульс и дыхание. Я ещё надеялся, что Светлана находится без сознания, такое уже не раз бывало раньше. Когда её били раньше, бывало, что она находилась без сознания по несколько часов, пульс почти не прощупывался, и дыхание было очень слабым. Несколько минут Фредерик не могла от волнения понять, что я от неё хочу. Наконец, она поняла и ответила отрицательно. Исчезла последняя надежда на то, что я ошибся, и что Светлана жива. Фредерик развернула камеру, и я увидел Светлану, её лицо, как она лежит, сжавшись от боли, как маленькая девочка, сжимая кулачки, даже в последний момент своей жизни она продолжала бороться. Я понял, что Светлана действительно мертва, и что её смерть наступила, когда я услышал в своей голове «Светлана мертва»… Я начал с ней сразу работать, понимая, что её сердце просто взорвано изнутри… Я пытался вырастить новые ткани, но кровь уже не двигалась по её сосудам…

Когда взорвалось от удара оружия сердце, её кровь под давлением из левого желудочка сердца хлынула в перикардную сумку и быстро её заполнила, намертво сжимая сердце Светланы. И даже если бы мне и удалось бы полностью зарастить разрыв сердечной мышцы, давление вытекшей крови не позволило бы сердцу запуститься вновь. Враги учли даже такие нюансы, зная, что ранее я спасал её от гибели многократно, и они не хотели, чтобы я смог сделать это и в этот раз. В такой ситуации необходимо было немедленно откачать кровь, сдавливающую сердце. Я, продолжая работать со Светланой, попросил Фредерик позвонить в скорую, надеясь, что они смогут освободить её сердце от давления крови. Фредерик ушла встречать у ворот скорую помощь, а я продолжал работать со Светланой…

Скорая приехала минут через пятнадцать … они проверили пульс, дыхание и… ничего не делали, несмотря на то, что тело было тёплым и не было даже признаков окоченения, которые уже должны были наблюдаться. С медицинской точки зрения они были правы… дело в том, что освободить сердце от давления крови в такой ситуации первая необходимость, но… это надо делать в первые несколько минут после случившегося… Но врачи скорой ничего не делали, через камеру Скайпа я наблюдал за происходящим и продолжал работать, уже не рассчитывая на помощь врачей… Я смотрел на лежащее ничком тело Светланы, оно было так близко, казалось, протяни руку и ты его коснёшься, но… между нами были тысячи километров… я всё смотрел… и смотрел на Светлану, и продолжал работать несмотря ни на что. Я всё ещё надеялся, что мне удастся что-нибудь придумать. Но для того, чтобы сделать что-нибудь радикальное, мне нужна была помощь Светланы, а Светлана в данной ситуации мне помочь не могла… Радикальные меры требуют ювелирной работы, малейший упущенный нюанс грозит катастрофическими последствиями в планетарном масштабе… В этот момент со мною рядом не было никого, кто бы смог заменить Светлану даже временно…

Один из врачей скорой помощи заметил включённую камеру и повернул её в сторону от Светланы. Перед тем, как это произошло, я наблюдал, как они, где-то минут через сорок после своего приезда, сделали Светлане кардиограмму, которая показала прямую линию. Мне было немного странно, что они это сделали не сразу, но… прямая линия, скорее всего, им была нужна для отчёта… Когда камера стала показывать мне тёмный угол комнаты, я выключил Скайп и продолжал работать и работать со Светланой… уже не видя её. Я обращался телепатически к нашим общим друзьям, как на Мидгард-Земле, так и за её пределами с просьбой сделать что-нибудь, ведь Светлана дорога и важна не только мне, если я не имею права вернуть её, то они на это право имеют!.. Я предлагал себя вместо неё, если нужно, чтобы кто-то из нас умер… но слышал в ответ только одно: «ты должен пройти через это…»

Ну почему я должен пройти через это? Разве мало испытаний мы прошли вместе со Светланой, пройдя через немыслимое для большинства людей? Ведь мы служили и служим людям, истине, несмотря на то, что за все наши хорошие дела мы ничего кроме проблем и попыток нашего физического устранения не получали! Мы всё делали не ради славы или наград, об очень многом сделанном нами ради других люди никогда так и не узнают! Мы всё делали ради справедливости, потому что не могли иначе, не могли пройти мимо лжи и клеветы, прекрасно понимая, что после того, как мы сорвём очередной план чёрных, на нас обрушится шквал ударов, как с других уровней, так и на физическом.

Мы отказались от личного счастья ради того, чтобы сделать счастливыми других, других, которые даже и не подозревали и не подозревают, что мы со Светланой делали, и будем продолжать делать, чтобы рождались на земле здоровые и счастливые дети. Конечно, ещё многое предстоит сделать, но… теперь Светлана уже не сможет быть рядом со мной на физическом уровне, я не смогу обнять её за плечи, заглянуть в её чистые, лучистые глаза, она не сможет залезть мне подмышку, как часто шутила Светлана, особенно последнее время «…хочу к тебе подмышку…». Она, как птенец, хотела хоть на время спрятаться от всех подлостей и пакостей под моей подмышкой, почувствовать себя защищённой…

Светлана мне рассказывала, что когда на летние каникулы она взяла своего сына Роберта в Москву, он, услышав её рассказы о разных её чудесах, попросил её ему что-нибудь продемонстрировать. Они в тот момент ехали в метро и Роберт спросил её: «…мама, а ты можешь остановить поезд метро?» Светлана, с задором маленького, немного шкодливого ребёнка ответила: «…давай попробуем!..», и через минуту поезд остановился, всё погрузилось в темноту. Светлана сама испугалась такой реакции. Поезд простоял на месте довольно долго, пока не восстановили подачу электричества. Это был первый и последний раз, когда Светлана применила свои способности, не подумав о последствиях…

У неё ещё несколько раз были спонтанные проявления способностей, которые проявлялись сами по себе. Особенно многое стало происходить с ней после нашего с ней знакомства в апреле 1991 года. Когда я провёл её перестройку мозга и стал работать с её хроническим менингитом, постепенно исчезали не только боли, но и мозг, освобождаемый от долгого плена окружающего гноя, начал, как сжатая пружина, «разворачиваться» и выдавать на гора всякие неожиданности.

Конечно, Светлана всё это описала бы со свойственной ей красочностью очевидца, но я пытаюсь передать всё, как я могу и как я помню, и моё описание никогда не сможет приблизиться к её восприятию хотя бы потому, что мы видели и видим мир по-разному. Но, к сожалению, она сама уже не сможет написать о том, что и как она чувствовала, как это она сделала в первом томе под названием «Детство» своей книги «Откровение»…

После того, как её мозг стал очищаться от гноя и от огромной гематомы в зоне так называемого родничка, она однажды пришла ко мне на встречу и обратилась за помощью. Когда она шла по своей любимой улице Москвы – по Старому Арбату, в её голове неожиданно заговорили все люди, которые шли по этой улице. Началась самая настоящая какофония чужих мыслей, которые, не спрашивая разрешения, врывались в её сознание… Она постаралась побыстрее выбраться из этой толпы и, созвонившись со мной, приехала ко мне. Я поработал с ней и добился того, что она могла уже по своему собственному желанию принимать телепатическую информацию.

Позже, мы довольно часто смотрели американский фильм «Сканеры» и для Светланы был особенно понятен и близок сюжет этого фильма, в котором главный герой на вокзале неожиданно начинает слышать голоса людей в своей голове, и как этих голосов становилось всё больше и больше, пока они не начинали сводить человека с ума. Светлана всё это испытала на себе, и для неё было особенно удивительно, что в этом фильме режиссёр смог передать практически всё правильно. Это могло быть только в одном случае – если у него был источник достоверной информации обо всём этом. Большинство людей, смотревших этот фильм, даже и не подозревали о том, что события, переданные в этом фильме, не являются чьей-то фантазией, а самая что ни на есть правда.

Конечно, в реальности от действий сканера у человека не взрывается голова, как кочан капусты, в который выстрелили зарядом дроби, конечно же нет! От действия сканера-убийцы у человека взрываются и лопаются сосуды мозга, что приводит к инсульту и быстрой смерти. Только при этом череп человека остаётся целым и невредимым. В этом фильме режиссёр нашёл весьма выразительный способ показать гибель человека от разрыва сосудов мозга, не изменив в принципе суть происходящего. Просто взрывающаяся голова более наглядна, чем если показать, как человек, дёрнувшись на месте, падает замертво. Ведь камера не может показать, что же на самом деле происходит внутри черепной коробки, только и всего…

По мере того, как я работал со Светланой, её мозг, долгое время угнетённый последствиями менингита в тяжёлой форме, освобождался от блоков, которые сдерживали природные способности Светланы и не давали им развернуться в полную силу. Именно такое быстрое освобождение от блоков и привело к лавинному восприятию телепатической информации. Её мозг пытался самостоятельно прорваться сквозь пелену последствия болезни и, когда получил неожиданную помощь, рванул вперёд со всем накопленным потенциалом. Как жаль, что Светлана не сможет сама обо всём этом рассказать…

Вообще, Светлана с самого первого дня нашего знакомства, как губка, впитывала информацию, которую я ей давал. Мы засиживались до глубокой ночи за чаем, а она всё спрашивала, спрашивала, спрашивала… Она была в этот момент похожа на странника в пустыне, который долгое время провёл без воды и… вот, наконец, вышел к оазису с чистой и холодной водой… и, кинувшись к воде, был не в состоянии оторваться. Только в случае со Светланой, она не могла напиться от источника знаний, каким для неё оказался я. Она ещё очень удивлялась вначале, почему об этом нигде не говорят и не пишут… и ей было непонятно, почему ответы на вопросы, которые её волновали с детства, существуют, а найти их нигде нельзя, только в личной беседе со мной?!

Она рассказывала мне о том, сколько разных книг она прочитала, со сколькими людьми ей пришлось столкнуться на своём жизненном пути в поисках ответов на вопросы, и вот, только благодаря случайной встрече в гостинице «Киевская» с журналисткой из Донецка по имени Валентина, она встретилась со мной… А потом, поздно ночью, когда уже не ходили электрички, я садился за руль своего Мерседеса и отвозил Светлану к её гостинице по практически пустой Москве. В то время я жил на квартире своей тёти по материнской линии в Бутово и, вырулив на Варшавское шоссе, на большой скорости, с ветерком доставлял Светлану…

И так повторялось почти каждый день, до моей первой поездки в Архангельск, в конце июня, начале июля 1991 года… Светлана очень хотела поехать со мной в Архангельск, но не решилась меня попросить об этом, а мне было неловко ей предложить, так как я не хотел, чтобы она меня неправильно поняла… Это было первое наше расставание после нашей встречи. О том, что она хотела бы со мной поехать, я узнал, когда, вернувшись, стал ей рассказывать о том, что и как у меня было на моих первых гастролях в городе Архангельске…

Я рассказывал Светлане о том, как мне от выступления к выступлению пришлось создать оптимальный вариант взаимодействия со всеми категориями моих зрителей – от простых зевак, до людей, которые пришли на мои выступления, чтобы узнать что-нибудь новое, понять происходящее…

К сожалению, мои просьбы остались без ответа. Фразу «ты должен пройти через это» воспринимал разум, но сердце принимать не хотело. Когда подобная ситуация случалась с другими, я сам принимал решение о восстановлении человека, и то не каждого, а только тех, кто имел ключевое значение для Мидгард-земли и не только. Других погибших соратников, как бы мне и ни было больно, восстанавливать было нельзя, так как нельзя по своему усмотрению и желанию возвращать людей к жизни. Ведь тогда практически каждый человек, кто потерял близкого и дорогого человека, имел бы полное моральное право требовать, чтобы вернули к жизни любимого мужа, жену, ребёнка, мать, отца, брата, сестру, друга. И были бы абсолютно правы – ведь они любили ушедших по-своему не меньше, чем я или кто-нибудь другой. И я не имел бы никакого права отказать им в этом! Думаю, не нужно объяснять, к каким последствиям это бы привело! Именно поэтому, когда мне не удалось вернуть Светлану к жизни сразу после убийства, я обратился к своим друзьям, чтобы они приняли решение, ведь я не мог быть уверенным в своём непредвзятом отношении к случившемуся в такой ситуации. И это как раз-то понятно! Я всё же в глубине души надеялся, что мои друзья примут положительное решение, которое наполнило бы меня безмерной радостью, но… я услышал в ответ только одно: «…ты должен пройти через это…»! Всё моё существо бунтовало против такого, я не мог и не могу понять причины такого решения, ведь то, что делала и, самое главное, что ещё не сделала Светлана, нужно не только мне! Всё это нужно людям, чтобы они встали с колен и почувствовали себя людьми, а не быдлом, как их за глаза, а порой и в глаза называют паразиты!

Ведь то, что Светлана делала и ещё не успела сделать, нужно было России, которую она любила безмерно! Она нужна для того, чтобы восстановить правду о Великом прошлом, правду о народе, который дал многим столь много, что не хватит времени и места перечислить даже наиболее важные деяния. О народе, который последнюю тысячу лет усиленно пытаются уничтожить физически, уничтожить Великое Прошлое, Великую Культуру, Великий Язык и его Великую Душу, которую не могут до сих пор понять остальные! Это не значит, что я пишу эти строки в полном заблуждении, создаю иллюзию того, чего никогда не было, и нет, как скажут некоторые, которые почему-то все оказываются из стана паразитов!

Я прекрасно знаю, что и среди русского народа достаточно и предателей, и негодяев, и подонков! Но таких людей относительное меньшинство. И их было бы гораздо меньше, если бы ещё молодые, незрелые души не разлагало бы мировоззрение паразитов в течение последней тысячи лет. В своей первой и… ставшей последней книге Светлана уже много показала людям правды, правды, которую тщательно скрывали от людей паразиты, чтобы сохранить свою власть, которую они захватили незаконно, путём обмана, предательств, лжесвидетельств и т.д. и т.п. Благодаря своему дару, который многие пытались угробить (но у них так ничего и не вышло), Светлана показала людям РЕАЛЬНУЮ ЖИЗНЬ, ЛЮБОВЬ И ВЕРНОСТЬ ДОЛГУ РАДОМИРА И МАГДОЛИНЫ! Имена-то у них какие?!

Для русского человека они несут столько информации, только надо немного задуматься и постараться вникнуть в смысл слов. Но русскому прошлому, культуре, русскому языку нас учат все, кому не лень, только не мы сами – немцы, иудеи, грузины… а мы, коренной народ своей страны, своей земли, которая густо полита кровью наших предков, как рабы, всё это смиренно принимаем. Нам уже ставят в укор то, что мы смеем называть себя русскими, русами! Нам уже так извратили язык «правилами», что мы стали не понимать смысл слов родного языка! К нам наши же слова возвращаются в искажённом виде, и мы не понимаем их смысла. Иисус Христос из Назарета – под таким именем все знают Радомира, не подозревая даже того, что ни одно, ни другое не имеют к нему никакого отношения.

Христос на новогреческом означает «мессия». Это даже не имя! А сам он не из Назарета, а был рождён НА ЗАРЕ! Для любого другого языка – слово На-заре-(т) ничего не скажет, только русу эти два слова, слившиеся в одно, предельно понятны, приобретают вполне конкретное значение. Надо только вслушаться в родной язык, попытаться осмыслить произносимые бездумно слова. Но миллионы русов не задумались, не обратили внимание, а сделала это Светлана! Она же обратила! Светлана же открыла и настоящее имя этого человека – Радомир – Радость Мира! Русское, славянское имя, именно поэтому его так старательно «забыли»! С Марией Магдалиной поступили иначе, её саму превратили в проститутку, хотя она никогда ею не была, а была верной женой и сподвижником Радомира.

А её имя, точнее прозвище, они не тронули, скорей всего не понимая, что за ним стоит, или посчитав, что люди сами никогда ничего не поймут! И действительно, для людей других национальностей слово Магдалина ничего не говорит. Мало ли какие имена, фамилии, прозвища бывают у людей! Только для руса это слово может ожить, и то, только тогда, когда рус начнёт задумываться над смыслом и значением родных слов. Большинство русов слово Магдалина не воспринимали, как родное, оказавшись в плену псевдорелигии, которую нам навязали тысячу лет тому назад. А зря! Хотя бы иногда неплохо было бы сбрасывать со своих глаз чужеродный дурман, и тогда… чужое слово Магдалина превратится в понятные даже малому дитяте слова МАГ-ДОЛИНЫ(А)!

Маг из долины, другими словами, Мария Магдалина была родом из Долины Магов, которая и сейчас находится на юге Франции, куда Светлана ездила два последних лета, лазила среди скал по развалинам крепостей катар или альбигойцев, спускалась в карстовые пещеры, в которых спасались последние последователи реального учения Радомира, которое сохранила и донесла до людей его любимая жена и соратник Мария Магдолина. Светлана проходила в темноте по этим пещерам, освещая себе дорогу фонариком, рискуя провалиться в трещины километровой глубины, которые то и дело разрывали узкую тропинку.

Она была на месте, где похоронена и сама Мария Магдолина, и их младшая с Радомиром дочь, которую убил вместе с матерью без(с)жалостный убийца, у которого не дрогнула рука, чтобы убить без(с)защитного ребёнка, на глазах которого, он сначала убил её мать. Обо всём этом и написала Светлана в своей удивительной книге, а сколько она ещё не успела поведать людям?! И всё это и многое-многое другое сотворила Светлана…

Когда ещё в субботу 13-го я сообщил некоторым друзьям о случившемся, мне в воскресенье потом перезванивали и говорили, что Светлана в порядке, что она жива и не стоит нервничать… Я, конечно, п




©2015 studopedya.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.